братья караваевы кто это такие
Как «Братья Караваевы» ломают стереотип жлобского общепита Москвы
Данное сообщение (материал) создано и (или) распространено иностранным средством массовой информации, выполняющим функции иностранного агента, и (или) российским юридическим лицом, выполняющим функции иностранного агента
Вкусно, быстро, недорого, как в Европе – скажете, в Москве заработать на такой концепции нереально? Ресторатор Евгений Каценельсон взялся доказать обратное
© Yell.ru
Не нужно быть ресторанным критиком, чтобы почувствовать: тут что-то не так. «Братья Караваевы» умудряются быть доступными, прогрессивными, технологичными, непошлыми и успешными одновременно. А от места, где кофе стоит 60 рублей и внушительный сэндвич – 125, такого никак не ожидаешь.
Из неброской булочной-пирожковой, открытой в Милютинском переулке, сеть кулинарных лавок «Братья Караваевы» за пять лет разрослась до 13 заведений и эволюционировала в одну из самых новаторских и европейских по духу на столичном рынке. Сюда повадились бегать на ланч офисные клерки, а домохозяйки полюбили закупаться в лавках выпечкой и десертами. Здесь любят посидеть нарождающийся средний класс, считающий, пускай, не каждую копейку, зато наверняка каждую тысячу. В Москве, где от цен на банальности вроде чая и булки с маком глаза на лоб лезут, сеть балует посетителей сочетанием несочетаемого – низкими ценами и кулинарным изяществом.
Slon нашел подходы к бизнесу «Братьев Караваевых» странными и совершенно немосковскими и попросил менеджмент сети объяснить, в чем тут подвох.
Что это: кофейня, столовая, магазин, ресторан или фастфуд?
Концепция «Караваевых» пронизана духом какого-то хулиганского эксперимента. Атмосфера кофейни уживается с ассортиментом, больше подходящим для закусочной с претензией. Обилие готовой еды напоминает freeflow-столовку в духе «Граблей» или «Му-му», при этом здесь столько покупается на вынос, что чувствуешь себя в «магазине у дома». Забота о мелочах делает честь приличному ресторану, но шансы быстро получить горячую еду здесь почти те же, что и в обычном фастфуде (омлет или глазунью в лавках готовят за семь минут). Однако в обычном фастфуде вам всучат бумажный стаканчик и пластмассовую тарелку, а в «Караваевых» накормят из нормальной посуды – белой керамической (хотя подчас и бывалой, судя по отбитым краям). Люди тут явно сходят с ума по таким вещам, как упаковка и выкладка, будто работают не в бюджетной кулинарии, а в продуктовом отделе Harrods. «Постоянно переставляем блюда, меняем посуду, меняем цвет посуды, который критически важен в процессе выбора», – растолковывает мне помощник управляющего сетью Анна Городилина. Если кто-нибудь из начальства едет на отдых за границу, обязательно привозит кучу образцов и фотографий подсмотренных мулек.
«Гляньте, как они заворачивают салфетки, – демонстрируют мне менеджеры снимки на iPhone. – Вот думаем тоже так сделать».
«Главное – не много зарабатывать. Главное, чтобы всегда»
Компания целенаправленно снижает цены, оптимизируя цепочку поставок. «Мы просто избавляемся от промежуточных фирм, которых полно в ресторанном бизнесе», – рассказывает Анна Городилина. Почему 100 грамм норвежского лосося в «Караваевых» раньше стоили 220 рублей, а теперь – 125? Именно поэтому: менеджмент вышел на производителя, компанию «Технолат», и получил дистрибуторские цены. У сети лавок сейчас около 20 поставщиков, и компания всеми силами старается их сузить. «Мы сейчас создаем фирму, чтобы закупаться непосредственно у производителей – например, креветку собираемся возить контейнерами из Бангладеш и Китая», – рассказывают мне представители компании. 300% наценки для московского ресторана обычное дело. В «Караваевых» она как минимум втрое ниже. «Главное – не много зарабатывать, главное, чтобы всегда. Это у нас вроде корпоративного девиза», – поясняет Городилина, обещая и дальше опускать цены.
При этом о качестве еды в «Караваевых» говорят почти что с религиозным чувством: «Мы кормим этим своих детей». Для того чтобы обеспечить стабильное качество блюд при растущих объемах, владельцы сети вложились в собственную фабрику-кухню и арендовали под нее 1000 кв. м на территории 12-го хлебозавода (прежде «Караваевы» работали на базе кондитерского цеха ресторана «Дантес», входящего наряду с лавками в ресторанный холдинг ilovecafe). На фабрике «Караваевых» работают французский, итальянский и другие иностранные повара с солидным послужным списком.
Десерты курирует шеф по имени Мишель Иван. Такое имя в «Караваевых» решили обыграть: к весне следующего года в ассортименте сети должен появиться шоколад под маркой «Креасьон Мишель Иван».
Возможно, я пропустил бы всю эту саморекламу мимо ушей, если бы сам не являлся активным потребителем продукции сети. Готов ручаться: невзирая на умеренные цены, качество и вправду на высоте.
Садитесь подальше от метро – и люди к вам потянутся
Открытая кухня и мойка
Помощник управляющего сетью Анна Городилина
Электронная очередь к еде
А как же «Русское радио» или Челентано?
«Перестали кормить помойку»
Управляющий сетью просто предложил не путать гостей и «лупануть на все».
Все работают на тебя, включая менеджера
В этом смысле «Караваевы» похожи на суетливый фастфуд. Тут никто не скучает без дела. Менеджер – это часто человек, стоящий за кассой. Там же вполне может оказаться кто-то из директоров. Кстати, у администрации «Караваевых» нет отдельного офиса, поэтому производственные совещания проводятся прямо в заведениях (сам наблюдал такую картину – утром, пока было мало народу, за несколькими сдвинутыми столиками 20 человек сосредоточенно обсуждали текущие проблемы). Раньше у директоров лавок были менеджеры, но впоследствии от них избавились, посчитав лишними звеньями. Это укрепило персональную ответственность управляющих.
Бизнес по-братски
— По какому принципу вы выбираете блюда?
— У нас и пекарь француз, и вообще команда довольно интернациональная. Сама по себе идея советской кулинарии сырая. Нужно, чтобы еда была приготовлена правильно, выложена красиво. А у европейцев наработан более серьезный ресторанный опыт, просто потому что рестораны там существуют гораздо дольше. И совершенно правильно этот опыт впитывать. Хотя, справедливости ради, по некоторым позициям российские рестораторы уже обгоняют Европу. Сейчас, когда мы выезжаем на зарубежные стажировки, то обращаемся к более крупным, чем наше, производствам, чтобы учиться на их ошибках и проблемах. «Караваевы» все-таки пока не самая большая сеть в мире.
— Сейчас в сети 27 точек, а до конца года вы планируете открыть 30. То есть по одной новой в месяц?
— У нас нет четкого графика. Открываем, обычно, когда находим новое помещение.
— Каковы основные требования к площадкам?
— Насколько я знаю, поначалу вы предпочитали открывать «Караваевых» в бизнес-центрах, чьи сотрудники обеспечивали поток в течение всего дня.
— В майском интервью вы говорили, что сеть обслуживает полмиллиона человек в месяц. Когда, думаете, будет миллион?
— Через год-два. Помимо того, что увеличивается количество точек, еще аудитория каждой лавки прирастает ежемесячно.
— Известно, что потребности такого большого потока обеспечивает целый завод по приготовлению еды?
— Производство всегда располагалось не на точках, а на отдельной фабрике-кухне. Просто сначала это была кухня в подвальчике, потом мы арендовали цех на хлебозаводе, а сейчас производство занимает более 6000 кв. м, и его снова надо расширять. Кухня во многом автоматизирована: сырники и пельмени, например, уже давно не лепят вручную. Готовую продукцию каждое утро перед открытием развозят по точкам. Часть просто выставляют на витрины, часть доготавливают или разогревают. Некоторые «быстрые» блюда, например яичницы или каши, готовят под заказ.
— Сколько тонн еды производит фабрика-кухня ежедневно?
— Как при таких объемах производства контролируете качество?
— При этом в Москве существует кафе «Рогалик», которое работает на вашей продукции, и даже персонал стажируют в ваших лавках.
— Это кафе принадлежит моему другу, который хотел купить франшизу «Караваевых» и для которого я придумал вот такой выход. «Караваевы» ведь много кому продают продукцию: «Якитория» закупает наши сырники, «Вкусвилл» продает часть наших блюд под своим брендом, сейчас ведем переговоры с «Азбукой вкуса».
— В чем секрет такой популярности вашей концепции, можете сформулировать?
— Только на проблемы приезжаете и общаетесь только с руководителями? Или можете заехать просто на обед и попутно сделать замечание официанту?
— Правду говорят, что работать вы заканчиваете не позднее 18:00?
— Как сегодня распределяются денежные потоки в сети ILoveCafe? «Братья Караваевы» как самый прибыльный проект дотирует одиночные рестораны или каждое заведение имеет собственный бюджет?
— Второй вариант. Каждый проект существует на собственные средства. Более того, даже владельцы ресторанов, я и мой партнер Игорь Моисеев, никогда не едим в своих заведениях бесплатно. Зато ресторан получает ровно столько, сколько заработал. А новые проекты я открываю на личные средства, скажем так: на долю прибыли, которую я получаю с каждого ресторана.
Цитата из меню кафе «Рынок и общепит»:
В этом октябре запускаю второй спортбар «Лига пап», но здесь все просто: подвернулось хорошее помещение, почему не сделать в нем востребованный формат? «Лига пап» ведь, по сути, не имеет конкурентов в Москве, да и в Европе. Это не просто бар с плазмами, подключенными к «НТВ-плюс». Во-первых, помещение разделено на зоны, чтобы гости могли смотреть не одно выбранное нами событие, а наблюдать за тем, что происходит одновременно, по собственному выбору. Во-вторых, это звук Dolby Surround. В-третьих, не маленькие экраны, а большие проекторы. И еще мы приглашаем лучших телевизионных комментаторов, чтобы они работали для наших гостей на основных матчах. Вы же понимаете, насколько это отличается от просмотра по телику?
— Ваш новый проект «Рынок и общепит» напоминает «Братьев Караваевых» с еврейским акцентом. Тот же принцип самообслуживания, только без электронной очереди: заказал и ждешь, когда выкрикнут твое имя. Те же юо с небольшим квадратных метров и 30 посадочных мест. И такой же невысокий средний чек.
— Вы говорите, что кухня там средиземноморская, а не еврейская. Почему?
— Удается восстановить аутентичный вкус?
— А что насчет израильского вина? Московские рестораторы жалуются, что его сложно включать в карту: из-за того, что поставки толком не налажены, поставщики часто убирают одни позиции из прайс-листов и заменяют их другими.
— «Рынок и общепит» тоже со временем станет сетью?
Источник: FoodService №11 2016 г.
Этой новостью можно поделиться в соц. сетях:
Истории успеха
Дарья Ерохина, директор кулинарной лавки «Братьев Караваевых»
«Получив образование экономиста, я поняла, что не хочу сидеть в офисе. Тогда и задумалась о ресторанном бизнесе. Я нашла RMA, записалась на программу, и как-то все одновременно закрутилось: практически сразу начала работать в ресторанном бизнесе. «
Братья Караваевы – одна из немногих кулинарных сетей в Москве, удачно сочетающая концепции городского кафе, домашней кухни и кондитерской. В настоящее время выпускница программы «Менеджмент в ресторанном бизнесе и клубной индустрии» RMA Дарья Ерохина является директором одного из заведений сети, расположенного на Николоямской улице. В интервью сайту RMA Дарья рассказала о концепции «Братьев Караваевых», отличиях лавок и, конечно, о своей роли в организации работы заведения.
– Дарья, почему ресторанная индустрия? Мне всегда казалось, что это один из самых тяжелых путей, которые может выбрать девушка.
– Это правда. Поэтому ответить на этот вопрос очень сложно. Наверное, потому что в детстве любила готовить. Мне всегда казалось, что это что-то такое творческое и очень активное. А еще потому, что, несмотря на свое первое «фундаментальное» образование экономиста, мне никогда не хотелось сидеть в замкнутом пространстве офиса. Это я осознала уже где-то к середине обучения, тогда и вспомнила о былом увлечении и задумалась о ресторанном бизнесе, где, как я предполагала, все должно быть очень весело и прекрасно. Конечно, на деле все оказалось не совсем так, но, в конце концов, это то, что нравится. В свое время родители были против, чтобы я поступала на повара. Вот я и решила после обучения совместить приятное с полезным, и найти поле, где можно применить и экономические знания, и любовь к поварскому искусству.
– И как давно Вы уже работаете в этой сфере?
– Все началось еще до того как Вы пришли учиться в RMA или уже во время обучения?
– Знаете, как-то все одновременно закрутилось. Я нашла RMA, записалась на программу и практически сразу параллельно начала работать в ресторанном бизнесе.
– А сколько уже работаете в кулинарной лавке «Братьев Караваевых»?
– Изначально, на какую позицию пришлю сюда?
– Так получилось, что сразу пришла на должность директора. Точнее изначально это была позиция менеджера, но на ней я проработала буквально полтора месяца. У меня был очень короткий срок, чтобы постичь гранит местной науки и местной кухни. Затем здесь произошла реорганизация, и я стала директором заведения.
– Расскажи про концепцию лавки. Почему это «магазин»? Ведь у вас есть посадочные места, как в кафе.
– Лавка «Братье Караваевых» это скорее «магазин-кулинария», куда люди могут зайти, быстро что-то купить и убежать дальше по своим делам. Реализация такой концепции возможна за счет того, что у нас абсолютно все делается на вынос. Конечно, первое, что ассоциируется со словом «кулинария» – это заведения, которые давным-давно были популярны в Советском Союзе, где огромные тетеньки в накрахмаленных фартуках готовили мясо, салаты и пирожки, которые далеко не всегда выглядели достаточно аппетитно. Однако у нас в лавке под словом «кулинария» подразумевается скорее европейская концепция подобных заведений, где все сделано намного изящнее и вкуснее, если можно так сказать. В Европе вообще очень развита культура «еды на вынос», наверное, потому, что готовят там намного реже, а магазины домашней еды – отличная альтернатива необходимости стоять за плитой. Мы попытались эту европейскую концепцию кулинарий перенести на московские реалии, и она действительно пошла, просто потому, что за вполне приемлемы деньги люди, которые много работаю, получают возможность питаться по-домашнему. Лавка «Братьев Караваевых» – первое заведение такого типа в Москве.
Как видите, даже при наличии посадочных мест нас сложно назвать кафе в чистом виде, у нас тут хлеб, выпечка и никаких официантов.
– Но это не отменяет того, что во время обеденного перерыва у вас всегда огромные очереди, а посетители предпочитаю обедать здесь?
– Да, у нас вокруг очень много офисов, работники которых любят обедать в лавке, потому что здесь быстро, вкусно и главное качественно. Кстати, качество – это основной показатель, за который мы боремся, и который выделяет нас среди конкурентов. Продукты у нас всегда проверенные, а еда свежеприготовленная. Поэтому людям, уставшим от огромного количества московского фаст-фуда, приятно приходить к нам и при этом они тратят не на много больше времени.
– Но, несмотря, на то, что ваши постоянные посетители – офисные работники, вы не делаете никаких специальных предложений во время обеденного перерыва. Почему?
– Это политика сети. Кстати, мы единственная лавка, где есть специальное предложение для студентов: им, при предъявлении студенческого билета, полагается чай в подарок. Это связано с тем, что в этом районе много учебных заведений.
Плюс у нас действует стандартная скидка 20% на хлебобулочные изделия и определенный перечень продуктов после 7 часов вечера.
– Расскажите про кухню. Готовите прямо здесь?
– Что-то готовится здесь, что-то привозится из цеха. У нас свое производство, поэтому определенная часть продуктов подготавливается там, потом транспортируется, а уже непосредственно в лавке мы делаем завершающие штрихи в приготовлении блюда. Некоторые блюда привозят уже полностью готовыми. Это, в первую очередь, касается выпечки и кондитерских изделий, так как у нас нет возможности производить их на месте.
– К слову сказать, последнее время стала замечать, что сеть «Братьев Караваевых» очень разрослась. Или это только кажется?
– Вы правы. За последние полтора года, с момента как я работаю здесь, открылось пять новых заведений сети, в июне будет запущено еще одно и плюс после ремонта возобновит свою работу одна из старых точек. Такой рост сети вполне объясним популярностью концепции в целом. Я сама с недавнего времени начала замечать, что вокруг появилось много заведений подобного типа, которых раньше не было.
– Отличаются ли лавки «Братьев Караваевых»? Есть ли у вас точки взаимодействия с другими заведениями сети?
– Основное отличие – это интерьер. У каждой лавки своей неповторимый стиль. Совсем немного может отличаться ассортимент, но это встречается редко. Мы – один проект, одна большая семья. Нас ведь не так много, как заведений других сетевых проектов, которые активно разрастаются за счет франшизы, что очень усложняет возможность коммуникации внутри сети. Мы все взаимодействуем и стараемся помогать друг другу.
– Дарья, расскажите о своих функциях, которые вы выполняете как директор заведения?
– Грубо говоря, я делаю все. Кончено, мой приоритет – это административные обязанности и работа с персоналом, но хороший управляющий должен уметь делать все: и за кассой постоять, и посетителей обслужить, и даже поваром побыть. Как говорится, плох тот генерал, который не может заменить солдата. В ресторанном бизнесе бывают ситуации, когда могут пригодиться абсолютно все умения. Фактически, в мои обязанности входит полная организация функционирования точки питания, то есть я должна сделать так, чтобы лавка работала как часы.
– Получается, с таким широким функционалом, Вам все-таки удается иногда исполнить свою детскую мечту и побыть поваром?
– Получается так (смеется). Конечно, готовлю я только, когда в этом есть необходимость, и когда есть время. В принципе, для меня это не сложно, потому что, когда у тебя в руках технологическая карта, практически невозможно сделать что-то не так. Тут же речь идет не о высокой кухне, когда надо что-то изобретать, придумывать, понимать, как один ингредиент сочетается с другим. Это скорее техническая работа, которая не требует особой квалификации повара, приносящего своему заведению мишленовские звезды. Хотя в Москве, к сожалению, и так не очень много заведений, способных ими похвастаться. У нас же все больше поставлено на поток.
– Дарья, Вы говорили об организации функционирования лавки. Наверное, самое сложное в этом – правильно выстроить работу персонала. Сколько человек работает у вас в заведении?
– Штат – 15 человек, из них 2 повара, 8 продавцов и остальные – обслуживающий персонал. В общем, не очень много. Это средний показатель по сети. Конечно, в каждой лавке в зависимости от ее проходимость может варьироваться число сотрудников, например, за счет увеличения количества поваров.
– А из управляющего персонала только Вы? Или есть менеджеры?
– Нет, я одна. Раньше, когда я только пришла, было еще 2 менеджера, однако, со временем, эта позиция исчерпала себя. И теперь в каждой лавке есть директор и несколько ответственных лиц.
– Как в этом случае выстраивается график работы? У Вас же не семидневка?
– К счастью, нет! Я работаю с понедельника по пятницу – такой почти офисный режим. Ну и к тому же на выходных не такая большая проходимость, так что команда вполне справляется и без меня. Это как раз та ситуация, о которой я говорила: если сделать так, чтобы заведение работало как часы, то вполне можно позволить себе не находиться тут сутками и относиться к работе, как к работе. В этом и заключается моя основная функция. Поэтому, когда я вдруг заболеваю или уезжаю в отпуск, мне не надо бояться, что все встанет и без меня никто не справится. Ведь если без управленца ничего не работает, то это говорит лишь о том, что это горе-управленец.
– Вернусь к началу нашего разговора. За те годы, которые работаете в ресторанной индустрии, Вы в ней не разочаровались и не сожалеете о том, что в какой-то момент поменяли направление своей деятельности?
– Я не столько ее поменяла, сколько повернула в определенную сторону. Экономическое и управленческое образования имеют между собой много общего. Что касается разочарования, то пока его нет, может быть потому, что за время работы в индустрии я успела многое попробовать и поработать с разными концепциями. Хотя, конечно, я все больше понимаю, что ресторанный бизнес – это тяжелый труд. Но пока я нахожусь в этом, а что будет потом не знаю.
– Дарья, последний вопрос: свой ресторан открыть не хотите?
– Нет. Наверное, потому, что в Москве ресторанный бизнес слишком рискованный, здесь слишком сложно выжить несетевым проектам. Поэтому, если я когда-нибудь и решусь на открытие собственного заведения, то это будет что-то маленькое, уютное и где-нибудь не здесь.
Образцовый общепит
«Ресторатор»: Когда появились первые «Братья Караваевы», рынок знал вас как ресторатора и владельца «Скромного обаяния буржуазии», «Курвуазье», очень модных кафе совершенно другого уровня. Почему вдруг народное кафе-кулинария?
Евгений Каценельсон: Зачем мне это надо?
«Р.»: Да, как появилась идея? Тогда ничего подобного на рынке не было, а теперь мы видим один из самых качающих проектов в городе.
Е.К.: Самый качающий. Вы сами отвечаете на свой вопрос. Надо было уходить в отрыв от рынка.
«Р.»: То есть было предвидение, что проект рванет?
Е.К.: Жизнь завела, как всегда – все случайно. Так сложилось.
«Р.»: Вы обтекаемо говорите. Обычно как происходит: увидел концепцию, понял, что такого на рынке нет, и такое нужно людям…
Е.К.: Нет, это дурацкая затея. Люди придумали телевизор когда-то давно, все ж над ними смеялись сперва. Или телефон – что это, зачем? Есть какие-то вещи, возникающие естественным образом. Но это великие изобретения, а тут просто кафе. Да и то – тоже не сразу люди поняли, зачем я это открываю.
«Р.»: У вас же было предчувствие, что именно это нужно?
Е.К.: Вы хотите услышать, что да, было? Я не знаю, было оно или нет. Если у тебя по жизни вообще нет предчувствий, иди мой посуду. Ты просто слушай себя и все. Это должно быть в каждой мелочи. Стоит тебе сегодня из дома выйти, или не стоит? Как в мелких, так и в крупных вещах – каждый день должно быть предчувствие.
«Р.»: Наверное, ответ на вопрос, как появилась идея сделать «Рынок и общепит», примерно такой же?
Е.К.: Нет, здесь немножко по-другому. Это была старая идея – объединить рынок и кафе. Я считаю, что в еще одном нашем проекте – «Изя Гриль» – мы просто не доработали. Хотя все у него идет хорошо, все работает, в кафе на улице Льва Толстого битком народу. Но знаете это состояние, когда что-то свербит: тут я не так сделал, так бы чуть по-другому повернуть? Поэтому я открыл «Рынок и общепит».
«Р.»: Что в «Изе» было не доверчено?
Е.К.: Формат. В «Рынке» принципиально нет официантов и площадь поменьше.
«Р»: Такое ощущение, что сейчас на пике популярности находятся пограничные форматы, рестораны с лавками при них, кафе-кулинарии, фудкорты на рынках. Почему?
Е.К.: Потому что это естественный формат. Ты пришел на рынок, почему бы там не поесть? Для меня всегда было загадкой, почему на наших рынках раньше не кормили. Это же просто. Плиту поставь, брось кусок мяса. Два столика рядом и все – пошло! И западных примеров полно. Eataly, например, все эти рыночки в Вене и немецких городах.
«Р.»: Пробовали же на рынке в «Цветном» такую штуку запустить пару лет назад, но не пошло.
Е.К.: В «Цветном» все сделали неправильно. Я знаю людей, которые это создали, с самого начала им говорил, что ничего не получится. Они звали меня к себе, но я не готов играть в эти игры на пятом этаже. Был хороший центральный рынок, а они построили здоровый торговый центр, запихнули рынок на пятый этаж. У меня есть друг – один из главных fashion агентов, у него все закупают одежду. Он тоже сказал, что «Цветной» неправильно спроектирован, в нем будет вообще сложно что-либо продать. Создатели «Цветного» – девелоперы, они просто полезли не в свое дело. Нужно было на этапе строительства приглашать людей, умеющих создавать правильное пространство. Кажется, что это просто. Вот вы сидите здесь, в кафе, вам здесь кайфово. А я знаю, почему. Я умею сделать так, чтобы вам здесь было хорошо. Такие же специалисты есть и по торговым центрам, по рынкам… Надо очень четко понимать пространство. Объяснить это невозможно, хотя можно научить.
«Р.»: Отсюда и вопрос про популярность, – если бы заведений пограничных форматов было много и они были бы сверхпопулярными, то вопрос, зачем такое открывать – был бы странным.
Е.К.: Да вы в советскую кулинарию зайдите! Страшно же! Возьмите ту же «Прагу». Им не объяснишь, что они сидят на золотой жиле. У них история насчитывает 50 лет, по крайней мере, еще 10 лет назад про них все знали. Там же просто надо сделать ремонт… Но нет. А мы открыли «Караваевы» напротив, и тут же перетянули трафик.
«Р.»: Сколько сейчас «Караваевых»?
Е.К.: Скоро будет 30.
«Р.»: Почему вы открываете «Караваевы» только в центре?
Е.К.: Вы не поверите, будете хохотать. Мне лень ездить куда-то. Но со временем, конечно, придется.
«Р.»: Какой интересный портрет ресторатора, который ленится зарабатывать, получается. А франшиза «Караваевых» появится?
Е.К.: Нет, зачем она мне нужна? На нашей фабрике-кухне и так закупают продукцию супермаркеты и рестораны. Такая отгрузка пошла! Во «ВкусВилл», например, в «Глобус Гурме» продаем. Недавно выиграли слепую дегустацию и будем поставлять сырники в «Якиторию».
«Р.»: Сырники в «Якиторию»? Нонсенс же: ресторан закупает сырники на стороне…
Е.К.: Когда у тебя большая сеть, качество выдержать сложно. Им тяжело следить за сырниками, а мы можем отгружать стабильное качество по хорошей цене. Сейчас все уходят на аутсорсинг.
«Р.»: Вы для каждого партнера придумываете меню?
Е.К.: С какой стати! Вот ассортимент – бери, что хочешь!
«Р.»: То есть в каком-нибудь супермаркете или ресторане можно будет встретить абсолютно то же самое, что и в «Караваевых»?
Е.К.: Пожалуйста, только без бренда.
«Р.» Расскажите про производство?
Е.К.: Сейчас это 6000 кв.м., там сосредоточено все, включая кондитерку и пекарню. Кстати, планируем повышать качество хлеба, расширять ассортимент.
«Р.»: Хлеб у вас тоже свой? Не аутсорсинг? Разве не партнерство с «Главхлебом»?
Е.К.: Это они у нас берут хлеб. Дошло до смешной ситуации. Один из партнеров «Главхлеба» запустил собственную кулинарию наподобие «Караваевых» – «Рогалик». Так вот: им выгодно брать хлеб и выпечку у нас, а не у «Главхлеба». Получается, что мы вытеснили их из их собственного кафе.
«Р.»: Каким образом удается удерживать соотношение цена-качество?
Е.К.: Когда ты растешь, ты становишься интересным всем поставщикам. Экономия от масштаба. Мы закупаем полтора миллиона яиц в месяц только на «Караваевы» – они идут и в кондитерку, и в салаты, во все. Или вот пример: в «Караваевых» уходит полторы тонны молока в день.
«Р.»: Где молоко берете? Это же проблема сейчас. Как и курица, кстати…
Е.К.: На нас работает целый завод, и по птице тоже. С «Мираторгом» сотрудничаем, но и там случаются проблемы: то у них одно закончилось, то второе…
«Р.»: Стабильные поставщики – проблема, типичная для нашего рынка.
Е.К.: Да, у нас не Лондон. Там помещение стоит так дорого, что никто не может себе позволить держать при ресторане склад. У них маленькая кухня, три плиты, зал и все. Продукты три раза в день привозит поставщик. У нас же делаешь заказ и получаешь в ответ: «Может, в субботу привезем». Мы решаем этот вопрос, потому что у нас огромные склады. Мы их забиваем и отдыхаем, то есть дышим полегче. Замораживаем сезонное – ягоды, фрукты, овощи. Кабачков вот наморозили, к Новому году сделаем суп-пюре из кабачков рублей по 90. И все ахнут. А дело в том, что мы его взяли по 25 рублей за килограмм в сезон, а не по 400 рублей зимой.
«Р.»: У вас есть конкуренты?
Е.К.: Нет.
«Р.»: А ниша может вместить несколько игроков?
Е.К.: Если они выйдут на то же качество и тот же правильный посыл, как у нас. Мы считаем, что «Караваевы» должны находиться на расстоянии 10-ти минут пешком друг от друга. Если где-то на карте пробел – пожалуйста, вот место, открывай.
«Р.»: Сколько лет ушло на выстраивание системы?
Е.К.: Мы просто к этому пришли. Сначала были «Караваевы» в Милютинском, потом на Покровке. Делали все в стометровых подвальчиках. Потом подросли, переехали на завод, потом он стал мал, и я нашел другой. Года два или даже меньше на все это ушло.
«Р.»: Напомните, когда открылись первые «Караваевы»?
Е.К.: То ли 8, то ли 9 лет назад. А ведь надо мной тогда смеялись.
«Р.»: Кто?
Е.К.: Да все! Мол, дурь какая-то, говорили, что через год закроюсь. И проект действительно первое время не давал денег. Надо было просто потерпеть.
«Р.»: Какие проекты у вас впереди?
Е.К.: Строим второй спортивный бар «Лига Новая Арена» на Краснопролетарской. Первый уже 11 лет работает на Лубянке.
«Р.»: Почему второй появляется спустя столько лет после первого?
Е.К.: Все сошлось. Помещение хорошее попалось. Да и концепция очень востребована, несмотря на плохое местоположение. Машины не припаркуешь, от метро далеко. На Краснопролетарской будет и парковка, и от метро там идти пять минут.
«Р.»: Это будет идентичное первой «Лиге» место?
Е.К.: Нет, более современное. Обычно люди вешают телевизор на стенку и называют это спорт-баром. Мы сделаем совершенно неконкурентную историю. В разных залах будут идти разные трансляции. Только матрица, которая будет разводить изображение по разным экранам, стоит 1,5 млн. руб. Поставим мощные антенны, благо, там крыша позволяет. Будем приглашать профессиональных комментаторов.
«Р.»: Еще вы планировали запускать доставку?
Е.К.: Как раз сейчас запускаем. Будет называться «Праздник от Караваевых». То есть там надо будет заказывать сразу стол, тысяч на пять.
«Р»: Банкетная история?
Е.К.: В чем главный концепт «Караваевых»? Перестаньте готовить дома. С этим мы изначально вышли на рынок. Лично я ненавижу, когда дома пахнет едой. Уверен, кухня нужна только если в доме есть дети. А так – зачем? Потом, это же такой дополнительный соблазн – пойти ночью к холодильнику и что-нибудь перехватить.
«Р.»: Главный диетолог страны Евгений Каценельсон рекомендует!
Е.К.: Если серьезно, все равно готовить самому дороже, чем покупать готовое в кулинарии. У тебя пропадает время, половина еды выбрасывается, потому что рассчитывать ее количество сложно, потом надо убираться. Зачем все это? Пришел домой, разогрел и готово! К тому же, это мировая тенденция: есть дом с квартирами, а внизу – кафе с разнообразной едой.
«Р.»: Просто рай для женщин какой-то. Уборка на аутсорсе, еда на аутсорсе…
Е.К.: По кайфу тебе – приготовь. Сколько ты раз это сделаешь, ну раз, ну два… Мне вот на отдыхе нравится готовить, почему-то там лень ходить в рестораны.
«Р.»: А вы умеете готовить?
Е.К.: Конечно! Как же иначе заниматься ресторанами, если готовить не умеешь!
«Р.»: Возвращаясь к доставке, что это все-таки будет?
Е.К.: Ты заказываешь праздник. За 2 дня до мероприятия размещаешь заказ и тебе привозят целый стол. Мы сделали хороший сайт, почти год над ним бились.
«Р.»: Ого! Год на создание сайта?
Е.К.: Потому что получался какой-то совок. Я прошу: сделайте серый цвет. Мне говорят, что это сложно. Почему сложно? Ну, вот, сложно серый. Я говорю: почему Apple не сложно сделать красивый и модный серый цвет, а вам сложно? Два месяца бились с этим цветом. Потом снова. Говорю: шрифты дурацкие. Нашли хороший шрифт, но он оказался платный. Вот опять же, когда ты делаешь что-то более-менее нормально, это стоит денег.
«Р.»: Когда сайт заработает?
Е.К.: Мы планировали в этом месяце, может в ноябре. Будем спокойно пробовать.
«Р.»: Вы прямо перед Новым годом запускаетесь?
Е.К.: Да, опасно.
«Р.»: Зато какой тест, когда к тебе приходит разом пол-Москвы!
Е.К.: Вот этого мы боимся очень. Может, все будет хорошо, но мы боимся.
«Р.»: С другой стороны, жалко терять Новый год и переносить открытие, наверное?
Е.К.: Ну это как-то местечково. Есть процесс, который должен быть хорошим. Лучше проскочить Новый год, но все спокойно отладить. И уже к следующему Новому году ты будешь силен. Раз уж открытие так затянулось, то лучше сделать ограниченный доступ по подписке, для своих. Будем смотреть, в силах ли мы выполнить заказ и если что, отказывать.
«Р.»: А у вас есть личные предпочтения, может, один свой проект вы любите больше, чем другой?
Е.К.: Нет такого. Все мои, все любимые.