бонч бруевича кто это такой
Михаил Бонч-Бруевич
Фото Все
Михаил Бонч-Бруевич — биография
Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич — военнослужащий, доктор технических, военных наук, геодезист. Принимал участие в 1 мировой войне. Владимир Бонч-Бруевич — большевик, его родной брат.
Детство и юность
Михаил родился в 1870 году. Его отец был землемер, дворянин. Учился в Московском межевом институте, в 1892 году окончил курс юнкерского училища. Выпустился в звании подпоручика, служил в Астраханском полку.
Служба в императорской армии
До 1898 году обучался военному делу в Николаевской академии. 10 последующих лет (до 1908 года) служил в штабах военных округов.
В 1913 году получил звание полковника, в 1914 — командира пехотного полка, в 1914 — генерала-квартирмейстера штаба Юго-Западного фронта.
В 1915 году стал начальником штаба Северо-Западного фронта (6-й армии). Занимал весьма важную должность в русской армии тех лет. Руководил контр разведкой, в его подчинении был будущий начальник Генштаба РККА маршал Б.М.Шапашников, в то время полковник ГШ. В феврале 1918 года возглавлял созданную РККА, его сменил Крыленко.
Отношения между Михаилом Дмитриевичем и сослуживцами не складывались. Он был необщительным и резким. Многие открыто выражали неприязнь к нему, он платил им той же монетой. Подозревал дворцовую знать в пособничестве Германии, интригах против императора. Царица неоднократно писала Николаю II резкие письма, осуждая Бонч-Бруевича за вражду с ее любимцами при дворе, советовала императору избавиться от Михаила Дмитриевича, запретить служить.
Сплетни и уговоры жены подействовали на Николая II, он уволил Бонч-Бруевича с должности, отослал в штаб Северного фронта. Должность — генерал для поручений, была номинальной.
В 1917 Михаил Дмитриевич — начальник гарнизона Пскова. Здесь находилась Ставка главнокомандующего Северного фронта.
Служба в красной армии
Революция 1917 года изменила путь Михаила Дмитриевича по карьерной лестнице. Он перешел на сторону Временного Правительства. Считал, что большевики могут спасти Россию от падения в бездну. Предотвращал конфликты между офицерами и простыми солдатами в подразделениях действующей армии.
Наладил контакт с Советом рабочих депутатов в Пскове, избран в исполком совета. Позднее назначен исполняющим обязанности главнокомандующего Северным фронтом. Арестовал генерала Краснова, который направлялся в Петроград на помощь к Корнилову.
27 сентября 1917 года назначен начальником Могилевского гарнизона, избран в исполком Могилевского совета РСД.
9 ноября 1917 года Бонч-Бруевич М.Д. отказался занять пост Главковерха. Считал, что это место должен занимать политик, чтобы грамотно вести переговоры с Германией.
Армия в 1917-1918 годы представлялась Михаилу Дмитриевичу крайне нестабильной и малоспособной на решительные действия. Призывал главкомы фронтов ставить на руководящие должности знающих и решительных людей, ускорить подписание мира с Германией, предотвращать дезертирство любыми способами.
19 февраля 1918 получает приказ Ленина срочно приехать в Петроград, в связи с наступлением врага и разрывом переговоров в Брест-Литовске. Михаил Дмитриевич собирает солдат и срочно выезжает в столицу. Участвует в организации отпора немецким войсками. Пишет письмо командирам всех фронтов с просьбой задействовать в обороне все имеющиеся силы, для саперных работ привлекать местных жителей. Предложил выстроить оборонительную линию Нарва- Витебск — Могилев — Бердичев — Вапнярка- Одесса. Его решительные действия оценили в ставке верховного главнокомандующего.
Служба после подписание Брестского мира
4 июня 1918 года Бонч-Бруевич служит в ВВС в должности военрука. В его обязанности входило наведение порядка в действующей армии, создание оборонительных линий на границах бывшего фронта. Они должны были препятствовать продвижению войск врага вглубь России.
Начало Гражданской войны стало поводом для рапорта об отставке Михаила Дмитриевича. Он добровольно был освобожден от должности военрука.
Научная деятельность
Уйдя в отставку, М.Д. Бонч-Бруевич преподает в Межевом институте. Занимается научной деятельностью, создает Высшее Геодезическое правление. Был его руководителем до начала 1923 года. Уволен за «вредительство». От суда его спас Феликс Эдмундович Дзержинский.
Михаил Дмитриевич не мог сидеть без дела. В 1925 году организует бюро «Аэрофотосъемка».
Арест «заговорщика»
Сотрудники ОГПУ арестовали Михаила Дмитриевича в феврале 1931 года. Он обвинялся в организации заговора с бывшими офицерами против КП РСФСР. Находился под следствием до марта 1931 года.
Доказательств следствие не нашло, обвинение предъявлено не было. Возможно, помог родной брат или сын, который был уполномоченным ОГПУ.
В 1937 году получает звание комдива, в 1944 — генерал-лейтенанта.
Умер в 1956 году, похоронен в Москве. Его именем названы улицы в Нижнем Новгороде и Могилеве.
Серый кардинал большевиков Бонч-Бруевич: Идеологический оплот и «пиар-мендежер» социалистической революции
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Именно он свергал памятники царям и ставил на их место революционные символы, решал, кому и на какую тему писать в советской литературе, уничтожал церкви и работал со священниками, именно ему принадлежит разработка системы научного атеизма. Обладатель известной фамилии, он с юности отличался свежим и прогрессивным взглядом и способностью к наукам и литературе, что, в конце концов, привело его к революционной деятельности.
Встреча с Лениным и перемены в жизни
Бонч-Бруевича называют профессиональным революционером и это неспроста. Родился он в 1873 году в Москве. События, происходившие в стране, его всегда волновали и он не оставался в стороне. В революционную деятельность он включается, начиная с 80-х годов, является участником революции 1905-1907 годов. Нередко за свою революционную деятельность бывал наказан, так его исключали из института за организацию выступлений революционного характера, находился под надзором полиции и так окончил училище. Однако каких-то более серьезных наказаний ему удавалось избежать, нередко в этом помогала научная деятельность, интеллигентность и способность предугадывать на несколько шагов вперед.
Получив такое образование он возвращается в Москву и вступает в «Московский рабочий союз», чувствуя в себе литературный талант, он активно участвует в организации распространения нелегальной литературы и листовок, работает в издательстве. Поскольку в Москве вокруг него снова начинает сужаться круг, он мигрирует в Швейцарию, где занимается организацией поставки в Россию революционной литературы.
Еще до официального знакомства с Лениным он был активно вовлечен в революционную деятельность, но их знакомство стало знаменательным событием для истории всей страны. Ведь их революционный тандем был весьма продуктивным, а поддержка образованного и деятельного Бонч-Бруевича оказалась как нельзя кстати для Ленина. Встретились он в январе 1894 года, тогда Ленин дал совет Бонч-Бруевичу заниматься не только подпольной революционной деятельностью, но и легальной, объясняя это высокой эффективностью. Так можно будет прикрывать революционную продукцию, представая перед полицией добропорядочным гражданином. Ленин был уже опытен в таких вопросах и прекрасно знал, о чем говорил.
Бруевич прислушался к совету нового товарища и стал заниматься книжной редактурой. Это была серия книг для народа – широкое издательство для рабоче-крестьянского люда. Именно этим он занимался легально. Ночью же он печатал запрещенную литературу, которую успешно доставляли в организации и предприятия разных городов России.
Тогда же Ленин попросил товарища создать множительную мастерскую, для того чтобы увеличить количество листовок и запрещенной литературы, для более широкого охвата. Эта затея тоже удалась. Множительные аппараты того времени – мимеографы имели множество недостатков, хотя и позволяли делать копии рисунков или рукописей с помощью трафарета и краски. Напечатать листовки быстро и много все еще было невозможно. Нужна была настоящая типография, для того чтобы удовлетворить растущие потребности революционных деятелей.
Ленин поставил этот вопрос перед своим товарищем и снова нашел отклик, подпольная типография, несмотря на все препоны и сложности была создана и успешно работала во благо социалистической революции, регулярно и исправно поставляя печатную продукцию. Позже эту подпольную типографию перевозят в Петербург, но скрыть ее от посторонних глаз не получается, она будет обнародована и разрушена. Бонч-Бруевич снова уезжает в Швейцарию и залегает на дно. Впрочем, это было лишь началом издательской карьеры Бруевича, впереди у него были куда более великие задачи.
В Цюрихе же он имеет возможность получить отличное образование на факультете естественных наук, параллельно он писал статьи для зарубежных изданий и для российской «Искры» и продолжал руководить пересылкой запрещенной литературы в Россию. В тот момент он занимался изучением сектантства и религиозных течений в России, эту информацию революционеры планировали использовать в своих целях, привлекая представителей подобных течений на свою сторону. Этим вопросом также заведовал Бонч-Бруевич.
Во время очередного визита Ленина, для того чтобы провести переговоры с Плехановым об издании периодики, была организована встреча и с Бонч-Бруевичем. Они определили приоритетные направления «Искры» и «Зари», Ленин также настоял на том, чтобы Бруевич стал ведущим журналистом «Искры». К тому же, газета, после того как была запрещена на территории Германии (по требованию русского правительства), редакция была перевезена в Женеву, тогда Бруевич стал основным сотрудником и главным пером социалистической революции. Он стал известен под псевдонимом Северянин. Особенно хлесткие статьи и громкие лозунги отлично удавались публицисту, который использовал свой литературный дар для революционных целей.
Раскол партии и дальнейшая революционная деятельность
Во время второго съезда РСДРП, когда произошел раскол на большевиков и меньшевиков, Бонч-Бруевич примкнул к большевикам и снова показал себя надежным товарищем Ленина, на которого можно положиться. Теперь в Женеве он полностью заведовал издательством, кроме того он же занимался изготовлением поддельных документов для революционеров, включая новые паспорта. Теперь вся революционная литература, которая везлась в страну, была организована, написана, распечатана и отправлена руками этого человека.
Фактически, он был идейным руководителем всего того, что происходит в стране. Сегодня его бы назвали пресс-секретарем и пиар-менеджером, но Бонч-Бруевич на самом деле знал свою работу. Он был не просто талантливым автором с нужной идеологической составляющей, но еще и весьма плодовитым журналистом и публицистом. Он писал на протяжении всей жизни и оставил огромное количество ценных материалов.
Кроме того, большевик ведет подготовку к третьему съезду РСДРП и ездит по городам, ежедневно формируя из них отчеты Владимиру Ильичу. Позже он снова уезжает в Женеву по вызову Ленина для организации еще одной типографии. Которая получает название «Демос». К этому времени он уже являлся одним из лидеров партии.
Один из лидеров февральской революции
Подпольная работа продолжалась вплоть до февральской революции, которая стала для Бонч-Бруевича переломной для его революционной карьеры. К этому моменту он был одним из немногих лидеров партии, которые были на свободе, неудивительно, что именно ему пришлось участвовать во многих ключевых событиях и быть их организатором. Тогда он показывает себя человеком преданным делу партии, после того как удается занять типографию одной из газет, он выпускает листовку, которая становится легендарной. В ней он обращается ко всем гражданам России и объясняет позицию большевиков.
Его революционная карьера взлетела вверх, он стал членом Исполнительного комитета Совета рабочих, печатает статьи одну за другой и все они расходятся по рукам как горячие пирожки. Его статья «Чего они хотят» была полна критики тех сторонников временного правительства, которые высказывались против возвращенцев с миграции, в том числе и Ленина. Активно выпускается газета «Известия», но этого большевикам мало, к тому же, Бонч-Бруевич снимается с поста главного редактора издания.
Тогда Ленин предлагает захватывать работающие типографии вместе с революционерами и выпускать большевистскую литературу таким вот варварским образом. Учитывая такие обстоятельства, нельзя не восхититься литературным даром Бруевича, который мог писать пламенные тексты практически на коленках, а для их публикации захватывать типографии. Кроме этого он умудрялся регулярно выступать с докладами на собраниях, съездах и вел активную революционную пропаганду среди молодежи и солдат.
Октябрьская революция
В первый же день октябрьской революции Бонч-Бруевич приходит в здание «Известий» и устанавливает там собственную власть. Он не допускает публикаций Временного правительства и штаба. Зато публикует собственные призывы. Остается только посочувствовать читателям того периода, которых забрасывали лозунгами и призывами, причем противоположной направленности, но со страниц одного и того же издания, в зависимости от того, кто стоит во главе издательского дела.
В этот период Ленин жил у Бонч-Бруевича и именно в этот период у него родилась мысль о создании нового органа и назначении на должность Бонч-Бруевича. Речь идет о Совете народных комиссаров. В ответ Бруевич настаивает на том, что Ленину необходима личная охрана. Сначала назначаются дежурные у дверей Владимира Ильича, которые не пускают к нему всех без разбора, а затем и вовсе появляется особый список из тех, кто «приближен к телу» вождя. В последующем была создана собственная система безопасности, в создании которой тоже участвовал верный соратник вождя.
Но это было далеко не единственным вопросом, который взял на себя Бруевич. На нем были вопросы связи, он обеспечил телефонную линию, несколько аппаратов на его столе, до этого у него были сигналы на столе, которые оповещали о необходимости пройти в телефонную комнату. Бруевич вместе с супругой занимались и медицинскими вопросами, касательно здоровья Ленина.
Именно Бруевичу принадлежит идея национализирования банков, он лично руководил этим процессом в Петрограде и в Москве. После этого большевики получили в распоряжение достаточные денежные средства и смогли более эффективно решать некоторые вопросы.
Научная деятельность и причины окончания карьеры
Мало кому удается столь успешно вести как научную карьеру, так и политическую, к тому в период перемен, с учетом постоянно меняющейся действительности. Но Бонч-Бруевичу это удавалось, он достиг успехов не только в революционной деятельности, но и как публицист, этнограф и писатель. Однако в какой-то степени, именно его научная деятельность разрушила его безупречную политическую карьеру.
Серия для детей «Мои первые книжки» выпускалась Бонч-Бруевичем для того чтобы дети с младых ногтей знали кто таков дедушка Ленин и за что его полагается любить и уважать. Рассказы «Наш Ильич», «Ленин и дети» именно из этой серии.
Однако его как этнографа привлекали религиозные течения России и именно этой теме он посвятил много времени и сил. Для дореволюционной России секты были одной из форм демократического движения, некой протестной формой крестьянства против имеющихся устоев и догм. Бруевич даже ездил Канаду вместе с сектантами, которые уезжали из России. Он сумел стать одним из основоположников этого направления и был явным авторитетом в данном вопросе. Эти его знания большевики использовали для собственной выгоды, пытаясь привлечь сектантов на свою сторону и зачастую это удавалось.
Ленин активно интересовался этой тематикой, всегда читал рукописи, которые собирал Бруевич и находил их весьма философскими и глубокими, полагая, что именно в них кроется народная философия. Столь узкая специализация большевика как ученого нередко выручала его при угрозе арестов, товарищи всегда находили способ выгородить его, выставляя ученым не от мира сего, а пропаганду выдавая за сектантство. Считалось, что автор научных работ, да еще и на такую тему просто не может быть революционером.
Как бы то ни было, но именно Бруевич стал основоположником религиозно-общественных догм, появившихся в новой России, именно он объяснил появление сект как общественно-политические чаяния народа.
Казалось бы, научный деятель всегда нашел бы себе занятие, даже после того как ушел с политической арены, после того как не стало его ближайшего друга и соратника – Ленина. На самом деле он полностью отдался научной работе, писал книги об истории революционного движения в России, благо знал эту тематику изнутри, также развивал тему про секты в России, о религии, атеизме, этнографии и литературе. Однако полностью отойти от общественной деятельности он не мог, после того как он оставляет должность директора совхоза, создает литературный музей – первый такого рода в Москве. Работает его директором. Позже появляется музей религии и атеизма, который он также возглавляет.
Он умер в 1982 году, оставив после себя огромное литературное наследие. Помимо научных работ на тему сект, революционных брошюр и книг он успел записать огромное количество воспоминаний о революционных событиях, участником которых ему довелось быть. Для исторической достоверности эти записи играют огромную роль. Первые годы Советской власти, трудности, с которыми пришлось столкнуться большевикам – все это имеет огромную ценность для истории революции, к тому же учитывая тот факт, что автор строк был не банальным участником событий, а едва ли не главным идеологом.
Образованный интеллектуал, оставивший огромное наследие, интеллигентный, а потому не известный широкому кругу потомков – именно такие люди стояли у истоков социалистической революции. Придя к ней исходя из собственных глубоких убеждений, построенных на осмысленном взгляде на мир, историю своей страны и чаяниях на будущее.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Михаил Бонч-Бруевич: от радиотелефона до «широковещания»
21 февраля 1888 года родился Михаил Александрович Бонч-Бруевич – известный радиотехник, основатель отечественной радиоламповой промышленности. Трудно назвать область радиотехники, в которой не используются разработки Бонч-Бруевича. Его исследования способствовали развитию радиовещания, радиолокации, телевидения…
Первые опыты
Михаил родился в Орле, в семье помещика Александра Ивановича Бонч-Бруевича. Но вскоре родовое имение в Кромском уезде Орловской губернии было продано из-за тяжелого финансового положения, и семья переехала в Киев. Здесь Бонч-Бруевичи купили просторный старый дом с садом. Именно в этом садике восьмилетний Миша устроил на радость младшим братьям целую лабораторию, где проводились «настоящие» химические и физические опыты. В газетах и журналах не раз рассказывали об опытах с таинственными электрическими лучами и волнами, телеграфе без проволоки. Мишу с детства интересовали научные новшества, и какие-то опыты он пытался повторить сам. Тогда, наверное, мало кто мог представить, что в будущем это станет делом всей его жизни.
Увлечение радиотехникой продолжалось и в гимназические годы. В Киевской гимназии Михаил особо прилежным учеником не считался, виной чему были латынь и древнегреческий. Он увлекается чтением популярных изданий по естествознанию и радиотехнике и показывает отличные результаты по физике. Эти знания помогают Михаилу поступить в Николаевское инженерное училище в Петербурге. Одной из новых специализаций этого учебного заведения стала подготовка офицеров-связистов для армейских радиостанций. Этой новой профессии и решил овладеть Миша.
В 1912 году, в звании поручика, он поступил в Офицерскую электротехническую школу в Петербурге. Уже через год увидела свет его первая исследовательская статья об искровом разряде. Бонч-Бруевича принимают в члены Русского технического общества, что было большой честью для молодого специалиста.
«Бабушка русской радиолампы»
В августе 1914 года Германия объявила войну России. В российской армии числилось всего около сотни полевых радиостанций и только две мощные радиопередающие станции – в Царском Селе и в Москве на Ходынском поле. Роль приемного радиоцентра на Ходынке, обеспечивая связь с Лондоном и Парижем, выполняла только что построенная Тверская радиостанция. Помощником ее начальника назначают молодого Бонч-Бруевича.
Тверская радиостанция была оборудована детекторным радиоприемником, усилителей не существовало. Сигнал принимался большой антенной длиной 300 метров и высотой 110 метров, преобразовывался в постоянный ток детектором и принимался на слух в виде азбуки Морзе. В то же время на некоторых радиостанциях за рубежом постепенно появлялись первые электронные лампы. В России в те годы отечественных ламп не выпускали, поэтому Бонч-Бруевич решает начать их производство собственными силами. Для этого Михаил организовал лабораторию прямо у себя на квартире. К концу 1915 года, в результате напряженной работы, в ходе которой Михаил Александрович отравился ртутью и месяц пролежал в постели, были созданы электронные лампы, названные «катодными реле». За проявленный героизм 25 декабря 1915 года штабс-капитан Бонч-Бруевич был награжден орденом Святой Анны третьей степени.
М.А. Бонч-Бруевич с сыном у передатчика НРЛ. 1921 г.
В начале 1916 года Михаил Александрович отправляется во Францию, чтобы посмотреть на производство новейших электронных ламп с высоким вакуумом. Он уверен, что в России можно организовать выпуск таких же ламп, и даже лучше. Возвратившись в Тверь, Бонч-Бруевич оборудует настоящую ламповую мастерскую. Здесь в скором времени была создана первая отечественная полностью электронная лампа, которую впоследствии прозвали «бабушкой». Так в России зародилось радиоламповое производство.
Радиотелефон: «газета без бумаги и расстояний»
После революции 1917 года Бонч-Бруевич принимает решение остаться в стране: здесь и его дом, его семья – жена Александра Алексеевна, первенец Алеша (впоследствии Алексей Михайлович Бонч-Бруевич продолжит дело отца, станет выдающимся ученым-физиком).
Советская власть нуждалась в новых радиотехнологиях: штат тверской лаборатории увеличили. Через год решено было создать первый советский радиотехнический научно-исследовательский институт. В августе 1918 года все сотрудники тверской радиостанции с их семьями, а также с оборудованием были перевезены в Нижний Новгород. Здесь создается Нижегородская лаборатория (НРЛ), призванная разрабатывать необходимые стране аппараты. Одним из первых таких приборов становится радиотелефон.
Идею Бонч-Бруевича многие специалисты воспринимали как фантастику. Для создания радиотелефона были нужны мощные лампы. Иностранные радиотехники уже пробовали включать параллельно большое количество приемных ламп, но это не сработало. Михаил Александрович понимал: необходимо создать радиолампы достаточно большой мощности. Задача по тем временам практически неосуществимая. Ведь при увеличении мощности в лампе возрастает тепловое рассеяние, и при определенной величине мощности лампа просто разрушится. Но Бонч-Бруевичу удалось найти оригинальное решение – идея лампы с водяным охлаждением. Существует легенда, что Михаил Александрович пришел к этому за чашкой чая, точнее, за самоваром ‒ устройство самовара было таким, как требовалось в лампе.
М.А. Бонч-Бруевич у радиотелефонного передатчика
Рассказывают, что, когда в феврале 1919 года московский телеграфист вместо привычной морзянки услышал первые голосовые сообщения из Нижнего Новгорода, он с испугу сбежал с рабочего места. Ровно через год, в январе 1920 года, состоялась первая полноценная радиотелефонная передача из нижегородской лаборатории в Москву на расстоянии 370 км. Теперь на Ходынке четко прозвучали несколько раз повторенные в микрофон Бонч-Бруевичем слова: «Говорит Нижегородская радиолаборатория».
«До того времени радиосвязь была только на уровне морзянки, никакой голосовой радиосвязи не было. Это действительно было потрясение, когда человек, который слушал в наушниках морзянку, вдруг неожиданно услышал человеческую речь!» – рассказывал позже сын ученого – Алексей Михайлович Бонч-Бруевич.
Об успешной радиопередаче доложили Ленину, и 5 февраля 1920 года в Нижний Новгород поступило его распоряжение: «Ввиду особой важности задач, поставленных радиолаборатории, и достигнутых ею важных успехов, оказывайте самое действенное содействие и поддержку к облегчению условий работы и устранению препятствий». А сам Бонч-Бруевич получил такое письмо от Владимира Ильича: «…Пользуюсь случаем, чтобы выразить Вам глубокую благодарность по поводу большой работы радиоизобретений, которую Вы делаете. Газета без бумаги и без расстояний, которую Вы создаете, будет великим делом. Всяческое и всемерное содействие обещаю оказывать этой и подобным работам. С лучшими пожеланиями В. Ульянов (Ленин)».
От радиотелефона к «широковещанию»
В марте 1920 года начинается сооружение в Москве Центральной радиотелефонной станции, строительство поручается Бонч-Бруевичу. Уже 17 сентября 1922 года с радиостанции, сделанной нижегородцами, был передан первый в истории российской радиоотрасли концерт. Во дворе только что построенной радиостанции установили пианино, на крышку которого Михаил Александрович положил обычную трубку от телефона – микрофон радиостанции. «Во дворе воцаряется тишина, раздается его ровный глуховатый голос: «Алло! Слушайте. Говорит Центральная радиотелефонная станция. Начинаем концерт»… Знаменитая певица, солистка Большого театра Надежда Андреевна Обухова тоже волнуется: ей впервые приходится выступать перед невидимым зрителем. В эфир уходят первые слова романса Полины из «Пиковой дамы». Обухову сменяют другие певцы и музыканты. Звучат мелодии Чайковского, Римского-Корсакова, Бородина. Бонч успокаивается. Передача, кажется, удалась, все идет успешно!» (из книги Л.Б. Иванова «Советские инженеры»).
Вторая радиостанция Коминтерна («Новый Коминтерн») на Шуховской башне
Вскоре начались регулярные радиотелефонные передачи из Москвы. Новую станцию назвали «Центральная радиотелефонная станция имени Коминтерна», в народе – просто «Коминтерн». А в 1928 году в Москве начинает работать построенный нижегородцами сорокакиловаттный «Новый Коминтерн» на Шаболовке, радиопередатчик которого занял первое место в Европе по своей мощности.
Первые детекторные приемники стали появляться и у населения, возникает и «радиолюбительство». В обиходе появилось еще одно новое слово – «радиослушатель», а понятие «радиотелефон» постепенно уступает место другому – «широковещание». Еще лет через десять это слово превратится в знакомое нам «радиовещание».
На короткой волне
В начале 1920-х появились первые сообщения о том, что радиолюбители из Америки благодаря применению коротких волн добились радиосвязи на тысячи километров. Используя передатчики мощностью всего несколько ватт, удалось провести двустороннюю связь между Америкой и Францией, Австралией, а затем передачами обменялись Англия и Новая Зеландия.
Бонч-Бруевич ищет разгадку дальних связей на коротких волнах в их особом распространении в пространстве – отражении от верхних слоев атмосферы. Исследованием использования коротких радиоволн для радиосвязи Бонч-Бруевич занялся вместе с сотрудником Нижегородской лаборатории В.В. Татариновым. Вскоре к этой работе присоединился А.А. Пистолькорс – будущий глава советской антенной школы. В 1925 году проходит ряд экспериментов по радиосвязи на коротких волнах, в результате были разработаны передатчики мощностью всего 300 Вт, которые покрывали расстояние от Москвы до Владивостока.
Одним из главных препятствий на пути использования коротких волн была возможность генерирования мощного излучения – не существовало ламп для создания мощных радиоволн дециметрового и сантиметрового диапазонов. Бонч-Бруевичем была разработана такая лампа, которая получила название «многокамерный магнетрон». Новинка обеспечила мощности в сотни ватт при длине волны 10 см, что позволило построить радиолокаторы сантиметровых волн, которые во время Второй мировой войны нашли широкое применение.
Связь поколений
Вскоре НРЛ была соединена с Центральной радиолабораторией в Ленинграде. Михаил Александрович получил назначение на должность научного директора объединенной лаборатории. Здесь он продолжил работу над передающей техникой для радиотелефонирования, короткими волнами, ламповой техникой и многим другим. Как вспоминали современники, он всегда отдавал любимому делу все силы без остатка, порой забывая об отдыхе. Михаила Александровича не стало 7 марта 1940 года, в возрасте 52 лет, от последствий инфаркта.
Михаил Александрович Бонч-Бруевич передал отечественной радиопромышленности около 60 патентов на различные изобретения. Но еще более ценное наследие – это новое поколение радиоинженеров, ученых, которые продолжили идеи своего знаменитого учителя. Когда в 1932 году ему предложили возглавить кафедру теоретической радиотехники в Ленинградском электротехническом институте связи, он с удовольствием согласился, потому что понимал, что будущее отечественной радиоотрасли за новым поколением инженеров. К своей педагогической деятельности Бонч-Бруевич подошел ответственно и творчески. Михаил Александрович впервые в вузовской практике создал курс теоретической радиотехники, значительно увеличил число часов для занятий лабораторной практикой. Как опытный практик, очень важным он считал дать студентам не только материал по теоретическим основам явлений, но и научить их видеть физическую сущность процессов. Вышедший в 1936 году его учебник «Основы радиотехники» на многие годы стал помощником будущим инженерам.
Алексей Михайлович Бонч-Бруевич
Достойным продолжателем этого большого дела стал сын Михаила Александровича – Алексей Михайлович Бонч-Бруевич – выдающийся ученый-физик, чье имя присвоено одной из малых планет Солнечной системы. Более 25 лет он возглавлял отдел физической оптики Государственного оптического института (ГОИ) им. С.И. Вавилова, ныне входящего в холдинг «Швабе» Госкорпорации Ростех.
Фамильные традиции продолжил и внук – Виктор Алексеевич Бонч-Бруевич. Он также связал свою научную деятельность с ГОИ им. Вавилова, занимался оптической магнитометрией – это метод геологоразведки и разведки ископаемых. Два года назад, на открытии выставки в честь 130-летия своего знаменитого деда, Виктор Алексеевич так сказал о нем:
«Неприхотливый, буквально аскетичный в быту, невероятно увлеченный своим делом, азартный в работе, отличный семьянин, заботливый и внимательный отец, надежный друг и коллега. Любитель рыбной ловли и классической музыки. Почитатель писателя Алексея Толстого, с которым дружил много лет. Человек, который с необыкновенной легкостью в течение пяти минут строил в голове хитроумные схемы своих гениальных изобретений и потом… ленился регистрировать их в патентном бюро. Это очень краткая характеристика, которая, конечно, не передает всего масштаба этой великой многогранной личности».
События, связанные с этим
В Тулу за своим микрофоном
Дышать свободно: как воздухоочистители борются с вирусами