по возможности присоединения международные договора делят на
Статья 2. Употребление терминов
Статья 2
Употребление терминов
1. Для целей настоящей Конвенции:
a) » договор » означает международное соглашение, заключенное между государствами в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе, в двух или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования;
b) » ратификация «, » принятие «, » утверждение » и » присоединение » означают, в зависимости от случая, имеющий такое наименование международный акт, посредством которого государство выражает в международном плане свое согласие на обязательность для него договора;
c) » полномочия » означают документ, который исходит от компетентного органа государства и посредством которого одно или несколько лиц назначаются представлять это государство в целях ведения переговоров, принятия текста договора или установления его аутентичности, выражения согласия этого государства на обязательность для него договора или в целях совершения любого другого акта, относящегося к договору;
d) » оговорка » означает одностороннее заявление в любой формулировке и под любым наименованием, сделанное государством при подписании, ратификации, принятии или утверждении договора или присоединении к нему, посредством которого оно желает исключить или изменить юридическое действие определенных положений договора в их применении к данному государству;
e) » участвующее в переговорах государство » означает государство, которое принимало участие в составлении и принятии текста договора;
f) » договаривающееся государство » означает государство, которое согласилось на обязательность для него договора, независимо от того, вступил ли договор в силу или нет;
g) » участник » означает государство, которое согласилось на обязательность для него договора и для которого договор находится в силе;
h) » третье государство » означает государство, не являющееся участником договора;
i) » международная организация » означает межправительственную организацию.
2. Положения пункта 1, касающиеся употребления терминов в настоящей Конвенции, не затрагивают употребления этих терминов или значений, которые могут быть приданы им во внутреннем праве любого государства.
Статус оговорок в международном праве: ловушка для практиков
В вышедшем три года назад посте по случаю 50-летия Международных пактов о правах человека 1966 г. (далее – Пакты о правах человека, Пакты) я отмечал, что близкое к 100% участие в обоих Пактах самых разных по политическому режиму и по господствующей религии государств (в том числе и тех, в которых дела с правами человек далеки от идеала) достигнуто за счет определенной мягкости и гибкости в вопросах соблюдения норм пактов, изначально допускающей некий уровень неисполнения. Если бы Пакты предлагали жесткий подход к государствам-нарушителям, то многие страны просто отказались бы в них участвовать.
В этом году отмечается 50-летний юбилей Венской конвенции о праве международных договоров 1969 г. (далее – ВКПМД, Конвенция). Это событие равно как само значение Конвенции для современного международного права стали центральной темой состоявшихся в МГУ 25 октября 2019 г. ежегодных Тункинских чтений. Знакомство с сегодняшней практикой применения положений ВКПМД позволяет сделать вывод, что для многих стран еще одним фактором, повлиявшим на их решение участвовать в Пактах о правах человека, стала предусмотренная нормами Конвенции и широко применяемая на практике возможность делать неограниченное количество разнообразных оговорок к любому договору, в том числе и соглашениям о правах человека. Сделанные при подписании или ратификации соглашения оговорки направлены на исключение или изменение действия положений данного соглашения для государства, заявившего оговорку. Фактически речь идет о присоединении к международному соглашению на собственных условиях, когда сам договор рассматривается как некое меню, из которого можно что-то выбрать, а от чего-то можно отказаться. Именно осознание такой возможности позволило США в 1990-х годах принять решение о ратификации Пакта о гражданских и политических правах 1966 г. (далее также – Пакт) и ряда других универсальных договоров о правах человека, отойдя от принятой в конце 1940-х годов и крайне уязвимой для критики жесткой политики неучастия в таких договорах (об оговорках, сделанных США при присоединении к Пакту, будет сказано ниже).
В прошлом году такой возможностью присоединиться к Пакту о гражданских и политических правах 1966 г. на собственных условиях в виде многочисленных оговорок решил воспользоваться Катар, ставший третьей страной Персидского Залива, ратифицировавшей этот Пакт (после Кувейта в 1996 г. и Бахрейна в 2006 г.). Вполне возможно, это было сделано с целью улучшить свое резюме в преддверии Чемпионата мира по футболу, который пройдет в Катаре в 2022 г. В соответствии с этими оговорками целый ряд ключевых положений Пакта будет применяться Катаром только в том случае, если это не противоречит нормам шариата, конституции и национальному законодательству.
Надо отдать должное Катару, который решил не делать оговорку крайне общего и расплывчатого характера, которую до него заявляли ряд исламских стран, присоединяясь к универсальным конвенциям о правах человека (наподобие оговорки, сделанной Мальдивами к Конвенции об устранении любых форм дискриминации по отношению к женщинам 1979 г.:
«Правительство Мальдивской Республики будет соблюдать положения Конвенции за исключением тех из них, которые Правительство посчитает противоречащими принципам Шариата».
Оговорки и заявления, сделанные Катаром, представляют особый интерес по двум причинам. Во-первых, они вызвали возражения рекордного числа стран (21), а во-вторых, они стали первыми оговорками к Пакту о гражданских и политических правах 1966 г., сделанными после принятия Комиссией ООН по международному праву (далее – КМП ООН) в 2011 г. документа под названием «Руководящие принципы по оговоркам к международным договорам» (“Guide to practice on Reservations to Treaties”). В силу этого оговорки Катара, точнее их дальнейшая судьба, станет первым испытанием нового режима оговорок, который уже получил название «Вена плюс». Однако для того, чтобы объяснить все неискушенному читателю, лучше начать от печки, то есть с положений ВКПМД, применимых к оговоркам, и истории их разработки.
В самой Конвенции статусу оговорок посвящено всего лишь несколько положений, которые с разной степенью детализации приводятся во всех отечественных учебниках по международному праву.
В статье 2 дается определение понятия «оговорка» – это «одностороннее заявление в любой формулировке и под любым наименованием, сделанное государством при подписании, ратификации, принятии или утверждении договора, или присоединения к нему, посредством которого оно желает исключить или изменить юридическое действие определенных положений договора в их применении к данному государству».
В соответствии со статьей 19 не разрешаются оговорки, когда (а) любые оговорки запрещены самим договором, (б) когда договор разрешает лишь определенные оговорки, в число которых данная оговорка не входит и (в) оговорка несовместима с объектом и целями договора.
Статья 20 говорит о принятии оговорок и о возражениях против них. Стоит отметить, что это касается только разрешенных оговорок в смысле статьи 19. Главное состоит том, что разрешенные оговорки не требуют согласия других участников договора, если иное не установлено самим договором. Возражение на оговорку со стороны другого государства не препятствует вступлению в силу договора между государством, сделавшим оговорку, и возражающим против нее, если возражающее государство определенно не заявит об ином.
Статья 21 устанавливает правовые последствия оговорок и возражений против них.
Для сделавшего оговорку государства оговорка изменяет действие положений, в отношении которого она сделана. Так, если Россией была сделана оговорка об исключении для нее действия статьи договора об обязательной юрисдикции Международного Суда ООН (далее – МС ООН), то ни одно другое государство-участник данного договора не может привлечь Россию в качестве ответчика в МС ООН по спорам, вытекающим из этого договора. Возражения на эту оговорку, сделанные другим государством, не отменяют ратификацию данного договора, сделанную Россией, а лишь делают положение об обязательной юрисдикции МС ООН неприменимым в отношениях между Россией и возразившим государством. Иными словами, ни Россия, ни возразившее государство не смогут инициировать разбирательство против друг друга в МС ООН в рамках данного договора. Единственное условие в отношении возражений – это срок. Возражения должны быть заявлены в течение 12 месяцев со дня появления оговорки. Молчание приравнивается к принятию оговорки.
Как показывает современная практика, государства свободны в своем решении разрешать или нет в договоре оговорки, а если разрешать, то какие и в каких случаях. В качестве примера разнообразного подхода государств к оговоркам можно привести Договор о создании ЕАЭС 2014 года, в котором оговорки категорически запрещаются, т.е. государствам, желающим участвовать в Договоре предложен выбор – либо все, либо ничего (согласиться со всем, что предусмотрено Договором, либо отказаться от участия в нем). Немного другая ситуация в ВТО, где Соглашение о создании ВТО не разрешает оговорки, в то время как «охваченные соглашения» либо также их запрещают, либо разрешают только с согласия всех государств-участников конкретного соглашения. С учётом того, что сейчас в ВТО более 160 стран, это превращается в невыполнимую задачу. Другой подход к оговоркам предложен в Европейской Конвенции по правам человека 1950 г., статья 57 которой устанавливает, что любое государство может сделать оговорку, но только 1) к любому конкретному положению Конвенции и 2) в отношении того, что тот или иной закон, действующий в это время на его территории, не соответствует этому положению. Кроме того, оговорки общего характера запрещаются.
Сейчас указанные выше положения Конвенции в отношении оговорок воспринимаются как данность. Однако так было не всегда (и для многих это может стать сюрпризом). До 1951 г. в международном праве преобладал классический подход к оговоркам, согласно которому сделанные оговорки должны быть приняты всеми остальными участниками договора, и только после этого могут действовать для государства-заявителя. Если хоть одно государство возражало против сделанной оговорки, то считалось, что данный договор для сделавшего оговорку государства в силу не вступил. Иными словами, возражения против оговорки фактически аннулировали сам акт о ратификации договора и государство-заявитель признавался не участвующим в этом договоре.
Ситуация кардинально изменилась в 1951 г. после Консультативного заключения МС ООН по поводу оговорок к Конвенции о предотвращении преступления геноцида и наказании за него 1948 г. (Reservations Case). С запросом о таком заключении обратилась Генеральная Ассамблея ООН в попытке разрешить спор между Генеральным секретарем ООН, выступавшим в качестве депозитария данной Конвенции, и СССР, пытавшимся вручить ему документы о ратификации вместе со сделанными оговорками, одна их которых исключала обязательную юрисдикцию МС ООН по спорам в отношении данной Конвенции и на которую уже поступили возражения от ряда других государств. Отказываясь принять от СССР документы о ратификации, Генеральный Секретарь ООН лишь продолжал последовательную и строгую линию в отношении оговорок, принятую в Лиге Наций, согласно которой требовалось единогласное принятие оговорки всеми остальными участниками договора. В противном случае договор в силу для сделавшего оговорку государства не вступал, несмотря на его ратификацию. СССР оспаривал правомерность такой практики, настаивая на суверенном праве каждого государства делать оговорки.
В своем Заключении, принятым незначительным большинством из 7 судей против 5, МС ООН отошел от классического подхода, заявив, что он не может быть применен к многостороннему договору, особенно к договору о правах человека. По мнению Суда, в этом случае надо найти баланс между, с одной стороны, желанием, чтобы Конвенция охватывала как можно большее количество государств, пусть и со сделанными ими оговорками, и с другой, целостностью и единством самого договора. Если Конвенция ничего не говорит об оговорках, это не значит, что они запрещены. По мнению МС ООН, главное, чтобы сделанные оговорки были совместимы с объектом и целями Конвенции. В случае с Конвенцией о предотвращении преступления геноцида и наказании за него 1948 г. Суд заявил, что государства при ее разработке исходили из максимально широкого в ней участия и не хотели, чтобы возражения к незначительной оговорке (minor reservation) делали эту Конвенцию полностью неприменимой для государства-заявителя оговорки.
Несмотря на первоначальную резко негативную реакцию на позицию МС ООН со стороны Комиссии по международному праву, при разработке Комиссией проекта ВКПМД в итоге был избран подход, предложенный МС ООН, и воплотившийся в указанные выше статьи Конвенции.
Тем не менее, не надо забывать, что как решение МС ООН по делу об оговорках, так и воспринявшая его логику Венская Конвенция 1969 г появились задолго до начала распространения международных судов, поэтому за неимением лучшего решение вопроса, соответствует та или иная заявленная оговорка объекту и целям договора, было отдано на откуп другим государствам –участникам договора. Решение о такой горизонтальной оценке сделанных оговорок далеко не идеальное, так как практика показывает, что государства не всегда возражают на оговорки, даже если они с ней не согласны. Особенно непонятен смысл возражений на оговорку в договорах о правах человека, которые отнюдь не представляют собой набор обязательств сторон по отношению друг к другу, а выражает обязательство государства-участника предоставить некий набор прав индивидам, находящимся на его территории. Полностью за кадром остался вопрос о том, (1) как быть, если лишь часть (но не все) государств-участников договора полагают, что оговорка не соответствует объекту и целям договора, а также (2) что будет с оговоркой в случае признания, что она им не соответствует.
Сегодня оговорки воспринимаются как необходимое «зло» – необходимы, чтобы привлечь как можно большее число участников, но «зло» в силу их тенденции превращать любой многосторонний договор в «решето». В том случае, если оговорка не соответствует объекту и целям договора, то в доктрине рассматриваются три возможных варианта правовых последствий:
Говоря о том, кто именно вправе рассматривать вопрос о соответствии оговорок объекту и целям договора, то, как показывает современная практика международных судов (МС ООH, ЕСПЧ, МАСПЧ), все они заявили о своей компетенции рассматривать этот вопрос. Но раз уж пост посвящен Пактам о правах человека 1966 г. и оговоркам к ним, то остановимся на позиции Комитета по правам человека (далее – Комитет), созданного в рамках Пакта о гражданских и политических правах 1966 г.
Столкнувшись к 1994 г. с крайне неприятной для себя реальностью в виде 150 оговорок разной значимости (включая оговорки, которые ограничивали или исключали материальные и процессуальные права, гарантированные Пактом), сделанных 46 из 127 государств-участников Пакта, Комитет оказался вынужден сформулировать свое отношение к этим оговоркам, что и было сделано в 1994 г. в виде Общего комментария (General Comment № 24).
Комитет начал свои рассуждения с того, что Пакт не запрещает оговорки и не указывает, какого вида оговорки допускаются. Оговорки могут исполнять полезную функцию, позволяющую государствам приспособить конкретные элементы в своем внутригосударственном праве к неотъемлемым правам каждого человека, которые закреплены в Пакте. При этом Комитет отметил, что положения ВКПМД относительно роли возражений государств в связи с оговорками являются неприемлемыми для решения проблемы оговорок к договорам о правах человека. Ввиду особого характера договора о правах человека совместимость оговорки с объектом и целями Пакта должна устанавливаться объективно, и Комитет вполне способен выполнить эту задачу.
Говоря о правовых последствиях признания оговорки неприемлемой, то Комитет заявил, что такие последствия обычно не заключаются в том, что «Пакт вовсе не будет действовать для стороны, сделавшей оговорку. Скорее, такая оговорка будет отделимой в том смысле, что Пакт будет действовать для стороны, сделавшей оговорку, без действия самой оговорки». Затем последовало утверждение Комитета, что положения Пакта, которые представляют собой обычное международное право (и тем более, если они имеют характер императивных норм), не могут быть предметом оговорок. За этим следовал длинный перечень тех прав и свобод из Пакта, в отношении которых, по мнению Комитета, оговорки не допускались. И уже спустя год в 1995 г. Комитет признал, что «некоторое элементы оговорок» государств в отношении смертной казни являются несовместимыми с объектом и целями Пакта, и, соответственно, недействительными. Речь в первую очередь шла об оговорке США, которые хотели сохранить свою практику вынесения смертных приговоров несовершеннолетним, хотя Пакт в статье 6 запрещает смертную казнь в отношении лиц, не достигших 18 лет. Формально с тех пор США нарушают это положение Пакта, оставаясь единственной в мире страной, выносящей смертные приговоры детям.
Сложный и комплексный вопрос о статусе оговорок стал предметом рассмотрения КМП ООН с 1993 г. Специальный докладчик Ален Пелле (Alain Pellet) подготовил 17 (!) обширных докладов на эту тему. В итоге в 2011 г. были приняты уже упомянутые выше «Руководящие принципы по оговоркам к международным договорам» (далее – Принципы), объемом 630 страниц. Несмотря на то, что Принципы не являются обязательным документом и никогда не станут конвенцией, многие комментаторы рассматривают их как некий новый режим для оговорок под названием «Вена плюс».
Для целей данного поста достаточно будет сказать, что Принципы содержат рекомендацию контрольным органам и судам в отношении недопустимых оговорок. Так, если оговорка будет признана недействительной (invalid) на основании противоречия объекту и целям договора, то заявившее ее государство должно уточнить, готово ли они считать себя стороной договора без учета этой оговорки. Иными словами, государству-заявителю оговорки, которая оказалась неприемлемой, рекомендуется предложить сделать выбор: остаться в договоре, сняв оговорку, либо уйти, если сделанная оговорка является принципиальным условием участия в данном договоре.
Пока неясно, как международные суды и Комитет по правам человека будут применять эти Принципы. Будет ли готов Комитет пожертвовать идеей универсальности Пакта и настоять, чтобы Катар сделал выбор: отозвать сделанные им оговорки или выйти из Пакта? Или повторится ситуация с США, когда оговорка о смертной казни признана неприемлемой, а для США оговорка по-прежнему в силе. Да и выйти из Пакта не так уж просто, как показывает курьезная ситуация с Северной Кореей. Присоединившись к Пакту в 1981 г., она решила выйти из него в 1994 г. после резкой критики со стороны Комитета по правам человека за ситуацию с правами человека в стране. В ситуации, когда сам Пакт вообще не содержит норм о выходе из него, Северная Корея получила от ООН два разных мнения о возможности своего выхода. Комитет по правам человека заявил, что выход из Пакта вообще невозможен, а Генеральный Секретарь ООН сообщил Северной Корее, что выход возможен только согласия всех стран-участниц Пакта (Нидерланды сразу прислали свои возражения в отношении выхода Северной Кореи). Таким образом, Северная Корея по-прежнему остается стороной Пакта, а вопрос о том, насколько запрет выхода повлиял на ситуацию с правами человека в этой стране, остается риторическим. Скорее можно говорить о том, что запрет на выход из договора провоцирует его неисполнение. В любом случае развитие ситуации с оговорками Катара мы увидим в самое ближайшее время.
Право договоров в части оговорок – одна из наиболее сложных сфер международного права МП для понимания, преподавания и применения. Нерешённые доктринальные вопросы о которых говорилось выше, представляют собой настоящий кошмар для практиков, когда оговорки от контр оговорки способны превратить любой международный договор в совокупность из нескольких двусторонних договоров в редакции оговорок и возражений на них. Кроме того, непонятен статус оговорок, которые очевидно противоречат объекту и целям оговорок, но которые не снимаются сделавшим их государством, даже после того, как его попросят то сделать. Все это порождает неприятное для любого континентального юриста чувство правовой неопределенности, Но с этим трудно что-то сделать, принимая во внимание очевидные особенности современного международного права.
Что такое договор присоединения
Договор присоединения — это контракт, условия которого определены одной из сторон в правилах или стандартных формах, в которые второй участник сделки не может вносить изменения.
Чтобы понять, что такое договор присоединения в гражданском праве, обратимся к первой части Гражданского кодекса. Его определение дано в главе 27, где перечислены общие положения о договорных обязательствах вместе с публичным, рамочным соглашением, в пользу третьего лица. Его отличительная черта — порядок заключения, а не сущность обязательства или предмет: к договорам присоединения относится, например, соглашение в области страхования, а еще кредитования и предоставления коммунальных услуг, то есть совершенно разные его виды.
Отличительные признаки
В соответствии со ст. 428 ГК РФ договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в стандартной форме: правилах, формуляре и т. д. Его отличие от других видов соглашений заключается в неравных переговорных позициях сторон. Свобода воли в заключении сделки в этом случае выражается в возможности отказаться от него, формировать условия вправе только одна сторона. В этом отношении он схож с публичным соглашением, в котором свобода воли одного субъекта тоже ограничена; присоединение к публичному договору производится по желанию потребителя (заказчика), а продавец (исполнитель) обязан заключить контракт с любым обратившимся к нему в рамках его деятельности.
Два главных признака, учитывая все вышесказанное:
Когда и для чего нужен
Самые яркие примеры, в каких случаях заключается договор присоединения:
Когда поставщик, продавец, исполнитель услуги ведет работу с большим количеством клиентов, предоставляя однотипный, но сложный продукт, проще сформулировать все условия в общей форме. С каждым клиентом обговаривать условия не имеет смысла. В правилах страхования обычно предусматривается возможность выбрать один из стандартных вариантов (например, страхование от разного набора страховых случаев: ДТП, повреждения автомобиля, угона, от всего вместе или по отдельности). Такие контракты уже не подпадают под категорию тех, к которым можно только присоединиться.
Заключение
В ст. 428 ГК РФ не содержится каких-либо требований к форме, на практике соглашение о присоединении к договору оформляется в письменном виде.
При заключении таких контрактов обращают внимание:
Важная особенность стоит в том, кто подписывает договор присоединения, — это необязательно руководитель, директор или начальник, часто полномочия на заключение предоставлены рядовым сотрудникам: агентам, специалистам, менеджерам. В любом случае у них есть доверенность на осуществление таких действий и подписание контрактов, удостоверенная руководством.
Основания для расторжения или изменения
У одной из сторон при заключении договора присоединения нет выбора в определении условий взаимодействия. Такой слабой стороне закон предоставляет защиту от неправомерных действий. Она вправе расторгнуть или изменить контракт, если он хотя и не противоречит закону, но явно ущемляет ее интересы, лишает преимуществ, предоставляемых по соглашениям такого вида. Если суд установит, что субъект, разработавший стандартный формуляр, злоупотребил своими правами, внес правила об ограничении собственной ответственности, он примет решение в пользу истца, присоединившегося участника сделки. Второй субъект на них бы не согласился, если бы мог такие положения оспаривать. Поэтому контракт либо меняется, либо расторгается. Но спор решать вправе только суд, если сами участники не достигли предварительной договоренности.
Краткое определение этого вида контрактов — договор, условия которого определены в формулярах, правилах или иных документах, разработанных только одной из сторон.
Судебная практика
С классификацией часто возникают сложности, но к рассматриваемым видам контрактов суды не относят следующие:
Вступление договора в законную силу. Вступление в силу международного договора
Вступление договора в силу означает, что его стороны приобретают права и несут обязанности, предусмотренные этим договором. Только вступивший в силу договор создает юридические последствия для его участников. Как указывается в ст. 26 Венских конвенций 1969 и 1986 гг., каждый действующий договор обязателен для его участников и должен ими добросовестно выполняться (принцип pacta sunt servanda).
В соответствии со ст. 24 Венских конвенций 1969 и 1986 гг. порядок и дата вступления договора в силу устанавливаются в самом договоре или согласуются самими участниками. Как следует из международной практики, договоры могут вступать в силу с даты подписания, ратификации, утверждения, принятия, обмена ратификационными грамотами или сдачи депозитарию определенного числа ратификационных грамот. При этом может быть установлен срок, по истечении которого после сдачи на хранение определенного числа ратификационных грамот или иных документов, выражающих согласие участников на обязательность договора, договор вступает в силу. Так, в Конвенции по морскому праву 1982 г. предусматривается, что она вступит в силу через 12 месяцев после сдачи 60-й ратификационной грамоты или документа о присоединении. В Договоре о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний 1996 г. указывается, что он вступает в силу через 180 дней после сдачи на хранение ратификационных грамот всеми государствами, которые перечислены в приложении к этому договору, но не ранее чем через два года после открытия его для подписания.
Иногда договор не предусматривает дату его вступления в силу. Это относится главным образом к двусторонним договорам, согласие на обязательность которых выражается в форме подписания. Предполагается, что момент вступления таких договоров в силу совпадает с датой их подписания.
Договор вызывает юридические последствия, т.е. создает права и налагает обязанности на участников, лишь с момента его вступления в силу. Иными словами, договор не имеет обратной силы. Однако международное право не препятствует участникам договора условится о том, чтобы распространить действие договора в отношении любого действия или факта, которые имели место до вступления договора в силу, или в отношении любой ситуации, которая перестала существовать до этой даты. Это положение зафиксировано в ст. 28 Венских конвенций 1969 и 1986 гг.
Международная практика свидетельствует, что государства и другие субъекты иногда заинтересованы во временном применении отдельных положений или всего договора до его вступления в силу. Обычно это относятся к договорам, которые предусматривают ратификацию, принятие, утверждение либо присоединение. Временное применение осуществляется лишь в том случае, если сам договор предусматривает такую возможность либо участники переговоров по заключению договора условились об этом. Данная возможность закреплена в ст. 25 Венских конвенций 1969 и 1986 гг.
Вступление договора в силу связано со сроком действия, который обычно устанавливается в договоре. Договоры могут заключаться на определенный срок (срочные договоры), на неопределенный срок, без указания срока действия либо с указанием на бессрочность действия. ^
На определенный срок могут заключаться как двусторонние, так и многосторонние договоры. Некоторые двусторонние договоры содержат условие, что по истечении указанного в договоре срока он будет оставаться в силе до тех пор, пока один из участников не заявит о своем выходе из договора. Другие договоры предусматривают, что по истечении времени, на которое они были заключены, их действие будет автоматически продлеваться на определенные сроки, например на три года, пять лет или на больший срок. Продление договора будет осуществляться до тех пор, пока один из участников не денонсирует договор либо откажется продлевать его действие. Продление договора называется пролонгацией. Кроме приведенных случаев, пролонгация может быть осуществлена на основании специального соглашения в отношении договора, срок которого истекает. Если договор прекратил свое действие и стороны специально договорились о продлении его действия, то такое продление называется восстановлением или возобновлением действия договора.
В некоторых договорах, хотя и не указывается конкретный срок их действия, может содержаться условие, определяющее время их действия тем, что по достижении установленных договорами целей действие таких договоров прекращается. Так, Договором о правопреемстве в отношении внешнего государственного долга и активов Союза ССР 1991 г. предусматривается, что его действие прекращается после урегулирования всех платежей и расчетов, определенных его положениями, а также дополнительными соглашениями и протоколами.
Бессрочными являются договоры, в которых не указан срок их действия и не содержится условий их прекращения либо которые прямо предусматривают бессрочность их действия. Так, Венские конвенции 1969 и 1986 гг. являются бессрочными, поскольку в них не указаны ни срок, ни условия прекращения их действия.
Каждый договор имеет территориальную или пространственную сферу действия. Общее правило, которое нашло свое закрепление в ст. 29 Венских конвенций 1969 и 1986 гг., заключается в том, что договор обязателен для каждого из его участников в отношении всей его территории, если иное не установлено этим договором. Ряд многосторонних договоров предусматривают пространственную сферу действия иную, чем территории государств. В качестве примера можно назвать Договор об Антарктике 1959 г., Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 г. Сложная территориальная сфера действия предусмотрена в Конвенции по морскому праву 1982 г., которая охватывает пространства, начиная от внутренних морских вод и кончая воздушным пространством за пределами государственной территории.
Территориальная сфера действия Конвенции по охране и использованию трансграничных водотоков и международных озер 1992 г. имеет специфический характер: она распространяет свое действие на трансграничные воды, под которыми понимаются любые поверхностные или подземные воды, пересекающие границы между двумя или более государствами или расположенные на таких границах.
Договоры порождают права и обязанности только для участников и они не создают права и обязанности для третьих государств или международных организаций без их на то согласия (ст. 34 Венских конвенций 1969 и 1986 гг.). Под третьим государством и третьей международной организацией понимаются такое государство и такая международная организация, которые не являются участниками договора. Однако имеются и исключения, когда в договорах предусматриваются права и обязанности для третьих государств или третьих международных организаций. На этот счет Венские конвенции содержат положения, определяющие условия осуществления этих прав и обязанностей.
Как следует из ст. 35 Венских конвенций 1969 и 1986 гг., обязательство для третьего государства или третьей международной организации возникает в том случае, если»это предусмотрено участниками договора и если третье государство или международная организация определенно принимает на себя такое обязательство в письменной форме.
Договором может быть предусмотрено право для третьего государства или третьей международной организации. Такие субъекты пользуются названным правом, если они соглашаются с этим. Согласие на пользование названным правом будет предполагаться до тех пор, пока не будет доказательств противного (ст. 36 Венских конвенций 1969 и 1986 гг.). Таким образом, для пользования правом, вытекающим из договора, не требуется явно выраженного согласия третьего государства или третьей международной организации, т.е. согласия в письменной форме.
Договором может быть предусмотрено, что вытекающими из него правами названные субъекты могут пользоваться в том случае, если они соблюдают необходимые условия, которые предусмотрены договором или установлены в соответствии с договором.
Рассматриваемые обязанности и права не могут быть отменены или изменены участниками договора без согласия третьего государства или третьей международной организации, если только договором не предусматривалось иное.
Международная практика показывает, что государства нередко заключают многосторонние договоры по одному и тому же вопросу. И в этих договорах могут содержаться взаимоисключающие положения. В связи с этим возникает вопрос о применении таких договоров, поскольку круг участников прежних и новых договоров часто не совпадает. Обычно в договорах, последовательно заключенных по одному и тому же вопросу, имеются положения о применении таких договоров. Так, ст. 103 Устава ООН предусматривает, что в том случае, когда обязательства членов организации, предусмотренные Уставом, окажутся в противоречии с их обязательствами по какому-либо другому международному соглашению, преимущественную силу имеют обязательства по этому Уставу.
Венские конвенции 1969 и 1986 гг., отражая международную практику, устанавливают общие правила, как должны применяться последовательно заключенные договоры по одному и тому же вопросу (ст. 30).
В том случае, если участники нового договора являются одновременно и участниками предыдущего договора, действие которого не прекращено или не приостановлено, то положения такого предыдущего договора будут действовать в той мере, в какой они совместимы с положениями нового договора. Так, Конвенция по морскому праву 1982 г. предусматривает, что она имеет преимущественную силу между ее участниками перед Женевскими конвенциями по морскому праву 1958 г. В то же время она не изменяет прав и обязательств, которые вытекают для участников из других договоров, совместимых с названной Конвенцией.
Венская конвенция 1969 г. предусматривает и такие случаи, когда не все участники последующего договора являются участниками предыдущего договора. В отношениях между участниками обоих договоров предыдущий договор будет применяться в той мере, в какой его положения совместимы с положениями нового договора. А в отношениях между участником обоих договоров и участником только одного договора будет применяться тот договор, участниками которого они являются. Так, в той же Конвенции по морскому праву 1982 г. предусматривается, что два или более ее участников могут заключать соглашения, изменяющие или приостанавливающие действие положений Конвенции, но при условии, что такие соглашения не касаются тех положений, отступление от которых несовместимо с эффективным осуществлением объекта и цели Конвенции.
Еще по теме 12.5. Вступление договора в силу. Действие международного договора:
Юридические последствия вызывает только договор, вступивший в силу. Это означает, что он становится юридически обязательным для участников. В соответствии с Венскими конвенциями порядок и дата вступления договора в силу устанавливаются в самом договоре или согласуются его участниками. Так, договоры могут вступать в силу с даты подписания, ратификации, обмена ратификационными грамотами или сдачи депозитарию определенного числа ратификационных грамот и т.д.
В международном праве вступление международного договора в силу регламентируется следующими правилами.
1. Если договор не требует наличия таких способов выражения согласия на обязательность международного договора, как ратификация, утверждение или одобрение, чаще всего предусматривается вступление в силу с даты подписания, поскольку согласие на обязательность может быть выражено подписанием. В подобных случаях употребляется следующая формула: «Настоящий договор вступает в силу с даты подписания» (возможные варианты: «со дня подписания», «с момента подписания»). Однако в договоре может быть предусмотрена и определенная дата, например «1 января 2011 г.». В тексте договора также может быть предусмотрен определенный срок, по истечении которого договор вступает в силу, например: «Настоящий договор вступает в силу по истечении 90 дней с момента подписания». Данный срок обусловливается в каждом конкретном случае необходимостью проведения определенных подготовительных мероприятий для выполнения международного договора, на которые нужно затратить определенное время.
2. При обмене документами, образующими договор, чаще всего договор вступает в силу либо в день обмена идентичными нотами или письмами, либо с даты ответной ноты, если обмен производится в форме предложения заключить договор и ответа на это предложение. В этом случае также может быть установлен срок, по истечении которого договор вступает в силу. Если же при обмене документами требуются утверждение или иная процедура, может быть предусмотрено и вступление договора в силу со дня обмена уведомлениями (или последнего уведомления) о завершении таких процедур.
3. В случае, когда двусторонний договор подлежит ратификации, обычно предусматривается его вступление в силу с даты обмена ратификационными грамотами. Может быть предусмотрено и вступление в силу по истечении определенного срока с даты обмена грамотами. Для многосторонних договоров, подлежащих ратификации, утверждению, принятию, одобрению, обычно предусматривается вступление в силу с даты сдачи на хранение депозитарию ратификационной грамоты или документа об утверждении, принятии, одобрении. Может быть также предусмотрено истечение определенного срока со дня сдачи на хранение соответствующего документа. Аналогичным образом происходит вступление в силу договора, предусматривающего присоединение. Условия вступления в силу могут быть согласованы сторонами и отдельно.
4. В случае, когда наличествует несовпадение процедур, необходимых для вступления в силу определенного международного договора, в текст принято включать следующую формулу: «Настоящий договор вступает в силу с даты последнего уведомления (вариант: «с даты обмена уведомлениями») о выполнении Сторонами внутригосударственных (варианты: «предусмотренных национальным законодательством, конституционных») процедур, необходимых для его вступления в силу».
Если об этом договорились участвующие в договоре государства, договор может временно действовать и до вступления его в силу. Договор или его часть могут применяться до вступления его в силу, если это предусмотрено самим договором или об этом договорились участвующие в переговорах государства.
Вообще каждый международный договор имеет территориальную или пространственную сферу действия. По общему правилу договоры не имеют обратной силы и обязательны для каждого участника в отношении всей его территории, если не оговорено иное, однако ряд многосторонних договоров предусматривает пространственную сферу иную, чем территория государств. В качестве примера можно назвать Договор об Антарктике 1959 г., Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 г. Сложная территориальная сфера действия предусмотрена в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., которая охватывает пространства, начиная от внутренних морских вод и кончая воздушным пространством над открытым морем.
Каждый действующий договор обязателен для участников. Участники должны добросовестно выполнять принятые на себя по договору обязательства и не могут ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения ими договора (ст. 27 Венской конвенции 1969 г.), однако действие международных договоров иногда бывает тесно связано с проблемой третьих государств или третьих международных организаций, под которыми понимаются государства или организации, не являющиеся участниками договора. В принципе договор не создает обязательств или прав для третьих государств или международных организаций без их на то согласия. В то же время государства или другие субъекты международного права, заключая договор, нередко предусматривают права и обязанности для третьих сторон. Право для третьего государства возникает из положения договора, если его участники имели такое намерение и если само третье государство соглашается с этим.
Любой международный договор должен толковаться добросовестно. Это означает, в соответствии с Венской конвенцией 1969 г., что терминам, используемым в договоре, следует придавать обычное значение в их контексте и в свете объекта и целей договора. Толковаться текст договора должен в сочетании с преамбулой и приложениями, а также с любым соглашением, относящимся к договору. При этом во внимание принимается любой документ, составленный одним или несколькими участниками в качестве документа, относящегося к договору. При толковании учитываются любое последующее соглашение относительно толкования применения договора, последующая практика применения договора и любые нормы международного права, которые применяются между участниками. Используемому в договоре термину может придаваться специальное значение, если участники имели такое намерение.
В качестве дополнительных средств толкования могут использоваться подготовительные материалы и обстоятельства заключения договора только в том случае, если толкование приводит к неясным или двусмысленным выводам либо к результатам, которые являются явно абсурдными или неразумными.
Если толкование осуществляется самими участниками договора, то такое толкование называется аутентичным, поскольку этот вид толкования базируется на соглашении участников и поэтому обладает наивысшей юридической силой. Аутентичное толкование осуществляется в форме обмена нотами, протокола и т.д.
Наряду с аутентичным толкованием широко используется так называемое международное толкование, которое осуществляется международными органами. Эта форма толкования может быть предусмотрена в самом договоре. В качестве органов, занимающихся международным толкованием международных договоров, могут выступать Международный суд ООН, различные комиссии и т.д.
Толкование также осуществляется при помощи специальных способов (приемов), к которым относятся грамматическое (словесное), логическое, историческое и систематическое толкование договоров.
Грамматическое (словесное) толкование означает уяснение значения отдельных слов и смысла договора на основе грамматических и иных правил. Под логическим толкованием понимается толкование той или иной статьи договора на основе других статей или сопоставления их друг с другом. Текст договора при этом должен использоваться в качестве единого, целостного документа. Систематический вид толкования подразумевает толкование договора путем сравнения его положений с другими договорами. Иногда с момента заключения договора проходит значительное время, и возникают определенные трудности в уяснении его действительного содержания, например целей договора, отдельных его положений и терминов, в связи с чем прибегают к так называемому «историческому» способу толкования.
В соответствии со ст. 24 Венской конвенции порядок и дата вступления в силу международного договора устанавливаются в самом договоре или согласуются самими участниками. Договоры могут вступать в силу с даты подписания, ратификации, утверждения, принятия, обмена ратификационными грамотами или сдачи депозитарию определенного числа ратификационных грамот. При этом может быть установлен срок, по истечении которого после сдачи на хранение определенного числа ратификационных грамот или иных документов, выражающих согласие участников на обязательность договора, договор вступает в силу.
Иногда договор не предусматривает дату его вступления в силу. Это относится к двусторонним договорам, согласие на обязательность которых выражается в форме подписания – момент вступления таких договоров в силу совпадает с датой их подписания.
Договор вызывает юридические последствия, т. е. создает права и налагает обязанности на участников лишь с момента его вступления в силу. Международный договор по общему правилу не имеет обратной силы. Однако международное право не препятствует участникам договора условиться о том, чтобы распространить договор в отношении любого действия или факта, которые имели место до вступления договора в силу, или в отношении любой ситуации, которая перестала существовать до этой даты.
Международная практика свидетельствует, что государства и другие субъекты иногда заинтересованы во временном применении отдельных положений или всего международного договора до вступления его в силу. Это относится к договорам, которые предусматривают ратификацию, принятие, утверждение либо присоединение. Такое временное применение осуществляется лишь в том случае, если сам договор предусматривает такую возможность либо участники переговоров по заключению договора условились об этом. Указанная возможность закреплена в ст. 25 Венской конвенции о праве международных договоров. Примером может служить Соглашение между СССР и США о линии разграничения морских пространств в Беринговом море 1990 г., которое временно применяется Россией и США.
Юридические последствия вызывает только договор, вступивший в силу. Это означает, что он становится юридически обязательным для участников. В соответствии с Венскими конвенциями порядок и дата вступления договора в силу устанавливаются в самом договоре или согласуются его участниками. Так, договоры могут вступать в силу с даты подписания, ратификации, обмена ратификационными грамотами или сдачи депозитарию определенного числа ратификационных грамот и т.д.
В международном праве вступление международного договора в силу регламентируется следующими правилами.
1. Если договор не требует наличия таких способов выражения согласия на обязательность международного договора, как ратификация, утверждение или одобрение, чаще всего предусматривается вступление в силу с даты подписания, поскольку согласие на обязательность может быть выражено подписанием. В подобных случаях употребляется следующая формула: «Настоящий договор вступает в силу с даты подписания» (возможные варианты: «со дня подписания», «с момента подписания»). Однако в договоре может быть предусмотрена и определенная дата, например «1 января 1995 г.». В тексте договора также может быть предусмотрен определенный срок, по истечении которого договор вступает в силу, например: «Настоящий договор вступает в силу по истечении 90 дней с момента подписания». Данный срок обусловливается в каждом конкретном случае необходимостью проведения определенных подготовительных мероприятий для выполнения международного договора, на которые нужно затратить определенное время.
2. При обмене документами, образующими договор, чаще всего договор вступает в силу либо в день обмена идентичными нотами или письмами, либо с даты ответной ноты, если обмен производится в форме предложения заключить договор и ответа на это предложение.
В этом случае также может быть установлен срок, по истечении которого договор вступает в силу. Если же при обмене документами требуются утверждение или иная процедура, может быть предусмотрено и вступление договора в силу со дня обмена уведомлениями (или последнего уведомления) о завершении таких процедур.
3. В случае, когда двусторонний договор подлежит ратификации, обычно предусматривается его вступление в силу с даты обмена ратификационными грамотами. Может быть предусмотрено и вступление в силу по истечении определенного срока с даты обмена грамотами. Для многосторонних договоров, подлежащих ратификации, утверждению, принятию, одобрению, обычно предусматривается вступление в силу с даты сдачи на хранение депозитарию ратификационной грамоты или документа об утверждении, принятии, одобрении. Может быть также предусмотрено истечение определенного срока со дня сдачи на хранение соответствующего документа. Аналогичным образом происходит вступление в силу договора, предусматривающего присоединение. Условия вступления в силу могут быть согласованы сторонами и отдельно.
4. В случае, когда наличествует несовпадение процедур, необходимых для вступления в силу определенного международного договора, в текст принято включать следующую формулу: «Настоящий договор вступает в силу с даты последнего уведомления (вариант: «с даты обмена уведомлениями») о выполнении Сторонами внутригосударственных (варианты: «предусмотренных национальным законодательством, конституционных») процедур, необходимых для его вступления в силу».
Если об этом договорились участвующие в договоре государства, договор может временно действовать и до вступления его в силу. Договор или его часть могут применяться до вступления его в силу, если это предусмотрено самим договором или об этом договорились участвующие в переговорах государства.
Вообще каждый международный договор имеет территориальную или пространственную сферу действия. По общему правилу договоры не имеют обратной силы и обязательны для каждого участника в отношении всей его территории, если не оговорено иное, однако ряд многосторонних договоров предусматривает пространственную сферу иную, чем территория государств. В качестве примера можно назвать Договор об Антарктике 1959 г., Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 г. Сложная территориальная сфера действия предусмотрена в Конвенции ООН по морскому праву 1982 г., которая охватывает пространства, начиная от внутренних морских вод и кончая воздушным пространством над открытым морем.
Каждый действующий договор обязателен для участников. Участники должны добросовестно выполнять принятые на себя по договору обязательства и не могут ссылаться на положения своего внутреннего права в качестве оправдания для невыполнения ими договора (ст. 27 Венской конвенции 1969 г.), однако действие международных договоров иногда бывает тесно связано с проблемой третьих государств или третьих международных организаций, под которыми понимаются государства или организации, не являющиеся участниками договора. В принципе договор не создает обязательств или прав для третьих государств или международных организаций без их на то согласия. В то же время государства или другие субъекты международного права, заключая договор, нередко предусматривают права и обязанности для третьих сторон. Право для третьего государства возникает из положения договора, если его участники имели такое намерение и если само третье государство соглашается с этим.
Любой международный договор должен толковаться добросовестно. Это означает, в соответствии с Венской конвенцией 1969 г., что терминам, используемым в договоре, следует придавать обычное значение в их контексте и в свете объекта и целей договора. Толковаться текст договора должен в сочетании с преамбулой и приложениями, а также с любым соглашением, относящимся к договору. При этом во внимание принимается любой документ, составленный одним или несколькими участниками в качестве документа, относящегося к договору. При толковании учитываются любое последующее соглашение относительно толкования применения договора, последующая практика применения договора и любые нормы международного права, которые применяются между участниками. Используемому в договоре термину может придаваться специальное значение, если участники имели такое намерение.
В качестве дополнительных средств толкования могут использоваться подготовительные материалы и обстоятельства заключения договора только в том случае, если толкование приводит к неясным или двусмысленным выводам либо к результатам, которые являются явно абсурдными или неразумными.
Если толкование осуществляется самими участниками договора, то такое толкование называется аутентичным, поскольку этот вид толкования базируется на соглашении участников и поэтому обладает наивысшей юридической силой. Аутентичное толкование осуществляется в форме обмена нотами, протокола и т.д.
Наряду с аутентичным толкованием широко используется так называемое международное толкование, которое осуществляется международными органами. Эта форма толкования может быть предусмотрена в самом договоре. В качестве органов, занимающихся международным толкованием международных договоров, могут выступать Международный суд ООН, различные комиссии и т.д.
Толкование также осуществляется при помощи специальных способов (приемов), к которым относятся грамматическое (словесное), логическое, историческое и систематическое толкование договоров.
Грамматическое (словесное) толкование означает уяснение значения отдельных слов и смысла договора на основе грамматических и иных правил. Под логическим толкованием понимается толкование той или иной статьи договора на основе других статей или сопоставления их друг с другом. Текст договора при этом должен использоваться в качестве единого, целостного документа. Систематический вид толкования подразумевает толкование договора путем сравнения его положений с другими договорами. Иногда с момента заключения договора проходит значительное время, и возникают определенные трудности в уяснении его действительного содержания, например целей договора, отдельных его положений и терминов, в связи с чем прибегают к так называемому «историческому» способу толкования.