отношения султана сулеймана с россией
Почему Сулейман Великолепный не решился напасть на Россию? Побоялся Ивана Грозного?
Сулеймана Великолепного в какой-то мере можно сравнить с нашей правительницей Екатериной Великой: оба были известны как просвещённые монархи своего времени; оба в то же время предприняли многое для расширения своей империи. Сулейман был грозным завоевателем, однако так никогда за свою жизнь и не напал на Россию. Почему?
Начало отношений с Москвой
В 1475 г. османы завоевали Крым. Русские купцы, до того времени свободно торговавшие своими товарами, начали подвергаться дискриминации и вытесняться турецкими торговцами. Несколько раз Иван III, тогдашний московский князь, пытался добиться ответа от султана Османской империи. Однако тот его попросту игнорировал, не считаясь с государством, которое только-только отстояло свою независимость от монголов.
Лишь в 1497 г. Баязид II, дед Сулеймана, согласился принять у себя русского посла Михаила Плещеева. У него получилось добиться для русских купцов всех прав и привилегий, которые они до этого имели.
После восшествия на московский престол Василия III, отца Ивана Грозного, отношения между державами продолжали поддерживаться на нейтральном уровне. Правда, крымские татары периодически совершали свои набеги на границы Русского государства, несмотря на запреты султана.
Ситуация изменилась спустя несколько лет после прихода к власти Ивана IV. В 40-х гг. XVI в. крымцы собрались в очередной поход, и в этот раз среди них были и турки, что явно не способствовало налаживанию отношений между державами. Впоследствии, как мы знаем, русским царём также были покорены Казанское и Астраханское царства, а ведь их правители фактически подчинялись крымскому хану и османскому султану.
Естественно, те надеялись получить от турок какую-то помощь. Желательно, конечно, военную. Как ни странно, но Сулейман её не оказал. По каким причинам?
Почему Сулейман не напал на Россию?
С одной стороны, Сулейман был занят другими войнами. Вначале на западе (с Венгрией, Родосом, Венецией), затем на востоке (с Ираном). Чтобы помочь своим вассалам, ему для начала нужно было найти достаточное количество войска, подготовить поход. Тем более, не будем забывать, что Россия находилась далеко. Если бы границы государств были ближе, всё было куда проще.
Сулейман Великолепный. Портрет Тициана
С другой стороны, он, вероятно, посчитал, что овчинка выделки не стоит. Для подготовки полномасштабного похода, как и говорилось, нужны войска. А ещё много денег. Стоила ли того Россия? Вероятно, издержки для Сулеймана перевесили возможную выгоду от завоевания. И не будем забывать, что османский султан был далеко не глупым и отнюдь не самонадеянным человеком: он явно должен был держать в уме возможность проигрыша, который мог сказаться на его правлении катастрофически.
Если вам понравилась статья — поставьте лайк и подпишитесь на канал. Ваша поддержка очень поможет нам в его продвижении и развитии!
Что происходило в Европе и Азии, когда на Руси правил Иван Грозный
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Шутки шутками, но вот несколько крупных событий и деятелей, которые нетрудно привязать к царю Иоанну Васильевичу. Сразу легче ориентироваться в хронологии.
Варфоломеевская ночь
Все помнят жестокие забавы Ивана Грозного в компании с опричниками. Пьянки, на которых случались убийства, езда по ночной Москве с нападениями на женщин и девиц в их собственных домах. Всё закончилось в одночасье. Грозный взял и распустил своих опричников (а некоторых позже казнил). Почему?
В 1572 году Европа содрогнулась от страшного события, инициированного, как считается, матерью французского короля, вдовствующей королевой Екатериной Медичи. На свадьбу её дочери Маргариты (вошедшей в историю как королева Марго) с королём Наварским Генрихом, по совместительству гугенотом (протестантом), собралось множество гугенотов Франции и не только. Воспользовавшись этим, Медичи устроила заговор, и на шестой день празднования свадьбы Маргариты и Генриха, точнее, на шестую ночь католики Парижа принялись резать гугенотов — от младенцев в колыбелях до яростно сопротивлявшихся вооружённых дворян. Сам Генрих Наварский выжил только потому, что его отважно защищала жена.
Хотя обычно католики в любом противостоянии с протестантами поддерживали своих, резня была так ужасна, что даже ревностные католики поляки осудили французскую королевскую семью. У Парижа осложнились отношения чуть не со всеми европейскими странами. Среди прочих монархов, решительно осудил произошедшее Иван Грозный. Ирония судьбы была в том, что осуждение резнёй он высказал через два года после устроенного им новгородского погрома. То ли Варфоломеевская ночь заставила его взглянуть на себя со стороны, то ли это были политические соображения, но оценку произошедшему он дал резко негативную — в своём письме германскому императору.
Сулейман Великолепный
Многие слышали или даже смотрели сериал «Великолепный век» и знают султана Сулеймана и главную любовь его жизни, которой европейцы дали прозвище Роксолана, а турки звали Хюррем-султан. По легенде, она была славянской красавицей, настолько умной и с характером, что, узнав её, султан уже не смотрел на других женщин и во многом с ней советовался.
Сулейман Великолепный — ещё один знаменитый современник Ивана Грозного. Отношения между этими государями не назовёшь дружескими. Грозный воевал с Казанью, где правили представители крымской ханской семьи, а крымский хан, в свою очередь, был подданным Сулеймана. Не улучшила отношения двух стран и война Ивана Васильевича с Астраханским ханством — союзником Османской империи. Если бы Сулейман и Иоанн вступили в прямую переписку, то Иоанн по своему обыкновению оставил бы потомкам на память какие-нибудь отборные грубости.
Стефан Баторий
Один из самых легендарных правителей Восточной Европы, венгр Стефан Баторий (Иштван Батори), входит в историю современных Беларуси, Польши и Литвы. Он был выбран поляками на королевский престол через три года после Варфоломеевской ночи и оставил по себе память как о просвещённом и добром монархе, несмотря на то, что не умел говорить на языках ни одного из народов-подданных. Приказы и указы он писал на латыни.
Войска Стефана Батория не раз встречались с войсками Ивана Грозного на поле битвы. Грозный был амбициозным правителем и мечтал объединить под своим началом все бывшие земли Рюриковичей, включая те, что вошли в Великое Княжество Литовское и затем оказались в составе Речи Посполитой. Он преуспевал до того момента, как польский трон занял Баторий. Тот заручился поддержкой турков (что было неожиданно для христианского государя) и самым жёстким и даже жестоким образом принялся возвращать всё так недавно завоёванное русским царём.
Сам Иван Грозный относился к Баторию пренебрежительно, не считая себе ровней. В письмах всегда называл «соседом», а не «братом», потому что Баторий получил престол не по праву крови (хотя и закрепил свои права свадьбой с последней представительницей прямых потомков князя Ягайло Анной Ягеллонкой). После долгих месяцев войны Баторий прислал Ивану Грозному письмо, в котором бросал ему вызов — честнее, мол, в поединке двум государям решить все вопросы, чем проливать кровь подданных. Грозный счёл ниже своего достоинства этот вызов принять.
Королева-девственница
Другая легендарная королева того времени, англичанка Елизавета I, известна тем, что именно при ней творил Шекспир, именно её флот разбил испанскую Армаду (впрочем, потом Армада разбила английский флот, но это обсуждается реже), а ещё она сначала пленила, а через много лет казнила королеву Марию Стюарт. Мария была родственницей Елизаветы, получила престол в Шотландии, но претендовала и на английскую корону.
Елизавета I была единственной женщиной, с которой состоял в переписке Иван Грозный. Эта переписка длилась около двадцати лет, с 1562 года до самой смерти царя в 1584. В 1569 году Иван Грозный без шуток опасался, что его свергнут, и решил обеспечить себе убежище в Англии. Вероятно, он также подумывал упрочить своё положение, женившись на английской королеве.
Переговоры на эту тему провалились, и царь написал своё знаменитое гневное письмо, в котором припомнил буквально всё, что смог, например, что у англичан даже единой печати нет — на разных грамотах разная висит, а так приличные государи не делают, и помянул девичье звание Елизаветы. На некоторое время после этого отношения Московского царства и Англии были прекращены.
Творчеством Шекспира, несмотря на то, что они были современниками, Грозный не интересовался. Но, кстати, незадолго до смерти попытался посвататься к ещё одной англичанке, Марии Гастингс, дочери графа Хантингдона. Пикантность сватовства была в том, что Грозный был на тот момент женат и сваты, должно быть, немало смутили дочь графа, обещав ей, что если она примет предложение, от жены избавятся.
Другие знаменитые современники Грозного
Знаменитый японский политический лидер, попытавшийся открыть Японию для связей с Европой, Ода Нобунага умер на два года раньше, чем Грозный. Они были вообще примерные ровесники — Нобунага родился на четыре года позже Иоанна. Как и Грозного, его считали довольно жестоким человеком. Как и Грозный, он пытался собирать единые некогда, но при нём разобщёные японские земли — только официально не под своей властью, а под властью своего императора.
За время правления Грозного в Китае сменилось три императора династии Мин: Цзяцзин, Лунцин и Ваньли. Первый преследовал буддистов, будучи сам даосистом, ввёл страну в жёсткий экономический кризис и имел пристрастие к малолетним девочкам — он считал, что юные девственницы сделают его бессмертным. Параллельно он принимал таблетки для бессмертия, сделанные из красного свинца и мышьяка, и именно из-за них, как считается, умер. Его сын и преемник Лунцин терпеть не мог магов и тех, кто обещал бессмертие — что неудивительно. Избегание таблеток бессмертия ему не помогло — Лунцин умер в тридцать пять лет, правда, успев вывести страну из кризиса.
Сын императора Лунцина Ваньлю в результате занял трон в девять лет. Именно при нём в Китае стали выращивать привезённые из Америки картошку и кукурузу. На его же правление приходится первый официальный контакт с Россией — но уже после смерти Грозного.
Современницей Грозного была и испанская королева Хуана Безумная. В то время, когда Иван Васильевич принимал бразды правления, она уже много лет жила в заточении, поскольку её ментальное расстройство имело тяжёлые формы — она, например, не могла есть, если кто-то смотрит, и отказывалась мыться. Испанией (и, кстати, Германией) правил её сын Карл V, последний император, коронованный папой Римский.
Текст: Лилит Мазикина.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Тайны мира и человека
Иван IY Грозный и Сулейман Великолепный
Знаменитый турецкий султан Сулейман Великолепный и не менее знаменитый русский царь Иван Грозный правили практически в одно время, хотя царь и был намного моложе своего османского коллеги. Сулейману было уже 36 лет, когда в Москве грозовой августовской ночью появился на свет будущий первый московский царь. Но султан «опоясался мечом Османа» в 24 года, а Иван стал правителем Московского государства де-юре в возрасте трех лет — в 1533 году умер его отец, великий князь Московский Василий III. Всю жизнь Иван Грозный зорко присматривался к происходящему в великой Османской империи. Видимо, хотя изначально политические и экономические интересы Москвы и Стамбула совпадали и Россия и Турция даже были некоторое время военными союзниками, Иван Грозный прекрасно понимал, что противостояние России с мусульманскими осколками Золотой Орды рано или поздно приведет к столкновению с Османской империей, которая претендовала в XVI веке на роль гегемона в Северном Причерноморье и на Северном Кавказе, а в перспективе — и на Нижней и Средней Волге, где располагались Астраханское и Казанское царства, которые турецкие султаны стремились превратить, как и Крым, в своих вассалов.
Несмотря на это, турецкий султан был единственным монархом Европы и Азии, которого московский царь признавал равным себе — как «урожденного» правителя, по праву восседавшего на престоле.
Как писал российский юрист и историк XIX века А.В. Романович-Славатинский, «сознание международного значения самодержавия достигает в Грозном царе высокой степени». Иван IV ясно понимает, что представляет в себе высший принцип монархической власти, и остро реагирует на тех представителей европейских королевских династий, которые, по его мнению, не имеют законных прав на престол.
«Если бы у вас, — пишет он шведскому королю, — было совершенное королевство (самодержавное правление. — Авт.), то отцу твоему архиепископ и советники и вся земля в товарищах не были бы». Царь не без ехидства замечает, что шведский король «точно староста в волости», показывая полное понимание того, что этот «несовершенный» король представляет, по сути, демократическое начало.
Так же относится Иван Грозный и к избранному сеймом польскому королю Стефану Баторию, говоря на приеме польским послам: «Государю вашему Стефану в равном братстве с нами быть не пригоже». Не может обойтись московский царь без подковырки даже в самые трудные для себя моменты, когда Баторий, вторгшись в Московию, захватывает одну за другой пограничные русские крепости. Иван пишет польскому королю в письме: «Мы, смиренный Иоанн, царь и Великий князь всея Руси, по Божьему изволению, а не по многомятежному человеческому хотению» — намекая на выборность, «неурожденность» польского государя.
Международный скандал вызвало письмо московского царя английской королеве-«девственнице» Елизавете I, которую Иван назвал «пошлой» (обыкновенной) девицей, подручницей «торговых мужиков»: «Мы думали, что ты в своем государстве государыня и сама владеешь и заботишься о своей государевой чести и выгодах для государства, — поэтому мы и затеяли с тобой эти переговоры. Но, видно, у тебя, помимо тебя, другие люди владеют, и не только люди, а мужики торговые, и не заботятся о наших государских головах и о чести и о выгодах для страны, а ищут своей торговой прибыли. Ты же пребываешь в своем девическом звании, как всякая пошлая девица».
По представлению Ивана IV, высшая власть на земле — «самодержавие Божьим соизволением» — делегируется не от народа, а от Бога, передается по наследству от отца к сыну. Самодержавную власть, говорит Грозный, он получил от своих праотцев — Владимира Святого и Владимира Мономаха.
Как считал Иван Грозный, только турецкий султан соответствовал — наравне с ним самим — званию «совершенного» правителя, самодержавного монарха. Первоначально он старался поддерживать с Сулейманом добрососедские отношения. Быть может, этому не в последнюю очередь способствовали и личные мотивы: и дед Ивана Васильевича, великий князь Иван III, и сам Иван IV носили прозвище Грозный — такое же, как и отец Сулеймана Великолепного, Селим Явуз.
Именно при Иване III между Москвой и Стамбулом был краткий и уникальный исторический эпизод, когда два государства вступили в военный союз, третьей стороной которого стало Крымское ханство. Врагами союзников стали Большая Орда и Великое княжество Литовское. Союзные отношения с Крымом позволяли Ивану III и его наследнику Василию III сосредоточить внимание на завершении объединения русских земель вокруг Москвы.
В 1502 г. союзник великого князя московского Ивана III, крымский хан Менгли-Гирей в сражении на реке Суле нанес последнее поражение последнему ордынскому хану Ших-Ахмеду, и Большая Орда (самый крупный остаток Золотой Орды) перестала существовать. В то время как Менгли-Гирей добивал Большую Орду, основные силы Московского государства 14 июня 1500 г. в сражении на реке Ведроши разгромили войско литовского гетмана Константина Острожского.
Однако в результате разгрома врагов Русского государства, Литвы и Большой Орды, изменилась геополитическая ситуация в Восточной Европе: Россия превращалась в основного противника Крыма, который мечтал при помощи Турции возродить под своей властью Золотую Орду. После смерти в 1515 году хана Менгли-Гирея новый крымский хан Мухаммед-Гирей отказался от союза с Москвой и потребовал от Василия III отдать ему все города и земли южнее Оки, а Смоленск вернуть польскому королю и литовскому великому князю Сигизмунду. Летом 1521 г. Мухаммед-Гирей, воспользовавшись тем, что основные силы русских были заняты войной против Литвы, предпринял небывалый доселе поход на Москву и дошел до столицы. В селе Воробьево, в виду Кремля его воины, отбросив запреты пророка, пили хмельные меды из царских погребов.
Мухаммед-Гирей пытался взять под свой контроль и Казань, что надолго стало одним из приоритетов внешней политики Крыма. В этом же 1521 г. при поддержке Крыма казанские татары прогнали придерживавшегося московской ориентации казанского хана Ших-Али и посадили на престол Сахиб-Гирея, который был братом крымского хана. В 1532 г. Сахиб-Гирей, покинув казанский престол, стал ханом в Бахчисарае. По примеру своего брата он в 1541 г. тоже предпринял поход к Москве и едва ее не захватил.
Москве пришлось выстраивать оборонительную стратегию с учетом новой военной опасности. Как правило, крымские татары предпочитали совершать свои набеги по Оке, на Москву или Рязань. Поэтому особое внимание московские князья уделяли этому участку границы. В наиболее опасных, доступных для конной переправы местах постоянно располагались войска. Главные силы, как правило, стояли под Серпуховом (большой полк). Полк правой руки — в Тарусе, полк левой руки — в Лопасне, передовой полк — в Калуге, сторожевой полк — в Кашире.
Но московское правительство не ограничивалось пассивной обороной. В 1552 году войсками Ивана Грозного было завоевано Казанское ханство, четыре года спустя — Астраханское. Русские вышли на Северный Кавказ, в Пятигорье, где пришли в непосредственное соприкосновение уже со сферой влияния Османской империи. Когда в 1555 году русская армия вышла в степи, прилегавшие к Крыму, Сулейман дал понять Ивану Грозному, что не согласится с вторжением русских на полуостров. Письмо султана, написанное золотыми буквами на пурпурной бумаге, называло русского самодержца «удачливым царем и мудрым князем», видимо, намекая, что удача может повернуться к нему и спиной…
В это время Россия уже готовилась к Ливонской войне, и потому Иван Грозный внял предостережению Сулеймана и предпринимал попытки дипломатическим путем наладить мирные и даже союзнические отношения с Бахчисараем, учитывая острые противоречия между Крымом, Польшей и Литвой. Однако это ему не удалось, так как крымский хан Девлет I Гирей после захвата Казанского и Астраханского ханств стал непримиримым врагом России и поклялся вернуть власть над мусульманскими государствами, попавшими в руки неверных.
Тогда было решено воздействовать на крымского хана с помощью военной силы. В московской дипломатии боролись две политические силы, одна из которых — царская — пыталась разрешить ситуацию мирным путем, а другая — боярско-княжеская — стремилась к войне с Крымом. Царь уступил требованиям оппозиционной аристократии о походе на Крым: «Мужи храбрые и мужественные советовали и стужали, да подвижется сам (Иван Грозный) с своею главою, со великими войсками на Перекопского хана». На 1558—1561 гг. запланировали организовать по Днепру и по Дону крупные военные походы на Крым соединенными силами России, украинских казаков, пятигорских князей и Ногайской Орды, находившихся в зависимости от Москвы.
Напряженные отношения с Крымом вылились в прямую военную конфронтацию в мае 1558 года, когда русские войска под командованием князя Дмитрия Вишневецкого начали военный поход на Крымское ханство. В нем принимали участие отряды русского войска и украинских казаков, но привлечь к делу ногайцев и черкесских князей не удалось. Несколько сухопутных и морских походов под руководством Данилы Адашева и Дмитрия Вишневецкого не принесли решающего успеха, хотя в 1558 г. русские войска одержали победу над противником под Азовом (но сам Азов, принадлежавший Турции, взять не удалось), а в 1559 г. экспедиция под командой Д. Адашева уничтожила крымский порт Гезлев (ныне — Евпатория). Удары были нанесены по Очакову и Перекопу.
Но начиналась Ливонская война, и, не желая воевать на два фронта, в 1561 г. Иван IV отказался от планов массированного военного вторжения на Крымский полуостров и вновь попытался действовать дипломатическими методами. Он прекрасно понимал, что за спиной Крымского ханства маячит огромная Османская империя, находившаяся тогда на пике своего могущества.
Более того, турецкая пехота уже проторила дорогу к Москве. Не в последнюю очередь напряженность в русско-турецких отношениях вызывало то, что оба государства претендовали на власть над осколками Золотой Орды.
Вассалами Сулеймана Великолепного признавали себя казанские (Сафа-Гирей в 1524 году) и даже сибирские ханы. Казанское и Сибирское ханства надеялись получить от турок дипломатическую и военную помощь. И эти надежды не были беспочвенны. Османские войска принимали участие в походах крымских татар на Россию в 1541 году на Москву, в 1552-м и 1555-м — на Тулу, в 1556-м — на Астрахань. Русский поход 1558 года на Азов стал только ответом на все возрастающую агрессию южного соседа, которая только усиливалась на протяжении 60-х — 70-х годов XVI века.
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
Общество
Когда султан Сулейман I в 1520 году в возрасте примерно 25 лет взошел на трон Османской империи, сторонние наблюдатели были убеждены, «что он лишь недолго сможет противостоять порокам и беспорядочному образу жизни». К войнам он был, по их мнению, «не склонен, предпочитая жить в сералях». Однако они ошиблись. Когда Сулейман через 46 лет умер у ворот одной венгерской крепости, он успел поучаствовать в 13 больших военных походах на трех континентах, а также в бесчисленном множестве более мелких экспедиций. В общей сложности десять лет он провел в полевых лагерях, возведя Османскую империю на вершину могущества. К моменту его смерти она простиралась от Алжира до границы с Ираном и от Египта почти до ворот Вены.
Высокопоставленные представители империи почитали его, как наместника Бога на Земле, утверждал один венецианский дипломат, приведя очень точное сравнение: его авторитет был настолько велик, что высокопоставленные подчиненные были согласны на то, чтобы «последний раб» по приказу Сулеймана «схватил и казнил самого главного сановника империи». Так что нет ничего удивительного в том, что турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что его образцом для подражания является именно Сулейман I, тем более что османский султан, носивший прозвище «Великолепный», олицетворяет собой власть и могущество ислама еще больше, чем критик религии и основатель Турецкой Республики Кемаль Ататюрк.
Один лишь уход Сулеймана из жизни дал немало поводов для совершенно фантастических домыслов. Султану был 71 год, и он возглавлял поход на Венгрию. Его войско осадило крепость Сигетвар (Szegetvar). Хотя он и страдал от подагры и не мог скакать на лошади, он был убежден, что должен умереть не иначе как в ходе военного похода. И он достиг своей цели.
Вероятнее всего, Сулейман умер ранним утром 6 сентября 1566 года, когда его войско готовилось к решающему штурму крепости, от дизентерии. Чтобы предотвратить восстание разочарованных воинов, врачи, лечившие султана, были убиты, чтобы информация о его смерти не была разглашена. Гонцы сообщили эту весть наследнику престола Селиму. И лишь когда тот установил в столице свой режим, войску было сообщено о смерти Сулеймана, и оно выплеснуло весь свой гнев на осажденную крепость.
Забальзамированное тело Сулеймана было доставлено в Стамбул, но его «сердце, печень, желудок и другие внутренние органы были помещены в золотой сосуд и захоронены на месте, где стоял шатер хана Сулеймана», писал османский летописец Эвлия Челеби (Evlia Celebi). На этом месте позднее были установлены мавзолей, а рядом с ним мечеть, дервишский монастырь и небольшая казарма. Несколько лет назад останки Сулеймана были обнаружены и выкопаны археологами. Одновременно было объявлено, что именно в этом месте, «вероятно», было захоронено сердце Сулеймана.
Контекст
Неизвестные факты об Османской империи
Наследие османского колониализма
Братоубийство в Османской империи
Хотя эти отношения в будущем стали одной из излюбленных тем эротической литературы и беллетристики (теме секса в гаремах посвящено великое множество романов и опер), главный свой след в истории Сулейман оставил все же в роли военачальника. Причем это касается не только Европы. Хотя многие из его походов были обращены против христианских государств, самые значительные и дорогостоящие были направлены против мусульманских конкурентов, в первую очередь, против салафитов в Иране. Сулейман завоевал Тебриз и нынешний Ирак. Черное и восточная часть Средиземного моря стали, по сути, внутренними водоемами Османской империи, а в Алжире и Тунисе располагались ее морские базы. Лишь Вену в 1529 году, Мальту, Йемен и Эфиопию султану так и не удалось завоевать.
Однако из-за активных военных действий османы больше не были в состоянии финансировать свою огромную армию в таком же объеме, в каком это было возможно еще всего десятью годами ранее, во времена становления империи. Согласно некоторым подсчетам, содержание 200-тысячной армии — в том числе многочисленных отрядов военных рабов-янычаров — обходилось в две трети всего государственного бюджета в мирные времена. И как только военные походы перестали быть победоносными и способствовать обогащению империи, а превратились лишь в «игру мускулами», государственный бюджет стал нести опасные потери. К этому добавились огромные представительские расходы — не случайно же Сулейман имел прозвище «Великолепный». В эти времена в разных городах империи были построены роскошные мечети, над которыми работал его любимый архитектор Синан.
Для нынешней эрдоганской Турции характерно полное отсутствие всякой критики в адрес османского властителя. Когда там в 2011 году на экраны вышел телесериал «Великолепный век», в котором султан представал в обществе сотен едва одетых наложниц, президент пришел в ярость и потребовал запретить показ сериала — впрочем, телевизионные рейтинги говорили, что этого делать не следовало бы. Чтобы снять напряжение, авторы сериала были вынуждены сделать пояснение, что напитки, которые султан на экране пил из золотых кубков, являются не чем иным как фруктовыми соками.
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.