отношения ссср и японии в 30 е годы
Маньчжурская операция
Военная операция
Советско-японские отношения до 1941 года
После побед в русско-японской и китайско-японской войнах внешняя политика Страны восходящего солнца стала отличаться крайней агрессивностью. В 1905 году Корея была превращена в протекторат Японии, а спустя 5 лет вообще была присоединена к Империи. В начале 30-х годов XX века два основных конкурента в регионе, Китай и СССР, находились в ослабленном состоянии. Китай был раздираем внутренними распрями, а Советский Союз восстанавливался после революций, кровопролитной гражданской войны и серии интервенций. Такой расстановкой сил в полной мере воспользовалась Японская империя. В феврале 1932 года она полностью захватила у Китая Маньчжурию, образовав там марионеточное государство Маньчжоу-Го, главой которого стал последний китайский император Пу И.
В ноябре 1936 года Япония и нацистская Германия подписали антикоминтерновский пакт, который, по сути, был договором о создании военного блока против СССР. После заключения данного соглашения вероятность войны между СССР и Японией многократно возросла. В ответ на этот документ между СССР и Монгольской Народной Республикой был заключен договор о взаимопомощи.
На протяжении следующих лет военный и промышленный потенциал Японской империи неуклонно возрастал, вместе с ним росли и амбиции Страны восходящего солнца. Интенсивность провокаций на границе СССР и Маньчжоу-Го постоянно возрастала. Для защиты этого региона был создан Краснознаменный Дальневосточный фронт.
Первым серьезным конфликтом между СССР и Японией стали события на озере Хасан. Летом 1938 года японские войска вторглись на территорию СССР. Впрочем, данная интервенция не имела под собой целей захвата территории, так как японские силы были значительно слабее наших войск. У конфликта была несколько другая задача — создание напряжения на советском Дальнем Востоке как раз в тот момент, когда Германия готовила интервенцию против Чехословакии, с которой у СССР был союзный договор.
Провокация на озере Хасан, во-первых, должна была заставить нас оттянуть на Дальний Восток лучшие войска, а во-вторых, показать, что в случае, если мы ввяжемся в войну в Европе, СССР ждет война на два фронта. В ходе двухнедельного конфликта японские войска были разбиты и 11 августа 1938 года запросили перемирия. На этом инцидент на озере Хасан был завершен, а советская территория была полностью очищена от японских войск.
Несмотря на неудачу японцев у озера Хасан, осенью 1938 года генеральный штаб японской армии приступил к разработке плана войны против Советского Союза, получившего кодовое название «План операции №8». Монголия давно привлекала японских милитаристов не только своими ресурсами, но и тем, что прикрывала Транссибирскую железную дорогу, которая была единственным связующим звеном между западом и востоком нашей страны. И в случае утери контроля над любым из ее участков поддерживать войска на Дальнем Востоке стало бы крайне затруднительно.
С весны 1939 года развернулась активная подготовка к осуществлению агрессии против Монгольской Народной Республики и Советского Союза согласно «Плану операции №8». В 1939 году произошел еще один военный конфликт. Впоследствии это военное столкновение в отечественной историографии получило название «бои на реке Халгин-Гол».
Агрессивные действия Японии были поддержаны правящими кругами Великобритании и США. Великобритания заявила, что окажет полную поддержку японскому правительству в вопросе по недопущению советской экспансии в Азии. Позднее, в июле 1939 года между Великобританией и Японией был заключен договор, по которому Великобритания признала все японские захваты в Китае. США, в свою очередь, активно снабжали Японию как ресурсами, так и новейшим промышленным оборудованием.
Активные боевые действия в районе реки Халхин-Гол начались 11 мая 1939 года. Им предшествовали многочисленные провокации со стороны Маньчжоу-Го, которые начались еще в конце 1938 года. Поводом для конфликта стали территориальные претензии Маньчжоу-Го к Монгольской Народной Республике, в частности, принадлежность реки Халхин-Гол. С мая по август 1939 года Японией было предпринято несколько попыток форсировать Халхин-Гол и закрепиться на ее западном берегу, но все они были успешно отбиты советско-монгольскими войсками. Не менее ожесточенные бои разразились и в небе над Монголией. В этих боях советская авиация потеряла 143 самолета, в то время как армия Японии — более 600.
В начале августа 1939 года японское командование начало подготовку к очередному наступлению. 10 августа войска, расположенные на захваченной территории Монголии на восточном берегу реки Халхин-Гол, были сведены в 6-ю армию под командованием генерала Огису Риппо. Всего 6-я японская армия имела более 75 000 солдат и офицеров, порядка 500 орудий, около 200 танков, а также свыше 300 самолетов. Начать операцию японцы панировали 24 августа. В ответ на японские приготовления советским командованием под руководством Г.К.Жукова был разработан план упреждающего удара. К этому моменту наши силы составляли 57 000 человек личного состава, около 500 орудий и минометов, почти 500 танков, 385 бронемашин и 515 боевых самолетов.
Подготовка к встречному удару велась в обстановке строжайшей секретности. Все маневры проводились только в темное время суток. В радиопереговорах, которые японцы активно прослушивали, разговоры велись только об оборонительных сооружениях. Проверка войск советскими полководцами осуществлялась на обычных грузовых машинах, которые использовались для переброски личного состава. Операцию было решено начать 20 августа, когда основные силы японской армии будут уже развернуты для наступления.
Как и планировалось, 20 августа войска Красной Армии и силы Монгольской Народной Республики перешли в наступление. К вечеру 23 августа после ожесточенных боев советско-монгольская группировка окружила основные силы 6-й японской армии. В следующие два дня наши силы вели сражения по расчленению и уничтожению окруженных войск противника. К утру 31 августа территория Монгольской Народной Республики была полностью очищена от захватчиков, а армия Огису Риппо прекратила свое существование. 4 и 8 сентября подошедшие свежие силы японцев попытались вновь вторгнуться на территорию Монголии, но были отброшены и понесли большие потери.
16 сентября 1939 года между СССР и Японией было заключено перемирие. Разгром Японии при Халхин-Голе оказал огромное влияние не только на развитие событий в тихоокеанском регионе, но и на ход Второй Мировой войны в целом.
Поражение в военном столкновении с советско-монгольскими войсками и одновременное подписание пакта о ненападении между Германией и СССР привели к отставке японского кабинета министров под руководством Хиранумы Киитиро. Новое правительство Японии заявило, что не будет вмешиваться в конфликт в Европе. Таким образом, Японская империя временно отказалась от своих планов по захвату советского Дальнего Востока и решила бросить все силы на овладение колониями западных стран.
Глава 1. Советско-японские отношения: к. 20 – 30-е гг.
Советско-японские отношения 1927-1941 гг.
Студентка IV курса 42 группы
Подгорнова Екатерина Игоревна
План
2.Глава 1.Советско-японские отношения: к. 20 – 30-е гг………………. 4
3.Глава 2. Вооружённый конфликт в районе озера Хасан………………11
4.Глава 3. Советско-японские отношения на кануне Второй Мировой войны………………………………………………………………………18
6.Используемая литература………………..………………………………24
Введение
Актуальность и научная значимость темы. Проблема японо-советского соперничества в 1927-1941 гг. является одной из наименее исследованных в исторической науке. Этот факт нельзя объяснить отсутствием интереса со стороны отечественных и зарубежных исследователей к самим японо-советским отношениям данного периода. Именно в эти годы закладывались основы взаимоотношений Японии и Советского Союза, реанимировались и обострялись взаимные противоречия.
В японо-советском соперничестве, как и во всяком соперничестве подобного рода, наряду с противостоянием, конфронтацией и враждебностью проявлялись элементы обоюдного прагматизма, сотрудничества и даже партнерства. В условиях стремительно изменяющегося мира, отсутствия сколько-нибудь внятной стабильности во внешнем окружении, падения престижа и ослабления военно-политического могущества и социально-экономического потенциала демократической России будет не лишним вспомнить о совместных интересах, когда-то не только разделявших, но и соединявших эти страны, об опыте, пусть кратковременного, но столь плодотворного и судьбоносного для обеих стран партнерства рубежа 30-х начала 40-х гг.
Ставшие доступными в последнее время документы и иные источники позволяют ставить вопрос о наличии отношений соперничества между Японией и Советским Союзом на Дальнем Востоке и, особенно, в Китае. Требуются более глубокое изучение теперь не только конфронтационной составляющей японо-советских отношений, как это было принято ранее, но и исследование многочисленных фактов и свидетельств компромиссной, даже с элементами партнерства политики двух тихоокеанских держав в отношении друг к другу, без чего соперничество подобного рода немыслимо.
Целью данного реферата является всестороннее исследование отношений Японии и Советского союза в данный период.
Глава 1. Советско-японские отношения: к. 20 – 30-е гг.
В апреле 1927 г. известный милитарист генерал Гиити Танака сформировал новый кабинет. Приход к власти Танака означал, что в правящих кругах Японии взяли верх наиболее реакционные элементы. Известен пространный меморандум Танака, предоставленный императору в июле 1927 г., в нем излагалась агрессивная внешнеполитическая программа японского милитаризма.
В сложных условиях в то время приходилось работать в Японии советскому посольству и полпреду СССР в Японии Алексею Антоновичу Трояновскому (с 16 ноября 1927 г. – по 1933 год). Советское правительство поставило перед своими дипломатами четкую задачу: создать более здоровую атмосферу во взаимоотношениях с Японией и активно бороться против попыток военщины развязать войну против СССР. А реакционные японские газеты писали о «дьявольской руке Красной России», которая вторгается во внутренние дела страны. Они призывали следить за действиями русского посольства «дворца скрытого дьявола большевизации Японии».
Вокруг личности Трояновского также нагнеталось недоброжелательство. Газета «Заря» с провокационной целью писала: «Мы должны поздравить Японию, которая получила в подарок от своей соседки редкого в Советской России специалиста по разрушению Азии — Трояновского». Не только реакционная пресса, но и отдельные политические деятели не переставали склонять на все лады «коммунизм», «красную опасность», называли Трояновского «опасной личностью». Советские дипломаты использовали любую возможность для того, чтобы довести до сведения и сознания широких слоев японского народа основные принципы внешней политики СССР.
На предложение советского полпреда заключить пакт о ненападении в марте 1928 г. (а такие предложения были сделаны советским правительством и в 1926, и в 1927 г.),— ответ Танака был один: «Для этого еще не пришло время. События должны развиваться постепенно. Не будем торопиться. Если сразу слишком высоко забраться, можно и упасть[1]». Г. В. Чичерин — народный комиссар иностранных дел СССР — называл Японию страной самой тонкой в мире дипломатии. И многие годы эта дипломатия была направлена на осуществление — последовательными этапами — широкой экспансии в бассейне Тихого океана. К разработке планов военного нападения на СССР японская военщина приступила с 1928 г. Эти планы существенным образом отличались от обычных оперативных
планов, составление которых являлось функцией генерального штаба. Планы войны против СССР «кодовое название — Оцу» никогда не носили условного, теоретического характера, они всегда отличались конкретностью и тщательностью разработки. Мировой экономический кризис привел к серьезному обострению международной обстановки. В Японии сокращалось производство, росла безработица, ухудшалось положение трудящихся. Выход из кризиса японские правящие круги искали на путях экспансии. 18 сентября 1931 г. японские войска напали на Китай и предприняли оккупацию его северо-восточных провинций. Материалы Токийского процесса неопровержимо доказали: «как оккупация Манчжурии, так и вторжение в Китай исходили из конечной стратегической цели Японии — войны против СССР». К разработке плана военного нападения на СССР японская военщина приступила с 1928 года. Эти планы существенным образом отличались от обычных оперативных планов, составление которых являлось функцией генерального штаба. Планы войны против СССР кодовое название — «Отцу» никогда не носили условного, теоретического характера, они всегда отличались конкретностью и тщательностью разработки. Благодаря этим планам японцы намеревались захватить: Приморье, Приамурье, Забайкалье, Камчатку, Северный Сахалин и другие территории Дальнего Востока[2].
«Антисоветская свистопляска» в Японии, как говорил полпред Трояновский, достигла своего апогея. Зашевелились и белогвардейцы, осевшие на Японских островах. В Токио пожаловал белогвардейский генерал Семенов. Агрессивные империалистические круги призывали правительство отбросить колебания и напасть на СССР, не откладывая дела в долгий ящик. Военный министр Араки утверждал, что рано или поздно война между Японией и СССР неизбежна, что страну надо готовить к этой войне.
Араки, убежденный фашист, был одним из активнейших участников оккупации советского Дальнего Востока. Деятельность советского посла он называл «интригами» и говорил своим приближенным, что не верит в откровенность русских, когда они надевают френч и цилиндр. Трояновскому удалось в октябре 1932 г. встретиться с Араки. Своим визитом Трояновский вызвал замешательство в кругах японской военщины, вынуждая ее менять наступательную тактику, лавировать. Укреплялось влияние реалистически мыслящих японских политиков, считавших войну против СССР ловушкой для Японии, в которую ее хотели втянуть заинтересованные западные державы. Резко осуждая японскую агрессию против Китая, советское правительство в то же время стремилось не дать возможности милитаристским реакционным силам в Токио обострить отношения между СССР и Японией. Оно предприняло серию гибких дипломатических шагов, направленных на предотвращение новой антисоветской интервенции. Стараясь предотвратить, остановить дальнейшее развитие японской агрессии, советская дипломатия пыталась убедить правительство Чан Кайши в необходимости объединения усилий обоих государств.
31 декабря 1931 г., воспользовавшись проездом через Москву назначенного на пост министра иностранных дел Японии Иосидзава, НКИД предложил заключить советско-японский пакт о ненападении. Было заявлено, что СССР заключил пакты о ненападении и нейтралитете с Германией, Турцией, Афганистаном, парафировал пакт с Францией, что ведутся переговоры с Финляндией, Латвией, Эстонией и Румынией. «Мы будем связаны пактами со всеми соседями. Япония является единственным соседом СССР, который не заключил с ним пакта о ненападении и не ведет переговоров о таком пакте. Такое положение является ненормальным. Переговоры о пакте длительное время вел полпред Трояновский. Представители японского правительства всячески их затягивали, говорили о желательности заключения «союза» между Японией, СССР и Германией или же союза между Японией, СССР и марионеточным государством Маньчжоу-го».
Японское правительство дало ответ на советские предложения только спустя год. 13 декабря 1932 г. оно отклонило предложение о заключении пакта под предлогом того, что Япония и СССР являются участниками многостороннего пакта Бриана — Келлога, и это делает излишним заключение специального пакта о ненападении. В качестве другого предлога приводилось соображение о том, что «еще не созрел момент для заключения пакта о ненападении». Весьма показательно то, что пакт о ненападении был отклонен японским правительством на другой день после опубликования сообщения о восстановлении отношений между СССР и Китаем. Японская дипломатия рассматривала подобный поворот событий как свое крупное поражение. В дальнейшем советское правительство вновь поднимало этот вопрос. Однако Япония, бесповоротно вставшая на путь агрессии, постоянно имея в виду будущую войну против Советского Союза, отклонила мирные предложения. Дипломатия СССР вынуждена была проводить осторожную политику. Учитывая непрекращающиеся провокации японской военщины на КВЖД и желая лишить японских империалистов всякого повода спровоцировать войну, советское правительство в июне 1933 г. предложило Японии приобрести эту дорогу. 26 июня по этому вопросу начались переговоры, которые, однако, затянулись почти на два года. Они проходили в очень сложной обстановке, с большими перерывами, маньчжурская делегация, которой фактически руководили японцы, предложила явно несерьезную цену — 50 млн. иен (20 млн. золотых рублей)[3].
Конференция зашла в тупик и прекратила свои заседания. Отказываясь занять какую-либо конструктивную позицию в переговорах, власти Японии и Маньчжоу-го усилили бесчинства на КВЖД, порчу путей, налеты и т. п. В отчете полпредства СССР в Токио японская политика характеризовалась следующим образом: « 1933 год был одним из наиболее напряженных в советско-японских отношениях. Особенного напряжения эти отношения достигли осенью, когда японцы сделали попытку фактически захватить в свои руки КВЖД, и когда пропаганда войны с СССР со стороны японской военщины достигла наивысшего размера[4]».
Советское правительство было вынуждено пойти на большие уступки, продав дорогу за цену намного ниже ее действительной стоимости ради сохранения мира на Дальнем Востоке. 23 марта 1935 г. было подписано соглашение о приобретении дороги властями Маньчжоу-Го за 140 млн. иен. Это было значительно меньше тех средств, которые в свое время были вложены русским правительством в строительство КВЖД.
После военного переворота в Японии в феврале 1936 г. отношения между Японией и СССР продолжали оставаться напряженными. Характеризуя эти отношения, нарком по иностранным делам СССР в беседе с японским послом в Москве Сигэмицу в декабре 1936 г. отмечал, что ни на одной границе СССР нет такого беспокойства, как на советско-маньчжурской[5]. Особо надо отметить, подчеркивал нарком, набеги на советские территории, и упорный отказ Японии от заключения пакта о ненападении.
Если к этому добавить агитацию и пропаганду в японской прессе и книгах в пользу экспансии Японии за счет СССР, «то не приходится удивляться, что мы вынуждены были против воли, с большими материальными затратами сосредоточить большие военные силы на Дальнем Востоке в целях самозащиты». Планируя войну против советского государства, японские милитаристы отдавали себе отчет в том, что Японии одной едва ли удастся нанести ему поражение. И поэтому они стремились найти себе союзника, что вполне совпадало и с планами гитлеровцев. Несмотря на серьезные предупреждения советского правительства 25 ноября 1936 г. Япония подписала с Германией так называемый «Антикоминтерновский пакт». В секретном соглашении, ставшем известным лишь в 1946 г. на Токийском процессе. Советский Союз был назван в качестве главной «цели» пакта. Прямым результатом заключения «Антикоминтерновского пакта» явилось резкое обострение советско-японских отношений. Не проходило ни одного месяца без того, чтобы в наших газетах не появилось два-три, а иногда 8-9 сообщений о нарушениях японской стороной нормальных взаимоотношений и вынужденных заявлениях и протестах со стороны советского правительства. В ноябре 1937 г. к «Антикоминтерновскому пакту» присоединилась Италия. Так было достигнуто политическое единство трех агрессоров.
В правительственных и военных кругах Японии усилилась подготовка «большой войны» против СССР. Главными элементами в ней были ускорение создания военного и военно-промышленного плацдарма в Манчжурии и Корее, расширение агрессии в Китае и захват наиболее развитых районов Северного, Центрального и Южного Китая. Программа была одобрена правительством генерала С. Хаяси, пришедшего к власти в феврале 1937 г. На первом же заседании правительства генерал Хаяси заявил, что «с политикой либерализма в отношении коммунистов будет покончено». Это означало, что Япония выбрала путь решительных действий в соответствии с условиями «Антикоминтерновского пакта». В японской печати стали появляться откровенно антисоветские статьи с
призывами «к маршу до Урала»[6].
Кабинет Хаяси вскоре был вынужден уйти в отставку, уступив место новому правительству во главе с принцем Ф. Коноэ, политическая платформа которого была открыто антирусской. Советское правительство принимало энергичные меры, чтобы сохранить мир на дальневосточных границах. 4 апреля 1938 г. СССР предложил Японии мирным путем разрешить все спорные вопросы. Предложение не встретило положительного отклика со стороны Японии.
В мае-июне 1938 г. милитаристские круги Японии развернули широкую пропагандистскую кампанию вокруг так называемых «спорных территорий» на границе Маньчжоу-Го с Приморьем.
Таким образом, в рассматриваемый период правящие круги Японии стояли на платформе воинствующего антисоветизма и безудержной агрессии, что не могло не привести к обострению отношений между нашими странами.
Международные отношения: Япония и Советский Союз
Познай Японию
Во-первых, обе страны были в противоположных лагерях во время холодной войны. Во-вторых, отношения были напряженными из-за территориальных конфликтов, касательно и Курильских островов, и Южного Сахалина. Эти две причины, а также ряд других небольших разногласий не давали обеим странам заключить мирный договор после Второй мировой войны, и даже сейчас ряд вопросов, в частности, касательно всё тех же т.н. «северных территорий» остаётся нерешенными.
Напряженность в японо-советских отношениях имеет глубокие исторические корни, которые появились ещё во времена гонки японской и российской империй за господство над северо-восточной Азией.
В 1993 году, около 50 лет спустя после конца Второй мировой войны, военное положение межу Японией и Россией всё ещё технически существовало из-за того, что правительство Москвы отказывалось все прошедшие годы подписать мирный договор 1951 года. Большим камнем преткновения во всех последующих попытках Японии установить двусторонние отношения на так называемой «подлинно стабильной основе» был территориальный спор в отношении Курил, которые также известны в Японии как «северные территории».
1922-1925 годы: признание Советского Союза
Плохие отношения между Советским Союзом и Японией, начиная с 1920-х и до конца 1940-х годов, возможно, были следствием победы японской стороны над императорской Россией, государством-предшественником Советского Союза, в Русско-японской войне 1904-1905 годов.
Кроме того, во время гражданской революции в России (1918-1921 годы) Япония (в качестве члена войск интервентов) заняла Владивосток и не покидала его вплоть до 1922 года, когда был основан Советский Союз.
В 1925 году, после нескольких лет переговоров между Японией и Советским Союзом, обе страны согласились, что Портсмутский договор (был заключён между Российской империей и императорской Японией и стал официальным концом Русско-японской войны) остается в силе до тех пор, пока ни будут пересмотрены другие соглашения и договоры между этими странами. Таким соглашением Япония формально признала Советский Союз.
1932-1946 годы: ухудшение отношений и война
После оккупации Манчжурии в 1922 году, Япония повернула свои военные интересы к советским территориям. Советско-японские отношения резко ухудшились в 1936 году. Это произошло из-за заключения Антикоминтерновского пакта между Японией и Германией в ноябре 1935 года, который был разработан в качестве обороны против международного коммунизма. Советский Союз отреагировал на это заключением Советско-монгольского соглашения о взаимопомощи в марте 1936 года.
Первый крупный советско-японский пограничный инцидент, так называемая битва у озера Хасан (1938 год), произошел в Приморье, недалеко от Владивостока. Часто происходили конфликты между Японией и Советским Союзом на границе с Манчжурией, далее они перешли в непровозглашенную войну, которая завершилась боем на реке Хальхин-Гол (1939 год) на границе Монголии и Манчжурии. Советский Союз решительно выиграл сражение и удержал Японию от дальнейших агрессивных действий в отношении себя во время Второй мировой войны.
В 1941 году, два года спустя после пограничной войны, Япония и Советский Союз подписали Пакт о нейтралитете. Позже в том же году Япония обдумывала расторжение пакта, когда нацистская Германия вторглась в Советский Союз, проводя операцию «Барбаросса» в начале Великой отечественной войны. Но она не стала этого делать в основном из-за поражения в сражении на Хальхин-Голе, даже несмотря на то, что вместе с Германией была участницей Тройственного пакта.
На фоне этих вторжений 56 островов Курильской цепи, включая южную половину Сахалина (т.е. «северные территории»), в 1946 году были включены в состав Советского Союза указом Президиума Верховного совета СССР. Этот декрет создал Южно-Сахалинскую область в Хабаровском крае Советского Союза. Эта аннексия никогда не была признана Японией и расторгла соглашение советско-японского мирного договора времён Второй Мировой войны и сделала невозможным появление более близких отношений между этими двумя государствами. Советский Союз отказался возвращать эти территории из-за страха перед тем, что такое действие могло воодушевить Китай предъявить свои территориальные требования СССР. Также Советский Союз использовал эти острова как часть противолодочной военной системы, защищая выход в Охотское море.
1946-1960-е годы: восстановление отношений
В первой половине 1950-х годов в Советском Союзе существовали другие нерешенные проблемы, включая права Японии на ловлю рыбы в Охотском море и за пределами островов советского приморья и репатриацию военнопленных. Переговоры обо всем этом были сорваны в начале 1956 года из-за напряженности вокруг территориального вопроса. Однако, вскоре двусторонние переговоры возобновились, результатом чего в октябре стал выпуск совместного заявления, предусматривающего дипломатические отношения. Обе стороны также договорились продолжать переговоры о мирном договоре, включающие территориальный вопрос. Вдобавок, Советский Союз пообещал поддержать Японию во вступлении в ООН и отказаться от всех требований компенсации за события Второй Мировой войны.
Объединенная декларация сопровождалась торговым договором, который предполагал взаимовыгодные отношения и сопутствовал развитию торговли. Япония извлекла несколько явных выгод из нормализации дипломатических отношений. Во второй половине 1950-х годов наблюдался рост культурных обменов. Однако советская пропаганда в Японии имела не слишком большой успех, как считается, из-за долговременной антипатии, сложившейся во время русско-японской конкуренции в Корее, Манчжурии и Китае конца XIX века и времен Русско-японской войны 1904-1905 годов, а также из-за объявления Советским Союзом войны Японии в конце Второй мировой войны, которое расторгло Советско-японский пакт о нейтралитете, заключённый в 1941 г.
Советский Союз искал возможности потребовать у Японии отказаться от ее территориальных требований посредством угроз и убеждений. Ещё в начале 1956 года он намекнул на возможность обдумать возвращение островов Хабомаи и Сикотан (Шикотан), если Япония откажется от своего альянса с Соединенными Штатами. В 1960 году советское правительство предупредило Японию не подписывать Договор о взаимном сотрудничестве и безопасности с Соединенными Штатами, а после того как договор все же был подписан, заявило, что не передаст острова Хабомаи и Сикотан (Шикотан) ни под каким предлогом, если Япония не аннулирует немедленно заключённое соглашение. В 1964 году Советский Союз предложил вернуть эти острова, если США уберет свои войска с Окинавы и главных островов Японии.
1960-е – 1975 годы: улучшение отношений
Несмотря на расхождения в территориальном вопросе, по которому ни одна из сторон не была готова уступить, японские отношения с Советским Союзом заметно улучшились в середине 1960-х годов. Советское правительство снова начало искать содействия Японии в планах своего экономического развития, и Япония ответила положительно.
Японо-советские политические отношения 1970-х годов можно было охарактеризовать частыми обменами визитами высокого уровня с целью исследования возможности улучшить двусторонние отношения и повторяющимися обсуждениями мирного договора, неудачными из-за того, что ни одна из сторон по-прежнему не была готова уступать по территориальному вопросу.
В январе 1972 года – после пятилетнего молчания – министр иностранных дел Советского Союза Андрей Громыко посетил Токио (за один месяц до исторического визита президента США Никсона в Китай) с целью возобновить переговоры на министерском уровне.
Другой ряд переговоров на высшем уровне, включая встречи в октябре 1973 года премьер-министра Танаки Какуэя (Tanaka Kakuei) и Леонида Ильича Брежнева, генерального секретаря Коммунистической партии Советского Союза, прошел в Москве на протяжении следующих трех лет, но при этом переговоры по территориальному вопросу с места не сдвинулись и перспективы его решения не предвиделись. Москва начала предлагать договор о дружбе, как промежуточный шаг, хотя переговоры о мирном договоре продолжались. Но это предложение Япония решительно отвергла.
1975-1990 годы: напряжённость в отношениях
После 1975 года Советский Союз начал открыто беспокоиться, что мирный договор между Японией и Китаем мог подвергнуть опасности советско-японские отношения. В январе 1976 года Громыко снова посетил Токио, чтобы возобновить переговоры о мирном договоре.
Когда Япония снова отказалась двигаться с места в территориальном вопросе, Громыко, пойдя навстречу Японии, в очередной раз предложил вернуть два острова, находящихся под юрисдикцией Советского Союза: острова Хабомаи и Сикотан (Шикотан), если Япония подпишет договор о сотрудничестве. По слухам, он просил японцев, с очевидной ссылкой на Китай, пойти против «сил, которые направлены против ослабления напряжённости и которые стараются усложнить отношения между государствами, включая наши страны».
Подписание Китайско-японского мирного договора в середине 1978 года было серьёзным ударом по японо-советским отношениям. Несмотря на отрицания Японией того, что один из пунктов договора, нацеленный против гегемонии, был направлен против какой-либо конкретной страны, Москва видела в нем явное вступление Токио с Вашингтоном и Пекином в антисоветский лагерь. Официально, обе стороны продолжали выражать желание улучшения отношений, но действия Союза приводили лишь к тревоге и отчуждению со стороны Японии. Актуальным примером было наращивание военной мощи Советского Союза в Тихом океане.
Во время 1980-х годов наблюдалось решительное усложнение японского отношения к Советскому Союзу. США подталкивали Японию к большим действиям в исследовании расширения советской власти в развивающемся мире после вторжения Союза в Афганистан в декабре 1979 года. Она ответила, прекратив выгодные советскому режиму контакты, а также обеспечение помощи государствам «линии фронта», таким как Пакистан и Таиланд.
Под руководством премьер-министра Ясухиро Накасонэ (Yasuhiro Nakasone), Япония делала все возможное, чтобы показать тесную близость взглядам администрации Рейгана на советскую угрозу. Япония устойчиво наращивала свои военные силы, приветствуя увеличение сил США в самой Японии и в западной части Тихого океана, и обещала содействовать в подавлении опасности, которую представляла собой советская власть.
Хотя общественность и СМИ по-прежнему скептически относились к опасности для Японии со стороны Советских сил в Азии, в Японии наблюдалась сильная оппозиция по отношению к отказу Москвы ответить на требования Японии в отношении т.н. «северных территорий», известных японцам как острова Эторофу (Итуруп) и Кунасири (Кунашир), которые находятся на юге цепи Курильских островов, небольшого острова Сикотан (Шикотан) и островов Хабомаи, которые находятся к северо-востоку от Хоккайдо, которые были захвачены советскими войсками в последние дни Второй мировой войны.
Размещение советских военных сил на островах было вещественным доказательством советской угрозы и провокационными маневрами советской авиации и флота на требуемых территориях, которые послужили укреплению официальной политики Японии в тесной поддержке позиции США против советских сил. В 1979 году японское правительство особо протестовало против появления советских сил на Эторофу (Итуруп), Кунасири (Кунашир) и Сикотане (Шикотане).
Появление режима Михаила Горбачева в Москве в 1985 году было сопровождено заменой бескомпромиссных дипломатов советского правительства, которые были экспертами по делам в Азии, на более гибких спикеров, призывающих к большим контактам с Японией. Горбачев первым пообещал новые инициативы в Азии, но сущность советской политики менялась еще медленнее. В частности, на протяжении конца 1980-х годов советские чиновники все еще казались бескомпромиссными в отношении «северных территорий», советские войска, как казалось, были сфокусированы на западе Тихоокеанского побережья и угрожали Японии, а проблемы советской экономики и недостаток иностранной валюты представляли экономические отношения Японии и Советского Союза в невыгодном свете. К 1990 году Япония, как казалось, среди стран, равняющихся на Запад, испытывала меньше всего удовольствия от развития больших контактов с Советским Союзом и содействия ему.
Изменения в политике Советского Союза, проводимой при Горбачеве, начиная с середины 1980-х годов, включающие попытки внутренних реформ и стремление к разрядке в отношениях с Соединенными Штатами и Западной Европой, выявили, в общем, положительный интерес Японии. Но японское правительство все еще держало во внимании то, что Советский Союз не изменил свою политику в отношении жизненно важных для Японии вопросов. Оно решило, что, пока Москва не вернет «северные территории», это не приведет к нормальным отношениям с Советским Союзом.
Правительство и лидеры японского бизнеса далее решили, что торговля Японии с Советским Союзом и инвестиции в него не вырастут заметно, пока не решен вопрос «северных территорий».
1990-е годы: распад СССР
К 1990 году советское правительство изменило свою тактику. Советский Союз тогда уже осознал, что территориальный вопрос был проблемой, и говорил о нем с японскими чиновниками на собраниях высшего уровня и на рабочих совещаниях. Согласно слухам, советские чиновники выдвинули предложение сдать в аренду Японии «северные территории» и часть Сахалина, бывшие когда-то колониальными владениями Японии.
Горбачев вместе с другими дипломатами сослался на предложение Советского Союза 1956 года вернуть один из трех главных островов (Сикотан (Шикотан), наименьший из трех) и острова Хабомаи, и были признаки того, что Москва может быть готова возобновить предложение. Советский Союз подчеркнул, что он никогда не вернет все острова, из-за советской народной оппозиции и возможного пробуждения территориальных требований других стран против Советского Союза. По слухам, Советская армия была против этого возвращения, так как Курильские острова предоставляли защитный барьер Охотскому морю, где Советский флот развернул субмарины, несущие дальнобойные баллистические ракеты.
Правительство Бориса Ельцина в России пришло к власти в конце 1991 года, когда распался Советский Союз. И снова Москва приняла твердую позицию не возвращать Японии спорные территории. Хотя Япония присоединилась к группе семи промышленно развитых стран в предоставлении технической и финансовой поддержки России, отношения между Японией и Россией оставались холодными.
В сентябре 1992 года российский президент Борис Ельцин отложил запланированный визит в Японию и нанёс его только в октябре 1993 года. Во время этого визита, хотя было рассмотрено множество вопросов, включая «северные территории» и подписание мирного договора, никакого значительного улучшения в японо-российских отношениях замечено не было.
Экономические отношения
Коммерческие отношения также соответствовали стратегическим развитиям. Япония была весьма заинтересована в сибирском сырье в ранних 1970-х годах, так как цены росли, а снижение напряжённости сохранялось. Подрыв тенденции к снижению напряжённости, особенно вторжением в Афганистан в 1979 году, и падение цен на сырые весьма ограничили японскую торговлю и инвестиционные отношения с Советским Союзом. Только когда советская политика начала меняться под главенством Михаила Горбачева, начиная с 1985 года, японская торговля продолжила свой рост.
Торговля Японии также была ограничена Координационным комитетом по многостороннему экспортному контролю (КОКОМ), который контролировал экспорт высоких технологий. В 1987 году Соединенные Штаты узнали, что «Toshiba Machine Tool» переправляет машинные детали, внесенные в список запрещенных, Советскому Союзу, где они использовались в производстве бесшумных двигателей для субмарин. И хотя правительство Японии неохотно наказало «Toshiba» (и Соединенные Штаты в ответ наложили санкции на экспорт «Toshiba» в США), конечным результатом стал более сильный контроль и взыскания за неподчинение КОКОМ в Японии.
Послы
Посол СССР в Японии
Советский Союз в Японии бессменно представлял Владимир Виноградов (1962-1966).
Послы Японии в Советском Союзе
Мамору Сигэмицу (Mamoru Shigemitsu, 1936-1938). Вёл переговоры с наркомом иностранных дел Максимом Литвиновым об инциденте у реки Амур в 1937 году и о пограничных спорах в отношении некоторых незаселенных островов.
Ёсицугу Татэкава (Yoshitsugu Tatekawa, 1940-1942). Заключил Пакт о нейтралитете в 1941 году.
Наотакэ Cато (Naotake Sato, 1942-1945). Именно ему сообщили в 1945, что Пакт о нейтралитете не будет возобновлен.