судебная практика по ст 196 ук рф в отношении физического лица
Что понимается под преднамеренным банкротством физлица, каковы его признаки и ответственность за него?
Процедура банкротства физического лица направлена на списание задолженности. Но если должник преднамеренно довел себя до состояния финансовой несостоятельности, то долги за ним сохранят, и, помимо прочего, ему грозит уголовное наказание.
Понятие
Преднамеренное банкротство представляет собой административное и уголовное преступление. Под ним понимается совершение гражданином определенных действий или бездействия, которые ведут к его неспособности расплачиваться по долговым обязательствам и к его банкротству.
У преднамеренного банкротства с учетом приведенного выше определения есть две отличительные черты:
Также примером подобных действий можно считать заключение заведомо невыгодных сделок (на нерыночных условиях, по заниженной стоимости) или активные действия, направленные на вывод активов до инициации банкротства.
Что касается бездействия, то это может говорить о невыполнении или ненадлежащем исполнении обязательств должником. Например, он, имея возможность внести ежемесячный платеж по кредиту, не сделал этого и уклонился. В результате сумма долга начала расти вместе с начисленными за просрочку штрафами и процентами.
Так чем же отличается преднамеренное банкротство от обычного? Ведь при традиционной процедуре признания финансовой несостоятельности всегда страдают кредиторы в большей или меньшей мере (физлицо освобождается от долгов даже при неполном исполнении взятых на себя обязательств).
Для лучшего понимания приведем примеры нормального и преднамеренного банкротства. Например, гражданин Иванов взял крупный кредит, имея стабильный высокий доход. Но затем он попал в серьезную аварию, получил травмы и лишился возможности работать, согласно заключению медиков. Кредит выплачивать стало нечем. В данном случае очевиден непреднамеренный характер финансовой несостоятельности, то есть при получении крупного кредита Иванову было чем его платить.
Другой пример. У Стерлякова были обязательства по кредиту, которые он по разным причинам исполнял недобросовестно. Иногда он пропускал ежемесячные платежи, ему начисляли пени и штрафы и объем задолженности рос. У него было в собственности два земельных участка, дача и гараж. В случае их продажи Стерляков без проблем мог бы погасить долги перед кредитором. Вместо этого он передает все имущество по дарственной жене и сыну. Оставшись без собственности, Стерляков подал на свое банкротство. Управляющий по результатам проверки составил отчет о наличии признаков преднамеренного банкротства в действиях Стерлякова. В дальнейшем было возбуждено уголовное дело.
Преднамеренное банкротство следует отличать от фиктивного, хотя оба эти понятия ведут к административной и уголовной ответственности. При фиктивном банкротстве гражданин предоставляет суду ложную картину своей финансовой несостоятельности, хотя на самом деле у него есть финансы для погашения долгов, и в действительности он не отвечает признакам банкрота. Если фиктивное банкротство предполагает сообщение заведомо недостоверных сведений, то преднамеренное – предпринятые заведомо невыгодные действия. При преднамеренном банкротстве должник в реальности отвечает всем признакам несостоятельности.
Несмотря на разницу между фиктивным и преднамеренным банкротством, цель у указанных деяний одна: вывести активы и избавиться от долгов под прикрытием своей несостоятельности.
Основные признаки преднамеренного банкротства физлица
На практике типовая схема преднамеренного банкротства выглядит так:
Для выявления признаков преднамеренного банкротства используется определенный алгоритм действий. Данная задача возлагается на финансового управляющего, который обязан определить признаки преднамеренного банкротства.
В частности, им проводится анализ платежеспособности должника, отслеживается динамика его финансового состояния в определенный временной промежуток. При анализе проводится выявление факта законности сделок, а также целесообразности их заключения. Для этого управляющему нужно сделать вывод, соответствовали ли условия договора рыночным, не имела ли место заниженная стоимость и пр.
При выявлении признаков преднамеренного банкротства управляющий придерживается такого алгоритма:
Базовой целью проведения анализа управляющим является установление реальных признаков банкротства физлиц и подтверждение факта соответствия должника законодательно установленным критериям.
Можно выявить следующие группы наиболее распространенных сделок, в которых управляющие находят признаки преднамеренного банкротства. Это:
Вызывают подозрения факты несоответствия указанных в заявлении на банкротство сведений с полученными данными по результатам проверки, подделка предоставленных суду документов, игнорирование требования о предоставлении финансовой документации. По итогам проведенного анализа управляющим готовится отчет о наличии или отсутствии признаков преднамеренного банкротства.
Ответственность по УК и КоАП РФ
При условии выявления и доказательства факта преднамеренного банкротства должнику-физическому лицу может грозить:
При выборе меры пресечения (административной или уголовной) по отношению к лицу, которое предприняло ряд мер по преднамеренному банкротству, нужно учитывать размер причиненного ущерба.
Уголовное наказание за преднамеренное банкротство наступает по ст. 196 Уголовного кодекса. Мера пресечения избирается судом и может предполагать:
Сам Административный кодекс содержит отсылочные нормы к Уголовному кодексу при крупной сумме ущерба.
Судебная практика
Стоит отметить, что несмотря на кажущуюся очевидность преднамеренного банкротства в действиях должника, судебная практика по этому вопросу достаточно неоднозначная. Например, за длительный период банкротства юридических лиц только в 5% случаев от общего количества ходатайств управляющему удалось доказать факт преднамеренного банкротства. В остальных ситуациях суд счел доводы недостаточно весомыми, чтобы обвинить руководство компании в преднамеренном банкротстве. Это подтверждает тот факт, что доказать преднамеренность банкротства очень непросто.
А прецеденты доказанных дел о преднамеренном банкротстве физлица и вовсе единичны из-за того, что заявлять о финансовой несостоятельности гражданам разрешили недавно. Пока за выявление этого факта лицам только отказывали в получении статуса банкрота, другие санкции не следовали.
Таким образом, ФЗ-127 позволяет физическим лицам на законных основаниях получить освобождение от долгов. Но все попытки граждан преднамеренно привести свое финансовое положение к состоянию банкротства будут пресечены, а самого гражданина ожидают неблагоприятные последствия в виде административной или уголовной ответственности и сохранения за ними долгов. Для этого управляющему следует проанализировать финансовую ситуацию должника во временной динамике, проверить наличие признаков преднамеренного банкротства и составить по результатам проверки отчет.
Ответственность за преднамеренное банкротство
Сразу оговоримся — мы не являемся специалистами в уголовном праве. Данная статья будет отражать наш субъективный опыт работы с обвинениями в преднамеренном банкротстве лишь как спецов в этом самом банкротстве. Но начнем с того, как это бывает на практике.
Разбор судебной практики
Если вы поищите судебную практику по ст.196 УК РФ, то удивитесь, как ее мало. Все верно: доказывание преднамеренного банкротства весьма проблематичная штука, требующая определенной квалификации как в праве в целом, так и в экономических моментах в частности. Поэтому правоохранительные органы чаще идут по более легкому пути — переквалифицируют подобные дела на резиновую статью «мошенничество». Но тем не менее нельзя сказать, что статья за преднамеренное банкротство совсем не работает.
У Романа было свое ИП, которое занималось розничной торговлей. В сентябре 2010 года Роман заключил с Павлом два договора займа и получил 461 тыс. долларов.
Спустя месяц после получения денег Роман начал последовательно выводить свое имущество из под удара: подарил дочери земельный участок с домом, продал 4 автомобиля и развелся с супругой.
Так и не дождавшись выплат, кредитор решил действовать и обратился в суд. Задача: взыскать с Романа деньги по договору займа с учетом начисленных процентов. Летом 2011 суд удовлетворил иск, только денег Павел так и не увидел — Роман к этому моменту уже был бомжем.
Тогда осенью 2011 кредитор обратился с заявлением о признании Романа банкротом. Решение было верным, тем более, что у Павла имелась информация об отчуждении активов.
Дальше ситуация развивалась по стандартной схеме: суд заявление принял, на сцену вышел арбитражный управляющий, который и начал раскапывать махинации Романа. Тут-то и вскрылись все сделки с продажами и дарением. Напомним, что дарение — один из самых паршивых способов защиты активов, а уж тем более, когда он сделан в безалаберной форме.
Управляющий долго не думал и обратился с заявлением в ОВД, а те, в свою очередь, возбудили уголовное дело. Основанием для возбуждения стал вывод активов Романом, что квалифицировалось как намеренное доведение до банкротства.
Должник изворачивался как мог: и что он не первый раз брал у Павла деньги, и что готов был платить, да вот только с бизнесом не пошло. И вообще, договор займа от 2010 года — это пролонгация других обязательств, взятых еще в 2003 году. Что по поводу дарения — так это был подарок на свадьбу дочери, а она уж никак не могла знать о долгах отца.
И в целом, все могло бы пойти по стандартному сценарию: заявление — стол — опрос — отказ в возбуждении дела. Если бы не активность кредитора и арбитражного управляющего.
А еще — во многом исход дела решили опрошенные свидетели, которые озвучили следующее:
Как итог, суд признал вину Романа и вынес приговор — 3 года лишения свободы.
Но полмиллиона долларов — сумма способная творить чудеса, поэтому история на этом не заканчивается.
Суд принял во внимание, что Роману дана положительная характеристика со стороны родственников, отсутствуют аналогичные нарушения, на его иждивении находится престарелая мать, и снизил степень наказания до 3 лет условно.
Но и это еще не все. Сославшись на п. 9 Постановления Госдумы РФ «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов», суд постановил снять с Романа наказание, судимость и даже не назначил штраф.
Если интересно почитать все подробности этого кейса, оставьте свою почту ниже, и мы вышлем вам приговор по этому делу:
В целом, история для Романа закончилась более, чем удачно. Но не всем так везет.
У юристов есть золотое правило: проблему проще не допустить, чем решить. И это наглядно работает в уголовных процессах: 99,7% обвинительных заключений завершаются утвердительным приговором.
Поэтому единственно правильная цель при обвинениях в преднамеренном банкротстве — это не допустить возбуждения уголовного дела. Как мы в «Игумнов Групп» справляемся с этой задачей — покажу на примере ниже.
Наш кейс
Я вел дело о личном банкротстве директора и по совместительству учредителя ряда организаций. Назовем его Олег.
Олег был бенефициаром завода и еще нескольких десятков компаний помельче.
С одним из кредиторов — Кириллом — завод подписал договор о поставке продукции. Скажем, это были велосипеды. Продукция была поставлена, но завод не смог платить по обязательству. Поставщик обратился в суд.
Стороны заключили мировое соглашение, которое суд утвердил на следующих условиях: завод возвращает половину велосипедов, обязательства по выплате остатка переходят на одну из компаний Олега, а Олег выступает поручителем.
Был составлен график платежей, по которому так и не прошло ни одной оплаты. Поскольку на новом должнике никогда не было никаких активов, пытаться взыскать с него долг было бесполезно — тут бы даже банкротство не помогло. А вот с Олега было что взять, поэтому в 2016 году Кирилл подал заявление о его личном банкротстве.
А кто инициирует процедуру, тот и музыку заказывает. В частности, Кирилл поставил на процедуру подконтрольного управляющего, который и начал копать под нашего клиента.
Дружественные кредиторы
В рамках процедуры реструктуризации управляющий сделал финансовый анализ и выявил сомнительные сделки должника. Эти сделки легли в основу заявления о совершении преступления, предусмотренного ст. 196 УК «Преднамеренное банкротство».
ФУ исходил из следующего: все личные долги Олега состояли из поручительств. Почти миллиард Олег был должен по банковским кредитам, которые брал завод. И еще столько же обязательств набрали остальные компании Олега. И там, и там он выступал поручителем.
Но! Перед кредитной организацией Олег поручился еще в 2012 году, а за свои компании в 2014-2015 — уже после того, как было очевидно, что завод не вернет долг банку. При этом компании, по обязательствам которых поручился Олег, были объективно пустыми. К примеру, одна не сдавала отчетность, а по другой в ЕГРЮЛ были внесены сведения о недостоверности юр. адреса и данных директора. О каком поручительстве на сотни миллионов может идти речь, если юрлица фактически мертвые?
Раз никакого экономического смысла эти сделки не имели, ФУ сделал вывод, что единственной их целью было искусственное наращивание кредиторской задолженности с целью размытия доли реальных взыскателей и последующим уменьшением выплат в их пользу. Как это бывает — мы подробно писали в статье «Дружественный кредитор в банкротстве».
Подозрения ФУ подкреплялись и цифрами сделок. Поручительства за дружественных кредиторов превышали требования вражеских кредиторов аккурат на. 100 тыс. рублей. Ситуация выглядела примерно так:
Вражеские кредиторы: 1 млрд. рублей = 49,0009%
Дружественные кредиторы: 1 млрд 100 тыс. рублей = 50,0001%
А как вы помните: под понятие «преднамеренное банкротство» попадают не только действия должника, направленные на прямой вывод активов, но и «действия косвенного характера, направленные на создание неплатежеспособности». Вот под последним как раз и понимается искусственное наращивание должником своей кредиторской задолженности.
При этом, все дружественные кредиторы Олега включились в реестр требований, а значит, имели большинство голосов на собрании кредиторов. И право на получение чуть более половины денежных средств из будущей конкурсной массы. Перевес голосов в 0,0001% давал возможность Олегу влиять на процедуру банкротства, даже при условии вражеского управляющего.
Для оппонентов такие раскопки — знатный куш. Воодушевленный и подгоняемый кредитором ФУ расписал свои умозаключения в финансовом анализе и направил заявление в ОВД.
Стратегия защиты
Учитывая, что дела о преднамеренном банкротстве обычно целиком и полностью строятся на данных финансового анализа, стратегия выбранной нами защиты была направлена на тотальное разрушение данного доказательства по делу. Для этого предстояло решить несколько последовательных задач:
Этап № 1. Процедура реструктуризации
В данный момент на процедуре стоял вражеский АУ, поэтому направлений работы здесь было несколько:
Этап 2. Процедура реализации
Если мероприятия первого этапа будут выполнены успешно, то в процедуру реализации имущества мы перейдем с более компетентным арбитражным управляющим. Он сделает повторный анализ финансового состояния должника, который наверняка не выявит никаких признаков преднамеренного банкротства.
Данная позиция будет донесена до органа дознания, который будет поставлен в весьма невыгодную позицию: в деле будут фигурировать два противоречащих другу другу фин. анализа, и, чтобы установить истину, надо делать третий (в независимой экспертной организации).
При отсутствии должной мотивации ни одному следователю не придет в голову тратить на это время, и дело перейдет в разряд заведомо отказных.
При этом у нас было два внушительных козыря:
Дальше мы приступили к действиям.
Жалоба на ФУ
Учитывая заинтересованность управляющего в провале моего доверителя, было ясно, что все события он оборачивает в свою пользу через призму своего заказчика. А значит — можно найти до чего докопаться и показать иной взгляд на рассматриваемые события.
Помимо мелочей, мне удалось зацепиться за следующие базовые моменты:
Все свои тезисы я оформил в жалобе, которую направил в суд. Причем жалобу мы подали максимально быстро, чтобы потом парировать этим перед достопочтенными органами: «Уважаемые, пока вы на заявление управляющего смотрите, у нас уже во всю идет спор в арбитраже по этому заключению».
Активное сопротивление
Логично, что наши оппоненты сделали основной упор на выбивание «дружественных» кредиторов из реестра. В этом случае они не только бы сохранили арбитражного управляющего при переходе в следующую банкротную процедуру, но и получили бы большинство голосов на собраниях.
Так, на включение одного из кредиторов была подана апелляционная жалоба с требованием отменить определение и отказать во включении в реестр. О том, как это делается на практике — мы писали в статье «Как исключить кредитора из реестра требований».
Чтобы вы понимали масштаб проблемы, поясню:
Между тем, до собрания кредиторов оставалось совсем немного времени, и мы успевали сменить АУ, даже если потом кредитор вылетит из реестра.
На почве последнего обстоятельства, ФУ обратился в суд с просьбой принять обеспечительные меры в виде запрета на проведение первого собрания кредиторов до момента рассмотрения по существу поданной им апелляционной жалобы. Мотивировал он это тем, что определение первой инстанции о включении данного кредитора в реестр в любом случае будет отменено.
Действительно, в случае рассмотрения апелляционной жалобы по правилам первой инстанции, вынесенный ранее судебный акт отменят. Даже если апелляция придет к тем же выводам, что и первая инстанция, отмена произойдет по безусловным основаниям.
Позиция оппонентов была бы верной, если бы не одна деталь: отмена судебного акта о включении кредитора произойдет только по итогам рассмотрения жалобы. А значит, пока она не рассмотрена, определение первой инстанции действует.
Если бы суд удовлетворил обеспечительные меры — Олег бы и с банкротством по полной встрял, и на преднамеренное скорей всего залетел, но суд правильно разобрался в ситуации, применил верные нормы права и отказал в применении обеспечительных мер. Конечно, тут не обошлось без внушительных пояснений, поданных представителями заинтересованных в исходе лиц. Ну вы помните, кто пишет эту статью.
Как итог, собрание проведено успешно — кредиторы предложили кандидатуру нового управляющего и большинством голосов ее утвердили. Процедура банкротства перешла в ее финальную фазу — «реализация имущества».
Новый АУ
На этом этапе дело оставалось за малым. Новый управляющий сделал финансовый анализ и написал заключение, согласно которому признаков преднамеренного банкротства не выявлено. Это заключение ушло следователю, и доследственная проверка в отношении Олега была прекращена за отсутствием состава преступления.
Замечу только, что в итоге суд оставил кредитора в реестре, но отказал в удовлетворении жалобы на фин. анализ предыдущего арбитражного управляющего. Но если первое событие облегчило нам работу по процедуре, то второе — уже не играло какой-либо роли в дальнейших событиях.
Данная история произошла 2 года назад, и на сегодня кейс можно считать успешно завершенным.
Как избежать ответственности
Как видно из практики выше, схема по привлечению за преднамеренное банкротство работает в следующем формате: управляющий вступает в дело о банкротстве — анализирует финансовое положение должника и как оно менялось — готовит фин. анализ с выводами о наличии/отсутствии признаков преднамеренного банкротства. Подробнее о принципах подготовки и роли фин. анализа в судьбе бенефициаров бизнеса мы писали в статье «Финансовый анализ при банкротстве».
Если АУ находит сделки, которые привели к банкротству (а это может быть как вывод активов, так и искусственное наращивание кредиторки), он пишет заявление в ОВД, в котором описывает свои умозаключения и просит проверить должника на предмет преднамеренного банкротства. К заявлению прилагается тот самый фин.анализ.
Здесь у опытного читателя должен возникнуть вопрос: а как делать фин. анализ по физическому лицу, который не сдает отчетности, не ведет кассу и никак не учитывает дебиторку, основные средства и товарные запасы?
Отвечаю: действительно, стандартный фин. анализ юридического лица делается в 2 этапа. Сначала анализируются финансовые показатели, затем — хозяйственная деятельность, которая привела к их изменению. В случае же с физ. лицами мы просто пропускаем первую часть с пометкой об отсутствии необходимой информации, и сразу переходим к анализу сделок, повлекших за собой наступление неплатежеспособности. По итогу фин. анализ заканчивается выводами о наличии/отсутствии признаков преднамеренного банкротства.
Если сотрудник органов находит подтверждение изложенным фактам — возбуждается дело. В ситуации, когда ущерб кредиторам свыше 2 250 000 рублей — возбуждается уголовное дело, если меньше — административное.
На практике дела по преднамеренному банкротству инициируются в единичных случаях и при условии, что есть активный кредитор и управляющий, которые долбят сотрудников ОВД и обжалуют отказные постановления.
В зависимости от того, на каком вы этапе, решить проблему с обвинениями по ст. 196 УК РФ можно следующими способами.
До начала банкротства. За каждым должником, который ушел в банкротство, есть хотя бы одна сделка, которая может вызвать подозрения. Или ее могут трактовать не в его пользу.
Чтобы не гадать, до чего же может докопаться АУ в тандеме с агрессивными кредиторами, лучше обращаться к спецам за предбанкротной подготовкой. Задача: выявить проблемные зоны, которые можно решить еще до начала процедуры. Или хотя бы подготовиться к тому, как их можно будет обыгрывать в дальнейшем.
В процессе банкротства. Если вывод о наличии признаков преднамеренного банкротства уже сделан, ваша задача — дать иную трактовку спорным действиям. В этом поможет оспаривание фин. анализа, сделанного управляющим.
К слову, прямо сейчас мы как раз и занимаемся подобным делом в одном из текущих проектов. Ссылку на дело не дадим: сейчас только начало банкротного процесса, но, с точки зрения того, как оппоненты иногда выворачивают факты — история показательная.
Арбитражный управляющий, анализируя сделки нашего доверителя, выявил падение стоимости активов организации с 570 млн. рублей до 218 млн. Он посчитал, что с таким резким изменением в стоимости не может быть все чисто и заявил о наличии признаков преднамеренного банкротства.
Поскольку с таким выводом мы были не согласны, наши эксперты подготовили другое заключение, в котором эта ситуация показана с другой стороны.
Да, действительно в 2018 году стоимость основных средств организации снизилась более чем в 2 раза, но это было следствием не вывода активов, а простой переоценки имущества. Цель переоценки — отразить в бух. отчетности реальную рыночную стоимость актива. А это, к слову, не прихоть нашего доверителя, а требование закона о бухучете.
Еще один способ решить проблему — сместить АУ. Если очевидно, что арбитражный управляющий играет не на вашей стороне, а за спиной у него не менее голодные кредиторы, попробуйте его заменить. Помочь в этом может наша статья «Как выявить нарушения арбитражных управляющих».
Выводы
1. Проверка наличия признаков преднамеренного банкротства — обязательная часть любого банкротного процесса.
2. Преднамеренное банкротство выявляется на основании финансового анализа, проведенного управляющим. Из него же в последующем выйдут готовые основания для привлечения к субсидиарке или взысканию убытков.
3. Привлекают за преднамеренное банкротство редко. Это объективно. Но сам процесс привлечения, пусть даже с отрицательным исходом, может изрядно потрепать нервы и карман. С карманом помочь вряд ли сможем, но если дороги нервы — вам сюда.
Информация в статье актуальна на дату публикации на сайте igumnov.group.
Чтобы быть в курсе последних трендов по субсидиарке, банкротству и защите личных активов — приезжайте в гости.
Александр Миронов
юрист «Игумнов Групп», профи в разрешении споров в судах арбитражной юрисдикции
Специализация: защита от субсидиарной ответственности в сфере кредитных организаций. Разработка комплексной стратегии и реализация мер, направленных на обеспечение безопасности активов руководителей и бенефициаров бизнеса.