Так дрались в нквд книга
Читать “НКВД. Война с неведомым”
НКВД: Война с неведомым
Посвящается всем участникам эксперимента «Туман» – и его двадцатилетию.
А. Б.
Конечно, дело не в том, что «что-то такое есть». Просто наука еще не дошла и не раскрыла. Я сам, когда думаю об этом, начинаю обвинять себя чуть ли не в мистике. Но не будем приклеивать ярлыки. Это в конце концов проще всего. Давайте лучше припомним собственные ощущения. Например, на фронте.
С. Гансовский. «Новая сигнальная».
Предисловие
Эта книга складывалась двадцать шесть лет – именно столько времени прошло с тех пор, как я услышал первый рассказ из всех в нее вошедших. При старой власти, когда в СССР (а уж тем более в славной летописи Великой Отечественной) не было никаких таких загадочных, необъяснимых, необычайных явлений, нечего было и думать не то чтобы издать подобную книгу, но хотя бы о ней заикнуться. В те времена единственным примером высочайше допущенной к печатному распространению мистики был «Коммунистический манифест» с его незабвенной первой фразой: «Призрак бродит по Европе…» Кто бы рискнул предавать гласности воспоминания не о том, как стреляли из «Максима» и поджигали танки горючей смесью – об удивительном, о странных, диковинных, непонятных случаях, напрочь противоречивших научному коммунизму и диалектическому материализму…
Потом… Потом, как ни странно, показалось еще труднее. Именно потому, что все всем стало можно, испарилась цензура, и маятник качнулся в другую сторону. Легионы черных, белых, серых, в полосочку и крапинку магов бойко рубили «капусту», отвораживая и привораживая, грозя воскресить мумии фараонов; бурный поток публикаций о всевозможной чертовщине, НЛО и изнасилованных марсианами гимназистках выхлестнул за рубежи здравого смысла, правдоподобия и прикладной психиатрии…
Ну что же, бурный поток, похоже, схлынул. Люди, в общем, научились отличать скверно придуманную халтуру от описания по-настоящему любопытных фактов, свидетельствующих, по крайней мере, об одном: мир наш еще не познан до конца, он гораздо сложнее и загадочнее, чем принято думать.
Истина, как давно успели усвоить Малдер и Скалли, где-то рядом. Точнее, как истине и положено, где-то посередине.
Именно посередине, меж фанатичной верой в любой бред, выдаваемый за подлинные рассказы о необычайном, и скептицизмом твердокаменных материалистов, отрицающих всякие проявления «мира иного», я и попытался пройти, составляя эту книгу. Я не хочу сказать, будто безоговорочно верю, что все мне рассказанное происходило когда-то в действительности. И не хочу сказать, что – не верю. Есть многое на свете, друг Горацио… Истина – где-то посередине… Короче говоря, я попросту допускаю: что-то из рассказанного самыми разными людьми могло когда-то и случиться на самом деле.
Признаюсь по совести: критерий при отборе был один – личность рассказчика. Иногда бывало, что история выглядела правдоподобнейше, но я не мог отделаться от убеждения, что имею дело с изощренным розыгрышем, преподнесенным доверительным тоном с честнейшим видом. Народец наш на такие розыгрыши мастак, независимо от уровня образования и наличия диплома – стоит вспомнить шукшинского Броньку Пупкова (или его как-то по-другому у Шукшина звали?) с его «покушением на Гитлера». Я и сам не без греха: года три, а то и четыре по серьезным и солидным «уфологическим бюллетеням» гулял «достовернейший» случай о встрече в глухой тайге стройбатовского майора с экипажем НЛО, который я сам же и сочинил и шутки ради запустил в обращение, не подозревая о последствиях. А впрочем, шутник (я его хорошо знаю), который и пустил первым в обиход слушок, что Сталин-де – сын Пржевальского, хотел просто-напросто посмеяться, но представления не имел, что демократы в начале перестройки примут все это всерьез и начнут использовать к вящему поношению Сталина…
Так вот, с моими информаторами бывало и по-другому. Доверительно рассказанная история на первый взгляд выглядела фантазией, розыгрышем, беззастенчивым враньем – но было нечто в том, как мне ее человек рассказывал, какими были глаза собеседника, как он держался, произносил слова, подыскивал фразы, смотрел куда-то сквозь меня в прошлое, вновь переживая то, что однажды потрясло…
В общем, собирая эту книгу, я шел не от изложенного факта, а от рассказчика и того впечатления, которое он произвел. Если кому-то покажется, что это неправильный метод, пусть сделает лучше – со своим массивом информации. Лично я работал с тем, что казалось мне правдой, так, как считал нужным.
Я никого не призываю верить, что все изложенное в этой книге когда-то происходило в действительности. Я просто-напросто добросовестно изложил то, что слышал на протяжении многих лет, ничего не добавляя от себя, разве что временами пытаясь восстановить стиль изложения от первого лица. Следует предупредить: в полном соответствии с пожеланиями рассказчиков все до единого имена, все до единой фамилии вымышлены. Место действия реальности всегда соответствует, но умышленно лишено точных географических привязок: Венгрия, Белоруссия, где-то в Киргизии, западнее Вислы… Так уж, повторяю, было обещано рассказчикам. Что характерно: ни один из них (а последняя беседа состоялась всего три года назад) не жаждал ни публичности, ни денег. Это, кстати, было еще одним критерием отбора, я с порога отметал предложения типа: «Вот я вам сейчас та-акое расскажу, вы пропечатаете в книжке, а денежки – пополам…» Когда предложение формулируется именно так, жди сказку. Правду большей частью рассказывают, не желая на этом заработать ни копейки.
Добросовестно пересказав истории людей, однажды столкнувшихся с чем-то необычайным, я позволил себе в некоторых случаях дать комментарии, а заодно завершил парой-тройкой историй, приключившихся со мной самим. И уж тут-то ничего не придумано, все так и было…
А впрочем, то же самое говорили все мои собеседники. Им я полагаю, виднее, чем критику-материалисту.
Существует еще такая упрямая штука, как теория вероятности и все сопутствующие разработки, данной теорией порожденные. Так вот, по теории вероятности в этой книге просто обязана быть некая доля правды.
Лично мне хочется верить, что все правда, от начала и до конца. Но, откровенно признаюсь, не всегда хватает смелости, потому что иногда не верится даже тому, что произошло с тобой самим – в реальности, при здравом уме и трезвой памяти, при полном рассудке. Возможно, кто-то меня поймет. Тот, кто подобное пережил сам.
Каюсь, у меня совершенно нет времени отвечать на письма читателей – не только незнакомых, но порой и давних знакомцев. Работы выше головы, простите. Ответы ищите в моих книгах.
Так вот, эта, последняя – еще и ответ на парочку недавних писем. Простите, так получилось. И времени нет, и не хочется.
Могу вас заверить, я не забыл за эти двадцать лет ни о печальной памяти эксперимента «Туман», ни о его подробностях. Я просто-напросто так и не набрался смелости изложить эту историю на бумаге, честное слово. Иногда мне хочется, чтобы ее никогда не было. Иногда я пытаюсь себя
«Чёрный миф» о чекистах: войска НКВД в Великую Отечественную войну
Коллективный снимок действующих бойцов-диверсантов 88-го истребительного батальона УНКВД города Москвы и Московской области — спецшколы подрывников УНКВД города Москвы и Московской области. Осенью 1943 года все они были переведены в состав спецроты Управления войск НКВД по охране тыла Западного фронта, а 6 марта 1944 года большинство из них пополнили собой ряды секретных сотрудников Разведывательного отдела штаба Западного (с 24 апреля 1944 года – 3-го Белорусского) фронта. Многие не вернулись из зафронтовой командировки в Восточную Пруссию.
Защитники вооружённых сил
В условиях войны информация приобретает особое значение. От того, чем больше ты знаешь о противнике и чем меньше он о твоих ВС, экономике, населении, науке и технике, зависит, победишь ты или потерпишь поражение. Защитой информации занимается контрразведка. Бывает, что один-единственный разведчик или диверсант противника может причинить ущерб гораздо больший, чем целая дивизия или армия. Всего один пропущенный контрразведкой вражеский агент может обессмыслить труд значительного количества людей, привести к огромным людским и материальным потерям.
Контрразведчики выполняли и массу других важных функций: выявляли вражеских диверсантов и агентов в прифронтовой полосе, готовили и забрасывали в тыл опергруппы, вели с противником радиоигры, передавая им дезинформацию. НКВД сыграло ключевую роль в организации партизанского движения. Сотни партизанских отрядов были созданы на основе заброшенных в тыл противнику оперативных групп. Смершевцы проводили спецоперации при наступлении советских войск. Так, 13 октября 1944 года в еще удерживаемую гитлеровцами Ригу проникла оперативная группа УКР «Смерш» 2-го Прибалтийского фронта в составе 5 чекистов под командованием капитана Поспелова. Опергруппа имела задачу захватить архив и картотеки немецкой разведки и контрразведки в Риге, которую гитлеровской командование собиралось эвакуировать при отступлении. Смершовцы ликвидировали сотрудников абвера и смогли продержаться до вступления в город передовых частей РККА.
Ясно, что большинство из этих людей заслуживали самого строго наказания, вплоть до высшей меры. Однако «кровавый» сталинский режим в связи с Победой над Третьим рейхом проявил к ним снисхождение. Коллаборационисты, каратели и предатели были освобождены от уголовной ответственности за измену Родине, и дело ограничилось отправкой их на спецпоселение сроком на 6 лет. В 1952 году значительная часть из них была освобождена, причем в их анкетах не значилось никакой судимости, а время работы во время ссылки было записано в трудовой стаж. В ГУЛАГ направили только тех пособников оккупантов, у которых выявили серьёзные конкретные преступления.
Взвод разведки 338-го полка НКВД. Фото из семейного архива Николая Ивановича Лобахина. Николай Иванович на фронте с первых дней войны, 2 раза был в штрафном батальоне, имел несколько ранений. После войны в составе войск НКВД ликвидировал бандитов в Прибалтике и на Украине.
В Прибалтике на 5-й день войны была сформирована 22-я мотострелковая дивизия НКВД, которая сражалась совместно с 10-м стрелковым корпусом РККА под Ригой и Таллинном. В битве за Москву приняли участие семь дивизий, три бригады и три бронепоезда войск НКВД. В знаменитом параде 7 ноября 1941 года участвовала дивизия им. Дзержинского, сводные полки 2-й дивизии НКВД, отдельная мотострелковая бригада особого назначения и 42-я бригада НКВД. Важную роль в обороне советской столицы сыграла Отдельная мотострелковая бригада особого назначения (ОМСБОН) Наркомата внутренних дел, которая создавала минно-взрывные заграждения на подступах к городу, проводила диверсии в тылу противника и т. д. Отдельная бригада стала учебным центром подготовки разведывательно-диверсионных отрядов (их формировали из сотрудников НКВД, иностранцев-антифашистов и добровольцев-спортсменов). За четыре года войны в учебном центре подготовили по специальным программам 212 групп и отрядов общей численностью 7316 бойцов. Эти соединения провели 1084 боевые операции, ликвидировали примерно 137 тыс. гитлеровцев, уничтожили 87 руководителей немецкой оккупационной администрации и 2045 немецких агентов.
Отличились энкавэдэшники и в обороне Ленинграда. Здесь сражались 1-я, 20-я, 21-я, 22-я и 23-я дивизии внутренних войск. Именно войска НКВД сыграли важнейшую роль в налаживании сообщения между окружённым Ленинградом и Большой землей — в строительстве Дороги жизни. Силами 13-го мотострелкового полка НКВД за месяцы первой блокадной зимы по Дороге жизни было доставлено в город 674 т различных грузов и вывезено из него более 30 тыс. человек, преимущественно детей. В декабре 1941 года 23-я дивизия войск НКВД получила задачу охранять доставку грузов по Дороге жизни.
Зимой 1942—1943 гг. Наркоматом внутренних дел была сформирована Отдельная армия в составе 6 дивизий. В начале февраля 1943 г. Отдельная армия НКВД была передана на фронт, получив наименование 70-й армии. Армия вошла в состав Центрального фронта, а затем 2-го и 1-го Белорусского фронтов. Бойцы 70-й армии проявили мужество в Курской битве, в числе других сил ЦФ остановив ударную группировку гитлеровцев, которая пыталась прорваться к Курску. Армия НКВД отличилась в Орловской, Полесской, Люблин-Брестской, Восточно-Прусской, Восточно-Померанской и Берлинской наступательных операциях. Всего за время Великой войны войска НКВД подготовили и передали Красной Армии из своего состава 29 дивизий. В ходе войны 100 тыс. солдат и офицеров войск НКВД были награждены медалями и орденами. Более двухсот человек были удостоены звания Героя СССР. Кроме того, внутренние войска Наркомата за период Великой Отечественной войны провели 9 292 операции по борьбе с бандитскими группировками, в результате них было ликвидировано 47 451 и захвачено 99 732 бандита, а всего обезврежено 147 183 преступников. Пограничники в 1944—1945 гг. уничтожили 828 банд, общей численностью около 48 тыс. преступников.
Многие слышали о подвигах советских снайперов в годы Великой Отечественной войны, но мало кто знает, что большинство из них было из рядов НКВД. Ещё до начала войны части НКВД (подразделения по охране важных объектов и конвойные войска) получили снайперские отделения. По некоторым данным, снайперы НКВД во время войны уничтожили до 200 тыс. солдат и офицеров противника.
ОСНОВЫ ТЕХНИКИ
Николай Слиманский бежал на Запад после венгерского восстания 1956 года. Он оказался хорошим приобретением для ЦРУ, так как провел много лет на службе в НКВД и МГБ, и хорошо знал работу советских органов безопасности. После множества допросов его наконец оставили в покое. Слиманский поселился тогда в маленьком городке в штате Айова и стал там тренером по борьбе в местном колледже.
Слиманский в конце 30-х и в 40-е годы считался одним из лучших советских борцов. Из-за его службы ему не разрешали участвовать в международных соревнованиях. Однако он ежедневно тренировался и выступал на ведомственных турнирах внутри страны. Он победил Мазура, Новака, Богдана, многих других знаменитых тяжеловесов. Они были чемпионами, а он одержал над ними верх чистой победой. Слиманский не признавал победу по очкам, считая ее для себя неудачей. Короче, он был знаменит в мире борьбы, слухи о нем просочились даже за пределы СССР.
Я встретился со Слиманским в этом городке в штате Айова в 1957 году. В свои пятьдесят (или около того) лет он весил 90 кг при росте 180 см. Физически он был невероятно силен, к тому же подвижен и ловок. Мы с ним пили водку и закусывали.
Он вполне сносно говорил по-английски, а мои познания в русском (я удивил его цитатами из Лермонтова и Пушкина) заполняли пробелы. Естественно, мы говорили о борьбе и борцах. Слиманский достаточно подробно рассказал мне о самбо — советской борьбе в одежде, похожей на японскую дзюдзюцу.
По его мнению, самбо своей эффективностью превосходит японский аналог. В то же время самбо дает возможность проводить спортивные соревнования, тогда как в дзюдзюцу это исключено.
Потом я спросил его еще об одном «спортивном» увлечении русских — о пощечинах и оплеухах.
Слиманский засмеялся. «Действительно, — сказал он, — бывает, что мои земляки на спор лупят друг друга по лицу открытой ладонью, пока кто-то из них не признает себя побежденным. Иногда такой «поединок» продолжается довольно долго. Это лишь потому, что мало кто знает, как надо правильно бить человека по лицу.
Затем Слиманский вспомнил об одном своем сослуживце по фамилии Суботко. Он обучал молодых сотрудников приемам самозащиты и методам допросов «с пристрастием». Его рвение граничило с издевательством. Дело кончилось тем, что Суботко изгнали со службы за «сверхусердие». Так вот, этот садист однажды показал Слиманскому способ удара по лицу ладонью, вызывающий дикую боль.
Его суть заключается в том, что ладонь надо сгибать «лодочкой», а все пальцы плотно прижимать друг к другу. Тогда в момент удара воздух перед ладонью уплотняется и мощность поражения возрастает.
Импульс от такого удара проникает внутрь головы, к центральному узлу лицевых нервов (его называют «гассеров ганглий»), связывающему нервные окончания, идущие от глаз и обеих челюстей.
Возникающая боль идентична сумасшедшей боли при лицевой невралгии. Суботко говорил Слиманскому, что ударом кулака он мог свалить далеко не всех. Но перед его пощечинами никто не был способен устоять. Я сказал, что это похоже на правду.
Капитан У. Фэйрберн рекомендовал английским коммандос аналогичные удары по ушам «чашками» ладоней. Если удавалось подобраться к часовому сзади и ударить его таким способом сразу по обоим ушам, тот мгновенно падал без сознания.
Еще Суботко показывал Слиманскому использование пальцев для точечных ударов в горло, глаза, уши, коварные и жестокие удары головой, локтями, коленями, безжалостные выкручивания суставов и позвоночника, приемы перелома костей… «Это, Коля, настоящее самбо, — говорил он, — все остальное ерунда. Зачем хватать противника за руки, зачем его куда-то бросать, если любого человека можно «отключить» одним движением!»
Эта глава в книге Джона Гилби «Секреты боевых искусств мира», изданной в 1963 году, впервые познакомила европейцев и американцев с методами подготовки сотрудников советских спецслужб.
Конечно, автор лишь вскользь коснулся того, о чем до сих пор мало что известно даже в нашей стране. Вся информация, имеющая отношение к вопросам обучения сотрудников госбезопасности и разведки, до последнего времени продолжала скрываться под грозными грифами «секретно», «для служебного пользования», «без права публикации» и им подобным.
В отличие от стран Дальнего Востока, искусство рукопашного боя у славян не было связано с какими-либо школами философско-религиозной направленности. Только в период родо-племенного строя, задолго до распространения христианства и возникновения феодальных государств, боевые искусства составляли неотъемлемую часть воинских культов, связанных с поклонением богам воинов (вроде Перуна) и священным животным — тотемам племен (волкам, медведям и прочим). Потом все это кануло в реку времени. Значительно позже, много веков спустя, собственные традиции рукопашного боя возникли в разных слоях российского общества.
Так, среди части офицеров-дворян была известна «Наука красиво убивать»; казаки-пластуны практиковали метод под названием «Спас»; у крестьян и мастеровых имелись свои региональные манеры боя типа нынешней «Бузы» или «Скобаря».
Наконец, существовал уголовный мир, с его жестокими и коварными способами нападения. Поэтому создатели советского самбо начинали не на пустом месте. И хотя системы Спиридонова, Ознобишина, Солоневича, Ощепкова и других существенно различались деталями, у них были общие принципы, характерные именно для отечественных традиций. Среди них можно выделить такие, как максимальную эффективность поражающего воздействия при минимальных энергозатратах; комбинирование приемов различного происхождения на основе нескольких базовых движений корпуса; короткий срок обучения навыкам боя, и ряд других.
Однако «настоящее» самбо практиковали исключительно в спецслужбах. Люди, проходившие выучку у его инструкторов, давали подписку о неразглашении. В результате возник информационный голод в очень важной сфере жизни, и с наступлением «оттепели» во внутренней политике распространение экзотических восточных единоборств оказалось запрограммированным. И это несмотря на то, что их изучение связано с множеством трудностей для нас: запоминанием труднопроизносимых терминов, «набивкой» ударных поверхностей рук и ног, освоением непривычных стоек, способов перемещения, атак и защит. Наконец, с постижением чуждой философии и психологии.
Но, как говорил великий Суворов, «русские прусских всегда бивали, чего ж тут перенимать?»
В самом деле, даже проигрывая отдельные войны, наши предки никогда не терпели поражений в рукопашных схватках. Как правило, они оказывались сильнее и рослых шведов, и коротышек-японцев, и темпераментных турок, и суровых немцев. Пора всем вспомнить, что у нас есть своя собственная школа боевого искусства, довольно простая, во всяком случае, без вычурных излишеств, легкая в освоении и притом в высшей степени эффективная.
Информацию о ней надо искать в архивах КГБ и МВД, в хранилищах ведомственных библиотек, а также у живых еще бывших сотрудников органов безопасности.
В заключение, воздавая должное нашей славной истории, и ради хотя бы частичного заполнения пробелов в сведениях о боевом самбо, предлагаю читателям несколько фрагментов из книги «Специальные приемы самбо», изданной Министерством обороны СССР в 1953 году с грифом «для служебного пользования».
Иногда требуется взять противника не только живым, но и способным передвигаться. В других случаях нужно лишь одно — чтобы противник был живым, а его повреждения (например, перелом руки или даже ноги) не играют никакой роли.
…При отработке специальных приемов, в которых есть элементы бросков, следует разучивать сначала падения от данных бросков, затем спортивный бросок и только после этого переходить к осторожному проведению спецприема, останавливая движение там, где товарищу начинает угрожать опасность.
Тренировать обучаемых в выполнении спецприемов, включающих элементы бросков, нужно на чучелах. Удушающие захваты (и подобные им) следует только «примерять» к товарищу. Тренироваться в удушениях и подобных им приемах в полную силу надо на чучелах или на велосипедных камерах.
Особенно осторожно требуется подходить к изучению ударов. Их надо только обозначать, чтобы приобрести навык в поражении наиболее уязвимых точек на живом человеке. Тренироваться с целью развития силы, быстроты и меткости ударов нужно исключительно на чучелах и на подвесных мешках.
Для развития силы ударов ногами полезно заниматься футболом, а для развития силы ударов руками и ориентировки в бою — боксом. Эффективное применение изучаемых приемов возможно только при наличии общей хорошей физической подготовки. Все изучаемые приемы необходимо многократно повторять. От ударов руками следует переходить к захватам или к ударам ногами, а после броска противника (чучела) на голову — к ударам ногами по корпусу или к травмированию позвоночника.
Необходимо научиться различать уязвимые места тела противника под одеждой и использовать обувь — сапоги (ботинки) для нанесения точных и мощных ударов. Обучаемых нужно предупреждать, что некоторые приемы иногда не могут быть выполнены из-за того, что соответствующие места защищены плотной одеждой или обувью. В тех случаях, когда проведенный прием не дал полного результата, необходимо использовать ошеломление противника либо его полуобморочное состояние.
Для изучения спецприемов самбо не требуется сложного оборудования и специального зала. Занятия можно проводить на травяной или песчаной площадке.
УДАРЫ
Удар является мощным средством внезапного поражения противника и часто решает исход схватки. Применяя удары, необходимо знать не только их достоинства, но и недостатки. В противном случаемогут быть допущены непоправимые ошибки. Удары имеют три основных недостатка:
1. Их нельзя точно дозировать, то есть результат от удара может оказаться значительно большим, чем предполагал наносящий удар;
3. Прочной защитой от многих ударов является одежда, особенно зимняя.
Тренироваться в нанесении ударов нужно на мешках, набитых волосом или опилками. Можно также склеить мешок из толстой резины и наполнить его водой. С первых же тренировок надо учиться не просто бить в мешок, а поражать определенные точки на нем. Обозначать цель на мешке можно мелом либо нашиванием яркого лоскутка.
Нашивать (приклеивать) такие лоскутки, делать пометки мелом необходимо на той высоте, на которой находится данная точка у человека среднего роста.
Кроме того, размер метки должен соответствовать величине обозначаемой части тела противника. Например, метка «промежность» делается на высоте 75 см в виде круга диаметром 6 см.
На первых занятиях удары наносят по мешку, который висит неподвижно. Поэтому после каждого удара откачнувшийся мешок надо останавливать.
Когда обучаемые приобретут навык ударов необходимой силы и меткости, следует переходить к ударам по качающемуся мешку. Их наносят:
а) догоняя удаляющийся мешок;
б) останавливая ударом летящий навстречу мешок.
Догоняя удаляющуюся мишень, обучаемый развивает глазомер, быстроту движений ног и подвижность корпуса, а также быстроту удара. Встречая двигающийся на него мешок, обучаемый развивает, кроме глазомера, мощность удара и устойчивость. Все удары надо обязательно научиться наносить как правой, так и левой рукой (ногой).
1. Удары руками
Удары пальцами производятся только в легко уязвимые места, поэтому тренируя их надо добиваться главным образом точности попадания.
а) Тычок пальцами в глаза (рис. 1)
Вытянув указательный и средний пальцы и раздвинув их как можно больше, согните и соедините остальные пальцы.
Сильно ткните вытянутыми пальцами в глаза противника почти горизонтальным движением, немного снизу вверх. Ослепленный не может наносить прицельных ударов, но в состоянии провести какой-либо захват.
б) Тычок указательным пальцем в надгрудную впадину (рис. 2)
Вытяните указательный палец, а остальные согните. Сильно ткните указательным пальцем в надгрудную впадину сверху вниз под углом в 45°. Тычок вызывает сильный кашель, слезы, иногда горловое кровотечение и обморок.
в) Удар ладонями по ушам (рис. 3, За)
Сложите пальцы вместе и немного согните ладони «лодочкой». Стоя сзади или спереди противника, неожиданно ударьте его ладонями обеих рук по ушам. В том и другом случае удары вызывают сильное головокружение, потерю равновесия и зачастую разрыв барабанной перепонки.
г) Удары ребром ладони по горлу (рис. 4).
По шее сбоку (рис. 5).
По шее сзади (рис. 6).
При подходе к против нику сзади сделайте такой же замах, как при ударе по горлу и ударьте ребром правой ладони наотмашь снизу вверх, примерно под углом 45°, в то место, где шея соединяется с черепом.
Удар вызывает падение человека на землю и обморочное состояние.
По шее сверху (рис. 7).
В промежность (рис. 8).
д) Удары кулаком
По носу сверху (рис. 9).
В солнечное сплетение (рис. 11).
e) Удар локтем в челюсть (рис. 12)
2. Удары ногами
а) Удары носком обуви
По наружному мыщелку (рис. 13).
Эта травма значительно снижает боеспособность противника в положении стоя. Лежа он может бить неповрежденной ногой.
б) Удары подошвой
В колено (рисунок. 15).
Эти удары вызывают разрыв коленных связок, ущемление менисков, а иногда и вывих коленного сустава. В результате противник больше не может действовать стоя.
в) Удары каблуком
В позвоночник (рис. 17).
Подойдя к противнику сзади, ударьте его каблуком любой ноги в область поясничных позвонков. От этого удара противник падает на землю с повреждением позвоночника вплоть до перелома.
По колену (рис. 20) и в промежность (рис. 21).
Ударьте противника, обхватившего вас сзади, сначала каблуком в колено, чтобы заставить его отодвинуться назад, а затем снизу вверх в промежность.
г) Удары коленом
Захватив противника двумя руками за голову (за волосы, за края головного убора) рывком на себя-вниз наклоните его голову вперед. Навстречу движению головы ударьте его коленом в лицо.
Удар вызывает обильное носовое кровотечение, повреждает губы, а иногда выбивает зубы. Возможен также перелом носовой кости. Противник приходит в полуобморочное состояние или теряет сознание.
В промежность (рис. 23).
Лбом, ближе к темени (рис. 24).
Захватив противника за рукава, рывком потяните его на себя-вниз. Одновременно ударьте верхней частью своего лба в лицо противника в область носа — верхней губы.
Если противник обхватил вас сзади с руками, то наклоните свою голову вперед, а затем с размаху сильно ударьте противника задней частью головы в лицо. Оба этих удара вызывают обильное кровотечение из носа и повреждение губ.
Возможен перелом носовой кости, могут быть выбиты зубы.
4. Удары ногой по противнику, упавшему на четвереньки
а) Удары носком
В живот (рис. 27), или по груди (рис. 28).
5. Удары ногой по противнику, упавшему набок
6. Удары ногой по противнику, упавшему на живот
По позвоночнику (рис. 32).
Здесь приведена лишь небольшая часть приемов, описанных в книге «Специальные приемы самбо». Но достаточно и этих.
Читайте также
Оружие JKD
ОРУЖИЕ
ОРУЖИЕ Холодному оружию посвящено множество печатных изданий как у нас, так и за рубежом. Это вполне понятно, ибо сказать об оружии сразу все, видимо, невозможно. В данной публикации упомянем лишь самые насущные вопросы, с которыми встречается каждый боец исторического
ОРУЖИЕ БЛИЖНЕГО БОЯ
«Спартак» — «Динамо», Старостин — НКВД
«Спартак» — «Динамо», Старостин — НКВД 26 марта 1936 года Президиум Высшего совета физической культуры при ВЦИК СССР принял решение о проведении первого клубного чемпионата страны среди «показательных команд мастеров». Спустя несколько дней появилось постановление о
Клинковое оружие
Михайлов – Петров – Харламов
Михайлов – Петров – Харламов Жизнь человеческая – это будни, дела, повторяющиеся изо дня в день, какие-то житейские мелочи, на первый взгляд несущественные, но решающие многое. Вот и хоккей – это не только и не столько чемпионаты мира или захватывающие
Владимир Петров
Владимир Петров Впервые с Харламовым играли мы в Горьком в октябре 1968 года. Проиграли тогда – 0:1. Но постепенно наладилось дело. У нас как-то так получилось, совместимость чисто человеческая была гигантская. И по манере игры дополняли друг друга. Валера виртуоз, ловкий, как