форма контакта которая утратила признаки контакта соединение ретрофлексии и проекции название
Форма контакта которая утратила признаки контакта соединение ретрофлексии и проекции название
ВИДЫ, ПРИЗНАКИ И ОСОБЕННОСТИ РЕТРОФЛЕКСИИ
В предыдущей статье я рассматривал частный случай ретрофлексии, когда индивид останавливает собственную агрессивную энергию, направленную вовне для удовлетворения потребности, а затем обращает её на себя. Это так называемая ретрофлексия катарсиса. Когда я делаю себе то, что хотел бы сделать другим. Пример ретрофлексии катарсиса – когда человек переживает вину, обвиняет себя вместо проживания обиды и обвинения в адрес другого. Но существует ещё четыре описанных в литературе вида ретрофлексии, 2 из которых различные авторы иногда выделяют в качестве отдельных механизмов прерывания контакта.
Признаки ретрофлексии через невербальные сигналы в процессе сеанса:
1. Неловкие, неудобные позы или очевидные мышечные блоки, зажимы, напряжения, боли – заметные наблюдателю или декларируемые. Есть вариант «застывшей ретрофлексии», когда действие мышц антагонистов поддерживается в равновесии и человек производит впечатление напряженного и неживого. Все отражается в позе и жестах – скованные руки и опущенные плечи, сжатые челюсти и кривая извиняющаяся улыбка, отсутствие движений во время всей сессии и ноги, будто приросшие к полу. В здоровом организме мышцы не зажаты и не расслаблены – это средний тонус, готовность к выполнению действий и движений.
При использовании в работе арт-терапевтических методов, для ретрофлексии характерны спирали, возвратные линии в рисунках.
Помимо представленного многообразия форм, которые ретрофлексия может принимать в поведении человека, в работе с клиентами я наблюдал интересные феномены и особенности, которые стоит изложить отдельно в виде гипотез и предположений, прежде, чем переходить к следующей части работы.
6. Как говорилось выше, при ретрофлексии одна часть может быть в роли «жертвы», другая часть в роли «преследователя», а терапевт приглашается на роль «спасателя». Что интересно, я замечал, что в жизни подобные клиенты (мой собственный пример) могут становиться «спасателями» по отношению к другим людям. Это требует подтверждения, и, возможно, является частным случаем. Скорее всего, подобный клиент склонен переключаться: способен быть жертвой, спасателем и преследователем по отношению к разным людям. Возможно, эти роли фиксированы и не гибки в отношении людей, выбранных на ту или иную роль. Вопрос: способен ли клиент внутри себя быть «спасателем»? Скорее всего, да – в случае зеркальной ретрофлексии. В отношениях, которые предполагают удовлетворение доминирующей потребности, одна роль всегда проецируются вовне. Например, когда клиент вступает в интимные отношения с другим человеком, в разных случаях активируются роли «жертвы» или «спасателя», соответственно часть, отличная от 2-х доминирующих на данный момент, проецируется вовне. Таким, образом, все три части внутри человека не встречаются одновременно, одна всегда спроецирована.
7. Возможно, что ретрофлектор на ранних периодах развития испытывал такие «душевные муки», которые воспринимались куда более сильно, нежели физический дискомфорт. В результате, «той» ситуации (где, например мама отвергала за проявления гнева) уже нет, но ретрофлектор всё равно привычным образом не решается выражать гнев, боясь чересчур интенсивных переживаний, неосознанно (а может и осознанно) предпочитает испытывать боль телесную.
8. «Ретрофлекторам в силу привычки легче платить телесным страданием или душевной болью, чем рисковать отношениями или самооценкой». Проблема в том, что телесное страдание тем предпочтительней, чем ниже чувствительность. Клиент в течение жизни научается не только сдерживать собственные импульсы, но так же повышать толерантность к дискомфорту. Чувства и ощущения притупляются.
В заключение этой статьи я не случайно написал о телесном страдании. Оно неизбежно сопровождает жизнь клиента, научившегося приспосабливаться к среде путём сдерживания и подавления собственных телесных импульсов, эмоций и действий. Телесное страдание может принимать различные формы: от спазмов, напряжений и зажимов до психосоматических симптомов и смертельных заболеваний. Что интересно, интенсивное страдание, называемое симптомом, зачастую является не только следствием ретрофлексивного процесса, но своего рода формой контакта клиента с окружающим миром, а также, по утверждению некоторых авторов, «суррогатом» удовлетворения потребности, и, метафорической подсказкой для терапевта в работе. Поэтому следующую статью я посвятил краткому исследованию роли симптома в жизни ретрофлектора, а также изложил некоторые соображения по поводу функций симптома, механизмах формирования и способах работы с ним в рамках гештальт-подхода.
LiveInternetLiveInternet
—Рубрики
—Музыка
Анатомия духовности. Alex Grey
—Поиск по дневнику
—Подписка по e-mail
—Статистика
Формы прерывания контакта в гештальт терапии
В гештальт-терапии невротические процессы направленные на прерывание контакта с внешней средой являются защитными механизмами. Ф. Перлз писал: «Интроектор делает то, что другие хотят, чтобы он сделал, проектор делает другим то, в чем их обвиняет, что они делают по отношению к нему, ретрофлектор делает для себя то, что он хотел бы сделать другим, а личность в патологическом слиянии не знает кто, что кому делает».
Итак, существуют такие основные виды прерывания контакта.
Конфлюенция (слияние) происходит, когда человеку трудно «опознать» и выделить одно из своих переживаний, как главное, или невозможно отделить себя от других людей (другого человека). В речи это обычно находит отражение в устойчивом употреблении местоимения «мы». Такое поведение характерно для мам младенцев («Мы хорошо покушали и спим», — говорит мама новорожденного, хотя у нее во рту с утра не было ни крошки и вздремнуть ей последний раз удалось позавчера) или для родителей тяжелобольных детей, которые стремятся таким образом ежесекундно отслеживать состояние ребенка.
Слияние 2-го вида: слияние человека с другими людьми, когда трудно провести границу между Мной и Тобой. Тогда можно принять чужие переживания или желания за свои собственные.
Памятка по психологическим защитам
Дефлексия: Понимаешь, брат, тут такое дело, в общем, если рассмотреть сложившуюся ситуацию объективно и беспристрастно, одним из аспектов актуальной тенденции может являться взаимная инконгруэнтность субъектов взаимодействия. Да, кстати, Шопенгауэр по этому поводу говорил, что.
Отрицание: Нет никакого нахрена. Не бывает такого слова.
Процитировано 18 раз
Понравилось: 9 пользователям
Механизм прерывания контакта это нарушенный способ контакта организма и среды. И выявление каждого механизма прерывания важно для психотерапевтической работы, причем каждый механизм требует к себе особый подход. (Гингер С., Гингер А. 1999)
Наиболее распространенными механизмами прерывания контакта считаются: слияние (конфлуенция), интроекция, проекция, ретрофлексия и эготизм. (Перлз Ф., Гудмен П. 2001.)
Каждый механизм соответствует своему периоду по циклу контакта. Так, слияние возникает в преконтакте и характерно тем, что человек не осознает свои чувства, желания, или телесные ощущения. После выделения фигуры из напитавшего ее энергетически поля, на фазе контактирования контакт затрудняют интроекция и/или проекция. На следующем этапе, финальном контактировании, когда клиент уклоняется от прямого способа удовлетворения своей потребности можно говорить о дефлексии или о ретрофлексии, если происходит обращение возбуждения на самого себя. Эготизм подразумевают на этапе постконтакта, в случае, если новый опыт, который был получен в предыдущих фазах не ассимилируется в self и отврегается в пользу уже имеющегося.
П. Гудман считает, что до фокусирования возбуждения возникает слияние, когда возбуждение наступило – интроекция, в момент встречи с окружающей средой – проекция, во время конфликта и разрушения – ретрофлексия, в процессе финального контакта – эготизм. (Погодин И.А. 2011)
Н.М. Лебедева и Е.А. Иванова пишут, что действительно, некоторые механизмы прерывания можно обнаружить в разных местах цикла, но чаще всего сопротивления характерны для определенных циклов. (Лебедева Н.М., Иванова Е.А. 2004 )
[/url] Ирина Булюбаш (Булюбаш И.Д. 2003) пишет, что механизмы прерывания могут возникать и у терапевта во время работы с клиентом. Обрыв контакта происходит в случае, если терапевту не достаточно опыта распознавания или навыков работы с механизмами прерывания и он сам того не сознавая поддерживает механизмы прерывания контакта клиента. В другом случае терапевт прерывает контакт обычным, неосознаваемым для себя способом.
О паталогическом слиянии можно говорить, когда человек не ощущает границы между собой и средой. Он не осознает своих потребностей, не понимает, что хочет делать и как он этого не делает. Не различает целое и части. В основе психосоматических заболеваний лежит патологическое слияние. (Перлз. Ф. 1996). Нет различий между «Я» и «не-Я». Слияние не дает возможности выделения фигуры из фона в преконтакте и мешает сопровождающему ее возбуждению. (Робин Ж.-М. 1994). В разговоре человек часто употребляет местоимение «Мы».
Об интроекции говорят, когда человек впускает в себя чужие установки и убеждения без «переваривания». То, что говорит другой- безусловно, первая инстанция. (Лебедева Н.М., Иванова Е.А. 2004)
В проекции граница между собой и остальным миром сдвигается немного «в свою пользу», и это дает возможность снять с себя ответственность, отрицать принадлежность себе ощущений или чувств, с которыми трудно примириться, потому, что они выглядят для нас непритягательными или обидными. ( Перлз Ф., Гудмен П. 2001)
Ретрофлексия (этот термин возник в гештальт-терапии, в отличие от проекции и интроекции) тоже разрушает гештальт. Этот термин говорит об опыте, который возникает как контакт с окружающей средой, но возвращается к самому организму. Человек не позволяет себе проявлять свои чувства в отношении их истинных объектов, и разворачивает их против себя. (Робин Ж. –М., 1994)
При эготизме человек ставит беспросветную границу с окружающей средой. Невозможно достичь спонтанности. Проявляется эготизм через удержание себя в момент, когда требуется обратное для достижения окончательного соприкосновения. (Робин Ж.-М., 1994)
Эготизм рассматривается как искусственная гипертрофия ego-функции, которая ведет к усилению нарциссизма и принятию личной ответственности, содействующая развитию автономии.Человек ощущает полную самодостаточность и отстраненность.Он охраняет свои границы и не может полностью окунуться в происходящее. (Лебедева Н.М., Иванова Е.А. 2004)
Работа терапевта направлена на восстановление способности клиента к различению. Терапевт помогает клиенту обнаружить для себя, что является или нет им самим, что препятствует развитию и что содействует и тогда клиент обретает правильное равновесие и границу контакта между собой и остальным миром. (Перлз Ф. 1996)
Форма контакта которая утратила признаки контакта соединение ретрофлексии и проекции название
Прерывания контакта – нарушения естественного обмена с окружающей средой, сбои в процессе создания – разрушения фигур, делающие невозможным или затрудняющие удовлетворение потребностей, желаний, интересов человека. Прерванный контакт фиксируется в опыте как «незавершенное дело», сопровождаемое напряжением невыраженных эмоций. Граница контакта при привычных прерываниях теряет свою функциональность, становится ригидной, поведенческий репертуар сужается.
Важно отметить, что способы прерывания контакта не являются патологическими сами по себе. По сути это те же самые способы, при помощи которых мы устанавливаем и развиваем контакт с миром, только ригидные, фиксированные.
На практике все протекает не так просто: велико количество незакрытых Гештальтов, циклов, оборванных из-за нарушений гранацы-контакт, внутренних или внешних по отношению к субъекту нарушений, мешающих свободному проявлению self.
Такие механизмы защиты или избегания контакта могут быть здоровыми или патологическими в зависимости от их интенсивности, гибкости, момента их проявления, короче говоря, от того, насколько они оказываются уместными или своевременными.
В вопросе об их наименовании царит путаница; многочисленные авторы используют для их обозначения самые разнообразные термины: невротические механизмы или невротические нарушения на границе-контакт (Перлз), разновидности потери функции ego (Гудман), виды защиты ego (Андре Жак), сопротивление-адаптация (или адаптационное сопротивление) (Польстеры), нарушения self или интерференция в осознавании (awareness) (Латнер), обрывы в цикле контакта (Зинкер), невротические механизмы уклонения (Мари Пети).
1. Конфлуэнция или слияние
Речь идет о состоянии отсутствия контакта, слияния вследствие временного отсутствия границы-контакт. При этом self не может быть выделен.
Маленький ребенок находится в нормальной конфлуэнции со своей матерью (симбиоз), влюбленный — со своей возлюбленной, взрослый — с группой духовно близких ему людей, любой человек — со всей Вселенной в моменты мистического единения с ней («океанское» чувство слиянности или экстаза).
Как правило, за конфлуэнцией следует отступление, позволяющее субъекту вновь обрести свою собственную границу-контакт, возвратиться к себе самому — особому и не похожему на других. Способ функционирования, при котором отступление оказывается настолько затруднительным, что конфлуэнция становится хронической, может быть квалифицирован как патологический (невротический или даже психотический).
Пример тому — запреты на слом установившегося равновесия и совершение ответственных поступков. Конфлуэнция также встречается в тех парах, где оба партнера не позволяют себе ни одного мало-мадьски самостоятельного действия, считая его «изменой».
В социальном плане конфлуэнция препятствует любому противоборству, любому настоящему контакту, а значит, и всякому социальному развитию. Ее можно обнаружить у фанатиков и сектантов, идентифицировавшихся с каким-то верованием, сектой, религиозной, политической, методологической или другой догматической, застывшей системой.
Любой резкий разрыв конфлуэнции повлечет за собой сильную тревогу, нередко усиленную чувством вины,— вплоть до психотической декомпенсации.
Терапия в этом случае будет заключаться в работе с границами self, с личной «территорией» каждого человека, с временными пределами человеческих взаимодействий (чередование контактов и отступлений). Для этого необходима обстановка доверия и достаточной безопасности, которая позволит находящемуся в конфлуэнции клиенту стать независимым, не испытывая при этом опасений оказаться отвергнутым или «поглощенным».
Утверждению собственного своеобразия, непохожести на других способствуют некоторые классические Гештальт-упражнения (телесные, вербальные или символические): определение границ своего тела, своего собственного ритма в группе, поиски своего особого места в ней, исследование своей личности посредством символико-графического представления ее в виде мандалы, физическое противоборство с партнером и т. д.
Обличая конфлуэнцию, Перлз сочинил свою знаменитую молитву гештальтиста, из-за которой испортили немало чернил и бумаги те, кто критиковал его за эгоизм, не понимая ее истинного смысла:
«Я иду моим путем, а ты идешь своим.
Я пришел в этот мир не за тем, чтобы соответствовать твоим ожиданиям, а ты — не за тем, чтобы соответствовать моим.
Ты — это ты, а я — это я.
И если мы случайно встретимся — это прекрасно!
А если нет, то этому нельзя помочь. »
Слияние – это процесс, в котором нет понимания отдельности каждого человека, когда не учитывается разница между людьми.
«Когда человек совсем не чувствует границы между собой и окружением и когда ему кажется, что он и окружение есть единое целое – он слит с ним» (Перлс)
Энергия в слиянии становится общей, индивидуальность нивелируется, граница контакта размывается.
Слияние – основной способ контакта в зародышевом и новорожденном периодах.
Чувство сопричастности к чему-то большему, чем «я»: религиозный опыт, переживания, когда «радость на всех одна и беда одна», работа в команде, армия, командные виды спорта, хоровое пение и т.д.
Ощущение единства с другим человеком – естественный симбиоз матери и младенца, интимные любовные переживания, опыт «Я-ТЫ» в терапии.
Отношения, которые необходимы «как воздух», вне которых человек теряет себя. Оба (или кто-то один) могут верить в то, что они знают мысли и другого, переживают его чувства и его опыт. Это затянувшиеся симбиотические отношения матери и ребенка, любовная зависимость, ощущение, что невозможно жить вне какой-либо среды.
— Использование в речи местоимения «мы» вместо «я, ты, он (она)».
— Отсутствие уважения к разнице между собой и другими.
— Проявления злости, когда обнаруживаются различия.
— Искренняя вера в то, что люди испытывают одинаковые чувства.
— Размытая, обезличенная ответственность.
Слияние прерывает контакт в фазе преконтакта. Фигура желания не формируется.
«Противодействие слиянию – дифференциация. Человек должен начать проживать опыт собственных выборов, потребностей и чувств и не смешивать его с выборами, потребностями и чувствами других людей. Он должен усвоить, что может столкнуться с ужасом отделения от других и при этом остаться живым». (Польстер)http://www.b17.ru/article/4564/
Она лежит в самой основе воспитания ребенка и процесса роста: мы сможем вырасти только в том случае, если будем усваивать то, что идет из окружающего мира, определенные питательные вещества, идеи, принципы.
Но если элементы внешнего мира проглатываются непережеванными, то они останутся непереваренными, продолжая существовать внутри нас в виде посторонних паразитов.
Любое усвоение начинается с разрушения, слома установившейся структуры:
мы разгрызаем яблоко, прежде чем проглотить его, мы критикуем идею, прежде чем принять ее.
Патологическая интроекция возникает, когда идеи, привычки или принципы «проглатываются целиком», без предварительной переработки, необходимой для их усвоения.
Например, еще в детстве человек, воспитывающийся в традиционных иудео-христианских представлениях, может пассивно, без разбора и усвоения, проглотить немало указаний типа «ты должен. нужно. ». Напомним, что Перлз уже в своей первой книге «Эго, Голод и Агрессия» настаивал на необходимости элемента агрессии для любого процесса ассимиляции. Кстати, факт противопоставления Перлзом оральной агрессивности анальной повлек за собой его разрыв с Фрейдом.
Этимологически слово а-грессия (от лат. ad-gredere — идти вперед, приближаться к другому человеку) по смыслу близко слову про-грессия (идти вперед) и противоположно словам ре-грессия (идти назад) и транс-грессия (идти наискось).
Гештальт-терапевт старается эксплицитно развить независимость клиента (self-support), его ответственность и ассертивность, а значит, и выявить любую попытку иллюзорного спасения в интроекции. в том числе интроекцию таких принципиальных положений Гештальт-подхода, как: «Нужно свободно выражать свои эмоции» или следующее содержащее очевидный парадокс утверждение: «Никогда не нужно говорить «нужно»! Клаудио Наранхо вспоминает по этому поводу шутку Джо Вайсонга, главного редактора Гештальт-журнала: «Фриц помогал другим, оставаясь при этом самим собой, и, как часто случается, некоторые его ученики, вместо того чтобы следовать его примеру и быть самими собой. стали Фрицом!» (Третья международная конференция по Гештальту (в Гештальт-журнале, vol. V, № 1. 1982).
Вот еще несколько примеров интроекции, заслуживающих того, чтобы их тщательно «разжевали»:
нужно любить и уважать своих родителей,
но. нужно «убить» своих родителей, чтобы вырасти самому;
нужно всегда говорить правду своему супругу,
но. никогда не нужно заставлять понапрасну страдать своего супруга;
нужно уметь приносить жертвы ради своих детей,
но. «нужно прежде всего самому быть счастливым и удовлетворенным, чтобы дать пример счастья своим детям (По Бейтсону, интроекция парадоксальных предписаний (double-bind, или двойных предписаний) лежит и основе некоторых психозов!)
но. не нужно верить тому, что я вам говорю. »
Защитные механизмы
Эту статью можно было бы назвать так — Способы прерывания контакта или Защитные механизмы. Феномены, которые мы называем защитами, имеют множество полезных функций. Они появляются как здоровая, творческая адаптация и продолжают действовать на протяжении всей жизни. В тех случаях, когда их действие направлено на защиту собственного “Я” от какой-либо угрозы, их можно рассматривать как “защиты”, и это название вполне оправдано.
Личность, чье поведение носит защитный характер, бессознательно стремится выполнить одну или обе из следующих задач: (1) избежать или овладеть неким мощным угрожающим чувством – тревогой, иногда сильнейшим горем или другими дезорганизующими эмоциональными переживаниями; (2) сохранение самоуважения. Каждый человек предпочитает определенные защиты, которые становятся неотъемлемой частью его индивидуального стиля борьбы с трудностями.
Например, отрицание считается манифестацией более примитивного процесса, чем вытеснение. Чтобы что-то вытеснилось, оно сначала должно быть познано каким-либо путем, а затем уже переведено в бессознательное. Например, Отрицание – это мгновенный, внерациональный процесс. “Это не случилось” – более магический способ обращения с чем-либо неприятным, чем “это случилось, но я забуду об этом, потому что это слишком болезненно”.
Проблемы возникают лишь в тех случаях, когда существует недостаток в более зрелых психологических навыках или когда данные защиты упорно используются для исключения возможных других. Все мы отрицаем, все мы расщепляем и все имеем стремление к всемогуществу. Однако большинство из нас дополняют эти реакции более изощренными способами переработки тревоги и ассимиляции сложной, беспокоящей реальности. Пограничная или психотическая личностная структура обусловлена отсутствием зрелых защит, а не наличием примитивных.
Защитный механизм, известный как “расщепление”, посредством которого личность разделяет свой опыт на категории “все хорошо” и “все плохо”, где нет места неопределенности и амбивалентности, считается примитивным. Когда ребенок удовлетворен, присутствие матери связано для него с глобальным ощущением “хорошей матери”, а когда он фрустрирован – та же мать ощущается им как абсолютно “плохая мать”.
Примитивные защиты намного труднее описать, чем более зрелые. Их до вербальность, до логичность, всеобъемлемость, образность и магический характер делают их крайне неудобными для представления в письменной речи. Я сделаю все, что смогу, для того, чтобы рассказать о них на формальном языке, но читатель должен иметь в виду, что выражение довербальных процессов на вербальном уровне в некотором смысле невозможно. Нижеследующий обзор посвящен защитам, которые обычно рассматривают как примитивные.
Защитные механизмы — это такие маневры и способы мышления и поведения, к которым прибегает человек неосознанно, чтобы избавиться от болезненного эмоционального материала. Понятию защитных механизмов в гештальт-терапии соответствует — прерывание контакта со средой (человек, окружающая реальность, свой организм). Чувство, переживание — это целостный сигнал о насущной ситуации. Но, к сожалению, человеческий организм обладает способностью не только к саморегуляции, но и к самоманипуляции.
Самоманипуляция — это способ прекратить обнаружение и удовлетворение своей потребности. Это бывает, если человек обнаруживает болезненные или запретные чувства, не обнаруживает чувств вообще и, соответственно, не может сориентироваться, считает, что потребность должна удовлетворяться другими людьми, или направляет свои чувства и импульсы не в среду, а на себя. Избегая обнаружения этих чувств и переживаний, человек пытается как бы не опознавать сигнал светофора или дорожные знаки. Это и есть прерывание контакта со средой — защитный механизм.
Основной принцип — подход в гештальте — это уважение защитных механизмов человека и бережного отношения с ними, т.к., зачастую, для взаимодействия с окружающей средой у него ничего кроме них и нет. В то же время, они нужны для сохранения своей целостности и для установления контакта!
Защитные механизмы приобретаются человеком очень рано — они «помогают» прервать контакт, «выпасть» из травмирующей ситуации. В итоге, ситуация никогда не завершается, страдания слабо осознаются и повторяются с новой силой. Весь этот процесс — это не осознаваемый процесс, называемый — отсутствием творческого приспособления.
« Творческое приспособление — это понятие указывает на неразрывный синтез приспособления и творчества. Приспособление – это процесс взаимодействия потребностей организма с возможностями окружающей среды. Творчество будет связано с понятием нового: это открытие нового решения, наилучшего решения из всех возможных, создание новой конфигурации, новой взаимосвязанной целостности, исходя из наличных элементов. При этом, если приспособление обеспечивает измерение реальности и адаптации, то творчество открывает измерение фантазии и расширение возможного» Ж.М. Робин.
Основные защитные механизмы в гештальт — терапии это: слияние, интроекция, ретрофлексия, проекция и эготизм.
Человек привыкает, причем зачастую в довольно раннем возрасте, жить в определенном «эмоциональном коридоре» (коридоре защитных механизмов) и выход за его пределы – проживание очень сильных или длительных насыщенных страстей – может быть рискованным в плане физических заболеваний или даже психотических декомпенсаций. Поэтому терапевтический процесс занимает какое-то время и ведётся грамотно и осторожно.
Что может сделать гештальт — терапия, чтобы помочь человеку, оказавшемуся в острой ситуации?Гештальт — терапевт старается помочь человеку стать все более и более «сознательно осознающим», вновь обрести свои способности творческого приспособления, то есть выйти из тупикового, неподвижного состояния, чтобы достичь настоящего контакта с окружающей средой. Вместе с тем им создаются, с одной стороны, условия безопасности, с другой стороны, «препятствия» повторениям невротических привычек клиента, чтобы тот мог мобилизовать свои творческие ресурсы и воспринять все новое, что возникает «теперь».
Действительно, большая часть первоначальной проблематики страдания, изложенной клиентам и, связана с устаревшим характером их способов отвечать на ситуации. Если экспериментирование может открыть доступ к некоторым решениям и к осуществлению творческих контактов, то произойти это сможет только в настоящем. Незавершенные ситуации прошлого, если они могут найти завершение в настоящем, конечно, не встретят ни соответствующих партнеров, ни соответствующих временных обстоятельств, но в «теперь» (в терапевтической сессии) они смогут помочь воспроизвести характерные защитные механизмы и создать новые формы контакта человека с окружающей средой, которые изменят опыт клиента.
Именно на этом основании Перлз мог сказать, что «ничего не существует, кроме настоящего», зная, что это настоящее содержит в себе прошлое и будущее. Таким образом, не всегда необходимо совершать возвращение в прошлое, потому что оно здесь заключено в опыте, который происходит на наших глазах (Perls, 1969; Энрайт, 1994 ).
В итоге, человек развивает способности не просто принимать или отвергать что-то, не следовать по течению, не упрекать других в своих сложностях, а организовывать собственный опыт таким образом, чтобы создавать то, что приемлемо лично для него.
В гештальт-терапии невротические процессы направленные на прерывание контакта с внешней средой являются защитными механизмами. Ф. Перлз писал: «Интроектор делает то, что другие хотят, чтобы он сделал, проектор делает другим то, в чем их обвиняет, что они делают по отношению к нему, ретрофлектор делает для себя то, что он хотел бы сделать другим, а личность в патологическом слиянии не знает кто, что кому делает».
Итак, существуют такие основные виды прерывания контакта.
Конфлюенция (слияние) происходит, когда человеку трудно «опознать» и выделить одно из своих переживаний, как главное, или невозможно отделить себя от других людей (другого человека). В речи это обычно находит отражение в устойчивом употреблении местоимения «мы». Такое поведение характерно для мам младенцев («Мы хорошо покушали и спим», — говорит мама новорожденного, хотя у нее во рту с утра не было ни крошки и вздремнуть ей последний раз удалось позавчера) или для родителей тяжелобольных детей, которые стремятся таким образом ежесекундно отслеживать состояние ребенка.
Слияние 1-го вида: сигнал не выделяется или сбивается прежде, чем наступает его осознание. Нередко человеку трудно осознать, что же он переживает. На вопрос терапевта: «Что с тобой сейчас происходит?» — он искренне отвечает: «Не знаю». Он понимает, что некие ощущения присутствуют, но какие именно, затрудняется сказать — они смешаны, одно принимается за другое. Подобное происходит при психосоматических заболеваниях.
Слияние 2-го вида: слияние человека с другими людьми, когда трудно провести границу между Мной и Тобой. Тогда можно принять чужие переживания или желания за свои собственные.
Интроекция — это механизм, посредством которого человек впускает внутрь себя некие идеи, установки, убеждения и т.д. от другого человека без «переваривания» этого материала.
О взглядах, которые мы идентифицируем, как интроекты, их носитель говорит, как о вещах безусловных и само собой разумеющихся. Например: «нельзя перебивать старших», «некрасиво делать людям больно», «драться — очень плохо» и т.д.
Проекция — это механизм, когда нечто, принадлежащее моему внутреннему миру, я приписываю фигурам внешнего мира, другим людям или неживым объектам.
Огромная часть человеческой жизни построена на предвосхищении событий, опирающихся на прошлый опыт — на проекции. В речи выглядит как замена местоимения «я» на местоимение «ты» (или «они», если речь идет о целой группе людей). «Я им не нравлюсь», — думает волнующийся перед публичным выступлением докладчик, «Ты на меня злишься», — жалуется тот, кто не в силах признать и принять собственную агрессию.
Было бы смешно и нелепо рассматривать любую деятельность, где есть элемент проекции как прерывание контакта. Но, когда проекция становится основным или привычным механизмом реагирования, она способна внести в человеческую жизнь кучу бед и курьезов.
Зеркальная проекция — когда человек приписывает другим некие качества, мысли и чувства, которыми он обладает сам (осознанно или неосознанно, их принимая) или хотел бы обладать. Случается, этот механизм не дает человеку признавать за свои, самые ценные для него характеристики и качества: он приписывает их другим и остается вечно «недостойным».
Проекция катарсиса — когда человек приписывает другим некие характеристики, чувства и т.д., которые он не хочет признавать в себе.
Дополнительная проекция — когда человек приписывает другим какие-то характеристики, установки, чувства и т.д., посредством которых он может оправдать свои собственные, особенно из числа тех, которые признавать не очень хочется. Например, женщина, идущая на высоких каблуках по скользкой дороге, может молчаливо негодовать на своего спутника: «Такой здоровый верзила. Идет, как на танке проезжает. А в голове — пустота! Нет бы, руку предложить…». Он ей представляется очень устойчивым, но глупым, а не она себе — глупышкой, затрудняющейся удерживать равновесие из-за того, что оделась не по погоде.
Ретрофлексия — проекция наоборот. Субъект возвращает себе то, что было адресовано окружающей среде. Речь такого человека пестрит возвратными глаголами с частицей «-ся», да и в поведении обычно есть характерные особенности — навязчивые движения, вредные привычки. Обращая на себя то, что хотел бы сделать другому, человек бьет себя по руке или пинает ногой стул, вместо того чтобы ударить кого-то, грызет ногти вместо того, чтобы укусить. Высшая форма ретрофлексии — самоубийство: человек убивает самого себя вместо того, чтобы уничтожить того или то, что заставило его страдать.
В случае зеркальной ретрофлексии я делаю себе то, что хотел бы получить от других. Я хотел бы получить от других поддержку своих идей, а вместо этого — положил голову на руку и поддерживаю сам себя.
Ретрофлексия катарсиса — когда я делаю себе то, что хотел сделать другим. В простейших вариантах — человек грызет ногти, когда хочет «откусить» что-то из внешнего мира (например, испытывая острый интерес к происходящему).
Дефлексия — человек избегает прямого контакта и достигает цели обходным путем. Действия, связанные с удовлетворением потребности, совершаются, но либо в отношении другого, более безопасного объекта, либо подменяются «вежливыми», обходными маневрами.
Профлексия — когда я делаю другому то, что хотел бы получить от него для себя. В «житейской мудрости» это: «относись к людям так, как ты хочешь, чтобы относились к тебе».
Эготизм — гипертрофия эго, когда мои границы на замке и полностью раствориться, окунуться в происходящее с головой я не могу. Хрестоматийный пример человека, охваченного эготизмом, — чеховский человек в футляре, человек, застегнутый на все пуговицы в психологическом смысле.
Девалидизация или обесценивание — когда человек обесценивает или отчуждает результат своей деятельности, игнорируя сами события или свой вклад в них.
Все описанные типы прерываний характерны для любого «нормального» организма. Важно помнить, что они являются результатом поведения, когда-то ориентированного на выживание субъекта и, как правило, питаются страхом — страхом боли, потери, страхом быть покинутым, и т.д. Человек реагирует в данный момент старым способом, который был эффективным в прошлом, но сейчас перестал быть таковым.
По материалам книги Лебедевой Н.М., Ивановой Е.А. Путешествие в гештальт: теория и практика.
Памятка по психологическим защитам
Дефлексия: Понимаешь, брат, тут такое дело, в общем, если рассмотреть сложившуюся ситуацию объективно и беспристрастно, одним из аспектов актуальной тенденции может являться взаимная инконгруэнтность субъектов взаимодействия… Да, кстати, Шопенгауэр по этому поводу говорил, что…
Отрицание: Нет никакого нахрена. Не бывает такого слова.
ОСНОВНЫЕ МЕХАНИЗМЫ СОПРОТИВЛЕНИЯ В ГЕШТАЛЬТ-ТЕРАПИИ
В гештальт-терапии выделяют несколько основных механизмов сопротивления, которые в других концепциях рассматриваются как психологические защиты:
— конфлюэнция;
— интроекция;
— проекция;
— ретрофлексия;
— дефлексия.
Эти механизмы могут проявляться в здоровых конструктивных отношениях, так как они необходимы для психосоциального равновесия и являются здоровой реакцией приспособления, если это своевременно и соответствует ситуации. Позже к этим механизмам были добавлены профлексия и эготизм [Гингер С, Гингер А., 1999].
Конфлюэнция, или слияние — это процесс, когда отсутствует граница между «я» и окружающим миром, так как не учитывается разница между ними, не признается отдельность каждого человека.
Проявления конфлюэнции: 1) человек использует в своей речи вместо «я» местоимение «мы» (часто на приеме психотерапевта можно слышать, когда мать говорит про своего ребенка: «у нас проблемы с учебой»); 2) человек не уважает разницу между собой и другими, проявляет злость, когда эта разница вскрывается; 3) считает, что можно «читать мысли и чувства другого» («мой муж меня совсем не любит, он даже не спросил меня, как прошел сегодняшний день»).
Конфлюэнция как нормальный процесс существует во взаимоотношениях маленьких детей со своими матерями, между влюбленными людьми, между спортсменами в одной команде, коллегами, объединенными идеей и целью. Но конфлюэнция может выступать в качестве неконструктивного механизма в контактах, когда, например, мать не позволяет своему сыну-подростку сделать самостоятельный шаг, считая, что еще «мал». Тем самым она тормозит его нормальное развитие. Или же супруги, которые считают, что они не имеют права делать что-то не вместе.
Интроекция — это процесс идентификации с окружением, во время которого концепции, отношения, стандарты поведения, мораль, ценности впитываются личностью без критической обработки. Интроекция проявляется тем, что человек использует в своей речи «я должен », «мне следует» («я должен быть всегда сдержанным», «мне следует всегда оставаться в тени»), нереалистическими ожиданиями от себя и других
(«мой мальчик вырастет и будет самым умным, самым сильным»), поиск хороших поведенческих паттернов («вот, смотри, как Петя Иванов ведет себя с родителями, какой хороший мальчик»).
Конструктивное использование интроекции лежит в основе воспитания детей. Ребенок обучается жить в этом мире при помощи взрослого, он верит взрослому и усваивает правила жизни, которым его обучают. Маленький ребенок обучается и ролевым моделям в семье — как ведут себя мужчины, женщины. В школе есть свои правила поведения — как ученику необходимо вести себя. По мере взросления человек попадает в различные группы, где существуют свои правила, и для того, чтобы быть участником этой группы, необходимо выполнять эти правила, которые звучат «я должен…». Конфликт развивается тогда, когда человек пытается пробовать, сравнивать, опровергать, изменять систему верований группы — семейной (подросток критикует правила своих родителей, пытаясь добиться своей автонимии), профессиональной (молодому человеку с новыми современными взглядами ставят постоянные барьеры).
Проекция — это процесс переноса своей ответственности на окружение, когда позитивные и/или негативные свойства, верования, поведение, чувства, которые в действительности относятся к самой личности, приписываются другим.
Проявление проекции можно заметить, когда человек использует вместо местоимения «я» — «ты», «он», «она» («что ты такая злая», на самом деле эта злость принадлежит тому, кто говорит, а не тому, кому говорят эти слова), критические осуждения, заявления, направленные на других («ты не способна хорошо делать уроки»).
Пример. На сеансе семейной психотерапии мать говорит о своей младшей дочери, что она неряшлива, не хочет убирать комнату. Еще она не слушается, ест много варенья вместо супа. Затем выясняется, что в семье за уборкой следит отец, мать сама любит варенье, но не может себе позволить съесть его столько, сколько ей хочется. Надо сказать, что достаточно часто в семьях с нарушенными отношениями родители проецируют свои негативные качества, проявления на своих детей.
Проекция — это феномен, который помогает в общении с человеком создать контакт, быть эмпатичным. Через проекцию человек воздействует на мир и получает обратную связь. Патологической проекция является тогда, когда она постоянна и стереотипна, возникает вне зависимости от реальногот поведения людей: «Меня никогда не понимают …», «Никому никогда нельзя доверять…». Происходит искажение реальности, и это мешает человеку взаимодействовать с окружением, оценивать свой вклад.
Ретрофлексия — это процесс, при котором нарушение контакта с окружением происходит за счет возвращения энергии обратно в замкнутую внутриличностную систему, чувства, которые направлялись на объект в окружающем мире, возвращаются назад, как бы против себя. Человек сам становится этим объектом для выражения чувств.
Таким образом, ретрофлексия «разделяет» человека на того, кто это действие производит, и того, над кем производится действие. Человек делает себе то, что хотел бы сделать другому (сдерживая злость, он сжимает кулаки, напрягает тело, кусает губы) или же делает самому себе то, что хотел бы получить от других (чрезмерно заботится о себе). Проявления ретрофлексии можно «увидеть », когда человек задерживает дыхание, сжимает кулаки, закусывает губы, у него изменяется цвет кожи (побледнение, покраснение), напрягается тело, появляются соматические проявления (болит голова, спазмы в области живота и т. д.).
Ретрофлексия в конструктивном использовании является признаком социализации, самоконтроля, самодисциплины, то есть тех качеств, которые необходимы для адаптации в цивилизованном обществе. При неконструктивном использовании ретрофлексии человек закрепляет определенный способ реагирования — постоянное подавление внутренних импульсов (мазохистическое поведение, психосоматические расстройства, саморазрушающее поведение) или, наоборот, нарциссическое удовлетворение. Нередко в семьях родители обвиняют своих выросших детей в том, что у них есть, кроме родителей, своя жизнь. «Я все тебе отдала, а ты ко мне так относишься».
Пример. Мать пришла на консультацию по поводу своего младшего сына (15 лет) вместе со старшим сыном, который со слов матери «замечательный ребенок» (ему было 23 года) в отличие от младшего. Старший сын вел себя чрезвычайно сдержанно, периодически краснел, сжимал кулаки, но не перечил матери. Младший ребенок говорил эмоционально, соответственно этому и вел себя, когда мать пыталась незаслуженно ругать его. Сама же о себе она говорила, что ей — инвалиду II группы (гипертоническая болезнь), приходится спать в тяжелых условиях на пуфиках, так как с мужем они не разговаривают уже 10 лет, живут в одной маленькой квартире, в одной из комнат которой спят дети, а в другой ее муж и она на полу. Яркие проявления ретрофлексии у матери (психосоматическое заболевание) и у старшего сына (выяснилось, что у него есть проявления вегетососудистой дистонии по гипертоническому типу).
Дефлексия — это процесс ухода от прямого контакта с собой (от своих глубоких переживаний) и с объектами окружающего мира (нет чувства безопасности). В случае дефлексии поведение человека выражается в избегании, уходе от прямого контакта глазами (предпочитает смотреть в сторону), отклоняется позой, стремится выйти из контакта.
В беседе старается не говорить об актуальном настоящем, в группе стремится не выделяться.
Дефлексия также имеет конструктивное предназначение в жизни. Примером этому может служить язык дипломатов, политиков в тех областях и ситуациях, в которых необходимо избегать открытого конфликта. Мать переключает внимание малыша, который огорчен, плачет и не может успокоиться, глядя на какой-то привлекающий его внимание объект. В неконструктивном использовании дефлексия будет препятствовать любому подлинному контакту.
Пример. Пара приходит на 3-ю сессию психотерапии. Психотерапевт спрашивает об их переживаниях, ситуациях, изменениях. Получает ответ: «Мы стараемся ни о чем не говорить «таком», только с Вами». Выясняется в ходе сессии, что они вместе живут два года, при этом мужчина состоит в браке с другой женщиной. Этот факт беспокоит настоящую партнершу, и она это очень переживает, а мужчина, с его слов, уже определился с отношениями, но трудно начать процедуру развода: «Не хочу скандалов, разбирательств с родственниками…». Партнеры предпочитают уйти от конфликтной области отношений. Часто сопротивления сосуществуют вместе или сменяют друг друга. Вспомним пример с яблоком, которое выбрано объектом для утоления чувства голода.
Есть яблоко, но «яблоко последнее, брать последнее плохо, хорошая
мама оставляет последнее яблоко ребенку» — пример интроекции, «а вдруг сын придет и захочет яблоко» — пример проекции.
Или пример дефлексии, связанный с подготовкой к экзаменам, «скучная, противная зубрешка предстоит, хожу по квартире, постоянно нахожу какие-то дела, сто раз на кухню зайду, или на книгу отвлекусь». Пример сочетания сопротивлений: «Когда я себя балую, то испытываю угрызения совести, бабушка всегда говорила, что в жизни надо постоянно трудиться и заботиться о других» — пример ретрофлексии, интроекции и конфлюэнции. Выделение сопротивлений и осознавание их клиентом является задачей психотерапии, так как овладение с сопротивлениями дает возможность пройти цикл опыта и завершить гештальт.
Профлексия. «Профлексия (Сильвия Крокер) проявится как сочетание проекции и ретрофлексии: сделать другому то, что самому хотелось бы от него получить. Например, я расхваливаю чужой костюм только затем, чтобы его обладатель обратил внимание на мой собственный» [Гингер С, Гингер А., 1999].
Эготизм. Под эготизмом понимают осознанное усиление границы-контакта, гипертрофию Эго. Часто это происходит в результате психотерапии, в частности гештальт-терапии, когда происходит усиление чувства личной ответственности за происходящие личностные изменения.