ответственность по договору залога
Ответственность по договору залога
ГК РФ Статья 339. Условия и форма договора залога
(в ред. Федерального закона от 21.12.2013 N 367-ФЗ)
(см. текст в предыдущей редакции)
Перспективы и риски арбитражных споров и споров в суде общей юрисдикции. Ситуации, связанные со ст. 339 ГК РФ
Споры в суде общей юрисдикции:
1. В договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство.
Стороны могут предусмотреть в договоре залога условие о порядке реализации заложенного имущества, взыскание на которое обращено по решению суда, или условие о возможности обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке.
2. В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, обязательство, обеспечиваемое залогом, включая будущее обязательство, может быть описано способом, позволяющим определить обязательство в качестве обязательства, обеспеченного залогом, на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на обеспечение всех существующих и (или) будущих обязательств должника перед кредитором в пределах определенной суммы.
В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, предмет залога может быть описан любым способом, позволяющим идентифицировать имущество в качестве предмета залога на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на залог всего имущества залогодателя или определенной части его имущества либо на залог имущества определенных рода или вида.
3. Договор залога должен быть заключен в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма.
Договор залога в обеспечение исполнения обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен, подлежит нотариальному удостоверению.
Несоблюдение правил, содержащихся в настоящем пункте, влечет недействительность договора залога.
Как бизнесмены защищают имущество с помощью залога и какие ошибки они при этом рискуют допустить
Человек или компания даёт в долг другому человеку или компании деньги. Заимодавец — тот, кто даёт в долг, заёмщик — тот, кто берёт.
Заимодавец хочет быть уверенным, что долг будет возвращён. Что может быть гарантией возврата? Залог имущества должника. Если заёмщик не вернёт долг, то кредитор заберёт у должника заложенное имущество, и долг будет считать возвращенным. Важно понимать, что договор займа и договор залога — это два разных договора.
Сторона договора, которая получила в залог имущество, называется залогодержателем.
Залогу посвящены статьи 334-356 Гражданского кодекса.
Замечание на полях: ипотека — это заём под залог недвижимости, а вовсе не кредит в банке на покупку квартиры, как думают многие.
Как применяется залог для защиты имущества?
Дело в том, что у залогодержателя при банкротстве заёмщика больше прав, чем у тех кредиторов, у которых ничего в залоге нет: залогодержатель получает не менее 70% от суммы, которая была выручена от продажи предмета залога во время банкротства (п.1 ст. 138 закона о банкротстве). Поясним на примере.
Давние приятели Иванов и Петров заключили договор займа: Иванов взял в долг у Петрова 10 млн руб и дал Петрову в залог свою квартиру.
Иванов был должен не только Петрову, но и Сидорову. Ну или налоговой инспекции задолжал. Платить не может. Начинается процедура банкротства Иванова.
Финансовый управляющий продаёт заложенную квартиру за 8 млн руб. 70% от этой суммы, то есть 5,6 млн руб получает Петров как залогодержатель. Остальная часть денег от продажи — 2,4 млн руб — зачисляются на специальный счёт и уйдут другим кредиторам.
Как видите, залог не позволяет спасти саму квартиру. Но защитить часть от её стоимости он может. Конечно, если сделать всё правильно.
Но правильно у бизнесменов получается не всегда.
Ошибка № 1: сумма займа намного меньше стоимости заложенного имущества
В таком случае затея теряет смысл. Например, стоимость квартиры — 10 млн руб, а займ на 3 млн руб. В банкротстве квартира будет продана за 7 млн, залоговый кредитор получит 3 млн рублей, но остальные-то 4 млн уйдут другим кредиторам. И зачем тогда все это было?
Конечно, можно составить договор займа и на 10 млн, и на 50 млн. Но тут есть риск допустить другую ошибку, из-за которой договор залога признают недействительным.
Ошибка № 2: заимодавец дал в долг деньги, которых у него не было
Когда начнётся банкротство, и залоговый кредитор включится в реестр кредиторов, ему придётся доказывать, что он действительно дал в долг деньги. То есть надо будет доказать реальность основного обязательства (займа).
А дать в долг можно только то, что у тебя есть. Если кредитор — человек с зарплатой 30 тыс руб/мес даёт в долг 10 млн руб, то у кредиторов, финансового управляющего и арбитражного суда будут вопросы, откуда такая сумма у заимодавца вообще взялась. И если не будет четкого и подтвержденного документами ответа, то суд признает договор займа и залога недействительными, и никаких 70% от стоимости заложенного имущества залоговый кредитор не получит.
Ошибка № 3: не суметь доказать, что деньги действительно были переданы
Заимодавец может быть достаточно состоятельным, чтобы давать в долг крупные суммы. Но само по себе это не гарантирует, что суд признает его кредитором и «пустит» в реестр кредиторов. Надо ещё доказать, что деньги действительно были переданы.
Самое слабое подтверждение передачи денег — расписка. На неё лучше не полагаться. А вот если деньги переведены по безналу (переведены на расчетный счет заёмщика), то это выглядит уже намного убедительнее, хотя и тут может быть не все гладко.
Недавно к нам обратился бывший директор, который дал возглавляемой им компании почти 70 млн руб в долг. Деньги прошли по безналу, и в банковских выписках все это видно. Потом директор ушёл из компании, а так как долг не выплачивался, обратился к юристам, чтобы они помогли взыскать деньги с процентами. Но те юристы, доказывая факт самого займа, неверно расставили акценты: надо было упирать на то, что деньги шли по безналу, что доказывает не только факт их наличия у заимодавца, но и фактическую передачу денег заёмщику. Но этот момент был упущен, и две судебные инстанции отказали директору во взыскании денег. Когда первая инстанция и апелляция были проиграны, директор пришёл к нам. Мы ведём это дело в кассации.
Ошибка № 4: заключить договор займа и залога менее, чем за 6 месяцев до подачи заявления о банкротстве или после подачи
Сделки, в силу которых один кредитор получает преимущество перед другими кредиторами, называются сделками с предпочтением (ст. 61.3 закона о банкротстве). Договор залога имущества — это как раз такая сделка, ведь залоговый кредитор получает не менее 70% стоимости имущества, тогда как всем остальным кредиторам остаётся довольствоваться остатками — 30%.
Арбитражный суд признает залог недействительным, если он заключён менее, чем за 6 месяцев до подачи иска в суд. Это железно, тут нет других вариантов. Кредиторам не надо будет ничего дополнительно доказывать. Вот договор залога, вот он заключён в пределах 6 месяцев до подачи заявления, значит, договор недействительный и точка.
Это подтверждается судебной практикой. Например, в деле № А45-10393/2017 должник заключил с Альфа-Банком договор залога, но суд признал их недействительными, потому что они были заключены в период предпочтительности. При этом никакие другие факты не имели значения:
сделки залога, заключенные в период предпочтительности, признаются недействительными без необходимости установления недобросовестности контрагента.
То есть неважно, знал банк об имущественном положении должника, не знал — не имеет разницы. Есть и другая аналогичная практика:
Если договор заключён за год или за два — другое дело, в этом случае рисков признания сделки недействительной куда меньше.
Но 6 месяцев — это не единственный срок, на который следует обращать внимание при заключении договора залога.
Ошибка № 5: дать кредиторам и суду основания признать, что сделка совершена, чтобы нанести ущерб кредиторам
По факту суды признают, что сделка совершена с целью причинения ущерба кредиторам, если у неё нет разумного обоснования, смысла и целесообразности.
Это работает в течение 3-х лет до подачи заявления о банкротстве в суд.
Например, в деле № 2-583/11 суд взыскал с заёмщика в пользу заимодавца 32 единицы транспортной техники, которая была в залоге у заимодавца.
Но потом должник пошёл на банкротство, и конкурсный управляющий заявил, что этот договор и залог техники — фикция, нужная только для того, чтобы вывести имущество из-под носа налоговой. Договор залога был заключен, когда в отношении должника проходила выездная налоговая проверка.
Арбитражный суд поддержал управляющего и признал договор залога недействительным.
Очень важная деталь: арбитражный суд признал договор недействительным, хотя до этого суд общей юрисдикции взыскал предмет залога в пользу залогодержателя (то есть признал, что с договором все в порядке).
Судами сделаны следующие основные выводы:
— наличие вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции о взыскании с должника задолженности по договору займа путем обращения взыскания на заложенное по спорному договору имущество не лишает суд, рассматривающий дело о банкротстве, возможности признать такой договор залога недействительным по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве;
— действительной целью заключения договора залога являлся вывод активов должника и исключение возможности иных кредиторов, в частности уполномоченного органа, получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Ошибка № 6: заключить договоры займа и залога с аффилированными лицами
То есть с супругом, родителями, детьми, братьями, с собственной компанией, с компанией, в которой сторона договора — директор и т.д. Но это не все.
Не только родственники и руководители — аффилированные лица. Суд может признать лиц аффилированными, если они давно знакомы, друзья и вообще есть основания полагать, что между ними есть связь. Например, если два человека постят в Инстаграме совместные фотки из ресторанов, боулингов, бани, с охоты, пикников и курортов, то есть риск, что суд признает их аффилированными.
Сама по себе аффилированность не ведёт к признанию договора залога недействительным. Признавать договор таковым или нет — решать будет суд. Но если аффилированности нет, то шансы, что договор устоит, выше.
Ошибка № 7: «накосячить» в договорах займа и залога
Есть такая вещь — существенные условия договора. Если в договоре они почему-то не прописаны, то считается, что договора нет. Поэтому существенные условия — обязательны.
Существенные условия договора займа:
Если договор заключается между компаниями, то в договоре нужно прописать ещё и проценты, потому что просто так, по доброте душевной, компании друг другу деньги в долг не дают. Беспроцентный займ между юрлицами — это очень, очень подозрительно.
Существенные условия договора залога:
Ошибка № 8: забыть зарегистрировать договор залога в Росреестре, если предмет залога — недвижимость
Договоры, связанные с недвижимостью, надо регистрировать в Росреестре. Иначе договор недействителен.
Выводы
Договор залога не позволит сохранить заложенное имущество в случае банкротства, но даёт возможность сохранить значительную часть стоимости этого имущества.
Есть ряд причин, из-за которых договор залога может быть признан недействительным. При заключении договора их необходимо учитывать.
Взыскать убытки с нерадивых залогодержателей станет проще
Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ опубликовала Определение от 10 августа 2021 г. № 302-ЭС21-4332 по делу № А78- 10606/2019. Данный судебный акт имеет важное значение для разрешения споров по вопросам обращения взыскания на заложенное имущество.
Суть спора состояла в том, что кредитор на основании решения суда обратил взыскание на заложенное имущество общей стоимостью 700 тыс. руб., однако, поскольку указанное имущество находилось в плачевном состоянии, залогодержатель смог выручить от его продажи только 330 тыс. руб. Разницу в 370 тыс. руб. кредитор решил взыскать в судебном порядке с залогодателя, ссылаясь на его недобросовестное поведение, выразившееся в длительном уклонении от исполнения обязательства по передаче предмета залога залогодержателю. Суды первой и второй инстанций встали на сторону истца, удовлетворив исковые требования. Однако кассация посчитала, что факт передачи предмета залога залогодержателю уже является надлежащим исполнением обязательства, поэтому истец не вправе взыскивать какие-либо убытки, связанные с ухудшением состояния предмета залога.
ВС, в свою очередь, не согласился с выводами кассационного суда и напомнил, что согласно п. 1 ст. 343 ГК РФ залогодатель обязан принимать меры, способствующие сохранению предмета залога от утраты или уменьшения его стоимости, а также необходимые для сохранности заложенного имущества.
Отменяя кассационное определение, Экономколлегия ВС придерживалась мнения, что позиция суда кассационной инстанции не способствует восстановлению нарушенных прав кредитора в лице залогодержателя и не защищает его от недобросовестности контрагента – залогодателя.
Изложенные в определении выводы Суда задают новый вектор в разрешении аналогичных споров.
Ранее судебная практика по спорам о взыскании убытков в связи с ненадлежащим исполнением договора залога не была единообразной. Зачастую суды вставали на сторону залогодателей, передававших залогодержателю некачественный предмет залога. Так, в постановлении АС Северо-Западного округа от 7 марта 2017 г. № Ф07-532/2017, Ф07-533/2017 по делу № А56-97024/2015 подчеркнуто, что сам факт передачи заложенного имущества залогодержателю подтверждает исполнение обязательства залогодателем. В таких случаях обязательство считалось исполненным, в связи с чем требования залогодержателя о взыскании убытков в виде разницы между стоимостью залога, о которой стороны договорились изначально, и стоимостью его реализации после обращения взыскания на него оставались без удовлетворения.
В то же время, на мой взгляд, судам всегда необходимо обращаться к одному из основных начал гражданского законодательства – принципу добросовестности участников гражданских правоотношений. Согласно п. 4 ст. 1 ГК никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного и недобросовестного поведения. Действия лиц, осуществлявших свои права в нарушение указанного принципа, не подлежат судебной защите. Однако суды нередко «забывали» о данном принципе и выносили решения, противоречащие ему.
Положения п. 3 ст. 307 ГК развивают идею о необходимости добросовестного поведения участников гражданских правоотношений: при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.
Нарушение принципа добросовестности имеет крайне важное значение для осуществления предпринимательской деятельности, поскольку добросовестное исполнение участниками гражданских правоотношений их обязательств по договору обеспечивает стабильность экономических отношений, позволяет предпринимателям определять перспективу деятельности, оценивать риски. Вероятность освобождения залогодержателя от гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, возникших из-за ненадлежащего исполнения обязательств по договору залога, на мой взгляд, ставила бы залогодателя в уязвимое положение, поскольку он не был бы точно уверен в том, что его требования по обеспечиваемому обязательству путем обращения взыскания на заложенное имущество будут удовлетворены.
Наделение залогодателя возможностью не отвечать за умышленное нарушение его обязательств по договору залога позволяет ему по собственному усмотрению решать, исполнять обязательство или нет, относиться к заложенному имуществу, находящемуся в его владении, бережно или нет. При таких обстоятельствах явно нарушается баланс интересов участников обязательственных правоотношений. По сути, возможное освобождение от ответственности за умышленное нарушение обязательств – это полная безответственность, которая не отвечает целям гражданского законодательства.
Согласно п. 1 ст. 393 ГК должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Задача института возмещения убытков состоит в восстановлении положения кредитора на том уровне, каким оно было бы в случае надлежащего исполнения обязательства.
Участники обязательственных отношений конкретизируют в договоре порядок и условия наступления ответственности в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств. Совершая сделку, стороны добровольно берут на себя ответственность за нарушение условий договора. В рамках договора залога залогодатель обязан предпринять все необходимые меры, чтобы сохранить предмет залога в надлежащем состоянии. В связи с этим позиция судов, «поощрявших» недобросовестное поведение залогодателя и отказывавших в удовлетворении исковых требований о взыскании убытков с таких нерадивых должников, представляется весьма странной. Подобная практика, полагаю, дестабилизирует гражданские правоотношения, поскольку ставит под сомнение прочность такого обеспечительного инструмента, как залог.
Неоднозначно выглядит и ситуация, когда договором залога предусмотрена ответственность залогодателя перед залогодержателем за повреждение заложенного имущества, при этом суды отказывали в возмещении убытков, если предмет залога был передан кредитору в ненадлежащем виде. В этом случае налицо нарушение принципа невмешательства в договорные отношения со стороны судов – ведь если стороны так решили, если никто не оспорил сделку, это значит, что все готовы отвечать по договору в случае нарушения его условий.
Очень отрадно, что теперь, опираясь на выводы Верховного Суда, можно рассчитывать, что законные интересы залогодержателя в случае утраты или повреждения предмета залога будут защищены, а недобросовестные залогодатели не смогут избежать ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств.
1 Такая позиция отражена, в частности, в апелляционных определениях Сахалинского областного суда от 27 января 2015 г. по делу № 35-50/2015 и Московского городского суда от 18 апреля 2016 г. по делу № 33-12335/2016.
Статья 339. Условия и форма договора залога
1. В договоре залога должны быть указаны предмет залога, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого залогом. Условия, относящиеся к основному обязательству, считаются согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, из которого возникло или возникнет в будущем обеспечиваемое обязательство.
Стороны могут предусмотреть в договоре залога условие о порядке реализации заложенного имущества, взыскание на которое обращено по решению суда, или условие о возможности обращения взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке.
2. В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, обязательство, обеспечиваемое залогом, включая будущее обязательство, может быть описано способом, позволяющим определить обязательство в качестве обязательства, обеспеченного залогом, на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на обеспечение всех существующих и (или) будущих обязательств должника перед кредитором в пределах определенной суммы.
В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, предмет залога может быть описан любым способом, позволяющим идентифицировать имущество в качестве предмета залога на момент обращения взыскания, в том числе путем указания на залог всего имущества залогодателя или определенной части его имущества либо на залог имущества определенных рода или вида.
3. Договор залога должен быть заключен в простой письменной форме, если законом или соглашением сторон не установлена нотариальная форма.
Договор залога в обеспечение исполнения обязательств по договору, который должен быть нотариально удостоверен, подлежит нотариальному удостоверению.
Несоблюдение правил, содержащихся в настоящем пункте, влечет недействительность договора залога.
Комментарий к ст. 339 ГК РФ
1. Пункт 1 комментируемой статьи называет четыре существенных условия договора о залоге. Как указано в абз. 1 п. 43 Постановления ВС и ВАС N 6/8, если сторонами не достигнуто соглашение хотя бы по одному из названных условий либо соответствующее условие в договоре отсутствует, то договор о залоге не считается заключенным. Однако отнесение к числу существенных условий указания на то, у какой стороны будет находиться заложенное имущество, неоправданно. Ведь п. п. 1 и 4 ст. 338 ГК специально предусматривают, у кого будет находиться предмет залога при отсутствии о том соглашения сторон. Применительно к ипотеке включения этого условия в договор не требуется (п. 1 ст. 9 Закона об ипотеке), так как заложенное недвижимое имущество всегда остается во владении залогодателя (абз. 2 п. 1 ст. 338 ГК).
2. В качестве предмета залога выступает индивидуально-определенная вещь, которая должна быть индивидуализирована путем указания в договоре ее отличительных признаков, позволяющих отделить ее от иного имущества залогодателя, залогодержателя или третьих лиц (п. 2 письма ВАС N 26). Индивидуализация может производиться наложением знаков, свидетельствующих о залоге (абз. 2 п. 2 ст. 338 ГК). При определении предмета ипотеки требуется указать его наименование, местонахождение и достаточное для идентификации описание. Кроме того, необходимо назвать право, на котором залогодателю принадлежит предмет ипотеки, и орган, зарегистрировавший это право (п. 2 ст. 9 Закона об ипотеке). Обычно в договоре ипотеки содержится ссылка на реквизиты свидетельства о праве собственности (хозяйственного ведения) залогодателя недвижимости. В случае залога права в договоре необходимо указать лицо, которое является должником, по отношению к залогодателю (ст. 55 Закона о залоге), иначе условие о предмете не будет считаться согласованным.
3. Оценка предмета залога производится по соглашению сторон и может быть установлена на основе отчета профессионального оценщика. Если предмет залога принадлежит публично-правовому образованию, то проведение профессиональной оценки является обязательным (ст. 8 Закона об оценочной деятельности). Указание оценочной стоимости предмета залога носит формальный характер, так как при продаже, страховании, утрате или восстановлении этого предмета она не имеет обязательного значения и служит только ориентиром для установления продажной, страховой или действительной стоимости заложенного имущества (абз. 2 п. 2 ст. 344, п. 1 ст. 945 ГК, п. п. 10 и 11 ст. 28.1 Закона о залоге, подп. 4 п. 2 ст. 54 Закона об ипотеке). Наиболее существенное значение ей придается при определении предпосылок обращения взыскания на заложенное имущество (подп. 1 п. 2 ст. 348 ГК). Оценка предмета залога производится в денежном выражении, в валюте Российской Федерации или иностранной валюте.
4. Обеспечиваемое залогом обязательство должно быть конкретизировано в договоре залога. Требуется указать вид обязательства (уплата покупной цены, возврат кредита и т.п.), его стороны, основание возникновения, размер (достаточно назвать сумму основного долга, так как размер обеспечения будет определяться в соответствии со ст. 337 ГК) и срок исполнения. В абз. 2 п. 43 Постановления ВС и ВАС N 6/8 говорится: «В случаях, когда залогодателем является должник в основном обязательстве, условия о существе, размере и сроках исполнения обязательства, обеспеченного залогом, следует признавать согласованными, если в договоре залога имеется отсылка к договору, регулирующему основное обязательство и содержащему соответствующие условия».
Если сумма обеспечиваемого ипотекой обязательства подлежит определению в будущем, то в договоре об ипотеке должны быть указаны порядок и другие необходимые условия ее определения (п. 4 ст. 9 Закона об ипотеке). Это правило распространяется и на другие виды залога.
Договор о залоге может обеспечивать несколько обязательств между одними и теми же лицами (п. 8 письма ВАС N 90).
6. Договор об ипотеке, являясь сделкой с недвижимым имуществом (ст. ст. 131, 164 ГК), подлежит государственной регистрации в порядке, установленном ст. 29 Закона о государственной регистрации и Инструкцией о порядке государственной регистрации ипотеки, утв. Приказом Минюста России от 15 июня 2006 г. N 213 (БНА. 2006. N 27).
Договор о залоге права аренды недвижимого имущества не подлежит государственной регистрации, если договор аренды заключен на срок менее года (п. 10 письма ВАС N 90).
О регистрации транспортных средств и космических объектов, являющихся недвижимыми вещами, см. п. п. 2 и 3 ст. 40 Закона о залоге.
В п. 4 комментируемой статьи говорится о недействительности незарегистрированного договора ипотеки. Законодатель исходит из того, что договор ипотеки считается заключенным в момент достижения соглашения между сторонами по существенным условиям договора, а не с момента государственной регистрации (см. п. 3 ст. 433 ГК), поскольку недействительным может быть лишь заключенный договор (состоявшаяся сделка).
В действительности государственная регистрация договора не является элементом подлежащей такой регистрации сделки, в силу чего несоблюдение сторонами требования о регистрации не дает основания для признания сделки ничтожной. Незарегистрированный договор нельзя признать незаключенным, поскольку объектом регистрации выступает договор, т.е. уже совершенная двусторонняя сделка.
7. По общему правилу учет и регистрация договоров о залоге и прав залога на движимое имущество не производится. Однако п. 5 комментируемой статьи допускает существование такой регистрации (учета) в установленных законом случаях. Так, п. 2 ст. 40 Закона о залоге предусматривает регистрацию залога транспортных средств.
Судебная практика по статье 339 ГК РФ
Разрешая спор, руководствуясь пунктом 2 статьи 165, подпунктом 1 пункта 1 статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 20 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», проанализировав условия заключенных сторонами договоров, установив по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, что действия банка по извещению ответчика о необходимости явки в Росреестр носили формальный характер, поскольку не были направлены на совершение фактических действий по осуществлению государственной регистрации ипотеки, суд апелляционной инстанции, с выводами которого согласился суд округа, не усмотрел оснований считать ответчика уклонившимся от совершения действий по государственной регистрации ипотеки, в связи с чем отказал банку в удовлетворении заявленных им требований.
Признавая обоснованным требование банка, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 334, 337, 339 и 345 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходили из того, что обеспеченное залогом обязательство общества «Веста» не исполнено, и не усмотрели оснований считать залог прекращенным в связи с исполнением договоров участия в долевом строительстве (передачей должнику квартир), приняв во внимание условия обеспечительной сделки о трансформации предмета залога.
Исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи представленные в дело доказательства по правилам главы 7 АПК РФ, принимая во внимание действительную волю всех участников сделок, проанализировав и протолковав условия заключенных договоров, придя к выводу о притворности договоров купли-продажи недвижимого имущества, прикрывающих договор залога, руководствуясь положениями статей 12, 166, 168, 170, 329, 334, 335, 338, 339, 348, 352, 407, 414, 420, 431.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 1, 9, 10, 25, 29, 69.1 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», разъяснениями, изложенными в пунктах 8, 84, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.
Договоры залога, оформленные сторонами, заключены в надлежащей письменной форме и подписаны сторонами, в них согласованы все предусмотренные пунктом 1 статьи 339 Гражданского кодекса РФ, пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» существенные условия: предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательств, обеспечиваемых ипотекой.
Отказывая в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 10, 170, 334, 339, 348 Гражданского кодекса Российской Федерации и, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства спора и представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу об отсутствии бесспорных оснований для признания мнимыми договоров залога транспортных средств в отсутствие доказательств порочности воли сторон и совершения сделок для вида, без намерения создать соответствующих им правовых последствий, как и доказательств наличия сговора между ответчиками, направленного на причинение ущерба истцу.
Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 334, 337, 339, 348, 353 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 16, 138, 181 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 35 Семейного кодекса Российской Федерации, статьями 7, 38 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» и исходили из того, что изменение режима собственности на спорное недвижимое имущество не прекратило право залога на все нежилое помещение.
Возражения заявителя относительно отсутствия в контракте условий о залоге и нарушения требований статьи 339 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит отклонению, поскольку настоящие залоговые отношения возникли в силу закона.
Доводы жалобы о прекращении договора залога на основании подпункта 2 пункта 1 статьи 352 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат отклонению, поскольку вопрос об осведомленности учредителей общества «Антей» о передаче обремененного залогом имущества в уставный капитал вновь создаваемого юридического лица рассматривался в судах всех инстанций.