отношение церкви к суррогатному материнству
Почему Церковь против суррогатного материнства?
Бесплодный брак и бездетность — беда многих семей, равно как и людей, своих семей не создавших. Потому в мире так востребованы вспомогательные репродуктивные технологии (ВРТ), широкий спектр которых предлагает современная медицина.
Почему же Церковь так активно выступает против суррогатного материнства?
Почему Церковь против суррогатного материнства?
Суррогатное материнство — вспомогательная репродуктивная технология, при применении которой женщина добровольно соглашается забеременеть с целью выносить и родить биологически чужого ей ребёнка, который будет затем отдан на воспитание другим лицам — генетическим родителям. Они и будут юридически считаться родителями данного ребёнка, несмотря на то, что его выносила и родила суррогатная мать.
Применение новых биомедицинских методов во многих случаях позволяет преодолеть недуг бесплодия. В то же время расширяющееся технологическое вмешательство в процесс зарождения человеческой жизни представляет угрозу для духовной целостности и физического здоровья личности. (…)
В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными. (…) К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.
Манипуляции же, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности.
«Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью (см. ХII.2).
Оплодотворение одиноких женщин с использованием донорских половых клеток или реализация «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией, лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. Употребление репродуктивных методов вне контекста благословенной Богом семьи становится формой богоборчества, осуществляемого под прикрытием защиты автономии человека и превратно понимаемой свободы личности.
Почему Церковь против суррогатного материнства?
В России суррогатное материнство регламентируется следующими законодательными актами и нормативными документами:
Для регистрации ребенка (детей), рожденного суррогатной матерью, родители должны предоставить в органы ЗАГС следующие документы: медицинское свидетельство о рождении, согласие суррогатной матери, справку из клиники ЭКО.
Сейчас при отсутствии или выраженной неполноценности матки бесплодной женщины для вынашивания беременности привлекается другая женщина — так называемая «суррогатная мать». Уже само это именование является формой дискриминации женщины, вынашивающей беременность. Иногда суррогатную мать сравнивают с кормилицей, помогающей нуждающейся семье из альтруистических соображений, однако не стоит забывать о том, что все же слишком велико «различие в интенсивности отношений между суррогатной матерью и плодом и няней и ребенком».
Появляется опасность превратить суррогатное материнство в профессию. В процессе вынашивания беременности мать и ребенок находятся в состоянии непрестанного взаимообщения, между ними возникает глубинная психосоматическая связь, разрыв которой, обусловленный контрактными обязательствами, может привести к тяжелым душевным недугам.
К чему приводит законодательное разрешение суррогатного материнства?
Епископ Орехово-Зуевский Пантелеимон ранее комментировал законодательное регулирование вопроса о суррогатном материнстве.
Почему Церковь против суррогатного материнства?
«Суррогатное материнство приведет к дальнейшему разрушению семьи, которая как никогда нуждается сейчас в поддержке и заботе. Законодательные нормы о суррогатном материнстве сделают более циничным отношение к рождению детей. Будут разрушаться естественные чувства у матери, которая вынашивает детей на продажу.
Понятно, что нужда иногда заставляет людей совершать безнравственные поступки, но законодательно закреплять их право на это неверно. Вот почему законодательные нормы о суррогатном материнстве негативно повлияют на институт семьи в нашем обществе. К несчастью, создание подобных законов не чья-то злая воля, а продукт дезориентированного сознания нашего общества».
Может ли суррогатная мать оставить себе своего ребенка?
Доктор философских наук, заведующая кафедрой биомедицинской этики Российского национального исследовательского медицинского университета имени Н. И. Пирогова Ирина Васильевна Силуянова рассказывает, что
«В настоящее время мы находимся в состоянии противоречия между двумя действующими законами – Семейным кодексом Российской Федерации, где за суррогатной матерью сохраняется право оставить себе ребенка, и нового закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», по которому у матери нет такого права. Деторождение явно выталкивается в пространство товарно-рыночных отношений: заключен договор, соблюдается финансовая сторона, но исключается из поля зрения эмоциональное состояние суррогатной матери».
Почему суррогатное материнство безнравственно?
Почему Церковь против суррогатного материнства?
«Суррогатное материнство сродни проституции. Потому что женщина свое тело использует для того, чтобы кому-то родить дитя, ну, для его удовольствия. Удовольствия быть отцом, матерью. Поэтому, естественно Церковь не может быть за проституцию. Она всегда, испокон веков была против.
Суррогатное материнство также как и просто проституция человека – и мужчину, и женщину – унижает. Дело в том, что Бог создал человека не как орудие удовольствия других людей. В этом случае они ставятся в неравное положение – получается, что один платит другому не за его труд, не за его талант, а за эксплуатацию того, что ему дано от Бога – его собственное тело. Человек используется как некая ферма для выращивания людей. Это, конечно, совершенно Богопротивная вещь».
Так как к проблеме примешивается тема социального неравенства, т.к., по мнению протоиерея Димитрия Смирнова,
«суррогатное материнство – это, конечно, технология, по которой богатые эксплуатируют бедного. Потому что этот договор, эти процедуры и обеспечение медицинской помощи – это все дорогостоящий многомесячный процесс. Получается беспощадная, наглая и бессовестная эксплуатация богатыми бедных. Если мы живем в социальном государстве – у нас не должно этого быть.
Почему ЭКО — бесчеловечная технология?
Церковь уже с момента зачатия зародыша считает его человеком, имеющим бессмертную душу.
«Пусть этот человек еще не оформился, но это уже человек с бессмертной душой. И он продолжает жить в вечности», — отмечает епископ Орехово-Зуевский Пантелеимон.
Технология ЭКО требует, чтобы огромное количество эмбрионов находилось в замороженном состоянии в холодильниках.
«Очень страшно, что так много детей, у которых есть душа, в каком-то состоянии находятся в холодильниках. И неизвестно, что с ними будет дальше: они могут так никогда и не стать людьми. Эта технология страшная и бесчеловечная».
Разве Богу неугодно счастье родителей, получивших ребенка от суррогатной матери?
Протодиакон Андрей Кураев комментировал ситуацию относительно известных людей, которые завели ребенка от суррогатной матери:
«Главный догмат их секты: «Если мне что-то удалось, значит, Бог именно этого и хотел, а я исполнил просто свою, но и Его волю!». Ну да, Берии и Геббельсу удалось обустроить концлагеря – это что, тоже Божья воля? Чикатило удалось осуществить не один десяток своих мерзких планов. Тоже исполняя Божью волю?
Богословие различает понятия «Божья воля» и «Божье попущение». Есть то, что Господь желает, а есть то, что Он терпит, становясь «бессильным» перед нашей тупой и эгоистической волей: «Сколько раз хотел Я. и вы не захотели!» (Мф. 23,27). Но это слишком сложная концепция для их ухоженных головок.
Когда им удобно – они вспоминают про Библию. Когда им удобно – дают совершенно идиотские толкования библейских текстов (Лолита заявила, что Дева Мария зачала Христа от голубя; мало того, что это зоофилический бред, так и по сути: разве Мария поступила как суррогатная мать – продала своего Сына Ироду?)».
Правильно ли крестить младенца, который родился от суррогатной матери?
Мнения священников по этому поводу различны, однако большинство склоняется к тому, что крестить ребенка людей, сознательно совершающих грех, не желающих исправляться и не собирающихся воспитывать дитя христианином — нельзя.
Почему Церковь против суррогатного материнства?
«Ни в одном из этих случаев — если родители получили ребенка с помощью суррогатной матери, если один родитель получил ребенка с помощью суррогатной матери, если ребенок принадлежит гомосексуальной паре — ребенка крестить нельзя, пока родители не раскаются, потому что крещение возможно только в том случае, если родители ребенка сами являются членами Церкви, исповедуют православную веру и следуют заповедям», — считает иеромонах Димитрий Першин.
«Если ребенок вырастет и сам, будучи уже сознательным, обратится к Богу, то никто не может воспрепятствовать этому его свободному решению. Если же родители не собираются вести непорочную жизнь и следовательно не могут воспитывать своего ребенка в православной вере, то крещение нужно отложить до благоприятных обстоятельств: либо родители покаются, либо сам ребенок вырос и пожелал креститься», — отмечает протоиерей Александр Ильяшенко.
О крещении младенцев, родившихся при помощи «суррогатной матери»
Москва, 26 декабря 2013 г.
Документ принят на заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 25-26 декабря 2013 года (журнал № 158).
В настоящее время все более широкое распространение получает репродуктивная биомедицинская технология, получившая название «суррогатного материнства». Хотя эта практика в нескольких странах разрешена законодательством, она продолжает вызывать в обществе острые дискуссии. В «Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», принятых Юбилейным Архиерейским Собором в 2000 году, дана оценка этому явлению. Однако целый ряд вопросов, касающихся пастырского отношения к последствиям «суррогатного материнства», продолжает оставаться дискуссионным. Настоящим документом Русская Православная Церковь дает церковно-практические указания, касающиеся крещения детей, родившихся при помощи «суррогатной матери».
Если родители не приносят явного покаяния в содеянном, а восприемники фактически выражают согласие с совершившимся греховным деянием, то о христианском воспитании речь идти не может. Отказ в крещении младенцев в подобном случае будет соответствовать православной традиции
Церковь понимает брак как изначальное установление Божие, укорененное в богозданном человеческом естестве. В христианском понимании брак является духовно-телесным союзом мужчины и женщины, который позволяет им в полноте реализовать свою человеческую природу.
Церковь освящает брак, уподобляя его духовному союзу Христа и Его Церкви (Еф 5:22-33). Плодом супружеской любви становятся дети, «рождение и воспитание которых, по православному учению, является одной из важнейших целей брака» (ОСК Х.4).
Рождение ребенка — это не только естественное следствие брачных отношений, но и великое событие пришествия в мир нового человека, несущего в себе образ и подобие Бога Творца. Давая жизнь детям, муж и жена принимают на себя сугубую ответственность, поскольку они призваны проявлять максимальную заботу одновременно об их физическом и духовном здоровье — от периода внутриутробного развития и первых дней жизни до наступления совершеннолетия.
Особая роль в рождении и воспитании детей принадлежит матери, которая тесно связана со своим ребенком телесными, душевными и духовными узами. Великий пример материнства Церковь видит в Пресвятой Богородице, чей образ раскрывает высочайшее достоинство женщины, уникальность ее материнского призвания.
Серьезной проблемой, с которой нередко сталкиваются семьи, является бесплодие одного или обоих супругов. Церковь сочувствует бездетным супругам, благословляя им молиться о даровании потомства, обращаться к врачам для лечения бесплодия, а также усыновлять (удочерять) детей.
Допустимым средством медицинской помощи бездетным супругам Церковь считает искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, если это не сопровождается уничтожением оплодотворенных яйцеклеток, «поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений» (ОСК XII.4).
Что же касается практики так называемого «суррогатного материнства», то она однозначно осуждается Церковью: «»Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе» (ОСК XII.4).
Сам термин «суррогатное материнство» указывает на искажение высокого понимания материнского долга и призвания. Соответствующая практика является унижением человеческого достоинства женщины, тело которой в данном случае рассматривается как своего рода инкубатор.
Кроме того, практика «суррогатного материнства» разрушает полноценные естественные отношения между матерью и ребенком и имеет отрицательные последствия для всех вовлеченных в эту практику сторон: для «биологической матери», предоставившей свои половые клетки, но лишенной подлинного материнства, связанного с вынашиванием и рождением этого ребенка; для «суррогатной матери», выносившей и родившей ребенка, но вынужденной с ним расстаться, как только он отделился от материнской утробы; для самого ребенка, который вместо полноценной матери либо имеет двух неполноценных матерей, либо не имеет ни одной (как в случае с одиноким мужчиной, пожелавшим иметь «биологическое потомство»); наконец, для общества, в котором утрачивается понимание семьи, предполагающее особые отношения между родителями и детьми, а также не менее важные отношения через поколение — между дедушками/бабушками и внуками.
Общественная опасность практики «суррогатного материнства» связана с радикальным изменением самого представления о природе человека. В данном случае понимание человека как уникальной личности подменяется образом человека как биологической особи, которую можно произвольно конструировать, манипулируя элементами «генетического материала». «В мире постепенно вырабатывается отношение к человеческой жизни как к продукту, который можно выбирать согласно собственным склонностям и которым можно распоряжаться наравне с материальными ценностями» (ОСК XII.4).
Использование репродуктивных технологий с целью «обеспечения детьми» бесплодных пар, одиноких мужчин или женщин постепенно превращается в доходный бизнес, предоставляющий способ заработка для доноров половых клеток и «суррогатных матерей». В результате таинство рождения человека становится предметом торгово-денежных отношений. На смену богозаповеданному супружеству, основанному на любви и верности, приходит «рынок репродуктивных услуг», готовый удовлетворить любой запрос потребителя на искусственное рождение ребенка в соответствии с заданными параметрами.
Церковь открыта для всех людей, стремящихся к спасению. Крещение является таинством вступления в Церковь и предполагает согласие принявших Крещение с ее верой и учением, а также их дальнейшее участие в церковной жизни.
Таинство Крещения совершается в Православной Церкви как над взрослыми, так и над младенцами. Взрослые допускаются к Таинству после соответствующей подготовки, то есть оглашения — наставления в христианском вероучении и христианской нравственности. В таких случаях решение о времени принятия Крещения принимается приходским священником, проводящим оглашение.
В случае крещения младенца согласие за него дают взрослые — родители и восприемники. Условием крещения младенца при этом ставится его воспитание в христианской вере и согласно нормам христианской нравственности, что предполагает регулярное участие и родителей, и ребенка, и восприемников в церковных богослужениях и Таинствах.
Что же касается вопроса о возможности крещения младенцев, рожденных «суррогатной матерью», то при ответе на него необходимо учитывать следующие факторы.
С одной стороны, любой рожденный младенец может быть крещен — по вере тех, кто намеревается его крестить. Ребенок не может отвечать за поступки своих родителей и не виноват в том, что его появление на свет связано с репродуктивной технологией, осуждаемой Церковью.
С другой стороны, ответственность за христианское воспитание младенца несут на себе родители и восприемники. Если родители не приносят явного покаяния в содеянном, а восприемники фактически выражают согласие с совершившимся греховным деянием, то о христианском воспитании речь идти не может. Отказ в крещении младенцев в подобном случае будет соответствовать православной традиции, предполагающей согласие крещаемого, а в случае крещения младенца — его родителей и восприемников с учением Церкви. Такой отказ будет иметь также и пастырское значение, так как тем самым общество получит от Церкви ясный сигнал о том, что практика «суррогатного материнства» является с христианской точки зрения неприемлемой.
Ребенок, рожденный при помощи «суррогатного материнства», может быть крещен по желанию воспитывающих его лиц, если таковыми являются либо его «биологические родители», либо «суррогатная мать», только после того, как они осознают, что с христианской точки зрения подобная репродуктивная технология является нравственно предосудительной, и принесут церковное покаяние — вне зависимости от того, осознанно или неосознанно они проигнорировали позицию Церкви. Только в этом случае Церковь сможет ожидать, что крещеный ребенок будет воспитываться в православной вере и ему будут прививать христианские нравственные представления. Если же такого осознания не происходит, то решение вопроса о крещении откладывается до времени сознательного личного выбора ребенка. В последнем случае факт «суррогатного рождения» сам по себе не является препятствием для крещения человека, ибо он не несет ответственность за поведение своих родителей.
В случае, когда в Церковь приносят младенца, рожденного «суррогатной матерью», вопрос о его крещении может быть решен в соответствии с указанием епархиального архиерея, который обязан руководствоваться в каждом конкретном случае нормами, содержащимися в настоящем документе. Совершение священником Таинства Крещения в подобном случае без благословения архиерея служит основанием для применения к этому священнику канонических прещений.
В смертельной опасности благословляется крещение младенцев вне зависимости от обстоятельств их рождения.
Изложенная позиция основана на учении Церкви о недопустимости крещения младенцев в семьях, члены которых явно и сознательно пренебрегают церковной традицией и не разделяют христианское учение о браке и семье, что практически исключает возможность христианского воспитания ребенка. Это касается не только вопроса о «суррогатном материнстве», но любого сознательно выраженного нежелания жить по-христиански.
Суррогатное материнство: почему Церковь против!
Выберите раздел серии
Несколько дней назад певица Лолита Милявская и протодиакон Андрей Кураев в ток-шоу Владимира Соловьева «Поединок» вступили в интересную дискуссию, касающуюся рождения дочери Киркорова от суррогатной матери.
Вот видео-версия программы:
Несмотря на то, что формат ток-шоу изначально невыразителен для церковной стороны, т.к. предполагает лишь поверхностную аргументацию (не позволяющую донести глубину, присущую Божественному Откровению), то есть соревнование в остроте фраз и эмоциональности высказываний, отец протодиакон, по результатам голосования телезрителей, вышел победителем.
Мне хотелось бы в этой статье показать, что позиция Церкви вовсе не пустое ретроградство и борьба с прогрессом, и суммировать аргументы против поверхностного восприятия любого научного открытия как априори нравственного и имеющего индульгенцию в этическом плане.
Речь будет идти об искусственном оплодотворении женщины спермой мужчины с последующей передачей родившегося ребенка этому мужчине.
Итак, какие аргументы мы имеем.
1) Богословские аргументы.
а) От имени Церкви, как известно, может выступать лишь Собор. По вопросу суррогатного материнства у нас есть соборное решение: официальный документ Русской Православной Церкви, утвержденный на юбилейном Архиерейском соборе 2000 года. Он называется Основы социальной концепции Русской Православной Церкви.
Выдержка, касающаяся нашей темы:
XII.4. Применение новых биомедицинских методов во многих случаях позволяет преодолеть недуг бесплодия. В то же время расширяющееся технологическое вмешательство в процесс зарождения человеческой жизни представляет угрозу для духовной целостности и физического здоровья личности. Под угрозой оказываются и отношения между людьми, издревле лежащие в основании общества. С развитием упомянутых технологий связано также распространение идеологии так называемых репродуктивных прав, пропагандируемой ныне на национальном и международном уровнях. Данная система взглядов предполагает приоритет половой и социальной реализации личности над заботой о будущем ребенка, о духовном и физическом здоровье общества, о его нравственной устойчивости. В мире постепенно вырабатывается отношение к человеческой жизни как к продукту, который можно выбирать согласно собственным склонностям и которым можно распоряжаться наравне с материальными ценностями.
В молитвах чина венчания Православная Церковь выражает веру в то, что чадородие есть желанный плод законного супружества, но вместе с тем не единственная его цель. Наряду с «плодом чрева на пользу» супругам испрашиваются дары непреходящей взаимной любви, целомудрия, «единомыслия душ и телес». Поэтому пути к деторождению, не согласные с замыслом Творца жизни, Церковь не может считать нравственно оправданными. Если муж или жена неспособны к зачатию ребенка, а терапевтические и хирургические методы лечения бесплодия не помогают супругам, им следует со смирением принять свое бесчадие как особое жизненное призвание. Пастырские рекомендации в подобных случаях должны учитывать возможность усыновления ребенка по обоюдному согласию супругов. К допустимым средствам медицинской помощи может быть отнесено искусственное оплодотворение половыми клетками мужа, поскольку оно не нарушает целостности брачного союза, не отличается принципиальным образом от естественного зачатия и происходит в контексте супружеских отношений.
Манипуляции же, связанные с донорством половых клеток, нарушают целостность личности и исключительность брачных отношений, допуская вторжение в них третьей стороны. Кроме того, такая практика поощряет безответственное отцовство или материнство, заведомо освобожденное от всяких обязательств по отношению к тем, кто является «плотью от плоти» анонимных доноров. Использование донорского материала подрывает основы семейных взаимосвязей, поскольку предполагает наличие у ребенка, помимо «социальных», еще и так называемых биологических родителей. «Суррогатное материнство», то есть вынашивание оплодотворенной яйцеклетки женщиной, которая после родов возвращает ребенка «заказчикам», противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейсяся между матерью и младенцем уже во время беременности.
«Суррогатное материнство» травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания. Нравственно недопустимыми с православной точки зрения являются также все разновидности экстракорпорального (внетелесного) оплодотворения, предполагающие заготовление, консервацию и намеренное разрушение «избыточных» эмбрионов. Именно на признании человеческого достоинства даже за эмбрионом основана моральная оценка аборта, осуждаемого Церковью (см. ХII.2).
Оплодотворение одиноких женщин с использованием донорских половых клеток или реализация «репродуктивных прав» одиноких мужчин, а также лиц с так называемой нестандартной сексуальной ориентацией, лишает будущего ребенка права иметь мать и отца. Употребление репродуктивных методов вне контекста благословенной Богом семьи становится формой богоборчества, осуществляемого под прикрытием защиты автономии человека и превратно понимаемой свободы личности.
в) Также сторонники суррогатного материнства приводят пример Агари, служанки Авраама, которая родила от него ребёнка по желанию супруги ветхозаветного патриарха Сарры.
Ну, во-первых, это было сделано по воле и инициативе Сарры, против Божьего повеления.
Во-вторых, вся эта ветхозаветная историия имеет смыслом, целью не описание внутриплеменных брачных отношений, а глубокий символизм. Подробнее см. Толковая Библия Лопухина и толкование свт. Феофилакта Болгарского.
г) Ещё распространённый тезис: «Без воли Бога ничего не происходит». Тут уместно отметить, что воля Бога проявляется двояко: как одобрение добра и как попущение зла (не препятствование свободной воле человека совершить беззаконие или совершиться следствию человеческого беззакония). Знание о том, что «Бог есть любовь», требует отнести любое противное Божьей воле деяние именно к попущению, а не согласию.
2) Морально-этические аргументы.
а) Принято наш мир называть цивилизованным, но о какой цивилизации идёт речь, если нам приходится спорить по вопросу: благо ли для матери продавать собственного ребёнка за деньги или пусть даже дарить симпатичному дяде, обрекая дитя расти без материнской любви, под опекой нянек?
Вчера по каналу «Культура» была показана премьера замечательного документального фильма «Нота» о выдающемся дирижёре Рудольфе Баршае (пользуясь случаем, рекомендую посмотреть этот фильм).
Включите фильм с 1.02.20. Когда этот музыкальный классик в возрасте уже более 80 лет говорит о кончине своей матери, в его глазах стоят слёзы, и он вспоминает это как величайшую трагедию своей жизни. Заметим, что режиссёр не был одинок, он был четырежды женат, имел детей и музыку, которая поглощала буквально всю его жизнь.
Что же говорить о детях, с младенческой колыбели отторгнутых матерью и которые рано или поздно узнают, что она их продала.
б) Без сомнения, для души (если угодно, психики) ребёнка не пройдёт бесследно разлучение с матерью, но безболезненно ли пройдёт это и для неё? Ведь подписывается договор о продаже ребёнка до зачатия, а отдавать приходится того, кто был любим, кто был твоей частичкой целых девять месяцев, кто был рождён тобой, кто припал к твоей груди после родов. Сможет ли мать усыпить свою совесть или даже просто стать эмоционально безразличной к свершившемуся.
в) Распространение суррогатного материнства неминуемо будет приводить ко всё большему пренебрежению брачным союзом между мужчиной и женщиной, который установлен Богом, и приводить к распространению противоестественных форм сожительства или эгоистической формы приобретения ребёнка «для себя».
г) Популярный штамп: рождение ребенка – это абсолютное благо. С точки зрения Божественного Откровения, это не так.
Во-первых, Абсолютным Благом является только Бог, это и одно из Его имён. См. подробнее.
Во-вторых, люди склонны делать акцент на чудесном даре рождения нового человека и в меньшей степени думать, что главная задача родителей не просто родить, а правильно воспитать дарованное им потомство. Ведь наверняка и Гитлер, и Чикатило умилительно смотрелись в колыбели, а что поучилось в итоге. Таким образом, рождение ребёнка не самоцель, значительно важнее его воспитание.
В-третьих, далеко не все младенцы становятся святыми, т.е. исполняют своё предназначение. Представление о подлинном счастье, цели и смысле жизни, которые вложил в нас Создатель, большинство людей не может даже сформулировать.
д) Что касается прогресса, то его христианское понимании отличается от светской его трактовки. Это не просто избавление от ручного труда, биологическое бессмертие и максимальный комфорт. Это не попытка построить рай на земле в обход Бога, а стремление к истинному Раю, предуготованному нам Творцом. Подробнее.
3) Социальный аспект.
4) Всегда ли бесплодие безвинно?
Сторонники суррогатного материнства пытаются оправдать свои действия вынужденностью ситуации, так как по статистике около 15% супружеских пар бесплодны. При этом умалчивается одно обстоятельство: а сколько из женщин, неспособных к зачатию, перед этим убивало своих детей во чреве путём медицинского аборта или применения абортивных контрацептивов (спиралей, гормональных таблеток)? Не смею огульно осуждать всех бесплодных женщин, но для некоторых не является ли бесплодие следствием содеянного? При этом я не хочу всё сводить к греху и Божьему наказанию, достаточно даже того, что официальная медицина говорит о потенциальной опасности абортов.
5) Мировая практика суррогатного материнства. По этому поводу есть хорошие статьи:
Суррогатное материнство: мамы на продажу.