Что общего между карандашом и ботинком шизофрения
Что общего между карандашом и ботинком шизофрения
В соответствии с исходной гипотезой о недостаточности у больных шизофренией опосредования познавательной деятельности факторами социального опыта при исследовании мышления был использован методический прием, основанный на сопоставлении решения больными двух видов мыслительных задач, различаю щихся по роли социального опосредования в их структуре.
В первую серию были включены задачи на сравнение понятий, вариант классификации «исключение предмета» и «конструиро вание объекта». Все эти задачи предъявлялись с «глухой» инструкцией, в условии не указывалось направления, в котором нужно было производить сравнение или классификацию, и испытуемым предоставлялась полная свобода выбора оснований для обобщения. В этих условиях актуализация того или иного признака существенно определяется знаниями испытуемых, в которых за фиксирован общественный опыт использования тех или иных предметов.
Для проведения исследования использовался набор из семи карточек, на каждой из которых написаны названия четырех предметов. Путем специального подбора понятий, подлежащих классификации, варьировались условия, затрудняющие или, на оборот, облегчающие процесс обобщения, в связи с чем обобщение трех из указанных четырех понятий представляло неодинако вую трудность:
Примус, керосинка, свеча, электроплитка.
Иней, пыль, дождь, роса.
Лодка, тачка, мотоцикл, велосипед.
Самолет, гвоздь, пчела, вентилятор.
Вода, ветер, уголь, трава.
Бочка, бабочка, жук, очки.
Яблоко, книга, шуба, роза.
В 1, 2 и 4-м вариантах задания один из предметов явно противопоставлен трем остальным. В 3-м и 5-м вариантах легче объединить все четыре предмета, чем трем противопоставить чет вертый. Два последних варианта (6-й и 7-й) являются провоцирующими и не имеют решения, поскольку в них объединяются только два предмета.
Карточки предъявлялись в строгой последовательности, по од ной, со следующей инструкцией: «Объедините три предмета так. чтобы четвертый в эту группу не вошел». Таким образом, в инструкции не содержалось указания, какие три из четырех предметов должны быть объединены. В качестве основания для обобще ния допускалось использование любого признака, присущего трем предметам и отсутствующего у четвертого. Инструкция не огра ничивала число создаваемых группировок. Спецификой такого варианта методики является и то, что испытуемому не давался образец выполнения задания: в условиях такой «глухой» инст рукции он не ограничивался в выборе оснований для обобщения.
В протоколе фиксировались все высказывания испытуемого по ходу исследования и замечания экспериментатора.
Если рассматривать результаты выполнения задания с точки зрения операционных характеристик мышления испытуемого, то нахождение любого общего признака у трех предметов и отсутствующего у четвертого является достаточным для положительной оценки его ответа. Однако для более полной характеристики мыслительной деятельности необходимо определить, какого рода признаки используются в качестве оснований для обобщения испытуемым: степень их обобщенности, практической значимости, закрепленности в социальном опыте.
Для квалификации мышления испытуемых через характерис тику актуализируемых свойств и отношений необходим объектив ный критерий. Поиском такого критерия было продиктовано включение в исследование группы здоровых испытуемых. В каче стве объективного критерия была использована частота актуализации того или иного свойства группой здоровых испытуемых. При этом мы исходили из предположения, что частота использования в эксперименте тех или иных признаков должна отражать качественную характеристику мышления, поскольку человеку свойственно оперировать преимущественно свойствами предметов, значение которых закреплено общественной практикой использования этих предметов и зафиксировано в системе усвоенных им понятий.
В зависимости от частоты использования группой здоровых испытуемых все вычлененные признаки были разделены на «стан дартные» и «нестандартные». Стандартными условно было при нято считать те признаки, использование которых превышало среднюю частоту.
Характеристика испытуемого определялась коэффициентом стандартности, т. е. отношением числа стандартных ответов, используемых испытуемым во всех вариантах заданий, к общему числу данных им ответов. Чем больше испытуемый использовал стандартных свойств, тем выше был его коэффициент стандартности. В группе здоровых этот коэффициент составляет (в сред нем) 74 %.
В табл. 14 приведены средние коэффициенты стандартности, характеризующие группу больных шизофренией (100 человек) и группу здоровых (100 человек) по трем указанным методикам.
Таблица 14. Показатели избирательности мышления, %
Вариант классификации «4-й лишний»
Во всех трех методиках для группы больных шизофренией характерно увеличение частоты использования малозначимых, «ла тентных», нестандартных свойств предметов при снижении часто ты актуализации стандартных, практически более значимых признаков. Это выразилось в более низких коэффициентах стандартности. Различия между группами больных и здоровых по всем трем методикам статистически значимы (р = 0,01, по критерию Колмогорова-Смирнова).
Следует отметить, что в число стандартных, наиболее часто используемых здоровыми, попадают практически значимые свойства (родовые и видовые, обозначающие основную функцию, не которые внешние различительные и т. д.). В числе нестандарт ных оказались практически малозначимые, а поэтому «латент ные», редко актуализируемые здоровыми испытуемыми призна ки. Приведем несколько примеров признаков, актуализируемых больными при сравнении предметов:
Воробей и соловей — вес разный; находятся на одной ступени эволюции.
Груша и огурец — сначала бывают зелеными, потом — желтыми; у одной — семечки, у другого — зернышки; цвет семечек и зерны шек различный; имеют хвостики.
Часы — река — блестят; имеют прозрачную поверхность; издают звук; имеют камни; цикличные.
Ботинок — карандаш — оставляют след; чертят; имеют запах; один соприкасается с рукой, другой — с ногой; заостренные; хранятся в ко робке.
Во вторую серию были включены задачи на сравнение и классификацию предметов, существенно отличающиеся от задач первой серии по условиям актуализации свойств и отношений: если в задачах первой серии актуализация признаков предметов в первую очередь определялась прошлым опытом испытуемых, то в задачах второй серии она прежде всего определялась анализом условий.
Во вторую серию вошли:
1) задачи на сравнение объектов по данному основанию: I — Петя выше Димы, а Коля ниже Пети. Кто из них самый высокий? II — Черное море холоднее Каспийского, а Балтийское море теплее Черного. Какое море самое холодное?
2) задачи на свободную классификацию двадцати четырех геометрических фигур. Выбор оснований для их классификации был ограничен тремя наглядно изображенными и играющими роль различительных признаками: цветом, формой и величиной.
Результаты II серии экспериментов. Основные трудности реше ния задач на сравнение у испытуемых обеих исследованных групп были связаны с анализом условий. Результатом недоста точного анализа явилось то, что 12 % здоровых и 12 % больных шизофренией (I задача) и 36 % здоровых и 25 % больных шизо френией (II задача) не смогли правильно соотнести сравнивае мые объекты. (Анализ условий второй задачи был осложнен тем, что вывод, вытекающий из ее условий, противоречил действительным отношениям сравниваемых объектов. Этим объясняются худшие результаты при решении этой задачи по сравнению с I зада чей.) В результате повторного анализа все испытуемые обеих групп правильно решили обе задачи.
При классификации двадцати четырех геометрических фигур группой здоровых испытуемых и группой больных шизофренией в качестве оснований для классификации были использованы три признака: форма, цвет и величина. Других свойств актуализировано не было. Коэффициент стандартности, характеризовавший группу здоровых, был равен 83 %, для группы больных шизофренией — 82 %. Таким образом, результаты второй серии исследования не дали существенных различий между группой здо ровых испытуемых и группой больных шизофренией.
Сопоставление данных первой и второй серий исследования позволяет сделать следующий вывод: особенности использования знаний в процессе сравнения и классификации предметов выявились в тех задачах, решение которых было существенно опосредовано факторами социального опыта. При решении задач, основанном на анализе условий, не предполагающем такого опосредования, больные шизофренией не отличались от здоровых.
Решение проблемных задач.
Повышенная склонность больных шизофренией к актуализа ции «латентных» свойств и к видению предметов и явлений в необычных и непривычных аспектах, естественно, порождает вопрос об отношении этой их особенности к творческому мышлению, поскольку одной из его проблем является проблема обнаружения «латентных» свойств предметов, роль которых в повседневной жизни крайне мала. Трудность актуализации «латентных» свойств по Л. Секею [129] связана с тем, что в практической деятель ности человека господствуют прочно установленные функциональ ные связи. Такая функциональная фиксированность является одной из форм тормозящего влияния прошлого опыта при существующей необходимости открыть в предмете новую возможность его применения [41; 84].
Учитывая повышенную способность больных шизофренией к актуализации нестандартных свойств и отношений, мы предположили, что при решении некоторых задач из круга творческих,, основная трудность которых будет заключаться в выявлении «ла тентного» свойства, больные шизофренией могут иметь определенное преимущество перед здоровыми.
Для проверки этого предположения мы использовали в несколько измененном виде задачу Л. Секея [129], которая в общем виде заключалась в следующем. Перед испытуемым на столе располагались весы и несколько предметов, среди которых находилась свеча. Нужно было уравновесить весы таким образом, чтобы через некоторое время они сами вышли из равновесия. После установления равновесия испытуемому запрещалось вносить какие-либо изменения в ситуацию. Испытуемый в результате анализа задачи должен был установить, следствием какой причины может быть нарушение равновесия весов. Результатом такого анализа является вывод о том, что причиной нарушения равновесия является потеря веса предмета, находящегося на одной чашке весов. Таким предметом была свеча. Но вся трудность в том, что свойство свечи терять вес при горении является «слабым», «латентным», оно замаскировано более «сильным» свойством — давать свет, а потому не сразу вычленяется испытуемыми.
В исследовании Л. И. Анцыферовой [7], проведенном на здоровых испытуемых, решение этой задачи рассматривается как процесс последовательного анализа свойств предметов, раскрывающихся во все более глубоких причинно-следственных отношениях. В ходе решения свеча должна быть включена в причинно-следственную связь: предмет, теряющий вес, — нарушение равновесия весов. Но даже установив, каким свойством должны обладать предметы, с помощью которых задача будет решена, испытуемые долго не могут использовать свечу. Им легче привлечь для решения задачи отсутствующие предметы, для которых потеря веса является «сильным» свойством, чем лежащую перед ними свечу. Из отсутствующих, по данным Анцыферовой, прежде всего предлагались легко испаряющиеся вещества: эфир, вода, спирт и т. д. (Факт более успешного решения задачи с помощью испаряющихся веществ здоровыми и больными с органическим заболеванием ЦНС был также отмечен Л. Секеем.)
В нашем варианте методики [87] рядом с весами наряду со свечой располагались: разновески, электрический фонарик, ба ночка с солью, баночка с сухой ватой, карандаши, счетные палочки, ластик. Задача формулировалась следующим образом: «Используя какие-то из этих предметов, уравновесьте весы так, чтобы через некоторое время они сами, без Вашего вмешательства, вышли из равновесия».
В исследование были включены больные шизофренией, на чавшейся в юношеском возрасте и протекавшей без выраженной психотической симптоматики (50 человек). Анализ результатов проводился на основании сопоставления с данными исследования группы здоровых, соответствующего возраста и образования (50 человек). Результаты, полученные нами при исследовании группы здоровых испытуемых, во многом совпадают с результатами исследования Л. И. Анцыферовой. Оказались сходными общая схема решения, основное направление и этапы анализа задачи.
Существенным моментом на ранних этапах анализа является вывод о том, что надо добиться не колебания весов, а стойкого нарушения равновесия. С этим связан довольно длительный у отдельных испытуемых анализ условия невмешательства. Результатом этого анализа является существенный для решающего задачу вывод: что-то должно произойти с самим предметом, находя щимся на весах. В ходе дальнейшего анализа вывод уточняется: нарушение равновесия весов является следствием изменения веса предмета, находящегося на одной чашке весов. В связи с этим возникает вопрос: какой именно из данных предметов можно использовать? Самостоятельно решили задачу 29 здоро вых испытуемых (58 %), 11 потребовались подсказки, 10 — задачу не решили.
Для большинства наших здоровых испытуемых, как и в опытах Анцыферовой, первым способом решения задачи являлось предложение использовать быстро «опаляющиеся вещества (эфир, спирт, бензин и т. д.), отсутствующие в экспериментальной ситуации. Свойство этих предметов улетучиваться, исчезать является наиболее значимым, «сильным». В нашем исследовании такой способ решения в качестве первоначального был предложен двадцатью семью здоровыми испытуемыми (54 % всех испытуемых).
После этого испытуемым вновь предлагалось все же найти среди наличных предметы, пригодные для решения задачи. Часть испытуемых пыталась прямо применить тот же способ, они иска ли среди данных предметов испаряющиеся. После неудачных попыток вычленить в них свойство испаряться десять испытуемых предложили искусственно создать это свойство, намочив ватку, соль, ластик, предложив расплавить свечу, чтобы она лучше ис парялась, и т. д.
Характерным является и то, что из десяти здоровых испытуе мых, которым так и не удалось в процессе решения задачи использовать свечу как предмет, теряющий вес при горении, шесть пытались вычленить в свече свойство испаряться, усыхать. Обра зование новой связи «горение — нарушение равновесия», безус ловно, способствует вычленению в свече искомого свойства. Од нако девяти испытуемым, использовавшим принцип горения, это удается не сразу: прежде чем назвать свечу, они предлагали поджечь бумагу, счетные палочки и другие предметы.
Ход анализа задачи больными шизофренией не отличался от наблюдаемого у здоровых испытуемых. Отмеченные основные эта пы анализа задачи выявлялись и у больных.
При анализе полученных результатов сразу обращает на себя внимание высокий процент больных шизофренией, предложивших в качестве первого способа решения свечу, сумевших сразу вы членить в ней свойство терять вес при горении. Этот способ пред ложили двадцать девять испытуемых (58 %, т. е. в два раза боль ше, чем здоровые, см. табл. 15).
«Что общего у карандаша и ботинок»: как психиатры определяют шизофреников
Работа психиатра отличается от профессиональной деятельности любого другого врача соматической практики. Например, диагностика «душевных» заболеваний никак не похожа на привычную и анализы крови для выявления соответствующих признаков, в этом случае не берут. А как же психиатры выявляют, например, шизофреников?
Хроническое заболевание
Шизофрения – это эндогенное полиморфное психическое расстройство, характеризующееся распадом процессов мышления и эмоциональных реакций. Наиболее частыми проявлениями этой болезни являются слуховые псевдогаллюцинации, но иногда они бывают и «зримыми», также к ним относятся параноидальный бред, либо дезорганизованность речи и мышления. Последнее, чаще всего происходит на фоне значительной социальной дисфункции или органических нарушений в работе мозга.
Швейцарский психиатр первой четверти XX века, профессор медицины Эйген Блейлер, известный введением в научный мир диагноза шизофрения, относил к этому типу заболевания и биполярное расстройство, а также несколько других симптомов и синдромов, которые так или иначе, характеризуют собой длительное патологическое психическое состояние. На сегодняшний день все виды шизофрении достаточно хорошо изучены медиками.
Не смотря на многообразие симптоматики, существует множество лекарственных программ, имеющих положительное влияние на течение болезни, однако о полном излечении пациентов от диагностированной и подтвержденной шизофрении, говорить, увы не приходится. Это заболевание – хроническое, обычно наследственное или возникшее на фоне органического, травматического поражения головного мозга. Но если шизофрения начала развиваться, то она обязательно себя проявит и это станет заметным у человека, особенно для специалистов.
Система диагностики
Диагностирование шизофрении осуществляется при помощи стандартных приемов и методов, которые используют специалисты. В настоящее время в мире имеется 2 системы, обозначающиеся как DSM-5 и МКБ-10. Первое — Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам, которое практикуется лицензионными врачами Американской Психиатрической Ассоциации. Второе, это — Международная классификация болезней Всемирной Организации Здравоохранения, используется в большинстве европейских стран, а также в России.
МКБ-10 включает в себя 2 этапа: один выполняет психиатр, другой — медицинский психолог. Психиатр в своей работе использует клиническую беседу, которая имеет внятные и четкие критерии отнесения установленного набора феноменов, наблюдаемого в поведении пациента, к определенной нозологической единице. Медицинские психологи в большей степени опираются на структурированное интервью, личностные опросники, проективные тесты и т.п. Для чего нужны такие сложности?
Специалисты одной из старейших в России клиник, Московской областной психиатрической больницы No2, имени В. И. Яковенко, считают, что это обеспечивает большую объективность при постановке диагноза и дальнейшей разработке стратегии лечения. Ведь на вопросы некоторых тестов положительно могут ответить и психически здоровые люди, но обладающие собственными уникальными мыслительными способностями.
Противопоставление разных вещей
Например, психиатры помимо других критериев, используют тест, основанный на методе противопоставлений. Он выявляет так называемое «расширенное сознание» у пациентов, вероятно страдающих шизофренией. В тест могут входить такие вопросы: что общего у карандаша и ботинок? Или: что общего между вороном и письменным столом?
Если подумать логически, то по общим признакам это совершенно несопоставимые вещи. Обычному человеку чаще всего приходит на ум цвет, но он в вопросе не заявлен и не является решающим при ответе. Однако шизофреники, на удивление, в основном отвечают правильно. Их сознание работает по-другому, они сразу ищут более мелкие и глубокие варианты. Они сходу способны сказать, что ботинки и карандаш оставляют следы, а на столе пишут письма, ну а поскольку у ворона есть перо, то и им можно их написать.
Поистине гениальная логика и одаренные люди тоже могут додуматься до подобных ответов. Но только обычным гениям, как считают подмосковные психиатры, на придумывание правильных ответов понадобится некоторое время, а вот шизофреникам – нет. Они отвечают быстро. И в этой связи особенно ценно, что диагностику психиатрического заболевания осуществляют два специалиста, а не один.
На эти 3 вопроса правильно отвечают только шизофреники. Ну или гении…
Ответы на самые простые вопросы могут многое рассказать о человеке и о том, что творится у него в голове. Психологи всего мира используют эту технику, чтобы понять: этот человек — гений или ему необходимо лечение.
1. Что общего у чайника и парохода?
2. Что общего у гоночного болида и торнадо?
3. Что общего у ботинка и карандаша?
А теперь — самое интересное: кто же вы?
Если вы не смогли ответить на эти вопросы, не переживайте: у вас абсолютно здоровое мышление. Ну а если же сделать это оказалось проще простого, то у вас есть предрасположенность к психическим заболеваниям и, возможно, стоит обратиться к компетентному специалисту с негромким голосом и проницательным взглядом.
Этот тест называют «методом противопоставлений» и используют для выявления расширенного сознания. Если обычному человеку зададут вопрос: «Что общего между вороном и письменным столом?», он ответит: «Да ничего». И будет в какой-то степени прав. По общим признакам это совершенно несопоставимые вещи. Шизофреники же сразу ищут более мелкие и глубокие варианты: они сходу могут сказать, что на столе пишут письма, а у ворона есть перо, которым можно писать.
Но как отличить шизофреника от настоящего гения? Разница в том, что первые отвечают так сразу, а гениальным личностям нужно напрячься, отбросить лобовые, неинтересные варианты и выдать по-настоящему уникальный результат.
Что общего между этими предметами?
Что общего между чайником и пароходом?
Что общего между болидом и торнадо?
Что общего между ботинком и карандашом?
Если вы не смогли ответить на эти вопросы, не переживайте: у вас абсолютно здоровое мышление. Ну а если же сделать это оказалось проще простого, то у вас есть предрасположенность к психическим заболеваниям и, возможно, стоит обратиться к компетентному специалисту с негромким голосом и проницательным взглядом.
Этот тест называют «методом противопоставлений» и используют для выявления расширенного сознания. Если обычному человеку зададут вопрос: «Что общего между вороном и письменным столом?», он ответит: «Да ничего». И будет в какой-то степени прав. По общим признакам это совершенно несопоставимые вещи. Шизофреники же сразу ищут более мелкие и глубокие варианты: они сходу могут сказать, что на столе пишут письма, а у ворона есть перо, которым можно писать.
Но как отличить шизофреника от настоящего гения? Разница в том, что первые отвечают так сразу, а гениальным личностям нужно напрячься, отбросить лобовые, неинтересные варианты и выдать по-настоящему уникальный результат.
2)движутся по кругу
1) Оба связаны с водой
2) На обоих можно путешествовать (в урагане Элли улетела в Волшебную страну)
3) Ими можно убивать людей
у меня было:
1) свист
2) большая скорость
3) оставляет след
😀
1) пар, металл, свист, вода
2) круги, скорость, шум
1. Оба предмета из металла.
3. Я не нашел ничего общего, но благодаря интернету знаю, что они оба оставляют след.
1) Оба плавают, и при этом оба тяжелее воды.
2) Это дичь какая-то.
3) подошва ботинка и карандаш стираются
Шиза меня догоняет))
1. оба сделаны из металла
Угадал только первое.
Только недавно ж был пост о том, что шизофреник ответит, что ботинок и карандаш оставляют след. А теперь это гений. Что же будет на следующей неделе?
Или нужно по степени напряжения человека решать?
а тот кто проходит тест садится в комнатку с мягкими стенами с диагнозом шизофрения?
Мои ответы:1)пар 2)ни чего,3)ни чего
1) нос 2) скорость 3) хз))))
я не гений-я нормальный
1. железо/связаны с водой 2. мощь/скорость 3. следы/повседневно используемые
1) Похожая форма визуально.
2) Скорость и разрушительность.
3) Шероховатая поверхность.
2) болид и торнадо. Ничего общего. Скорости разные, причем в несколько раз. «Движение по кругу» ну что за бред? Торнадо прежде всего объект и он не движется по кругу. И мы не будем углубляться, что у болида колеса вращаются и в двигателе что-то там крутиться, и внутри торнадо крутиться. нафиг нафиг, надо гасить такие заморочки.
3) ботинок и карандаш. Ну ебана. Как это сравнивать? На голом полу, как ботинок может оставить след. Даже если елозить. Мои ботинки не оставляют такие следы.
очередной доморощенный психолог,ну и бред
Мне ждать санитаров?
за вами уже выехали
1. Пар
2. Скорость
3. Следы
Это не задачка для выявления психов, если только псих не начнет психовать потому что не сможет решить. Это просто из серии что общего, ничего сверхъестественного.
1) без воды бесполезен
2) навстречу смерти
3) используешь, выкидываешь
Пойду я, приму таблеток
Да я же чертов шизогений (не, ну я подумал, прежде чем придумывать им сходство):
2) Шумят (ну серьезно, почему по кругу-то? автомобили только по кругу передвигаются?)
3) Оставляют «грязь» (навеяно моим большим опытом в инженерной графике, часто карандаши «мажут»)
Джон Нэш: безумно гениальный, гениально безумный. Нобелевский лауреат с шизофренией
Не секрет что во всем мире господствуют, так называемые, доминирующие стратегии поведения. То есть те, в которых человеку максимально удобно диктовать СВОИ условия, и все мы, почему то не понимаем, то живем во времена, когда исповедовать их означает изначальный проигрыш нас самих, и в классе игр, диктуемых временем, выигрывают или все или никто. А о человеке, который математически точно доказал это, по-своему победил шизофрению и получил Нобелевскую премию у нас и пойдет речь.
Джон Нэш родился в 1928 году в строгой протестантской семье. Отец – инженер, мама – учительница. В школе будущий гений учится средне, точные науки не нравились (внезапно!) их здесь преподавали безумно скучно, а ведь именно математика самая остроумная наука! У учителей Джонни имеет не хорошую славу из-за тяжелого и вздорного характера. Далее поступление в институт Карнеги и после некоторых колебаний выбор предмета изучения пал на математику, а спустя некоторое время учителя недоумевают: ЗА ЧТО ЭТОМУ АБОЛТУСУ ДАН ТАКОЙ УДИВИТЕЛЬНЫЙ ДАР? Цену, которого он и знать не хочет! И в 1948 окончив институт, Нэш поступает в Принстонский университет с коротким рекомендательным письмом из института: «Он — гений математики».
Нэш продолжает писать блестящие статьи, посвящённые самым сложным математическим изыскам – дифференциальным уравнениям, геометрии, теории игр и т.д. Ему пророчится кресло самого молодого профессора университета, однако на это сообщение маэстро реагирует странно, отвечая на полном серьезе, что его ждет трон императора Антарктики. Через месяц заявление о принадлежности к Вселенскому духовенству и побеги с лекций, указывая на сидящих в аудитории коммунистов – подпольщиков. И голоса…постоянные голоса в голове! Жена Алисия жалуется, что её муж по ночам говорит с пустым креслом и множество других причуд похожих на сон или бред. И вот в 1961 году жена и мать принимают решение подвергнуть ученого курсу инсулиновой терапии в клинике Нью-Джерси…помогло. После выписки коллеги из университета предложили ему работу исследователя, при условии добровольных встреч с психиатором и приему лекарств.
Джон Нэш с женой Алисией
Но в какой-то момент Нэш наотрез отказывается принимать лекарства из-за того что они «сушат его мозг». И шизофрения снова завладевают им. Снова загадочные письма, сумасшедшие звонки и госпитализация…и в следующие 30 лет великий гений не напишет ни одной научной статьи. Многие считали, что Нэш умер или ему провели лоботомию, и он потерял все, работу, звания, друзей, курсируя из одной психиатрической клиники в другую. Жена Алисия, не выдержав груза неадекватности, разводится с ним в 1963 году. А тем временем его имя гремит на весь научный мир: теория равновесия, теорема Нэша-Де Джорджи, и другие работы, которые со временем нашли применение в экономике, бизнесе, геометрии, в компьютерных разработках.
Ну и нельзя не упомянуть прекрасный фильм 2001 года, снятый по мотивам его биографии
Скончался Нэш в 2015 году, а автомобильной аварии успев получить в этом же году Абелевскую премию – высшую награды для математика, за вклад в теорию нелинейных дифференциальных уравнений.
P.S. статья получилась не слишком биографическая, скорее хотелось рассказать про уникальность этого человека, чем его жизнь или заслуги.
Вещал Sklef! Подписывайтесь, если вам нравится читать про интересных людей и научные достижения!Источник: канал на Яндекс.Дзене
В тему про шизофрению
Когда у нас была практика в психиатрической больнице мы проводили тестирование пациентов. На этой практике я убедился в правдивости мнения ряда ученых, которые считают что людей с умственными отклонениями не верно воспринимать как «обделенных» природой, они просто воспринимают мир иначе.
Тестирование заключалась в следующем: называешь тестируемому два слова, он должен сказать объединяющее их. Пример: Самолет и Поезд, объединяющее — транспорт; Белый и Красный, объединяющее — цвет. Пары слов были простые, как в примере, а также сложные, — ко всем парам я мог подобрать определяющее слово, но к одной — Петух и Стакан не мог. Меня это немного цепляло, — я лез к загадкой к знакомым, но ответы были мало убедительны. Большинство обследуемых также не говорили ничего внятного, в частности запомнился специфический ответ одного зека (из тех, кто косил под душевнобольного), ответ был — «Петуху в задницу стакан вставили». Но был один тестируемый — молодой парень, лет 14 с диагнозом шизофрения, который единственный спокойно и практически не задумываясь, дал адекватное определение Петуху и Стакану, притом, что на некоторые более простые пары определения дать он не мог. Петух и Стакан — мужской род.
Спрашивали у больного, что одинакового у котенка и яблока, ответ был — косточки
Часто различные тесты психологические ставят шизофреникам. И сравнивают их с ответами «нормальных» людей.
Среди «нормальных» — тоже бывают разные загоны. Пришли к выводу, что ответы шизофреников на очень многие вопросы нереально креативны. Такой ответ может дать только псих, или гений креатива.
Задавали разным людям вопрос — «Что общего у карандаша и ботинка»?
«Нормальные» люди отвечали предсказуемо. Например — они могут быть разноцветными. Или — (более креативно) — ботинки (сабо) можно делать из дерева. И т д. Ответы были все предсказуемы.
Один шизофреник сходу ответил — и ботинок и карандаш оставляют за собой след.