отношения сша и латинской америки
Отношения между США и странами Латинской Америки
В странах Латинской Америки, начиная от Мексики и заканчивая Патагонией, почти заново формируется независимость. Страны ЛА начали осознавать, что США не единственный центр силы в регионе. Лидеры латиноамериканских стран начали осознавать, что англосаксонская политика США, по выкачиванию ресурсов из своих «партнеров», должна быть прекращена. И даже социокультурный код стран Латинской Америки полностью отличается от США. Либеральные ценности США, с их индивидуализмом и империализмом не как не сочетаются с нынешним взлетом социалистических настроений в большинстве стран Латинской Америки. К этому можно добавить, что США никогда не пыталось наладить конструктивный диалог с латиноамериканскими странами, все политические и экономические связи поддерживались по средству монолога, когда американское правительство, может и не напрямую, но диктовало свои условия всем странам региона.
На протяжении 20 века страны Латинской Америки были фактически вынуждены следовать политике Соединённых Штатов, предоставлять им сырье и дешевую рабочую силу. Всё это происходило из-за лидеров латиноамериканских стран того времени – либо они были неолибералистами, которых привело к власти правительство США, либо тоталитарными лидерами, которые искали способы удержать власть, а это опять же было возможно только при поддержке США, естественно негласной. В пример можно привести правительство Венесуэлы в 70-е и 80-е года, когда неолиберальное правительство, поддерживало только средний класс и верхушку общества, при этом нижние слои общества остались почти без социальной поддержки, а экономика, процветавшая от резкого повышения цен на нефть, медленно начала рушится вследствие огромных растрат правительства и только начало Боливарианской революции и приход к власти Уго Чавеса с его реформами и становлением социальной и партисипативной демократии исправило положение. Сейчас такие реформы проводят, и другие лидеры Латинской Америки: Дилма Руссефф, президент Бразилии, Кристина Фернандез, президент Аргентины, Мишель Бачелет, президент Чили, известный последователь Чавеса – Эво Моралес, президент Боливии. Эти люди – лидеры новой Латинской Америки, независимого и сильного региона.
США сейчас теряют торгового партнера в лице Латинской Америки и давно уже потеряли в политическом плане. Власти Латинской Америки понимают, что Соединенные Штаты будут пытаться разбалансировать экономику региона, чтобы она стала более податливой американским властям. Но страны Латинской Америки уже могут многое противопоставить, благодаря таким межправительственным организациям по интеграции всех стран латиноамериканского региона как: ALBA, СELAC, UNASUR. Но не стоит забывать, что в головах у американского правительства всё еще сохранились принципы доктрины Монро, о невмешательстве других стран в дела Северной и Южной Америки. Поэтому США будет всячески демонстрировать свою силу и будут против формирования крупных торговых связей с другими регионами планеты. Такие форумы как БРИКС вскоре могут перерасти в межправительственные организации и будут охватывать все больше стран, стремящихся стать важными игроками на мировой арене. И не исключено, что не только Бразилия станет представлять Латинскую Америку в этой организации.
Отношения США и Латинской Америки в новом тысячелетии начали изменяться, и далеко не в пользу Америки. Учитывая, ход всей внешней политики США, и её провальный характер на Ближнем Востоке и в Восточной Европе, Латинская Америка постарается находить все больше торговых и политических партнеров по ту сторону Атлантики, но при этом лидеры латиноамериканских государств не будут полностью разрывать свои отношения с Америкой и уже вскоре, возможно, сами будут держать Америку на коротком поводке.
Приоритеты новой старой политики США в Латинской Америке
Байден намерен восстановить лидирующую роль Вашингтона в Западном полушарии
Об авторе: Петр Павлович Яковлев – главный научный сотрудник Института Латинской Америки РАН, профессор Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова, доктор экономических наук.
Джозеф Байден поблагодарил мексиканскую диаспору в штате Невада за поддержку на президентских выборах. Фото Reuters
Одним из внешнеполитических последствий победы Джозефа Байдена на президентских выборах в США станет корректировка курса (по форме и содержанию) в отношении латиноамериканских стран.
Миллионы выходцев из Латинской Америки внесли ощутимый вклад в успех кандидата Демократической партии. И Байден не может не учитывать это обстоятельство. В еще большей степени на политику 46-го хозяина Белого дома повлияют неутешительные итоги латиноамериканского курса Дональда Трампа, который в свойственной ему безапелляционной манере сумел в межамериканских отношениях ухудшить почти все, что можно было ухудшить. Не случайно влиятельный орган латиноамериканских деловых кругов журнал America Economia накануне выборов писал: «Для США, Латинской Америки и всего мира будет лучше, если Трамп потерпит поражение (желательно с разгромным счетом) и покинет Белый дом. Тем самым будет положен конец самому хаотичному и злополучному президентскому правлению в американской истории».
Принято считать, что Трамп до предела снизил интерес Вашингтона к Латинской Америке, вытеснил регион на периферию американских политических и экономических приоритетов. Это так и не так. С одной стороны, президент-республиканец «не баловал» латиноамериканцев своим вниманием, за последние семь десятилетий он стал единственным лидером США, ни разу (!) не посетившим регион со специальным визитом. Исключение составило участие Трампа в совещании «двадцатки» в Буэнос-Айресе в конце 2018 года, к межамериканским делам не имевшем касательства. Проигнорировал он и VIII саммит Америк в Перу (апрель 2018 года), хотя участие в этих встречах, периодически собирающих глав государств и правительств всех 35 независимых стран Западного полушария, считается в Вашингтоне «хорошим дипломатическим тоном».
Вместе с тем Трамп продемонстрировал завидную активность, настаивая на возведении стены на границе с Мексикой, ужесточая политику в отношении мигрантов и добиваясь пересмотра (в свою пользу) условий интеграционного соглашения с этой страной и Канадой – NAFTA. Буквально с первых дней его пребывания в Белом доме в фокусе внимания Трампа находилась Венесуэла, ставшая объектом политико-экономического давления в традициях политики «большой дубинки». Под дамокловым мечом протекционистских мер и угроз введения торговых санкций оказались Аргентина и Бразилия. Почти полному пересмотру подвергся проложенный Бараком Обамой курс на нормализацию отношений с Кубой, а недружественные акции в адрес правительства Даниэля Ортеги в Никарагуа замкнули кризисную дугу в Карибском бассейне, максимально накалили геополитическую атмосферу в этом районе мира.
Стремление доминировать, навязывать свою волю, не принимать в расчет интересы партнеров, создавать конфликтные ситуации и множить настроения непредсказуемости и неуверенности – все эти черты латиноамериканской политики Трампа стали тем наследием, от которого Байден должен будет избавляться в русле объявленного им возвращения к «нормальному внешнеполитическому курсу».
О чем же может идти речь применительно к Латинской Америке? Какие элементы латиноамериканской политики Вашингтона будут пересмотрены новой администрацией, а какие сохранятся?
Прежде чем ответить на эти вопросы, подчеркнем, что Байден располагает максимальным из всех американских президентов за всю историю США опытом работы на латиноамериканском направлении. Возможно, свою роль сыграла принадлежность Байдена к католической церкви, Латинская Америка – самый католический регион мира. (Вспомним другого президента-католика Джона Кеннеди и его «Союз ради прогресса».) Как бы то ни было, интерес к Латинской Америке, зародившийся еще в его бытность сенатором и председателем комитета по международным отношениям, в полной мере реализовался, когда Байден стал в 2009 году вице-президентом и восемь лет фактически руководил реализацией в регионе внешнеполитической стратегии Обамы.
Сторонники Байдена обычно записывают в его внешнеполитический актив видную роль в разработке и осуществлении так называемого плана Колумбия (2000−2015) – масштабной программы американской финансовой и военной помощи колумбийским властям для борьбы с местными наркокартелями и левыми вооруженными группировками. Характерно, что одним из последствий реализации плана явилось проведение в Колумбии неолиберальных рыночных реформ, что позволило подписать американо-колумбийский договор о свободной торговле и в целом укрепить экономические связи между двумя странами. В итоге Богота стала одним из наиболее близких партнеров Вашингтона к югу от Рио-Гранде.
Основываясь на латиноамериканском опыте Байдена, его «команда» сформулировала некоторые приоритеты будущего курса, в том числе:
-→подключение латиноамериканских государств к осуществлению программы опережающего развития «чистой энергетики» (возобновляемых источников энергии), которая должна включить в себя все страны Западного полушария: от Канады до Чили;
-→пересмотр (в сторону либерализации) жесткой иммиграционной политики, проводимой администрацией Трампа и вызывающей острое недовольство южных соседей;
-→поощрение притока частных инвестиций в Латиноамериканский регион, выделение дополнительных ресурсов в размере 4 млрд долл. для экономической помощи странам так называемого Северного треугольника Центральной Америки – Гватемалы, Гондураса, Сальвадора (оттуда в США направляются основные караваны эмигрантов);
-→ужесточение санкций в отношении руководящих деятелей венесуэльского режима, скрывающих, по мнению американских спецслужб, свои активы в странах Латинской Америки, Европы и в США;
-→использование факта проведения в 2021 году IX саммита Америк в США для укрепления межамериканских связей, реанимации подорванных Трампом многосторонних механизмов взаимодействия и на этой основе восстановление лидирующей роли Вашингтона в Западном полушарии.
Указанные подходы вполне можно воспринять в качестве «доктрины Байдена», которая будет определять стратегию действий Вашингтона на латиноамериканском векторе. Ее внимательный анализ подводит к мысли, что победа Байдена коренным образом не изменит места Латинской Америки на шкале международных приоритетов США, но в ряде областей можно ожидать заметных подвижек.
Как отмечалось на сайте президентской формулы Байден-Харрис под названием Build Back Better, главное внимание новая администрация уделит четырем проблемам: борьбе с пандемией COVID-19, восстановлению экономики, достижению расового равенства и вопросам, связанным с изменением глобального климата. К этому перечню следует добавить геополитическое соперничество с Китаем. Исходя из такой иерархии интересов, логично ожидать активизации латиноамериканской политики Вашингтона на трех магистральных направлениях: интенсификация межамериканских торгово-экономических связей, вовлечение стран региона в международные усилия по защите окружающей среды, создание заслонов для экспансии Пекина в Латинской Америке.
Невооруженным глазом видно, что в каждом случае существуют свои подводные камни, способные помешать реализации намеченных планов. Например, значительный рост экономических обменов сомнителен по двум главным причинам. Во-первых, за прошедшие два десятилетия ведущие латиноамериканские страны совершили поворот в сторону динамичных азиатских рынков и нереалистично ожидать отхода от этой линии. Во-вторых, в регионе окрепли позиции собственных транснациональных компаний, включившихся в глобальную конкурентную борьбу, в том числе с корпорациями США. Что касается защиты окружающей среды, то, как показала болезненная реакция президента Жаира Болсонару на международную критику положения дел в Амазонии, педалирование этого вопроса легко может вызвать серьезные трения с Бразилией. Бесперспективными представляются и попытки радикально ограничить продвижение в регион китайского бизнеса. Называя вещи своими именами, Вашингтон упустил момент, когда это еще можно было сделать. Теперь поезд ушел.
Противоречиво будут складываться отношения с Мексикой – ключевой для США страной в регионе. Здесь просматриваются как возможности сближения, так и точки расхождений. Потенциал сотрудничества виден в более конструктивном подходе демократов к проблеме незаконной миграции, их отказе от строительства новых пограничных стен. Что касается разногласий, то они лежат в чувствительной сфере двусторонних торгово-экономических связей, где конкурентные преимущества Мексики (существенно более низкая заработная плата, оставляющая множество лазеек налоговая система, невыполнение обязательств по защите окружающей среды и т.д.) вызывают недовольство американского бизнеса и влиятельных профсоюзов. Конфликтная ситуация складывается и в важнейшей энергетической области: мексиканские власти усиливают позиции государственных предприятий, теснят частные американские компании, делают ставку на расширение добычи ископаемых углеводородных энергоносителей, тогда как администрация Байдена будет поддерживать свои корпорации и отдавать предпочтение альтернативным видам энергии, распространяя эту практику на латиноамериканские страны.
Таким образом, концепция Байдена может быть реализована лишь частично и по большей части создаст лишь оптический эффект перемен. Вряд ли 46-му президенту США удастся слепить качественно новую межамериканскую реальность.
Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.
Как США гнобят Латинскую Америку
В течение двух веков США сотни раз вторгались на территорию латиноамериканских стран, среди которых нет ни одной, где американцы хотя бы однажды не организовали военный путч, но есть немало таких, где они сделали это не один раз. Мексику же янки просто уполовинили
Хочешь знать будущее — загляни в прошлое. Вице-президент США Майкл Пенс вновь подтвердил актуальность этой старой китайской поговорки, напомнив в интервью телеканалу Fox News, что Вашингтон несёт на себе «особую ответственность за содействие демократии и свободе в этом полушарии». По его словам, «речь идёт не только о продвижении идей свободы», но и о том, что «недееспособное государство не имеет границ, а Венесуэла — недееспособное государство».
Действительно, со времён доктрины Монро, появившейся в 1823 году, морская пехота, армия, ВМС и ЦРУ США не признают никаких границ в Западном полушарии.
Поэтому, чтобы представить возможное развитие событий в Венесуэле, где президент США Дональд Трамп «назначил» самозваного «временного» президента вместо действующего, неугодного Вашингтону Николаса Мадуро, просто заглянем в прошлое. И приведём некоторые примеры «заботы» США о латиноамериканцах. Увы, мир совсем не изменился с тех пор, когда были произнесены эти слова: «Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем».
Когда это началось
Латиноамериканские колонии европейских держав отпали от своих метрополий в результате Французской революции и Наполеоновских войн в конце XVIII — начале XIX столетий. Революционеры получили серьёзную материальную и моральную поддержку от США, которые, однако, не позволили им создать из бывших, в основном испанских, колоний крепкие государства, для того чтобы самим доминировать в них. Доктрина Монро провозгласила, что всё Западное полушарие является зоной жизненно важных интересов США.
Президент и вице-президент США Дональд Трамп и Майкл Пенс считают Венесуэлу «недееспособным государством» с несуществующими границами, которые, соответственно, можно нарушить. Фото: www.globallookpress.com
Европейские державы после победы над Наполеоном, несмотря на принципы Священного союза, требовавшие реставрации власти законных монархов, в том числе и в колониях, умыли руки. И Вашингтон приступил к террору и грабежу своих слабых южных соседей, политическую независимость которых поспешил признать первым. Чтобы затем объявить, что считает «любое вмешательство европейской державы с целью угнетения этих стран или установления какого-либо контроля над ними недружественным шагом по отношению к Соединённым Штатам». Вашингтон предупредил европейцев: забудьте о своих колониях в Новом Свете, так как США будут рассматривать любую попытку с их стороны «распространить свою систему на любую часть этого полушария как представляющую опасность нашему миру и безопасности».
Бедная Мексика
Американское коварство, агрессивность и алчность первой на себе ощутила освободившаяся от власти Испании Мексика, территория которой после нескольких войн с США сократилась вдвое. Штаты Техас, Калифорния, Нью-Мексико, Аризона, Невада и Юта — всё это некогда было Мексикой.
Периоды относительного «миролюбия», когда США лишь высаживали в латиноамериканских «банановых республиках» свою морскую пехоту для проведения при поддержке огня с канонерок экзекуций за невыплату «компенсаций» хозяйничавшим в них североамериканским купцам и дипломатам, сменялись новыми войнами и территориальными переделами, захватами оставшихся в регионе европейских колоний.
Из песни слова не выкинешь
Эти регулярные расправы, жертвами которых становились по многу раз Мексика, Гватемала, Никарагуа, Гаити, Доминиканская Республика и другие, увековечены в Гимне морской пехоты США, который начинается с такого куплета:
«От чертогов Монтесумы
До берегов Триполи
Мы бьёмся за нашу страну
В воздухе, на суше и на море;
Прежде всего мы боремся за правду и свободу,
Чтобы наша совесть была чиста;
И мы горды, что претендуем на звание
Морского пехотинца США».
А заканчивается на ноте, столь дорогой сердцу Трампа, Пенса, покойного сенатора Джона Маккейна и многих американцев, убеждённых в том, что они святые, несут миру свет и добро:
«Если солдаты и моряки
Когда-нибудь попадут в Рай,
Они увидят, что его улицы охраняют
Морские пехотинцы США».
Кстати, мелодия этого залихватского Гимна является, как и многое в США, плагиатом. Это — «Дуэт жандармов» из оперетты Жака Оффенбаха «Женевьева Брабантская». И как же это символично: американские морпехи всегда были и остаются жандармами на международной арене.
Не только Мексика, но и все остальные
А когда этого было мало, США решительно перекраивали границы латиноамериканских стран. Так, янки оторвали от Колумбии её провинцию — Панаму, которую сделали «независимым» государством, чтобы взять под свой контроль зону Панамского канала. В ходе испано-американской войны 1898 года, начатой благодаря провокации — подрыву собственного устаревшего броненосца в бухте Гаваны, — отобрали у Испании её последние колонии в регионе, в том числе Кубу. Никарагуа США оккупировали с 1909-го до 1933 года — с перерывом на год. Партизанскую войну против американских оккупантов возглавил Аугусто Сесар Сандино — это имя до сих пор на слуху.
Американские военные чувствуют себя в любой стране Латинской Америки как хозяева и ни с кем не церемонятся. Фото: John Gops/AP/TASS
Страны Латинской Америки подвергались США жесточайшему ограблению и эксплуатации, прежде всего их природные и человеческие ресурсы. Их нынешняя бедность и нищета — прямой результат империалистической политики США. А когда где-то и кто-то в регионе пытался ограничить аппетиты американских корпораций, заговоры, перевороты, высадки морской пехоты и регулярной армии США повторялись вновь. Если с задачей не справлялись проплаченные и обученные США «повстанцы», местные «гориллы» и тонтон-макуты.
США провоцировали гражданские войны, кровь лилась рекой. Так, свержение наёмниками ЦРУ мужественного гватемальского президента Хакобо Арбенса в 1954 году, пытавшегося провести глубокую земельную реформу и национализировать с выплатой справедливой компенсации земли североамериканской United Fruit Company, привело к… десятилетиям военного террора и гражданской войны, которая унесла жизни около 140 тысяч человек. Кровавое семейство Сомоса в Никарагуа, ничем не уступавший им доминиканский диктатор Рафаэль Трухильо, утопивший Чили в крови генерал Аугусто Пиночет, свергнувший и убивший при активной поддержке Вашингтона президента Сальвадора Альенде и многих его сторонников, — это лишь первое, что приходит на ум, когда вспоминаешь о «сукиных сынах» США в Латинской Америке.
«Жандармы» звереют
С ростом сопротивления своекорыстной политике США в регионе, единственным успешным примером чему является Куба, в некоторой степени — Никарагуа, отчасти — Боливия и (пока) Венесуэла, растёт и свирепость, с которой США «наводят порядок» в своём «огороде». В 1983 году под фейковым предлогом США, располагая шестикратным преимуществом в численности и многократным — по вооружениям, вторгаются в Гренаду и захватывают остров. Среди свыше 100 жертв агрессии — гренадские солдаты, кубинские строители-добровольцы и даже советские дипломаты.
В 1989 году Вашингтон проводит в регионе ещё более масштабную операцию устрашения: под впервые озвученным тогда предлогом «обеспечения демократии», а также традиционной «отмазки» о необходимости защиты жизни граждан США, на отбившуюся от рук Вашингтона Панаму обрушились самолёты-«невидимки» F-117A, новейшие боевые вертолёты AH-64А, бронетранспортёры, танки, несколько десятков тысяч американских военнослужащих. До того, пока они не подавили сильное сопротивление и не захватили правителя страны, генерала Мануэля Норьегу, ударами с воздуха и артобстрелами янки разнесли в щепки целые районы Панама-сити.
По официальным данным, было убито около 500 панамцев, по неофициальным и более правдивым — несколько тысяч. Основные потери пришлись на гражданское население. Число раненых в результате операции под названием «Правое дело» (американцы неисправимы) было в разы больше. Без крова остались 15 тысяч человек. Экономика и уровень жизни населения Панамы после этого кровопускания резко упали. Генерала Норьегу, оказавшего ранее американцам многочисленные услуги, сгноили за решёткой…
Вот такие своеобразные традиции, такие «свободу» и «демократию» несут США Латинской Америке. Венесуэле ранее относительно везло. Сейчас, похоже, наступает её очередь.
Приоритеты новой старой политики США в Латинской Америке
Байден намерен восстановить лидирующую роль Вашингтона в Западном полушарии
Об авторе: Петр Павлович Яковлев – главный научный сотрудник Института Латинской Америки РАН, профессор Российского экономического университета имени Г.В. Плеханова, доктор экономических наук.
Джозеф Байден поблагодарил мексиканскую диаспору в штате Невада за поддержку на президентских выборах. Фото Reuters
Одним из внешнеполитических последствий победы Джозефа Байдена на президентских выборах в США станет корректировка курса (по форме и содержанию) в отношении латиноамериканских стран.
Миллионы выходцев из Латинской Америки внесли ощутимый вклад в успех кандидата Демократической партии. И Байден не может не учитывать это обстоятельство. В еще большей степени на политику 46-го хозяина Белого дома повлияют неутешительные итоги латиноамериканского курса Дональда Трампа, который в свойственной ему безапелляционной манере сумел в межамериканских отношениях ухудшить почти все, что можно было ухудшить. Не случайно влиятельный орган латиноамериканских деловых кругов журнал America Economia накануне выборов писал: «Для США, Латинской Америки и всего мира будет лучше, если Трамп потерпит поражение (желательно с разгромным счетом) и покинет Белый дом. Тем самым будет положен конец самому хаотичному и злополучному президентскому правлению в американской истории».
Принято считать, что Трамп до предела снизил интерес Вашингтона к Латинской Америке, вытеснил регион на периферию американских политических и экономических приоритетов. Это так и не так. С одной стороны, президент-республиканец «не баловал» латиноамериканцев своим вниманием, за последние семь десятилетий он стал единственным лидером США, ни разу (!) не посетившим регион со специальным визитом. Исключение составило участие Трампа в совещании «двадцатки» в Буэнос-Айресе в конце 2018 года, к межамериканским делам не имевшем касательства. Проигнорировал он и VIII саммит Америк в Перу (апрель 2018 года), хотя участие в этих встречах, периодически собирающих глав государств и правительств всех 35 независимых стран Западного полушария, считается в Вашингтоне «хорошим дипломатическим тоном».
Вместе с тем Трамп продемонстрировал завидную активность, настаивая на возведении стены на границе с Мексикой, ужесточая политику в отношении мигрантов и добиваясь пересмотра (в свою пользу) условий интеграционного соглашения с этой страной и Канадой – NAFTA. Буквально с первых дней его пребывания в Белом доме в фокусе внимания Трампа находилась Венесуэла, ставшая объектом политико-экономического давления в традициях политики «большой дубинки». Под дамокловым мечом протекционистских мер и угроз введения торговых санкций оказались Аргентина и Бразилия. Почти полному пересмотру подвергся проложенный Бараком Обамой курс на нормализацию отношений с Кубой, а недружественные акции в адрес правительства Даниэля Ортеги в Никарагуа замкнули кризисную дугу в Карибском бассейне, максимально накалили геополитическую атмосферу в этом районе мира.
Стремление доминировать, навязывать свою волю, не принимать в расчет интересы партнеров, создавать конфликтные ситуации и множить настроения непредсказуемости и неуверенности – все эти черты латиноамериканской политики Трампа стали тем наследием, от которого Байден должен будет избавляться в русле объявленного им возвращения к «нормальному внешнеполитическому курсу».
О чем же может идти речь применительно к Латинской Америке? Какие элементы латиноамериканской политики Вашингтона будут пересмотрены новой администрацией, а какие сохранятся?
Прежде чем ответить на эти вопросы, подчеркнем, что Байден располагает максимальным из всех американских президентов за всю историю США опытом работы на латиноамериканском направлении. Возможно, свою роль сыграла принадлежность Байдена к католической церкви, Латинская Америка – самый католический регион мира. (Вспомним другого президента-католика Джона Кеннеди и его «Союз ради прогресса».) Как бы то ни было, интерес к Латинской Америке, зародившийся еще в его бытность сенатором и председателем комитета по международным отношениям, в полной мере реализовался, когда Байден стал в 2009 году вице-президентом и восемь лет фактически руководил реализацией в регионе внешнеполитической стратегии Обамы.
Сторонники Байдена обычно записывают в его внешнеполитический актив видную роль в разработке и осуществлении так называемого плана Колумбия (2000−2015) – масштабной программы американской финансовой и военной помощи колумбийским властям для борьбы с местными наркокартелями и левыми вооруженными группировками. Характерно, что одним из последствий реализации плана явилось проведение в Колумбии неолиберальных рыночных реформ, что позволило подписать американо-колумбийский договор о свободной торговле и в целом укрепить экономические связи между двумя странами. В итоге Богота стала одним из наиболее близких партнеров Вашингтона к югу от Рио-Гранде.
Основываясь на латиноамериканском опыте Байдена, его «команда» сформулировала некоторые приоритеты будущего курса, в том числе:
-→подключение латиноамериканских государств к осуществлению программы опережающего развития «чистой энергетики» (возобновляемых источников энергии), которая должна включить в себя все страны Западного полушария: от Канады до Чили;
-→пересмотр (в сторону либерализации) жесткой иммиграционной политики, проводимой администрацией Трампа и вызывающей острое недовольство южных соседей;
-→поощрение притока частных инвестиций в Латиноамериканский регион, выделение дополнительных ресурсов в размере 4 млрд долл. для экономической помощи странам так называемого Северного треугольника Центральной Америки – Гватемалы, Гондураса, Сальвадора (оттуда в США направляются основные караваны эмигрантов);
-→ужесточение санкций в отношении руководящих деятелей венесуэльского режима, скрывающих, по мнению американских спецслужб, свои активы в странах Латинской Америки, Европы и в США;
-→использование факта проведения в 2021 году IX саммита Америк в США для укрепления межамериканских связей, реанимации подорванных Трампом многосторонних механизмов взаимодействия и на этой основе восстановление лидирующей роли Вашингтона в Западном полушарии.
Указанные подходы вполне можно воспринять в качестве «доктрины Байдена», которая будет определять стратегию действий Вашингтона на латиноамериканском векторе. Ее внимательный анализ подводит к мысли, что победа Байдена коренным образом не изменит места Латинской Америки на шкале международных приоритетов США, но в ряде областей можно ожидать заметных подвижек.
Как отмечалось на сайте президентской формулы Байден-Харрис под названием Build Back Better, главное внимание новая администрация уделит четырем проблемам: борьбе с пандемией COVID-19, восстановлению экономики, достижению расового равенства и вопросам, связанным с изменением глобального климата. К этому перечню следует добавить геополитическое соперничество с Китаем. Исходя из такой иерархии интересов, логично ожидать активизации латиноамериканской политики Вашингтона на трех магистральных направлениях: интенсификация межамериканских торгово-экономических связей, вовлечение стран региона в международные усилия по защите окружающей среды, создание заслонов для экспансии Пекина в Латинской Америке.
Невооруженным глазом видно, что в каждом случае существуют свои подводные камни, способные помешать реализации намеченных планов. Например, значительный рост экономических обменов сомнителен по двум главным причинам. Во-первых, за прошедшие два десятилетия ведущие латиноамериканские страны совершили поворот в сторону динамичных азиатских рынков и нереалистично ожидать отхода от этой линии. Во-вторых, в регионе окрепли позиции собственных транснациональных компаний, включившихся в глобальную конкурентную борьбу, в том числе с корпорациями США. Что касается защиты окружающей среды, то, как показала болезненная реакция президента Жаира Болсонару на международную критику положения дел в Амазонии, педалирование этого вопроса легко может вызвать серьезные трения с Бразилией. Бесперспективными представляются и попытки радикально ограничить продвижение в регион китайского бизнеса. Называя вещи своими именами, Вашингтон упустил момент, когда это еще можно было сделать. Теперь поезд ушел.
Противоречиво будут складываться отношения с Мексикой – ключевой для США страной в регионе. Здесь просматриваются как возможности сближения, так и точки расхождений. Потенциал сотрудничества виден в более конструктивном подходе демократов к проблеме незаконной миграции, их отказе от строительства новых пограничных стен. Что касается разногласий, то они лежат в чувствительной сфере двусторонних торгово-экономических связей, где конкурентные преимущества Мексики (существенно более низкая заработная плата, оставляющая множество лазеек налоговая система, невыполнение обязательств по защите окружающей среды и т.д.) вызывают недовольство американского бизнеса и влиятельных профсоюзов. Конфликтная ситуация складывается и в важнейшей энергетической области: мексиканские власти усиливают позиции государственных предприятий, теснят частные американские компании, делают ставку на расширение добычи ископаемых углеводородных энергоносителей, тогда как администрация Байдена будет поддерживать свои корпорации и отдавать предпочтение альтернативным видам энергии, распространяя эту практику на латиноамериканские страны.
Таким образом, концепция Байдена может быть реализована лишь частично и по большей части создаст лишь оптический эффект перемен. Вряд ли 46-му президенту США удастся слепить качественно новую межамериканскую реальность.
Оставлять комментарии могут только авторизованные пользователи.