отношения россии и румынии на сегодняшний день

Румыния впервые с момента окончания Второй мировой войны официально закрепила Россию во врагах. В стратегии национальной обороны, рассчитанной до 2024 года, говорится об агрессивном поведении нашей страны и о милитаризации Черноморского региона, что создаёт, оказывается, угрозу румынам, как и российское вооружение в Приднестровье. В беседе с Царьградом политолог Сергей Михеев дал оценку «внезапной» враждебности Румынии.

Отношения с Румынией у нас всегда были сложные. Румыния воевала против России в Первой мировой войне, воевала и во Второй мировой войне. Румыния была недовольна территориальными приобретениями России в этой части Европы. Румыния не считает Молдавию независимым государством, а считает её исторически своей частью, которая должна рано или поздно быть лишена государственности и присоединена к Румынии.

В новейшей истории напряжение между нашими странами возникло из-за конфликта в Приднестровье, который молдавские власти, поддерживаемые Румынией, проиграли в 1992 году. С тех пор там сложилась ситуация непризнанной Приднестровской Молдавской Республики, ситуация достаточно равновесная, но при этом для румын неприемлемая. Румыны все эти годы были вынуждены принимать сложившийся вооружённым путем статус-кво, но вели очевидно антироссийскую политику, влияли на всё то, что происходит в Молдавии, лоббировали откровенно антироссийские силы, поддерживали румынизацию и смену гражданства.

Поэтому сейчас они особенно ничем не удивили, когда закрепили нас во врагах в своей стратегии национальной обороны. Это логическое продолжение в военной сфере всего того, что они делали долгие годы в политической. Я напомню, что Румыния одной из первых согласилась на размещение у себя элементов американской ПРО, Румыния является членом НАТО и в целом настроена крайне враждебно в этом отношении.

А после того как Крым присоединился к России, Румыния стала ещё более негативно относиться ко всей нашей политике в Черноморском регионе. Почему? Потому что Крым после присоединения к России стал очень важным с точки зрения влияния на Чёрном море, гипотетическим плацдармом для этого гипотетического театра военных действий. Я надеюсь, что до военных действий никогда здесь не дойдёт, но исключать этого нельзя. Крым стал непотопляемым авианосцем для России, и это очень серьёзно меняет расклад сил на Чёрном море. Румыны этим недовольны, потому что, как известно, не имеют выхода к Чёрному морю.

То, что они записали, конечно, для нас звучит крайне враждебно, но ничего удивительного в этом нет. Это последовательная антироссийская политика Румынии. Румыния в идеале хотела бы полного вытеснения России из Причерноморья, она хотела бы присоединения Молдавии вместе с Приднестровьем и не только: румыны, хоть и не очень громко, но претендуют на несколько приграничных районов, которые сейчас входят в состав Украины. Украинцы стараются этого не замечать, но это так: они раздают румынские паспорта в том числе и многим украинским гражданам румынской или молдавской национальности. В общем, они претендуют на что-то типа «Великой Румынии».

Я бы вспомнил ещё и то, что румыны очень активно участвовали в нападении на Советский Союз во время Второй мировой войны: в частности, им была доверена оккупация Одесской области. И они себя там тоже показали с соответствующей стороны. В конце войны они, правда, формально перешли на сторону СССР. Но какие они союзники? Они просто испугались, поняли, что проигрывают, им не захотелось быть разгромленными до такой степени, как нацистская Германия, и они быстренько предали Германию и перекинулись на сторону победителя. Вот, собственно, и все союзнические отношения. К сожалению, это так. Поэтому никакой дружбы, никакого понимания со стороны Румынии ждать не стоит.

Источник

«Их беспокоит, как дотянуть до зарплаты» История россиянина о жизни в Румынии

После поездки в Италию петербуржец Евгений стал мечтать о жизни в более теплом климате. Когда ему предложили работу в Бухаресте, он немедленно согласился. В рамках цикла материалов о россиянах, перебравшихся за границу, «Лента.ру» публикует рассказ Евгения о переезде в Румынию.

Какие ассоциации возникают у вас с Румынией? Когда в компании, где я работаю, объявили об открытии нового офиса в этой стране, мне вспомнилось что-то про вампиров, про бывший соцлагерь, про экономическую отсталость, цыган и коней. Про то, что столица Румынии — город со смешным названием Бухарест. Еще я вспомнил, что Румынию возглавлял диктатор Чаушеску. Словом, я был удивлен, что ИТ-компания открывает офис в стране, где о компьютерах, должно быть, еще не слышали.

Как оказалось, компьютеры в Румынии все-таки есть. Более того, интернет в Бухаресте — один из самых быстрых в мире, и этот город стал Меккой ИТ благодаря образованной и относительно дешевой рабочей силе. Впрочем, обо всем по порядку.

Я коренной петербуржец и провел в Петербурге большую часть жизни. Единственным исключением был год, когда я учился по обмену в Италии, в небольшом городе Сиена. Этот короткий период оказал на меня сильное влияние. Жизнь в залитом солнцем городе с населением в сто раз меньше петербуржского сильно отличалась от всего, к чему я привык с детства, что я считал нормой и даже удачей.

Первое время я старался об этом не думать, но три года назад в душе снова зашевелилось желание уехать куда-нибудь подальше. Это было особенно печальное время: долгую зиму сменило промозглое лето, для которого у петербуржцев есть особая одежда — «летние пуховички». Мысли о переезде не были мотивированы ни финансовыми, ни карьерными, ни политическими причинами. Санкт-Петербург — очень достойное место для жизни, но я так и не сумел привыкнуть ни к его климату, ни к численности населения.

Я не из тех, кто готов идти к цели любой ценой. Но усилия и не потребовались. По стечению обстоятельств, через несколько дней меня вызвал начальник и спросил, не заинтересован ли я в переезде в Румынию. Едва появившись, моя мечта сбылась, хотя и в несколько извращенном виде.

Переезд

Насколько я могу судить, у Румынии довольно строгие законы об эмиграции. Работодатель должен был доказать, что такого молодца, как я, в Румынии не сыскать, и это, вероятно, было непросто. Впрочем, все это меня не касалось, потому что процесс шел без моего участия. Я же между делом слетал в пару командировок, чтобы познакомиться со страной и новым коллективом. В Петербурге пришлось немного побегать с документами, но самодеятельность не потребовалась — обо всем заботился отдел кадров. Кроме того, мы переезжали целой группой, что скрашивало ожидания в коридорах.

В консульстве Румынии в Петербурге мы получили краткосрочные визы. За время их действия, уже находясь в Румынии, нужно сделать «пермис де шедере» — разрешение на проживание, которое обычно выдают на один год. В нем указан адрес проживания, поэтому одним из обязательных документов является подписанный контракт на съем жилья. В случае смены адреса нужно собирать документы заново и менять «пермис».

Пришлось пройти и медосмотр. Его состав был несколько неожиданным: проверяли слух, зрение, взяли кровь на венерические заболевания. В то же время не проверяли болезни, передающиеся воздушно-капельным путем, например туберкулез.

Следующим сюрпризом оказалось то, что большинство банков отказывались открывать счет без «пермиса», а его делают около месяца. Без банковской карточки я был отброшен на 20 лет назад. В конечном итоге цепочка действий вышла такой: по прилете мы заселились в оплаченный компанией отель и занялись поиском жилья (риелтора тоже предоставила компания), затем прошли медосмотр, после чего подали документы на «пермис» и лишь после его получения открыли счета в банке.

Сложнее всего мне далось прощание с коллективом. Я несколько лет проводил с этими людьми больше времени, чем с семьей, и знал, что в другой стране эту пустоту будет нечем заполнить.

Февральский Бухарест встретил нас морозом и пургой. Жесточайшая вьюга не утихала целую неделю, и, хотя снежный покров неумолимо рос, его никто не убирал. Город был парализован. Большую часть моих вещей еще не привезли, поэтому я ходил по инстанциям и получал бумажки, надев на себя четыре слоя одежды и пряча нос в воротник пальто.

Затем пришли новости от транспортной компании: оказалось, что все вещи украли. Контейнер не успел отъехать от Петербурга и был вскрыт где-то в районе Колпино. Впрочем, страховая компания без вопросов согласилась возместить ущерб. К марту снега не осталось, и по улице можно было ходить в свитере. Жизнь в эмиграции началась.

Румыния

Румыния делится на три области — Валахию (Бухарест находится тут), Трансильванию (книжный граф Дракула именно отсюда) и Молдавию (не путать с Республикой Молдова). Несмотря на системные проблемы, слишком хорошо знакомые моим соотечественникам, за последние 10 лет дела в стране более-менее наладились, и экономика демонстрирует стабильный рост.

У Румынии сложная и трагическая судьба, обусловленная прежде всего ее географическим положением. Долгое время она служила воротами в Европу для Османской империи. Валахия и Молдавия обрели независимость в 1877 году, Трансильвания же оставалась в Австро-Венгрии до конца Первой мировой. Первым королем нового государства стал выписанный из Пруссии Кароль I, а последний, Михай I, отметился тем, что в критический момент вывел страну из фашистского блока. В 1947-м монархия пала, и страна на 42 года стала социалистической республикой. Интересующимся историей современной Румынии могу порекомендовать документальный фильм «30 лет демократии».

Румыния состоит в Евросоюзе, но не входит ни в Шенгенскую, ни в еврозону (это три разных договора). В страну можно попасть по шенгенской визе, румыны могут ездить в Евросоюз без визы, но вот для экспатов «пермис» возможность ездить в Евросоюз не дает. Зато по нему можно сгонять в Хорватию и Болгарию.

У Румынии есть своя национальная валюта — лей. Курс к евро относительно стабильный, за два года он вырос примерно с 4,6 до 4,8 лея за евро. Леи делают из пластика, поэтому они очень медленно изнашиваются. Румыны считают это великой инновацией и с удовольствием рассказывают, сколько средств это экономит бюджету.

В Румынии непривычно оживленная политическая жизнь. То и дело создаются и распадаются коалиции, правительства регулярно уходят в отставку, а на площади Виктории в Бухаресте всегда кто-то протестует. Обычно все проходит дружелюбно, без дубинок и автозаков. И от протестов будто бы даже есть эффект: непопулярные законы отменяют, а коррупционеры попадают за решетку.

Румыния — поразительно красивая страна. Сибиу, Брашов, Сигишоара и Синая, где я побывал, оставили очень приятные впечатления, только Констанца показалась похожей на грязный южный базар середины 1990-х. А уж какая тут природа! У меня, привыкшего к петербургским низинам, горы даже спустя несколько лет вызывают почти религиозный пиетет. Несколько часов на поезде — и ты оказываешься в другом мире. Температура падает на 10 градусов, воздух после столицы кажется дистиллированным, а над горизонтом высятся местами снежные, местами туманные, местами яркие от солнца громады. Карпаты ниже Альп, но для таких маленьких созданий, как мы, эта разница не особенно важна. В конце концов, с точки зрения муравья и Денни де Вито, и Майкл Джордан — одинаковые гиганты.

К востоку от Бухареста находятся Черное море и курортные районы. Я не любитель пляжного отдыха, да и путь на поезде неминуемо проходит через неприятную Констанцу, так что для меня эта территория непривлекательна. Сами румыны предпочитают ездить на пляжи близлежащей Болгарии.

Скажу несколько слов и о людях. Наши менталитеты очень схожи. Румын прежде всего беспокоит, как дотянуть до зарплаты, многих волнует коррупция, а проблемы, которые будоражат западное общество, тут вызывают только неприличные шутки. Конечно, части населения неплохо бы повзрослеть: в Румынии хватает и любителей оставить мусор на природе, и бросить бычок с балкона, и поставить машину на газоне.

Похожи наши народы и в умении стремиться к лучшей жизни и выживать. Этого я не увидел в Италии. Итальянская молодежь живет нереалистичными ожиданиями и удивляется, что с дипломом по политологии, без знания иностранных языков и практических умений невозможно найти работу. Румыны, как и наши люди, смотрят на мир без иллюзий. Наверное, поэтому у них так активно развиваются информационные технологии. Чтобы стать хорошим айтишником, не нужны оборудованные университеты, достаточно ноутбука с парой виртуальных машин и желания учиться. Собственно говоря, у многих в нашем офисе нет никакого профильного образования, и начинали они карьеру со сбора оливок в Италии.

При этом у румын есть значительное преимущество перед нами: они учат иностранные языки. Любой местный айтишник свободно говорит на английском, а многие прибавляют к этому один или даже два дополнительных языка. Слабое владение иностранными языками — это колоссальный сдерживающий фактор для отечественного ИТ-сектора.

Бухарест

Неподготовленному человеку внешний вид Бухареста покажется оскорбительным. После строгого классического ансамбля центра Санкт-Петербурга Бухарест напоминает чудовище Франкенштейна, сшитое из зданий разных времен. На одной улице могут соседствовать все стили — от французского ренессанса до «комми-блоков» и современных «стеклях». К тому же все они будут в плохом состоянии, с грязными стенами, висячей проводкой и зияющими коробками кондиционеров.

Исторические фасады тут не защищаются, большинство старых зданий потихоньку ветшают и ждут своей очереди на снос, а вместо них возводят одинаковые офисы из стекла и листового железа. Только тут я осознал, какая колоссальная — и, за исключением нескольких промахов, успешная — борьба ведется со сторонниками «модернизации» города в Санкт-Петербурге.

Страдают и спальные районы. Они похожи на наши и в основном состоят из знакомых панельных коробок. Румынскому руководству, однако, пришла в голову идея, что на покраске и облицовке можно сэкономить. В итоге многие из домов построены в стиле брутализма. На фотографиях 1970-х аккуратные серые коробочки выглядят даже чем-то привлекательно. Но простояв без ремонта 50 лет, на данный момент они представляют собой устрашающих грязных монстров, ощетинившихся в разные стороны кондиционерами и тарелками антенн.

Вдобавок в Бухаресте очень распространен вандализм. В некоторых районах все стены изрисованы граффити. Уличные художники не жалеют ни жилые дома, ни исторические виллы, ни частные лавки. Свежевыкрашенные поверхности почти сразу покрываются новыми шедеврами уличного искусства. Бескомпромиссная борьба с граффити — еще один пункт, за который я начал уважать Санкт-Петербург. Пусть даже их замазывают краской не в тон, но все-таки по большей части замазывают. И хотя Бродского на стене мне отчасти жаль, но дело не в нем, а в идее, что ты можешь взять и разрисовать понравившуюся тебе стену. Тут я убедился, что такие арт-проекты должны делаться под строгим контролем. Иначе нас ждет полный Бухарест.

Парковаться допускается на тротуарах, если ты оставляешь проход для пешеходов. По факту это означает, что пешеходам иногда остается сантиметров тридцать, чтобы протиснуться мимо машины. На велодорожки автолюбители не обращают никакого внимания. Служба эвакуации появилась буквально в прошлом году, но я пока не видел ни одной их машины, так что автомобилистам беспокоиться не о чем. ПДД тоже носят скорее рекомендательный характер, и румыны легко поворачивают через сплошную или срезают через газон. Отсюда — самая большая смертность на дороге в Евросоюзе — 96 человек на миллион (в России, правда, около 120).

Как можно было довести столицу до такого состояния? Румыны на этот вопрос отвечают стандартно «коммунизм и Чаушеску», который, как многие думают, разрушил «маленький Париж». Я не нахожу этот ответ убедительным. На фотографиях 1920-1930-х годов столь почитаемый румынами București interbelic, «межвоенный Бухарест», уже мало напоминает мифический «маленький Париж». Большое количество модернистских коробок в центре, которые ассоциируются с коммунистическим режимом, на самом деле построено до его становления. Сравнивая же фотографии с современным видом тех же мест, невольно приходишь к выводу, что Бухарест при Чаушеску выглядел лучше.

В 1977 году Бухарест пострадал от сильного землетрясения, что подвигло Чаушеску начать строительство серии бульваров и самого знаменитого здания Бухареста — Дворца Народа (ныне Дворца Парламента). Проект был завершен только в 1997 году. Про дворец много написано в интернете. Это действительно второе по размеру административное здание в мире, уступающее только Пентагону. Оно действительно по большей части пустует. А вот то, что первым человеком, выступившим с его балкона, был Майкл Джексон, сказавший «привет, Будапешт», скорее всего, неправда, во всяком случае, доказательств я не нашел (хотя во дворце Майкл точно был). Зато мало кто знает, что рядом с дворцом сейчас строится Собор спасения нации — самая большая православная церковь в мире.

Создав картину упадка и абсурда, необходимо все-таки привнести в нее некоторый баланс и рассказать, почему Бухарест тем не менее пригоден для жизни. Прежде всего климат, ведь ради его улучшения все и затевалось. Конечно, страдающим от жары тут может быть непросто, но я теплолюбив по природе. В Бухаресте хорошо различимы все четыре сезона. Зима здесь короткая, месяца два, но требует к себе уважения — хотя бы на несколько недель, но улицы будут покрыты снегом. Лето достигает разгара в июле-августе, когда термометр стабильно показывает выше 30 градусов. Но до экстремальных значений температура все-таки поднимается редко. Мои любимые сезоны — это осень и весна. В это время температура держится чуть выше 20 градусов, погода сухая, и город наполняется удивительными красками.

В Бухаресте встречаются и приятные места. В первую очередь это районы Котрочень и Доробанц, которые застроены виллами — от исторических до современных. Хорошо ухаживают и за частью «элитного» первого сектора — сюда попадаешь как в другой город. Изюминкой Бухареста для меня стали его парки. Город в целом очень зеленый, что продиктовано климатом — в разгар лета пешком передвигаться можно только в тени деревьев. Но парки тут получили какое-то отдельное привилегированное положение. Их много, и за ними хорошо следят. Кроме того, довольно активно создаются новые. Может, не такие масштабные, как оставшиеся в наследство от Чаушеску, но все равно сам факт, что от зеленых зон не отщипывают кусочки под строительство, а, наоборот, расширяют их, — это диво дивное.

В огромный плюс городу идет и рациональный размер. В Бухаресте два миллиона жителей. Вроде не так уж и мало, но как радикально это упрощает каждодневную жизнь. В теплое время года (то есть месяцев девять) я предпочитаю передвигаться на велосипеде. Наземный общественный транспорт неплох, хотя никогда не знаешь, приедет за тобой что-то только что с завода или барак на колесах. Действует и современное метро, но пользуюсь я им очень редко — расстояния не те, да я и так провел значительную часть жизни в вагонах под землей.

Бухарест — город с адекватными ценами, особенно по сравнению с западноевропейскими столицами. Снять двухкомнатную квартиру в новом доме стоит около 500 евро (большинство хозяев предпочитают именно валюту). На коммунальные услуги в переводе на наши деньги уходит около пяти тысяч рублей. Цены на еду в магазинах и ресторанах схожи с питерскими (но порции тут намного щедрее). Проезд в наземном транспорте стоит около 20 рублей, большинство поездок на Uber — в пределах 200 рублей. При этом можно сэкономить на отдыхе, потому что билеты в другие европейские страны значительно дешевле.

Наконец, как это ни удивительно, но Бухарест — одна из самых безопасных столиц Европы. В чем причина — для меня отчасти загадка. Это точно не уровень жизни. Не похоже, чтобы полиция тут работала как-то особенно эффективно. Могу предположить — дело все-таки в менталитете. Если каждый ходит с опущенным забралом и в любой момент готов начать грызться за свою территорию, как это часто бывает в Петербурге, то неизбежны конфликты, порой с поножовщиной и стрельбой. Румыны готовы, возможно, на короткую словесную перепалку, но не более. Даже в местные «лихие девяностые», которые были очень похожи на наши, у них не было тех рек крови, которые лились у нас. Тут есть чему поучиться.

Завершая свой рассказ, коснусь традиционно актуальных тем. Во-первых, медицина. Как обычно, есть государственная, есть частная. Для начала необходимо встать на учет к семейному доктору (это государственный служащий). Если заболеете, именно он вас посмотрит и выпишет больничный.

Система сломана, ибо, проснувшись с плохим самочувствием, никто не садится в такси и не едет к врачу, а пытается первым делом как-то привести себя в порядок самостоятельно. А то еще у врача завал, и свободная запись только через несколько дней. В итоге отравившийся в понедельник сотрудник доезжает до доктора в среду, объявляется им здоровым и не получает вожделенный больничный.

Когда я рассказываю, что в России доктор приходил ко мне домой, мне никто не верит. Не горжусь собой, но, так как болею я очень редко, за два года к семейному врачу я так и не записался. Частная же медицина и ДМС работают так, как от них ожидаешь, — если хочешь быстро и без нервов, то лучше доплатить.

Источник

Сменили парадигму: Румыния сочла Россию угрозой своей безопасности

В проекте новой военной доктрины Румынии одной из главных угроз для безопасности страны называют Россию. Президент Клаус Йоханнис заявил о смене парадигмы из-за ухудшения отношений между Москвой и НАТО. Напряжение между сторонами отмечалось еще в предыдущей стратегии обороны Румынии от 2015 года, однако сейчас Бухарест открыто заявил об «агрессии» России и может признать ее «враждебной страной». Подробности — в материале «Известий».

Воспринимается как враг

Румынские власти могут признать Россию враждебным государством и угрозой для черноморского региона. Об этом говорится в проекте национальной стратегии обороны страны на 2020–2024 годы.

«Наращивание военного потенциала по соседству с Румынией, в том числе на восточном фланге, соответственно, на границе с НАТО (милитаризация Крыма в целом, бассейна Черного моря Российской Федерацией, проведение военных учений, наращивание потенциала, посредством которого могут проводиться наступательные и оборонительные операции), создает серьезные вызовы для стратегических национальных интересов, касаясь безопасности границ ЕС и НАТО и обеспечения энергетической безопасности и стабильности в регионе Черного моря», ― говорится в документе. В разделе «Угрозы» Россия идет вслед за экономическим кризисом, вызванным пандемией COVID-19, которая «проверит на прочность сплоченность стран в ЕС».

Президент Румынии Клаус Йоханнис

Как отмечает румынское радио Libera Romania, «впервые после Второй мировой войны Румыния публикует какой-либо документ с упоминанием России». «Дважды встречается фраза об агрессивности со стороны Российской Федерации, судя по описанию, Россия воспринимается как враг», — уточняет радиостанция.

Документ уже одобрил Высший национальный совет обороны, который возглавляет президент Клаус Йоханнис. Теперь очередь за парламентом: если обе палаты утвердят Новую стратегию национальной обороны Румынии, то она вступит в силу.

Йоханнис заявил о глобальной смене парадигмы Румынии «из-за ухудшения отношений между Россией и НАТО, распространения терроризма, гибридных и киберугроз, а также других вызовов». О том, что между Москвой и Североатлантическим альянсом существует напряжение, отмечалось еще в стратегии обороны Румынии от 2015 года. Россию напрямую к угрозам не относили, однако подчеркивали, что «ее действия в черноморском регионе посягают на международное право и ставят под сомнение международный порядок».

Истребители во время совместных учений Северного и Черноморского флотов в Черном море

«Румыния находится в регионе, где раньше существовали замороженные конфликты. Сегодня регион отмечен активными конфликтами и ухудшением отношений между НАТО и Российской Федерацией. Наличие конфликтных зон в регионе напрямую поднимает и проблему безопасности румынских граждан», — говорилось в документе. Помимо этого, в нем было прописано, что «Румыния должна направить действия на сдерживание и защиту от любых агрессивных действий». В проекте новой военной доктрины конкретно указывается, что агрессия исходит именно от Москвы.

«Ничего не вижу, ничего не слышу»

На действия румынских властей отреагировали в России. Так, член комитета Совета Федерации по международным делам, сенатор от Крыма Сергей Цеков заявил, что «именно Румыния всегда была враждебна по отношению к России», а действия Москвы при этом носят исключительно оборонительный характер.

«Что-то мы не слышали возмущенный голос Румынии против реальной агрессивности, когда США напали на Ирак и бомбили Ливию. Тут Бухарест поражает слепота: ничего не вижу, ничего не слышу. » — прокомментировал в своем Twitter сенатор Алексей Пушков возможность признания России враждебной страной в оборонной стратегии Румынии.

В свою очередь, глава международного комитета Совфеда Константин Косачев уверен, что при помощи подобных заявлений Румыния решила в глазах западных стран представить себя в качестве «внешнего рубежа» в противостоянии «российской угрозе». По мнению сенатора, вступая в Североатлантический альянс и Европейский союз, Бухарест рассчитывал оказаться в центре мировой и европейской политики, но оказался на периферии. «Возникает потребность, во-первых, напоминать о себе союзникам и, во-вторых, возвеличивать в их глазах собственную значимость», — отметил политик, добавив, что «российской угрозы национальной безопасности Румынии не существует и не будет возникать до тех пор, пока с территории Румынии не исходит угроза России».

Встреча глав государств на 70-летие военного альянса, Уотфорд, Великобритания

Особое место в проекте новой военной доктрины Бухареста уделено бассейну Черного моря. То, что оно «имеет стратегическое значение для трансатлантической безопасности», признали в конце прошлого года президент Румынии и американский лидер Дональд Трамп. Главы государств договорились укреплять «оборонительную и сдерживающую позиции на восточном фланге НАТО». Вслед за этим эксперты американской аналитической корпорации RAND разработали стратегию сдерживания России в Черном море. По их мнению, этот регион — «центральное место конкуренции между РФ и Западом за будущее Европы». В документе дана рекомендация, согласно которой НАТО «необходимо развернуть передовые системы противовоздушной и береговой обороны в Румынии и Болгарии».

Активный член альянса

Румыния в январе 1994 года одной из первых среди бывших коммунистических стран присоединилась к натовской программе «Партнерство ради мира» (ПРМ). Являясь активным ее участником, Бухарест всячески содействовал проведению операций Североатлантического блока. Так, в 1999 году Румыния разрешила военным самолетам альянса использовать свое воздушное пространство и аэродромы для ведения боевых действий в Югославии.

В сентябре 2001 года, после крупнейших терактов в США, румынский парламент принял решение об участии страны «в международной борьбе против терроризма с использованием всех средств, включая военные». По просьбе Североатлантического альянса Румыния предоставила натовским войскам доступ к своим аэропортам, наземным и морским объектам, а через год впервые направила свой военный контингент в Афганистан.

В июле 2003 года Румыния начала участвовать в операции «Иракская свобода». Через полгода страну приняли в НАТО в рамках «пятого расширения» Североатлантического блока. Получив приглашение на вступление в альянс, Бухарест приступил к масштабной перестройке национальных вооруженных сил, подгоняя их под натовские стандарты. С 2007 года страна полностью перешла на контрактную армию.

Майор Джон В. Трокселл, старший военный советник председателя Объединенного комитета начальников штабов армии США, беседует с румынским полковником Джинелем Блага, заместителем командующего учебно-боевым центром сухопутных войск Гетика, во время посещения учебного центра в Чинку, Румыния

В НАТО отмечают, что Румыния, хотя и модернизирует свою армию, делает это довольно неспешно, выделяя недостаточное количество средств. При этом Бухарест считается активным участником тренировок и учений, которые проводит НАТО.

«Два основных объекта США и НАТО в Румынии — это база огневых средств противоракетной обороны Aegis Ashore в Девеселу и авиабаза Михаил Когэлничану. Также развернута многонациональная дивизия «Юго-Восток», представляющая собой румынскую пехотную бригаду, усиленную некоторыми подразделениями других стран НАТО. Основная роль Румынии с точки зрения сил НАТО — это «спящий потенциал» в виде готовых, но не заполненных личным составом и техникой районов базирования. Периодически на учениях проверяется переброска туда войск и их развертывание. Это вообще характерно для последних инициатив НАТО по сдерживанию России: не разворачивать силы, но готовить инфраструктуру для них», — рассказал «Известиям» старший научный сотрудник ИМЭМО РАН Константин Богданов.

Осенью прошлого года стало известно, что Румыния в течение ближайших 20 лет потратит €2,5 млрд на модернизацию авиабазы Михаил Когэлничану на берегу Черного моря в соответствии со стандартами НАТО. В частности, планируется строительство ангаров, новой ВПП для военных самолетов, хранилища ГСМ и многих других объектов инфраструктуры.

Базу американской противоракетной обороны (ПРО) Девеселу ввели в эксплуатацию в 2016 году. Она стала одним из первых серьезных объектов в рамках развертывания европейского компонента американской глобальной системы ПРО, подразумевающей введение в Европе целого ряда информационных и огневых средств противоракетной обороны, а также развертывание на боевом дежурстве кораблей системы Aegis.

Учения по стрельбе в учебно-боевом центре сухопутных войск Getica в Чинку, Румыния

«Американские войска в Румынии находятся на принципах ротации. Там относительно небольшие контингенты. В общей сложности в Румынии и Болгарии может находиться около 4 тыс. человек. Их главная задача — проведение регулярных учений, с передачей опыта «младшим партнерам». И, кроме того, присутствует такой психологический момент. Российская политика не предусматривает войны против НАТО, но «российская угроза» по-прежнему остается любимой страшилкой восточноевропейских политиков», — рассказал «Известиям» эксперт Российского совета по международным делам Илья Крамник.

По его словам, силы альянса в Румынии в целом нельзя назвать угрожающими для России. «Их наличие скорее является демонстрационным поведением, направленным на закрепление сложившегося политического союза. Что касается наращивания собственной мощи Румынии, то иногда встречаются заявления, что это может демонстрировать недоверие Бухареста к НАТО, но проблема в том, что наращивание войск НАТО в Восточной Европе само по себе скорее подрывает безопасность региона, чем укрепляет», — отметил эксперт.

Кроме того, концентрация войск в этом регионе может увеличить вероятность конфликта, который может возникнуть даже по случайным причинам. «Достаточно вспомнить инцидент с непроизвольным пуском ракеты с испанского истребителя в Прибалтике, — сказал эксперт РСМД. — От подобных инцидентов никто не застрахован, соответственно, увеличение войск в таких приграничных районах само по себе является серьезной угрозой для системы региональной безопасности».

Источник