подписал договор не читая признать недействительным
Последствия и условия признания договора недействительным
Основания оспоримости договора и ничтожности сделки
В Гражданском кодексе перечислены причины признания договора недействительным. Оспорить его можно в следующих случаях:
Ничтожность не требует установления этого обстоятельства судом. Основания признания договора ничтожным с момента его заключения — это совершение сделки:
Процедура
Право на признание сделки недействительной ГК РФ предоставляет только суду, который выносит соответствующее решение по заявлению пострадавшей стороны или иных заинтересованных лиц. В зависимости от подведомственности, такие дела рассматриваются судами общей юрисдикции либо арбитражным судом. Требование о признании недействительной ничтожной сделки также может быть предъявлено стороной соглашения, а в предусмотренных законом случаях и иным лицом. Заявление направляется в суд по месту жительства (для граждан) или месту нахождения (для юридических лиц) ответчика в целях восстановления нарушенных прав другой стороны или иных лиц.
Законом установлено, что заявление о недействительности не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо само действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения соглашения давало основание другим лицам считать его действительным.
Последствия
Судебная практика
Из всего многообразия оснований для недействительности сделок можно выделить два основания, по которым чаще всего подаются иски в суд.
Для граждан — это оспаривание отчуждения имущества обиженными родственниками, утверждающими, что гражданин на момент заключения договора был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, либо оспаривание по этому основанию завещаний, составленных наследодателем в период, когда он страдал каким-либо заболеванием. Однако судебная практика исходит из того, что наличие заболевания, даже психического расстройства, само по себе не является основанием для того, чтобы посчитать дарение или завещание недействительным. Необходимо, чтобы сторона, оспаривающая дарственную или завещание, доказала, что даритель или завещатель в момент подписания документов не понимал значения своих действий или не мог ими руководить.
Для юридических лиц достаточно распространено признание сделки ничтожной, когда она совершена с целью причинения вреда кредиторам при банкротстве либо направлена на вывод средств при корпоративных основаниях.
По сложившейся арбитражной практике в таких случаях признать договор недействительным можно лишь в том случае, если он реально нарушает права заявителей. Обратите внимание, что заключить мировое соглашение о признании договора недействительным после подачи заявления в суд не получится. Суд у вас его просто не примет, так как стороны не обладают правом принимать решение о недействительности договора, это является прерогативой суда.
Актуальная позиция судов относительно договоров, заключенных неуполномоченным или неустановленным лицом
Управляющий партнер юридической группы Double Pro
специально для ГАРАНТ.РУ
В гражданском обороте нередки случаи, когда за одну из сторон в договоре подписывается лицо, которое не наделено на это полномочиями, либо кто-то с подражанием подписи, например, директора общества. Чаще всего такие действия имеют рутинный характер, ведь договоры то и дело заключаются дистанционно путем направления сторонами друг другу подписанных экземпляров по почте либо курьером.
При этом суды, столкнувшись с рассмотрением дел об оспаривании факта заключения договора, для установления истины вынуждены разбираться, действительно ли сделка накладывает на общество обязательства помимо его воли или же договор исполнялся сторонами, а позиция о недействительности лишь скрывает злоупотребление правом.
Становление единого подхода
В судебной практике дела, связанные с оспариванием сделок, заключенных неуполномоченным, а в некоторых случаях – неустановленным лицом, традиционно вызывают вопросы о квалификации таких сделок и о том, нарушает ли такая сделка сама по себе права стороны, от имени которой она была заключена.
Высшими судами на протяжении времени менялась позиция относительно того, как лицу, ставшей стороной сделки поневоле, защитить свои права.
Во второй половине 1990-ых годов договоры, заключенные неуполномоченным или неустановленным лицом, признавались судами незаключенными, и такая практика получила поддержку со стороны Высшего арбитражного Суда РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 1 августа 1995 г. № 7357/94, постановление Президиума ВАС РФ от 16 мая 2000 г. № 6612/98).
Но в постановлении Президиума ВАС РФ от 10 января 2003 г. № 6498/02 такие сделки квалифицированы иначе. Согласно правовой позиции Суда при совершении сделки от имени юридического лица лицом, которое не имело на это полномочий в силу закона, ст. 174 Гражданского кодекса не применяется. ВАС РФ разъяснил, что в таких правоотношениях стоит руководствоваться ст. 168 ГК РФ о недействительности сделок, не применяя при этом п. 1. ст. 183 ГК РФ.
С тех пор аналогичный подход был взят на вооружение судами при рассмотрении споров о недействительности сделок.
Несколько позднее Президиум ВАС РФ в Определении от 9 августа 2012 г. № ВАС-8728/12 по делу № А56-44428/2010 высказал позицию, что договор, заключенный неустановленным лицом, не отвечает требованиям закона, поэтому является ничтожным согласно ст. 168 ГК РФ независимо от признания его таковым судом.
С течением времени первоначальная позиция ВАС РФ о признании сделок, подписанных неуполномоченным лицом, незаключенными потеряла свою актуальность.
Например, арбитражный суд Северо-Кавказского округа в своем постановлении от 14 мая 2015 г. по делу № А53-6874/14 указал, что договор, подписанный неустановленным лицом, не соответствует требованиям закона и поэтому является ничтожным, а основанием для признания договора незаключенным в силу ст. 432 ГК РФ может являться лишь несогласование сторонами существенных условий, предусмотренных законом для данного вида договоров.
При этом в обоснование позиции суды, помимо положений непосредственно о недействительности сделок, обычно исходят из следующих норм ГК РФ:
Важно также иметь в виду, что заключение сделки неустановленным лицом обладает теми же правовыми последствиями, что и заключение сделки неуполномоченным лицом, поскольку последующее одобрение сделки порождает для одобрившего ее лица все правовые последствия. Об этом в своем Определении от 4 июня 2013 г. № 44-КГ13-1 высказалась коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Восстановление прав в виде освобождения от обязательств
П. 1 ст. 183 ГК РФ в совокупности с разъяснениями, данными ВС РФ в п. 122-123 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» подводят к тому, что сделка является заключенной между «лжепредставителем» и иной стороной договора, но для представляемого никаких последствий не наступает.
Следуя данной логике, в некоторых спорах арбитражные суды приходили к выводу, что стороне для защиты своих прав достаточно не совершать действий, направленных на конвалидацию (последующее одобрение) сделки, заключенной неуполномоченным или неустановленным лицом.
В постановлении арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 3 июля 2015 г. № Ф04-21327/2015 по делу № А70-5966/2014 высказана позиция, что заключение сделки неуполномоченным лицом не влечет ее недействительности, а лишь не создает никаких последствий для лица, от имени которого подписана сделка, если только это лицо впоследствии прямо не одобрит сделку.
Суд исходил из буквального толкования абз. 1 ч. 1 ст. 183 ГК РФ, согласно которому при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.
Однако такой подход в определенных ситуациях способен привести к нарушению прав лица, от имени которого была заключена сделка неуполномоченным или неустановленным лицом.
В качестве примера приведем вымышленный случай, где неуполномоченное лицо заключает договор аренды нежилого помещения и подписывается от имени собственника. Очевидно, что действия, направленные на исполнение договора со стороны арендатора, будут нарушать права собственника нежилого помещения.
Арендатор может попробовать произвести государственную регистрацию договора аренды, в том числе путем подачи заявления в суд, а также требовать от собственника имущества предоставить доступ к арендованному помещению.
Собственнику помещения ничего не остается, как в каждой отдельной спорной ситуации доказывать непричастность к договору, заключенному от его имени с нарушениями.
Из этого простого примера мы видим недостатки позиции, согласно которой «заключение сделки неуполномоченным лицом не создает никаких последствий для лица, от имени которого подписана сделка».
В действительности же права и интересы собственника нежилого помещения будут защищены в полной мере лишь вступившим в законную силу судебным актом о признании договора аренды недействительным.
Так может ли суд «сыграть на опережение» и признать сделку недействительной без применения двусторонней реституции в случае, когда имущественные интересы уже восстановлены в других спорах, а новые негативные последствия могут возникнуть лишь в теории?
В похожей ситуации оказался истец в деле № А40-99614/17 о признании недействительными инвестиционных договоров (постановление Арбитражного суда Московского округа от 28 апреля 2018 г. № Ф05-4979/18 по делу № А40-99614/2017).
Требования основаны на том, что неустановленным лицом от лица общества «Транссервис» были заключены инвестиционные договоры, порождающие определенные права и обязанности в отношении имущества, принадлежащего истцу.
Первоначально решением от 31 октября 2017 г. арбитражный суд города Москвы в иске отказал, а Девятый арбитражный апелляционный суд не нашел оснований для отмены решения суда и удовлетворения исковых требований общества.
Отказывая в иске, суды исходили из того, что истец не сослался на конкретные нормы, указывающие на недействительность такого рода договоров в силу несоблюдения их простой письменной формы.
Помимо прочего, недоказанным суды посчитали и сам факт того, что оспариваемыми сделками в принципе нарушены права истца и общество потерпело какие-либо негативные имущественные последствия.
Однако постановлением арбитражного суда Московского округа от 28 апреля 2018 г. судебные дело было направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Окружной суд обратил внимание судов нижестоящих инстанций на то, что при рассмотрении дела не был рассмотрен довод о ненаделении полномочиями лица, подписавшегося в договорах в качестве представителя по доверенности. Не проверены доводы о том, существует ли доверенность и почему она отсутствует в материалах настоящего дела и других судебных дел.
При новом рассмотрении дела Арбитражным судом города Москвы от 21 августа 2018 г. инвестиционные договоры признаны недействительными. Суд установил, что ответчики не опровергли довод истца о том, что лицо, подписавшее инвестиционные договоры, не имело полномочий на их подписание и доверенности на подписание договоров не выдавалось.
В судебном акте отмечено также, что именно оспариваемые инвестиционные договоры были использованы ответчиками в целях незаконной регистрации права собственности на объекты недвижимости, расположенные на принадлежащих истцу земельных участках (записи о регистрации были оспорены в рамках другого судебного спора).
Суд первой инстанции также высказал крайне важную позицию, что восстановление прав истца заключается в его освобождении от всяких обязательств, возникающих из оспариваемых гражданско-правовых сделок, а признание сделок недействительными в полной мере восстановит нарушенные права общества, что соответствует смыслу ст. 12 ГК РФ.
Остается надеяться, что такой подход не станет единичным, и суды будут в каждом конкретном деле оценивать, защищены ли права истца общими положениями п. 1 ст. 183 ГК РФ или же сделка в случае применения недобросовестными лицами различных правовых механизмов может затронуть имущественное положение лица, от имени которого она заключена неуполномоченным или неустановленным лицом.
Признание договора недействительным. Юридическая консультация от RosCo
В каких случаях договор может быть признан недействительным? Какие последствия возникают в случае признания договора недействительным?
Недействительность договора приводит к невозможности его исполнения. А перечень оснований для признания договора недействительным содержится в параграфе 2 главы 9 ГК РФ и ст.431.1 ГК РФ.
Признание договора недействительным: основания
При наличии оснований признания сделки недействительной, ее можно оспорить. Некоторые сделки признаются ничтожными (то есть являются недействительными с момента их совершения) и не требуют судебного оспаривания.
Так, нормами гражданского законодательства выделены следующие условия для признания сделок недействительными:
Досудебное урегулирование споров
Для того, чтобы оспорить заключение договора на кабальных условиях, необходимо доказать совокупность всех обстоятельств, предусмотренных п.3 ст.179 ГК РФ. Для обоснования невыгодных условий в суде нужно привести доказательства, что условия договора не соответствуют интересам компании и существенно отличаются от условий аналогичных договоров (Определение ВС РФ от 16.11.2016 г. № 305-ЭС16-9313).
Например, основаниями признания кредитного договора недействительным являются:
Смотрите материал, подготовленный юрисконсультом «РосКо — Консалтинг и аудит» Валерия Иванова.
Все самое интересное о налогах, праве и бухгалтерском учете от ведущей консалтинговой компании в России «РосКо».
Не понимал значение своих действий, но подписал договор
18 Июн Не понимал значение своих действий, но подписал договор
В исковых заявлениях граждан часто встречается такое обоснование для признания сделки недействительной: «Подписал договор, не понимая значения своих действий». Ссылаются на статьи 171 или 177 Гражданского кодекса. Пожалуй, большей популярностью пользуются только доводы об обмане, заблуждении и угрозах. Насколько применимы данные нормы – разберемся в этой статье.
Если сделку совершил недееспособный
Согласно статье 171 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства, является ничтожной.
Ничтожность подразумевает, что сделка недействительна независимо от признания ее таковой судом. Отсюда – жесткие критерии.
Чтобы сделка считалась недействительной в соответствии с указанной статьей, требуется чтобы ее совершил гражданин, в отношении которого вынесено решение суда о признании его недееспособным. При этом такое решение вступило в силу до совершения сделки и на момент совершения сделки оно не было пересмотрено в порядке пункта 3 статьи 29 ГК РФ (человек не восстановил способность понимать значение своих действий и руководить ими самостоятельно или при помощи других лиц).
Таким образом, нет решения о недееспособности – нельзя признать сделку недействительной по статье 171 ГК РФ. Есть решение – судебное разбирательство пройдет достаточно быстро, поскольку всё очевидно.
Маловероятно, что недееспособный сможет заключить сделку с недвижимостью. Как правило, документы хранятся у опекуна, и ввести в заблуждение приобретателя не получится. Да и сотрудники, принимающие документы на регистрацию, могут проявить бдительность. Другое дело, если опекун, приобретатель и регистратор находятся в сговоре. Но здесь может идти речь уже об уголовном преследовании.
Другим препятствием для заключения сделок недееспособным становится контроль со стороны нотариуса, который проверяет дееспособность обратившихся для заключения сделки, оформления завещания или выдачи доверенности.
Однако далеко не все сделки требуют регистрации или нотариального удостоверения. Поэтому прочие сделки недееспособным совершить оказывается проще. Например, взять кредит, если особого пакета документов предоставлять не требуется.
В России нет реестра недееспособных граждан. В документах, удостоверяющих личность, никаких отметок также не ставится. Контрагент может полагаться только на себя, оценивая поведение человека, общение с ним, его внешний вид и т.п.
Суд, признавая сделку недействительной по статье 171 ГК РФ, обязывает стороны вернуть друг другу всё полученное ими по сделке. Дееспособная сторона, если она знала или должна была знать о недееспособности контрагента, должна также возместить реальный ущерб.
Задайте свой вопрос адвокату Владимиру Чикину по телефону 8 499 390 76 96
Не понимал значение своих действий или не руководил ими
Статья 177 ГК РФ позволяет признать недействительной сделку, совершенную дееспособным гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.
Отличие от статьи 171 ГК РФ: на момент совершения сделки человек не был признан судом недееспособным.
В данном случае разбирательство в суде не будет столь однозначным.
Сделки, заключенные лицами, не понимавшими своих действий, являются оспоримыми, то есть только суд может признать сделку недействительной, если найдутся заинтересованные в этом лица.
Узнаваемая ситуация: дедушка дарит внуку домик в деревне и умирает. Наследники пытаются оспорить дарение. В иске ссылаются на то, что дедушка задолго до смерти никого не узнавал в лицо и странно себя вёл.
Таким же образом оспаривают завещания, договоры купли-продажи, займа, мены и ренты. Практика адвоката Владимира Чикина – тому подтверждение.
Истцы
В качестве истца могут выступать:
Зачастую сделки по статье 177 ГК РФ оспаривают наследники. При этом важно, чтобы состоялся факт принятия наследства. В противном случае в иске будет отказано. Из этого также следует, что до смерти гражданина его потенциальные наследники не могут оспорить его сделки, если только кто-то из них не является опекуном (попечителем).
Исковая давность
Срок исковой давности составляет один год. Исчисляться он начинает с момента, когда истцу стало известно об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Для самого гражданина, стороны сделки, срок пойдет сразу после того, как к нему вернется понимание своих поступков.
Если понимание так и не придет, а гражданин будет признан недееспособным или ограниченно дееспособным, срок исковой давности начнется, как только о сделке станет известно опекуну (попечителю).
Если опекун (попечитель) в течение года, как ему стало известно о сделке, не оспорит ее, а позднее недееспособный скончается, наследники уже не смогут оспорить эту сделку, поскольку срок исковой давности истек.
Другой вариант развития ситуации. Гражданин так и не был признан недееспособным, но его психическое состояние, служащее основанием для признания сделки недействительной по статье 177 ГК РФ, сохранялось вплоть до смерти. В этом случае наследники смогут оспорить сделку, пока не пройдет год с момента, как они о ней узнали. Тут важно иметь в виду, что часто наследникам становится известно о сделке раньше, чем наследодатель умер.
Если же оспаривается завещание, то годичный срок исковой давности начинает отсчет со дня смерти наследодателя.
Как доказывать?
Суд оценивает все доказательства в совокупности. Однако в каждом деле какие-то из доказательств становятся главнее других и на них выстраивается логика решения.
Когда рассматривается дело об оспаривании сделки по статье 177 ГК РФ, таким ключевым доказательством становится заключение судебно-психиатрической экспертизы. Эксперты должны дать ответ на вопрос: способен ли был гражданин отдавать отчет своим действиям в момент совершения сделки.
Прочие доказательства, в частности, свидетельские показания, лишь дополняют экспертизу. Если же они противоречат ее выводам, то у экспертизы, вероятнее всего, будет приоритет.
Нужно понимать, что экспертиза проводится ретроспективно. То есть на сегодняшний день состояние гражданина может быть отличным от момента заключения сделки. Более того, гражданин, возможно, уже умер. Задача эксперта на основе сохранившихся данных охарактеризовать состояние психического здоровья в прошлом.
Базой для экспертизы становится история болезни, которая велась в отношении обследуемого. Если никаких медицинский исследований ранее не проводилось, то вероятным ответом экспертов станет вывод о невозможности установить наличие психического расстройства. Одних лишь показаний свидетелей будет недостаточно и суд откажет в удовлетворении иска.
По той же причине редко удается оспорить сделку со ссылкой на состояние алкогольного или иного опьянения заключавшего сделку человека. Однократного алкогольного возлияния будет недостаточно. Требуется страдать психическим заболеванием в виде расстройства личности и поведения в связи с злоупотреблением алкоголя.
Никто не останется в стороне
Вполне возможно, что на момент оспаривания сделки по статье 171 или 177 ГК РФ вещь, которую передал психически нездоровый человек, успела перейти от первого приобретателя к последующему. Например, квартиру перепродали. Можно ли ее истребовать у этого конечного покупателя?
Да, можно. Причина тому: спорная вещь выбыла помимо воли ее первоначального собственника. Называется это виндикацией и о ней мы рассказывали подробно здесь и здесь. Как бы ни было обидно, ничего не подозревающий покупатель должен будет отдать вещь тому, кого, вероятно, ни разу до этого не видел и в чьей адекватности не имел возможности убедиться.
Если продавец не понимал своих действий при подписании ДКП, то нет доказательств, что он получил оплату
27 июля Верховный Суд вынес Определение по делу № 55-КГ21-4-К8 о признании недействительным договора купли-продажи недвижимости по иску наследника продавца спустя два года после сделки.
Юрий Порываев являлся собственником земельного участка и расположенного на нем садового дома. 21 июня 2017 г. между ним и Альбиной Макаровой был заключен договор купли-продажи недвижимости, согласно условиям которого стороны оценили ее стоимость в размере 150 тыс. руб. В июле 2017 г. право собственности на имущество было зарегистрировано за покупателем Альбиной Макаровой.
18 июня 2019 г. Юрий Порываев скончался. Наследником покойного по закону стал его сын Александр Порываев, который обратился в суд с иском к Альбине Макаровой. Наследник просил признать сделку от 21 июня 2017 г. недействительной, а также применить последствия ее недействительности. Свои требования Александр Порываев обосновал тем, что на момент совершения сделки его отец не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
6 августа 2020 г. Черногорский городской суд Республики Хакасия удовлетворил требования истца и признал сделку недействительной, при этом он применил последствия недействительности ничтожной сделки: право собственности Альбины Макаровой на земельный участок и здание прекращено, однако с Александра Порываева в пользу покупателя взысканы денежные средства в размере 150 тыс. руб., уплаченные по договору купли-продажи.
В своем решении суд учел имеющиеся доказательства, в том числе заключения судебно-психиатрической экспертизы, подтверждающие нахождение наследодателя в момент совершения оспариваемой сделки в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. При применении последствий недействительности ничтожной сделки первая инстанция указала, что условием оспариваемого ДКП являлась передача покупателем продавцу денежных средств до подписания договора. Порядок оплаты стоимости имущества до подписания договора не предусматривал дополнительное составление отдельного документа, подтверждающего передачу денежных средств по договору. Суды апелляционной и кассационной инстанций согласились с данными выводами.
Александр Порываев обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС не согласилась с выводами нижестоящих судов. Суд, ссылаясь на п. 1 ст. 167 ГК РФ, напомнил, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
ВС указал, что сделка является ничтожной в случае, если она совершена гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. В таком случае каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре – возместить его стоимость (п. 1 ст. 171 ГК), пояснил Суд. «В соответствии с положениями п. 1 ст. 177 ГК сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения», – отмечено в определении.
Верховный Суд подчеркнул, что, исходя из ст. 454 ГК, на покупателе при заключении договора купли-продажи лежит обязанность оплатить приобретенное имущество и при возникновении спора относительно исполнения данного обязательства представить доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства.
ВС указал, что, разрешая данный спор, суды не учли тот факт, что в день заключения договора Юрий Порываев находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем все совершенные им юридически значимые действия являются недействительными и не порождают правовых последствий. Суд обратил внимание, что изложенное касается не только обстоятельств передачи Юрием Порываевым покупателю прав на спорное имущество, но и обстоятельств, связанных с доказанностью получения им денежных средств.
С учетом изложенного Верховный Суд заключил, что пункт договора купли-продажи, согласно которому на день его заключения расчет между сторонами произведен в полном объеме, также является недействительным и не может служить подтверждением получения Юрием Порываевым от Альбины Макаровой денежных средств. Поскольку иных доказательств передачи денежных средств в материалы дела не представлено, ВС посчитал, что вывод суда о взыскании с истца в пользу ответчика денежных средств в размере 150 тыс. руб. противоречит вышеприведенным положениям закона и установленным по делу обстоятельствам. Таким образом, Судебная коллегия по гражданским делам пришла к выводу об отмене решений нижестоящих инстанций в указанной части, в остальном судебные акты оставлены без изменения.
Редакция «АГ» связалась с представителем ответчика в данном гражданском споре, но он отказался от дачи комментария. С представителем истца связаться не удалось.
Адвокат юридической фирмы ART DE LEX Александр Петров указал, что по своему существу изложенная в рассматриваемом определении Верховного Суда РФ правовая позиция заключается в том, что к исполнению встречного обязательства по недействительной сделке относятся те же пороки, которые присущи самой сделке. «Логика суда достаточно понятна. Для применения реституции в части возврата недвижимости есть надежные основания, так как до совершения сделки в системе регистрации собственником было указано одно лицо, а после сделки – другое. Поэтому установить и восстановить предыдущее состояние в части передачи недвижимости легко. Иное дело по условию об оплате», – поделился Александр Петров.
По мнению адвоката, практику по данному вопросу можно считать устоявшейся. Суды последовательно отказывают в двухсторонней реституции, если факт исполнения встречного денежного обязательства подтверждается текстом самого договора, признанного недействительным, или даже распиской к нему (для оснований недействительности по пороку воли) и свидетельскими показаниями, пояснил эксперт. Александр Петров привел в пример несколько апелляционных определений Мосгорсуда, подтверждающих данный факт: от 2 декабря 2019 г. по делу № 33-51405/2019; от 4 мая 2018 г. по делу № 33-7/2018; от 16 января 2018 г. по делу № 33-1249/2018.
Александр Петров отметил, что для упрощения документооборота участники сделок часто используют такую форму подтверждения оплаты, как включение в текст самого договора условия о том, что оплата произведена до или при подписании договора. По словам эксперта, чаще факт оплаты оформляется выдачей расписки. «С учетом изложенного участникам сделок с встречным предоставлением в виде денежного обязательства можно рекомендовать, по возможности, использовать безналичную форму расчетов. Тогда факт оплаты будет практически бесспорным и позволит, в случае признания сделки недействительной, применить двухстороннюю реституцию и вернуть денежные средства», – считает Александр Петров.
Руководитель судебной практики АБ «Гриц и партнеры» Ольга Новикова заметила, что ситуации, когда наследники не согласны со сделками наследодателей, случаются часто. «Чаще всего наследники в суде ссылаются на состояние здоровья наследодателя и, как следствие, на то, что наследодатель не мог понимать значение своих действий, то есть совершил сделку не по своей воле», – пояснила юрист.
По мнению Ольги Новиковой, с одной стороны, определение ВС РФ защищает от мошеннических схем в ситуации, когда пожилых людей вводят в заблуждение и предлагают подписывать документы по отчуждению недвижимости помимо их воли, при этом не передавая деньги. В этом деле действительно невозможно выяснить, были ли переданы деньги до подписания договора, считает она.
С другой стороны, Ольга Новикова считает, что позиция Верховного Суда по этому делу ставит добросовестных покупателей в невыгодное положение и создает опасную ситуацию. «Если покупатели в аналогичных обстоятельствах будут оплачивать недвижимость наличными деньгами, а сделки будут признаны недействительными, продавцы или наследники могут ссылаться на необоснованность возврата денег, опираясь на позицию Верховного Суда. Такая конструкция также может стать потенциальной мошеннической схемой», – разъяснила эксперт.
В связи с этим она настаивает на том, что покупатели должны быть вдвойне бдительнее при покупке недвижимости у пожилых людей: «Важно получать сведения из диспансеров о состоянии здоровья продавца, а лучше приглашать на сделку врача, который засвидетельствует, что на момент сделки продавец осознавал последствия своих действий».
Также эксперт согласилась с тем, что расчеты по таким сделкам лучше осуществлять через банковский аккредитив или переводить деньги на расчетный счет продавца в банке. «При таких формах расчета будет практически невозможно опровергнуть факт оплаты по договору купли-продажи», – заявила Ольга Новикова.
Адвокат АБ г. Москвы «Инфралекс» Ирина Зимина находит проблему актуальной, поскольку суды при вынесении решений по искам о признании сделок недействительными не всегда в полном объеме выясняют все юридически важные обстоятельства по делу. Она согласилась с ВС в том, что судам необходимо было выяснить, чем подтверждается факт передачи покупателем денежных средств по договору купли-продажи в пользу продавца до подписания указанного договора. По мнению адвоката, необходимо было обязать ответчика представить соответствующие относимые и допустимые доказательства. Например, расписку о получении денежных средств, выписку из банковского счета ответчика о переводе денежных средств Юрию Порываеву или иные доказательства.