Так вперед за цыганской звездой кочевой автор стихов
Редьярд Киплинг — За цыганской звездой: Стих
Перевод Г. Кружкова
Мохнатый шмель — на душистый хмель,
Мотылек — на вьюнок луговой,
А цыган идет, куда воля ведет,
За своей цыганской звездой!
А цыган идет, куда воля ведет,
Куда очи его глядят,
За звездой вослед он пройдет весь свет —
И к подруге придет назад.
От палаток таборных позади
К неизвестности впереди
(Восход нас ждет на краю земли) —
Уходи, цыган, уходи!
Полосатый змей — в расщелину скал,
Жеребец — на простор степей.
А цыганская дочь — за любимым в ночь,
По закону крови своей.
Дикий вепрь — в глушь торфяных болот,
Цапля серая — в камыши.
А цыганская дочь — за любимым в ночь,
По родству бродяжьей души.
И вдвоем по тропе, навстречу судьбе,
Не гадая, в ад или в рай.
Так и надо идти, не страшась пути,
Хоть на край земли, хоть за край!
Так вперед! — за цыганской звездой кочевой —
К синим айсбергам стылых морей,
Где искрятся суда от намерзшего льда
Под сияньем полярных огней.
Так вперед — за цыганской звездой кочевой
До ревущих южных широт,
Где свирепая буря, как Божья метла,
Океанскую пыль метет.
Так вперед — за цыганской звездой кочевой —
На закат, где дрожат паруса,
И глаза глядят с бесприютной тоской
В багровеющие небеса.
Так вперед — за цыганской звездой кочевой —
На свиданье с зарей, на восток,
Где, тиха и нежна, розовеет волна,
На рассветный вползая песок.
Дикий сокол взмывает за облака,
В дебри леса уходит лось.
А мужчина должен подругу искать —
Исстари так повелось.
Мужчина должен подругу найти —
Летите, стрелы дорог!
Восход нас ждет на краю земли,
И земля — вся у наших ног!
Редьярд Киплинг «За цыганской звездой. »
Мохнатый шмель — на душистый хмель,
Мотылёк — на вьюнок луговой,
А цыган идёт, куда воля ведёт,
За своей цыганской звездой!
А цыган идёт, куда воля ведёт,
Куда очи его глядят,
За звездой вослед он пройдёт весь свет —
И к подруге придёт назад.
От палаток таборных позади
К неизвестности впереди
(Восход нас ждёт на краю земли) —
Уходи, цыган, уходи!
Полосатый змей — в расщелину скал,
Жеребец — на простор степей.
А цыганская дочь — за любимым в ночь,
По закону крови своей.
Дикий вепрь — в глушь торфяных болот,
Цапля серая — в камыши.
А цыганская дочь — за любимым в ночь,
По родству бродяжьей души.
И вдвоём по тропе, навстречу судьбе,
Не гадая, в ад или в рай.
Так и надо идти, не страшась пути,
Хоть на край земли, хоть за край!
Так вперёд! — за цыганской звездой кочевой —
К синим айсбергам стылых морей,
Где искрятся суда от намёрзшего льда
Под сияньем полярных огней.
Так вперёд — за цыганской звездой кочевой
До ревущих южных широт,
Где свирепая буря, как Божья метла,
Океанскую пыль метёт.
Так вперёд — за цыганской звездой кочевой —
На закат, где дрожат паруса,
И глаза глядят с бесприютной тоской
В багровеющие небеса.
Так вперёд — за цыганской звездой кочевой —
На свиданье с зарёй, на восток,
Где, тиха и нежна, розовеет волна,
На рассветный вползая песок.
Дикий сокол взмывает за облака,
В дебри леса уходит лось.
А мужчина должен подругу искать —
Исстари так повелось.
Мужчина должен подругу найти —
Летите, стрелы дорог!
Восход нас ждёт на краю земли,
И земля — вся у наших ног!
Перевод Г.Кружкова
The Gipsy Trail
The white moth to the closing bine,
The bee to the opened clover,
And the gipsy blood to the gipsy blood
Ever the wide world over.
Ever the wide world over, lass,
Ever the trail held true,
Over the world and under the world,
And back at the last to you.
Out of the dark of the gorgio camp,
Out of the grime and the gray
(Morning waits at the end of the world),
Gipsy, come away!
The wild boar to the sun-dried swamp
The red crane to her reed,
And the Romany lass to the Romany lad,
By the tie of a roving breed.
The pied snake to the rifted rock,
The buck to the stony plain,
And the Romany lass to the Romany lad,
And both to the road again.
Both to the road again, again!
Out on a clean sea-track—
Follow the cross of the gipsy trail
Over the world and back!
Follow the Romany patteran
North where the blue bergs sail,
And the bows are grey with the frozen spray,
And the masts are shod with mail.
Follow the Romany patteran
Sheer to the Austral Light,
Where the besom of God is the wild South wind,
Sweeping the sea-floors white.
Follow the Romany patteran
West to the sinking sun,
Till the junk-sails lift through the houseless drift.
And the east and west are one.
Follow the Romany patteran
East where the silence broods
By a purple wave on an opal beach
In the hush of the Mahim woods.
«The wild hawk to the wind-swept sky,
The deer to the wholesome wold,
And the heart of a man to the heart of a maid,
As it was in the days of old.»
The heart of a man to the heart of a maid—
Light of my tents, be fleet.
Morning waits at the end of the world,
And the world is all at our feet!
Жестокий романс (1984)
Регистрация >>
В голосовании могут принимать участие только зарегистрированные посетители сайта.
Вы хотите зарегистрироваться?
тексты песен
Так вперед за цыганской звездой кочевой,
Hа свиданье с зарей, на восток,
Где, тиха и нежна, розовеет волна,
Hа рассветный вползая песок!
Так вперед за цыганской звездой кочевой,-
До ревущих южных широт,
Где свирепая буря, как божья метла,
Океанскую пыль метет!
Так вперед!
А напоследок я скажу.
А напоследок я скажу,
А напоследок я скажу:
«Прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу,
Иль восхожу к высокой степени безумства.
Как ты любил?
Ты пригубил погибели,
Не в этом дело.
Как ты любил?
Ты погубил,
Но погубил так неумело».
А напоследок я скажу.
Работу малую висок
Ещё вершит, но пали руки.
И стайкою, наискосок,
Уходят запахи и звуки.
А напоследок я скажу:
«Прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу,
Иль восхожу
К высокой степени безумства».
Так напоследок я скажу..
Под лаской плюшевого пледа.
Под лаской плюшевого пледа
Вчерашний вызываю сон.
Что это было? Чья победа?
Кто побежден? Кто побежден?
Все передумываю снова,
Всем перемучиваюсь вновь.
В том, для чего не знаю слова,
В том, для чего не знаю слова,
Была ль любовь?
И все-таки, что ж это было,
Чего так хочется и жаль?
Так и не знаю: победила ль?
Так и не знаю: победила ль?
Побеждена ль? Побеждена ль?
Я, словно бабочка, к огню
Стремилась так неодолимо
В Любовь, волшебную страну,
Где назовут меня любимой.
Пришли иные времена,-
Тебя то нет, то лжешь, не морщась.
Я поняла, Любовь- страна,
Где каждый человек притворщик.
Не довольно ли нам пререкаться,
Не пора ли предаться любви?
Чем старинней наивность романса,
Тем живее его соловьи.
То ль в расцвете судьбы, то ль на склоне.
Что я знаю про век и про дни?
Отвори мне калитку в былое
И былым мое время продли.
Наше ныне нас нежит и рушит
Но туманы сирени висят,
И в мантилье из сумрачных кружев
Кто-то вечно спускается в сад.
Как влюблен он, и нежен, и статен.
О, накинь, отвори, поспеши.
Можно все расточить и растратить
Но любви не отнять у души.
Блик рассвета касается лика.
Мне спасительны песни твои.
И куда б ни вела та калитка,
Подари, не томи, отвори.
История песни «Мохнатый шмель» (к/ф «Жестокий романс»)
Автор статьи – Анатолий Анипченко
Разговор сегодняшний еще об одной песне, снискавшей большую популярность благодаря советскому кинематографу. Это композиция «Мохнатый шмель» из фильма Эльдара Рязанова «Жестокий романс», снятого по пьесе «Бесприданница» Александра Островского.
Романс в настоящее время неразрывно связывают и с ясным взором, и с пушистыми усами Никиты Михалкова. Кое-кто даже думает, что именно он написал эту песню. Большинству не известно, что автором произведения и знаменитой сказки про Маугли является один и тот же человек.
Изначально стих не о «звезде кочевой», а о цыганском символе паттеране, состоящем из пары перекрещивающихся растений разных пород. Но идея объединения двух сущностей идеально вписалась в повествование о трагической любви бесприданницы к зажиточному купцу.
История песни «Мохнатый шмель»
Бессмертный романс, блистательно исполненный Никитой Михалковым, в оригинале имеет другое название. На основе стихотворения Киплинга советский композитор Андрей Петров написал песню «А цыган идет».
Стихотворение Редьярда Киплинга The Gypsy Trail («Цыганский путь») в переводе на русский язык, осуществленном Г.Кружковым, стало называться «За цыганской звездой». Для фильма «Жестокий романс» его в значительной степени изменили.
Первая публикация стихотворения Киплинга произошла в декабре 1892 года. Его напечатали в журнале The Century. В 1919 году стих был включен в полное собрание сочинений классика мировой литературы.
В 1984 году зрители увидели фильм «Жестокий романс» Эльдара Рязанова. Романс в нем дважды исполнялся купцом Сергеем Паратовым (роль Никиты Михалкова) для своей возлюбленной Ларисы. С этого момента песня стала символом свободы, этакой «цыганской кочевой звездой», ведущей героиню к гибели, а не к счастью.
Исполнение было в разных тональностях. Если в первой серии зритель услышал минорную тональность (на пароходе), то во второй – мажорную, когда пение сопровождалось цыганским хором. Мелодия и двусмысленный песенный текст песни «Мохнатый шмель» является символом соблазна, влекущего героиню к безоглядному счастью, а потом оборачивающегося холодом, трезвостью и безнадежностью.
Успех фильма на советских киноэкранах принес славу и песне, ставшей настоящим шлягером. Романс был выпущен фирмой «Мелодия» на популярной в то время гибкой пластинке.
Впоследствии и сам Никита Сергеевич, и многие популярные ансамбли и артисты его на многочисленных концертах. Послушаем, как поет “Мохнатый шмель” Хор Турецкого.
Слова песни «Мохнатый шмель» (к/ф «Жестокий романс»)
Мохнатый шмель – на душистый хмель,
Мотылек – на вьюнок луговой,
А цыган идет, куда воля ведет,
За своей цыганской звездой!
А цыган идет, куда воля ведет,
Куда очи его глядят,
За звездой вослед он пройдет весь свет –
И к подруге придет назад.
От палаток таборных позади
К неизвестности впереди
(Восход нас ждет на краю земли) –
Уходи, цыган, уходи!
Полосатый змей – в расщелину скал,
Жеребец – на простор степей.
А цыганская дочь – за любимым в ночь,
По закону крови своей.
Дикий вепрь – в глушь торфяных болот,
Цапля серая – в камыши.
А цыганская дочь – за любимым в ночь,
По родству бродяжьей души.
И вдвоем по тропе, навстречу судьбе,
Не гадая, в ад или в рай.
Так и надо идти, не страшась пути,
Хоть на край земли, хоть за край!
Так вперед! – за цыганской звездой кочевой –
К синим айсбергам стылых морей,
Где искрятся суда от намерзшего льда
Под сияньем полярных огней.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой
До ревущих южных широт,
Где свирепая буря, как Божья метла,
Океанскую пыль метет.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой –
На закат, где дрожат паруса,
И глаза глядят с бесприютной тоской
В багровеющие небеса.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой –
На свиданье с зарей, на восток,
Где, тиха и нежна, розовеет волна,
На рассветный вползая песок.
Дикий сокол взмывает за облака,
В дебри леса уходит лось.
А мужчина должен подругу искать –
Исстари так повелось.
Мужчина должен подругу найти –
Летите, стрелы дорог!
Восход нас ждет на краю земли,
И земля – вся у наших ног!
Цитата о романсе «Мохнатый шмель»
Дмитрий Александров,
Преподаватель Петрозаводского филиала Санкт-Петербургского университета МВД РФ.
Редьярд Киплинг и мохнатый шмель
За цыганской звездой
Мохнатый шмель – на душистый хмель,
Мотылек – на вьюнок луговой,
А цыган идет, куда воля ведет,
За своей цыганской звездой!
А цыган идет, куда воля ведет,
Куда очи его глядят,
За звездой вослед он пройдет весь свет –
И к подруге придет назад.
От палаток таборных позади
К неизвестности впереди
(Восход нас ждет на краю земли) –
Уходи, цыган, уходи!
Полосатый змей – в расщелину скал,
Жеребец – на простор степей.
А цыганская дочь – за любимым в ночь,
По закону крови своей.
Дикий вепрь – в глушь торфяных болот,
Цапля серая – в камыши.
А цыганская дочь – за любимым в ночь,
По родству бродяжьей души.
И вдвоем по тропе, навстречу судьбе,
Не гадая, в ад или в рай.
Так и надо идти, не страшась пути,
Хоть на край земли, хоть за край!
Так вперед! – за цыганской звездой кочевой –
К синим айсбергам стылых морей,
Где искрятся суда от намерзшего льда
Под сияньем полярных огней.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой
До ревущих южных широт,
Где свирепая буря, как Божья метла,
Океанскую пыль метет.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой –
На закат, где дрожат паруса,
И глаза глядят с бесприютной тоской
В багровеющие небеса.
Так вперед – за цыганской звездой кочевой –
На свиданье с зарей, на восток,
Где, тиха и нежна, розовеет волна,
На рассветный вползая песок.
Дикий сокол взмывает за облака,
В дебри леса уходит лось.
А мужчина должен подругу искать –
Исстари так повелось.
Мужчина должен подругу найти –
Летите, стрелы дорог!
Восход нас ждет на краю земли,
И земля – вся у наших ног!
(1892. Пер. Григория Кружкова)
Чем это интересно
В авторитетном собрании сочинений Киплинга в 25 томах – так называемом Сассекском издании (Macmillan and Co. Ltd, London, Sussex Edition, 1937–1939) – это стихотворение датировано 1890 годом. В дневнике жены поэта Кэрри Киплинг, урожденной Бейлстир, стоит другая дата: 25 февраля 1892 года. Прошло чуть больше месяца после их свадьбы. Впервые The Gipsy Trail (так это стихотворение называется в оригинале, в дословном переводе – «Цыганская тропа») было напечатано в декабре того же года в американском ежемесячном журнале Century Magazine, что во многом подтверждает правильность второй датировки.
Первоначально произведение состояло из 13 строф. Последняя звучала так:
The morning waits at the end of the world
Where winds unhaltered play,
Nipping the flanks of the their plunging ranks
Till the white sea-horses neigh.
В подстрочном переводе это означает следующее:
Утро ждет у края земли,
Где неизменный ветер играет,
Щипля края набегающих волн,
Пока белые кони морские ржут.
Можно было бы, конечно, в последней строчке сказать «морские коньки», но ясно все же, что речь тут идет о пенных волнах, а не о каких-то там горбатых лучеперых рыбах отряда иглообразных. Эта строфа, как и весь одиннадцатый катрен (в англоязычных собраниях, он, кстати, тактично помещался в кавычках, по-русски – никогда), были взяты из стихотворения «Цыганка» (The Romany Lass), написанного поэтом Фредериком Эдвардом Уитерли (1848–1929) и опубликованного еще в 1880 году. Киплинг, по-видимому, рассудил, что сразу два чужих катрена в тексте – это все-таки чересчур, и в конце концов 13-ю строфу удалил, сохранив из нее только один стих, легко узнаваемый сегодня в блестящем переводе Григория Кружкова: «Восход нас ждет на краю земли». Но и 11-я строфа, и размер стихотворения, и его необыкновенно музыкальные внутренние рифмы – все это осталось. В ежеквартальнике Общества Киплинга (The Kipling Journal) за октябрь 1956 года (Vol. XXIII, No. 119, p. 4–5) прямо сказано, что автор беззастенчиво списывал у Уитерли (cribbed shamelessly from Weatherley), но что в итоге все-таки новое стихотворение полностью превзошло (completely transcended) оригинал. Оно, пожалуй, верно, но что размер и рифмовка – это очень ценные подарки и что сделал их, пускай даже задним числом и невольно, Фредерик Уитерли, определенно стоит знать и помнить.
Но самое интересное, что Уитерли был по преимуществу поэтом-песенником, и его «Цыганка» сразу была положена на музыку композитором Майклом Мейбриком, известным также под артистическим псевдонимом Стивен Адамс. Песню The Romany Lass сегодня можно без труда найти в Ютьюбе и убедиться среди прочего, что с романсом в исполнении Никиты Михалкова-Паратова она ничего общего не имеет.
Киплинг, певец Британской империи и первый англичанин, удостоенный в 41 год Нобелевской премии по литературе (моложе лауреатов с тех пор не было и, видимо, уже не будет), в России всегда пользовался устойчивой популярностью. Его переводили, начиная с 1897 года. О нем писал хвалебные рецензии Александр Куприн; Иван Бунин редактировал сборник рассказов; Николай Гумилев не без оснований считался русским Киплингом, а потом, уже в советском воплощении, им становились в той или иной степени Эдуард Багрицкий, Михаил Светлов, Николай Тихонов и Константин Симонов.
Корней Чуковский и Самуил Маршак на Киплинге основали мощнейшую индустрию под названием «детская литература» (см. обо всем этом в статье писателя Шамиля Идиатуллина «Неистовый пес империализма: Редьярд Киплинг, враг России»). Наконец, советская мультипликация сделала британского автора к началу 1980-х годов безоговорочным классиком. Именно в 1980-м был опубликован перевод Григория Кружкова, а в 1984-м на экраны вышел фильм Эльдара Рязанова «Жестокий романс». Киплинга вместе с Кружковым сильно «порезали», поменяли порядок строф, но по-хорошему, сами того, возможно, не осознавая, создатели картины восстановили историческую справедливость, вернув стихи к их исходному состоянию – песне.
О том, как Андрей Петров сочинял музыку, гуляя вдоль моря в Юрмале, как Никита Михалков мастерски справился с ускорением ритма, как песня стала шлягером и о прочих интересных вещах можно сегодня прочесть в Рунете. Теперешний же наш рассказал окончен. Главное, не забывать, что мохнатый шмель был написан «в четыре руки», и помнить не только о Киплинге, но и о Фредерике Уитерли.
Справка об авторе
Редьярд Киплинг родился в Бомбее (ныне Мумбаи). В 5 лет родители отправили сына в частный пансион в Англию, а в 12 лет определили в Девонское училище, которое должно было подготовить мальчика к поступлению в военную академию. Из-за развившейся близорукости о карьере военного пришлось забыть. Киплинг возвращается назад в колонии: отец подыскал для него место корреспондента в Civil and Military Gazette, выходившей в Лахоре (нынешний Пакистан). Первый сборник стихов сына родители напечатали, когда тому едва исполнилось 15 лет. Но именно работа в газете сделала Киплинга настоящим профессионалом. Популярность его растет. Он заключает контракт на путевые очерки с индийской газетой Pioneer, печатавшейся в Аллахабаде, и отправляется в путешествие по Азии и США. Один за одним начинают выходить сборники его рассказов.
Писатель снова едет в Англию и женится на Кэролайн Бейлстир, сестре Уолкотта Бейлстира, своего издателя. Из-за финансовых проблем вскоре после свадьбы пара на четыре года переезжает в Вермонт, США, к родственникам жены. Здесь Киплинг начинает писать для детей и публикует в 1894–1895 годах «Книгу джунглей» и «Вторую книгу джунглей», прославившие его на весь мир. Эта слава окончательно закрепляется с выходом романа «Ким» в 1901-м и сборника «Просто сказки» в 1902 году. В том же году писатель покупает имение в Сассексе, где проживет до конца своих дней. Джозеф Редьярд Киплинг умер 18 января 1936 года и был похоронен в Лондоне, в Уголке поэтов в Вестминстерском аббатстве, рядом с Чарльзом Диккенсом и Томасом Харди.