форма юдашкина для военных фото
Как менялась военная форма в современной России?
Но в Российской Федерации при отличном развитии армии, она не всегда отвечала всем 5-тью параметрам. Более того, одежда красноармейца больше 100 лет назад, считалась самой многофункциональной и продуманной. Спустя десятки лет ситуация изменилась. Уже в 1994 был подписан указ, который гласил о радикальных изменениях в военной форме солдат. С тех пор Россия отошла от привычного образца одежды военнослужащих и внесла коррективы в оформление новой партии одежды.
После ряда столь значительных изменений, эксперты и солдаты сделали вывод, что Министерство Обороны России лишь упростили одежду и свели до минимума различные дизайнерские решения.
Новое, но уже менее радикальное изменение формы случилось в 1997 году. Когда звезды на погонах генералов, заменили с одной большой звезды на четыре маленьких.
После, власть не вносила никаких масштабных перевоплощений ближайшие 10 лет.
В 2007 году, случился некий переворот с военной формой российских военнослужащих.Именно о нем мы хотим рассказать в данной статье.
К вашему вниманию предоставляем ряд интересных и, даже, скандальных вопросов о эволюции военной формы в России:
Виды военной формы
Именно поэтому, для различных военных мероприятий было создано несколько видов форм, которые выдаются при поступление солдата на службу. А именно:
Усовершенствованный вид военной формы имеет аж 8 слоев одеяний. Такую концепцию создал и попытался реализовать известный дизайнер Валентин Юдашкин. Именно он в 2010 году, создал большой проект для Министерства Обороны, который должен был сделать службу солдат доскональной и высокоэффективной. На деле вышло по другому…
Новая военная форма от Юдашкина
Какая глазами Юдашкина должна быть военная форма в России и что он видоизменил?
Другими словами, форма от Юдашкина потерпела крах. Но дизайнер не признал его, оспорив свое участие в создание спец.одежды. Аргументировал просто:
“Министерство Обороны России внесла в мою коллекцию радикальные изменения….. Я официально заявляю, что не имею причастия к созданию той формы, которую военные носят сейчас”
Военная форма в российской армии или как должен выглядеть солдат на 2019 год?
Вариант летний:
Вариант зимний:
Уже в 2018 году было выпущено более 500.000 комплектов формы для солдат. Военнослужащие дают позитивные комментарии насчет современного выпуска одежды. Они считают, что это форма является одной из самых лучших за счет свойству поддерживать тепло.
Генерал-полковник Ивашов об обвинении подлодки НАТО в гибели «Курска»: это не последний козырь Путина
Историк Фурсов: Тотальная вакцинация и QR-коды могут окончательно оформить революционную ситуацию в России
Си Цзиньпин заявил, что Китай и Тайвань должны объединиться
ВОЗ выступает против обязательной вакцинации и сегрегации невакцинированных
Россия и Китай утвердили совместные планы развития военного сотрудничества на 2021-2025 годы
Станьте членом КЛАНА и каждый вторник вы будете получать свежий номер «Аргументы Недели», со скидкой более чем 70%, вместе с эксклюзивными материалами, не вошедшими в полосы газеты. Получите премиум доступ к библиотеке интереснейших и популярных книг, а также архиву более чем 700 вышедших номеров БЕСПЛАТНО. В дополнение у вас появится возможность целый год пользоваться бесплатными юридическими консультациями наших экспертов.
Юдашкин: «Форма, в которой мерзнут в армии, не имеет ко мне отношения»
После того как новое руководство Минобороны задумало избавиться от «формы Юдашкина», кутюрье решил объявить, что не имеет к нынешней форме никакого отношения. В эксклюзивном интервью «Известиям» модельер заявил, что военные грубо исказили его первоначальный проект, заменили в нем ткани, фурнитуру, теплоудерживающие материалы. В итоге вместо инновационной формы получилась подделка.
— Валентин Абрамович, почему вы только сейчас решились объявить, что форма, которую носят в армии, не имеет к вам отношения?
— Я до последнего надеялся, что все-таки военные признаются, опубликуют какое-нибудь письмо, заявление, что Валентин Юдашкин к нашей форме не имеет никакого отношения, мы сами «Дольчи и Габаны», сами все придумали, сделали, счастливы и будем отвечать за качество, но они этого не сделали, поэтому это делаю я.
Официально заявляю: то, что носят в армии сейчас, не является той формой, которую я и мои сотрудники разработали в 2007 году по заказу Минобороны.
— А в чем отличия?
— Это, знаете, как если бы вы хотели куртку известной марки, а вам дают с китайского рынка — типа все то же самое. Но на самом деле это подделка! У нынешней формы цвет другой, состав тканей, красители. Фурнитура другая, пуговицы, липучки, утеплитель — всё другое. Если образец утвержден, ничего не может меняться — ни пуговицы, ни молнии. В этом и есть униформа. Она не может быть сегодня чуть-чуть зеленее, завтра чуть посерее, у нас кончилась краска — подбавим другой тон, кончились пуговицы — поставим липучки, поясочка нет — где-то как-то подвяжем.
То, что я слышал — что в одном комплекте брюки одного цвета, куртка другого, ткань разная. Это недопустимо. Не может быть коробка у известнейших сигарет более красная или менее красная. Есть один и тот же фон и один и тот же цвет. Это бренд-нейм. Если шапка из меха, «чебурашку» туда ставить нельзя. И когда начинаются публичные вещи и оскорбления в нашу сторону, мы считаем, что это уже просто неприлично.
— А как вы вообще в это ввязались? И зачем? Ради денег?
— Каких денег. Ни Дом моды, ни я не получили от этого проекта ни копейки. Все деньги напрямую были перечислены фабрикам, которые шили опытные образцы. У меня был художественный интерес — сделать масштабный национальный проект по созданию красивой, функциональной, современной, технологичной формы. Мы рассчитывали, что это вдохнет новую жизнь в наши текстильные предприятия, позволит им закупить новые станки, новые технологии. Лично я потратил два года жизни на это дело, изучил историю военной формы.
Чтобы создать парадные кителя, мы взяли что-то от формы армии Суворова, что-то от армии Жукова, от Советской армии — цвета, фактуру. Например, основной цвет российский — красный, который к нам пришел из советского времени, очень красивый. К нему мы добавили синий, чуть цвета морской волны, очень глубокий, который вызывает очень правильные эмоции и отлично сочетается с красным. Оттенки мы, конечно же, переработали, изменили силуэт, потому что за последние десятилетия изменился крой одежды, качество жизни, внешний вид мужчин.
Самая большая работа была проделана над созданием полевой формы. У нас была задача сделать удобную, модную, престижную одежду, в которой удобно будет в любом климате, в любое время года и суток и которую с удовольствием будут носить и после службы, и на улице, и с джинсами. 
Для этого мы изучали зарубежный опыт, ездили на фабрики, которые делают униформу для разных армий — для французских, итальянских, для стран НАТО. Провели кучу исследований, узнали много вещей, которых нет в обычной одежде. Многие заводы готовы были продать лицензии на уникальные материалы. Например, для многих армий используют нанотехнологии, мембранные ткани, которые удерживают тепло и пропускают влагу или, наоборот, удерживают влагу, но позволяют коже дышать. В израильской армии есть обувь, которую можно неделю не снимать — и ноге ничего не будет. 
Все это мы применили в наших образцах, которые утвердили и должны были производить. Приходили люди из спецбригад, которые говорили — нам удобнее влезать в этот карман так, этот карман лучше сделать эдак. Каждый шаг был выверен. Можно было любой генеральский китель взять облить кофе, водой, соком — и все с него стекало. Это были специальные термообработки.
А в итоге сейчас шьют непонятно что и непонятно из чего, и все это не имеет ни ко мне, ни к Дому никакого отношения. У нас есть письма, в которых Минобороны заявляет, что самостоятельно доработало зимнюю и летнюю форму по собственными кодам. Мы не можем отвечать за качество или некачество той одежды, которую даже не знаем кто сделал.
— А вы, как автор разработки, разве не могли потребовать, чтобы соблюдали технологию?
— Я все права передал Минобороны. Думал, что делаю благое дело для страны. Мне и в голову не могло прийти, что они хорошую идею так извратят.
— Что вас особенно шокировало в «вашей» форме?
Потом, всю уникальную фурнитуру, которую мы так заботливо устроили, — специальные пуговицы, специальные вещи, которые не плавятся, различные удобные мелочи — все это было убрано и заменено на какие-то иные вещи. И все — пойди разбери.
— А вы пытались как-то достучаться до министра Сердюкова, призвать его к ответу?
— Это было как в той песне: «Крикну, а в ответ тишина». Мы писали, говорили, но после того, как увидел погоны на груди, уже я с министром не общался, меня никто не принимал. Есть тонны писем — и что? Каждый раз мы просили — дайте нам хотя бы вашу пресс-службу, мы будем с ними общаться. И каждый раз не было ответа.
— А могло быть так, что его просто не предупредили?
— Я думаю эти изменения не могли быть внесены без его согласия. Или что получается — один человек принял, а другой по-тихому изменил? Сначала приняли наши образцы, а потом одели всех в валенки?
— Ну эта форма, которая в армии, дешевле, чем ваш вариант?
— Может в этом проблема?
— Ну может, но зачем говорить, что это форма от Юдашкина. Есть же автор — позовите его, покажите всем, расскажите, кто это сделал.
— В суд будете подавать?
— Ну нет, на свою армию в суд подавать — это все-таки неправильно и некрасиво. Почему я и молчал. Сегодня выступают многие, политики, депутаты, в том числе Жириновский, который обвиняет меня в том, что я не служил в армии. Специально для Владимира Вольфовича говорю, что я два года отслужил в Советской армии, в топографической службе, и все тяготы и лишения испытал на себе. Поэтому судиться не буду.
— Ну хотя бы Сердюков должен как-то ответить за это?
— Лично к нему у меня претензий нет. Не мне судить, не мой вопрос. Я даже не хочу назвать себя пострадавшим в этой истории. Я просто глубоко удивлен, что мы живем в цивилизованном мире, в открытом пространстве, где всю предысторию можно найти, а люди так долго молчат и прикрываются моим именем.
Но мы дорожим своей репутацией. Если люди хотя бы узнают, как все было на самом деле, это изменит отношение к нам. Потому что от всей этой истории мы в итоге получили оскорбления, причем от обычных людей, и за то, к чему мы вообще не имеем отношения.
— Они хотя бы причину вам объяснили?
— Причину внятно никто не объяснил. У них один ответ — затвердить, утвердить, ну прям как в армии.
— Если новый министр Сергей Шойгу предложит вам вернуться к первоначальному варианту и начать все сначала, вы согласитесь? Ну или хотя бы поучаствовать в создании новой формы?
— Наверное, да. Это моя страна, я потратил годы жизни на разработку формы. Поэтому мы, конечно, готовы помочь разобраться в тонкостях создания военной формы, потому что уже проведены исследования, есть наработки по этой теме, опытные образцы на складах. Это рабочий процесс, который был запущен и который можно использовать на благо армии.
Конечно, доделывать то, в чем сейчас ходят, — это исключено. А если вернуться к тому, что делали мы и что было принято, то тогда мы готовы помочь.
А мальчишек, которые мерзли в этой форме, мне, конечно, жалко.
Новая армейская форма от Юдашкина трещит по швам под давлением критики военных, историков и портных
Пошил к чёрту!
Впервые форма нового образца, разработанная модельером Валентином Юдашкиным, была показана широкой общественности в январе 2008 года. С первого же взгляда в ней угадывались мотивы советской военной формы образца 70-х годов минувшего столетия. Общевойсковые офицеры и генералы получили парадную форму цвета морской волны, с кителей исчезли «прозападные» нагрудные карманы, на фуражках появились цветные околыши, цветными стали и погоны рядового и сержантского состава – красные, чёрные и синие в зависимости от родов войск. Кроме того, на форме появились новые знаки различия и нарукавные шевроны. О вкусах, как говорится, не спорят, но уже тогда люди сведущие обратили внимание на некоторые странности нового обмундирования, например на слишком глубокий вырез на парадных кителях, невнятно смотрящиеся без пуговиц погоны и так далее.
На практике же широкие солдатские и офицерские массы смогли опробовать новую форму на параде 9 Мая. Форма, с их слов, оказалась не совсем практичной. Больше всего нареканий вызвала парадная офицерская рубашка, которую слушатели столичных академий окрестили «гламурненьким отстоем». Рубашка лишилась карманов и стала заметно короче своей предшественницы, так что «пузо прятать некуда». Больше всего проблем офицерам доставил механизм регулировки рубашки по талии: если раньше эти функции успешно выполняли резинки, то теперь рубашку на талии надо подтягивать при помощи тесёмки.
Когда же новая форма поступит в войска? С этим вопросом мы обратились в ФГУП «Московский дом военной одежды» – предприятие Минобороны, которое вот уже более 30 лет обшивает центральный аппарат МО РФ: его традиционно переодевают в первую очередь. Как оказалось, тема новой формы глубоко засекречена.
– Вы вообще там думаете, о чём спрашиваете, или нет?! – ответила нам неназвавшаяся сотрудница ФГУПа. – Мы секретная организация, и, что и кому шьём, не ваше дело. Никакой информации мы давать не будем!
Впрочем, всё оказалось не так секретно. Как удалось выяснить «Нашей Версии», официально как таковой новой формы в Вооружённых силах пока не существует. То обмундирование, которое было показано на параде, сегодня носит статус экспериментального. Всего согласно распоряжению президента Владимира Путина от 11 марта 2008 года МО РФ заказало 10,8 тыс. комплектов парадной и 20 тыс. повседневной, полевой и специальной формы. Пошив обмундирования согласно этому же распоряжению был заказан у ООО «Валентин Юдашкин». Фурнитура к форме была изготовлена на фабрике «Гознак». Единственным документом, регламентирующим правила ношения новой формы, на данный момент является распоряжение начальника Тыла ВС РФ «Особенности размещения знаков отличия на предметах экспериментальной военной формы одежды участников Парада в городе Москва на Красной площади 9 мая 2008 года». Как видно, с одной стороны, новая форма как бы есть, а с другой – её и нет. Но, по прогнозам специалистов, даже если новую форму утвердят через месяц-два, на переодевание армии может уйти несколько лет.
Федеральное медико-биологическое агентство (ФМБА) ожидает, что препарат для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией «МИР-19» будет зарегистрирован до конца года.
– Пока не «прогонят» всю старую форму, которая лежит на складах, армию не переоденут, – рассказывает «Нашей Версии» коммерческий директор крупной сети магазинов, торгующих обмундированием для армии и силовых структур, представившийся Алексеем. – Так, например, старую форму для ВВС голубого цвета отменили очень давно, но до сих пор некоторые гарнизоны её используют и в магазинах такую форму по-прежнему спрашивают.
– Да никакие традиции там не соблюдены, – рассказывает «Нашей Версии» известный специалист по военным мундирам Олег Леонов. – Всего-навсего взята за основу советская форма 70-х годов с небольшими дополнениями. А для роты почётного караула за основу взяли форму, разработанную в конце 50-х годов, которую попытались модернизировать в современном ключе. В итоге получился маразм. Это касается и символики, и отдельных декоративных элементов. Кроме того, возникает ощущение, что все эти модели сделаны для подиума – для девушек 90-60-90 и мальчиков демонстрационного вида, а у нас в армии не все стройные и 2-метрового роста.
С просьбой оценить эстетические и практические достоинства новой формы мы обратились в крупное столичное ателье, занимающееся индивидуальным пошивом формы для армии и других силовых структур. Его специалисты также не испытывают по поводу нового армейского мундира особого оптимизма.
Как видно, новая военная форма от Юдашкина пока ещё вызывает немало нареканий у специалистов. Вполне возможно, что после её обкатки в войсках многие недостатки будут устранены, было бы, как говорится, желание. Правда, в плане преемственности традиций русской военной формы уже вряд ли что поправишь.
– Создатели новой формы ни к кому из серьёзных специалистов по истории военного мундира не обращались, – говорит Олег Леонов. – Юдашкин приезжал несколько раз в Музей военной формы одежды, посмотрел на картинки 70-х годов и что-то из этого скомпилировал. И когда после этого по телевидению говорят, что новая форма впитала традиции суворовских солдат, это вызывает по крайней мере недоумение. Никаких традиций именно Российской армии там нет.
Юдашкин уверяет, что не вешал погоны на грудь
Как заявил кутюрье «Известиям», представленные им образцы полевой формы были изменены самим Минобороны на стадии производства. Модельер надеялся, что в военном ведомстве «опубликуют письмо, что Валентин Юдашкин к форме никакого отношения не имеет, мы сами «Дольчи и Габаны», но они этого не сделали».
Правда, модельер почему-то не вспомнил, что лично в свое время представлял образцы новой военной формы руководству страны. И тогда никаких претензий к действиям Минобороны у него не возникало. Во всяком случае, публично он об этом не говорил.
Однако в июне 2011 года, действительно произошел скандал по поводу материала, который использовался для пошива формы. Тогда коммерческий директор ведущего производителя тканей – группы «Чайковский текстиль» Александр Мохов сообщил, что Минобороны сокращает объемы закупок у российских производителей и переходит на китайские аналоги.
Мохов также уверял, что контроля за страной, откуда поступил материал для военной формы, нет, а в самом Минобороны не могут проверить качество материи, поскольку для этого не хватает ресурсов лаборатории.
Нынешняя военная форма была утверждена экс-министром обороны Анатолием Сердюковым в 2010 году. Вооруженные силы РФ полностью перешли на нее в ноябре 2011 года. Дизайн этой формы неоднократно подвергался критике со стороны солдат и офицеров. Претензии касались качества ткани, неудобно расположенных погон и карманов. Многие говорят о том, что эта форма «холодная и неудобная».
Вот лишь некоторые отклики тех, кто служил и носил форму нового образца, введенную при Сердюкове. Комментарии, которые сложно назвать доброжелательными и спокойными, читатели Вестей.Ru оставили под вчерашней статьей «Форменный откат: шинели от Юдашкина отправят в отставку»:
«Юдашкин вариант формы предложил без знания дела. Но он сам наверняка никогда не мерз на морозе, не ходил в мокрой одежде в холод и т.д. А вот как профессионалы из Минобороны приняли такой вариант?»
«Я когда новую форму увидел — с погонами на груди, мне стало стыдно за наши доблестные ВС! У америкосов в 1000 раз продуманнее, удобнее и лучше»;
«Юдашкин думал, что солдаты только на параде ходят в форме. А оказалось, что и на зимних учениях в морозы целые дни проводят»;
«А кому это было надо? Даже любому неучу и непрофессионалу было понятно, что форма не годится. Но — главное — были деньги, которые можно было распилить»;
«Если не могут свою придумать, хотя бы сделали бы изыскания и подсмотрели: во что одеты другие армии других стран? В этом нет ничего зазорного, ведь на карту поставлено здоровье наших ребят».
Сегодня же в «Интерфакс» пришло заявление от руководства ООО «Валентин Юдашкин» и лично Валентина Юдашкина. В нем говорится, что в компании кутюрье «обеспокоены ситуацией, сложившейся вокруг полевой формы для военнослужащих, поставляемой на плановое снабжение в Вооруженные силы РФ».
«Все дело в том, что поставляемая в настоящее время полевая форма (костюм зимний полевой и костюм летний полевой) не имеет ничего общего ни по дизайну, ни по технологии с образцами, разработанными нашей компанией и утвержденными министром обороны и верховным главнокомандующим», — отмечается в письме.
Руководство компании подчеркивает, что при передаче военному ведомству права на получение патентов на промышленные образцы ООО «Валентин Юдашкин» инициировало исключение из договора об отчуждении права на получение патентов (от 30.11.2011) образцы летней и зимней полевой военной формы, так как «данное военное обмундирование не является объектом авторского права».
«Более того: руководство министерства обороны не предоставило нам возможность реализовать свое право на авторский контроль за качеством продукции, поставляемой в Вооруженные силы», — говорится в заявлении.
«Мы удивлены тем фактом, что никто на сегодняшний день не задал справедливые вопросы, кто осуществляет поставку формы на плановое снабжение в Вооруженные силы, где она производится, какие ткани и материалы используются для ее производства», — отмечается в заявлении ООО «Валентин Юдашкин».
Его авторы подчеркивают: после того, как буду получены ответы на поставленные вопросы, «всем станет понятно, какое отношение имеет компания «Валентин Юдашкин» к форме, которую сегодня носят в армии».
Кроме того, в заявлении содержится и ответ Владимиру Жириновскому. Накануне лиидер ЛДПР заявил, что Юдашкин создал такую «холодную и неудобную форму», потому что «сам не служил». В компании модельера по этому поводу сообщают: «Валентин Юдашкин проходил срочную службу в воинской части 7355 с 1982-го по 1984 год».
В качестве подтверждения своих слов модельер опубликовал в Twitter’е фото образцов военного облачения, которое разработал он. А Вести.Ru сравнили вариант «от Юдашкина» с той формой, которую получили российские военные в 2011 году.
Юдашкин: «Форма, в которой мерзнут в армии, не имеет ко мне отношения»
Известный кутюрье заявил, что Минобороны изменило проект разработанной им военной формы
После того как новое руководство Минобороны задумало избавиться от «формы Юдашкина», кутюрье решил объявить, что не имеет к нынешней форме никакого отношения. В эксклюзивном интервью «Известиям» модельер заявил, что военные грубо исказили его первоначальный проект, заменили в нем ткани, фурнитуру, теплоудерживающие материалы. В итоге вместо инновационной формы получилась подделка.
— Валентин Абрамович, почему вы только сейчас решились объявить, что форма, которую носят в армии, не имеет к вам отношения?
— Я до последнего надеялся, что все-таки военные признаются, опубликуют какое-нибудь письмо, заявление, что Валентин Юдашкин к нашей форме не имеет никакого отношения, мы сами «Дольчи и Габаны», сами все придумали, сделали, счастливы и будем отвечать за качество, но они этого не сделали, поэтому это делаю я.
Официально заявляю: то, что носят в армии сейчас, не является той формой, которую я и мои сотрудники разработали в 2007 году по заказу Минобороны.
— Это, знаете, как если бы вы хотели куртку известной марки, а вам дают с китайского рынка — типа все то же самое. Но на самом деле это подделка! У нынешней формы цвет другой, состав тканей, красители. Фурнитура другая, пуговицы, липучки, утеплитель — всё другое. Если образец утвержден, ничего не может меняться — ни пуговицы, ни молнии. В этом и есть униформа. Она не может быть сегодня чуть-чуть зеленее, завтра чуть посерее, у нас кончилась краска — подбавим другой тон, кончились пуговицы — поставим липучки, поясочка нет — где-то как-то подвяжем.
То, что я слышал — что в одном комплекте брюки одного цвета, куртка другого, ткань разная. Это недопустимо. Не может быть коробка у известнейших сигарет более красная или менее красная. Есть один и тот же фон и один и тот же цвет. Это бренд-нейм. Если шапка из меха, «чебурашку» туда ставить нельзя. И когда начинаются публичные вещи и оскорбления в нашу сторону, мы считаем, что это уже просто неприлично.
— А как вы вообще в это ввязались? И зачем? Ради денег?
— Каких денег. Ни Дом моды, ни я не получили от этого проекта ни копейки. Все деньги напрямую были перечислены фабрикам, которые шили опытные образцы. У меня был художественный интерес — сделать масштабный национальный проект по созданию красивой, функциональной, современной, технологичной формы. Мы рассчитывали, что это вдохнет новую жизнь в наши текстильные предприятия, позволит им закупить новые станки, новые технологии. Лично я потратил два года жизни на это дело, изучил историю военной формы.
Чтобы создать парадные кителя, мы взяли что-то от формы армии Суворова, что-то от армии Жукова, от Советской армии — цвета, фактуру. Например, основной цвет российский — красный, который к нам пришел из советского времени, очень красивый. К нему мы добавили синий, чуть цвета морской волны, очень глубокий, который вызывает очень правильные эмоции и отлично сочетается с красным. Оттенки мы, конечно же, переработали, изменили силуэт, потому что за последние десятилетия изменился крой одежды, качество жизни, внешний вид мужчин.
Самая большая работа была проделана над созданием полевой формы. У нас была задача сделать удобную, модную, престижную одежду, в которой удобно будет в любом климате, в любое время года и суток и которую с удовольствием будут носить и после службы, и на улице, и с джинсами.
Для этого мы изучали зарубежный опыт, ездили на фабрики, которые делают униформу для разных армий — для французских, итальянских, для стран НАТО. Провели кучу исследований, узнали много вещей, которых нет в обычной одежде. Многие заводы готовы были продать лицензии на уникальные материалы. Например, для многих армий используют нанотехнологии, мембранные ткани, которые удерживают тепло и пропускают влагу или, наоборот, удерживают влагу, но позволяют коже дышать. В израильской армии есть обувь, которую можно неделю не снимать — и ноге ничего не будет.
Все это мы применили в наших образцах, которые утвердили и должны были производить. Приходили люди из спецбригад, которые говорили — нам удобнее влезать в этот карман так, этот карман лучше сделать эдак. Каждый шаг был выверен. Можно было любой генеральский китель взять облить кофе, водой, соком — и все с него стекало. Это были специальные термообработки.
А в итоге сейчас шьют непонятно что и непонятно из чего, и все это не имеет ни ко мне, ни к Дому никакого отношения. У нас есть письма, в которых Минобороны заявляет, что самостоятельно доработало зимнюю и летнюю форму по собственными кодам. Мы не можем отвечать за качество или некачество той одежды, которую даже не знаем кто сделал.
— А вы, как автор разработки, разве не могли потребовать, чтобы соблюдали технологию?
— Я все права передал Минобороны. Думал, что делаю благое дело для страны. Мне и в голову не могло прийти, что они хорошую идею так извратят.
— Что вас особенно шокировало в «вашей» форме?
Потом, всю уникальную фурнитуру, которую мы так заботливо устроили, — специальные пуговицы, специальные вещи, которые не плавятся, различные удобные мелочи — все это было убрано и заменено на какие-то иные вещи. И все — пойди разбери.
— А вы пытались как-то достучаться до министра Сердюкова, призвать его к ответу?
— Это было как в той песне: «Крикну, а в ответ тишина». Мы писали, говорили, но после того, как увидел погоны на груди, уже я с министром не общался, меня никто не принимал. Есть тонны писем — и что? Каждый раз мы просили — дайте нам хотя бы вашу пресс-службу, мы будем с ними общаться. И каждый раз не было ответа.
— А могло быть так, что его просто не предупредили?
— Я думаю эти изменения не могли быть внесены без его согласия. Или что получается — один человек принял, а другой по-тихому изменил? Сначала приняли наши образцы, а потом одели всех в валенки?
— Ну эта форма, которая в армии, дешевле, чем ваш вариант?
— Может в этом проблема?
— Ну может, но зачем говорить, что это форма от Юдашкина. Есть же автор — позовите его, покажите всем, расскажите, кто это сделал.
— В суд будете подавать?
— Ну нет, на свою армию в суд подавать — это все-таки неправильно и некрасиво. Почему я и молчал. Сегодня выступают многие, политики, депутаты, в том числе Жириновский, который обвиняет меня в том, что я не служил в армии. Специально для Владимира Вольфовича говорю, что я два года отслужил в Советской армии, в топографической службе, и все тяготы и лишения испытал на себе. Поэтому судиться не буду.
— Ну хотя бы Сердюков должен как-то ответить за это?
— Лично к нему у меня претензий нет. Не мне судить, не мой вопрос. Я даже не хочу назвать себя пострадавшим в этой истории. Я просто глубоко удивлен, что мы живем в цивилизованном мире, в открытом пространстве, где всю предысторию можно найти, а люди так долго молчат и прикрываются моим именем.
Но мы дорожим своей репутацией. Если люди хотя бы узнают, как все было на самом деле, это изменит отношение к нам. Потому что от всей этой истории мы в итоге получили оскорбления, причем от обычных людей, и за то, к чему мы вообще не имеем отношения.
— Они хотя бы причину вам объяснили?
— Причину внятно никто не объяснил. У них один ответ — затвердить, утвердить, ну прям как в армии.
— Если новый министр Сергей Шойгу предложит вам вернуться к первоначальному варианту и начать все сначала, вы согласитесь? Ну или хотя бы поучаствовать в создании новой формы?
— Наверное, да. Это моя страна, я потратил годы жизни на разработку формы. Поэтому мы, конечно, готовы помочь разобраться в тонкостях создания военной формы, потому что уже проведены исследования, есть наработки по этой теме, опытные образцы на складах. Это рабочий процесс, который был запущен и который можно использовать на благо армии.
Конечно, доделывать то, в чем сейчас ходят, — это исключено. А если вернуться к тому, что делали мы и что было принято, то тогда мы готовы помочь.
А мальчишек, которые мерзли в этой форме, мне, конечно, жалко.