отношения китая и мьянмы
Головная боль для Китая. В Мьянме военные захватили власть и объявили чрезвычайное положение
Китай в последние годы стремился наращивать свое влияние в Мьянме, что обусловлено как поставками энергоресурсов, так и соображениями логистики
Описание: Госсоветник (премьер-министр) Мьянмы, лидер правящей партии Национальная лига за демократию (НЛД), Аун Сан Су Чжи
Президент Мьянмы У Вин Мьин и госсоветник (премьер-министр), лидер правящей партии Национальная лига за демократию (НЛД), Аун Сан Су Чжи задержаны и помещены под домашний арест.
Представители вооруженных сил Мьянмы объясняют захват власти неспособностью правительства Мьянмы отреагировать на заявления военных о фальсификациях на выборах.
Военные объявили о переходе власти к главнокомандующему вооруженными силами Мин Аун Хлайнгу.
Вице-президент Мьянмы У Мьинт Шве стал временно исполняющим обязанности президента.
Представители вооруженных сил управляли Мьянмой в течение более 50 лет,
Политическая обстановка в Мьянме обострилась в ноябре 2020 г.
Тогда на парламентских выборах победу одержала НЛД, получив 396 из 476 мест, что позволило партии сформировать правительство на следующие 5 лет.
Союзная партия солидарности и развития, поддерживаемая военными, получила лишь 33 мандата.
Военные заявили о фальсификации и оспорили результаты в верховном суде, но избирательная комиссия не обнаружила доказательств мошенничества.
В конце января 2021 г. военные заявили, что будут защищать конституцию 2008 г., которая позволяет военным взять власть во время чрезвычайного положения, которое может привести к распаду страны или национальной солидарности.
1 февраля 2021 г. парламент Мьянмы должен был собраться впервые после выборов, но военные выполнили свое обещание.
Лидер Мьянмы Аунг Сан Су Чжи и другие чиновники арестованы, сотовая связь и интернет в стране блокируются, что означает совершившийся госпереворот.
Международная реакция уже последовала.
Власти США выразили обеспокоенность в связи с задержанием Аун Сан Су Чжи и других чиновников в Мьянме.
Пресс-секретарь Белого дома Д. Псаки заявила, что США выступают против любых попыток изменить исход недавних выборов или воспрепятствовать демократической передаче власти в Мьянме и примут меры против виновных, если эти шаги не будут отменены.
С призывом освободить Аун Сан Су Чжи и других задержанных чиновников к военным Мьянмы также обратились госсекретарь США Э. Блинкен и глава МИД Австралии М. Пейн.
Отношения между Китаем и Мьянмой, хотя и гораздо более тесные и теплые, чем отношения с другим соседом Китая в Юго-Восточной Азии, Вьетнамом ; также сталкивается с трудностями из-за воздействия якобы спонсируемых Китаем долговых ловушек и поддерживаемых Китаем боевиков на северных территориях Мьянмы.
СОДЕРЖАНИЕ
История
Обе страны и народы, а также официальные языки обеих стран имеют тесные отношения и одни и те же языковые связи, в которых и бирманцы, и китайцы являются частью сино-тибетской языковой семьи и народов.
Современные отношения
Коммерческие отношения
Нарушения прав человека и другие вопросы
От местных жителей поступало множество сообщений и жалоб, связанных с нарушениями прав человека, обвинениями в захвате земель и нанесении ущерба окружающей среде в результате приобретения земель и промышленной деятельности китайскими компаниями.
В 2010 году почти 8000 акров земли были конфискованы у жителей для расширения проекта по добыче меди, поддерживаемого Китаем.
В феврале 2018 года около 800 сельских жителей в штате Качин выразили протест в канцелярию главного министра по поводу экологического ущерба, нанесенного китайскими компаниями, выращивающими бананы с культурой тканей. В феврале 2019 года два репортера подверглись физическому насилию и были насильно задержаны сотрудниками китайского совместного предприятия Tha Khin Sit Mining Company за ранее опубликованную статью о местных жителях в Качине, возражающих против выращивания банановых плантаций.
В отчете правозащитной группы Burma Campaign UK от декабря 2018 года говорится, что китайские компании составляют основную часть корпораций, названных в связи с причастностью к нарушениям прав человека и окружающей среды в Мьянме.
Торговля людьми
Поступали сообщения о более чем 7000 бирманских женщин и девочек, проданных в сексуальное рабство в Китае, где они продаются как «невесты». Сообщалось также, что женщин многократно продавали с целью принудительных родов.
Стратегические отношения
Китай и Россия однажды наложили вето на резолюцию Совета Безопасности ООН, направленную на наказание Мьянмы. В последние годы Китай продемонстрировал нежелание поддержать бирманское правительство и попытался стабилизировать политическую ситуацию в Мьянме.
Военный переворот 2021 года
В середине марта 2021 года стало ясно, что отношения Китая и Мьянмы серьезно ухудшились из-за продолжающихся гражданских беспорядков и военного правления, что поставило под угрозу китайские инвестиции в страну. В другом отчете указывалось, что хунта Мьянмы пытается улучшить отношения с США за счет найма бывшего сотрудника израильской военной разведки. Согласно источнику, Су Чжи, де-факто лидер Мьянмы с 2016 года, слишком сблизился с Китаем, что не понравилось генералам. Китай не поддерживает военное правление в Мьянме и не пытается разрешить конфликт мирным путем без иностранного вмешательства. Несмотря на эти заявления, Китай, наряду с Россией, часто наложил вето на любые резолюции ООН, осуждающие растущую жестокость бирманской военной хунты, опасаясь дополнительных санкций, которые могут нанести экономический ущерб региону, что, как считалось, связано с огромными экономическими интересами Китая в стране. будучи вторым по величине инвестором в Мьянме.
Объяснение непростых отношений Мьянмы с Китаем
1 февраля в результате государственного переворота в Мьянме было свергнуто гражданское правительство во главе с Национальной лигой за демократию (НЛД), возглавляемой Аунг Сан Су Чжи и Вин Мьинт. Военные страны, «Татмадау», теперь удерживают власть в государстве.
Переворот рассматривается как ответ армии на ослабление ее формальной власти, а также на растущие опасения по поводу непреходящей популярности Су Чжи, несмотря на пандемию и кризис беженцев среди народа рохинджа. Су Чжи была удостоена Нобелевской премии мира 1991 года за свои усилия по продвижению демократизации в Мьянме, но потеряла большую международную поддержку, закрывая глаза на тяжелое положение народа рохинджа. «Татмадау» объявили в стране чрезвычайное положение и пообещали «вернуть власть победившей партии» после следующих выборов, запланированных на следующий год.
После двух недель в основном мирных демонстраций по всей стране вспыхнули ожесточенные столкновения. 19-летний протестующий был серьезно ранен в столице страны Нейпьидо. По неподтвержденным данным, в других местах были жертвы, поскольку толпы людей собирались в таких крупных городах, как Янгон и Мандалай.
Доступ в Интернет был прерывистым и контролировался правительством военных, которое также внесло правовые изменения, такие как закон, требующий от людей сообщать о ночных посетителях, и приостановление действия закона, который не позволял силам безопасности задерживать подозреваемых без одобрения суда.
Между тем, Китай, у которого имеется общая сухопутная граница с Мьянмой протяженностью более 1300 миль, в основном хранит молчание. «И Национальная лига за демократию, и «Татмадау» поддерживают дружественные отношения с Китаем», – заявил в понедельник посол Китая в Мьянме Чен Хай, назвав страну «дружественным соседом».
Отношения Мьянмы с Китаем
Китай подвергся серьезной критике. В социальных сетях распространялись слухи, что китайские самолеты доставляли техников и солдат в Мьянму, и что правительство «Татмадау» обратилось за помощью к Китаю по поводу создания нового межсетевого экрана для своего Интернета. Чен, однако, отрицал, что Пекин заранее знал о военном перевороте, и подтвердил недавнее заявление Совета Безопасности ООН для прессы, в котором организация выразила «глубокую обеспокоенность».
Но даже неподтвержденные слухи о предполагаемом вмешательстве Пекина обострили давнюю напряженность между этническими китайскими гражданами и бамарским большинством в Мьянме (число официально признанных этнических групп составляет 135, из которых бамарцы составляют 68%, а китайцы – 2,5%).
Продолжающийся антагонизм коренится глубже современных исторических отношений двух стран. Хотя Мьянма (тогда известная как Бирма) была первой некоммунистической страной, признавшей Китайскую Народную Республику под руководством Коммунистической партии Китая в 1949 году, в конце 1960-х годов наблюдался всплеск антикитайских настроений, который спровоцировал антикитайские беспорядки в 1967 году и привел к изгнанию китайских общин.
В соответствии с реформистской и пацифистской внешней политикой Дэн Сяопина, Китай отказался от поддержки Коммунистической партии Бирмы – запрещенной оппозиционной партии, которую ранее возглавлял отец Су Чжи, – и решил нейтрализовать отношения с военной группой.
После неудавшихся протестов бирманской демократии в 1988 году (при содействии пылких гонконгских и сингапурских посредников) Китай постепенно увеличивал свое экономическое присутствие в Мьянме в последние десятилетия XX века.
Инициатива Си Цзиньпина «Один пояс, один путь» и быстрый экономический рост Китая привели к резкому увеличению доли Китая с немногим более 6% объема экспорта страны в 2010 году до примерно 33% в 2019 году. Объем двусторонней торговли превысил 12 миллиардов долларов в 2019-2020 годах, что сделало Китай крупнейшим экспортным рынком для Мьянмы.
Но попытки Китая добиться внутренней поддержки в Мьянме с помощью экономической помощи и инвестиций – так же, как и его подобные усилия в других странах Юго‑Восточной Азии – были скептически встречены в обществе. Китайские проекты иногда воспринимаются как экономически вредные или угрожающие интересам национальной безопасности.
В 2011 году военная группа в одностороннем порядке приостановила строительные работы на плотине Митсоне, проект стоимостью 3,6 миллиарда долларов, осуществлявшийся в основном за счет китайского капитала. Совсем недавно китайские предприятия в рамках экономического коридора Китай-Мьянма (CMEC) были отложены из-за опасений по поводу задолженности страны перед Китаем, а также значительного участия Китая в ключевых инфраструктурных проектах (например, его владение 85% акций в Глубоководном порту Кьяукфю).
Все это означает, что рост антикитайских настроений в Мьянме можно объяснить не только недавними обидами, но и исторической, и этноцентрической борьбой, а главное – борьбой идентичностей.
Дилемма Китая
Вряд ли Пекин приветствует последние события в Мьянме. С одной стороны, Пекин не может позволить себе обострять и без того непростые отношения с бирманской общественностью, которая подавляющим большинством выступает в поддержку НЛД и Су Чжи, включая некоторые этнические меньшинства, протестовавшие против политики страны в отношении народа рохинджа.
Крупномасштабные инфраструктурные проекты требуют значительной внутренней поддержки и рабочей силы, а это означает, что финансовая и трудовая поддержка местных чиновников и предприятий жизненно важна. Политическая борьба и продолжающиеся демонстрации также могут представлять угрозу для международных предприятий Китая в стране, таких как CMEC.
Изолированный на международном уровне военный режим не только подрывает доверие к гипотетическим угрозам Китая в отношении Мьянмы, но и серьезно подрывает в значительной степени беспрепятственный доступ Китая к значительному экономическому рынку Мьянмы.
По сути, за последнее десятилетие НЛД зарекомендовала себя как надежный союзник Китая: заключая международные торговые сделки, взяв на себя бóльшие обязательства по обмену мнениями в гражданском обществе, выстраивая отношения в рамках инициативы «Один пояс, один путь» и т. д. Действительно, громкий визит Си Цзиньпина в Мьянму в 2020 году закрепил многомиллиардные инфраструктурные сделки, и Пекин был в числе государств, которые открыто поздравили Су Чжи с победой НЛД на выборах в ноябре прошлого года.
С другой стороны, у Китая связаны руки. Пекин уже давно придерживается официального мнения о том, что внутренние дела страны должны решаться внутри самой страны – принцип, который он провозглашает, отвергая критику Запада в отношении Гонконга, Тибета и Синьцзяна.
Китай заблокировал предложенное ООН осуждение от 3 февраля, назвав «новые перестановки в кабинете министров» в Мьянме внутренним вопросом. Любая попытка открыто призвать к прекращению военного правления чревата риском отчуждения членов международного сообщества, которые ищут утешения в избирательной невмешательской и либеральной внешней политике Китая.
То, как Китай отреагирует на происходящие события в Мьянме, вероятно, будет зависеть от множества факторов – удастся ли военным установить контроль, войдут ли США в предварительное соглашение о многостороннем вмешательстве, которое не противоречит основным интересам Китая, и в какой мере НЛД и ее союзники смогут убедить Китай поддержать их. Учитывая все неизвестное, неудивительно, что позиция Китая до сих пор заключалась в отказе от провозглашения четкой позиции.
Пекин затягивает Мьянму в свою орбиту
Железная дорога свяжет Китай с Индийским океаном
Переговоры Си Цзиньпина с Аун Сан Су Чжи состоялись на фоне усилившейся изоляции Мьянмы на Западе. Фото Reuters
В ходе визита председателя КНР Си Цзиньпина в Мьянму подписано 33 соглашения в области инфраструктуры в соответствии с инициативой «Один пояс – один путь». Поезда свяжут юг Китая с побережьем Индийского океана и позволят Поднебесной уменьшить зависимость от поставок нефти через Малаккский пролив. Поскольку Запад подвергает Мьянму остракизму за репрессии против мусульман из народности рохинджа, лидер страны Аун Сан Су Чжи вынуждена идти на сближение с могучим соседом. Но она учитывает также, что некоторые китайские проекты у местного населения непопулярны.
Пекин цементирует свои позиции в Мьянме (Бирме), пользуясь тем, что США наложили на ее военных санкции и вместе с Западной Европой обвинили руководство государства в массовых нарушениях прав человека. Поводом для этой кампании стали события в штате Ракхайн, где армия развернула кампанию жестокого подавления повстанцев из народности рохинджа. Жертвами силовиков стали и мирные жители. В результате около 730 тыс. рохинджа бежали в соседнюю Республику Бангладеш.
Визит Си Цзиньпина состоялся на фоне усилившейся изоляции Мьянмы на Западе. Китайский гость отлично знает, в каком незавидном международном положении оказался южный сосед Поднебесной. В своем выступлении, обращенном к гражданам Мьянмы, он как бы успокаивал их: не волнуйтесь, мы с вами. Отношения двух стран такие же близкие, как у братьев и сестер. «Нам нужно преодолевать тяготы вместе и помогать друг другу», – сказал китайский лидер.
В итоге Китай и Мьянма, как передало агентство Reuters, подписали 33 соглашения, которые фиксируют ключевые проекты, воплощающие собой часть плана «Один пояс – один путь», который Пекин называет Шелковым путем XXI века. В частности, Пекин и Нейпьидо (столица Мьянмы) договорились ускорить создание «экономического коридора», связывающего Юго-Западный Китай с Индийским океаном. На берегу его, в штате Ракхайн, где происходили стычки между войсками и мятежниками, будет углублен порт Чаупхью, способный принимать большие суда.
Как подчеркивает Financial Times, этот порт важен для Китая, поскольку в Чаупхью находятся терминалы ранее построенных нефте- и газовых трубопроводов, идущих в КНР. Порт обеспечивает Пекину альтернативную дорогу для импорта энергии в обход ненадежного с геополитической точки зрения узкого Малаккского пролива.
Некоторые деятели в правительстве Мьянмы ставили под вопрос целесообразность проекта. Ведь порт был построен главным образом для того, чтобы обслуживать торговлю Китая, а не Мьянмы; кроме того, в будущем Китай может использовать его в военных целях. В Нейпьидо опасаются также, что после сооружения порта страна попадет в долговую зависимость от Китая. Именно такой казус случился в Шри-Ланке, где с китайской помощью был построен порт как часть инициативы Шелкового пути.
Ранее Китай предлагал, чтобы инвестиции в порт Чаупхью составили 7,3 млрд долл. Мьянма добилась их снижения до 1,3 млрд.
Чиновник, ознакомившийся с соглашениями, говорит, что они декларируют в общих словах, что проекты будут выполнены. Но ключевые детали торгов, финансирования еще предстоит обсудить на переговорах. Военные, которые обладают большими полномочиями, и гражданское правительство боятся китайских объятий. Ведь проекты «Пояса и пути» служат главным образом интересам Китая. Из-за протестов населения еще в 2011 году строительство гидросистемы на севере страны, которая должна была поставлять электроэнергию, пришлось заморозить.
Китай в прошлом году оказывал нажим на Мьянму, чтобы она заново запустила строительство, но она отказалась это сделать. Тем более что Аун Сан Су Чжи, ныне государственному советнику, а в прошлом знаменитой правозащитнице, и ее партии «Национальная лига за демократию» предстоит в этом году пройти испытание выборами. Не случайно лидер Мьянмы, принимая высокого гостя, указала, что экономические проекты должны приносить выгоды местному населению и не вредить окружающей среде.
В беседе с «НГ» Александр Лукин, глава департамента международных отношений ВШЭ, отметил: «В Мьянме сложная ситуация. Ее фактический руководитель – Аун Сан Су Чжи. Ее Китай по идее должен не любить, потому что эта женщина – борец за права человека. Но в кризисе с рохинджа она повела себя не так, как хотели на Западе. Ее подвергли остракизму. Ей, собственно, некуда деваться. А Китай на права человека особого внимания не обращает. Поэтому отношения между ними улучшились».
Впрочем, традиционно у Китая всегда были с Мьянмой хорошие отношения. Тем более что военные, которые стояли у руля, говорили, что строят бирманский социализм. «Наступило некоторое охлаждение, когда «Национальная лига за демократию» пришла к власти. Но теперь ситуация развивается в обратную сторону. Традиционные связи восстанавливаются. В многополярном мире страны, которые занимают промежуточное положение, если у них ухудшаются отношения с одним из полюсов, ищут поддержки у другого полюса. Это естественно», – заключил Лукин.
Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.
Китайскому предупреждение: бирманцы углядели в перевороте руку Пекина
В неутихающих после переворота в Мьянме выступлениях против военной хунты, кажется, появился внешний актор — Китай. Часть протестующих сочла, что именно Пекин содействовал генералам в захвате власти, а сейчас стоит за мощной интернет-блокадой в стране. Официальный Пекин такие спекуляции отверг. Сомнения в малейшей роли Китая в нынешних событиях в Мьянме выразили и опрошенные «Известиями» эксперты: Пекин поддерживал одинаково хорошие отношения как с гражданской администрацией, так и с военными, и нынешняя политическая турбулентность скорее сыграла против интересов КНР, нежели в их пользу.
Откуда ноги растут
«Военная диктатура сделана в Китае», «Китай, уходи!», «Дорогой Китай, перестань поддерживать хунту». В последние дни такие плакаты стали всё чаще появляться в руках выступающих против военного переворота 1 февраля в Мьянме. Громче слышны призывы бойкотировать товары из КНР. А чтобы яснее донести свои посылы Пекину, демонстрации стали чуть ли не ежедневно проходить у стен китайского посольства в Янгоне.
Первые разговоры о том, что КНР — не просто сторонний наблюдатель за происходящим в Мьянме, появились после того, как официальное информационное агентство Синьхуа, явно выражая позицию властей, назвало арест гражданского лидера Аун Сан Су Чжи и десятков других правительственных чиновников «крупной перестановкой в кабинете министров». В противовес термину «военный переворот», каковым случившееся признали большинство западных стран и сами протестующие.
Когда же в Янгоне, воздушное пространство над которым с 1 февраля было частично перекрыто, приземлились несколько грузовых самолетов из китайского города Куньмин, подозрения в вовлеченности КНР в дела страны усилились. Протестующие предположили, что рейсом из Куньмина были доставлены блокирующее интернет программное обеспечение и даже отряды солдат.
В ответ китайская торговая палата в Янгоне отметила, что грузовые рейсы были частью обычных импортных и экспортных маршрутов двух стран и перевозили морепродукты. А посол КНР в Мьянме Чэнь Хай назвал спекуляции «полной чепухой», заявив, что «нынешнее развитие событий в Мьянме абсолютно не то, что Китай хочет видеть».
По мнению эксперта Центра азиатско-тихоокеанских исследований при Шанхайском институте международных отношений Чжоу Шисина, роль в появлении предположений о вмешательстве Китая и поддержке им Татмадау (как официально именуются вооруженные силы Мьянмы) отчасти сыграли неправительственные международные организации, особенно из числа тех, кто выступает за продвижение демократии и прав человека в Мьянме.
— Некоторые из них предвзято смотрят на происходящие в Мьянме перемены и всегда хотят найти большую страну в качестве козла отпущения в этом вопросе. Китай — их самая идеальная цель, — сказал эксперт «Известиям». — Международные НПО, в частности Фонд американской демократии и Фонд открытого общества, финансируют и некоторые местные медиаорганизации и другие НПО, что делает их уязвимыми перед лицом предвзятого анализа и дезинформации о КНР.
В свою очередь, директор китайской программы в американском Центре Стимсона Сунь Юнь мотивировала появление антикитайских выпадов неправильным восприятием равноудаленности Пекина от гражданской администрации и военных.
— Китай старается быть нейтральным и поддерживать хорошие отношения одновременно и с Татмадау, и с «Национальной лигой за демократию» (партия, возглавляемая Аун Сан Су Чжи). Когда напряженность между двумя политическими полюсами в Мьянме обострилась и военные взяли верх, нейтралитет Китая стал восприниматься как предвзятость, благоприятствующая военным, — сказала она «Известиям».
Не на руку Пекину
Кроме того, именно ныне стоящие у власти генералы отменили в 2011 году китайский проект строительства на севере Мьянмы плотины Мицоне, сославшись на негативное воздействие на окружающую среду. А в 2014 году завернули проект совместной прокладки железной дороги из китайской провинции Юньнань в порт Чаупхью на западе Мьянмы.
Государственный советник Мьянмы Аун Сан Су Чжи и председатель КНР Си Цзиньпин во время встречи в Президентском дворце в 2020 году
Между тем при Аун Сан Су Чжи этот проект имел шансы на возобновление — буквально за три недели до ареста она подписала документы о проведении нового технико-экономического обоснования проекта железной дороги. И именно она год назад подписала 33 соглашения в области инфраструктуры в рамках китайского мегапроекта «Один пояс — один путь» в ходе исторического визита в Мьянму председателя КНР Си Цзиньпина.
— Китай наладил хорошую работу с Аун Сан Су Чжи. А она благодаря своей популярности внутри страны помогла КНР восстановить имидж и влияние на местах. Работа с ней была чистой прибылью для Пекина, — пояснила «Известиям» Сунь Юнь отсутствие у Китая какой-либо заинтересованности в уходе гражданских властей.
Прямой помощи со стороны Пекина для свержения гражданского правительства вряд ли жаждали и военные круги Мьянмы. Долгие годы, пока страна находилась под международными санкциями, КНР оставалась фактически единственным союзником военных властей. И такая излишняя зависимость от соседа давно настораживала Татмадау. Именно этим объяснялось наведение мостов с США (в 2012 году в Мьянме побывал Барак Обама, а через год визит в Белый дом нанес тогдашний президент генерал Тейн Сейн) и укрепление военного сотрудничества с Россией, которая не только продавала Нейпьидо вооружения, но и принимала в вузах бирманских военных (за последние 20 лет обучение в России прошли более 7 тыс. из них).
При этом Пекин никак не противодействовал выходу Мьянмы из-под его исключительной зоны влияния. Напротив, Китай был заинтересован в том, чтобы соседняя страна была не изгоем на международной арене, а относительно стабильным государством. Хотя бы потому, что спокойствие на границе с провинцией Юньнань имеет решающее значение для китайско-мьянманских нефте- и газопроводов или инвестиций компаний из КНР в порт Чаупхью в Индийском океане, который потенциально позволит китайским грузам обходить оживленный Малаккский пролив.
В такой ситуации любая игра против генералов поставила бы долгосрочные экономические планы Китая под угрозу. А вот дистанцирование от ситуации в Мьянме как внутреннего дела страны, воспринятое многими как молчаливая поддержка, уже принесло Пекину определенные репутационные потери на международной арене и лишь усилило давление Запада на китайские власти в попытке добиться осуждения переворота. Выходит, посол КНР в Янгоне вряд ли лукавил, говоря о том, что «нынешнее развитие событий в Мьянме абсолютно не то, что Китай хочет видеть».