отношение к гдр в настоящее время
«ГДР уже Средняя Германия, а восточные земли Калининград?» — интервью
Бывшая ГДР сегодня является, по сути, колонией Западной Германии. При этом кое-кто в Берлине уже именует восточногерманские земли «среднегерманскими», намекая тем самым на наличие неких «восточных земель» за пределами ФРГ. Об этом накануне Дня германского единства корреспонденту EADaily рассказал бывший подполковник Национальной народной армии ГДР Уве Нимайер.
— Уважаемый Уве Нимайер, завтра, 3 октября 2020 года, германскому единству исполняется уже 30 лет. Скажите, лично у вас менялось отношение к этой вехе в истории вашей страны?
— Отношение к празднику не изменилось. Как тогда, 3 октября 1990 года, так и сейчас, спустя тридцать лет, я не являлся и не являюсь сторонником объединения. С самого начала я говорил себе, что это не союз равного с равным. Это было поглощение ГДР Западной Германией с ликвидацией государственности Германской Демократической Республики. Ведь восточных немцев тогда не спрашивали о том, хотят ли они сохранить государство ГДР или нет. Референдума не было. Если бы такой референдум был, я бы высказался, безусловно, против. Ведь если в ФРГ тогда открыто говорили, что в ГДР «всё-всё плохо», так давайте сначала создадим там порядок, поднимем экономику, промышленность, а потом уже объединимся. Не через десять, так через пятьдесят лет. Вот сейчас прошла уже треть века, и, если вы меня спросите, поднялась ли бывшая ГДР при помощи такого сильного партнёра, как ФРГ…
— Поднялась?
— Нет! До сих пор существует большая разница между западным и восточным немцем. От мелочей до крупных событий.
— Например?
— Скажу про свою семью. У моей мамы, которая проживает на территории бывшей ГДР, пенсия примерно на 15% меньше, чем пенсия среднестатистической женщины из Западной Германии.
— А сколько, если не секрет, получает ваша мать, чтобы было понятно российскому читателю…
— Около 900 евро в месяц (более 80 тысяч рублей. — EADaily). Я понимаю, что для русского пожилого человека — это фантастика. Да, мама не голодает, но вы не должны забывать об арендной плате за жильё. Она очень дорога. Очень. Плюс коммунальная плата, которая россиянам даже не снилась. Но мы отвлеклись. Факт: пенсии у восточных немцев ниже. Идём дальше. Заработная плата на востоке Германии также ниже, чем на западе. В течение 30 лет никто из крупных западногерманских концернов не передислоцировал свой бизнес на территорию бывшей ГДР. В управлении этими концернами практически отсутствуют восточные немцы. А чем важен перевод фирмы с запада на восток? Это налоги. В отсутствие крупных налогоплательщиков на востоке Западная Германия «содержит» восточных немцев, предоставляет своего рода гуманитарную помощь. Цель лично для меня понятна: восточный немец должен быть вечно благодарен западному, что не даёт умереть с голоду.
— А психологическое разделение осталось?
— Безусловно. Его нельзя пощупать и измерить деньгами, но оно не менее выразительное и болезненное. Западные немцы смотрят на восточных как на немцев второго или даже третьего сорта (второй сорт — это турки, поселившиеся в ФРГ в 1970-е годы). В Западной Германии давно сложился стереотип, что «осси» постоянно хнычут, как им плохо, как жизнь их наказывает, а сами работать не умеют. И наоборот, на востоке есть стереотип: «весси» — высокомерные, жадные, которые хотят диктовать, как нам жить. Это проблема разделяет народ.
— Если перенестись воспоминаниями в начало 1989 года, то царило ли в ГДР настроение, что вот-вот произойдёт объединение с ликвидацией страны?
— Даже мыслей не было! В 1989 году из 17 миллионов граждан ГДР были патриотами своего социалистического государства ровно 17 миллионов. В марте 1989 года в стране прошли выборы, на которых Социалистическая единая партия Германии набрала рекордное число голосов. Дурное стремление набрать 90% голосов, а лучше — 99% сыграло злую шутку с СЕПГ. Малочисленная оппозиция не поверила такому «успеху» и начала акции протеста. Вначале они были небольшими. В Белоруссии, кстати, чисто гэдээровский сценарий реализовали. Одновременно Венгрия открыла границу, и восточные немцы хлынули через неё в Западную Германию.
— За колбасой?
— Да. Вы будете смеяться, но люди хотели лучше жить. Пить западное пиво, несмотря на то, что это «западное пиво» очень часто производили в ГДР, поскольку там дешёвый рабочий труд. Затем в ФРГ наклеивали красивую этикетку и отправляли обратно.
— Хотите сказать, что восточные немцы жили бедненько? А что тогда говорить о моих соотечественниках из Советского Союза…
— Да, я разговаривал в те годы с советскими офицерами, которые служили в ГДР в Западной группе войск, так они восторженно заявляли: «Жизнь в ГДР — это рай!» А для восточных немцев рай был там — за Берлинской стеной. Не хочу сказать, что восточные немцы продались за колбасу и пиво, но из песни слов не выкинешь. Скажу больше: то, что произошло в ГДР, через год случилось в Советском Союзе. Но советские граждане, к сожалению, попросту не успели научиться на наших ошибках.
— А кто-то из общественных деятелей ГДР — писатели, учёные, актёры, спортсмены — призывал не объединяться с Западной Германией? Призывал сохранить уникальную государственность?
— А что это такое? Взятка?
— Вот именно! Была организована масштабнейшая акция. Неважно, сколько вам лет, приезжайте в Западную Германию и в любом банке вам подарят 100 марок при предъявлении удостоверения личности. Умножаем 17 млн человек в ГДР на 100 марок, получаем 1,7 млрд западных марок. В 1990 году, если мне не изменяет память, одна западная марка равнялась двум долларам. Получается 3,5 млрд долларов. Для сравнения: на чемпионате мира по футболу в России в 2018 году ФИФА заработала как раз 3,5 млрд долларов. Как же дёшево купили нашу государственность!
— А какой курс был у остмарки?
— За сто западных марок на чёрном рынке давали тысячу остмарок! Для сравнения: моя мама тогда работала в делопроизводстве на фабрике и получала в месяц 500 остмарок. На среднестатистическую семью с двумя родителями и детьми выходила очень приличная сумма.
— Извините за нескромный вопрос, а вы сами, тогда — офицер Национальной народной армии ГДР, получили эту взятку?
— Получил. Сначала я решил во что бы то ни стало не ехать к моим врагам. Стена рухнула 9 ноября, и с того времени государство ГДР уже было в стадии агонии. Но моя жена поставила ультиматум, сказав: «Дети пошли в школу, а нет денег им на зимнюю одежду. Все уже получили по сто марок, в том числе и твои начальники».
«Аусвайс» Уве Нимайера в Национальной народной армии ГДР. Фото из семейного архива.
— А есть на территории бывшей ГДР люди, которые рассуждают так же, как вы?
— Поймите, у меня достаточно «экстремистские» взгляды с точки зрения западногерманской государственности. Сегодняшние восточные немцы, по большому счёту, лишь сожалеют, что бывшая Восточная Германия не развивается должным образом, несмотря на то, что инкорпорирована в состав ФРГ уже 30 лет. Никаких общественно-политических движений, выступающих за восстановление «ГДР 2.0», не существует.
— Ну а вообще есть в Германии ностальгия по ГДР?
— Существуют музеи, в основном частные. Есть инициативы по выпуску продукции ГДР, например сигарет или шоколадок. Или стирального порошка с символикой гэдээровского предприятия. Некоторые ездят на «Трабанте», считая его уже ретроавтомобилем.
— В России уже несколько лет подряд на экраны выходят светлые фильмы из жизни Советского Союза. А в ФРГ таким образом «ностальгируют» по ГДР?
— Есть телеканал MDR, который целенаправленно обслуживает территорию бывшей Восточной Германии, и там довольно часто показывают старые гэдээровские художественные фильмы. Но западный немец не смотрит такие фильмы, потому что не понимает, скажем, нашего юмора. Но, конечно, никаких новых фильмов о ГДР, где история была бы подана в позитивном ключе, в Германии нет. Это не Россия, которая ценит и уважает своё прошлое, которая сама себя не дискредитирует. А в Германии консенсус таков: да, ГДР существовала, но это же было тоталитарное государство. Не было свобод, не было культуры, была плохая жизнь. Ностальгия по ГДР есть, но только в негативном контексте. Есть даже немцы, которые стесняются своей «восточности». Например, у меня был случай в Калининграде с одной сотрудницей генконсульства ФРГ. Однажды я был у этой фрау в квартире и увидел «К-16». Это не российская подлодка, а легендарная гэдээровская кофеварка. Я искренне обрадовался такому экспонату, который к тому же нормально работал. А у женщины сразу стало лицо каменным, она поняла, что так легко раскрыла своё восточногерманское прошлое. Отношения с этим дипломатом испортились.
— Вы упомянули телеканал MDR. Напомните нашим читателям, как это расшифровывается?
— Mitteldeutscher Rundfunk — «Средненемецкое телерадиовещание».
— А вам не кажется странным, что телекомпания, вещающая на земли Восточной Германии, именует их «средненемецкими»?
— Вы зрите в корень. Когда ГДР ещё существовала, то на западе наше государство именовали «Восточная Германия». После объединения этот термин стал исчезать. И теперь мы имеем «Среднюю Германию». Но вопрос повисает в воздухе? А где сегодня «восточные» земли Германии?
— Вы хотите сказать, что это российская Калининградская область?
— Выводы делайте сами. Кстати, раз зашла речь о Калининградской области, то приведу параллель. Я знаю, что в Калининграде живёт некоторая часть людей, которая думает, что «немец придёт — порядок наведёт». Если, не дай бог, придёт, то инвестировать, модернизировать экономику он не станет. Произойдёт, как в бывшей ГДР, когда западногерманские бизнесмены скупали за пфенниги восточногерманские фабрики, а потом сносили их под ноль.
— Почему?
— Так на западе уже есть предприятия, которые полностью обеспечивают потребности всей Германии. Зачем им конкурент? Тоже самое будет и в Калининградской области. Взять, к примеру, «Автотор». Ну кому в Германии нужны автомобили BMW, собранные в Калининграде? Никому! А верфи «Янтарь»? На севере Германии таких верфей навалом, и стоят они полупустые. А сельское хозяйство? Не смешите. В Германии есть своя картошка, морковка, яблоко и так далее. Потому хочется сказать людям, которые живут в Калининградской области: рая для вас уж точно не будет, если сюда придут немцы. Если бывшая ГДР сегодня, по сути, стала колонией для Западной Германии, то другие земли и подавно.
— Пять лет назад, в канун 25-летия германского единства, я брал интервью у тогдашнего генконсула Германии в Калининграде Михаэля Банцхафа. Он сказал мне, что немцы, объединившись, больше не станут придерживаться лозунга Am deutschen Wesen soll die Welt genesen. По-русски дословно это звучит: «Немецкий дух вылечит мир». Строчка из поэмы немецкого поэта XIX века Эмануэля Гейбеля, которую нацисты взяли на вооружение. Скажите, Уве, по-вашему, немецкий дух уже перестал «лечить» мир?
— Я уважаю господина Банцхафа, несколько раз с ним встречался, он оставил хорошее впечатление, как дипломат. Но надо смотреть реально на жизнь. Сколько раз немецкое государство вмешивалось и вмешивается в дела других государств, советуя, что правильно, а что неправильно. В Германии нет своих проблем? Навалом! Взять Россию. Ведь Москва не комментирует, скажем, недавние многотысячные акции протеста, прокатившиеся по Германии, с попыткой «взять Рейхстаг». Москва не советует, как Берлину надо «по-русски» решать такие проблемы. Почему же германская элита полагает, что России надо обязательно прислушиваться к Германии и делать так, как сказали немцы?
Восточные немцы сравнили нынешний произвол государства с временами ГДР
Жители Восточной Германии недовольны своим положением в современном немецком обществе и считают, что могут выразить свое мнение по каким-либо общественно-политическим вопросам менее свободно, чем это было до падения Берлинской стены. К такому выводу пришли немецкие социологи, которые опросили более 1 тыс. жителей пяти федеральных земель, которые до объединения Германии входили в состав ГДР. Результаты исследования, приуроченного к 29-летию объединения ГДР и ФРГ, приводит журнал Die Zeit.
41% восточных немцев заявили, что не могут выражать свое мнение свободно и уровень этой свободы, уверены они, сейчас ниже, чем до 1989 года. 58% из всех опрошенных, в свою очередь, заявили, что не лучше защищены от государственного произвола, чем во времена ГДР. Еще чуть более половины (52%) недовольны тем, как в стране работает демократия.
Среди проблем, на которые также указали опрошенные, были озвучены следующие:
Тем не менее большинство опрошенных социологами (52%) заверили, что в целом надежды, которые они связывали с воссоединением страны, воплотились в жизнь.
В последние месяцы, как отмечает Zeit, в Германии неоднократно на высоком уровне говорилось о растущем экономическом и социальном разрыве между восточной и западной частью страны. С 1949 по 1989 год Германия была разделена на западную и восточную части — Федеративную Республику Германия (ФРГ) и Германскую Демократическую Республику (ГДР). В 1961 году на фоне массового оттока молодых специалистов и рабочей силы в западную часть страны по инициативе руководителя ГДР Вальтера Ульбрихта в Берлине была возведена стена протяженностью 155 км. Стена стала одним из символов холодной войны. Ее разрушили окончательно к 1991 году.
За невидимой стеной
Dobro pozhalovat!
— Мы играли джаз крестьянам! Хорошие были времена!
Даешь две Германии
В сторону «Левых» смотрит и молодежь. Маркусу чуть больше тридцати, и он тоже помнит, что такое безденежье и голод:
— Мой отец после исчезновения ГДР вынужден был податься на заработки в Венгрию, но и там не нашел себя, пришлось вернуться. У нас обостренный запрос на справедливость. А ее нет: люди живут беднее, зарплаты у нас ниже, отпуска короче. Не то чтобы мы тут ходили с портретами Хонеккера. Люди не ностальгируют по Штази, по единомыслию и отсутствию выбора, они ностальгируют по социальной защищенности.
Здесь был Гагарин
По всей карте Эрфурта рассыпаны «русские» адреса: Московская площадь, улица Чайковского, улица Пушкина. Кстати, на ней еще со времен ГДР осталась школа имени Пушкина. Правда, как выяснила корреспондент «РГ», русскому языку и литературе в ней сейчас не учат, но Александр Сергеевич все равно ее остается символом, и дети знают его не хуже господина Гете. Ну а главный проспект Эрфурта по сей день носит имя первого космонавта, который посетил Эрфурт 56 лет назад, осенью 1963 года. Уже в восьмидесятых годах на Юрий-Гагарин-Ринге появился бюст космонавта. Корреспонденту «РГ» удалось разыскать очевидцев, которые помнят его приезд. Карин Бадельт возглавляет в Тюрингии Общество германо-российской дружбы, а в 1963 году она работала по линии партийной школы СЕПГ:
— Появление Гагарина произвело на всех ошеломляющее впечатление, жители города высыпали на улицы, чтобы своими глазами увидеть первого космонавта. Гагарин проехал через весь Эрфурт на автомобиле с открытым верхом. Перед старым универмагом для него соорудили сцену. Народ стремился подойти как можно ближе, многие протягивали руки, хотели потрогать Гагарина.
Как вспоминает еще одна жительница Эрфурта Дорис Фойербах, которая в те годы была молоденькой учительницей, далекой от политики, «восторг людей был совершенно искренним, его не надо было спускать сверху».
В городском архиве Эрфурта хранится уникальная фотохроника тех лет. Как признает его директор Антье Бауэр, никаких разговоров о том, чтобы убрать памятник или переименовать Гагарин-Ринг, в Эрфурте нет:
— Конечно, после объединения Германии велись дискуссии, нужна ли нам память о старых героях в названиях улиц, школ. Но большинство горожан были и остаются за Гагарина!
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
Общество
Восточные немцы и Россия: особые отношения (MDR, Германия)
По данным опросов, восточные немцы с бо̀льшим пониманием и симпатией относятся к русским и президенту Владимиру Путину, чем западные немцы. Возможно, это связано со своего рода общностью судьбы, из-за которой бывшие граждане ГДР до сих пор ощущают связь с Россией.
Когда речь идет об отношениях с Россией, Германия и спустя тридцать лет остается расколота. Многие западные немцы считают Россию зловещей империей, а Путина — страшным диктатором. Будто еще идет холодная война, Россия — «империя зла» (как сказал президент США Рональд Рейган), а для большей части западных немцев на другом берегу Эльбы уже начинается Сибирь.
Судьбы русских и восточных немцев связаны?
Но как вышло, что восточные немцы с пониманием и симпатией относятся к бывшим оккупантам? Экономические аргументы, которые часто приводят политики, вряд ли можно считать обоснованием. В торговле уже давно спад — в Россию экспортируется всего 2% товаров из Восточной Германии. И споры вокруг проекта «Северный поток — 2», который сейчас активно поддерживают восточногерманские политики, недостаточно объясняют этот феномен. Возможно, это скорее связано с общностью судьбы, из-за которой бывшие граждане ГДР и СССР чувствуют связь? Более чем сорокалетняя совместная история, потеря родины в начале 1990-х годов, неприятное чувство, будто Запад тебя обыграл?
СССР был всегда здесь
СССР повсюду присутствовал в ГДР. Уроки русского языка были обязательным предметом в школах с 5 класса. Были русские олимпиады, дружба по переписке и школьные обмены. Была и русская литература на уроках — пропагандистские произведения, такие как, например, «Как закалялась сталь» Николая Островского, а также шедевр Чингиза Айтматова «Джамиля». На некоторых школьных уроках по утрам был даже обзор российской прессы.
Контекст
Dagens Nyheter: советский город-призрак посреди Германии
MDR: восточные немцы по менталитету похожи на русских
«Все это происходило вдали от большой политики, — рассказывает родившаяся на востоке Мануэла Швезиг, премьер-министр земли Мекленбург-Передняя Померания. — Это определяет и отношение восточных немцев к России: многие из нас познакомились с россиянами через переписки, школьные обмены и поездки». Это, конечно, оказывает влияние. «Такой опыт влияет на все оценки, будь то в политике или в культуре, — говорит Зильке Сатюков, профессор исторического Института Галле-Виттенбергского университета. — В основе всего лежит мысль, что русские — одни из нас».
Советские солдаты в ГДР
Частью ГДР были, конечно, и советские солдаты. Более полумиллиона размещались на постоянной основе на востоке Германии. В некоторых городах-гарнизонах иностранные военнослужащие даже составляли большую часть населения. Личные контакты между гражданами ГДР и советскими солдатами не приветствовались, однако постоянно происходили — на предприятиях, в школах, на праздниках. Советские солдаты участвовали в общественной жизни, хотя и находились за высокими стенами. Из оккупантов они становились коллегами, друзьями, иногда даже возлюбленными. «Люди дружили, влюблялись, вместе отмечали праздники», — резюмирует Сатюков.
Гласность и перестройка
Конечно, почти никто из граждан ГДР не питал особой симпатии к лидерам в Кремле, таким как Брежнев или Андропов. Переломным моментом стал приход к власти Михаила Горбачева весной 1985 года. Своей политикой гласности и перестройкой новый советский лидер запустил революционный процесс, за которым граждане ГДР наблюдали с удивлением и отчасти симпатией. СССР больше не считался огромной прогнившей сталинской империей, теперь это была страна, посылающая решающие сигналы для прекращения холодной войны. Граждане ГДР надеялись на демократизацию своей страны и противопоставляли Горбачева собственным правителям, выступающим против нового мышления Москвы. Но и на Западе будущего лауреата Нобелевской премии мира уважали. Надежда на более человечный мир пришла в конце 1980-х годов из СССР. И Горбачев был без сомнения «одним из нас».
Книги и фильмы из СССР
В те годы большую роль в ГДР играли также книги и фильмы из СССР. Романы и повести Александра Бека, Юрия Трифонова, Владимира Тендрякова, Анатолия Приставкина и Валентина Распутина стали настолько популярны, что достать их в книжных магазинах ГДР можно было только из-под прилавка. Некоторые произведения стали публиковаться только при Горбачеве, например, повесть Распутина «Прощание с Матёрой», где рассказывается о деревне Матёра, которой суждено быть затопленной из-за строительства ГЭС. Эти темы оказались для восточных немцев очень близкими. В советских книгах и фильмах затрагивались те же проблемы, что были и у них.
И вдруг у восточных немцев остались только русские
В ходе воссоединения Германии русские и восточные немцы еще больше сблизились. Внезапно, лишившись собственной биографии в момент, когда Запад почти поглотил Восток и остались только зеленые человечки на светофорах, они вспомнили о «старшем брате». «Западные немцы говорят им, что они были ленивыми, не работали, ничего не создали. А теперь задумались, что у них есть особенного, — русские, — рассуждает Сатюков. — Русских они знали особенно хорошо. И хотели показать это западным немцам: возьмите, к примеру, футболки или почтовые открытки с надписью на кириллице „Если ты не можешь это прочитать, ты — глупый весси»».
Статьи по теме
Der Tagesspiegel: за что восточные немцы любят Россию
Одержимость Путина властью не поддерживают и большинство восточных немцев
Конечно, одержимость Путина властью и его автократический стиль правления не близки и восточным немцам. На востоке тоже огорчены тем, что Россия в последнее время, очевидно, сошла с пути в Европу. Здесь жители востока и запада сходятся во мнениях. О большинстве восточных немцев явно не скажешь, что они некритичны в отношении России или что они относятся к Путину с пониманием.
Из-за обширной совместной истории восточные немцы, вероятно, проявляют больше понимания к бывшему «старшему брату». Они хотят понять его, а не тут же начать осуждать. «Пожалуй, для восточных немцев характерна эта противоречивость. У них есть прошлое, и они знают, что такое диктатура, — рассуждает Сатюков. — С другой стороны, они все еще ощущают тесную связь с русскими. Русские — часть их прошлого и часть их самоопределения».
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
ГДР против ФРГ. Почему граждане Германии не любят друг друга
МОСКВА, 1 апр — РИА Новости, Антон Лисицын. В бундесвер поступила директива — какими примерами из военного прошлого следует гордиться немецким солдатам. В том, что касается армии ГДР, чествовать полагается лишь тех, кто «восстал против правления СЕПГ или имеет особые заслуги в борьбе за германское единство». В единой Германии живут два разных по культуре народа — из ФРГ и ГДР. Почему граждане бывшей Германской Демократической Республики испытывают «остальгию» по временам «тоталитаризма» — в материале РИА Новости.
«Хотят показать, как жили их родители»
Ostalgie Kantine — буфет «Остальгия» находится в земле Саксония-Анхальт на территории бывшей ГДР. Буфет — название условное. Скорее, это парк социалистического периода. Тут интерьеры тех времен, выставки советской военной техники и автомобилей «народной демократии», в том числе легендарных «Вартбурга» и «Трабанта», полки с игрушками.
Менеджер Майк Силабецки рассказывает, что 80 процентов посетителей — бывшие граждане ГДР. «Часто приходят с детьми, чтобы показать им, какой была ГДР, как жили их родители. Школьников приводят классами на уроки истории», — объясняет он.
Силабецки полагает, что парк социализма пользуется популярностью, поскольку у многих из бывшей ГДР «хорошие воспоминания о тех временах, о социализме и СССР».
Из той же Саксонии-Анхальт издание Mitteldeutsche Zeitung сообщает тревожные вести. В городке Бёрде закрывается местный музей времен ГДР. Здание, где хранится собрание артефактов времен социализма, сносится.
Восток есть восток, запад есть запад
Германия воссоединилась в 1990 году. Юридически это выглядело так: в августе парламент Германской Демократической Республики принял решение (уже давно согласованное Восточным Берлином, Бонном и заинтересованными державами) о присоединении к Федеративной Республике Германия. Третьего октября были упразднены все органы власти ГДР и ее вооруженные силы. Конституция ФРГ от 1949 года вступила в действие по всей стране. То есть ГДР была расформирована, ее земли включены в состав Западной Германии.
Объединенные немцы называли друг друга уменьшительно-ласкательно — «осси» и «весси», от немецких слов ost и west, «восток» и «запад», соответственно. Вскоре возник и термин «остальгия» — тоска по временам «народной демократии».
По экономическому развитию ГДР отставала от ФРГ, тем не менее Восточная Германия в 1980-е была на шестом месте по объемам промышленного производства в Европе. В республике работали такие предприятия, как Robotron, ORWO, выпускались экспортировавшиеся за рубеж грузовые автомобили, вагоны, локомотивы, краны. Большая часть индустриального потенциала «народной демократии» была уничтожена в 1990-е. Бизнес весси вел себя на присоединенных землях как победитель.
ГДР просуществовала всего 41 год, но, как выяснилось, оставила глубокий след в коллективном немецком сознательном и бессознательном.
Один из российских блогеров интервьюировал в 2015-м осси, и тот ему описал экономические реалии объединенной Германии. «Где-то через 15 лет, в 2003-2004-м, некоторые управленцы осознали ошибку: зачем было разорять часть своей же страны? И получить проблему субсидий?» — удивлялся бывший гражданин ГДР.
Сколько стоит единство Германии
В 2014 году в ФРГ решили подсчитать, во что обошлось воссоединение страны. Накануне 25-летия объединения Welt am Sonntag опубликовала результаты исследования экспертов Института экономики: «Два и двенадцать нулей — немецкое единство на сегодняшний момент стоит два триллиона евро».
«По данным немецкого Института экономических исследований (DIW), пять восточных земель и их население с момента объединения потребили примерно на 1,5 триллиона евро больше, чем произвели сами», — продолжали журналисты.
Через два года ситуация не слишком изменилась. В 2017-м Берлин официально признал, что земли бывшей Восточной Германии по уровню социально-экономического развития по-прежнему отстают от Германии Западной. Правительство выразило опасения, что разрыв между бывшими ГДР и ФРГ будет не сокращаться, а увеличиваться. Объем внутреннего валового продукта на душу населения на востоке не превышает 70 процентов западногерманского. И, что крайне показательно, 30 компаний — флагманов немецкой экономики, входящих в главный германский биржевой индекс DAX, не имеют штаб-квартир на востоке.
«Повседневный расизм»
В немецком сегменте Сети популярны тесты «Кто вы — весси или осси?». Социологи фиксируют негативное отношение граждан бывших ГДР и ФРГ друг к другу. Так, в 2012-м выяснилось, что восточные немцы считают западных соотечественников высокомерными, чрезмерно жадными, склонными к формализму. А многие весси характеризуют осси как вечно недовольных, подозрительных и боязливых.
Насколько серьезно в Германии рассматривают эту проблему, можно судить по названию социологической статьи — «Весси против осси: повседневный расизм?». Там приводятся и расхожие стереотипы — «Весси просто используют осси», «Да эти осси просто ни на что не способны!».
«По словам немецких политиков, они в 1990-м надеялись, что им удастся «переварить» восток за пять лет, ну не за пять, но за десять, не за десять, так за пятнадцать. Однако прошло уже двадцать восемь лет, и политики признают: разница между двумя частями страны сохраняется. Один высказался прямо: мы до сих пор, по сути, живем в двух странах, — говорит ведущий научный сотрудник отдела европейских политических исследований ИМЭМО РАН, кандидат исторических наук Александр Кокеев. — И это, конечно, касается политики. Например, в бывшей ГДР большей поддержкой пользуются правопопулистские партии, такие как «Альтернатива для Германии».
Вместе с тем, как подчеркивает эксперт, эта проблема сейчас не так остра, как сразу после воссоединения. Берлин ее решает и относится к ней со всей внимательностью. «Так называемая остальгия есть, но она во многом иррациональна. Уровень жизни восточных немцев значительно вырос, просто многие сравнивают его с более высокими показателями в западной части страны, и, естественно, у кого-то это вызывает недовольство. Кроме того, часть бывших граждан ГДР, в основном пожилого возраста, ощущают себя людьми второго сорта, которых выставили на лестницу из их квартиры и при этом еще поучают, как правильно жить», — резюмирует Кокеев.