триединство земли в земельном праве
Земля как триединый объект
Правовое регулирование земельных отношений
с учетом триединой сущности земли
Данный принцип закреплён в пп. 1 п. 1 ст. 1 ЗК РФ.
Земля одновременно понимается в 3х значениях:
— объект хозяйствования (пользования)
В соответствие с п. 1 ст. 9 Конституции РФ, земля и иные природные ресурсы используются и охраняются РФ как основа жизни и деятельности народов, проживающих на данной территории.
Правовой режим земель, прежде всего, определяется особенностью земли как объекта природы.
Земля – важнейшая часть окр. среды, характеризуется пространством, рельефно-почвенным покровом, растительностью, недрами и водами.
Земля выступает основным компонентом природной среды. Все иные природные объекты можно назвать лишь принадлежностью к земле и имеют с ней тесную экологическую взаимосвязь.
Земля выступает в качестве средства производства в сельском и лесном хозяйстве и пространственным базисом для размещения населённых пунктов и иных объектов.
В соответствие с гражданским законодательством земля выступает объектом имущественных отношений и относится к группе недвижимого имущества (ст. 130 ЗК РФ)
Для того чтобы зем. участок был признан недвижимым имуществом, он должен быть индивидуализирован, т.е. определены его границы, размер, местоположение (в идеале он должен пройти гос. кадастровый учёт).
В соответствие со ст. 11.1. ЗК РФ,
земельный участок – это часть земной поверхности, границы которой определены в соответствие с фед. законами.
Земля выступает объектом права собственности. В соответствии с ч. 2 ст. 9 Конституции,
земля и иные природные объекты могут находиться:
а) в государственной (фед. и рег.);
и иных формах собственности (которых нет).
Земельный участок обладает свойством оборотоспособности, т.е. может быть объектом сделок, за исключением земель, изъятых из оборота.
Земельные участки также могут выступать объектами владения и пользования:
1) Право постоянного (бессрочного) пользования. – ст. 20 ЗК РФ
2) Право пожизненного наследуемого владения – ст. 21 ЗК РФ.
3) Аренда – ст. 22 ЗК РФ
4) Право ограниченного пользования чужим земельным участком (сервитут) – ст. 23 ЗК
5) Право безвозмездного срочного пользования – ст. 24 ЗК РФ
Правовой режим земли должен учитывать все перечисленные признаки земельного участка
При использовании земельного участка устанавливаются обязанности участников земельных правоотношений по целевому рациональному использованию земель, их охране; приоритет отдаётся значению земли как объекту природы, что обуславливает особенности её правового режима.
Целевое использование земельного участка определяется из отнесения земель к определённой категории.
Земельные правоотношения.
Понятие и элементы.
ЗЕМЕЛЬНЫЕ ПРАВООТНОШЕНИЯ – общественные отношения, возникающие по вопросам приобретения (приватизация, купля-продажа, иные сделки), использования и охраны земель, возникающие между субъектами, участниками земельных правоотношений
Элементы земельных правоотношений:
1. Земля как природный объект и природный ресурс
2. Земельные участки
3. Часть земельного участка
4*недвижимое имущество, прочно связанное с землёй (пп. 5 п. 1 ст. 1 ЗК РФ – принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ним объектов)
5*Земельный фонд РФ и его составные части в сфере управления земельным фондом
В соответствие с п. 1 этой статьи участникам земельных правоотношений являются граждане (не только РФ), юр. лица РФ, субъекты РФ и муниципальные образования
Участниками земельных правоотношений являются:
1. собственники земельных участников – лица, владеющие, пользующиеся и распоряжающиеся земельными участками на праве собственности;
2. землепользователи – лица, владеющие и пользующиеся земельными участками на праве постоянного бессрочного пользования, либо безвозмездного срочного пользования;
3. землевладельцы – владеющие и пользующиеся земельными участками на праве пожизненного наследуемого владения.
4. арендаторы – владеющие и пользующиеся земельным участком на основании договора аренды или субаренды.
5. обладатели сервитутов – лица, имеющие право ограниченного пользования чужим земельным участком.
С какого момента появляется земельный участок как недвижимая вещь?
1. По всей видимости, споры о значении записи в реестре – как для целей передачи права, так и для целей возникновения права на недвижимую вещь – еще длительное время будут «стилистической» чертой нашего правоведения. Любопытно, что таких (довольно сильных по эмоциональному накалу) споров, например, в доступной мне английской, французской или немецкой литературе я не видел. Англичане и немцы просто пишут: право создается записью, но недобросовестный не будет защищен. Французы говорят: реестры – это для третьих лиц, поэтому запись сама по себе в отношениях между сторонами сделки ничего не значит, право переносится договором.
Так или иначе – догма везде устоялась.
А у нас – нет. Точнее так: она почти устоялась в практике ВАС РФ (запись, соединенная с действительным правовым основанием – сделкой и проч. – порождает право), основанной на дореформенном тексте Кодекса. Затем она была отражена в поправках в Кодекс (знаменитая ст. 8.1 ГК).
Но потом все испортил верх.суд, который крайне неудачно и непонятно высказался в п. 3 и 38 ППВС 25 о значении записи реестра недвижимости. Такой же разнобой и в практике коллегий верх.суда – гражданская коллегия, кажется, «офранцузилась», для них запись реестра ничего не значит (это, конечно, странно, так как это означает, что судьи этой коллегии просто игнорируют ясные предписания действующего закона). Экономическая коллегия этого суда предпочитает оставаться на стороне прежней ВАСовской практики и норм Кодекса о регистрации прав. Они последовательно разрешают дела в том смысле, что «нет записи – нет права». Я с ними в этом подходе полностью солидарен.
Несколько особняком стоит КС – который периодически высказывается в том смысле, что «государственная регистрация права завершает юридический состав, по итогам накопления которого возникает право собственности». То есть, КС тоже за принцип правопорождающей регистрации (а не правоподтверждающей).
В нашей литературе – разнобой, среди практиков тоже метания: кто-то примыкает к «умным», кто-то к «красивым» (сами решайте – кто есть кто из оппонирующих друг другу лагерей – германофилы-«внесенцы» или франкофоны-«противопоставимцы»). По моим ощущениям, все же большинство практиков и большинство юристов из академической среды согласны с подходом о том, что именно запись реестра порождает право на недвижимость.
2. Однако спор о правопорождающей и правоподтверждающей функции регистрации права в реестре важен не только для определения момента перехода права. Выбор регистрационной модели также принципиален для определения момента, с которого недвижимая вещь как объект гражданских прав, как вещь.
Мне уже несколько раз доводилось писать о т.н. «горизонтальном разделении», то есть, регистрации права собственности на здание как способе юридически разделить одну вещь – застроенный участок с постройкой на нем – на две: участок и собственно здание (например, см. здесь и здесь). Именно этот подход, например, поддерживается эк.коллегией верх.суда (напр. в деле Райффайзенбанка (306-ЭС17-3016(2)), в котором признано, что здание становится недвижимой вещью с момента первой государственной регистрации права на него.
Этот подход мне кажется намного более обоснованным, чем другой, который я называю «акынским». Последний сводится к тому, чтобы признавать здание недвижимой вещью с момента его возведения. То есть, если некто видит физически существующее здание, понимает, то оно неперемещаемо, он делает суждение о том, что перед ним – недвижимая вещь.
К чему такой подход привел в налоговых спорах о налоге на недвижимое имущество, думаю, подробно рассказывать не надо. К катастрофе.
Теперь, видимо, нужно уделить внимание вопросу о том, с какого момента возникает земельный участок как недвижимая вещь.
3. Какие есть подходы к определению этого момента?
Их всего три. Земельный участок как недвижимая вещь сможет считаться возникшим:
А. С момента установления его фактических границ (огораживание, устройство пограничной канавы и проч.);
Б. С момента юридического установления границ (через описание их кадастровым инженером и последующее внесение в кадастр);
В. С момента внесения информации об участке в реестр прав на недвижимые вещи путем регистрации первого права собственности на участок.
Подход (А) не выдерживает никакой критики, это все то же самое «акынство», о котором я писал выше. Понятия земельного участка не существует в природе, это идеальная конструкция, придуманная юристами. Поэтому она не может возникать путем каких-то фактических действий (установление забора и проч.), действия по образованию участка должны быть именно юридическими.
(Жаль, что это не понимает гражд.коллегия нашего верх.суда, которая несколько раз высказывалась в том смысле, что раз в ст. 130 ГК нет указания на такой признак недвижимой вещи как установленные границы, то и для появления земельного участка как вещи установление границ не нужно. В этом суждении нет ни юридической логики, ни здравого смысла).
Рассуждение К.И. Скловского и В.С. Костко было бы безупречным, если бы не одно «но». Оно, к большому сожалению, не позволяет разрешить одно принципиальное затруднение. Если исходить их того, что земельный участок это недвижимая вещь с момента внесения его границ в кадастр (не реестр прав!), то кто является его собственником между этим моментом и последующим моментом регистрации права на него?
Да, это временной промежуток может быть довольно коротким. Однако это не повод для того, чтобы отмахнуться от вопроса о собственности на участок.
Во-первых, вполне мыслимы случаи, когда границы участка будут сформированы, но так и не будет зарегистрировано право собственности (например, в Законе о регистрации существует правило о том, что установленные границы участка без последующей регистрации права просуществуют пять лет, после этого они удаляются из кадастра).
Во-вторых, даже в этот – потенциально короткий промежуток может произойти масса юридически значимых событий, для которых ответ на вопрос о том, кому принадлежит учтенный в кадастре участок будет принципиальным (например, будут наложены аресты, предъявлены вещные иски и проч.).
Базовый ответ для нашего права на этот вопрос должен быть такой.
Кодекс недвусмысленно говорит в п. 2 ст. 8.1 о том, что по общему правилу права на недвижимые вещи возникают с момента внесения записи о праве в реестр. Применение этой нормы вместе с подходом (Б) приводят к парадоксальному ответу. Если участок – недвижимая вещь с момента установления границ, то тогда это … бесхозяйная вещь. Ведь никто же не записан в реестре как собственник участка, следовательно, у него нет собственника. Это абсурдное последствие, и поэтому – неверное. Следовательно, и сам подход (Б) – о том, что участок как вещь возникает с момента кадастрового учета границ – неверный.
Остается вариант (В) – участок приобретает правовой режим недвижимой вещи с момента внесения в реестр прав первой записи о праве собственности на участок. Это, разумеется, может произойти при обязательном условии предварительного кадастрового учета участка, то есть, установления его границ. Следовательно, все рассуждения К.И. Скловского и В.С. Костко о значении границ для существования вещи являются более чем справедливыми.
Однако, разумеется, следует оговориться о том, что являются недвижимыми вещами те земельные участки, права на которые были приобретены до 30.01.1998, то есть, до введения в нашей стране системы правоустанавливающей регистрации в сфере недвижимости. Для того, чтобы такие участки приобрели режим недвижимых вещей у них должны быть установлены границы. Это могут быть как нынешние правила межевания, так и правила, которые действовали ранее; кроме того, граница может быть установлена в результате фактически сложившегося землепользования, длящегося более 15 лет.
4. Дополнительный аргумент в пользу подхода (В) такой. Вещь – это всегда объект оборота, необоротоспособных вещей не бывает, они просто не интересны гражданскому праву. Именно поэтому, например, из Кодекса было исключено правило об «имуществе, изъятом из оборота». Гражданское право – это право оборота, то, что не оборачиваемо, не может быть объектом вещного права. Участок, поставленный на кадастровый учет, но не записанный в реестр, не может быть объектом распоряжения, так как в отношении недвижимой вещи последнее возможно путем внесения записи в реестр. Такой участок нельзя передать в собственность другому лицу, установить ипотеку, сервитут и проч. Просто потому что его не существует как объекта вещных прав.
Кстати, очевидно, что принятие подхода (В) в качестве верного, требует некоторой модификации взглядов на учтенный в кадастре участок. Он безусловно является объектом правоотношений по кадастровому учету и потому может считаться объектом кадастрового учета, но не объектом вещных прав (вещью).
5. Для того, чтобы более точно разобраться в моменте возникновения участка как вещи, следует также обсудить то, как возникает земельный участок. Возможно, как и в случае с участками, права на которые возникли до введения системы регистрации прав, мы обнаружим исключения из подхода (В).
Навскидку есть четыре случая возникновения участков.
(а) Из публичных земель.
(б) Из частных земель
(в) Путем естественного возникновения
(а) Первый случай – это когда публичное образование (РФ, субъект или муниципалитет) из состава своих земель (то есть, из своего природного ресурса, который не является вещью в смысле частного права, а представляет собой элемент публичного домена, публичной собственности) выделяет некоторую их часть, определяет границы выделенного, регистрирует свое право собственности на вновь образованный участок и затем либо передает право собственности частному лицу, либо заключает обязательственные сделки по поводу участка (договор аренды и проч.).
Напомню, что возникновение права собственности на земельные участки в ходе разграничения земель между тремя уровнями публичных образований – это случай, составляющий исключения из принципа обязательности внесения записи в реестр для целей возникновения права. Это исключение следует из положения ст. 3.1 Вводного закона к Земельному кодексу и признано судебной практикой (известное дело город Сызрань против России, рассмотренное Президиумом ВАС).
Получается, что регистрация права собственности публичного образования в анализируемом случае – не правоустанавливающая, а правоподтверждающая, так как оно к моменту внесения записи уже является собственником – в силу положения закона. Следовательно, аргумент о бесхозяйности, приведенный выше, в описанном случае оказывается неверным. И это означает, что в отношении таких участков подход (Б) – участок это вещь с момента установления границ – вполне применим.
(б) Новый участок может быть образован путем «реорганизации» частного земельного участка – раздела, соединения и проч. В этом случае нет никаких отступлений от принципа внесения, следовательно, нет возможности усмотреть в поставленном на кадастровый учет, но отсутствующем в реестре прав участке вещь. Стало быть, здесь должен работать общий подход (В). Такой участок станет новой вещью с момента первой регистрации права собственности частного лица, осуществившего «реорганизацию» участка.
(в) Любопытный случай еще одной возможности для появления участка – это его естественное возникновение при обмелении рек, озер, изменении береговой линии моря или русла реки.
С учетом того, что наше право исходит из принципиального соображения о том, что земли, покрытые водами общего пользования (озера, реки, моря, океаны) это всегда только публичные земли, то здесь будут применимы правила, описанные выше, в пункте (а).
(г) Наконец, вопреки известной шутке Марка Твена, земельный участок можно создать путем искусственного намыва. Если это было сделано публичными образованием, то применяются правила о разграничении земель и, следовательно, релевантным будут правила из пункта (а). А если это сделано частное лицо, то его право на такой участок возникнет только с момента регистрации права в реестре, стало быть, верным будет подход (В).
Таким образом, общий вывод таков: земельный участок приобретает правовой режим недвижимой вещи с момента первой регистрации права собственности на него. Это однако не касается земельных участков, право собственности на которые было приобретено до введения в России системы государственной регистрации прав на недвижимые вещи, а также в отношении земельных участков, находящихся в публичной собственности.
Возможно, я упустил какие-то аргументы в пользу подхода (Б) и (В) и против них. Буду рад вашим комментариям!
Триединство земли в земельном праве
Примерные вопросы для подготовки к зачету
1.Земля как объект природы, хозяйствования (пользования), собственности. Влияние этого триединства на правовое регулирование земельных отношений.
2.Земельная реформа в РФ. Общая характеристика.
3.Предмет, метод, задачи и принципы земельного права.
4.Земельные правоотношения, их характеристика.
5.Понятие, становление и развитие земельного права. Система земельного права как отрасли права.
6.Место земельного права в системе российского права и его взаимодействие с другими отраслями права.
7.Понятие, особенности и система источников земельного права. Общая характеристика Земельного кодекса РФ.
8.Понятие и общая характеристика права собственности на земельные участки.
9.Формы, объекты и субъекты права собственности на землю.
10.Право частной собственности на земельные участки.
11.Право государственной и муниципальной собственности на земельные участки.
12.Оценка земельных участков.
13.Сделки с земельными участками (условия, виды).
14.Купля-продажа земельных участков.
15.Залог земельных участков.
16.Понятие и общая характеристика права пользования землей. Субъекты, объекты, виды права пользования землей.
17.Право пожизненного наследуемого владения.
18.Постоянное (бессрочное) пользование землей.
20.Безвозмездное срочное пользование землей.
21.Право ограниченного пользования чужими земельными участками.
22.Содержание права пользования землей. Ограничение прав землепользователей.
23.Защита прав собственников земельных участков, землевладельцев, землепользователей и арендаторов.
24.Гарантии прав собственников земельных участков, землевладельцев, землепользователей и арендаторов.
25.Изъятие земельных участков для государственных и муниципальных нужд.
27.Понятие и общая характеристика государственного управления в области использования и охраны земель.
28.Виды и органы управления в области использования и охраны земель.
30.Контроль за использованием и охраной земель.
31.Государственный кадастровый учет земель. Понятие, структура и порядок ведения государственного кадастра недвижимости.
32.Землеустройство (понятие, содержание).
33.Понятие правового режима земель, его единство и дифференциация.
34.Понятие и содержание правовой охраны земель.
35.Понятие и особенности ответственности за земельные правонарушения.
36.Административная и уголовная ответственность за земельные правонарушения.
37.Гражданско-правовая и дисциплинарная ответственность за земельные правонарушения.
38.Понятие и общая характеристика земель сельскохозяйственного назначения
39.Правовой режим земельных участков, предоставляемых гражданам для ведения крестьянского (фермерского хозяйства).
40.Правовой режим земельных участков, предоставляемых гражданам для ведения личного подсобного хозяйства.
41.Правовой режим земельных участков, предоставляемых гражданам для коллективного и индивидуального садоводства, огородничества и дачного строительства.
42.Понятие и общая характеристика земель населенных пунктов.
43.Понятие и общая характеристика правового режима земель промышленности, транспорта, энергетики. и иного специального назначения.
44.Понятие и правовой режим земель промышленности и транспорта.
45.Понятие и правовой режим земель энергетики, связи, радиовещания, телевидения, информатики, обороны и иного специального назначения.
46.Понятие и общая характеристика земель особо охраняемых природных территорий и объектов.
47.Понятие, виды и общая характеристика земель лечебно-оздоровительного,
природоохранного, рекреационного и историко-культурного назначения.
48.Понятие и общая характеристика земель лесного фонда.
49.Понятие и общая характеристика земель водного фонда и земель запаса.
50.Перевод земель или земельных участков из одной категории в другую.
ВС напомнил о принципе единства судьбы участка и расположенного на нем объекта недвижимости
12 марта Верховный Суд вынес Определение № 309-ЭС19-23230 по спору о признании за одним из сособственников помещений в здании доли в общем праве собственности на земельный участок под ним.
Суды не сошлись во мнении относительно исковых требований
В ноябре 2013 г. предприниматель Владимир Шоличев приобрел у ООО «ДК» помещение в здании административно-бытового корпуса на участке, который на момент заключения сделки принадлежал продавцу. В 2014 г. общество разделило участок на два, зарегистрировав право собственности на каждый из них за собой. В дальнейшем оно продало по договору-купли продажи нежилые помещения в здании и участки под ним ООО «Профнастил».
Впоследствии предприниматель обратился в Арбитражный суд Курганской области с иском к указанным обществам о признании за ним права собственности на долю земельного участка в размере 279/1000 в общей собственности, пропорционально общей площади принадлежащего ему помещения, а также права на долю в общей собственности на помещения общего пользования в этом здании, зарегистрированном на ООО «Профнастил».
Арбитражный суд прекратил производство по делу в части требования истца о признании его права на долю участка в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК РФ, приняв во внимание вступившее в силу решение Курганского городского суда по делу № 2-50/16, которым было отказано в удовлетворении требования истца к ответчикам о признании права общей долевой собственности на спорный участок. Арбитражный суд также отказал в удовлетворении ходатайства истца об объединении дел № А34-215/2019 и № А34-3107/2019 в единое производство.
Таким образом, суд первой инстанции счел, что по рассматриваемому им делу уже имеется вступивший в силу судебный акт, принятый по спору о том же предмете и по тем же основаниям. Следовательно, истец уже реализовал свое право на судебную защиту в отношении права долевой собственности на участок, где расположено здание с принадлежащим ему нежилым помещением.
Апелляция отменила решение первой инстанции, вернув дело на пересмотр. При этом она согласилась с выводами нижестоящего суда о тождестве участников дел, но сочла требования по рассматриваемому делу самостоятельными и отличными от тех, которые были рассмотрены в рамках гражданского спора.
Суд апелляционной инстанции также отметил, что истец заявил новые требования, не тождественные рассмотренным судом общей юрисдикции, а его требование о признании права на долю в общей собственности на участок является основным. Соответственно, без его рассмотрения остальные требования, вытекающие из основного, не могут быть разрешены по существу. Апелляция также сочла, что объединение дел в одно производство будет способствовать обеспечению процессуальной экономии и достижению в возможно короткий срок правовой определенности по всем взаимосвязанным требованиям истца. Таким образом, суд заключил, что у первой инстанции отсутствовали основания для прекращения производства по делу согласно п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК.
В дальнейшем окружной суд отменил апелляционное постановление, оставив в силе определение первой инстанции. Кассация сочла, что истец заявил аналогичное требование в отношении того же земельного участка, а также о признании права собственности пропорционально общей площади помещений в спорном здании, поэтому указание конкретной пропорции в данном случае не изменяет предмет требования.
Не согласившись с данным решением, предприниматель обратился в Верховный Суд. В кассационной жалобе он просил отменил судебные акты первой и кассационной инстанций и оставить в силе постановление апелляции.
ВС поддержал доводы апелляционной инстанции
Изучив материалы дела № А34-215/2019, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что суд прекращает производство по делу соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 150 АПК, если установит наличие вступившего в силу принятого по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям акта арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, когда арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.
ВС пояснил, что в рассматриваемом деле предприниматель заявил свои требования впервые, они не были предметом рассмотрения иного суда, поэтому являются самостоятельными. Как отметил Суд, из резолютивной части решения суда общей юрисдикции следует, что дело было рассмотрено по существу и суд отказал в удовлетворении следующих требований: о прекращении зарегистрированного права собственности ответчиков на спорный участок; о признании недействительными договоров купли-продажи участков, заключенных ответчиками; о признании права общей долевой собственности за всеми собственниками помещений в здании.
«При этом, как обоснованно указывает предприниматель, основания для возникновения его права на долю в праве собственности на земельный участок в силу закона с момента государственной регистрации перехода к нему права собственности на помещения в здании в соответствии с нормами ст. 131, п. 2 ст. 223, п. 4 ст. 244, п. 2 ст. 552 ГК РФ, на которые он ссылался при рассмотрении настоящего дела, суд не исследовал. Судом общей юрисдикции были рассмотрены требования, направленные на оспаривание перехода права на земельный участок к обществу “Профнастил” с целью установления режима общей долевой собственности», – отмечается в определении.
Таким образом, Верховный Суд счел, что требование предпринимателя о признании за ним права собственности на долю заявлено впервые и не является аналогичным требованию, рассмотренному по другому делу. ВС добавил, что факт приобретения истцом права собственности на помещение в здании предшествовал сделкам купли-продажи спорных участков, что нарушает принцип единства судьбы участка и расположенного на нем объекта недвижимости.
«При этом, как правомерно указывает предприниматель, иного другого способа, направленного на восстановление его нарушенных прав на земельный участок, не усматривается, заявителем согласно установленным по делу обстоятельствам и существу нарушения его прав избран надлежащий способ их защиты», – отметил ВС.
В итоге Верховный Суд отменил судебные акты первой и кассационной инстанций, оставив в силе решение апелляции.
Эксперты прокомментировали выводы ВС
По мнению партнера АБ «Бартолиус» Тахмины Арабовой, Верховный Суд последовательно защищает принцип единства судьбы земельного участка и расположенного на нем здания, одним из проявлений которого является право общей долевой собственности на участок, принадлежащее собственникам помещений в этом здании.
«В данном деле примечательно то, что, отстаивая указанный принцип, ВС готов расширительно смотреть на тождество исков и использовать малейшую разницу в них, если это может помочь соединить у одного лица титул на землю и право собственности на здание (помещение)», – отметила она в комментарии «АГ».
Старший юрист практики «Недвижимость. Земля. Строительство» юридической фирмы VEGAS LEX Марина Преображенская считает, что в рассматриваемом деле высшая судебная инстанция косвенно поставила вопрос о возникновении у покупателя помещений в здании права собственности на землю, так как в рамках спора рассматривался иск собственника помещений к продавцу недвижимого имущества и к собственнику участка, также являвшемуся покупателем других помещений в этом здании.
Эксперт пояснила, что в судебной практике неоднократно возникали споры о том, влечет ли приобретение права собственности на расположенные в здании нежилые помещения возникновение права собственности на долю земельного участка. До 1 марта 2015 г., добавила она, единого подхода к рассмотрению данного вопроса не существовало. Несмотря на отсутствие в законе прямого регулирования перехода права собственности на участок к покупателю помещения в здании, исходя из совокупности норм права (п. 2 ст. 555 ГК РФ, п. 4 ст. 35 ЗК РФ в редакции, действующей до 1 марта 2015 г.), суды преимущественно удовлетворяли иски собственников помещений о признании права собственности на долю в праве на участок, необходимый для использования объекта недвижимости.
Такая правовая позиция судов, полагает Марина Преображенская, сформировалась во многом благодаря разъяснениям Высшего Арбитражного Суда РФ (см., например, п. 17 Информационного письма ВАС от 28 января 2005 г. № 90, п. 25 Постановления Пленума ВАС от 17 ноября 2011 г. № 73), которые частично затрагивали вопросы единства судьбы земельных участков и расположенных на них объектов применительно к помещениям. Однако в связи с отсутствием прямого указания высшей судебной инстанции о разрешении данного вопроса в пользу собственников помещений некоторые суды выражали несогласие с мнением о возникновении у покупателя помещений права собственности на долю участка.
Эксперт добавила, что с 1 марта 2015 г. п. 4 ст. 35 ЗК был дополнен абз. 7, согласно которому отчуждение участником долевой собственности доли в праве на здание, сооружение или отчуждение собственником принадлежащих ему части здания, сооружения или помещения в них производится вместе с отчуждением доли в праве собственности на земельный участок, где расположены эти объекты. «Таким образом, сделки по отчуждению помещений без отчуждения доли в праве собственности на соответствующий участок, заключенные с указанной даты, противоречат закону. Более того, ВС в Определении от 14 августа 2018 г. № 49-КГ18-26 указал о переходе к покупателю помещения доли в праве на участок, на котором расположена данная недвижимость, даже если помещение было приобретено до 1 марта 2015 г. Несмотря на то что рассматриваемым определением спор не был разрешен по существу, ВС сделал важный для истца вывод о нарушении принципа единства земельного участка и расположенной на нем недвижимости (помещений, принадлежащих предпринимателю)», – заключила Марина Преображенская.
По ее мнению, данное обстоятельство в совокупности с п. 4 ст. 35 ЗК и примерами из правоприменительной практики позволит истцу в рассматриваемом споре отстоять право на долю участка, необходимого для эксплуатации помещений, собственником которых он является. «В целях защиты интересов – в первую очередь, покупателей помещений, – а также во избежание споров между сторонами сделок при продаже помещения в здании вопрос перехода к покупателю конкретной доли в праве на земельный участок целесообразно определять непосредственно в договоре купли-продажи недвижимости», – рекомендовала в заключение юрист.