форма черепа и интеллектуальные способности
Как связаны форма черепа и характер
Выпуклости на черепе являются показателями разных психологических качеств. При оценке формы черепа человека обращают внимание на развитие его лба, темени и затылка, на бугры на них. В этой статье мы расскажем вам, как определить характер по черепу.
Особенности строения черепа человека
У всех людей строение черепа анатомически совершенно одинаково. То есть все люди, независимо от расы, имеют одинаковое число костей, формирующих черепную коробку. Череп формируется из неподвижной части (верхняя часть — там, где расположены лоб, скулы, глазницы и кости носа) и подвижной (нижняя челюсть и подбородок), соединенных суставом. Ни недостающих костей, ни отсутствующих быть не должно. Если такое случается — это генетический дефект черепа.
Вот, например, на какие признаки обращают внимание при осмотре новорожденных и маленьких детей:
Эти признаки свидетельствуют о генетических дефектах черепа.
Специалисты отмечают, что и у взрослого человека может измениться внешность. Но тут деформации костей черепа или мягких тканей связаны не с генетическими нарушениями, а с развитием недуга.
Как самостоятельно определить характер по черепу
форма черепа и характер связаны очень прочно. И первое наблюдение характера по черепу вы можете сделать сами. Для этого подойдите к зеркалу. Если у вас длинные волосы, то заколите их так, чтобы можно было четко увидеть форму черепа. Лучше всего поднять волосы хвостом. Тем, у кого короткие или кудрявые волосы, советую их сначала вымыть и зачесать — так вам будет удобнее рассматривать свой череп.
Все результаты наблюдения обязательно запишите (иначе запутаетесь и забудете).
Что нам дает показатель высота—ширина черепа? Как она поможет определить характер по черепу? Во-первых, по длине—ширине мы можем определить расовую принадлежность. У европеоидов этот показатель выше, чем у монголоидов. Но не всегда. Например, у кельтов (европеоиды) в основном круглые черепа. Очень хорошо, если вы знаете историю своей семьи хотя бы за три-пять поколений. В дальнейшем вам это поможет понять, по какому типу нужно рассматривать свое лицо — западному или восточному. Если у вас череп брахицефала (круглоголового), обратите внимание, нет ли у вас каких-то характерных восточных черт (разрез глаз, плоский нос, очень широкие скулы и т. п.) Если у вас череп долицефала (длинноголового), скорее всего, рассматривать черты вашего лица нужно по западному варианту.
Какие еще секреты хранит форма черепа
Теперь вы знаете о том, как определить характер по черепу.
Мозговая активность: как вычислить гения по черепу?
Еще до полноценного развития психологии как науки человечество пыталось установить связь между мозговой активностью и поведением индивида. Френология теперь известна как псевдонаука, однако для многих викторианцев она была самой настоящей серьезной и авторитетной дисциплиной. Приверженцы френологии утверждали, что, пристально изучив черепную коробку объекта, можно сделать выводы о его наклонностях, моральных качествах, интеллекте и потенциальных проблемах с социальным поведением. Иными словами, карта черепа являлась прямым отражением карты души человека. Увлечение френологией действительно завораживало викторианцев: даже сама королева Виктория приглашала ко двору специалиста, чтобы тот дал характеристику ее детям, изучив строение их голов.
Строение черепа как психологическая карта
Основателем френологии был австрийский врач и анатом Франц Галль. Именно он впервые предположил, что строение черепа фактически повторяет форму самого мозга, а, значит, по впадинкам и возвышениям головы можно судить о том, какие доли развиты больше других и, соответственно, вычислить характер и наклонности изучаемого объекта. Название новой науки сложилось из «френ», что на греческом означает разум и «логос», то есть учение или знание. Галль разделил мозг на несколько отделов, каждый из которых отвечал за умственные способности, темперамент, эмоции и управление телом.
Австрийский ученый проложил дорогу последователям, расширившим и углубившим его теорию. Френологи разработали так называемую «карту мозга», поделив его на множество частей (их количество в разных источниках варьируется от 20 до 46), формировавших 4 подгруппы. Первая, расположенная в передней части черепной коробки, отвечала за интеллект; вторая, в задней части, — за социальные и бытовые навыки; третья, в верхней части, — за моральные качества и религиозное чувство; четвертая, боковая (с обеих сторон), — за животные наклонности. Таким образом, прощупав череп в каждой из этих зон, френолог мог предоставить заключение о том, какие порывы, пристрастия, таланты и пороки присущи данному конкретному индивиду.
Определение наклонностей по форме черепа. (cdn.britannica.com)
Не все научное сообщество относилось к френологии серьезно, но эта теория имела немало именитых последователей. Определенную поддержку удалось получить от творческой интеллигенции, например, от писателей, но наиболее авторитетными выглядели слова одобрения со стороны таких фигур, как Томас Эдисон или профессор Альфред Уоллес, ученый, чьи труды послужили опорой Дарвину.
Научный подход в быту
Викторианцы довольно быстро нашли практическое применение новой науке, было решено использовать эту теорию в различных сферах. Во-первых, конечно же, в образовательной. В 1825-м году в Калькутте открылась первая «френологическая школа», основанная британцами в одной из колоний с целью проведения эксперимента. Предстояло доказать, что образование способно физически изменить строение мозга. Ученики одной из школ в Бенгалии начинали каждое утро с измерений головы. Все данные фиксировались и затем сравнивались для отслеживания «прогресса», то есть изменений формы черепной коробки детей по ходу приобретения новых знаний.
Не менее полезным применение френологии полагали и в криминалистике. Изучение черепов закоренелых и отъявленных преступников считалось делом весьма перспективным — если бы удалось установить прямую зависимость между строением головы и вероятностью совершения преступления, то криминальные наклонности теоретически можно было бы выявлять превентивно. Например, бугорок над ухом, по мнению френологов, свидетельствовал о повышенных наклонностях к воровству.
Одна из схем «строения мозга». (images.theconversation.com)
В колониях и тюрьмах поощряли распространение буклетов о френологии. Некоторые надзиратели считали, что знание преступников о работе собственного мозга поможет им скорректировать поведение (основываясь, опять же, на мнении, что физически форма мозга способна видоизменяться). Это был один из первых шагов в становлении более гуманной тюремной системы: вера в эффективность телесных наказаний ослабла, а ей на смену пришла убежденность в том, что почти каждый заключенный способен на моральную реабилитацию.
Изучение древних черепов показало, что важен не только размер мозга, но и его форма
Рис. 1. Мозг современного человека (слева) и неандертальца из Ла Шапель-о-Сен. Показана триангуляционная сетка, использовавшаяся для анализа формы мозга. Изображение из обсуждаемой статьи в Science Advances
Мозг современных людей имеет округлую форму, нетипичную для других Homo. Анализ эндокранов сапиенсов из разных эпох, а также неандертальцев, гейдельбергских людей и эректусов показал, что у сапиенсов мозг эволюционировал не так, как у других людей. Объем мозга достиг современных значений еще 300 000 лет назад и больше не рос. Форма мозга у наших предков в то время была еще архаичной, промежуточной между поздними эректусами и неандертальцами. Потом мозг начал постепенно округляться, а полностью современной его форма стала лишь в промежутке от 100 000 до 35 000 лет назад. Тогда же, судя по археологическим данным, резко ускорился культурный прогресс. Полученные результаты, наряду с данными палеогенетики, говорят о том, что в строении и функции мозга сапиенсов после их отделения от предков неандертальцев произошли важные изменения, которые, возможно, и позволили нашему виду захватить планету, вытеснив все прочие человеческие популяции.
Мозг современных людей приобретает свою характерную округлую форму в последние месяцы внутриутробного развития и в первый год после рождения. В развитии нашего мозга есть особая «фаза глобуляризации», которой нет у человекообразных обезьян и неандертальцев. Глобуляризация сопровождается быстрым ростом объема мозга и ускоренным формированием нейронных связей. По-видимому, именно в это время формируются важнейшие структурные и функциональные особенности мозга, определяющие наши отличия от других гоминид (см.: Мозг у неандертальцев рос иначе, чем у сапиенсов, «Элементы», 17.11.2010). Поэтому для понимания эволюции нашего вида важно разобраться в том, как и когда мозг наших предков приобрел свою округлую форму.
Данный вопрос стал особенно актуальным, когда удалось датировать находки из местонахождения Джебель Ирхуд в Марокко (см.: Люди из Джебель Ирхуд — ранние представители эволюционной линии Homo sapiens, «Элементы», 13.06.2017). Черепа из Джебель Ирхуда оказались чрезвычайно древними (300 000 лет), хотя по своей морфологии они мало отличаются от современных, особенно в своей лицевой части. Главное отличие затрагивает как раз форму мозга: у людей из Джебель Ирхуда мозг не глобулярный, а вытянутый в передне-заднем направлении, примерно как у неандертальцев и других архаичных Homo. В итоге этих людей интерпретировали как ранних представителей сапиентной эволюционной линии, у которых лицевая часть черепа уже приобрела современный вид, а черепная коробка еще сохраняла архаичные черты. Считать ли их уже «настоящими сапиенсами» или только «предками сапиенсов» — вопрос договоренности, интересный только узким специалистам.
Ученые из Института эволюционной антропологии Общества Макса Планка в Лейпциге — авторы упомянутых выше статей по Джебель Ирхуду и по росту мозга у сапиенсов и неандертальцев — решили поподробнее разобраться в последовательности эволюционных событий, которые привели к становлению современных пропорций мозговой коробки у Homo sapiens.
Помимо новых данных по Джебель Ирхуду, особую актуальность этой теме придают недавние открытия сотрудников того же института — палеогенетиков во главе со Сванте Пэабо. Изучение неандертальских и денисовских геномов показало, что в сапиентной эволюционной линии (после ее отделения от предков неандертальцев и денисовцев более 500 000 лет назад) под действием отбора изменились многие гены, влияющие на развитие и работу мозга (подробнее см. в новостях: Геном неандертальцев прочтен: неандертальцы оставили след в генах современных людей, «Элементы», 10.05.2010; Геном денисовского человека отсеквенирован с высокой точностью, «Элементы», 06.09.2012; Между сапиенсами и неандертальцами существовала частичная репродуктивная изоляция, «Элементы», 03.02.2014). В частности, у сапиенсов закрепились мутации в генах NOVA1, SLITRK1, KATNA1, LUZP1, ARHGAP32, ADSL, HTR2B и CNTNAP2. Функции этих генов связаны с ростом аксонов и дендритов и с передачей сигналов в синапсах. Кроме того, у сапиенсов под действием отбора изменился важный регуляторный элемент в интроне знаменитого «гена речи» FOXP2 (T. Maricic et al., 2013. A recent evolutionary change affects a regulatory element in the human FOXP2 gene). По-видимому, это значит, что у сапиенсов после их отделения от предков неандертальцев и денисовцев произошли какие-то важные эволюционные изменения, связанные с развитием и работой мозга. На анатомическом уровне это вполне могло проявиться в изменении формы мозга.
Авторы детально изучили форму эндокрана (слепка мозговой полости) у 20 хорошо сохранившихся разновозрастных черепов, относящихся к сапиентной эволюционной линии (сапиенсы и «пресапиенсы», начиная от Джебель Ирхуда и Омо-II (см. 195 000 лет назад в Эфиопии жили «анатомически современные» люди, «Элементы», 24.09.2008), восьми неандертальцев, двух гейдельбергских людей и восьми эректусов (рис. 2). Для сравнения были взяты 89 современных черепов со всего мира. От прежних подобных исследований данная работа отличается, во-первых, большим размером выборки, во-вторых, намного большим числом «опорных точек» на поверхности эндокрана, что позволяет более детально охарактеризовать форму мозга.
Рис. 2. Список исследованных черепов. Для каждого черепа указано местонахождение, возраст в тысячах лет (ky) и объем эндокрана в миллилитрах. Таблица из обсуждаемой статьи в Science Advances
Основные результаты проведенного анализа отражены на рис. 3.
Рис. 3. Анализ формы эндокрана древних и современных людей при помощи метода главных компонент. Треугольники и оранжевая область — эректусы, ромбы — гейдельбергские люди, квадраты и красная область — неандертальцы, голубая область — современные люди, синие круги и области — древние сапиенсы (1 — древнейшие представители сапиентной линии, жившие в Африке 300–200 тысяч лет назад; 2 — сапиенсы из Восточной Африки и Леванта, жившие 130–100 тысяч лет назад, 3 — верхнепалеолитические сапиенсы возрастом 35–10 тысяч лет). Расплывчатые границы областей отражают неопределенности в реконструкциях деформированных черепов. Стрелки показывают направленность эволюционных изменений (временные тренды). Рисунок из обсуждаемой статьи в Science Advances
Форма мозга менялась направленно в ряду «древние эректусы — поздние эректусы — неандертальцы». Черепа гейдельбергских людей (ромбы на рис. 3) укладываются в этот тренд, обозначенный черной стрелкой и сопряженный с постепенным увеличением объема мозга. Можно сказать, что неандертальцы продолжили эволюционную тенденцию, заданную еще эректусами: если изменения мозга, происходившие у эректусов, экстраполировать в будущее, то получим как раз мозг неандертальца.
В сапиентной линии эволюция мозга пошла в другую сторону. Древнейшие представители сапиентной линии по форме мозга занимали промежуточное положение между эректусами и неандертальцами (синяя область 1 на рис. 3). Что логично, поскольку эти «пресапиенсы» не успели еще далеко уйти от общих предков сапиенсов и неандертальцев. Второй четкий хронологический тренд (темно-синяя стрелка) связывает древнейших сапиенсов («пресапиенсов») с более поздними (синие области 2 и 3) и с современными людьми (голубая область). В этом ряду форма мозга тоже менялась направленно, но направление было иным. Кроме того, в данном случае изменение формы не было сопряжено с увеличением объема (по объему мозга древнейшие представители сапиентной линии не уступают поздним).
Как показывает рисунок, древнейшие сапиенсы или «пресапиенсы» (синие области 1 и 2) по форме мозга отличаются от современных людей, и только позднепалеолитические сапиенсы, жившие 35–10 тысяч лет назад (синяя область 3), полностью укладываются в диапазон современной изменчивости. Это значит, что мозг наших предков приобрел свои нынешние очертания в период от 100 до 35 тысяч лет назад.
Эволюционный переход от исходного (условно говоря, джебель-ирхудского) состояния к современному был постепенным. Хронологический тренд, показанный темно-синей стрелкой на рис. 3, соответствует постепенной глобуляризации мозга: лобная часть становилась более вертикальной, теменная — более выпуклой, боковые поверхности — более параллельными, затылочная область — округлой и менее «нависающей», мозжечок увеличивался. Все эти тенденции характерны только для сапиентной линии. Они мало связаны с географией: одновозрастные сапиенсы из разных регионов более сходны друг с другом по форме мозга, чем обитатели одного региона, жившие в разные эпохи.
Получается, что у ранних представителей сапиентной линии мозг был уже современного объема, но форму имел архаичную — не глобулярную, а удлиненную, примерно как у поздних эректусов и неандертальцев. Это справедливо не только для двух черепов из Джебель Ирхуда, но и для более молодого (195 000 лет) черепа Омо II (череп Омо I, по словам авторов, недостаточно хорошо сохранился, а до черепа из Херто возрастом 160 000 лет они не смогли добраться).
Около 100 000 лет назад мозг наших предков имел форму, промежуточную между исходным и нынешним состоянием, а 35 000 лет назад — уже вполне современную, глобулярную. Таким образом, глобулярная форма мозга — недавнее эволюционное приобретение, уникальное для поздних сапиенсов. Или просто для сапиенсов, если считать ранних представителей сапиентной линии не настоящими сапиенсами, а «пресапиенсами» — суть дела от этого не меняется. Кроме того, исследование показало, что глобуляризация шла постепенно: особи, промежуточные по геологическому возрасту, форму мозга имели тоже промежуточную.
По мнению авторов, характер и последовательность изменений формы мозга в сапиентной линии не согласуются с предположением о том, что эти изменения были побочным результатом перестроек других частей черепа (например, лица или челюстей). Исследователи убеждены, что форма мозга, особенно на ранних этапах глобуляризации, менялась не потому, что перекраивались другие части головы, а потому, что сам мозг подвергался реорганизации.
Округлые очертания мозга, характерные для поздних сапиенсов, в индивидуальном развитии формируются во время «фазы глобуляризации». Как говорилось выше, эта фаза приурочена к последним месяцам внутриутробного развития и первому году после рождения. Следовательно, эволюционные изменения мозга взрослых особей, прослеженные в ряду от Джебель Ирхуда до современности, отражают перестройку перинатальных этапов развития мозга, когда закладываются его важнейшие структурные и функциональные характеристики. Мозг не просто изменил свою форму у взрослых людей: он стал по-другому расти у младенцев, а это уже серьезно.
В свете новых данных предположение о том, что поздние сапиенсы приобрели какие-то важные когнитивные отличия от других Homo, становится более правдоподобным. Особенно если вспомнить о результатах, полученных палеогенетиками, а также о том, что приблизительно очерченный авторами временной интервал «окончательной глобуляризации» (100–35 тысяч лет назад) совпадает с периодом становления подлинно человеческой культуры — от ранних, эфемерных проблесков «современного поведения» в Африке (см.: Зарождение человеческой культуры в Африке проходило в два этапа, «Элементы», 05.11.2008) до «позднепалеолитической революции» (см.: В Германии найдена самая древняя в мире скульптура, «Элементы», 15.05.2009). Оба процесса шли постепенно и параллельно: по мере того как мозг приобретал всё более округлые очертания, поведение наших предков становилось всё более «современным». Возможно, в этот же период последовательно закреплялись под действием отбора и те интересные мутации в генах, влияющих на развитие мозга, о которых говорилось выше.
С какими когнитивными изменениями могла быть связана глобуляризация? Авторы пытаются немного порассуждать на эту тему, отталкиваясь от того, что два самых заметных изменения в ходе глобуляризации — это выступание теменной области и рост мозжечка.
Что касается мозжечка, то его функции у человека, как теперь известно, не ограничиваются координацией движений, равновесием и мышечным тонусом (хотя это, вероятно, его первичные функции). Мозжечок, возможно, стал у нас чем-то вроде многофункционального бортового компьютера, специализирующегося на коррекции всевозможных ошибок (когда то, что было задумано, не совпадает с тем, что получилось). Мозжечок задействован в рабочей памяти, эмоциях, речи и социальном поведении. Авторы сообщают, что в первые три месяца после рождения мозжечок у человеческих детей растет быстрее всех остальных частей мозга и за 90 дней удваивается в объеме. Наверное, это что-нибудь да значит.
В целом можно заметить, что новые данные генетики и археологии постепенно укрепляют позиции тех исследователей, которые считают, что преимущества, позволившие поздним сапиенсам вытеснить всех прочих людей и стать хозяевами планеты, были отнюдь не только культурными, но и грубо биологическими. Похоже, наши предки к началу позднего палеолита действительно стали «высшей расой», с приходом которой у всех остальных людей — с их архаичным удлиненным мозгом и без правильных регуляторных элементов в гене FOXP2 — просто не осталось шансов.
Источник: Simon Neubauer, Jean-Jacques Hublin, Philipp Gunz. The evolution of modern human brain shape // Science Advances. 24 Jan 2018. DOI: 10.1126/sciadv.aao5961.
1 Или, если уж на то пошло, себя вне его. Сбои в работе некоторых зон теменной коры, отвечающих за цельность восприятия, могут приводить к мистическим и потусторонним переживанием вроде «выхода души из тела» или «единства с Космосом».
Мозговая активность: как вычислить гения по черепу?
Френология стала необычайно популярной дисциплиной у викторианцев. Считалось, что форма черепной коробки может рассказать о человеке все.
Еще до полноценного развития психологии как науки человечество пыталось установить связь между мозговой активностью и поведением индивида. Френология теперь известна как псевдонаука, однако для многих викторианцев она была самой настоящей серьезной и авторитетной дисциплиной. Приверженцы френологии утверждали, что, пристально изучив черепную коробку объекта, можно сделать выводы о его наклонностях, моральных качествах, интеллекте и потенциальных проблемах с социальным поведением. Иными словами, карта черепа являлась прямым отражением карты души человека. Увлечение френологией действительно завораживало викторианцев: даже сама королева Виктория приглашала ко двору специалиста, чтобы тот дал характеристику ее детям, изучив строение их голов.
Строение черепа как психологическая карта
Основателем френологии был австрийский врач и анатом Франц Галль. Именно он впервые предположил, что строение черепа фактически повторяет форму самого мозга, а, значит, по впадинкам и возвышениям головы можно судить о том, какие доли развиты больше других и, соответственно, вычислить характер и наклонности изучаемого объекта. Название новой науки сложилось из «френ», что на греческом означает разум и «логос», то есть учение или знание. Галль разделил мозг на несколько отделов, каждый из которых отвечал за умственные способности, темперамент, эмоции и управление телом.
Австрийский ученый проложил дорогу последователям, расширившим и углубившим его теорию. Френологи разработали так называемую «карту мозга», поделив его на множество частей (их количество в разных источниках варьируется от 20 до 46), формировавших 4 подгруппы. Первая, расположенная в передней части черепной коробки, отвечала за интеллект; вторая, в задней части, — за социальные и бытовые навыки; третья, в верхней части, — за моральные качества и религиозное чувство; четвертая, боковая (с обеих сторон), — за животные наклонности. Таким образом, прощупав череп в каждой из этих зон, френолог мог предоставить заключение о том, какие порывы, пристрастия, таланты и пороки присущи данному конкретному индивиду.
Не все научное сообщество относилось к френологии серьезно, но эта теория имела немало именитых последователей. Определенную поддержку удалось получить от творческой интеллигенции, например, от писателей, но наиболее авторитетными выглядели слова одобрения со стороны таких фигур, как Томас Эдисон или профессор Альфред Уоллес, ученый, чьи труды послужили опорой Дарвину.
Научный подход в быту
Викторианцы довольно быстро нашли практическое применение новой науке, было решено использовать эту теорию в различных сферах. Во-первых, конечно же, в образовательной. В 1825-м году в Калькутте открылась первая «френологическая школа», основанная британцами в одной из колоний с целью проведения эксперимента. Предстояло доказать, что образование способно физически изменить строение мозга. Ученики одной из школ в Бенгалии начинали каждое утро с измерений головы. Все данные фиксировались и затем сравнивались для отслеживания «прогресса», то есть изменений формы черепной коробки детей по ходу приобретения новых знаний.
Не менее полезным применение френологии полагали и в криминалистике. Изучение черепов закоренелых и отъявленных преступников считалось делом весьма перспективным — если бы удалось установить прямую зависимость между строением головы и вероятностью совершения преступления, то криминальные наклонности теоретически можно было бы выявлять превентивно. Например, бугорок над ухом, по мнению френологов, свидетельствовал о повышенных наклонностях к воровству.
В колониях и тюрьмах поощряли распространение буклетов о френологии. Некоторые надзиратели считали, что знание преступников о работе собственного мозга поможет им скорректировать поведение (основываясь, опять же, на мнении, что физически форма мозга способна видоизменяться). Это был один из первых шагов в становлении более гуманной тюремной системы: вера в эффективность телесных наказаний ослабла, а ей на смену пришла убежденность в том, что почти каждый заключенный способен на моральную реабилитацию.
Френологи также предлагали выбирать себе спутников жизни согласно с наукой о строении черепа, то ли в шутку, то ли всерьез. Правда, советы давали исключительно мужчинам. При выборе «правильной» невесты следовало бы отвести ее в кабинет френолога, который определил бы по бугоркам и впадинам черепа, насколько хорошей матерью будет потенциальная супруга, а также ее аппетит в постели. Считалось, что если у девушки обнаружится недостаток «эротизма», это сделает брак несчастным, а его избыток так вообще способен превратить супружескую жизнь в ад: кому охота ходить рогоносцем?
Френология оказалась чрезвычайно популярной и в Америке, особенно, в контексте рабства. Она нашла приверженцев с обеих сторон: и те, кто ратовал за отмену рабства, и рабовладельцы, — обрели в этой науке подтверждение своим теориям. Среди южан, например, бытовало популярное мнение о том, что мозг чернокожих рабов устроен совсем иначе, нежели мозг белого человека. Якобы боковые доли, отвечающие за животные наклонности, у них были развиты гораздо сильнее, а вот лобная доля, то есть интеллект, размерами сильном уступала. Знаменитый френолог и рабовладелец Чарльз Колдуэлл колесил по Югу с лекциями, где представлял эту теорию. Он также заключил, что из-за таких вот особенностей строения мозга чернокожие рабы не способны жить самостоятельно, вне подчинения.
Противники рабства использовали те же аргументы, к которым прибегали британские колонисты. Они утверждали, что рабы, хозяев которых вкладывались в их обучение, демонстрировали значительные поведенческие улучшения. Таким образом, если бы чернокожим дали свободу и позволили получать образование, строение их мозга приблизилось бы формой к строению черепа белого человека, — убеждали френологи, ратовавшие за отмену рабства.
До психоанализа и Фрейда
Своего пика увлечение френологией среди викторианского сообщества достигло во второй половине 19 века. Отсылки к этой науке встречались в массовой культуре, например, в театральных представлениях, в шоу мюзик-холлов и прочих развлекательных мероприятиях. На выставке 1851-го года в Гайд-парке каждый посетитель мог приобрести карманного размера бюст из коллекции френолога Уильяма Балли. Сначала он выпустил серию полноразмерных бюстов, в точности повторяющих строение головы известных людей, а затем изготовил их реплики в миниатюре. В эту коллекцию входили «черепа» как прославленных художников, именитых поэтов, философ и ученых, вроде Аристотеля, так и хорошо известных современникам преступников.
Ажиотаж вокруг френологии сошел на нет уже в 20-м веке. На смену науке о строении черепа пришли психология и психоанализ. Изучение не внешних признаков, но внутреннего, душевного состояния. В каком-то смысле френология стала подготовительным этапом, сделавшим приход психоанализа возможным.