сторонником исправления церковных книг в соответствии с древнерусскими образцами был
Церковный раскол XVII века на Руси и старообрядчество
Религиозно-политическое движение XVII века, в результате которого произошло отделение от Русской православной церкви части верующих, не принявших реформ патриарха Никона, получило название раскола.
Поводом к возникновению раскола послужило исправление церковных книг. Потребность в таком исправлении чувствовалась уже давно, так как в книги было внесено много мнений, несогласных с учением православной церкви.
За устранение разночтений и исправление богослужебных книг, а также ликвидацию местных различий в церковной практике, выступали члены Кружка ревнителей благочестия, сформировавшегося в конце 1640 х — начале 1650 х годов и просуществовавшего до 1652 года. Настоятель Казанского собора протопоп Иван Неронов, протопопы Аввакум, Логгин, Лазарь считали, что русская церковь сохранила древнее благочестие, и предлагали проводить унификацию, опираясь на древнерусские богослужебные книги. Духовник царя Алексея Михайловича Стефан Вонифатьев, дворянин Федор Ртищев, к которым позднее присоединился архимандрит Никон (позднее — патриарх), ратовали за следование греческим богослужебным образцам и укрепление их связей с восточными автокефальными православными церквами.
В 1652 году митрополит Никон был избран в патриархи. Он вступил в управление русской церковью с решимостью восстановить полное согласие ее с греческой церковью, уничтожив все обрядовые особенности, которыми первая отличалась от последней. В сознании этого долга патриарх Никон приступил к исправлению русских богослужебных книг и церковных обрядов по греческим образцам. В 1653 году перед великим постом им был разослан указ о том, сколько следует класть земных поклонов при чтении великопостной молитвы святого Ефрема Сирина (четыре вместо 16), предписывая также креститься тремя перстами. Затем предметом его критики стали русские иконописцы, которые отступили от греческих образцов в писании икон и применяли приемы католических живописцев. Далее он ввел вместо древнего одноголосного пения многоголосное партесное, а также обычай произносить в церкви проповеди собственного сочинения — в древней Руси видели в таких проповедях признак самомнения. Никон сам любил и умел произносить поучения собственного сочинения.
Также на богослужении вместо пения «Аллилуйя» два раза было велено петь три раза. Вместо обхождения храма во время крещения и венчания по солнцу было введено обхождение против солнца. Вместо семи просфор на литургии стали служить на пяти. Вместо восьмиконечного креста стали употреблять четырехконечный и шестиконечный. По аналогии с греческими текстами вместо имени Христа Исус в новопечатных книгах патриарх приказал писать Иисус. В восьмом члене Символа веры («В Духа Святаго Господа истинного») убрал слово «истинного».
Нововведения были одобрены церковными соборами 1654-1655 годов. В течение 1653-1656 годов на Печатном дворе выпускались исправленные или вновь переведенные богослужебные книги.
Недовольство населения вызвали насильственные меры, с помощью которых патриарх Никон вводил в обиход новые книги и обряды. Первыми за «старую веру», против реформ и действий патриарха выступили некоторые члены Кружка ревнителей благочестия. Протопопы Аввакум и Даниил подали царю записку в защиту двоеперстия и о поклонах во время богослужения и молитв. Затем они стали доказывать, что внесение исправлений по греческим образцам оскверняет истинную веру, так как греческая церковь отступила от «древлего благочестия», а ее книги печатаются в типографиях католиков. Иван Неронов выступил против усиления власти патриарха и за демократизацию церковного управления. Столкновение между Никоном и защитниками «старой веры» приняло резкие формы. Аввакум, Иван Неронов и другие противники реформ подверглись жестоким преследованиям. Выступления защитников «старой веры» получили поддержку в различных слоях русского общества, начиная от отдельных представителей высшей светской знати и заканчивая крестьянами. В народных массах живой отклик находили проповеди расколоучителей о наступлении «последнего времени», о воцарении антихриста, которому якобы уже поклонились царь, патриарх и все власти и выполняют его волю.
Большой московский Собор 1667 года анафематствовал (отлучил от церкви) тех, кто после многократных увещеваний отказался принять новые обряды и новопечатные книги, а также продолжал ругать церковь, обвиняя ее в ереси. Собор также лишил Никона патриаршего сана. Низложенный патриарх был отправлен в заточение — сначала в Ферапонтов, а затем Кирилло Белозерский монастырь.
Увлекаемые проповедью расколоучителей многие посадские люди, особенно крестьяне, бежали в глухие леса Поволжья и Севера, на южные окраины Русского государства и за границу, основывали там свои общины.
С 1667 по 1676 год страна была охвачена бунтами в столице и на окраинах. Затем с 1682 года начались стрелецкие бунты, в которых раскольники играли немаловажную роль. Раскольники совершали нападения на монастыри, грабили монахов, захватывали церкви.
Страшным последствием раскола явились гари — массовые самосожжения. Самое раннее сообщение о них относится к 1672 году, когда в Палеостровском монастыре совершили самосожжение 2700 человек. С 1676 по 1685 год, по документально зафиксированным сведениям, погибли около 20 000 человек. Самосожжения продолжались и в XVIII веке, а отдельные случаи — в конце XIX века.
Главным результатом раскола явилось церковное разделение с образованием особой ветви православия — старообрядчества. К концу XVII — началу XVIII века существовали различные течения старообрядчества, получившие названия «толков» и «согласий». Старообрядчество разделилось на поповщину и беспоповщину. Поповцы признавали необходимость духовенства и всех церковных таинств, они были расселены в Керженских лесах (ныне территория Нижегородской области), районах Стародубья (ныне Черниговская область, Украина), Кубани (Краснодарский край), реки Дон.
Беспоповцы жили на севере государства. После смерти священников дораскольного рукоположения они отвергали священников нового поставления, поэтому стали называться беспоповцами. Таинства крещения и покаяния и все церковные службы, кроме литургии, совершали избранные миряне.
Постепенно большинство старообрядческих согласий, особенно поповщина, утратило оппозиционный характер по отношению к официальной церкви. В 1800 году часть старообрядцев поповцев пошла на соглашение с официальной церковью. Сохранив свою обрядность, они подчинились местным епархиальным архиереям. Поповцы, не пожелавшие идти на примирение с официальной церковью, создали свою церковь. В середине XIX века они признали своим главой находившегося на покое боснийского архиепископа Амвросия, который центром старообрядческой организации сделал Белокриницкий монастырь (ныне территория Черновицкой области, Украина). В 1853 году была создана Московская старообрядческая архиепископия, ставшая вторым центром старообрядцев Белокриницкой иерархии. Часть общины поповцев, которые стали называться беглопоповщиной (они принимали «беглых» попов — перешедших к ним из православной церкви), не признала Белокриницкую иерархию.
Вскоре в России были учреждены 12 епархий Белокриницкой иерархии с административным центром старообрядческим поселением Рогожское кладбище в Москве.
До 1685 года правительство подавляло бунты и казнило нескольких вождей раскола, но специального закона о преследовании раскольников за веру не было. В 1685 году при царевне Софье был издан указ о преследовании хулителей Церкви, подстрекателей к самосожжению, укрывателей раскольников вплоть до смертной казни (одних через сожжение, других мечом). Прочих старообрядцев приказано было бить кнутом, и, лишив имущества, ссылать в монастыри. Укрывателей старообрядцев «бить батогами и, поеле конфискации имущества, тоже ссылать в монастырь».
Во время гонений на старообрядцев был жестоко подавлен бунт в Соловецкой обители, во время которого в 1676 году погибли 400 человек. В Боровске в заточении от голода в 1675 году погибли две родные сестры боярыня Феодосия Морозова и княгиня Евдокия Урусова. Глава и идеолог старообрядчества протопоп Аввакум, а также священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний были сосланы на Крайний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске. После 14 лет заточения и пыток они были заживо сожжены в срубе в 1682 году.
Патриарх Никон уже никакого отношения к гонениям на старообрядцев не имел — с 1658 года до кончины в 1681 году он находился сначала в добровольной, а затем в вынужденной ссылке.
В конце XVIII века сами раскольники стали предпринимать попытки сблизиться с церковью. 27 октября 1800 года в России указом императора Павла было учреждено единоверие как форма воссоединения старообрядцев с Православной церковью.
Старообрядцам, пожелавшим вернуться в синодальную церковь, было дозволено служить по старым книгам и соблюдать старые обряды, среди которых наибольшее значение придавалось двоеперстию, но богослужение и требы совершали православные священнослужители.
В июле 1856 года по указу императора Александра II полиция опечатала алтари Покровского и Рождественского соборов старообрядческого Рогожского кладбища в Москве. Поводом послужили доносы, что в храмах торжественно совершаются литургии, «соблазняющие» верующих синодальной церкви. Богослужения проводились в частных моленных, в домах столичных купцов и фабрикантов.
16 апреля 1905 года, накануне Пасхи, в Москву пришла телеграмма Николая II, разрешающая «распечатать алтари старообрядческих часовен Рогожского кладбища». На следующий день, 17 апреля, был обнародован императорский «Указ о веротерпимости» гарантировавший староверам свободу вероисповедания.
В 1929 году патриарший Священный Синод сформулировал три постановления:
— «О признании старых русских обрядов спасительными, как и новые обряды, и равночестными им»;
— «Об отвержении и вменении, яко не бывших, порицательных выражений, относящихся к старым обрядам, и в особенности к двуперстию»;
— «Об упразднении клятв Московского Собора 1656 года и Большого Московского Собора 1667 года, наложенных ими на старые русские обряды и на придерживающихся их православно верующих христиан, и считать эти клятвы, яко не бывшие».
Поместный Собор 1971 года утвердил три постановления Синода от 1929 года.
12 января 2013 года в Успенском соборе московского Кремля по благословению святейшего патриарха Кирилла была совершена первая после раскола литургия по древнему чину.
Материал подготовлен на основе информации из открытых источников
Тест по истории Русская православная церковь в XVII в. 7 класс
Тест по истории Русская православная церковь в XVII в. 7 класс с ответами. В тесте представлены 2 варианта, в каждом варианте по 6 заданий.
Вариант 1
А1. Что было причиной церковной реформы XVII в.?
А2. Кто был сторонником исправления церковных книг в соответствии с греческими источниками?
1) патриарх Никон
2) протопоп Аввакум
3) монах Нестор
4) патриарх Филарет
A3. Что было причиной конфликта между патриархом Никоном и царем Алексеем Михайловичем?
1) отказ Никона поддержать церковную реформу
2) выступление Никона в поддержку старообрядцев
3) попытка Никона объединить католическую и православную церкви
4) стремление Никона поставить церковную власть выше светской
А4. Кого называли старообрядцами?
1) язычников
2) сторонников объединения с римско-католической церковью
3) сторонников патриарха Никона
4) верующих, отказавшихся признать церковные нововведения XVII в.
А5. Церковная реформа была проведена в
1) 1632-1634 гг.
2) 1645-1676 гг.
3) 1653-1655 гг.
4) 1666-1667 гг.
В1. Какое имя пропущено в отрывке из сочинения В.О. Ключевского?
Друзья рассорились, вследствие чего __________ самовольно покинул патриарший престол, надеясь, что царь… воротит его, а царь этого не сделал.
Вариант 2
А1. Что было целью церковной реформы XVII в.?
1) привести церковные книги и обряды в соответствие с греческими образцами
2) учредить патриаршество
3) запретить на территории России католицизм
4) поставить церковную власть выше светской
А2. Кто был сторонником исправления церковных книг в соответствии с древнерусскими образцами?
1) патриарх Никон
2) протопоп Аввакум
3) монах Нестор
4) патриарх Филарет
A3. Почему патриарх Никон потерпел поражение в противостоянии с царем Алексеем Михайловичем?
1) к середине XVII в. власть царя заметно усилилась
2) против патриарха Никона выступили старообрядцы
3) патриарх Никон приступил к проведению церковной реформы без разрешения царя
4) Никон самовольно сложил с себя патриарший сан
А4. Кого называли раскольниками?
1) язычников
2) сторонников патриарха Никона
3) монахов-отшельников, селившихся в пустынях
4) верующих, не принявших церковную реформу XVII в.
А5. Церковный собор, отстранивший Никона от патриаршества, проводился в
1) 1632-1634 гг.
2) 1645-1676 гг.
3) 1653-1655 гг.
4) 1666-1667 гг.
В1. Кто был автором обращения?
О царю Алексее! …истину говорю: время покаятися! Ты ведь, Михайлович, русак, а не грек. Говори своим природным языком; не уничижай его и в церкви, и в дому, и в пословицах… Еретиков-никониан токмо любишь, а нас, православных христиан, мучишь.
Ответы на тест по истории Русская православная церковь в XVII в. 7 класс
Вариант 1
А1-4
А2-1
А3-4
А4-4
А5-3
В1. Никон
Вариант 2
А1-1
А2-2
А3-1
А4-4
А5-4
В1. Аввакум
Тест по теме церковный раскол
Ищем педагогов в команду «Инфоурок»
Тест по теме «Церковный раскол». 7 класс
Что было причиной церковной реформы XVII веке?
смерть патриарха Филарета,
включение в состав России мусульманских народов
Подписание Флорентийской унии между византийским патриархом и папой римским
Разночтения в священных книгах и различия в обрядах подрывали авторитет церкви.
2. Кто был сторонником исправления церковных книг в соответствии
с греческими источниками?
1) патриарх Никон 3) монах Нестор
2) протопоп Аввакум 4) патриарх Филарет
3. Что было причиной конфликта между патриархом Никоном и царем Алексеем Михайловичем?
1) отказ Никона поддержать церковную реформу
2) выступление Никона в поддержку старообрядцев
3) попытка Никона объединить православную и католическую церковь
4) стремление Никона поставить церковную власть выше царской.
4. Кого называли старообрядцами?
2) сторонников патриарха Никона
3) сторонников объединения с римско-католической церковью
5. Когда была проведена церковная реформа?
1) в 1632-1634 гг. 3) 1653- 1655 гг.
2) 1645-1676 гг. 4) 1666-1667 гг.
6. Вставьте пропущенное имя. Из сочинения Ключевского В.О.
Друзья рассорились, вследствие чего _________ самовольно покинул патриарший престол, надеясь, что царь воротит его, а царь этого не сделал.
7. Исключи «лишнее», объясните, почему.
Никон, Аввакум, Филарет, Плещеев.
Тест по теме «Церковный раскол». 7 класс
А) привести церковные книги и обряды в соответствие
с греческими образцами.
Б) учредить патриаршество
В) запретить католичество на Руси
Г) поставить церковную власть выше светской.
2. Кто выступал за сохранение старых традиций и исправление книг по древнерусским образцам?
а) патриарх Никон в) монах Нестор
б) протопоп Аввакум г) патриарх Филарет
3. Почему патриарх Никон потерпел поражение в противостоянии с царем Алексеем Михайловичем?
А) к середине 17 века власть царя заметно усилилась
Б) против Никона выступали старообрядцы
В) патриарх Никон приступил к проведению реформы без согласия Алексея Михайловича
Г) патриарха Никона поддерживал папа римский.
4. Кого называли раскольниками?
Б) сторонников патриарха Никона
Г) верующих, не принявших реформу церкви.
5. Прочитайте отрывок из документа. О ком идет речь?
Слава о его уме и строгой иноческой жизни достигла Москвы; набожный Алексей Михайлович перевел его архимандритом в один из московских монастырей, часто призывал его во дворец для беседы и вообще начал оказывать ему большое доверие. И вскоре он был посвящен митрополитом в Новгород. Когда же в Москве скончался патриарх Иосиф, престол патриарший предложил ему. ( из сочинения историка Д.Иловайского)
Курс повышения квалификации
Дистанционное обучение как современный формат преподавания
Курс повышения квалификации
Методика преподавания истории и обществознания в общеобразовательной школе
Курс профессиональной переподготовки
История и обществознание: теория и методика преподавания в образовательной организации
Номер материала: ДВ-490103
Международная дистанционная олимпиада Осень 2021
Не нашли то что искали?
Вам будут интересны эти курсы:
Оставьте свой комментарий
Авторизуйтесь, чтобы задавать вопросы.
Безлимитный доступ к занятиям с онлайн-репетиторами
Выгоднее, чем оплачивать каждое занятие отдельно
В Иркутской области продлили школьные каникулы
Время чтения: 1 минута
В Воронежской области ввели масочный режим в школах
Время чтения: 2 минуты
Кабмин утвердил список вузов, в которых можно получить второе высшее образование бесплатно
Время чтения: 2 минуты
СК предложил обучать педагогов выявлять деструктивное поведение учащихся
Время чтения: 1 минута
Москалькова предложила создать рекомендации подросткам по использованию соцсетей
Время чтения: 1 минута
Роспотребнадзор продлил действие санитарных правил для школ
Время чтения: 1 минута
Подарочные сертификаты
Ответственность за разрешение любых спорных моментов, касающихся самих материалов и их содержания, берут на себя пользователи, разместившие материал на сайте. Однако администрация сайта готова оказать всяческую поддержку в решении любых вопросов, связанных с работой и содержанием сайта. Если Вы заметили, что на данном сайте незаконно используются материалы, сообщите об этом администрации сайта через форму обратной связи.
Все материалы, размещенные на сайте, созданы авторами сайта либо размещены пользователями сайта и представлены на сайте исключительно для ознакомления. Авторские права на материалы принадлежат их законным авторам. Частичное или полное копирование материалов сайта без письменного разрешения администрации сайта запрещено! Мнение администрации может не совпадать с точкой зрения авторов.
Патриарх Никон в деле исправления церковных книг и обрядов
Когда скончался патриарх Иосиф (15 – го апр. 1652 г.), все в Москве могли догадываться, что преемником его на патриаршей кафедре будет не кто другой, как Новгородский митрополит Никон, который и при жизни Иосифа был главным советником царя Алексея Михайловича в делах церковных и возвышался над всеми, сколько своими личными достоинствами, столько же или даже более неограниченною доверенностию и любовию к нему государя. Никону пророчили патриаршество еще в то время, лишь только он сделался митрополитом. Сохранилось сказание, что когда он, прибыв в Новгород, поехал в хутынский монастырь к проживавшему там на покое своему предместнику, митрополиту Афеонию, мужу святой жизни, но, по старости и безпамятству, добровольно оставившему свою кафедру, и начал просить у него себе благословения, то Афеоний отвечал: «ты меня благослови» и после долгого препирательства между ними об этом, сказал наконец: «благослови меня, патриарше». Никон заметил: «нет, отче святый, я грешный митрополит, а не патриарх». «Будешь патриархом, и благослови меня», пояснил свою мысль Афеоний, и действительно первый принял благословение от Никона, а за тем благословил его. Для подобного предсказания о патриаршестве Никона было уже тогда достаточно оснований.
Первое главное дело, или даже главнейшее из дел, патриаршествования Никона – исправление богослужебных книг и церковной обрядности началось еще во дни патриарха Иосифа, и тогда же обозначились те два начала или правила, которыми потом Никон постоянно руководствовался, занимаясь этим делом.
Сам Неронов в письме к государеву духовнику Вонифатьеву свидетельствует, что голос от образа Спасова был к нему именно в 1653 г. на первой неделе великого поста. Но, замечательно, содержание этого голоса передает уже не то, какое прежде передавал Аввакуму и прочей братии. Голос будто бы был такой: «Иоанне, дерзай и не убойся до смерти; подобает ти укрепити царя о имени Моем, да не постраждет днес Русия, якоже и юниты (т.е.униаты)». (Maтериал. для истор. раскола, 1,99 – 100). Невольно подумаешь, да точно ли был этот голос, когда сам Неронов передает его различно, не выдумка ли это? На подобные будто бы откровения свыше у нас тогда любили ссылаться для той или другой цели, и, как увидим, не раз ссылался даже сам Ннкон, и простодушные люди верили.
со своими приближенными, и они ждали только случая отомстить Никону. Случай, как им казалось, представился. Никон разослал «Память» духовенству: они написали на нее опровержение из книг, выставляя ее, конечно, еретическою, и подали свою рукопись государю, рассчитывая уязвить Никона и повредить ему. Но ошиблись в рассчете: Никон остался в полной силе, а только еще более раздражился против бывших своих друзей. И началась борьба преимущественно из личных побуждений, которая потому, как скоро увидим, в самом уже начале своем приняла с обеих сторон самый резкий характер. Но достойно замечания, что Никон в этот раз как бы не обратил внимания на поступок своих врагов, не потребовал их на суд за оказанное сопротивление архипастырскому распоряжению и вовсе их не преследовал.
Что же показывает это первое публичное столкновение протопопа Неронова с патриархом Никоном, которое мы изложили со слов самого же Неронова? Неронов сначала заступился за одного из своих сторонников, муромского протопопа Логгина, еще прежде дерзко укорявшего Никона в гордости, и упрекнул Никона в жестокости. Потом донес царю на Никона, будто бы сказавшего о царе неприличные слова. А потом резко укорял Никона, что он верит одннм только клеветникам без всякого разследования: что прежде был он другом Вонифатьева и его друзей, советовался с ними о всем, а теперь сделался врагом Вонифатьева, везде поносит его, а друзей его, протопопов и попов, разоряет, мучит, на их места ставит других, избрал себе новых советников, которых прежде называл врагами Божиими; что прежде из страха подписал Уложение, а теперь порицает его; что, наконец, лжет на него – Неронова и сам настроил на него клеветника. И среди всех этих укоризн Никону нет ни слова против исправления им церковных обрядов, которое уже начиналось тогда; не видно и тени какой либо привязанности к старым обрядам, на которые будто бы посягнул Никон. Во всем видна одна лишь личная вражда, ненависть, озлобление Неронова и его друзей против Никона за то, что он изменил им, лишил их прежней власти, стал их врагом, преследует их. Этою – то ненавистию более всего руководились они и впоследстви, когда начали ратовать будто бы за старые обряды.
Озлобление Неронова не имело границ, и он совершенно забылся, когда позволил себе на соборе и так дерзко порицать в глаза и позорить своего патриарха, и наконец похулил и весь собор. Неудивительно, если св. собор, на основании 55 правила св. апостолов, которое гласит: «аще кто из клира досадит епископу, да будет извержен», определил послать протопопа Неронова на смирение в монастырь. Или, как подробнее об этом разсказывает он сам: «и за те мои слова сослан я был в спасский монастырь на Новое под начало, и того же дня переведен из спасскаго монастыря в симонов и отдан под крепкое начало: мне не велено было ходить в церковь, а ночью сторожа меня со свечами держали и семь дней никого из людей, не пущали ко мне, ни домашних, ни сторонних. В осмой день привезли меня в город на царе – борисовский двор, и тут били немилостивно; а когда везли меня из монастыря, то быстро скакали на телеге, хотели тряскою меня уморить. И привезли меня в соборную церковь, и патриарх Никон велел крутицкому митрополиту Сильвестру снять с меня скуфью. И как сняли скуфью, опять послал меня патриарх в симонов монастырь, и на шею наложили мне большую цепь. В 4 – й день августа послал меня в вологодский уезд на Кубенское озеро, в каменской монастырь, под крепкое начало; а в грамате о мне ко властям было писано: за великое безчиние велено в черных службах ходить». 15
Инок Григорий Неронов, проживая в игнатьевой пустыни или скрываясь в другом месте, может быть, и не слышал о соборном на него проклятии. Но когда чрез несколько времени он прибыл в Москву, то близкие к нему люди начали умолять его, чтобы он показался патриарху Никону, хотя другие советовали беречься. Григорий решился идти к Никону, взяв с собою недавно – изданную книжку «Скрижаль», которая произвела на него глубокое впечатление. В ней было напечатано, что креститься должно тремя перстами, что о том писали Никону все четыре патриарха, а непокорных предали клятве, и Григорий стал размышлять: «кто я окаянный? Не хочу творить раздора со вселенскими патриархами, не буду им противен: ради чего мне быть у них под клятвою?» И 4 – го января 1657 года пришел Григорий на патриарший двор, стал у крестовой палаты и поклонился Никону, когда он шел к божественной литургии. Никон спросил: «что ты за старец?»
Что же должно сказать о всей этой деятельности, от её начала до конца, если смотреть на нее без предъубеждения. Никон не затевал ничего нового, когда решился приступить к исправлению наших церковных книг: исправление этих книг совершалось у нас и прежде, во время печатания их, при каждом из бывших патриархов. Никон хотел только исправить книги лучше, чем исправлялись они прежде. Прежде книги правились по одним славянским спискам, которые теми или другими справщиками признаваемы были «добрыми». Никон пожелал исправить наши церковные книги не по одним славянским, но и по греческим спискам, и притом по спискам, славянским и греческим, древним, чтобы очистить эти книги от всех погрешностей, прибавок и новшеств, какие вкрались в них с течением времени, особенно в два последние столетия, и для многих уже не казались новшествами, – чтобы возстановить у нас богослужение в том самом виде, в каком существовало оно в древней церкви, русской и греческой, – чтобы привести нашу церковь в полное согласие с греческою и вообще со всею восточною православною, даже по церковным обрядам. И за такое исправление книг Никон принялся не по прихоти или злонамеренности, а по настоятельной нужде. Его укоряли иерархи, приходившие к нам с востока, в разных отступлениях нашей церкви от греческой, каким особенно казалось им двуперстие в крестном знамении. Он сам лично убедился, вскоре по восшествии на патриаршию кафедру, что такие отступления действительно встречаются в наших печатных книгах и даже в Символе веры. Он знал, какую важность приписывали некоторым из этих отступлений Греки, как признали они еретическими и сожгли на Афоне московские книги, в которых было напечатано учение о двуперстии для крестного знамения. Необходимо было устранить все этого рода несогласия нашей церкви с греческою, чтобы они не повели к серьезным столкновениям и даже к разрыву между обеими церквами. И Никон начал свое великое дело – исправления наших церковных книг, но не сам собою, а по решению и указаниям двух соборов, московского и константинопольского. Никон исправил книгу Служебник, но не прежде напечатал, как подвергнув ее тщательному рассмотрению целого собора. Напечатал книгу Скрижаль, но не выпускал ее в свет, пока она не была вся пересмотрена и одобрена собором. Приготовил к печатанию книгу Требник и до напечатания подверг ее также внимательному обсуждению на соборе. Никон изрек анафему на непокорных, неповиновавшихся церкви в сложении перстов для крестного знамения; но изрек не один, а вместе с собором русских архиереев, и уже после того, как на этих непокорных изрекли анафему известные восточные иерархи. Никон предал анафеме Неронова и его единомысленников, сопротивлявшихся церковной власти; но предал с согласия всего собора, на котором находились и восточные святители, в том числе антиохийский патриарх, и следуя наставлению цареградского патриарха и собора относительно Неронова. Выходит, что вся деятельность Никона по исправлению церковных книг и обрядов совершалась не им единолично, а с согласия, с одобрения и при живом участии представителей не только русского, но и восточного духовенства и всей церкви. На Никона нападали, что он был крайне строг к своим противникам. Но он мог быть слишком строгим и даже несправедливым, мог иметь и другие недостатки, мог вредить своею горячностию успехам своего дела; а самое дело исправления церковных книг, тем не менее, оставалось чистым, законным и святым, – не говорим уже, что строгие и суровые наказания вообще были в духе того времени, и что противники Никона, по своей дерзости против него, заслуживали такой строгости.
К крайнему сожалению, по удалении Никона с кафедры, обстоятельства совершенно изменились. Проповедники раскола нашли себе, в наступивший период между – патриаршества, сильное покровительство; начали резко нападать на церковь и ее иерархию, возбуждать против нее народ, и своею возмутительною деятельностию вынудили церковную власть употребить против них канонические меры. И тогда – то вновь возник, образовался и утвердился тот русский раскол, который существует доселе, и который, следовательно, в строгом смысле, получил свое начало не при Никоне, а уже после него.
Шушерин. Житие Никон., стр. 11, Москв. 1871; Аввак. Автобиогр. Его – в Maтериал. для истории русск, раскола, издан. братством Св. Петра митрополита, т. V, стр. 17 – 19; А. Э. IV, № 57, стр. 77.81. Протопоп Иван Неронов также говорил впоследствии самому Никону от лица своей братаии, что до патриаршества он был их другом, и не прекословил, когда, по совету государева духовника Стефана, назначались лица в митрополиты, архиепископы, епископы, в архимандриты, игумены и протопопы (Матер, для истории раскола, 1, 47).
Выходы государей, стр. 261; письмо Никона к цареград. патриарху Дионисию, в Зписк. Отделения русской и славянск. Археологии, II. 511 – 513 Возражения Никона Стрешневу и Паисию 1 и 26, там же стр. 480 – 481; предисл. к Служебнику 1655 г. – в прибавлении к опис. Старопечат. книг графа Толстова и Царск., № 89. Чин избрания, наречения и посвящения патр. Никона сохранился, в подлиннике, доселе (Москов. главн. архив. мин. иностр. дел, дела духовные, год 7160 (1652), июль). После этого все, что сказано в Житии суздальского митрополита Илариона, составленном не раньше начала XVIII века, будто вместе с Никоном избраны были на патриаршество еще два кандидата, иеромонах спасо – преображенского монастыря на Юнге Антоний и третий, неизвестный по имени, будто брошен был жребий, кому из них быть патриархом, будто жребий пал на Антония, и Антоний только по старости и болезни отказался от такой чести и уступил ее Никону, все это не заслуживает никакого внимания. (Житие Илариона, митроп. суздальского, стр. 5, Казань 1868).
Дворцов. Разряды, III, 322 – 323; Выходы государей стр. 261. О наречении и посвящении патр. Никона изложено, со всею подробностию, в вышеупомянутом чине (см. примеч. 2). Копия настольной граматы, данной патр. Никону – в Моск. главн. арх. мин. иностр. дел, дела духовн., год 7160 (1652) июль. В этой грамате перечислены все двенадцать мужей, первоначально избранные в кандидаты на патриаршество, именно два митрополита: новгородский Никон и казанский Корнилий; три архиепископа: вологодский Маркелл, рязанский Мисаил и псковский Макарий; шесть архимандритов монастырей: чудова Ферапонт, андрониева Сильвестр. Саввы – сторожевского Гермоген, нижегородского печерского Стефан, ростовского богоявленского Иона, суздальского спасского Иосиф, и один игумен боровского пафнутиева монастыря Павел.
Подробнее – см. нашей Истор. Р. Церкви, в т.XI.
Подробнее – там же, в т. XI.
О патриархе Паисие и Арсение Суханов подробнее – там же, в т. XI. О назаретском митрополите Гаврииле, прибывшем к нам вместе с Арсением (8 дек. 1650 г.), но уехавшем изъМосхвы прежде его отьезда (24 февр. 1651 г.) – Москов. главы, архив. Мин. Иностр. Дел, дела греческ., связк. 29 № 11; Суханов. Проскинитарий, стр. 12 – 13, изд. в Казани. Об укоризнах этого митрополита Никону – см. «Слово отвещательно» в Скрижали, изд. Никоном, л. 1.
Это предисловие к служебнику, изд. Ннконом в 1655 г., перепечатано вполне Строевым в дополн. к опис. старопеч. книг гр. Толстова и Царского. № 89.
Житие Аввакума – в Матер., для истории раскола, V, 18 – 19.
Надобно заметить, что и другие патриархи, приходившие к нам с востока прежде и после Афанасия, а по примеру их иногда и митрополиты греческие, точно также раздавали от себя разрешительные граматы, в Малороссии и России, людям всех званий, даже лицам царского семейства, и православные pyccкиe с верою н благодарностию принимали или приобретали себе такие граматы. Но некоторые из сторонних этим соблазнялись. Например, известный сербский поп Юрий Крыжаничъ писал: «я видел напечатанныя в Kиеве на русском языке, разрешительныя граматы, которыя продавал на Руси византийский патриарх Aфaнасий. Каким образом и по какой цене он продавал их, я не знаю. То лишь знаю, что такия отпустительныя граматы некоторые продавали знатным людям за деньги; здесь разрешают от всех грехов, не упоминая ни слова об исповеди или иокаянии. А бедные люди берегут эти граматы как великое сокровище, и завещавают класть с собою во гроб… Я видел одного митрполита, который, бывало, повсюду, куда ни придет к знатному человеку, прежде всего спросит его, не хочет ли он иметь разрешение от грехов. Тот выражает жeлaниe, и митрополит, освятнвь воду в доме этого человека, кропит его самаго и все его семейство; потом кладет руки и книгу на голову хозяина и чнтает над ним длинное и подробнейшее отпущение грехов, безъ всякой пред тем исповеди. (Сочин. Крыжанича, изд. Безсоновымпри «Русской Беседе», стр. 192, М. 1859).
О приезде в Москву бывшего цареградского патр. Афанаcия – в москов. главн. архиве Министер. иностр. дел, Греч. Дела, Связк. 29, № 8, последняя половина, и связк. 31, № 27. Снес. Выходы Госуд. стр. 302.
Д. Ю. и З. Poccии, X, № 6, ст. XIII, стр. 331; Архид. Павла алеппскаго, Путешествие антиох. патр. Maкaрия в Poccию, в Чтен. М. Истор. Общ. 1676, 1, отд IV, 61–63.
«Слово отвещательно» патр. Никона в его Скрижали, л. I.
Подлинная рукопись патр. Aфaнacия, на греческом языке, хранится в москов. Синод. библиотеке, № 245. Тогда же сочинение это, по приказанию Никона, переведено было на сдавянскйй язык, под заглавием: «Толкование божественныя литургии, егда священнодействует apxиерей, по чину и обычаю восточныя церкви Aфaнacий, прежний вселенский патриарх, на Москве сице сподобивыйся (священнодействовать?) в 1653 лето, месяца июлия, индикта 6». Рукопись этого перевода хранится в той же Синод, библиотеке, № 698.
Таким образом Неронов сам свндетельствует, что жестокие наказания, за которые он столько укорял, теперь и после, патриарха Никона, были тогда в обычае и вообще у властей духовных (как и светских), а не у одного Никона: таков был дух времени. Впоследствии Неронов жаловался, что Павел, митрополит сарский и подонский, гнал и мучил его, Неронова, еще «паче Никона» (Материал, для истор. раскола. 1, 239).
Maтериал. для истор раскола, 1,41 – 51,234 – 237.
Maтepиал. для истор. раскола, 1,50 – 51. А что Неронов осужден был не одним Никоном, но всем собором, на основании апостольского правила, – о чем намеренно умолчал в своем paсскaзе Неронов, – см. там же 1,128 – 129.
Письмо протопопа Аввакума к Неронову – в Матер. для истории раскола, 1, 20 – 26; письмо священника казанского собора к Неронову – там же, 1, 26 – 31; Житие Аввакума – там же, V, 22.
Надобно однакож сознаться, что сами эти протопопы своими крайне дерзкими выходками против Никона невольно вызывали его на крутые меры. Мы уже видели, как грубо поносил своего патриарха протопоп Неронов пред целым собором, и упоминали, что протопоп Логгин в лицо укорял патриарха за его будто – бы «небрежное и высокоумное и гордое житие». Теперь прибавим, что тот же Логгин, когда его разстригли в соборной церкви и сняли с него однорядку и кафтан, во время большого выхода, «Никона порицая, чрез порог в алтарь в глаза Никону плевал, и схватя с себя рубашку, в алтарь в глаза Никону бросил»… (Аввакум: Автобиогр. – в Матер, для истории раскола, V, 21).
У Ннкона черногорца приведено из «Дамаскинова изложения, еже о ересех» следующее определение (91 – й) ереси неколенопоклонников: «сии на всяко времямолитв своих колену не хотят поклонити, но стояще присномолитвы своя творят». Самое имя ереси по отношению к неколенопоклонникам употреблено, очевидно, не в точном смысле: потому что собственно ереси тут вовсе нет.
См. нашей Истории Русск. Церкв. VIII, 116 – 129.
Все означенные письма – в Материал. для истории раскола, 1, 34 – 41, 51 – 94.
Собор был после 27 февраля и прежде 2 мая: потому что Неронов в письме к царю от 27 февраля только еще просил о coзвании собора, а в письмах к царице и царскому духовнику от 2 мая уже упоминает о немилости, постигшей епископа Павла Коломенского, и делает возражение против сказанного Ннконом на соборе относительно поклонов (Maтepиaл. для истор. раскола, 1, 66, 79. 87 – 88). Кроме того известно, что на этом соборе присутствовал сам царь; а он 18 мая уехал из Москвы в Литву к своему войску, откуда возвратился только в начале следующего года (Дворц. Разр. III, 412).
Деяние этого собора было первоначально напечатано в приложениях к Скрижали Никоновой, а недавно (1873 г.) издано вновь Братством Св. Петра митрополита с подлинного списка, скрепленного собственноручными подписями присутствовавших на соборе лиц, хранящегося в москов. синод. библитеке за № 379. Сведения об этом соборе изложены еще в предисловии к служебнику 1655 года.
Подпись Павла, епископа Коломен., см. в подлинном списке соборного Уложения, изд. Братством Св. Петра. В числе рукописей, отобранных у игумена Феоктиста, проживавшего при Неронове в спасокаменном монастыре, находилась «Отписка коломенского епископа Павла к протопопу Ивану Неронову на осми столбцах» (Материалы для истор. русского раскола, 1, 331): доказательство, что между этими лицами были близкие сношения.
Так сказано в определении собора 1666 года о низвержении Никона (Собр. Госуд. Грам IV, № 53, стр. 184). Равно и один из епископов, присутствовавших на этом соборе, именно черниговсский, Лазарь Барановичъ выражается, что «низвержение» Павла «послужило причиною скоропостижной смерти его от умопомешательства» (Письма Лазаря Барановича, письмо 38, Черниг. 1861). Но иначе передается дело у раскольнических писателей. Протопоп Аввакум говорит в своей биографии, что «Никон напоследок огнем сжег его (Павла) в новгородских пределах» (Матер. для истории русск. раск., V, 18). Федор Иванов, бывший диакон московского благовещенского собора, в одном месте пишет, что Никон «в ссылку сослал его (Павла) на Хутыню в монастырь Варлаама преподобного; а тамо бысть архимандрит Баряшко некто, и того Павла епископа мучил, угождая Никону, врагу Христову… Павел же той блаженный епископ начал уродствовать Христа ради; Никон же уведав и посла слуг своих тамо в новгородские пределы, идеже он, ходя, странствовал. Они же обретоша его и убиша его до смерти, и тело его сожгоша огнем, по Никону велению» (там же VI, 284). В позднейшее время Семен Денисов в своем витиеватом «Винограде Российском» писал, будто Павел сослан был в палеостровскиймонастырь и находился там «не малое время», и что потом «новочинцы (а не Никон именно) оттуду в новгородским странам отвезшее, по томлении многом, священнаго епископа в срубе соделанном огненней смерти предаша» (Статья о Павле Колом.).
В числе рукописей, отобранных у игумена Феоктиста, одна обозначена была так: «На столбце – о извержении коломенского епископа – писано на обоих сторонах.» (Матер. для истории русск. раскола, 1, 334). Не была ли это копия с того подлинного дела о низвержении Павла, на которое (дело) ссылался Никон на соборе?
Матер. Для истор. Русск. раскола, 1, 79, 100 – 101.
Павлаалеппск. Путешествие Макария, патриарха антиохийского, Книг. VI, отд. 8. 9; кн. XI, отд. 6, по английскому переводу, в т. I, стр. 310, 318 – 319, т. II, стр. 130. За что и куда был сослан епископ коломенский, Павел алеппский писал только по слухам, не совсем точным, и именно следующее: «один коломенский епископ заупрямился и не хотел подписаться под соборным актом (об исправлении церковных книг), и говорил: «с того времени, как мы стали христианами,.как наследовали веру от наших отцев и дедов, которые отличались строгою привязанностию к своим обрядам и постоянством в своей вере, мы также ревностно стояли за свою веpy и не примем новой». Услышав это, царь и патриарх сослали епископа, вместе с его монахами, слугами и всем имуществом, в заточение, во глубину Сибири, за 1.500 верст, на берега моря, называемаго океаном, омывающаго земной шар. Тут с древних времен находятся монастыри, сооруженные для ссыльных. Епископа привезли в один из этих монастырей влачить жизнь, которой предпочтительнее смерть: так мрачно положение монастыря и невыносима жизнь среди постояннаго мрака и голода» (в т. II, ст. 318).
Первый список этой граматы, совершенно полный, сохранился в москов. Синод. библиотеке и недавно напечатан в кнеге: «Деяние московскаго собора, бывшаго в лето 1654», приложен., № 1, москв. 1873. Второй список, без нескольких начальных строк и всей последней половины, где перечислены означенные новины, сохранился в москов. Главн. архиве Мин. Иностр. Дел, дела Греч., связка 32, № 23.
Москов. главн. архив, минист. иност. Дел, дела греч., связк. 32, №7. А вопросы, с какими обратился Никон к патр. Паисию, узнаем из ответной граматы последнего.
Предислов. к печатн. москов. Служебнику 1655 года. А о прежней поездке Арсения на восток и прениях с греками о вере см. нашей Истор. Р. Ц. в т. XI.
В отписке Арсений писал: «по твоему государеву указу отпущен я во афонскую гору, и февраля, государь, в 4 день приехал я, богомолец твой, в Яссы и был с твоею государевою граматою у молдавскаго у Стефана воеводы». Отписка эта – в москов. главн. apxиве мин. иностр. дед, дела Греч., связк. 32, №9. А означенное письмо патр. Паисия к царю – там же связк. 33, №3.
Письмо Никона к цареград. патр. Дионисию – в записк, русск. и славян. археол. II, 519; Предислов. к печатн. Москов. Служебн. 1655 года. Архидиакон Павел алеппский также пишет: «Пaтpиapx и царь, по совещании, отправили Арсения на св. гору с щедрою милостынею для монастырей и с граматами к настоятелям о присылке древних греческих церковно – богослужебных книг, какие у них найдутся. Нужно заметить, что настоящий патриарх и царь очень расположены к греческим церковным церемониям и обрядности, заметив, что в их собственные церковные богослужебнае книги, с течением времени, вкрались различнае изменения и ошибки. Арсений отправился и вывез с Афона около пятисот больших книг различнаго рода. Мы встретились с ним, когда он прибыл в Валахию (а в Валахии Арсений находился в первые месяцы 1654 г.). После того он поехал в Константинополь, и осмотрел там все достопримечательности. На возвратном пути он приобрел, пo приказу своего патриаpxa, множество кипарисных досок для икон; кипарисное дерево здесь очень ценится. За эти услуги Арсения, патриapx. дал ему одно из почетнейших месть в церковном управлении, сделал его келарем или наместником Свято – троицкаго Cepгиeвa монастыря». (Путеш. Макария, патр. антиох., кн. X, отд. 7, в т. II, стр. 78 – 79).
Москов. Главн, арх. Мин. иностр. Дел, дела греч. связк. 33, № 3.
Там же связк. 33, № 6.
В расходных книгах печатного приказа сохранились росписки, как ApceнияСуханова,так и ApceнияГрека и Дионисия святогорца в получении ими жалованья изтипографии по должностисправщиков (Румянцев.Древн. издания москов, печатн. двора стр. 13, 32, примеч. 67). О времени приезда к нам архимандрита Дионисия святогорца – москов. глав. арх. мин. иностр. Дел, дела греч., связк. 33, № 22.
Москов. глав. арх. мин. иностр. Дел; дела греч., связк. 27, № 7.
В 1666 г., февраля 10, царь Aлексий Михайлович велел послать Посольского Приказа «на патриарший двор ко властем» выписку «о старце Apceние Греке, который был у книжной справки». В этой выписке, между прочим, сказано, что 23 июля 1649 г. писал царю государю троицкого богоявленского монастыря строитель Арсений Суханов; «июля де во второй день сказавал ему, Арсению, в Путивле иерусалимскаго патриарха Паисия казначей, старец Иоасаф про того старца Apceния, что он родом гречин и был черный поп, и потом – де, неведомо каким случаем, был он бусурман, а из бусурманской веры ушол в польскую землю, и был в yниатской вере, и пришел де из Польши, жил в Kиеве. А как иерусалимский патриарх пришел в Киев, а дидаскала его не стало, и патриарх, вместо своего дидаскала, взял того старца Арсения с собою к Москве. И ныне патриарх Паисий скорбит о том гораздо, чтоб де тот старец Арсений с Москвы не ушол опять в бусурманскую веру» (Москов. главн, арх. мин. иностр. Дел, дела греч., связк. 44, № 34).
Подлинное дело о допросе старца Арсения Грека и отправлении его в соловецкий монастырь находится в моск. главн. арх. мин. иностр. дел, дела Греч. Связк. 27, № 33. Оно же целиком помещено и в выписке об этом Арсении Греке, какая в 1666 г. послана была из посольского приказа ко властям на патриарший двор (там же связк. 44, № 34).
Правосл. Собеседник 1858 г.,III, 328 – 363.
Эта челобитная Apceния Грека так же помещена в выписке, или справке о нем, какая послана была в 1666 г. из посольского Приказа ко властям на патриарший двор (Моск. главн. арх. М. И. Д. делаГреч., Связк. 44, № 34.
Никон отвечал Неронову: «лгут де на него (Арсения Грека); то де на него солгал, но ненависти, троицкой старец АрсенийСуханов, что в Сергиеве монастыре келарь, когда посылан был по государеву указу и по благословению Иосифа патриарха в Иерусалим и в прочия государства» (Maтepиaл. для истор. русск. раскола, I, 64, 150).
Румянцев. Древн. здания моск. печатн. двора, стр. 33, прим. 69.
Москов. главн. архив. М. И. Д., дела Греч., связк. № 34; связк. 32, № 8.
Там же связк. 32, № 15.
О приезде антиох. Патр. Макария в Россию и о назначении ему временного пребывания в Коломне, там же связк. 32, № 21.
А о прибывании его в Коломне и потом в Москве и других местах России – подробное сказание оставил сын его, архидиакон Павел алеппский в книге: «Путешествие Макария, антиох. Патриарха», напечатанной в английском переводе в Лондоне 1836г., в двух томах. Павел алеппский, который вообще, кажется, несколько преувеличивает то уважение, какое оказывали в Москве его отцу, патр. Макарию, говорит, что он принят был царем даже с большими почестями, чем принимались прежние патриархи, и это доказывает особенно тем,что прежде на встречу иерусалим. Патриарху Паисию царь сошел с трона только на третью ступень, а теперь прошел значительное пространство для встречи патр. Макария, и когда отпускал Паисия, то не шел с ним и не вел его под руки до дверей, как поступил с Макарием, и проч. (кн. VIII, отд. 3 в т. I, стр. 373 – 386). В следующем отделениитой же книги Павел говорит о приеме царем сербского патр. Гавриила, о представлении обоих патриархов, Макария и Гавриила, патр. Никону, и подробно описывает царский обед, в котором все они учавствовали (т. I, стр. 386 – 394. См. так же Дворц. Разряды, III, 457 – 458.
Павл. алеппск.Путеш. Maкapия, ант. патриарха, кн. IX.отд. 12, в т. II, 48 – 51.
Павл. алеппск. Путеш. Макария, кн. X, отд. 10, в т. II, 85 – 86.
Об отъезде Государя на войну – Дворц. Разряд. III, 459 – 461. О низложении и заточении Павла коломенского см. выше примеч. 24 – 27 исамый текста, к которому они относятся.
Предисловие к Служебнику патр. Никона перепечатано сполна – в Дополнении к описанию старопеч. кииг Гр. Толстова и купца Царскаго. изд. Строевым, № 89. Есть и третье сказание о московском соборе 1655 г., заимствованное будто бы из рукописной повести 1668 – го года, переходящей, вкопиях, из рук в руки между глаголемыми старообрядцами. Оно помещено в книжице, составденной Павлом Белокриницким и напечатанной,без означения места и времени печатания, под заглавием: «III часть, церковной истории». Здесь говорится, во-первых, будто Ннкон обращался с своими вопросами ковсем восточным патриархам, подкупил их, нищенствующих, богатыми дарами, чтобы склонить на свои новоизмышленные предания, и, получив от патриархов ответные граматы согласно своему желанию открыл собор 1655 г., и на нем в первом же заседании объявил эти ответные граматы патриархов (стр. 23 – 37). Но Никон – а) вовсе не обращался с своими вопросами ко всем восточным патриархам, а обратился только к одному патриарху цареградскому Паисию с его собором, – и б) открыл в Mocкве собор 1655 года прежде, нежели получил ответную грамату oт Паисия. Говорится, во – вторых, будто на этом соборе епископ Павел коломенский целых два заседания состязался с Никоном и защищал против него непричастность Пресв. Девы Богородицы первородному греху, стоглавый собор, сугубую аллилуию, трисоставный крест, имя Иисус, седмипросфорие, двуперстие для крестнаго знамения и проч., – при чем налагаются самые речи Павла (стран. 37 – 91). Но – а) Павел коломенский вовсе не присутствовал и не мог присутствовать на соборе 1655 года, потому что, как мы видели, еще в 1654 году был лишен сана и сослан в заточение; б) Никон вовсе не возбуждал вопросов ни о причастности Пресв. Девы Богородицы первородному греxy, ни о стоглавом соборе: по крайней мере, об этом ни откуда неизвестно; в) те длинные речи против Никона, которые будто бы говорил на соборе Павел, судя по складу их и особенно по языку, не могли ему принадлежать, но свойственны только грамотею нынешнего времени, в чем легко убедиться из чтения этих речей; а если бы действительно Павлом были произнесены такие длинные и искусственные речи, их бы никто из слышавших не мог запомнить в точности, чтобы потом записать на бумаге. Говорится, в третьих, будто Павла коломенского поддерживал на соборе, между прочим, Александр епископ вятский (стр. 49, 67). Но – а) вятской епархии тогда еще не существовало: она открыта только в октябре 1656 года, как видно из подлинного документа (Матер, для истор. раскола, I, 8 – 14); б) Александр не был еще тогда епископом: он рукоположен во епископа коломенского, спустя два мсяца после этого собора, 3 – го июня 1655года, по свидетельству очевидца (Павла алеппск. Путешест. Макария, кн. XI, отд. 6, в т. II, 130). Вот такими – то историями – баснями обманывают неграмотный или малограмотный народ, чтобы возбуждать в нем ненависть к патриарху Никону и начатому им делу исправления церковных книг.
Моск, главн, архив. мин. иностр. Дел, дела греч., Связк. 38, № 14. В конце этого дела упоминается, что когда царь, отпускал в конце августа Мануила Грека,послал с нимпатриарху Паисию соболями на 300 руб. и царица – так же на 300 руб., то и от Никона к Паисию была какая – то посылка и грамата.
Доселе это посланиe патр. Паисия и цареградского собора было известно только в славянском переводе, напечатанном в приложении к Скрижали патр. Никона. Но недавно оно открыто в подлиннике и напечатано, как в греческом тексте, так и в русском переводе (Христиан. чтен. 1881, 1, 303 – 553, 539 – 595). Отсюда желающие могут подробнее ознакомиться с содержанием этого важного памятника.
Это письмо Паисия к Никону напечатано в предисловии к служебнику, изд. Никоном.
Время напечатания Скрижали в октябре 1665 г. обозначено в предисловии к этой книге (стр. 18).
Об этом случае свидетельствует сам Никон в «Слове отвещательном», напеч. в начале его Скрижали (л. 10 об. – 11 об.).
И об этом см. там же (л. 11 об. – 12 об.). Ннкейский митрополит Григорий прибыл в Москву 27 – го июня 1655 г. (Моск. главн. арх. мин. иностр. дел, дела Греч., Связк. 33, №24). След. мог присутствовать в Москов. Успенском соборе при торжестве православия, только в 1656, а не в 1655 году.
Там же л. 9 об. – 10. Послание напечатано в прилож. к скрижали без означения счета листов. О времени приезда в Москву молдавского митрополита Гедеона – в Полн. Собр. законов, I, стр 384.
А. Э. IV, 332. В конце января 1656 года, из числа пленных поляков вторично крещен был в Москве, с соизволения самого патр. Никона, великий гетман Павел Потоцкий; «восприемником его при крещении был тест государя, и тогда его величество отдал Потоцкому в управление все его земли, оставив у себя в залог его верности только несколько членов его семейства». (Павла алеппск. Путеш. Макария, кн. XIII, отд. 11, 14, в т. II, 237, 255).
Павла алепп. Путешеств. Макария, кн.XIV, отд. 8, вт. II, 296 – 297. Подлинное письмо на славянском языке патр. Макария кНикону из Терговищ находится в Москов. Синод. библ., по каталогу рукописей 1828 г., за № 3.
Павла аллеп. Путеш. Макария, кн.X, отд. 12; кн. XIV, отд. 7, в т. II, 94, 290.
Павла алепп. Путеш. Макария, кн. XIII, отд. 11; кн. XIV, отд. 7, в т. II, 237, 290; А. Э. IV, 838. Постановление этого небольшого собора, за подписями лиц, на нем присутствовавших, в позднейшем списке, есть в нашей библиотеке.
Павла алепп. Путеш. Макария, кн. XIII, отд. 8, в т. II, 227 – 229. В рукописи московской синодальной библиотеки, № 93, с самого начала помещена «книгазаписная облачением и действу великого государя, святейшего Никона, архиепископа царствующегограда Москвы и всеявеликия ималыя и белыя Poccии патриарха». В книге кратко записаны выходы и служения Никона с 10 декабря 1655 года, с перерывами, до недели православия 1658 года (л. 1 – 129). Здесь, при описании патриаршего служения литургии в 21 день декабря 1655 года, в успенском соборе, сказано только, что, по отпусте, разоблачась «антиохийский патр. Макарей поднес государю святейшему патриарху (Никону) клобук белый греческаго переводу, а сербский патриарх Гавриил поднес ему шапочку греческую (камилавку)», и что Никон, возвратившись из собора в свою крестовую палату, в сопровождении своей свиты, «пожаловал своего архидиакона и иеродиакона греческими клобуками и камилавками» (л. 4 об. – 6).
Материалы для истор. русск. раскола, I, 106, 112 – 118. Hекоторые из жителей Мурома, после того, как протопоп Логгин был осужден и удален от них, подали о нем просьбу архиепископу рязанскому и муромскому Мисаилу, в которой, как обыкновенно бывает, всячески восхваляли того, о ком просили, и порицали своих противников, способствовавших его осуждению. И именно говорили, что Логгин, муж учительный «по вся дни и нощи и часы», проповедывал слово Божие, вразумлял невежественных, а «врагов Божиих, церковных мятежников, противящихся преданию св. апостол, обличал и от стада Христова отгонял»; что эти – то злые люди, не терпя его обличений, возстали на пастыря своего и сделали на него донос (известный уже нам), а соборный поп Иван Сергеев, желая быть протопопом на месте Логгина, «выманив у сторонних людей писание, ему протопопу Логгину на укоризну», приложил писание это к доносу, и что, по удалении Логгина из Мурома, в городе открылись безпорядки: «в православной вере христианом разделение», и церковные мятежники взстали на преследователей благочестия, так что многим приходится бежать. Вследствие всего этого и просили возвратить в Муром протопопа Логгина (Напечат. в «Историч. описании рязанской иepapxии», стр. 97 – 112, изд. 1820 г.). Но эта просьба, конечно, осталась без удовлетворения: протопоп Логгин был судим, и осужден на соборе самим патр. Никоном, и местный епархиальный apxиepeй не мог изменить такого решения.
Материлы для истор. раскола, I, 94 – 108, 119. 283.
Столбцы Приказа тайных дел в госуд. архиве, № 67. снес. примеч. 46 и текст, ккоторому оноотносится.
Дополн. к А. И. III, № 119, ст. VI, стр. 446.
Mатериал. для истор. русск. раскола, I, 137 – 144, 283; Правосл.Собеседн, 1858, II, 586 – 589.
Aнтиохийский патриарх Maкарий уехал – было из Москвы 25 марта 1656 года, получив от государя, при прощании, соболями на три тысячи руб., кpoме разных других подарков. Но едва достиг Болхова, как должен был, по приглашению государя, воротиться в Москву, и окончательно выехал из нее 29 – го мая того же года, после Троицына дня в четверг (Павлаалепп. Путеш. Maкapия, кн. XIV, отд. 3, 6, 10. в т. II, 275 – 277, 286 – 289, 303). Сербский патриарх – архиепископ Гавриил, очень тяготившийся строгостями жизни, которым должен был подчиняться в Mocкве, отпросился на богомолье в Иерусалим, и еще 5 февраля 1656 г. имел прощальную аудиенцию у государя, а к концу марта совсем уехал из Москвы. При прощании, государь пожаловал ему соболями только на четыреста рублей, как обыкновенно жаловал архиепископам и митрополитам, и потом уже, по особым просьбам Гавриила, велел дать ему деньгами на саккос и подризник, подарил митру, посох и несколько церковных книг, а также из конюшни своей иноходца (Москов. главн. арх. мин. иностр. дел, дела греч., Связк. 32, № 15).
Павла алепп.Путеш. Maкapия, кн. XIV, отд. 9, в т. II, 300. Подлинный акт этого собора напечатан и в Материал. для истор. русск. раскола, I, 124 – 133. В «записной книге облач. и действ патр. Никона» написано, что мая в 18 день (1656 г.), в седьмую неделю по пасхе, благовест к литургии в соборной церкви был очень продолжительный: «понеже собор был со властьми в крестовой (патриаршей) палате в благовест на бывшего протопопа Преч. Богородицы Казанския Ивана Неронова». По окончании собора Никон служил в соборной церкви, вместе с патр. Макарием, литургию, и во время малого выхода, с евангелием, повелел своему архидиакону «взыти на амвон и чести вся вины паписанныя бывшаго протопопа Ивана Неронова, что он протопоп ему, великому государю, я всему освященному собору не покаряется, да и св. собор весь укоряет. А по прочтении его Нероновых вин велел архидиакону возгласить: да будет проклят. И повелел государь патриарх и антиохийский патриарх всему освященному собору пети: да будет проклят. И во сих пели дьяки певчие по крилосам: да будет проклят. И потом пели подъяки среди церкве: да будет проклят. И паки пели власти все собором: да будет проклят. И паки дьяки и подъяки трижды». (Рукоп. москов. синод. библ. № 93, л 65 об – 68).
Maтepиалы для истор. русск. раскола, I, 145 – 157. О том же кратко говорил впоследствии в своей челобитной и сам Неронов (там же стр. 238). О встрече царя в успенском соборе 14 янв. 657 г. записано в записной книге облач. и действ патр. Никона (л. 127 – 128
Материал. – там же I, 157. Равно и о самом себе Неронов говорил в своей челобитной к собору 1666 года: «доселе держах прежния печатныя книги, служебники и потребники, а новопечатных не хулих, токмо не приимах» (там жестр. 242).
Материал. для истор. русск. раскола, I, 157 – 168.
В числе рукописей, отобранных у бявшего златоустовского игумена Феоктиста, находилась «отписка Григория Неронова за его рукою, что он верует Скрижали» (Материал. для истории русск. раскола 1, 338). Феоктист касательно этой рукописи дал следующее показание: «что похвалял старец Григорей Скрижаль духовную и сложение триех перстов за его Григорьевой рукою, те отписки я взял у тех людей, к кому оне писаны» (там же стр. 342). Да и сам Неронов в своей челобитной говорил: «увери мя (Никон) свидетельством божественнаго писания и посланием святейшаго Паисия, вселенскаго православнаго патриарха, о сложении перст и о исповедани православныя веры и о прочих церковных догматах, о них же я, убогий, в сомнении был» (там же стр. 288).
Были уже у нас и тогда люди, которые, хотя с предубеждением встретили новоисправленные книги, напечатанные при Никоне, но вскоре начали смотреть и на новые и на старопечатные книги одинаково и совершатъ церковные службы, ках по тем, так и по другим (Житие суздальского митрополита Илариона, стр. 31 – 35, Казань, 1868).
Вам может быть интересно:
Поделиться ссылкой на выделенное
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»