брюсова русалка что это такое статуэтка
Брюсова русалка что это такое статуэтка
Кем только ни называли знаменитого сподвижника Петра Великого, графа Якова Брюса – и магом, и астрологом, и алхимиком, и чернокнижником… Об этом человеке ходило немало шокирующих слухов, и сегодня не так легко выяснить, какие из них являются подлинными, а какие – всего лишь легендами…
Брюс происходил из рода шотландских королей
Это не легенда, а документально установленный факт. Отец будущего петровского соратника Виллим Брюс в 1647 году эмигрировал в Россию, где дослужился до полковничьего чина. Сын Яков (хотя по-шотландски правильнее было называть его Джейкобом) пошел по отцовским стопам. Он так успешно выступал в военных походах, что в 35 лет ему уже присудили маршальское звание. Но военной карьерой дело не ограничилось. Брюс также занимался и государственной деятельностью: состоял в Сенате и одновременно возглавлял Мануфактур-коллегию и Берг-коллегию.
Он занимался колдовством
По «Брюсову календарю» можно предсказать будущее на много лет вперед
Больше всего Яков Брюс прославился благодаря составленному им для потомков «Брюсову календарю». Впервые он был издан в 1709 году, вернее, выгравирован на медных пластинах. Хотя сам календарь был рассчитан на столетие, по нему можно было совершать вычисления, которые позволяли составлять астрологические прогнозы вплоть до 2000 года.
Исследователи уверяют, что в «Брюсовом календаре» предсказаны рыночные реформы 1992 года, финансовый кризис 1998 года и отречение от власти президента Бориса Ельцина в 1999 году.
Брюс спрятал свои книги и инструменты в подземелье
Источники рассказывают о том, что у Брюса была обширная библиотека, куда входили труды по истории, науке, астрологии, оккультизму. Но после его смерти и книги, и астрономические инструменты, и лабораторное оборудование куда-то исчезли.
Согласно одной из версий, граф заранее перевез все в свою подмосковную усадьбу Глинки (ныне Монино) и спрятал в надежном месте в подземелье. Энтузиасты проводили там исследования при помощи биолокации. Им удалось зафиксировать под фундаментом дома наличие металла, дерева и стекла. Но добраться до этих объектов невозможно. Видимо, «чародей» категорически не желал, чтобы его «наследством» пользовался кто-то другой…
Брюсова «Русалка» (фото)
[h2]
Брюсова «Русалка» (фото)[/h2]
Она, свои скрывая груди
И лоно зыбким тростником,
На мир, где колдовали люди,
Смотрела из реки тайком.
Ей был понятен их веселий
И их забот вседневный строй
Призыв пастушеской свирели,
Костер рыбачий под горой.
Она любила хороводы
И песни дев издалека,
Когда ложилась мгла на воды
И стыла темная река.
А в день весенних водосвятий,
Из-под воды едва видна,
Как речь таинственных заклятий,
Молитвы слушала она.
Когда же рой детей, купаясь,
Шнырял по вспугнутой реке,
Она звала их, откликаясь
На непонятном языке.
Но, видя проходящих парней,
Вечеровой порой, в тиши,
Еще нежней, еще коварней
Смеялась, зыбля камыши.
Яков Брюс: последнее пророчество
Есть легенда о том, что прислуживала «колдуну Брюсу» механическая девушка необычной красоты, но «лишенная души». С объяснением этого вообще никаких затруднений не возникает, так как подобные механические игрушки в галантном веке были весьма распространены в высшем свете. Но в сборнике легенд о графе Брюсе сказано, что это чудо чудное, диво дивное имело одну особенность: стоило у механической служанки вытащить из косы гребень, как она тут же «рассыпалась на цветы». Какой фокус использовался тут – можно только догадываться. Как будто вчера рассказывал мне все это щелковский художник Иван Зотов. А между тем,прошло уже тридцать лет.
Книги о колдуне Брюсе продавались до октябрьской революции 17 года чуть ли не на каждой сельской ярмарке. Поэтому не удивительно, что серьезные историки XIX века остерегались о нем писать. В результате в наши дни о Якове Брюсе знают только специалисты.
Я между тем узнать о Якове Брюсе можно в посвященном ему небольшом музее, который находится на территории санатория «Монино». Тут все сохранилось, не смотря на минувшие столетия очень неплохо. Так, рядом с бывшей усадьбой Глинки до сих пор располагается небольшой пруд. Прошедшей зимой группа энтузиастов с помощью современного эхолота искала в этом пруде еще один «объект брюсова волшебства», «русалку», которую он, по мнению местных крестьян, превратил в камень. Селяне XIX века вряд ли знали об искусстве скульптуры. Впрочем, стоит ли винить вподобного рода невежестве крестьян русских, ведь и итальянские землепашцы, находя в средние века в земле памятники античной культуры, считали их порождением дьявола…
Ничего, к сожалению, не нашли, хотя возможно скульптура просто за два с половиной века ушла глубоко в ил. С этим прудом связана еще одна легенда о Якове Брюсе, будто бы он был способен в жаркий летний день заморозить этот пруд для того, чтобы гости, приезжавшие к нему, могли покататься на коньках. Разгадка этого «волшебства» очень проста, с зимы лед покрывали соломой. А по команде барина ее убирали и так оказывался толстый слой льда.
Гостей приглашали до тех пор, пока были живы дочери Якова Вилимовича. Но, к сожалению, этот выдающийся человек был осужден встретить старость в полном одиночестве.
Яков Брюс родился 11 мая по новому стилю 1670 года во Пскове. Есть некоторые расхождения по поводу его года рождения (т. е. в некоторых источниках указывается 1669, однако,в то время было обычной практикой прибавлять себе год рождения, чтобы пораньше попасть на государеву службу. На Брюса это очень похоже, поскольку он был человеком выдающихся государственных способностей и служба для него была делом чести. 1669 год фигурирует в надгробной речи, которая была прочитана во время похорон Брюса пастором. Он говорит, что Яков Вилимович прожил столько-то лет, месяцев и дней до своей смерти. Если это посчитать, то получается 1669 год.
Существует предание, что Брюс предсказал, что его могила будет осквернена, а дом сожжен. Так оно и случилось, в самом конце XIX века во дворце фельдмаршала, давно перешедшем к новым хозяевам, случился пожар. Дом был восстановлен, однако с тех пор в нем уже не жили.
Яков Брюс: последнее пророчество (+3 фото)
Есть легенда о том, что прислуживала «колдуну Брюсу» механическая девушка необычной красоты, но «лишенная души». С объяснением этого вообще никаких затруднений не возникает, так как подобные механические игрушки в галантном веке были весьма распространены в высшем свете. Но в сборнике легенд о графе Брюсе сказано, что это чудо чудное, диво дивное имело одну особенность: стоило у механической служанки вытащить из косы гребень, как она тут же «рассыпалась на цветы». Какой фокус использовался тут – можно только догадываться. Как будто вчера рассказывал мне все это щелковский художник Иван Зотов. А между тем,прошло уже тридцать лет.
Книги о колдуне Брюсе продавались до октябрьской революции 17 года чуть ли не на каждой сельской ярмарке. Поэтому не удивительно, что серьезные историки XIX века остерегались о нем писать. В результате в наши дни о Якове Брюсе знают только специалисты.
Я между тем узнать о Якове Брюсе можно в посвященном ему небольшом музее, который находится на территории санатория «Монино». Тут все сохранилось, не смотря на минувшие столетия очень неплохо. Так, рядом с бывшей усадьбой Глинки до сих пор располагается небольшой пруд. Прошедшей зимой группа энтузиастов с помощью современного эхолота искала в этом пруде еще один «объект брюсова волшебства», «русалку», которую он, по мнению местных крестьян, превратил в камень. Селяне XIX века вряд ли знали об искусстве скульптуры. Впрочем, стоит ли винить вподобного рода невежестве крестьян русских, ведь и итальянские землепашцы, находя в средние века в земле памятники античной культуры, считали их порождением дьявола…
Ничего, к сожалению, не нашли, хотя возможно скульптура просто за два с половиной века ушла глубоко в ил. С этим прудом связана еще одна легенда о Якове Брюсе, будто бы он был способен в жаркий летний день заморозить этот пруд для того, чтобы гости, приезжавшие к нему, могли покататься на коньках. Разгадка этого «волшебства» очень проста, с зимы лед покрывали соломой. А по команде барина ее убирали и так оказывался толстый слой льда.
Гостей приглашали до тех пор, пока были живы дочери Якова Вилимовича. Но, к сожалению, этот выдающийся человек был осужден встретить старость в полном одиночестве.
Существует предание, что Брюс предсказал, что его могила будет осквернена, а дом сожжен. Так оно и случилось, в самом конце XIX века во дворце фельдмаршала, давно перешедшем к новым хозяевам, случился пожар. Дом был восстановлен, однако с тех пор в нем уже не жили.
Похороненный в кирхе Немецкой слободы, фельдмаршал лежал там до двадцатых годов ХХ века, пока здесь не началось строительство Бауманского института. Старинный склеп вскрыли и обнаружили, что маршальский мундир и ботфорты — хорошо сохранились. Их отправили в Исторический музей, а кости – просто выбросили.
Яков Брюс родился 11 мая по новому стилю 1670 года во Пскове. Есть некоторые расхождения по поводу его года рождения (т. е. в некоторых источниках указывается 1669, однако,в то время было обычной практикой прибавлять себе год рождения, чтобы пораньше попасть на государеву службу. На Брюса это очень похоже, поскольку он был человеком выдающихся государственных способностей и служба для него была делом чести. 1669 год фигурирует в надгробной речи, которая была прочитана во время похорон Брюса пастором. Он говорит, что Яков Вилимович прожил столько-то лет, месяцев и дней до своей смерти. Если это посчитать, то получается 1669 год.
ЯКОВ БРЮС. РЕАЛЬНОСТЬ И ЛЕГЕНДЫ
Кандидат филологических наук И. ГРАЧЕВА (г. Рязань).
Когда юный царь Петр начал собирать потешное войско, под его знамена встали два недоросля, братья Роман и Яков Брюсы. Их дед Яков, потомок шотландских королей, в середине XVII века оставил родину, охваченную огнем Великой английской революции, и отправился искать счастья в далекую Московию. Он преданно служил царю и русской земле, возглавлял псковский полк и скончался в 1680 году в чине генерал-майора. Его сын Вилим дослужился до полковника и погиб под Азовом.
Яков Вилимович Брюс был на два с лишним года старше царя Петра. И в то время, когда Петр с юношеским азартом предавался под Москвой «марсовым потехам», Яков уже вполне познал тяготы и смертельные опасности настоящего ратного дела. Он участвовал в двух крымских походах, организованных фаворитом Софьи В. В. Голицыным. Москва, в которую вернулся Брюс, затаилась в предгрозовом ожидании: борьба за царскую корону между Софьей и подросшим Петром достигла кульминации. Неожиданно Петр уехал из Преображенского в Троице-Сергиеву лавру, собирая вокруг себя всех сторонников. Исполнительный Брюс вместе с потешными прибыл в лавру, и с этого момента его судьба оказалась тесно связанной с судьбой русского царя.
Вместе с Петром Брюс воевал под Азовом. Когда Петр в составе Великого посольства отправился за границу, Яков в 1697 году прибыл к нему в Амстердам. Брюс привез составленную им карту земель от Москвы до Малой Азии, которую намеревался отпечатать за границей. Но сам был нездоров: перед отъездом из Москвы в доме князя-кесаря Ф. Ю. Ромодановского он получил сильный ожог руки. Петр во время длительных отлучек из Москвы передавал князю-кесарю бразды правления, относился к нему с подчеркнутым уважением и в письмах смиренно подписывался: «Всегдашний раб пресветлейшего вашего величества бомбардир Петр». Но обида Петра на Ромодановского, не уберегшего его друга, была настолько велика, что в гневе, забыв церемонно-учтивый этикет прежних посланий, он написал:
«Зверь! Долго ли тебе людей жечь? И сюды раненые от вас приехали». А насчет пристрастия Ромодановского к крепким напиткам, на аллегорическом языке именуемым Ивашкой Хмельницким, была недвусмысленная угроза: «Перестань знатца с Ивашкою, быть от него роже драной». Князь-кесарь, грозный глава Тайного приказа, ответил с невозмутимым достоинством: «В твоем же письме написано ко мне, будто я знаюся с Ивашкою Хмельницким; и то, господине, неправда. Неколи мне с Ивашкою знатца, всегда в кровях омываемся; ваше то дело на досуге стало знакомство держать с Ивашкою, а нам недосуг. А что Яков Брюс донес, будто от меня руку обжег, и то сделалось пьянством его, а не от меня». Петр сбавил тон и предпочел шуткой заключить мировую: «Писано, что Яков Брюс с пьянства своего то сделал; и то правда, только на чьем дворе и при ком? А что в кровях, и от того, чаю, и больше пьете для страху. А нам подлинно нельзя, потому что непрестанно в ученье».
В 1700 году, стремясь предупредить вторжение шведов в Ижорскую землю, Петр выслал им навстречу войско под начальством Брюса, носившего уже чин генерал-майора артиллерии. Но неслаженность действий различных ведомств привела к тому, что Яков Вилимович не смог быстро собрать стоявшие в разных местах полки. В кабинетных делах Петра сохранилась запись: «28 июля 1700 посланы из Москвы Яков Брюс, Иван Чамберс, Василий Корчмин до Новгорода наскоро. Они поспели в Новгород в 15 дней, за что гнев восприял от его величества Яков Брюс и от команды ему отказано».
Однако царская опала не была продолжительной. Дальнейшие события и особенно поражение под Нарвой показали, что не только Брюс, но и все русское войско не готово еще противостоять шведской армии. В 1701 году Брюс направлен в Новгород вместо новгородского воеводы князя И. Ю. Трубецкого, взятого в плен под Нарвой.
Русская армия начала новое наступление. Брюс, не успев обжиться в Новгороде, кочевал со своими пушками по военным дорогам. В 1702 году при его участии был взят Шлиссельбург, потом другие крепости, занятые шведами. Готовясь к осаде Нарвы, Петр сетовал в письме к Ромодановскому, что не хватает пушек и артиллерийской прислуги: «От чего нам здесь великая остановка делу нашему будет, без чего и починать нельзя, о чем я сам многажды говорил Виниусу, который отпотчивал меня «московским тотчасом». О чем изволь его допросить: для чего так делается такое главное дело с таким небрежением?» Виниус был смещен, и в 1704 году Приказ артиллерии возглавил Брюс в звании генерал-фельдцейх мейстера. Под его началом были открыты навигацкая, артиллерийская и инженерная школы.
В описи кабинета, составленной после его смерти, значатся, например, такие вещи: «зеркало кругловитое небольшое, в котором кажет большое лицо»; «раковин разных больших и малых 99»; «туфли китайские плетеные из травы»; «гриб каменный»; «тыква индейская»; «кость мамонтовой головы»; «янтари, в которых есть мушки»; коробочка с «маленькой натуральной змейкой» и тому подобные диковины. Некоторым предметам чиновники даже не могли дать определение и писали просто: «некакой фрукт продолговатый», «два мячика некакого фрукта». Недаром французский посланник Кампредон, советуя в 1721 году своему правительству, каким образом завоевать расположение Брюса, подчеркивал, что Яков Вилимович не из тех, кого можно подкупить деньгами, и предлагал использовать его собирательский азарт: «Его королевское величество доставил бы ему большое удовольствие, если бы подарил ему гравированное по приказанию покойного короля собрание эстампов королевских дворцов».
А энергичный Петр уже строил далеко идущие планы. Передав Денбея под опеку Приказа артиллерии, царь повелел: «А как он, Денбей, русскому языку и грамоте изучится, и ему, Денбею, учить своему японскому языку и грамоте робят человек 4 или 5». Насчет вероисповедания Петр распорядился Денбея не притеснять: «А о крещении в православную христианскую веру дать ему, иноземцу, на волю и его, иноземца, утешать и говорить ему: как он русскому языку и грамоте навыкнет и русских робят своему
Брюс, который в качестве главы Приказа артиллерии опекал и «утешал» Денбея, начал грезить Японией. Брауншвейгский резидент в России Ф.-Х. Вебер в своих «Записках» рассказывает, что Брюс мечтал найти путь из России в Японию и послал экспедицию, которая отчалила от дальневосточного побережья для поисков этой неведомой земли, но в бурю погибла. Еще Вебер сообщал: «У сего Брюса был кабинет китайских редкостей, и он очень сожалел, что невозможно никак приобрести точных сведений о положении и особенностях Китайского государства, потому что наряжаемые туда посольства и все русские купцы не имеют права оставаться там долее 3 или самое большее 4 месяцев».
Россия в Петровскую пору беспрестанно воевала, и Брюс, руководивший артиллерией, прошел все военные кампании. Во время Полтавской битвы его орудия мощным огнем весьма способствовали победе русской армии, за что Яков Вилимович получил орден Андрея Первозванного. Английский посол Ч. Витворт в 1709 году сообщал, что Брюса высоко ценят при русском дворе: «Он очень хорош и с царем, и с князем Меншиковым». Дружбы Брюса искал фельдмаршал Б. П. Шереметев, писавший: «Паки прошу: не оставь меня в любви своей и не чини меня забвенна. «
Петр давал Брюсу и весьма деликатные поручения: поиск в Европе умов и талантов, которые могли бы послужить процветанию России. В 1711 году царь отправил его в Берлин «для найму мастеровых людей знатных художеств, которые у нас потребны». Вполне доверяя широким познаниям и деловой экономности Брюса, царь в сопроводительной грамоте писал: «И что он, генерал наш, им в контрактах обещает и заключит, то от нас все сдержано будет без умаления». В 1712 году Петр в письмах к Брюсу то просит навести справки об одном из немецких архитекторов и при благоприятном результате заключить с ним контракт, то поручает найти мастера редкой перспективной живописи, то переманить в русскую службу искусного садовника, устраивавшего королевские парки. Занимался Яков Вилимович и покупкой инструментов для научных и мореходных целей. Приобретал художественные произведения и редкости для царского собрания. Во время таких поездок он познакомился с немецким ученым Г. Лейбницем и потом вел с ним переписку.