погоны таможенной службы нового образца 2020
Новые погоны таможни
В скором времени таможенники со специальными званиями постепенно начнут обновлять свои кители, дырявить погоны под новые звёзды и принимать новый облик. Тем более, по всей стране тысячи таможенников в пунктах пропуска и мобильных группах перешли из фггс под погоны, что делает ребрендинг более актуальным.
Когда в августе промелькнула новость о новых погонах, в нашем распоряжении была только цветная картонка с внешним видом изменений погон, на основе которой была сделана фотожаба. Официальная пресс-служба не стала сильно отставать и запилила небольшую фотосессию с молодыми людьми в форме.
Многие оценили интересные нововведения. Правда, наблюдательные не могли не подчеркнуть юный возраст нашей модели, который редко может соотносится со званием полковника таможенной службы. Но причастность молодого человека к системе нам неизвестна, поэтому оставим это за кадром.
Куда больше улыбок вызвал китель молодого человека, который выглядит очень странно. Отсутствие привычных карманов на груди заставило специалистов по форме собрать консилиум, который пришёл к выводу, что парень зачем-то одел женский китель. Москва, такая Москва.
А вот с девушкой-моделью никаких нареканий от специалистов по таможенной форме не поступало. За неё и её пилотку можно не беспокоиться.
В прочем, это всё мелочи. И статья на самом деле не про разбор фотосессии пресс-службы ведомства.
Такой массовый перевод под погоны может породить другую проблему. Надеяться на то, что новые погоны раздадут очень быстро, не стоит. А тем временем, рано или поздно наступит такое время, что заставят фотографироваться на удостоверения в новых погонах. Даже не смотря на то, что ни у кого их нет.
Куда более забавно, что будет период, когда одни будут ходить в погонах фггс, другие в погонах сотрудников с поперечным сечением, третьи уже в новых погонах. Можно представить себе диссонанс у обывателей (да и причастных к органам тоже).
Но сегодня 21 век на дворе, и на документы давно не фотографируются в форме. Давно придумали шаблоны, в которые вставляют одухотворённые лица. Но есть одна проблема. Даже в самых современных фотостудиях шаблонов под новые образцы погон нет.
По большой просьбе редакции канала в НИИ «ZLOYTAM» были разработаны новые шаблоны для фотошопа, которые позволят решить назревающую проблему.
Скачать шаблоны можно будет в телеграме на страничке канала. Для тех кто в танке: качаем архив с шаблонами, сбрасываем его на флэшку и бежим в ближайшую фотостудию и говорим фотографу о том, что всего лишь за бесплатный набор фотографий вы готовы с ним поделиться новыми шаблонами. Обещаем, что скоро к ним повалят толпы таможенников, с которых они поимеют некислый профит.
Вниманию алчных фотографов, которые захотят нахаляву скачать шаблоны! Прошу обратить внимание! Если вы скачаете архив без комплимента нашему ресурсу или возьмёте оплату с первого таможенника, который принесёт их на флешке, то ваш бизнес будет проклят таможенными экстрасенсами, а в вашу фотостудию придут пацаны в фисташковых рубашках и заберут всё контрабандное оборудование. Не надо шутить с таможенниками.
P.S.: В архиве будут лежать лишь мужские шаблоны. Но наше НИИ постаралось и для прекрасных дам. Как только эта статья в дзене наберёт 200 комментариев, на канале в телеге будет красоваться архив и с женскими шаблонами.
Ниже пояса нет фоток, так что с лампасами еще вопрос открыт)
За неё и её пилотку можно не беспокоиться.
Никола-Ленивец с дрона
Снято на DJI mini 2
Являются ли прокуроры офицерами?
Подписчик спрашивает: являются ли прокурорские работники офицерами? Как бы все формальные атрибуты имеются: форма есть, звёзды на погонах присутствуют. Чтож, пора написать об этом пост.
Но есть исключение: военная прокуратура. Так, пункт 1 статьи 48 закона о прокуратуре гласит, что военными прокурорами назначаются граждане Российской Федерации, годные по состоянию здоровья к военной службе, поступившие на военную службу, имеющие офицерское звание. Пунктом 8 данной статьи установлено, что офицеры органов военной прокуратуры имеют статус военнослужащих, проходят военную службу в органах военной прокуратуры в соответствии с Федеральным законом «О воинской обязанности и военной службе». Ну и наконец согласно пункта 10 при увольнении офицеров органов военной прокуратуры (до полковника включительно) с военной службы и поступлении на службу в территориальные или специализированные органы прокуратуры им присваиваются соответствующие их воинским званиям классные чины, а при определении на военную службу прокуроров, имеющих классные чины (до старшего советника юстиции включительно), им присваиваются соответствующие воинские звания.
Телеграм канал Анонимный прокурор
Симметрия станций Московского метро
Все кадры сняты на Sony Alpha7III + Zeiss 16-35 f/4.0
Электрозаводская, Шелепиха, Смоленская, Комсомольская, Окружная
Москва 2077
Моя фантазия на тему проекционных рекламных вывесок.
Cнято с вертолётной площадки на Пресненской набережной
на Sony Alpha7III + Zeiss 16-35 f/4.0
Что такое синдром полковника?
Когда работаешь в какой-либо сфере, волей-неволей начинаешь замечать любопытные закономерности, например, в поведении коллег. Правоохранительная система здесь не исключение. И как правило, чем дольше в этом всём варишься, тем сильнее уверяешься в справедливости собственных наблюдений. Не будем рассуждать, насколько это хорошо или плохо, просто рассмотрим наблюдения и факты.
Нередко у «старых волков» в Вооружённых силах или правоохранительных органах можно диагностировать раздутое эго, которое в горячих спорах часто выплёскивается через обозначение своего статуса. Кто-то апеллирует к своему внушительному стажу работы, а кто-то — к наличию высокого воинского или специального звания.
Что самое интересное, при контакте с этими персонажами из раза в раз напрашивается вывод о том, что наличие какого-либо звания, ранга, должности является своего рода компенсацией отсутствия у человека каких-либо знаний или умений. Всё это можно охарактеризовать одним термином — «синдром полковника». В комментариях к одной из статей читатель выразил мысли на этот счёт, которые захотелось подхватить и доразвить.
Попробуем смоделировать весьма простенькую, но жизненную ситуацию. Допустим, человек всю профессиональную жизнь стремился к этому воинскому или специальному званию, терпел тяготы и лишения службы, встревал в служебные проверки, рамсился с коллегами, смежниками, но всё-равно оставался на плаву.
Некоторым безумно фартит, и они всё-таки достигают желаемой должности, а, соответственно, и звания. И вот в один прекрасный момент заветная цель достигается, и Он становится полковником! И в этот момент человек начинает верить в себя.
У него может ложно возникать ощущение, что он всемогущ, вездесущ и всеведущ. Он демонстрирует свою доминантность среди коллег и подчинённых. В спорах он пытается указать на своё звание и великий стаж службы. Но в какой-то момент этого становится ему мало.
И вот здесь он уже за пределами своего ведомства демонстрирует свою значимость. В любой сфере. В поликлиниках он начинает учить врачей медицине, юристов в адвокатских конторках— юриспруденции, жену — варить борщ по уставу, а соседскую собаку — правильно и образцово гадить на газон.
Но дело в том, что этот синдром появляется не внезапно, он формируется на протяжении всей своей службы на основе мнимого и ложного превосходства. И здесь не особо имеет значение кого над кем, главное — доминировать. Офицер — над прапорщиком, сотрудник — над ФГГСником, майор — над лейтенантом, военный — над гражданским.
Казалось бы, все эти статусы относятся исключительно к профессиональной сфере деятельности и отражают положение дел на текущий момент. Но нет! Всё это распространяется абсолютно на все сферы жизни, к которым прикасается полковник.
Например, майора с пистолетом гражданский учить ну никак не может, а полковника так вообще никто и ничему, даже и не имеет морального права (кроме генерала или более высокорангового полковника). Эта убеждённость в собственном превосходстве тем глубже укрепляется в системе координат полковника, чем больше звание его поглощает и делает заложником искусственно созданного образа. Ну а внешние проявления становятся только занимательнее раз от раза.
Именно поэтому и попадаются на глаза забавные видео, где главные герои — подпитые полковники, которые машут корочкой перед гаишниками или командуют официантами. Только вот есть неиллюзорный такой риск жёстко обломаться в случае столкновения с людьми, для которых все эти регалии не имеют никакой ценности. Вот тогда, конечно, картины начинают носить оттенок трагикомедии.
Конечно, далеко не все полковники являются такими. Большинство всё-таки является разумными офицерами в своих ведомствах и понимает реальное положение вещей. Но вот полковников, страдающим синдромом, увы, хватает. Синдром полковника — явление распространённое. Его искоренить практически невозможно. Это лишь факты, которые мы вынуждены констатировать.
Почему начальника таможни отпустили из-под стражи в СИЗО?
Уже больше трёх лет длится история вокруг бывшего начальника одной из таможен, которого подозревают в получении взятки в солидном размере. Мы наблюдали за ситуацией, поскольку она явно выбивается из общей картины коррупционных скандалов, происходящих в последнее время вокруг таможенных органов.
В один прекрасный момент был задержан начальник таможни и помещён под стражу. Если мы ничего не путаем, то он успел уволиться по собственному желанию, что даёт ему в будущем шанс на получение пенсии. Но речь немного не об этом.
В чём обвинялся полковник? В получении взяток. Это классическая статья 290 Уголовного кодекса РФ. Казалось бы, вычислили коррупционера, хлопнули, и пора его закрывать. Но дело оказалось непростым. Иначе уже давно бы его упекли за решётку.
Весь цимес в том, что задержан он был на основании показаний некоторых свидетелей и предполагаемого взяткодателя. Всё. С поличным никто никого не ловил. Доподлинно установить время и место передачи денежных средств у следствия не получилось. Это уже не говоря про вещдоки, смывы с рук и прочие фанфарные реквизиты громких коррупционных задержаний.
Скорее всего, был изначальный расчёт на то, что начальника таможни возьмут «наскоком», он поплывёт и начнёт выдавать пароли и явки на вышестоящих руководителей. Не исключено, что конечной целью были именно они, а в подозреваемом сотрудники органов видели горящую путёвку.
Но сознаваться в инкриминируемом полковник почему-то не захотел. Видимо, понимал, что никаких путных доказательств его противоправной деятельности нет. Засекреченные свидетели и сказочные показания взяткодателя — это, конечно, хорошо. Но этого не всегда достаточно.
По непроверенной информации, по данному делу неоднократно менялись следователи и оперативное сопровождение. Суды постоянно переносились, переназначались и откладывались. А тем временем прошло целых три года.
Защита добилась освобождения из СИЗО бывшего начальника таможни. До приговора суда ему запрещено делать определённые штуки и покидать в ночное время своё уютное жилище. Прокуратура, разумеется, была против. Но наш гуманный суд принял решение отпустить подозреваемого из-под стражи.
Признают ли виновным полковника? Сохраняется интрига. С одной стороны, нормальных доказательств его причастности к получению взяток нет. А вот с другой, в случае вынесения оправдательного приговора, бывший начальник таможни будет иметь право на реабилитацию и получение денежной компенсации от государства за незаконное уголовное преследование.
Возможную политизированность дела или давление на судей исключать тоже нельзя. Вероятно, если суд примет решение о виновности подозреваемого, полковник будет приговорён к сроку, который он уже отсидел в СИЗО. Но гуманный суд может принять и благосклонное решение и вынести оправдательный приговор. Хотя, они в наше время являются редкостью.
Мы не знаем, совершал ли преступление полковник на самом деле. Слабо верится в его профессиональную белизну. Но то, что мы сегодня наблюдаем, может стать хорошим уроком для тех, кто привык добиваться результатов «наскоком». Понятно, что отступать от своих позиций никто не будет, но развязка этой истории уже близится к концу.
Кто захватил власть в армии и силовых ведомствах?
Сегодня мы затронем непростую, давно наболевшую тему, о которой не принято говорить вслух. Касается она того, что система координат сильно деформировалась и избрала очень пагубный курс, из-за которого правоохранительная система переживает тяжёлые времена. Последствия этого мы наблюдаем ежедневно, а надежды на свет в конце тоннеля стремятся к нулю. Почему так происходит?
На канале много уделялось внимание тому, что в армии и силовых ведомствах давно назрела кадровая проблема. Люди бегут из органов по достижению выслуги лет, а зачастую и не дотерпев до неё. Почему люди в погонах терпят свою службу, в то время как можно просто работать и приносить пользу своей стране? Ответ кроется в слове «система».
Началось всё это не вчера и не позавчера. Закономерные процессы стали зарождаться с приходом неадекватной системы ценностей. Кто был раньше в почёте? Оперативники, следователи, ракетчики, подводники и многие другие категории служащих «на земле». Это люди, которые были на передовой и выполняли боевые задачи, рискуя своей жизнью и здоровьем.
Но что стало самым удивительным во всём этом? Постепенно главенствующие роли стали занимать не передовые подразделения, которые решают основные задачи ведомства, а обеспечивающие. Вслед за синдромом вахтёра стали появляться высокомерие и раздуматься чувство собственной важности.
Первые роли стали отводиться кадровым подразделениям, которые в народе стали шутливо именовать «отделами по борьбе с личным составом». В симбиозе с финансистами, особистами и прочими штабистами получилась довольно гремучая смесь.
Перечень вопросов, которые стали решаться обеспечивающими подразделениями, постепенно возрос. И постепенно это стало искусственно повышать их значимость. Можно разобрать пару простеньких наглядных примеров.
Есть оперативник, которому для выполнения задачи необходим служебный транспорт. Казалось бы, заполни заявку, бери авто и езжай ловить преступность. Но нет. Ему нужно пройти семь кругов ада, поклониться в ноги каждому мелкому тыловому человечку. А даже если и дадут авто (что не всегда получается), то потом предстоит недельная писанина о том, где и когда он ездил и обязательно пояснения за странные отклонения от маршрута и перерасход топлива.
Примерно такая же ситуация, но в более простой форме обстоит с бумагой, канцелярией, формой одежды, техникой и так далее. Но самое опасное даже не бюрократизм и вахтёрство. С боевых подразделений обязательно спросят результаты работы. И никого не волнует, что его не обеспечили всем необходимым для выполнения поставленных задач. Многие решают бытовые проблемы за свой счёт. Как вы думаете, как на это дело смотрит семья служащего?
Куда большая несправедливость возникает с кадровой стороны. Награды, ордена, медали, поощрения – всё это успешно распределяется между штабистами. Да, в управлениях тоже полно работающих подразделений, которые выполняют основные задачи ведомства. Но наблюдения показывают, что все ништяки, в первую очередь, достаются разным финансистам и планёрщикам, а уже потом (по остаточному принципу) тем, кто эти планы исполняет своим личным трудом.
Служебные проверки, как правило, карают рабочих лошадок, обходя стороной тех, кто уже является своего рода «элитой». То, что сходит с рук приближённым к кадровикам (не говоря уже про них самих), непростительно людям на земле. Находясь под прицелом, человек существует в постоянном раздражении и стрессе. Это сказывается на результатах работы.
Наши любимые ведомства очень любят организационно-штатные мероприятия. В 90 % случаях сокращают именно людей с земли и тех, кто непосредственно занят первоочередными задачами. Обеспечивающие подразделения и штабисты сокращаются редко. А даже если доходит до них, то им, как правило, находится место, в то время как рабочие люди остаются за бортом.
Во многих местах из этого сделали серьёзный бизнес. Нужна должность? Продление контракта? Внеочередное звание? Неприкосновенность при ОШМ? Возможность уйти на пенсию, залетев из ФГГС под погоны? Это лишь самые популярные услуги, которые заказать. Кстати, не факт, что услуга будет оказана. Правда, возврат денег в таких ситуациях не предусмотрен.
Такое главенствующее положение, которое постепенно заняли обеспечивающие подразделения, выглядит странным. Учитывая, что в некоторых ведомствах они ещё являются носителями погон, это ещё сильнее дестабилизирует систему. Постепенно в голову работающего человека закрадывается мысль: «Зачем мне впахивать не земле, выявлять преступления, приносить пользу стране, когда можно пробиться в штабисты и иметь ту же самую зарплату?».
Что самое интересное, ради эксперимента была написана статья о том, что понижающий коэффициент военной пенсии, в первую очередь, нужно отменить боевым подразделениям. В комментариях обрушился шквал негатива людей, которые требовали равенства для всех носителей погон. Но согласитесь, что кабинетная работа сильно отличается от «полевой»?
Как раз подобная уравниловка порождает социальную несправедливость. Но с этим мнением очень сильно не согласны кадровики, финансисты и другие обеспечивающие подразделения. Да, они нужны, без них никак, но их главенствующее положение в погонном обществе вызывает недоумение, не говоря уже о пресмыкательстве перед ними.
Когда и где что сломалось, уже не разобраться. Починить это без политической воли невозможно. Но для того, чтобы система стала работать как часы (а не так, как сейчас), нужно сильно пересмотреть кадровую политику и расставить нужные приоритеты. Уже наступило время, когда люди бегут из органов. И большинство проблем создано в лабораторных условиях. И этому не видно конца.
Почему стоит отказаться от казаков?
Бонжур, месье! Давайте-ка поговорим о казаках? Решительно невозможно усмирить собственное любопытство, когда видишь эту эффектную форму, на которой красуются погоны. Каков функционал носителей столь суровых лиц с твёрдым взглядом? Никто точно не понимает. Закономерный вопрос: а зачем вообще нам нужны эти казаки? Есть ли от них польза?
История подсказывает, что казаки представляли собой отдельное сословие, проживающее преимущественно на южных рубежах нашего государства. В задачи этих нарядных парней, помимо чада кутежа, входила охрана окраин от набегов всяких мутных бандформирований. За это им полагались всякие плюшки от Центра в виде, например, льгот по уплате налогов. Причём закупка вооружения и подготовка к разным спецоперациям производилась казаками за собственный счёт (. ). При таком раскладе налоговые льготы выглядят уже весьма справедливой мерой, согласитесь.
Как же обстоит дело сейчас? Имеются некие казачьи общества, которые иногда даже состоят на государственной службе. Финансируется всё это средствами федеральных и локальных бюджетов. На казаков, помимо потешных функций, возлагаются задачи, связанные с оказанием содействия по поддержанию общественного порядка и осуществлению правоохранительной деятельности. Последнее удивило даже редакцию канала.
Фактическая реальность рисует нам условное деление казаков на две категории.
Первых можно встретить с ППСниками в совместных патрулях, которые отлавливают буйных пассажиров для дальнейшего направления на бутылку. Иногда казаки из этой категории даже самостоятельно где-то ходят и пытаются проверить документы у праздно шатающихся граждан. Кто-то эти документы показывает, а кто-то витиевато отказывается, что вполне закономерно и законно.
Эта категория казаков действительно приносит пользу нашему обществу, хотя её КПД нельзя оценить высоко. Ходят, помогают. Стоит ли это затрат федерального бюджета? Пока повесим этот вопрос в воздухе.
Вторая категория казаков представляет собой задорных усатых дядек, которые каких-либо полезных функций не выполняют, но регулярно появляются на разных увеселительных мероприятиях. В ходу у таких товарищей традиционные одежды, награды, погоны и прочие свистелки и дуделки.
Эта категория казаков вызывает тяжёлую улыбку. Они пропагандируют традиции, демонстрируют свои медальки, и ведут разную разъяснительную работу по популяризации казачества. Особо одарённые даже выносят себя в отдельный этнос, т.е. в графе «национальность» уверенно пишут «казак». Как тебе такое, Илон Маск?
Никто не против чтить традиции и гордиться своим прошлым при условии уместности подобных мыслеизъявлений. Давайте с таким же пылом возрождать гусаров, рыцарей, да тех же стрельцов, в конце концов!? Всему этому есть достойное место в исторических реконструкциях, к которым отношение исключительно положительное.
Сегодняшние игрушечные казаки смотрятся столь же нелепо, как лошадь с плугом посреди скоростного шоссе. Даже если она там оказалась во имя пропаганды традиций земледелия.
В разные исторические периоды казачество представляло собой иррегулярные, но вполне боеспособные войска. Тогда с этой силой явно считались и использовали в интересах Центра.
Любопытный исторический факт: вооружённые казачьи формирования воевали не только на стороне Родины, но и против неё. Назвать же нынешних казаков войском язык почему-то не поворачивается, да и необходимость в таком их функционале тоже отпала.
Занимательное наблюдение: среди казаков часто встречаются бывшие военнослужащие и силовики, вышедшие на пенсию. Оно и понятно: нельзя упускать возможность стать членом более-менее околовоенной организации и даже получать за это какие-то деньги. Вместе с пенсией получается относительно терпимо. С этой точки зрения казачество весьма полезно, так как объединяет светлые умы, истосковавшиеся по погонам и имитации бурной деятельности.
«Казак» звучит более внушительно, чем «гардеробщик», согласитесь.
Беспокойство вызывает трата средств из федерального бюджета на содержание казаков. Может быть, там и не осваиваются олимпиарды денег, но эти средства можно было бы пустить на увеличение денежного довольствия силовых ведомств, где и так большой некомплект. Во всяком случае, это куда эффективнее поможет борьбе с преступностью, чем содержание мужичков в папахах.
Если мы тут собрались, чтобы чтить традиции, то давайте вспомним, что традиционно казаки большую часть расходов на свою деятельность несли сами. Нынче же очень удобно пропагандировать свою особую идентичность за государственный счёт.
Для чего казаки нужны обществу и государству? На этот вопрос найти ответ не получается. Особенно из-за того, что смешалось всё подряд: кони, нагайки, папахи, кресты, самодержавие и т.д. Давайте уже идти в ногу со временем и тратить бюджетные средства рационально.