форма интербригад в испании
Береты, пилотки и тюрбаны: униформа гражданской войны в Испании
История распорядилась так, что этот внутренний конфликт стал в некотором роде генеральной репетицией Второй мировой войны. Иные даже считают, что именно в Испании она и началась, потому что, если бы там не победили националисты и их союзники Германия и Италия, последние вряд ли бы решились на войну в сентябре 1939-го.
Дополнением темы униформы будет англоязычная историография этой интересной темы, вернее, малая ее часть: несколько книг известного британского издательства «Оспрей». На русском языке, пожалуй, лучше всего будет прочитать по этой теме «Испанский дневник» М. Кольцова, «Памяти Каталонии» Дж. Оруэлла и «По ком звонит колокол» Э. Хемингуэя. Впрочем, у Хемингуэя следует назвать еще одно произведение: его пьесу «Пятая колонна».
Так как же были одеты солдаты, сражавшиеся в Испании в 1936 году?
В то время испанская национальная армия носила униформу зеленовато-горчичного цвета. Офицеры носили френчи с четырьмя карманами (верхние со складкой) и бриджи этого же цвета либо бежевые. Рядовые – короткие куртки с двумя карманами и прямые штаны либо бриджи с застежками на пуговицы у голенищ сверху донизу. У офицеров обувью были сапоги из черной или коричневой кожи, но они могли носить высокие ботинки на шнуровке. С ботинками, у которых не было высоких голенищ, разрешалось надевать отдельные краги-голенища такого же цвета или обмотки цвета хаки и белые носки, заворачивавшиеся валиком. Брюки у солдат, одетых в полевую форму, должны были заправляться в носки. Ну и, понятно, ботинки у рядовых были несколько грубее, чем у их офицеров. В целом снаряжение испанской армии походило на французское, включая покрой некоторых элементов униформы. Эмблемы рода войск нашивались на острые углы воротников, носились на тульях фуражек, на нагрудных клапанах шинелей-пелерин. Околыши фуражек служили также для размещения знаков различия офицеров.
Рядовые и офицеры носили высокие пилотки с кисточкой спереди, обшитые по долевому шву и краям боковых отворотов кантом. Причем на офицерских пилотках кант был золотой. Цвет кисточки также имел значение. У рядовых и унтер-офицеров пехоты кисточки были красные, а вот в авиации почему-то зеленые. Пилотки кавалеристов имели серебряную отделку и знаки различия. Бойцы милиции «Испанской фаланги» носили пилотки синего цвета.
Солдаты корпуса «Рекете» (особенно частей из Наварры) были самыми боеспособными подразделениями армии националистов. Одним из главных элементов их униформы был берет красного цвета с золотой кисточкой. У многих бойцов рекете слева на груди была нашивка «Сердце Иисуса», вокруг которой их матери, сестры или жены обычно вышивали просьбу к Богу защитить их любимого: «¡Detente! El Corazón de Jesús está conmigo!» — «Стой! (обращение к вражеской пуле. — Авт.) Сердце Иисуса да пребудет со мной!» Эти нашивки поэтому и стали называться «детенте». Их в массовом количестве вышивали женские карлистские организации националистов. На левом рукаве бойцы рекете носили также вышитый бургундской крест, являвшийся символом карлистского движения, а их офицеры рекете – белые лилии на воротнике, являвшиеся символом дома Бурбонов.
Своя форма была и у Иностранного легиона испанской армии, который носил обмундирование серо-зеленое общеармейского типа, с эмблемой легиона с короной на фоне скрещенных мушкета, арбалета и алебарды.
А вот находившиеся в Северной Африке мусульманские части марокканцев, мавританцев и другие им подобные носили обмундирование в традициях арабского национального костюма. Все это, включая эмблематику знаков различия, было похоже на армейскую униформу. Хотя главным облачением всех африканских мусульманских соединений обычно был тюрбан.
В общем-то, ярких эмблем и нашивок на испанской униформе националистов хватало, особенно, конечно, в глаза бросались красные береты рекете, с золотыми и серебряными кистями, которые могли быть и разлапистыми, словно блины, и маленькими, аккуратными.
Так, длинный (от локтя до плеча), углом вверх узкий шеврон из тесьмы красного либо зеленого цвета обозначал «солдадо де примера» – по-нашему ефрейтора. Красный тройной галун (в авиации зеленый), косо нашитый повыше обшлагов слева и справа, обозначал кабо – капрала. У сержанта – сархенто, галуны были уже золотые или серебряные: золотые в пехоте и серебряные в коннице. Брихада (старший сержант или фельдфебель, вахмистр) на обшлаге или же на груди, а также на пилотке сбоку носил двойную вертикальную нашивку из галуна.
На беретах тоже носили знаки различия, как спереди, так и сбоку, что зависело от звания. Офицерские звезды на пилотках носили спереди под кисточкой.
Звезды офицеры нашивались в низу рукава, либо на цветном клапане слева груди, повыше кармана, а также на плаще, куртке, или шинели-пелерине в этом же месте.
Красный цвет клапанов соответствовал пехоте, зеленый был у горно-стрелковых батальонов, а голубой – у кавалерии. Красный с черным клапан отличал артиллеристов, темно-красный – инженерные войска, желтый – обозначал военных медиков, а черный – танкистов. А вот летчики имели зеленую отделку пилоток, зато нагрудные звезды и крылышки нашивали на красный клапан.
Офицерские звания обозначались звездочками: одна золотая или серебряная шестиконечная звезда над обшлагом полагалась альфересу – младшему лейтенанту. У теньенте (лейтенант) было уже две звездочки, у капитана – три, расположенных треугольником. Команданте-майор имел на обшлаге большую восьмиконечную звезду; теньенте коронель (подполковник) – две звезды; коронель, полковник, – три расположенных друз за другом в одну линию. Хенераль де брихада обшлаге на перекрестии сабли и жезла, вышитых золотом, носил четырехконечную звезду. Две звезды поменьше по обе стороны этой же эмблемы полагались хенераль де девисион. Также эти знаки были на углах воротника, а на пилотке они были смещены влево.
Танков республиканцам катастрофически не хватало. Поэтому они, имея под руками множество заводов, в большом количестве «клепали» вот такие самодельные бронеавтомобили. Аббревиатура на бортах означала те или иные испанские профсоюзы или организации. Например: UHP, «Объединение братьев-пролетариев».
Из-за того, что часть армии участвовала в мятеже, а часть оставалась верной республике, в первые месяцы гражданской войны воющие стороны было очень трудно различать. Разве что части «Испанской фаланги» и дивизии «Рекете» бросались в глаза своими синими рубашками, пилотками и красными беретами, а так в основном форма у солдат была одинаковая. Нужно было различаться. Поэтому 31 октября 1936 г. в республиканской армии были введены новые элементы военной формы и знаки различия.
Интернациональные бригады в Испании
Интернациона́льные брига́ды или интербрига́ды (исп. Brigadas Internacionales ) — боевые части из иностранцев, воевавшие в испанской гражданской войне на стороне левых.
Интербригады были республиканскими военными формированиями во время гражданской войны в Испании, сформированными из добровольцев различных стран, прибывших в Испанию, чтобы сражаться на стороне законного демократического правительства Испании между 1936 и концом 1938 года. Бригады формировались в основном по языковому принципу. Самые известные: им. Линкольна — английская, им. Тельмана — немецкая, им. Гарибальди — итальянская, батальон Андре Марти — французский; также многочисленные добровольцы из СССР.
Интербригады сражались против испанских националистов, которыми руководил мятежный генерал Франсиско Франко, поддерживаемый активной военной помощью со стороны нацистской Германии Адольфа Гитлера и фашистской Италии Бенито Муссолини.
Бригады состояли из 40 000 мужчин и женщин. 10 000 из них пали смертью героев.
Содержание
История создания
Решение сформировать Интернациональные бригады было принято Исполкомом Коминтерна 18 сентября 1936 года. Первая группа добровольцев прибыла на базу в испанском городе Альбасете 13 октября.
Правительство Испании официально объявило Интербригады входящими в его вооружённые силы 22 октября 1936. Эти добровольцы в основном имели левые убеждения, однако многие из них не имели опыта военной службы.
Всего было создано семь интербригад. По данным на август 1937 (из доклада комдива К. А. Мерецкова и полковника Б. М. Симонова маршалу К. Е. Ворошилову):
«11-я интербригада. Немецко-австрийская. 3 батальона. В составе бригады лишь 8-10 % интернационалистов (всего около 200 человек), остальные — испанцы. В действительности бригада больше не интернациональная.
12-я интербригада. Итальянская. 3 батальона. Итальянцев немногим больше 200 человек, остальные испанцы. Командир бригады итальянец Паччарди (социалист) имеет крайне пессимистичное настроение.
13-я интербригада („Домбровский“). Польская. 4 батальона. В 1-м батальоне всего 200 поляков. Во 2-м франко-бельгийском батальоне — 100 французов. В 3-м батальоне („Ракоши“) — 100 человек с Балкан. В 4-м формирующемся батальоне — 120 поляков.
14-я интербригада. Франко-испанская. Общая численность бригады лишь 1.100 человек.
15-я интербригада. Смешанного состава. 5 батальонов. 1-й батальон — английский, 2-й батальон — американский, 3-й батальон — франко-бельгийский, 4-й батальон („Димитров“) — славянский, и 5-й батальон — испанский. В июльских боях бригада понесла очень тяжелые потери, которые до сих пор не восполнены.
16-я интербригада. Смешанного состава. Очень малочисленна и имеет незначительный процент иностранцев.
50-я(?) интербригада. Смешанного состава. 4 батальона, очень малочисленные. В 1-м батальоне („Чапаев“) 90 интернационалистов из Центральной Европы и 300 испанских призывников. Во 2-м батальоне 40 французов. 3-й и 4-й батальоны испанские.
Отдельный батальон „Джуракович“. Югославский. 100 человек. Придан 45-й дивизии.
Отдельный американский батальон. Вновь формирующийся. 325 человек. Придан 15-й дивизии.
Две отдельные пулеметные роты. Французские. Слабого состава.» (РГВА, ф. 33987, оп. 3, д. 1033, л. 95-101)
Из доклада в Москву представителя Коминтерна в Испании Пальмиро Тольятти (кличка — Альфредо) от 29 августа 1937:
«Ситуация в Интернациональных бригадах в целом не может считаться хорошей… Война длится дольше, чем рассчитывали наши товарищи. Многие добровольцы, приехавшие сюда в расчете лишь на несколько месяцев, теперь беспокоятся за свою судьбу, а также за свои семьи и их дела. Такие настроения особенно распространены среди добровольцев из спокойных стран (Франция, Соединенные Штаты Америки и т. д.); от них можно услышать следующее: «Стоит ли здесь оставаться, наступления одно за другим, нас всех убьют или тяжело ранят» (информация от тов. Галло о 12-й бригаде). Тема возвращения поднимается все чаще и настойчивей. Об этом говорят не только деморализованные элементы, но повсеместно и почти во всех бригадах. Представитель Коммунистической партии Соединенных Штатов, например, предъявил Главнокомандованию и секретариату Коммунистической партии Испании требование, чтобы все американские добровольцы отправлялись домой после 6 месяцев пребывания в Испании… Крупные проблемы возникли с итальянской бригадой. Командир бригады (Паччиарди — республиканец, очень искусный демагог, близкий бойцам, возможно более, чем наши товарищи), по завершении операции «Брунете» открыто поднял вопрос о роспуске итальянской бригады. Он аргументировал свое предложение так: «…наши потери с каждым днем все больше, трудности с набором новых итальянцев, пополнение из испанских призывников никуда не годится…» (РГВА, ф. 33987, оп. 3, д. 961, л. 24-33)
В докладе (от 26 июля 1938) заместителя начальника Разведывательного Управления РККА, старшего майора государственной безопасности Гендина, наркому обороны СССР, маршалу Советского Союза Ворошилову говорится:
«Тяжелые июльские (1937) бои в Брунете, в которых участвовали почти все интернациональные части, ослабили моральный дух войск. Это, в сочетании с систематическими действиями пятой колонны, привело к тому, что в конце июля — начале августа базу в Альбасете наводнили многочисленные деморализованные элементы, покинувшие свои части. Опасность угрожала, что интернациональные части распадутся. 1 августа командиром базы был назначен полковник Белов. В качестве необходимой меры был организован концентрационный лагерь для элементов, описанных выше. Через этот лагерь с 1 августа по октябрь прошло 4 тысячи человек. С помощью интенсивной политической и военной работы мы смогли вернуть до 80 % на фронт в качестве хороших антифашистских бойцов.» (РГВА, ф. 33987, оп. 3, д. 1149, л. 260—269)
(«Полковник Белов» на самом деле был Георгием Дамяновым. В то время — функционер Коминтерна, а с 1950 и до своей смерти в 1958 — президент Народной Республики Болгарии.)
Общее число добровольцев, приехавших в Испанию воевать в Интербригадах, составило около 31 тысячи. Из них около 6 тысяч (19 %) дезертировало или было казнено своим командованием — больше, чем погибло или пропало — менее 5 тысяч (15 %).
Число интернационалистов в боевых частях одновременно — никогда не превышало 6-8,5 тысяч, а максимальная общая одновременная численность — 20 тысяч
«Интербригады»: Как это было в Испании и как это есть на Донбассе
Британский писатель и публицист Эрик Артур Блэр, более известный широкой публике под псевдонимом Джордж Оруэлл не только написал антиутопии «1984» и «Ферма животных», но и ввел в речевой оборот термин «холодная война», прочно прописавшийся в общественно-политическом дискурсе второй половины 20-го века.
Ополченец Джордж Оруэлл
Однако была в биографии Оруэлла еще одна страничка. Речь идет о его участии добровольцем в Гражданской войне в Испании на стороне Республики.
В 1936 году, всего через полгода после свадьбы он, вместе с женой, отправился на Арагонский фронт гражданской войны.
В Испании он провел почти полгода, воюя в рядах ополчения троцкистской партии ПОУМ, пока не был ранен в горло фашистским снайпером. Воспоминания об этих событиях легли в основу нескольких его произведений — документальной повести «Памяти Каталонии» и очерка «Вспоминая войну в Испании».
Таких добровольцев как Оруэлл, были тогда в Испании многие тысячи. И ехали они на войну с фашизмом со всей Европы и даже из Америки. В основном это были люди левых убеждений — коммунисты, социалисты, анархисты. Впрочем, случались среди них и левые либералы и даже националисты.
Из них республиканское правительство в Мадриде формировало по национальному принципу вооруженные подразделения республиканской армии, получившие названия интернациональных бригад. Например, были французские интербригады — французов на той войне было больше всего — почти четверть. Кроме них защищали Республику итальянцы, поляки, немцы, американцы, граждане СССР.
Решение сформировать интербригады было принято Исполкомом Коминтерна 18 сентября 1936 года. Первая группа добровольцев прибыла в Испанию 13 октября. А уже 2 октября того же года республиканское правительство официально объявило Интербригады входящими в его вооружённые силы».
Вспомнить события в Испании 80-летней давности заставила нынешняя война на Донбассе. Аналогия донбасского ополчения с интербригадами прямо таки напрашивается. На Донбассе, как и в Испании, начиналось все со стихийного прибытия добровольцев из разных стран.
В Испанию ехали, как пелось в известной советской песне «Чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». На Донбасс ехали защищать едва образованные народные республики, обещавшие покончить с властью националистов и олигархов.
Объединяет добровольцев тех и этих времен и антифашистский идеологический настрой. Разве что испанские фашисты объявили мятеж против законного правительства в Мадриде, а украинские ультраправые успели свергнуть законное правительство в Киеве. Отсюда и кажущаяся разница — «те» интербригады защищали центральное правительство, а нынешние ополченцы по формальному признаку — «сепаратисты».
Романтика вооруженной борьбы с фашизмом привела в испанские интербригады таких, ставших впоследствии известными людей, как будущий немецкий канцлер, социал-демократ Вилли Брандт, немецкий актер и певец Эрнст Буш, американский писатель Хемингуэй, певец Поль Робсон, философ Симона Вейль, мексиканский художник и будущий убийца Троцкого Сикейрос, венгерский писатель Мате Залка и советский писатель и журналист Михаил Кольцов.
Среди ополченцев Донбасса мы также видим множество творческих личностей, начиная от известного питерского историка Игоря Пыхалова, воевавшего прошлым летом в составе луганского батальона «Заря», заканчивая писателем-фантастом Федором Березиным, воевавшим в ДНР. Помощь ополченцам и мирным жителям Донбасса оказывает известный писатель Захар Прилепин, а репортажи с передовой делает британец Грэм Филлипс.
Наверняка в нынешнем ополчении Донбасса есть и множество людей с серьезным боевым военным опытом в прошлом и настоящем. Речь о так называемых «отпускниках», — людях наподобие Манфреда Штерна — командира первой из сформированных испанских интербригад, советского разведчика под легендой, воевавшего под псевдонимом генерал «Клебер». 
От ополчения — к регулярной армии
Без особого труда можно отыскать параллели и в истории роста и формирования интербригад в Испании и ополчения на Донбассе. Например тот факт, что большинство добровольцев в обоих случаях были людьми необстрелянными, как бы сказали, штатскими.
Вот, что писал по поводу своих солдат руководитель интербригад Андре Марти: «Большинство добровольцев из Италии, Германии, Франции, Балканских стран и Польши. 80 % — коммунисты и социалисты. Треть не имеет военной подготовки.
Наконец, еще одна деталь. Как известно, кроме бойцов интербригад по линии Коминтерна, в гражданской войне в Испании участвовали также военные советники и специалисты из Советского Союза: военачальники РККА уровня полковник — комдив, командиры уровня старший лейтенант — майор (общевойсковые, танкисты, лётчики, моряки, артиллеристы, политработники, чекисты и т. д.) и гражданские специалисты (переводчики, медики). Эти советские советники и специалисты не входили в состав Интербригад, а служили при командовании республиканской армии).
Продолжая нашу аналогию скажем, что сегодня на Донбассе несомненно присутствуют российские военные советники из числа так называемых «отпускников», о чем говорит весь интернет.
И то, что разрозненные отряды ополчения, набранные из случайных людей, всего за год превратились в боеспособную регулярную армию с командованием и дисциплиной — несомненно, в том числе заслуга и этих военспецов. Также как и российские гражданские специалисты помогают республикам Донбасса наладить эффективное гражданское управление, без которого «тыл» у ополченцев рухнул бы еше прошлой осенью.
Схожи и другие моменты в деятельности интербригад сегодняшних и восьмидесятилетней давности. Как известно, ч 1937 года в Интербригады стали зачисляться призывники-испанцы, и вскоре они составили там большинство (до 90 %) в личном составе.
Вот, что писали в докладе Ворошилову комдив Мерецков и полковник Симонов в августе 1937 года: «11-я интербригада. Немецко-австрийская. 3 батальона. В составе бригады лишь 8–10 % интернационалистов (всего около 200 человек), остальные — испанцы. В действительности бригада больше не интернациональная. 12-я интербригада. Итальянская.
3 батальона. Итальянцев немногим больше 200 человек, остальные испанцы.13-я интербригада („Домбровский”). Польская. 4 батальона. В 1-м батальоне всего 200 поляков. 50-я интербригада. Смешанного состава. 4 батальона. В 1-м батальоне („Чапаев”) 90 интернационалистов из Центральной Европы и 300 испанских призывников. Во 2-м батальоне 40 французов. 3-й и 4-й батальоны испанские».
Похожая картина сегодня наблюдается и на Донбассе. В прошлом году, на начальном этапе, по признаниям очевидцев, в целом ряде подразделений ополчения, особенно, казачьих, соотношение местных и приезжих добровольцев было не в пользу первых.
Однако уже начиная с осени прошлого года картинка потихоньку начинает меняться и сегодня большинство в ополчении составляют местные уроженцы. Тем более, что отряды народной милиции в той же ЛНР переведены на контрактную основу, бойцы получают денежное довольствие, позволяющее им содержать свои семьи.
Говоря о деятельности интербригад следует учесть и тот факт, что немалая часть их бойцов была расстреляна своими же командованием за разного рода преступления, которые позорили репутацию республиканской армии.
В этом же ряду можно рассматривать и чистки осени 2014-весны 2015 года ополчения на Донбассе от разного рода случайного уголовного элемента, «беспредельщиков» и «отжимальщиков» и просто нарушителей дисциплины, не желавших подчиняться централизованному командованию.
Разоружение и расформирование таких «диких» ополченцев также сыграло свою роль в повышении уровня боеспособности, что проявилось во время операции по замыканию дебальцевского «котла».
От старого Коминтерна — к новому «Коминтерну»
Отметим, что так же, как и в случае войны на Донбассе, тогдашняя профашистская пресса Европы вовсю трубила о каких-то мифических полчищах, едва ли не сотнях тысяч присланных из Москвы коммунистов, воюющих на стороне республики.
Сегодня мы слышим и читаем о десятках тысяч «российских террористов». Но и тогда и сейчас добровольцы извне составляли лишь небольшой процент в общей массе защитников республик — Испанской и Донецкой с Луганской.
Как свидетельствуют архивные документы, число интернационалистов в боевых частях одновременно — никогда не превышало 6–8,5 тысяч, а максимальная общая одновременная их численность — 20 тысяч.
Интересно, что по документам Интербригад через их состав прошло 340 «русских». В число русских были включены несколько десятков приехавших из Палестины, а также добровольцы из Канады, США, Аргентины, Польши, Литвы. То есть все, указавшие в анкете на владение русским языком.
Сегодня на Донбассе мы видим ополченцев из Израиля, Сербии, Испании, США, и даже из далекой Бразилии. Наибольшую известность приобрело сербское подразделение, воевавшее на Донбассе в прошлом году, а также коммунистический отряд в составе бригады «Призрак».
А добровольцы по линии российского движения «Другая Россия» писателя Эдуарда Лимонова прямо подчеркивают свою преемственность от испанских интербригад и так и называют себя сами — «интербригады».
Примечательно, что противники России также обращаются к аналогиям из тридцатых годов прошлого столетия. Недавно в западной прессе получили большой резонанс откровения чешской разведки, по мнению которой Россия строит в Европе, вы только не удивляйтесь…новый Коминтерн! «Россия создаёт в Европе идеологическую структуру, которая может быть воспринята всем европейским политическим спектром, что можно считать возвращением к концепции Коминтерна, который был создан и управлялся Советским Союзом».
Как тут не вспомнить о том, что именно «старый» Коминтерн принял решение о создании интербригад и начале вербовки добровольцев-антифашистов на гражданскую войну в Испанию.