отношения франции и турции
Макрон против Эрдогана: тонкости конфликта между Францией и Турцией
Конфликт между союзниками по НАТО Турцией и Францией вошел в новую фазу. Вслед за отзывом посла из Анкары Париж потребовал от ЕС принять санкции против турок, а французский сатирический журнал Charlie Hebdo, который ранее публиковал серию скандальных карикатур на пророка Мухаммеда, выпустил шарж на Реджепа Тайипа Эрдогана.
После Первой мировой войны большинство островов в Эгейском море по Лозанскому договору отошли Греции. В 1982 году Греция присоединилась к конвенции ООН по морскому праву. Территориальные воды от своего берега, в том числе островов, можно объявлять до 12 морских миль, исключительная экономическая зона 200 миль. То есть это шельф и морское пространство, где страна может вести свою хозяйственную деятельность ловить рыбу, бурить дно, добывать газ.
Турция эту конвенцию ООН не подписала, и получилось, что большого количества греческих островов в распоряжении турок осталась очень узкая полоска вдоль своего берега, где нет ни газа, ни стратегического простора для флота. Теперь Турция говорит, что 200 миль своей зоны надо отсчитывать от основного континента, а не от мелких островов и затем делить пространство пополам. Выгода Турции найти новые месторождения на шельфе.
Греция заявляет, что это нарушение суверенитета по конвенции ООН, но Анкара считает такой шаг справедливым и запускает, как она считает, в свои воды геологоразведывательное судно с поддержкой военного флота и периодически устраивает военные учения.
Конфликт Макрона и Эрдогана начался еще с Ливии. В вопросе войны в Нагорном Карабахе президент Франции делал жесткие заявления в адрес именно президента Турции. По плану ОБСЕ, который был разработан 10 лет назад Россией, Францией и США, для мирного урегулирования семь районов Нагорного Карабаха должны вернуться под контроль Баку, Степанакерт должен получить особый статус, плюс транспортный коридор в Армению должен быть доступен армянской стороне и возможен ввод миротворцев. После месяца войны Азербайджан объявил о взятии южных районов Карабаха, а Эрдоган, который полностью поддерживает действия Баку, фактически предлагает России забыть и о Макроне, и о США, и вдвоем с Москвой приступить к обсуждению урегулирования.
Владимир Аватков, тюрколог, научный руководитель восточного клуба дипломатической академии МИД России: «Распространение влияния на территории бывшего османского пространства, распространение влияния на пространстве тюркского мира и распространение влияния в исламском мире. Иными словами, Турция пытается быть лидером во всех этих трех мирах. Турция не боится этой конфликтности, не боится бросать вызов системе международных отношений, потому что у нее есть два базовых синдрома: это синдром имперскости стремление к распространению и синдром ущемленности. Макрон стремится аккумулировать вокруг себя все европейские государства. Он позиционирует себя после ухода Великобритании как ключевого лидера Европы, за которым следует идти, однако на самом деле эта перепалка по линии Эрдоган Макрон не только увеличит конфронтацию между Востоком и Западом, она провоцирует два важных конфликта. Первый это конфликт национализмов, второй конфликт консерватизмов».
Яшар Ниязбаев, журналист, тюрколог: «По конфликту в Карабахе я отслеживаю внимательно турецкую повестку дня и вижу, что турки видят в России ключевое звено решения проблемы и ищут прямого диалога с ней. Турция хочет быть одним из сопредседателей этого переговорного процесса, и возможно чтобы не было ни Франции ни США, а были Турция и Россия».
Получается, что в этом конфликте Макрон Эрдоган, Франция Турция есть и личные аспекты, и амбиции, и геополитические факторы.
Спор Эрдогана и Макрона ставит турецкий флот под удар
Противостояние Анкары и Парижа вышло за рамки вежливости
Фото REUTERS
Дипломатический скандал между Францией и Турцией может негативно отразиться на ситуации в некоторых регионах, где позиции двух стран, формально являющихся союзниками по НАТО, не совпадают. Причиной очередного витка напряженности стало несогласие турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана с высказываниями своего французского коллеги Эмманюэля Макрона об исламистах. Глава МИД Франции Жан-Ив Ле Дриан подтвердил 25 октября, что посол Пятой республики в Турции возвращается в Париж для консультаций, и назвал ситуацию разжиганием ненависти против Франции.
В эти выходные Эрдоган публично выразил уверенность в том, что его французский коллега «нуждается в лечении психических расстройств». Так турецкий «башкан» отреагировал на высказывания лидера Франции о намерении «развернуть активную борьбу с носителями радикальной идеологии и с созданными ими ассоциациями» после убийства в Конфлан-Сент-Онорин. Президент Турции назвал «проявлением исламофобии» начатые на этом фоне обыски в мечетях Берлина и призвал «помнить, что каждое подобное проявление враждебности к исламу является проявлением враждебности к Турции». По оценке Эрдогана, «эти правонарушения в отношении мусульман свидетельствуют о переходе европейского фашизма на новый уровень».
В Елисейском дворце уже дали понять, что грубость турецкого лидера будет стоить ему позиций в других регионах. Так, неназванный представитель французских властей заявил AFP, что Париж требует от Анкары «прекратить опасные авантюры в Средиземноморье» и осуждает ее «безответственное поведение» в Нагорном Карабахе. Комментируя обстановку в Средиземном море, французский чиновник заявил, что у Турции есть два месяца, чтобы выполнить требования Франции и прекратить исследовательскую деятельность в оспариваемых Грецией районах. Впрочем, как стало понятно 25 октября, никаких французских ультиматумов Анкара не выполнит: она снова зарезервировала один из районов Средиземного моря для геолого-разведочных работ.
Во всех регионах, где оказывается вовлечена Турция, будь то Сирия, Ирак, Нагорный Карабах, Ливия, Кипр и Средиземное море, Франция обозначает свою позицию, которая всегда противоречит турецкой, заметил в разговоре с «НГ» старший преподаватель департамента политической науки Высшей школы экономики Григорий Лукьянов. «В обозримой перспективе можно говорить, что Париж усилит антитурецкую риторику, но сделать что-то большее он вряд ли сможет, потому что весьма ограничен в ресурсах и возможностях, – пояснил эксперт. – В некоторых регионах, таких как район нагорнокарабахского конфликта или же в Персидском заливе, где присутствует Турция, Франция не может ничего противопоставить: их силы не сравнимы». Площадкой, где Париж может показать свое влияние, является Евросоюз. «Это дискуссии о санкциях и санкционных ограничениях против Турции, – отмечает Лукьянов. – Франция не может не замечать, что та кампания бойкота турецких товаров, которая прокатилась сейчас по ряду арабских стран, может быть весьма и весьма болезненна для турецкой экономики и может заставить Турцию скорректировать свой внешнеполитический курс. В связи с этим Франция как один из ведущих членов ЕС может задействовать эти механизмы».
В то же время сферой прямого столкновения Турции и Франции может оказаться регион Восточного Средиземноморья, а именно та его часть, которая попадает в зону ответственности европейской операции «Ирини», обращает внимание Лукьянов. «Это морская операция, призванная обеспечить блокаду поставок вооружений в Ливию морским путем», – напоминает аналитик. По его словам, несмотря на то что на территории бывшей Джамахирии формально действует режим прекращения огня и стороны участвуют в процессе политического урегулирования, в сфере ответственности «Ирини» продолжают происходить конфликты, потому что турецкий флот по-прежнему обеспечивает военную помощь Правительству национального согласия.
«На повестке сегодня стоит вопрос о выводе всех наемников с территории Ливии, в том числе тех, которые туда переправила Турция, – отмечает Лукьянов. – Но будет ли в этих условиях сохраняться турецкое военное присутствие, для Турции вопрос решенный. Это присутствие она будет поддерживать не только с помощью авиации, но и с помощью флота. Плюс та линия, которую заняла Анкара в Восточном Средиземноморье, будет способствовать тому, что активность турецких кораблей в этом регионе только усилится. Это приведет к новым столкновениям с силами операции «Ирини», в том числе французскими». Париж в этом отношении может показать свои возможности и использовать фактор демонстрации силы, заключает Лукьянов.
Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.
«Смерть мозга» НАТО: почему поссорились Франция и Турция
Конфликт между Францией и Турцией стал очевидным после произошедшего в июне инцидента между ВМС Франции и Турции в Средиземном море. Telegram-канал «Стамбульский волк» рассказывает, в чем состоят разногласия Анкары и Парижа.
Ситуация в отношениях между Францией и Турцией стала накаляться по нескольким причинам: во-первых, из-за операции «Источник мира», которую Турция начала на севере Сирии в октябре прошлого года. Во-вторых, Анкара вмешалась в кризис в Ливии, подписав в ноябре 2019 года соглашение с нелегитимным Правительством национального согласия (ПНС) о морских границах и военном сотрудничестве. В-третьих, Франция выступила в защиту прав Греции и Кипра в Восточном Средиземноморье, где Анкара ведет буровые работы на шельфе, несмотря на недовольство ЕС. И в-четвертых, корабли ВМС Франции стали мешать турецким судам, которые возят грузы в Ливию — предположительно, поставляя десятки тонн вооружения.
«Смерть мозга» НАТО
Президент Франции Эммануэль Макрон после начала операции «Источник мира» выразил возмущение неспособностью НАТО отреагировать на наступление турецких войск на позиции курдских вооруженных группировок в Северной Сирии. Макрон заявил, что бездействие НАТО является «серьезной ошибкой всего западного мира», и поднял вопрос об эффективности Альянса.
Через несколько недель он вновь затронул тему эффективности Альянса, подняв вопрос о 5-й статье устава НАТО, которая гласит, что при нападении на одного из участников Альянса другие обязаны прийти ему на помощь.
«Если Башар Асад решит отомстить Турции, будем ли мы вступать в бой?» — задал вопрос французский президент, подчеркивая, что страны НАТО наблюдают агрессию как раз со стороны своего союзника, Турции.
Тот факт, что члены Североатлантического альянса не способны координировать свои действия, говорит о том, что Альянс переживает «смерть мозга», объявил французский президент. По словам Макрона, «Европа находится на краю пропасти», и ей пора наконец проснуться и начать наращивать военную мощь без участия США.
Однако с президентом Франции не согласились генсек НАТО Йенс Столтенберг и канцлер Германии Ангела Меркель: они объявили, что, по их мнению, Организация североатлантического сотрудничества «сильна как никогда прежде». А спустя короткое время и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган выступил в защиту за военного блока, заявив, что Макрону самому стоило бы провериться на «смерть мозга».
«Господин Макрон, проверьте сперва собственные мозги, потому что такое могут сказать только те, у кого мозг умер», — сказал он.
Президент Турции подчеркнул, что его страна играет важнейшую роль в НАТО — и при этом страны Европы попросту игнорируют ее потребности, и пренебрегают своими обязанностями в Альянсе. Эрдоган объявил, что от безопасности Турции зависит безопасность всей Европы, а заявления Макрона являются примером «больного и поверхностного» понимания проблемы.
Erdoğan: Sayın Macron önce sen kendi beyin ölümünü kontrol ettir. Türkiye’yi NATO’dan çıkarmak senin haddine mi? pic.twitter.com/hl5l3vcmha
Казалось, что на этом тема была закрыта, — однако несколько месяцев спустя Макрон повторил свои слова, заявив, что инцидент с турецким кораблем у берегов Ливии стал свидетельством «смерти мозга» НАТО. Кроме этого, Макрон намекнул, что Турция больше не может являться членом Североатлантического альянса.
Поводом для таких заявлений стал инцидент в Средиземном море в июне 2020 года. Тогда фрегат ВМС Франции, принимавший участие в операции под названием «Морской страж» (Sea Guardian), потребовал, чтобы турецкое грузовое судно дало возможность осмотреть его груз. Запрос был проигнорирован, и французский военный корабль был «взят на прицел» (облучен радаром системы управления огнем) фрегатами ВМС Турции, которые сопровождали корабль.
При этом турецкие моряки надели бронежилеты и заняли позиции у корабельного вооружения. В Париже посчитали эти действия турецкой стороны «враждебными и крайне агрессивными» и обратились в НАТО для проведения расследования. Анкара отвергла эти заявления, обвинив в ответ Францию в провокации.
«Учитывая информацию, документы, все записи на нашем корабле и в наших штабах, их утверждения совершенно нереальны», — заявил министр национальной обороны Хулуси Акар турецким СМИ.
Миссии IRINI и Sea Guardian и турецкие «корабли-призраки»
Французский фрегат «Прованс» в рамках операции «Морской страж» вынудил турецкое грузовое судно изменить курс, сочтя его подозрительным.
Реакция Макрона
Макрон подчеркнул: Турция должна понести ответственность за происходящее на ливийской территории, он стала полем прокси-войны, и самым крупным игроком, вовлеченным в дела Ливии, является Турция, которая «не уважает никаких обязательств, взятых на Берлинской конференции».
Действия Анкары в Ливии Эммануэль Макрон назвал «опасной игрой».
«У меня уже была возможность четко заявить президенту Эрдогану, что, по моему мнению, Турция сейчас играет в опасную игру в Ливии и нарушает все обязательства, данные по итогам Берлинской конференции по Ливии», — заявил французский президент.
ВМС Франции покидают Средиземное море
В НАТО подтвердили инцидент между фрегатами Турции и Франции у побережья Ливии в середине июня и начали расследование по военной линии. К концу июня в Североатлантическом альянсе подготовили доклад на 130 страниц, однако отказался опубликовать подробности, заявив, что доклад «секретный» и маловероятно, что его выводы будут обнародованы. Известно, что в НАТО не подтвердили заявлений о том, что турецкие фрегаты угрожали французским.
«Мы доказали отчетами и документами свою правоту. НАТО увидело правду. Теперь мы ожидаем от Франции, чтобы она принесла ясные извинения, без всяких «если» или «но», за то, что не предоставила правильную информацию», — сказал глава МИД Турции Мевлют Чавушоглу.
Вопреки интересам НАТО
Франция на этом не успокоилась. В Париже объявили, что этот инцидент в очередной раз доказал склонность президента Реджепа Тайипа Эрдогана действовать против интересов и ценностей западного альянса.
Министр вооруженных сил Франции Флоранс Парли в первые дни июля заявила Европейскому парламенту, что НАТО «следует дать Анкаре понять, что она не может нарушать правила Альянса».
Как пишет агентство Reuters, НАТО не может угрожать Анкаре выходом из блока, — но может пригрозить вывести военные объекты, которые играют важную роль в безопасности Турции, к примеру, зенитные ракетные комплексы Patriot ВС Испании у границ Сирии, или самолеты радарной разведки AWACS, принадлежащие НАТО. Кроме того, страны НАТО могут ввести санкции против Турции, — к чему, кстати, министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан намерен призвать коллег из ЕС в ходе встречи 13 июля.
«Встреча министров иностранных дел Европейского союза будет посвящена исключительно турецкому вопросу», — заявил он.
Чавушоглу уже успел прокомментировать эти угрозы, заявив, что его страна примет меры в ответ на санкции Европейского союза.
«Санкции не помогут решить существующие региональные проблемы, а лишь усугубят их», — объявил турецкий министр.
Газовый вопрос
Другой темой для разногласий между Парижем и Анкарой стала позиция Турции и конфликте с Грецией по вопросу энергоресурсов, которые хранят месторождения в Восточном Средиземноморье.
После того как в прошлом году в феврале компания ExxonMobil обнаружила крупные залежи природного газа у южного побережья Кипра, Турция активизировала свой интерес к региону и направила к берегам острова буровые корабли.
2 января 2020 года в Афинах представители Греции, Кипра и Израиля подписали межправительственное соглашение о строительстве газопровода «Восточно-Средиземноморский трубопровод» (Eastern Mediterranean pipeline, EastMed).
Анкара считает, что соглашение в обход интересов Турции и турок-киприотов недопустимо, и свое соглашение о морских границах с Ливией объясняет намерением заставить учитывать свои интересы.
«Ни один проект в Восточном Средиземноморье невозможен без участия Турции», — заявил Эрдоган во время церемонии открытия «Турецкого потока» 8 января.
В результате споров о принадлежности энергоресурсов, в начале этого года между Грецией и Турцией возникла напряженность. Тогда Макрон заявил, что Париж намерен укреплять стратегические связи с Афинами. Кроме этого, Франция пообещала, что направит фрегаты в восточную часть Средиземного моря, чтобы оказать поддержку Греции.
Очевидно одно — разногласия между Францией и Турцией из-за противостояния в Средиземном море вскрыли гнойники Альянса, который должен навести порядки в своих рядах, и указали на слабые стороны союзников по НАТО, когда они находятся по разные стороны конфликта, — как это происходит в случае с Ливией.
Франции невыносимо от «воинственной» Турции: «Все варианты на столе»
Министр иностранных дел Франции Жан-Ив Ле Дриан заявил, что Турция движется по «опасной спирали» конфронтации с Европой, прежде всего, в регионе Восточного Средиземноморья. По словам главы французской дипломатии, все варианты сдерживания Турции «находятся на столе», вплоть до введения санкций против этой страны. Об этом сегодня, 11 ноября, пишет турецкий информационно-аналитический портал Ahval.
«В декабре состоится встреча в Брюсселе. 27 стран-членов Европейского союза решили, что, если Турция не изменит свою позицию, будут приняты меры, включая возможные санкции, и все варианты будут на столе», — сказал Ле-Дриан, охарактеризовав поведение Анкары как «воинственное и невыносимое».
Саммит ЕС должен снова собраться в декабре, чтобы обсудить возможные санкции против Анкары.
Напомним, Турция и Греция, два члена НАТО, объявили в конце августа о проведении военных учений в восточной части Средиземного моря, в районе между Кипром и Критом, что стало кульминацией их противостояния в этом регионе. Турция претендует на некоторые морские районы в соответствии с соглашением, которое она подписала с Правительством национального согласия (ПНС) Ливии в ноябре 2019 года. В августе Греция и Египет заключили собственное соглашение о разграничении своих исключительных экономических зон в Восточном Средиземноморье, что привело к росту эскалации в регионе. Греция настаивает на том, что обладает эксклюзивными правами на деятельность в тех зонах Средиземноморья, где Турция пытается вести пробное бурение в поисках новых месторождений нефти и газа. Анкара в свою очередь ссылается на условия соглашения, заключённого с признанным ООН ливийским правительством в Триполи.
Война внутри НАТО: Столкновения Франции и Турции из-за газа Кипра не избежать?
К чему приведет конфликт вокруг средиземноморских месторождений
В последние месяцы резко обострился конфликт между Турцией и Грецией вокруг спорных газовых месторождений на кипрском шельфе, разрабатываемых Анкарой. Причем, конфликт внес раскол в единство Евросоюза, так как Кипр потребовал жестких мер в отношении Турции, пригрозив заблокировать введение санкций против Белоруссии.
Среди тех, кто наиболее последовательно выступает за жесткие меры против Анкары, особое место занимает Франция. Стоит вспомнить, что Франция была одной из тех стран, которые способствовали формированию независимого греческого государства и всегда последовательно поддерживала Афины, в том числе, в конфликтах с Турцией, которые не раз ставили страны на грань войны, и лишь членство обеих в НАТО предотвращало такой сценарий.
Эммануэль Макрон продолжил эту традицию, и сегодня он главный политический оппонент своего турецкого коллеги Реджепа Тайипа Эрдогана в Европе. Порой возникает впечатление, что у Макрона личная неприязнь к турецкому лидеру.
«Мы должны быть жесткими с турецким правительством, а не с турецким народом, который заслуживает большего, чем правительство Эрдогана», — говорил Макрон в ходе саммита Med-7.
«Турция больше не является партнером в Средиземноморском регионе» и что сегодняшняя встреча призвана прояснить ее красные линии и подход к турецкой агрессии против Греции и Кипра».
Почему же Макрон так активно вмешивается в этот конфликт и активно выступает против Турции? Напомню, в соседней Ливии они тоже по разные стороны баррикад. Он просто зарабатывает личный политический капитал? Или что-то еще?
По итогам встречи Med-7 было принято коммюнике, в котором стороны предупредили о составлении списка санкций в случае продолжения Турцией геологической разведки на кипрском морском шельфе. При этом надо полагать, что на саммите лидеры стран занимались не только выражением вербальной поддержке Греции и Кипра. По некоторым данным в кулуарах Макрон и греческий премьер Мицотакис обсуждали соглашения о сотрудничестве в области обороны между двумя странами, закупке многоцелевых истребителей Rafale и другого французского оборонного оборудования.
Что это означает? Стоит ли ожидать войны? И какую роль здесь может сыграть Франция?
Напомним, что конфликты между Афинами и Анкарой, способные привести к реальному военному столкновению, возникают регулярно. До сего момента их удавалось гасить усилиями НАТО и, в первую очередь, США, которые больше всех заинтересованы в единстве альянса. Однажды, впрочем, дошло и до реальной войны вокруг Кипра, ситуация с которым остается нерешенной до сих пор, и, похоже, нынешние события еще больше отдаляют ее решение.
Но сегодня отношения Анкары с Вашингтоном, откровенного говоря, не самые лучшие, как и с Европой. К тому же, по мнению Европы, Эрдоган перешел все допустимые «красные черты».
В конце августа Франция совместно с Грецией, Италией и Республики Кипр провела военные учения возле спорного острова, которые, как сообщается, являются лишь первым этапом реализации инициативы укрепления четырехстороннего военно-морского и военно-воздушного присутствия в Восточном Средиземноморье. Учения стали ответом на действия Анкары, которая направила свое исследовательское судно Oruc Reis в сопровождении группы военных кораблей для сейсмической разведки на греческом морском шельфе близ острова Кастелоризо. В Афинах это назвали провокацией и привели вооруженные силы в боевую готовность, подчеркнув, что Греция будет отстаивать свои суверенные права любыми способами.
А вот цитата Эрдогана в ответ на заявления французского президента:
«Господин Макрон, у вас будет еще много проблем, связанных со мной. Лучше не связывайтесь с турецким народом и Турцией».
Это уже похоже на угрозу.
Напомним, Париж уже готовится поставить грекам боевые самолеты. В ответ Анкара нацелила ЗРК С-400 на спорный морской район и заявила о намерении приобрести российские многоцелевые истребители пятого поколения Су-57.
— Французские интересы в Средиземноморье, в Африке и на Ближнем Востоке никто не отменял. Франция по-прежнему по-хозяйски ведет себя во многих бывших колониях и у их соседей», — отмечает руководитель экспертного совета Фонда стратегического развития Игорь Шатров.
— И хоть та же Ливия была одно время итальянской, а не французской колонией, она всегда оставалась плацдармом борьбы между французской короной и Османской империей. В разные годы для этого находились свои основания. Сейчас это углеводороды и протяженное побережье, которое позволяет поставить под контроль поток мигрантов из Африки в Европу. Поддержка Греции и Кипра в противостоянии с Турцией — это еще один из бастионов этого французско-турецкого противостояния.
«СП»: — По мнению многих экспертов, Париж и Афины движутся по пути заключения антитурецкого оборонительного союза, Париж, к тому же активно вооружает Грецию. Это ли не эскалация? Для чего это? Дойдет ли до реальных военных столкновений?
— Эрдоган затеял рискованную геополитическую игру, в которую вовлечены и ядерные державы — Россия, США, Франция, Великобритания. Играя на противоречиях между ними и между ними и другими странами, он повышает собственные ставки и потихоньку превращает Турцию в ведущую державу региона. Ливия и Кипр — плацдармы этой «войны.
При этом не думаю, что в планах турецкой «большой игры» есть вооруженный конфликт с Францией и Грецией. Это невыгодно ни Турции, ни Франции, ни Греции. Невыгодно, потому что бесперспективно, все равно придется мириться, а это будет выглядеть как поражение. Однако покусывать друг друга эти союзники по НАТО будут продолжать. Ведь напряженность вовне легко «продается» внутри. И у Эрдогана, и у Макрона есть потребность в такой внешнеполитической активности. Она позволяет более уверенно разговаривать с избирателем. В то время как «великий западный кормчий» — Соединенные Штаты заняты своими внутренними проблемами, а по внешнеполитической повестке отделываются хоть и громкой, но риторикой, и Франция, и Турция способны на силовые действия «на земле». Пока никто не следит, похоже, думают в Париже и Анкаре, есть возможность перераспределить и ресурсы, и влияние. Но для реального столкновения нужны очень веские основания.
— У Вашингтона своих проблем сейчас вагон и маленькая тележка. Как минимум, до президентских выборов внутренние вопросы в Белом доме будут в приоритете. И вот этой передышкой и намерены воспользоваться как в Париже, так и в Анкаре. При всем при том понятно, что Турция нужна Соединенным Штатам в роли ближневосточного жандарма. И у США есть инструмент для воздействия на Турцию. Это курдский вопрос. Так что как только представится возможность, США не упустят своего шанса вмешаться и охладить союзников, сохранив их в одном блоке».
— Прежде всего, на эти отношения нужно бросить геополитический взгляд, — считает политолог Владимир Можегов.
— На лицо конфликт идеологий. Проще говоря: Эрдоган хочет возродить Османскую империю, а Макрон выступает как представитель мондиалистских элит. То есть, с позиций прямо противоположных. Мондиалистов крайне раздражают притязания Эрдогана на воскрешение Великой Турции, Эрдоган же ведет себя слишком импульсивно. Отсюда эти постоянно искрящие конфликты. Ну и конечно интересы французов в Ливии и других бывших французских колониях. В то время как Эрдоган притязает на роль защитника всего традиционного ислама.
«СП»: — Франция активно вооружает Грецию. Это ли не эскалация? Для чего это? Чем это может кончиться?
— Думаю, ничем. Во всяком случае, до тех пор, пока ведущие геополитические игроки — Россия и США не намерены будут раздувать конфликт. Насчет России здесь можно быть совершено спокойным — ей война не нужна. С Америкой сложнее. Если у власти останется Трамп, он конечно, не допустит конфликта. Если к власти придут демократы, а с ними в актуальную политику вернется глобалистская повестка и отмороженные неоконы, можно ждать чего угодно. В первую очередь — эскалации Ближневосточных конфликтов, а следом — цепной реакции, в которой конфликт Эрдогана с Макроном и Грецией может сыграть не последнюю роль.
Позиции демократов и консерваторов в США прямо противоположны. Трамп выступает за традиционный многополярный мир, мир нескольких центров силы, на которых будет держаться стабильность мира. В этом широком смысле и большая Турция, и большая Россия — его стратегические союзники. Демократы — за глобальный мир с одним единственным центром силы. А значит: за обращение всего мира в зону «управляемого хаоса». В случае победы Байдена изменится всё. Рано или поздно (скорее рано, они будут наверстывать упущенное за президентство Трампа время) весь мир будет зажжен тлеющими и горячими конфликтами, это неизбежно. При этом, народы будут загнаны под домашний арест ковидных карантинов и со страхом ожидать последствий.