отсутствие подписи в договоре последствия
Актуальная позиция судов относительно договоров, заключенных неуполномоченным или неустановленным лицом
Управляющий партнер юридической группы Double Pro
специально для ГАРАНТ.РУ
В гражданском обороте нередки случаи, когда за одну из сторон в договоре подписывается лицо, которое не наделено на это полномочиями, либо кто-то с подражанием подписи, например, директора общества. Чаще всего такие действия имеют рутинный характер, ведь договоры то и дело заключаются дистанционно путем направления сторонами друг другу подписанных экземпляров по почте либо курьером.
При этом суды, столкнувшись с рассмотрением дел об оспаривании факта заключения договора, для установления истины вынуждены разбираться, действительно ли сделка накладывает на общество обязательства помимо его воли или же договор исполнялся сторонами, а позиция о недействительности лишь скрывает злоупотребление правом.
Становление единого подхода
В судебной практике дела, связанные с оспариванием сделок, заключенных неуполномоченным, а в некоторых случаях – неустановленным лицом, традиционно вызывают вопросы о квалификации таких сделок и о том, нарушает ли такая сделка сама по себе права стороны, от имени которой она была заключена.
Высшими судами на протяжении времени менялась позиция относительно того, как лицу, ставшей стороной сделки поневоле, защитить свои права.
Во второй половине 1990-ых годов договоры, заключенные неуполномоченным или неустановленным лицом, признавались судами незаключенными, и такая практика получила поддержку со стороны Высшего арбитражного Суда РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 1 августа 1995 г. № 7357/94, постановление Президиума ВАС РФ от 16 мая 2000 г. № 6612/98).
Но в постановлении Президиума ВАС РФ от 10 января 2003 г. № 6498/02 такие сделки квалифицированы иначе. Согласно правовой позиции Суда при совершении сделки от имени юридического лица лицом, которое не имело на это полномочий в силу закона, ст. 174 Гражданского кодекса не применяется. ВАС РФ разъяснил, что в таких правоотношениях стоит руководствоваться ст. 168 ГК РФ о недействительности сделок, не применяя при этом п. 1. ст. 183 ГК РФ.
С тех пор аналогичный подход был взят на вооружение судами при рассмотрении споров о недействительности сделок.
Несколько позднее Президиум ВАС РФ в Определении от 9 августа 2012 г. № ВАС-8728/12 по делу № А56-44428/2010 высказал позицию, что договор, заключенный неустановленным лицом, не отвечает требованиям закона, поэтому является ничтожным согласно ст. 168 ГК РФ независимо от признания его таковым судом.
С течением времени первоначальная позиция ВАС РФ о признании сделок, подписанных неуполномоченным лицом, незаключенными потеряла свою актуальность.
Например, арбитражный суд Северо-Кавказского округа в своем постановлении от 14 мая 2015 г. по делу № А53-6874/14 указал, что договор, подписанный неустановленным лицом, не соответствует требованиям закона и поэтому является ничтожным, а основанием для признания договора незаключенным в силу ст. 432 ГК РФ может являться лишь несогласование сторонами существенных условий, предусмотренных законом для данного вида договоров.
При этом в обоснование позиции суды, помимо положений непосредственно о недействительности сделок, обычно исходят из следующих норм ГК РФ:
Важно также иметь в виду, что заключение сделки неустановленным лицом обладает теми же правовыми последствиями, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия. Об этом в своем Определении от 4 июня 2013 г. № 44-КГ13-1 высказалась коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Восстановление прав в виде освобождения от обязательств
П. 1 ст. 183 ГК РФ в совокупности с разъяснениями, данными ВС РФ в п. 122-123 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» подводят к тому, что сделка является заключенной между «лжепредставителем» и иной стороной договора, но для представляемого никаких последствий не наступает.
Следуя данной логике, в некоторых спорах арбитражные суды приходили к выводу, что стороне для защиты своих прав достаточно не совершать действий, направленных на конвалидацию (последующее одобрение) сделки, заключенной неуполномоченным или неустановленным лицом.
В постановлении арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 3 июля 2015 г. № Ф04-21327/2015 по делу № А70-5966/2014 высказана позиция, что заключение сделки неуполномоченным лицом не влечет ее недействительности, а лишь не создает никаких последствий для лица, от имени которого подписана сделка, если только это лицо впоследствии прямо не одобрит сделку.
Суд исходил из буквального толкования абз. 1 ч. 1 ст. 183 ГК РФ, согласно которому при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.
Однако такой подход в определенных ситуациях способен привести к нарушению прав лица, от имени которого была заключена сделка неуполномоченным или неустановленным лицом.
В качестве примера приведем вымышленный случай, где неуполномоченное лицо заключает договор аренды нежилого помещения и подписывается от имени собственника. Очевидно, что действия, направленные на исполнение договора со стороны арендатора, будут нарушать права собственника нежилого помещения.
Арендатор может попробовать произвести государственную регистрацию договора аренды, в том числе путем подачи заявления в суд, а также требовать от собственника имущества предоставить доступ к арендованному помещению.
Собственнику помещения ничего не остается, как в каждой отдельной спорной ситуации доказывать непричастность к договору, заключенному от его имени с нарушениями.
Из этого простого примера мы видим недостатки позиции, согласно которой «заключение сделки неуполномоченным лицом не создает никаких последствий для лица, от имени которого подписана сделка».
В действительности же права и интересы собственника нежилого помещения будут защищены в полной мере лишь вступившим в законную силу судебным актом о признании договора аренды недействительным.
Так может ли суд «сыграть на опережение» и признать сделку недействительной без применения двусторонней реституции в случае, когда имущественные интересы уже восстановлены в других спорах, а новые негативные последствия могут возникнуть лишь в теории?
В похожей ситуации оказался истец в деле № А40-99614/17 о признании недействительными инвестиционных договоров (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28 апреля 2018 г. № Ф05-4979/18 по делу № А40-99614/2017).
Требования основаны на том, что неустановленным лицом от лица общества «Транссервис» были заключены инвестиционные договоры, порождающие определенные права и обязанности в отношении имущества, принадлежащего истцу.
Первоначально решением от 31 октября 2017 г. арбитражный суд города Москвы в иске отказал, а Девятый арбитражный апелляционный суд не нашел оснований для отмены решения суда и удовлетворения исковых требований общества.
Отказывая в иске, суды исходили из того, что истец не сослался на конкретные нормы, указывающие на недействительность такого рода договоров в силу несоблюдения их простой письменной формы.
Помимо прочего, недоказанным суды посчитали и сам факт того, что оспариваемыми сделками в принципе нарушены права истца и общество потерпело какие-либо негативные имущественные последствия.
Однако постановлением арбитражного суда Московского округа от 28 апреля 2018 г. судебные дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Окружной суд обратил внимание судов нижестоящих инстанций на то, что при рассмотрении дела не был рассмотрен довод о ненаделении полномочиями лица, подписавшегося в договорах в качестве представителя по доверенности. Не проверены доводы о том, существует ли доверенность и почему она отсутствует в материалах настоящего дела и других судебных дел.
При новом рассмотрении дела Арбитражным судом города Москвы от 21 августа 2018 г. инвестиционные договоры признаны недействительными. Суд установил, что ответчики не опровергли довод истца о том, что лицо, подписавшее инвестиционные договоры, не имело полномочий на их подписание и доверенности на подписание договоров не выдавалось.
В судебном акте отмечено также, что именно оспариваемые инвестиционные договоры были использованы ответчиками в целях незаконной регистрации права собственности на объекты недвижимости, расположенные на принадлежащих истцу земельных участках (записи о регистрации были оспорены в рамках другого судебного спора).
Суд первой инстанции также высказал крайне важную позицию, что восстановление прав истца заключается в его освобождении от всяких обязательств, возникающих из оспариваемых гражданско-правовых сделок, а признание сделок недействительными в полной мере восстановит нарушенные права общества, что соответствует смыслу ст. 12 ГК РФ.
Остается надеяться, что такой подход не станет единичным, и суды будут в каждом конкретном деле оценивать, защищены ли права истца общими положениями п. 1 ст. 183 ГК РФ или же сделка в случае применения недобросовестными лицами различных правовых механизмов может затронуть имущественное положение лица, от имени которого она заключена неуполномоченным или неустановленным лицом.
Можно ли заключить договор без подписи сторон?
На первый взгляд, в заключении договора нет ничего сложного: все тонкости прописаны в ГК РФ, а значит интересы обеих сторон защищены законом. Однако на практике предприниматели нередко сталкиваются с ситуацией, когда договор объявляют незаключенным, а обязательства, прописанные в нем, не выполняют. Расскажем, при каких условиях договор вступает в силу, и как доказать факт заключения соглашения.
Что говорит законодательство?
Правила заключения договора содержит ст. 432 ГК РФ. В частности, договор признают заключенным, если обе стороны пришли к согласию по всем существенным условиям в той или иной форме. К существенным условиям (далее – СУ) относятся:
информация о сторонах;
предмет договора — основные действия сторон в отношении какого-либо объекта. Например, если речь идет о продаже жилого дома, то предметом договора будут обязательства продавца передать недвижимость покупателю, а объектом — сам дом (его кадастровый номер, адрес, площадь, этажность и пр.);
цена, количество и другие условия, без которых невозможно заключить договор: например, для договора на оказание услуг это будут перечень и объем тех самых услуг;
прочие сведения или условия, которые, согласно действующему законодательству, кредит нужно указать порядок и сроки оплаты, размер процентной ставки и т.д.
Обычно форму заключения соглашения стороны выбирают сами, кроме случаев, прописанных в законе. К примеру, в ст. 362 ГК РФ оговорено, что договор поручительства оформляют только в письменном виде, иначе бумага считается недействительной.
Как же заключается договор? Ответ содержится в п. 2 ст. 432 ГК РФ:
сторона А направляет стороне Б оферту, то есть предложение заключить соглашение на определенных условиях;
сторона Б принимает условия соглашения, совершая акт акцепта;
как только сторона А получит акцепт, договор можно считать заключенным.
Рассмотрим этот нюанс отдельно.
Условия договора важнее его формы
Если ваш партнер отказывается оплатить услуги или поставить товар, ссылаясь на то, что никаких бумаг не подписывал и договоров не заключал, то он нарушает закон. Согласно ст. 434 ГК РФ письменная форма заключения договора – это:
документ с подписями всех сторон;
обмен сообщениями в бумажном или электронном виде (в т.ч. телеграммами, письмами, e-mail, сообщениями в мессенджерах), в ходе которого стороны достигли согласия по всем СУ.
В спорах о заключенности договора суд будет руководствоваться двумя утверждениями:
Все обстоятельства рассматриваются в пользу сохранения обязательств — это значит, что аннулировать договор через суд вряд ли удастся. Для суда важно, чтобы стороны выполнили свои обязательства в полном объеме.
Стороны признаются разумными и добросовестными участниками гражданских правоотношений — то есть, соглашаясь с СУ, обе стороны прекрасно понимали границы своих прав и обязанностей, а значит никаких предпосылок для невыполнения пунктов договора нет.
Таким образом, стороны не могут отказаться от исполнения договора, даже если форма его заключения кажется им неподходящей или неправильной. Это утверждение касается и тех случаев, когда обмен бумажными или электронными сообщениями не проводился вовсе. Расскажем об этом поподробнее.
Отсутствие документов не снимает ответственности
П. 3 ст. 438 ГК РФ говорит о том, что если сторона получила оферту и в срок, определенный для ее принятия, выполнила оговоренные в оферте действия, то данный факт считается акцептом.
Поясним на примере:
во время делового обеда ИП Петров предложил ИП Иванову выкупить у него 3 тонны овощей на сумму 100 тыс. руб.;
ИП Иванов, который уже не первый год вел дела с Петровым, согласился и тут же позвонил своему помощнику, чтобы отдать распоряжение об отгрузке;
несмотря на то что во время обеда никаких письменных договоренностей стороны не подписывали, по закону договор о продаже 3 тонн овощей считается заключенным, так как Иванов выполнил действия, озвученные в оферте.
Если Петров откажется оплачивать овощи, ссылаясь на отсутствие договора в письменной форме, суд встанет на сторону Иванова.
То же самое касается и ситуаций с подрядчиками:
ИП Иванов договорился с бригадой отделочников о мелком ремонте напольного покрытия в торговом павильоне;
строители оперативно заменили потрескавшуюся плитку на входе и обратились к Иванову с просьбой оплатить работу и материалы;
Факт принятия работы считается акцептом, а значит по закону Иванов обязан оплатить услуги отделочников в полном объеме. Это утверждение верно даже в том случае, если стороны не оговаривали конкретные сроки выполнения ремонта. Формально отсутствие условий о сроке – это повод признать договор незаключенным (п. 4 письма ВАС (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 января 2000 г. N 51)), однако если заказчик результат работ принял, то и оплатить труд исполнителя должен в полном объеме (п. 6 письма ВАС(Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25 ноября 2008 г. N 127)).
Налоги, неустойка и другие важные моменты
Вернемся к примеру с отгрузкой овощей. По закону предприниматели должны обосновывать и документально подтверждать свои расходы. Но у ИП Петрова на руках нет документов, подтверждающих отгрузку товара, что грозит налоговыми доначислениями в будущем.
Суд в этой ситуации встает на сторону налогоплательщика, отмечая, что условия поставки товаров относятся к сфере гражданского, а не налогового регулирования. Так как договор считается заключенным в момент получения акцепта (то есть фактической отгрузки овощей), то подтвердить факт расходов для ФНС может товарная накладная, либо другой документ, в котором указано количество товара, его наименование и стоимость, а также реквизиты сторон.
Еще один интересный момент – выплата неустойки. Гражданский кодекс прямо указывает на то, что соглашение о неустойке нужно оформлять в письменном виде, даже если сам договор не подкреплен какими-либо бумагами. В противном случае соглашение считается недействительным.
Поэтому, если есть риск, что контрагент не перечислит деньги, не отправит товар или нарушит сроки выполнения работ, нужно самостоятельно позаботиться о соответствующих документах. В нашем примере с овощами Иванов должен будет выплатить оговоренную сумму за поставку товара, а Петров не сможет потребовать с него пени за задержку платежа.
Исключение составляют ситуации, в которых предусмотрена выплата законной неустойки: ее оплачивают вне зависимости от того, подписали стороны соглашение о неустойке или нет.
Если стороны не пришли к согласию по всем СУ договора, то он считается незаключенным. Соответственно, никаких прав или обязанностей у сторон не возникает.
Принятие акцепта или выполнение условий оферты влечет за собой заключение договора, даже если он не оформлен в письменном виде.
Подписание акта о приемке выполненных работ влечет за собой финансовые обязательства даже в том случае, если договор формально не заключен.
Чтобы избежать проблем при заключении договора, всегда оформляйте достигнутые соглашения в письменной форме. Обязательно прописывайте все СУ, а также возможные штрафы и пени за их нарушение. Если договор нельзя подписать на месте, стороны могут обменяться экземплярами документа по почте (в том числе электронной): это обстоятельство стоит также указать в договоре.
В случае если договор по тем или иным причинам не подписали, самостоятельно озаботьтесь доказательствами сделки: сохраните переписку, товарные накладные, акты о приемке выполненных работ и пр. Они помогут доказать как факт заключения договора, так и выполнения всех взятых на себя обязательств.
ВС решал, можно ли одобрить сделку без подписи
Недвижимость под залог
ООО «Грес» занималось оптовой торговлей лесоматериалами и стройматериалами. Компания решила развивать бизнес, и в 2011 году взяла кредит в УралКапиталБанке. Она заключила несколько кредитных договоров, обеспечителями по которым стали физлица Елена Сулейманова, Ольга Газова и Игорь Насреддинов*. Под залог отдали недвижимость – цех спецмеханизмов и участок. Все это стоило в совокупности более 190 млн руб. Вся цена пришлась на цех, а долю в праве собственности на земельный участок по соглашению сторон оценили в 1 рубль.
Компания не смогла платить по кредитам и задолжала более 242 млн руб. В отношении компании ввели процедуру наблюдения (дело № А07-8698/2020), банк пошел взыскивать долги с обеспечителей. Одна из них, Сулейманова, подала встречный иск. Она настаивала, что никакого договора с банком не подписывала, и требовала признать его незаключенным. Она настаивала, что была нарушена простая письменная форма договора. Сулейманова попросила суд назначить почерковедческую экспертизу. В результате эксперты пришли к выводу, что подпись Сулеймановой действительно поддельная и принадлежит другому человеку. Позже оказалось, что сделка была совершена не самой Сулеймановой, а обладателем доверенности на ее имя. Сулейманова получала согласие мужа на ипотеку, а ипотека по договору залога была зарегистрирована в управлении Росреестра по нотариально удостоверенной доверенности, выданной лично залогодателем представителю Л. Ниловой.
Подпись по доверенности
Советский районный суд г. Уфы частично удовлетворил иск банка. Общество обязали выплатить 242 млн руб. и обратили взыскание на доли в праве собственности – цех и участок, принадлежащие Газовой и Насреддинову. В удовлетворении остальной части иска, касающейся долей Сулеймановой, суд отказал. Соответственно, встречный иск Сулеймановой удовлетворили – суд признал ее договор залога незаключенным. В решении сослались на то, что не доказано, что именно сама Сулейманова подписывала договор. А экспертиза признала, что подпись на договоре, которая идет после расшифровки, не оригинальная, она просто скопирована. Вышестоящие инстанции оставили такое решение без изменений.
Конкурсный управляющий ГК АСВ оспорил судебные акты в ВС (дело № 49-КГ20-26-К6). В коллегии под председательством судьи Сергея Романовского обратили внимание на значимое обстоятельство дела: согласие супруга Сулеймановой на ипотеку и выдачу доверенности ее представителю.
ВС в определении указал: по п.1 ст. 183 ГК (заключение сделки неуполномоченным лицом) сделка между третьим лицом и представляемым не считается заключенной, то есть вообще не существует. При этом получается, что заключенной должна быть сделка между представителем и третьим лицом. Но чтобы установить, что представитель и третье лицо договорились, необходимо соблюсти много условий.
При этом если представляемый одобрил сделку (такое одобрение действует с обратной силой), сделка с представителем преобразуется в действительную сделку с представляемым, указал ВС.
Коллегия перечислила, что можно понимать под «последующим одобрением сделки».
— Письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано;
— Признание представляемым претензии контрагента;
— Другие действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности);
— Заключение, а также одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой;
— Просьба об отсрочке или рассрочке исполнения;
— Акцепт инкассового поручения.
ВС отметил: зарегистрировала договор ипотеки не сама Сулейманова, а ее представитель на основании доверенности, но это обстоятельство суды никак не оценили. ВС отменил акты нижестоящих инстанций и направил дело на новое рассмотрение в первую инстанцию (на момент написания материала не рассмотрено – прим. ред.).
Юристы анализируют риски
Если решения нижестоящих судов изменят, это создаст спорный прецедент, полагает Гузь. По его мнению, не получится вовремя изменить решение по той или иной сделке: «Все ранее полученные документы даже после истечения срока исковой давности по их оспариванию будут трактоваться в пользу взыскателя».
Адвокат Андрей Саунин считает спорным вопрос о том, может ли представитель одобрять не подписанные доверителем сделки. Так, в рассмотренном деле неочевидно, что представитель имел право заключать сделки или подписывать договоры. «Если в доверенности не было таких полномочий, то по сути представитель действовал без полномочий на подписание и заключение. А если были в доверенности полномочия, то тогда ничего сверхъестественного я не вижу», – говорит адвокат. Он считает, что суд изучит, было ли в действиях сторон уголовное преступление. Сама по себе позиция, по которой одобрение сделок без подписи возможно, могла бы спровоцировать рост мошенничества, уверен он.
По оценке юриста, решение ВС подчеркивает, что надо не только формально оценивать факт надлежащего заключения договора. Следует учитывать другие обстоятельства, свидетельствующие о намерении залогодателя передать вещь в залог, а также то, как он вел себя в дальнейшем.
* Имена и фамилии участников спора изменены
Личная подпись: актуальные вопросы, судебная практика, рекомендации
ВСЁ, ЧТО НУЖНО ЗНАТЬ О ЛИЧНОЙ РУКОПИСНОЙ ПОДПИСИ
1. Что такое личная рукописная подпись и какой она должна быть
Личная рукописная подпись человека – это собственноручно выполненное человеком уникальное графическое начертание совокупности символов с применением некоторых оформительных приёмов, служащее для идентификации человека.
Необходимо иметь ввиду, что действующее законодательство РФ никак не разъясняет понятие личной подписи, в связи с чем вопрос определения понятия «личная подпись» по настоящее время остается дискуссионным.
В судебной практике существует, по меньшей мере, два подхода к определению понятия «личная подпись».
Специальные правила выполнения подписи отсутствуют, поэтому каждый человек вправе выбрать (создать) себе подпись произвольно. Подпись может состоять из букв, как образующих фамилию человека так и не образующих его фамилию. При этом обозначение фамилии в подписи, как правило, отличается от обычного её начертания. Подпись также может состоять из не образующих буквы символов (штрихов, росчерка), выполненных с применением определенных оформительных приёмов, или содержать таковые.
Также стоит отметить, что закон не требует от человека иметь постоянную устойчивую личную подпись, поэтому человек вправе изменять свою личную подпись.
В случаях, когда подпись человека в документе визуально выглядит простой и краткой, рекомендуется настоять на том, чтобы такой человек рядом со своей личной подписью проставил её расшифровку, то есть собственноручно проставил фамилию и инициалы в непосредственной близи от своей личной подписи (желательно тем же пишущим инструментом, которым он проставил подпись). Это позволит существенным образом увеличить шансы на идентификацию почерка автора подписи в случае спора по вопросу о подлинности (принадлежности) подписи. В противном случае велика вероятность того, что в последующем, при возникновении спора относительно подлинности (принадлежности) подписи, авторство простой и краткой подписи установить не удастся, а человек, которому будет вменяться авторство спорной подписи, сможет, при определенных обстоятельствах, от неё отказаться (заявит о том, что спорная подпись ему не принадлежит).
Если человек отказывается проставлять расшифровку подписи, обосновывая это тем, что он не понимает для чего это нужно, то рекомендуется объяснить ему для чего нужна расшифровка личной подписи и что она имеет большое значение в конкретной ситуации, по причине того, что проставленная им личная подпись представляется простой и краткой, что в дальнейшем может сделать невозможным определение её авторства.
2. Почему личная рукописная подпись так важна
В правоотношениях личная подпись выступает одним из способов выражения (изъявления) воли человека (наряду с устным заявлением, конклюдентными действиями и молчанием) на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей. Подпись служит своего рода удостоверительным знаком человека, который позволяет идентифицировать и аутентифицировать его.
Так, подпись – это необходимое условие для заключения гражданско-правового договора в письменной форме (ст. 160, п. 2 ст. 434 ГК РФ), то есть, если не доказано иное, то наличие личной подписи человека (правомочного лица) в договоре свидетельствует о выражении его воли на заключение договора.
Если в договоре отсутствует личная подпись человека, а равно если подпись в договоре не принадлежит этому человеку (лицу, полномочному заключать договор), то договор считается незаключенным, то есть не влечет для такого человека (лица) никаких правовых последствий [4]. Тем не менее, не стоит забывать о том, что подпись не является единственным способом выражения воли.
Так, например, в п. 3 ст. 432 ГК РФ указано, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности. В данном случае речь идет об «одобрении» договора, которое может быть выражено не только в полном или частичном его исполнении, как это было указано выше, но и в таких действия как, например, уплата неустойки, подписание различных актов и протоколов, переписка, касающаяся условий договора или его исполнения.
Иными словами, если действие договора впоследствии подтверждено лицом, которое заявляет о его незаключенности на том основании, что такой договор им не подписывался, то такой договор не получится признать незаключенным, независимо от того кем и как договор подписан, и подписан ли он вообще [5].
3. Должна ли личная рукописная подпись соответствовать подписи, содержащейся в паспорте или иных документах
В данном вопросе имеет значение не визуальное соответствие личной подписи паспорту, а то, кому действительно принадлежит личная подпись в документе, то есть личность человека, рукой которого выполнена подпись. Поэтому в правоприменительной практике главенствует позиция, согласно которой подпись, выполненная лицом в документе, не обязательно должна визуально соответствовать подписи, содержащейся в паспорте, а само по себе визуальное несоответствие подписи паспорту, не свидетельствует о том, что подпись данному лицу не принадлежит [7]. Данная позиция может быть закономерно применена и к вопросу соответствия подписи лица, выполненной в документе, подписям, выполненным этим лицом в других документах.
Указанная позиция обусловлена тем, что в силу особенностей почерка человека, возможности его изменения или фальсификации, достоверно установить принадлежность или непринадлежность подписи к тому или иному лицу возможно только путем проведения почерковедческой экспертизы. Поэтому лицо, не обладающее специальными знаниями в области почерковедения не вправе делать самостоятельные выводы относительно принадлежности или непринадлежности подписи к тому или иному лицу [8].
Тем не менее, в правоприменительной практике встречаются редкие случаи, когда в ходе судебного разбирательства суд без проведения почерковедческой экспертизы делает выводы о непринадлежности подписи тому или иному лицу, основываясь на простом визуальном несоответствии подписи лица, выполненной в документе, подписи, содержащейся в его паспорте [9].
Стоит отметить, что в некоторых редких случаях личная рукописная подпись лица, выполненная в документе, всё таки должна визуально соответствовать подписи этого лица, содержащейся в иных документах [10], однако с учетом всего вышеизложенного подобные требования носят исключительно формальный характер.
Существует две причины, по которым визуальное соответствие или несоответствие подписи лица в различных документах само по себе не свидетельствует о принадлежности или непринадлежности подписи этому лицу и потому не имеет правового значения.
Во-первых, подпись человека может быть подделана, то есть, подпись в документе может визуально соответствовать подписи лица, содержащейся в его паспорте или ином документе, однако в действительности такая подпись может быть выполнена совсем другим лицом с подражанием подлинной подписи лица из паспорта или иного документа [11].
Во-вторых, подпись человека, как и его почерк, могут меняться. Причиной различия подписей, выполненных одним и тем же лицом, может являться вариационность почерка человека, а также естественное или умышленное изменение почерка. Естественное или умышленное изменение почерка принято относить к так называемым «необычным условиям».
Под вариационностью почерка понимают устойчивое видоизменение почерка одного и того же лица, отображенное в его рукописях, являющееся средством приспособления к различным условиям их выполнения.
Естественное изменение почерка – это не зависящие от человека обстоятельства, которые могут привести к изменению почерка, в том числе подписи. К ним можно отнести возрастные изменения почерка, некоторые заболевания, травму руки или смену пишущей руки, обстановку в которой выполняется подпись и пр.
К искусственному изменению почерка относятся случаи, когда человек умышленно искажает свою подпись при её проставлении (автоподлог) с целью последующего отказа от неё [12].
Изменение подписи человека не является безусловным препятствием для определения принадлежности или непринадлежности подписи тому или иному лицу при проведении почерковедческой экспертизы [13], так как существует множество специальных устойчивых признаков, по которым осуществляется идентификация почерка человека.
Стоит отметить, что в редких случаях человеку всё же удается изменить свой почерк до такой степени, что по результатам почерковедческой экспертизы дать ответ в категоричной форме будет невозможно, то есть результаты экспертизы будут носить вероятностный характер [14].
Для того чтобы гарантировать подлинность личной рукописной подписи в документе рекомендуется, по возможности, обеспечить личное присутствие при проставлении подписи, чтобы убедится, что подпись проставлена собственноручно именно тем, лицом, которое указано в документе.
Если кто-либо настойчиво требует расписаться в документе также как и в паспорте, то во избежание потери времени, лишних споров и конфликтов, рекомендуется выполнить такое требование и подписать документ такой подписью, как в паспорте или ином документе, на который ссылается требующая сторона.
В случаях, когда поставить личную подпись как в паспорте физически не представляется возможным (почерк сильно изменился в результате травмы руки или иной болезни, либо по иным причинам), рекомендуется сообщить об этом требующей стороне и предложить ей подписать документ текущей подписью с проставлением расшифровки подписи.
Кроме того, в случае если документ подписывается при личном присутствии человека, который настаивает на проставлении такой же личной подписи, как в паспорте, то такого человека можно заверить в том, что проблем с установлением авторства подписи в дальнейшем не возникнет, так как подпись ставится в его присутствии, что исключает возможность проставления подписи другим человеком.
4. Чем лучше всего проставлять личную рукописную подпись
Действующее законодательство РФ не содержит какого-либо общего правила относительного того, при помощи чего должна быть проставлена личная рукописная подпись в том или ином документе, т.е. закон прямо не указывает, должна ли это обязательно быть паста (чернила), а если паста то какая, или же можно обойтись карандашом.
Тем не менее, в ряде случаев установлены требования к тому, какой пишущий инструмент должен быть использован для составления рукописного документа и проставления подписи в нем, однако такие требования на практике встречаются редко, так как применяются в отдельных «узких» сферах [15].
Универсальным решением для проставления личной рукописной подписи в документах представляется использование ручки с пастой (чернилами) синего, черного или фиолетового цвета, так как большинство существующих требований устанавливает необходимость использования ручки именно с таким цветом пасты (чернил). При этом лучше всего использовать шариковую ручку.
Карандаш, в отличие от ручки с пастой (чернилами), легко удаляется с бумажного носителя, поэтому использование карандаша для проставления личной подписи – это не надежное решение, которое, к тому же, вызовет определенные подозрения со стороны других лиц.
В отличие от карандаша, применение ручки с пастой (чернилами) для проставления личной подписи – это достаточно определенное в своем содержании, широко применяемое правило. Разумный и добросовестный человек, который действительно намерен выразить свою волю на бумаге, не будет ставить свою личную подпись в договоре карандашом, зная, что его легко можно удалить.
Иными словами, в поддержку безоговорочного запрета на использование карандаша можно привести такие доводы как применение обычая (ст. 5 ГК РФ), применение принципа добросовестности (п. 4 ст. 1 ГК РФ), а также запрет на злоупотребление правом (п. 1 ст. 10 ГК РФ).
Для проставления личной рукописной подписи, во избежание потери времени, лишних споров и конфликтов, рекомендуется использовать шариковую ручку с пастой (чернилами) исключительного синего цвета, так как по синему цвету пасты (чернил) легче всего отличить оригинал от ксерокопии.
__________________________________
Постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.05.2019 № 18АП-4156/2019 по делу № А07-7535/2018; Определение Фировского районного суда Тверской области от 24.10.2018 по делу № 2-98/2018; Решение Железнодорожного районного суда города Екатеринбурга от 08.10.2015 по делу № 2-1812/2015
М-1152/2015; Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 11.03.2015 по делу № 33-3043/2015.
Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 25.02.2020 по делу № 2-2660/2019, 33-1893/2020; Апелляционное определение Кемеровского областного суда от 23.01.2020 по делу № 33-886/2020(2-1396/2019); Апелляционное определение Ленинградского областного суда от 11.09.2019 по делу № 33-5452/2019; Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 29.05.2018 по делу № 33-13084/2018; Решение Нерехтского районного суда Костромской области от 20.03.2020 № 12-27/2020; Решение Киселевского городского суда Кемеровской области от 14.10.2019 по делу № 2-1396/2019; Решение Калининского районного суда города Челябинска от 09.10.2018 по делу № 2-3245/2018; Решение Армянского городского суда Республики Крым от 04.04.2017 по делу № 2-1/2017(2-370/2016;)
М-329/2016; Решение Чертановского районного суда города Москвы от 09.09.2016 по делу № 2-4890/2016; Решение Рудничного районного суда города Прокопьевска от 03.12.2015 по делу № 2-1769/2015).
Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 29.06.2020 № Ф09-1565/20 по делу № А60-16139/2019; Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 15.03.2019 N Ф03-939/2019 по делу № А51-12118/2017; Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.10.2018 № Ф07-12611/2018 по делу № А56-92283/2016; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.04.2017 № Ф05-1086/2017 по делу № А40-11097/2015; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020 № 09АП-16372/2020 по делу № А40-59522/2019; Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020 № 17АП-1889/2020-ГК по делу № А60-54163/2019; Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 03.03.2020 по делу № 8г-3119/2020; Определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 30.01.2020 по делу № 88-1792/2020; Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 19.06.2019 по делу № 33-121/2019.
Решение Останкинского районного суда города Москвы от 17.01.2019 по делу № 2-670/19; Решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 25.05.2018 по делу № 2-1933/2018
М-1166/2018; Решение Заводского районного суда города Саратова от 25.05.2018 по делу № 2-1291/2018
Постановление Президиума ВАС РФ от 13.12.2011 № 10473/11 по делу № А07-16356/2009; Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.10.2019 № Ф08-9270/2019 по делу № А01-1527/2018; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.10.2019 № Ф04-4449/2019 по делу № А70-18025/2018; Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 11.09.2017 № Ф09-5438/17 по делу № А07-26107/2016; Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2020 № 15АП-234/2020 по делу №А53-25884/2019; Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 31.10.2018 № 05АП-7035/2018 по делу № А59-282/2018; Решение Советского районного суда города Рязани от 25.06.2019 № 2-131/2019(2-2410/2018;)
Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 01.06.2018 № Ф01-2028/2018 по делу № А43-6552/2016 ; Решение Уржумского районного суда Кировской области от 02.04.2019 по делу № 2-2/2019(2-412/2018;)
М-428/2018; Решение Урицкого районного суда Орловской области от 14.03.2019 по делу № 2-1-3/2019(2-1-458/2018;)
Апелляционное определение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 12.04.2018 по делу № 11-254/2018; Апелляционное определение Верховного суда Республики Бурятия от 14.03.2016 по делу № 33-1534/2016; Апелляционное определение Тамбовского областного суда от 09.11.2015 по делу № 33-3249/2015; Апелляционное определение Ставропольского краевого суда от 24.03.2015 по делу № 33-1974/2015; Решение Серпуховского городского суда Московской области от 28.09.2018 по делу № 2-1453/2018; Решение Мелеузовского районного суда Республики Башкортостан от 07.03.2017 по делу № 2-357/2017
Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 23.11.2016 № Ф07-10344/2016 по делу № А21-11232/2014); Апелляционное определение Свердловского областного суда от 07.12.2018 по делу № 33-22125/2018; Апелляционное определение Новосибирского областного суда от 08.09.2016 по делу № 33-9774/2016; Апелляционное определение Краснодарского краевого суда от 30.08.2016 по делу № 33-22213/2016; Решение Ленинского районного суда города Махачкалы от 30.07.2019 по делу № 2-148/2019; Определение Приморского краевого суда от 19.07.2011 по делу № 33-6781.
Решение Верховного Суда Республики Крым от 29.11.2017 по делу № 21-1158/2017; Решение Зеленчукского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 19.04.2018 по делу № 2-165/2018
п. 4 ч. 19 ст. 61 Федерального закона «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 03.08.2018 г. № 289-ФЗ; п. 45 «Административного регламента исполнения Федеральным казначейством государственной функции организации исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства федерального бюджета по денежным обязательствам федеральных бюджетных учреждений», утвержденного Приказом Минфина РФ от 22.09.2008 № 99н; пп. «е» п. 86 «Порядка заключения и формы договора о предоставлении государственному внебюджетному фонду Российской Федерации бюджетного кредита на пополнение остатка средств на счете бюджета», утвержденного Приказом Минфина России от 09.09.2019 № 144н.
Апелляционное определение Московского городского суда от 12.07.2019 по делу № 33-31147/2019; Апелляционное определение Свердловского областного суда от 22.02.2019 по делу № 33-3025/2019; Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 16.05.2018 по делу № 33-3666/2018; Решение Кромской районного суда Орловской области от 03.09.2019 № 2-1-206/2019
М-1-187/2019; Решение Заводского районного суда города Орла от 02.07.2019 по делу № 2-1441/2019; Решение Дятьковского городского суда Брянской области от 11.03.2019 по делу № 2-11/2019(2-756/2018;)
М-704/2018; Решение Промышленного районного суда города Оренбурга от 31.01.2018 по делу № 2-73/2018(2-3104/2017;)
Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20.02.2019 № Ф08-12199/2018 по делу № А32-8551/2018; Апелляционное определение Астраханского областного суда от 17.07.2019 № 33-2543/2019; Апелляционное определение Сахалинского областного суда от 29.05.2018 по делу № 33-1278/2018); Решение Бабушкинского районного суда города Москвы от 28.06.2019 по делу № 2-877/2019; Решение Пролетарского районного суда города Тулы от 10.06.2019 по делу № 2-825/2019; Решение Ленинского районного суда города Саратова от 30.01.2019 по делу № 2-24/2019(2-4960/2018;)
Решение Советского районного суда города Липецка от 11.10.2018 по делу № 2-5058/2018
М-3925/2018; Приговор Тулунского городского суда Иркутской области от 10.04.2017 по делу № 1-1/2017(1-2/2016;1-82/2015).
Апелляционное определение Московского областного суда от 06.02.2019 по делу № 33-290/2019(32234/2018); Апелляционное определение Верховного суда Республики Коми от 05.09.2016 по делу № 33-5574/2016.
ст. 45.1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утв. ВС РФ 11.02.1993 № 4462-1; п. 7.2 Инструкции Банка России от 30.05.2014 № 153-И; п. 2.2.5, 3.2.12, 4.2.16 Правил безопасного ведения газоопасных, огневых и ремонтных работ, утвержденных Приказом Ростехнадзора от 20.11.2017 № 485.
Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 19.02.2019 № Ф07-17624/2018 по делу № А56-19830/2018; Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.01.2019 № Ф04-6176/2018 по делу № А03-17879/2016; Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 07.03.2018 № Ф01-296/2018 по делу № А11-9517/2016; Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.11.2018 № 07АП-338/18(2) по делу № А03-14117/2017; Постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2017 по делу № А11-9517/2016; Апелляционное определение Смоленского областного суда от 13.08.2019 по делу № 33-2473/2019; Решение Калининского районного суда города Чебоксары от 28.08.2019 по делу № 2-631/2019.