отношения катара и сша
Закулисные игры: как катарское лобби в США укрепило позиции Дохи в Персидском заливе
Катар за последние 10 лет заплатил 75 миллионов долларов американским политикам, лоббировавшим интересы эмирата в Соединенных Штатах. Эта информация была обнародована минюстом США.
Американский «Закон о регистрации иностранных агентов» (FARA) требует от лоббистов раскрывать информацию о своей деятельности и получаемых средствах. Благодаря этому стали известны не только имена главных «продвиженцев» интересов Катара, но и суммы, которые они получают за свои услуги.
Кто отстаивает интересы Дохи в Вашингтоне, на что тратятся десятки миллионов долларов и отработали ли американские сенаторы свои деньги — разбиралась Международная редакция ФАН.
Зачем Катару помощь США
Доха начала активно продвигать свои интересы на Западе в последние два с половиной десятилетия. Так, к примеру, Катару удалось пролоббировать размещение на своей территории крупнейшей военной базы Соединенных Штатов Аль-Удейд, которая позволяет разместить более 10 тысяч военнослужащих.
На базе находятся передовые региональные командные штабы Центрального командования ВС и ВВС США, базируется авиация ВВС США и сил Международной коалиции, чьи самолеты выполняли до 300 вылетов в период наиболее активных действий в Ираке, Сирии, Афганистане.
Очевидно, поддержка Штатов необходима государству ради укрепления позиций на ближневосточной арене, где главными соперниками Дохи выступают Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) и Саудовская Аравия.
История катарского лобби
Доха, действующая с позиции «мягкой силы», активно использует дипломатические каналы с 1995 года, когда шейх Хамад бин Халифа аль Тани возглавил эмират. Именно с него начались масштабные инвестиции катарских властей в информационные кампании в прессе и первые попытки наладить контакты с зарубежными властями.
Лоббисты Дохи в Вашингтоне
Санкции арабской коалиции вынудили катарские власти существенно увеличить свои траты на продвижение интересов в Вашингтоне. Документально подтвержденные расходы Дохи на американское лобби в период с 2017 года составили 54 млн долларов. Это почти три четверти от всех затрат на продвижение за последние десять лет.
Деньги направлялись в основном на расширение каналов личной связи с сотрудниками американского парламента и сенаторами.
Таня Рахалл
История вхождения в американскую политику для Дохи началась с 2004 года, когда в конгрессе сформировалась так называемая «катарская фракция». Ее появлению способствовала Таня Рахалл — сестра покойного сенатора Ника Рахалла, занимающая сейчас пост управляющего директора RTK Consulting Group LLC. Ник, ветеран американской политики, в 1976 году был избран в конгресс по четвертому округу, став представителем от штата Западная Вирджиния.
В декабре 2002 года Рахалл зарегистрировалась в качестве зарубежного представителя посольства Катара в США. За гонорар в 15 тысяч долларов в месяц она активно продвигала катарские проекты и вела переговоры с представителями американского истеблишмента.
Уже в апреле 2003 года ее брат-сенатор принял участие в дохинской конференции «Демократия и свободная торговля». В поездке к нему присоединились еще четыре сенатора. За этим визитом последовал ряд прокатарских резолюций американского парламента за авторством Ника.
«Катарская фракция»
Участие в катарском лобби для Тани Рахалл завершилось в январе 2006-го: к этому моменту она сформировала группу Конгресса по катарско-американскому стратегическому партнерству (CCQASRC) — своеобразный «закрытый клуб», к которому также присоединились несколько сенаторов, включая Гаса Билиракиса, Андре Карсона, Билли Лонда и Джо Уилсона. Со временем «катарская фракция» разрослась до 50 конгрессменов.
Впоследствии, уже после начала блокады Дохи арабскими государствами, «катарская фракция» заключила своеобразный союз с фракцией «Свобода». В нее входит группа республиканцев из «Чайной партии», среди целей которой — противостояние политическим соглашениям между республиканцами и демократами для принятия неких «секретных законов».
Сотрудничество «катарцев» и «Свободы» началось, когда Доха попыталась заручиться поддержкой тогдашнего президента США Дональда Трампа и его союзников в Белом доме. С февраля по июль 2017 года лоббисты активно поддерживали контакты с директором по политике «Свободы» Джастином Уиметтом и республиканцем Дэвидом Швейкртом.
Связь с командой Трампа
Большой политический переполох на президентских выборах 2016 года, когда победил ранее не занимавший ни государственных постов, ни военных должностей Трамп, сулил Дохе большие надежды.
Еще до инаугурации вновь избранного главы Штатов «катарская фракция» начала искать выходы на команду нового президента. Лоббистам удалось выйти на Эйба Гольдшмидта, который был специальным помощником Трампа и помог связаться с другими его сторонниками — Мэттом Мауэрсом и Риком Дирборном.
Впоследствии эти связи отчасти помогли эмирату пережить блокаду со стороны стран Персидского залива. В 2018 году посольство Катара заключило контракт с Ballard Partners. Глава этой компании Брайан Д. Баллард поддерживает тесные связи с Дональдом Трампом более 30 лет.
Стратегия лоббистов Катара
Одним из главных элементов стратегии Катара по укреплению позиций на Западе стало торговое сотрудничество Дохи с американскими штатами. Большое содействие ей в этом оказали сенаторы, которые руководствуются логикой: чем крепче экономические связи, тем благосклоннее будут избиратели и тем больше шансов на переизбрание в Конгресс.
Крупные инвестиции помогли Дохе установить особые отношения с Флоридой и Южной Каролиной. Лоббистам в первом штате Катар заплатил 2,1 млн долларов за помощь в налаживании контактов с местным губернатором Риком Скоттом, а в Южной Каролине аффилированная с катарским минобороны компания Barzan Holdings открыла собственный офис и заключила соглашение о закупке американского военного оборудования. Бюджет представительства составил 20 569 000 долларов.
Контракты позволили катарцам установить крепкие связи с сенатором от Южной Каролины Линдси Грэмом. Республиканец стал одним из самых активных критиков наследного принца Саудовской Аравии Мухаммада бин Салмана Аль Сауда и противников блокады Катара.
Впрочем, в своей стратегии лоббисты не ограничиваются одними бизнес-инвестициями. В период с декабря 2014 по май 2015 года они активно взаимодействовали с наиболее известными аналитическими центрами, в числе которых Вашингтонский институт, Центр американского прогресса и Атлантический совет. Кроме того, Доха финансирует студенческие программы в Штатах и выделяет деньги на поддержку операций Пентагона и Международной коалиции на Ближнем Востоке.
Как Катар пережил блокаду
Однако самой большой угрозой оказались контакты Дональда Трампа со странами, входящими в коалицию противников Катара. В один момент президент США обрушился с критикой в адрес Дохи, обвинив ее финансировании терроризма — и здесь катарским лоббистам пришлось действовать решительно, но аккуратно.
Чтобы противостоять нежданному давлению, Катар нанял фирму Information Management Services. Ее специалисты развернули обширную информационную кампанию, призванную повысить осведомленность аудитории о блокаде и нарушениях международного права, допущенных в отношении Дохи.
Благодаря уже налаженным связям лоббисты одновременно с этим вышли на главу администрации Белого дома Марка Медоуза и советника Трампа по национальной безопасности Бретта МакГерка. Менее чем через год им удалось организовать встречу катарского эмира с президентом США. На ней Аль-Тамим бин Хамад Аль Тани поспешил напомнить главе Штатов об авиабазе Аль-Удейд, подчеркнув ее важность в борьбе с терроризмом.
Этот диалог стал своеобразным итогом тонкой и расчетливой политической игры катарских лоббистов. Вполне возможно, что она в конечном итоге не только помогла Дохе справиться с международной блокадой, но и добиться ее снятия 4 января 2021 года на саммите стран Персидского залива. Фактически именно усилия «катарской фракции» помогли доказать бессмысленность санкций против Дохи — по крайней мере, на региональном уровне.
Отношения катара и сша
Вначале стоит ретроспективно напомнить, что дипломатические отношения между государствами были установлены в марте 1973 г., а механизмы двустороннего политического и экономического взаимодействия в основном сформировались в середине 1980-х гг. В начале 1990-х гг. руководство эмирата, проанализировав события, связанные с ирако-кувейтским конфликтом 1990–1991 гг., сделало свою ставку на США. Еще одним важным доводом в пользу опоры на Вашингтон послужила его поддержка, оказанная нынешнему эмиру страны Х.Аль Тани в ходе бескровного переворота 1995 г., в результате которого он пришел к власти.
Сегодня Соединенные Штаты занимают ведущее место во внешнеполитических и внешнеэкономических связях Катара. Доха рассматривает сотрудничество с Вашингтоном в качестве важного элемента поддержания стабильности эмирата, его безопасности и, как следствие, фактора устойчивого поступательного роста экономики и социального благосостояния.
В свою очередь, США также проявляют значительный интерес к Катару, занимающему важное геостратегическое положение в Персидском заливе. В частности, учитываются соображения энергетической безопасности, стремление иметь гарантированный свободный доступ к крупным запасам углеводородного сырья. Немаловажное значение для Белого дома играет стремление катарцев упрочить двусторонние торгово-экономические, инвестиционные и военно-технические связи.
Торговые и инвестиционные связи между Дохой и Вашингтоном развиваются весьма динамично. Сегодня именно экономическое взаимодействие, по сути, является базой партнерства двух стран. В последнее время интерес компаний США к эмирату значительно вырос в связи с благоприятным инвестиционным климатом и сравнительно низким уровнем террористической угрозы. Активно функционирует Катарско-Американский деловой совет, ведется работа в рамках подготовки соглашения о создании зоны свободной торговли.
Основные статьи американского экспорта в Катар – продукция машиностроения, а импорта – углеводороды и удобрения. По экспорту своей продукции в эмират США прочно удерживают первое место — на их долю в 2010 г. приходилось 15,5% от общего импорта арабской монархии[i].
Товарооборот между двумя странами стабильно превышал 3 млрд долл. с 2007 по 2011 гг., а в 2011 г. впервые перевалил за 4 млрд долл. (см. Таблицу), чему во многом способствовал постоянно растущий экспорт катарского сжиженного природного газа в этот период.
Товарооборот Катара с США в 2000-2011 гг.
Источник: US Census Bureau
Как видно из таблицы, объем товарооборота в 2010 г. равнялся 3,626 млрд долл. (из них катарский импорт – 3,16 млрд, экспорт – 466,4 млн[ii]. Затем стороны продолжали развивать торгово-экономические связи, и по итогам 2011 г. были отмечены скачок катарского экспорта в США (1,2 млрд долл.) и снижение импорта (2,8 млрд долл.)[iii].
Как представляется по итогам текущего года, показатель товарооборота серьезно понизится, в первую очередь за счет снижения катарского экспорта, поскольку из-за активизации добычи сланцевого газа на собственной территории американцы свели к минимуму импорт «голубого топлива» из эмирата в 2012 г.
Несмотря на прогнозируемое уменьшение общего показателя внешней торговли между государствами, крупный американский бизнес продолжают последовательно внедряться в катарскую экономику. Например, компания «Дженерал электрик» построила в городе Рас Лаффан региональный сервисный центр, который будет ремонтировать и обслуживать газовые турбины. Затем та же компания открыла в Катаре научно-исследовательский центр передовых технологий, который ведет исследования в энергетике, авиации, здравоохранении[iv].
Ряд американских компаний («Эксон Мобил», «Оксидентал Петролеум» и «Пеннзойл»), принимает активное участие в разработке углеводородных месторождений в Катаре.
Стоит особо подчеркнуть, что государственное планирование в Катаре осуществляется под контролем и при непосредственном участии западных специалистов, в первую очередь из США, которые координируют большинство мегапроектов в стране.
Катарская экономика находится в тесной зависимости от экономики США еще и в силу привязки курса местной валюты к доллару, характерной для многих государств Персидского залива. Тем не менее, Доха вряд ли откажется от такой привязки в силу необходимости соблюдения общей валютно-финансовой политики Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) в преддверии создания валютного союза.
Следует напомнить, что в 2008 г. во время 29-го саммита ССАГПЗ было принято решение о создании единого валютного союза, что заложило основу для создания Центрального банка Персидского залива. Впоследствии Оман и ОАЭ отказались от этого, остальные страны (Саудовская Аравия, Кувейт, Катар и Бахрейн) все-таки планируют ввести единую валюту. Штаб-квартира Центрального банка будет находиться в Эр-Рияде. Однако ситуация может измениться.
В апреле 2011 г. в Нью-Йорке при поддержке катарской государственной компании по недвижимости «Катари Диар» состоялся масштабный форум «Бизнес и инвестиции в Катаре». Среди 1,5 тыс. участников были премьер-министр, министр иностранных дел Катара Х.Бен Джасем Аль Тани, министр энергетики и промышленности Катара М.ас-Сада, министр экономики и финансов Катара Ю.Камаль, заместитель министра энергетики США Д.Понеман, президент компании «Коноко Филлипс Катар» Э.Исааксон, председатель совета директоров компании «Эксон Мобил» Р.Тиллерсон, а также многие другие высокопоставленные деятели Катара и США[v].
Форум был нацелен на придание нового импульса финансовым потокам американских инвестиций в катарскую экономику, которой, по подсчетам местных специалистов, в ближайшие 10 лет потребуется порядка 170 млрд долл. на реализацию намеченных крупных проектов. В их числе — прокладка метро, железной дороги и сопутствующей инфраструктуры (30 млрд); завершение проекта модернизации международного аэропорта в Дохе (14 млрд); строительство нового морского порта (5 млрд).
Катарские компании активно действуют на территории США. Так, американское отделение «Катар Петролеум» (доля в проекте — 70%) совместно с «Эксон Мобил» (17,6%) и «Коноко Филлипс» (12,4%) инвестировали в строительство на побережье Мексиканского залива терминала «Голден Пасс» для приема сжиженного природного газа (СПГ) из Катара. Поставки уже начались в октябре 2010 г., иесли не случится ничего форс-мажорного, то они продолжатся в течение 25 лет, согласно договору, подписанному всеми участниками проекта.
Данное сооружение, мощностью 15,6 млн т СПГ в год[vi], имеет две пристани для танкеров, пять емких резервуаров для хранения СПГ и два завода по выпариванию[vii]. Терминал будет принимать углеводороды с двух катарских заводов по производству СПГ – «Катаргаз-3» и «Расгаз-3». Официальное открытие «Голден Пасс» состоялось на нью-йоркском форуме.
Помимо «Катар Петролеум», с США активно сотрудничает авиакомпания «Катар Эйрвейз», которая подписала соглашение о приобретении пяти (в дополнение к ранее купленным шести) новых «Боингов 777» на сумму 1,4 млрд долл[viii].
Американские участники инвестиционного форума особо отмечали следующие области для возможного вложения финансовых ресурсов США в экономику Катара: информационно-коммуникационные технологии, средства массовой информации, недвижимость, здравоохранение, культура, спорт, туризм. В этой связи запланированы ряд двусторонних встреч и деловых семинаров для более четкого определения конкретного круга вопросов по развитию перспективного и эффективного взаимодействия.
Итогом двухдневного форума стало подписание Катаром и США трех крупных сделок, среди которых: а) упомянутый выше договор «Катар Эйрвейз» о покупке американских самолетов; б) пятилетний контракт между госкомпаниями «Катари Диар», «Катар Рейлвейз» (дочернее предприятие «Катари Диар») и американскими фирмами «Парсонс Интернешнл» и «Аэком» об инвестировании 155 млн долл. в строительство линии легкого метро в катарском городе Лусайле, возведение которого ведется в настоящее время. (Протяженность метро, по словам представителей специально созданной на базе «Катари Диар» компании «Лусайл Риал Истейт Инвестмент Кампани», должна составить около 30 км[ix]); в) соглашение между катарским Управлением по общественным работам «Ашгаль» и «Парсонс Интернешнл» о строительстве двух автомагистралей в Катаре.
Помимо коммерческих договоров, был подписан Меморандум о взаимопонимании по вопросам разработки экономичных и экологически устойчивых технологий в сфере энергетики между катарским «Научно-технологическим парком» (подразделение государственного фонда «Катар Фаундейшн») и Департаментом энергетики правительства США[x].
Кроме того, накануне нью-йоркского мероприятия государственная компания «Катари Диар» вложила 700 млн долл. в строительство вашингтонского микрорайона «Сити-центр Ди.Си.», включающего в себя жилые здания, офисные сооружения и гостиницы[xi].
Примечательно, что активное инвестиционное сотрудничество Катара и США осуществляется параллельно с укреплением двусторонних политических контактов на высшем уровне. Достаточно сказать, что в течение одного месяца 2011 г. эмир Катара Х.Аль Тани дважды посещал США: сначала Лос-Анджелес (7 апреля), затем Вашингтон (14 апреля).
По заявлению бывшего посла Соединенных Штатов в Катаре Дж.Лебарона, «это была не только первая официальная встреча лидеров двух государств, но и символ прочных связей между странами во многих важных областях»[xii]. В ходе двусторонних переговоров обсуждались совместные проекты в сфере недвижимости, инфраструктуры, коммерции, науки и образования. Между Катаром и США было подписано несколько сделок на общую сумму 5 млрд[xiii] долл.
Таким образом, текущее состояние и перспективы экономического сотрудничества двух стран свидетельствуют о том, Вашингтон рассматривает небольшой по площади и по населению эмират в качестве эффективного торгового партнера. В свою очередь, Катар «тянется» к налаживанию внешнеэкономических связей с США, поощряя дальнейшее проникновение на местный рынок американского бизнеса.
В 2011 г. политическое взаимодействие Катара и США в целом укреплялось, несмотря на сохранение определенных противоречий в позициях по некоторым актуальным проблемам арабо-исламского мира. В качестве позитивного момента можно отметить прояснение позиции Вашингтона по палестинской проблематике. Имеется в виду призыв к созданию независимого Палестинского государства на основе границ Израиля до Шестидневной войны 1967 г., озвученный в программной речи Б.Обамы в Госдепартаменте США 19 мая 2011 г[xiv].
Вместе с тем, американцы недовольны процессом примирения между соперничающими группировками ФАТХ и ХАМАС, расцениваемому в эмирате как большой успех на пути к урегулированию палестинской проблемы.
Взгляды Катара на продвигаемую США идею демократизации арабского мира не изменились. Доха по-прежнему настаивает на том, что демократия должна вызревать внутри и гармонировать с культурно-этическими особенностями арабского общества.
По событиям «арабской весны» у Катара и Соединенных Штатов позиции в целом близки, за исключением незначительных моментов. Тем не менее, серьезным раздражителем в двусторонних отношениях продолжает оставаться критическое освещение катарским телеканалом «Аль-Джазира» действий американцев в Афганистане. Однако, несмотря на давление Вашингтона, руководство эмирата продолжает гнуть свою линию.
Тем не менее, определенная зависимость от США все же присутствует: недалеко от катарской столицы находится крупная военная база США Аль-Удейд, которая, в частности, была активно задействована во время военной интервенции США в Ираке. Численность американских военных там составляет более 4 тыс. чел. Для сравнения: собственная армия эмирата насчитывает около 12 тыс. чел.
База оснащена самыми современными системами связи и управления. Осуществляя постоянную радиолокационную разведку всего региона с помощью специального оборудования, Вашингтон тем самым отслеживает все передвижения в двух водных артериях — Ормузском проливе и Персидском заливе.
На базе размещены бомбардировщики B-1B, большие транспортные самолеты C-130, C-17, заправщики КC-10, КC-135, самолеты БПА (базовой патрульной авиации) Р-3 «Орион» и самолеты дальнего радиолокационного обнаружения Е-8.
За последние годы в модернизацию Аль-Удейд было вложено более 100 млн долл. На взлетной полосе базы могут разместиться до 100 боевых самолетов.
С одной стороны, американский «зонтик» безопасности способен защитить эмират от возможных военных нападок соседних стран, но с другой – являясь плацдармом, Катар сам может быть втянут в военные действия и пострадать, если США или их союзники по НАТО вдруг решать в очередной раз воспользоваться базой, расположенной всего в 40 км от Дохи.
Стремление сохранить региональную безопасность — это один из краеугольных камней внешней политики эмирата. И хотя Доха отнюдь не всегда согласна с Вашингтоном касательно путей осуществления этой задачи, она, тем не менее, принимает участие в соответствующих американских инициативах. Наиболее значимая в этом плане — программа Диалога по безопасности в Персидском заливе (Gulf Security Dialogue), запущенная США в 2006 г. с целью расширения и углубления военно-политического партнерства с аравийскими монархиями.
Основные направления деятельности в рамках этой программы следующие:
Как видно, программа охватывает широкий спектр злободневных и острых вопросов, ответы на которые Белому дому необходимо искать в развитии сотрудничества не только с Катаром, но и с другими государствам Залива.
США тесно взаимодействуют с эмиратом в сфере борьбы с терроризмом. Стороны стремятся обеспечить контроль над финансовыми потоками с тем, чтобы перекрыть каналы финансирования террористической деятельности. «Катарский национальный банк» учитывает рекомендации Вашингтона при разработке инструкций, регламентирующих финансовые операции, включая отправку и получение денежных переводов.
Белый дом оказывает Дохе помощь по линии антитеррористических программ International Military Education and Training (IMET), Nonproliferation, Anti-terrorism, De-mining and Related Programs – Anti-terrorism Assistance (NADR-ATA).
Осуществляется контроль за авиапассажирами, следующими из катарского столичного аэропорта в США. В частности, действует договоренность о сборе и заблаговременной передаче американцам информации о клиентах авиакомпании «Катар Эйрвейз», направляющихся в Соединенные Штаты. В Доху регулярно поставляется современное американское оборудование для досмотра авиапассажиров, а также для усиления контрольного режима на сухопутных и морских границах эмирата.
Важным направлением двустороннего сотрудничества в последние годы стало взаимодействие в области атомных технологий. В частности, речь идет о проектах строительства научно-исследовательского реактора многоцелевого использования, налаживании технического контроля за перемещением радиоактивных веществ в международном аэропорту Дохи и других пограничных пунктах, а также о перспективах строительства АЭС в Катаре и использовании ее для опреснения воды и развития энергоемких производств.
Стороны заявили о готовности подписать совместный меморандум о взаимопонимании в области атомной энергетики, в котором будут определены рамки для заключения более развернутых соглашений и контрактов.
Говоря о военном сотрудничестве, стоит напомнить, что соглашение по вопросам обороны и безопасности, подписанное между двумя странами в 1992 г., предусматривает консультативную помощь со стороны Соединенных Штатов и проведение совместных маневров.
В декабре 2002 г. в ходе визита в Катар министра обороны США Д.Рамсфелда было подписано соглашение об усилении военных связей. В частности, предусмотрены продление американского военного присутствия в эмирате на 20 лет, активизация военно-технического сотрудничества (ВТС) и постепенное увеличение численности военного контингента США в Катаре[xvi].
Совместные учения вооруженных сил двух стран стали регулярной практикой. Самые крупные из них — ежегодно проводимые маневры ВМС «Дезерт парк». При содействии инженерного корпуса американской армии в эмирате построены узел связи, склады боеприпасов и другие объекты.
В настоящее время Вашингтон для Дохи — один из основных поставщиков вооружения и услуг военного назначения. Руководство Катара модернизирует национальные вооруженные силы, делая ставку на развитие ВТС с США.
В 2010-2011 гг. военные контакты между Дохой и Вашингтоном осуществлялись довольно интенсивно. Американские военные делегации регулярно посещали эмират, главной темой переговоров были вопросы усиления противоракетной и противовоздушной обороны.
Сказанное выше позволяет говорить о перспективе дальнейшей активизации взаимодействия двух стран в военной области. Кроме того, в будущем вполне можно ожидать расширения масштабов американского военного присутствия в Катаре по двум причинам.
Во-первых, из-за сохранения нестабильности в регионе. Во-вторых, в результате окончания американской военной кампании на территории Ирака.
Важно подчеркнуть, что сотрудничество в образовательной сфере рассматривается американцами как один из важных факторов влияния в Катаре. Количество катарских граждан, получающих образование в США, составляет более 750 человек (это половина всех катарцев, проходящих обучение в высших учебных заведениях за рубежом).
Кроме того, в последние годы в Катаре закрепилась практика получения американского высшего образования на месте, без выезда в США. Для этой цели в эмирате создано несколько филиалов ведущих американских вузов, осуществляющих подготовку специалистов по американским стандартам, на английском языке, с задействованием американского профессорско-преподавательского состава (по этим программам сейчас проходит обучения порядка 500 чел.).
В Образовательном городке Дохи (Education City) находятся филиалы пяти ведущих американских университетов и колледжей США: Virginia Commonwealth University (представлен в Катаре с 1998 г., специализация – дизайн, моделирование одежды), Weill Cornell Medical College (в Катаре – с 2001 г., медицинские специальности), Texas A&M University (в Катаре – с 2003 г., инженерно-технические специальности), Сarnegie Mellon University (в Катаре – с 2004 г., обучение по специальностям «бизнес-администрирование» и «компьютерные технологии»), Georgetown University School of Foreign Service (в Катаре – с 2005 г., осуществляет подготовку специалистов для дипломатической работы).
С учетом такого разнообразия представленных в эмирате американских заведений можно прогнозировать значительное усиление американского влияния практически во всех государственных и бизнес-структурах Катара.
Таким образом, отношения между двумя странами в различных областях носят характер стратегического партнерства и, судя по всему, останутся таковыми в будущем. Оба государства осуществляют так называемую «сверку часов» по основным актуальным вопросам международной повестки дня, при этом оставляя за собой определенную политическую независимость.