турция и таджикистан отношения
Векторы Душанбе – Россия всё поймёт и всё простит
Что бы это значило?
На фоне растущей озабоченности руководства Таджикистана возможностью талибского «вторжения» в эту страну, Душанбе инициирует более активное участие ОДКБ и, прежде всего, России в патрулировании южных границ страны. Заметим, что к властям Украины с такими просьбами таджикская сторона не обращается.
Зато Душанбе, ничуть не скрываясь, в то же самое время активно развивает отношения не только с Украиной, но также и с членом НАТО – Турцией. Причём в последнем случае подразумевается даже соглашение о военном сотрудничестве и об отмене визового режима.
При том, что позиция Анкары в отношении российского Крыма и взаимоотношений Украины с РФ, напомним, остаётся однозначно антироссийской. Об этом свидетельствует, например, информация таджикистанского информагентства Avesta.Tj от 13.10.2021 года:
Детали соглашения о военном сотрудничестве обе стороны поныне не раскрывают официально.
Но до сих пор непонятно, как вписывается это соглашение в систему ОДКБ, в которой изначально участвует Таджикистан?
И которую его власти ежедневно призывают защищать обширную – почти 1 400 км – таджикско-афганскую границу?
Между тем ещё 28–29 марта состоялся официальный визит главы Таджикистана Э. Рахмона в Анкару. О подписанных там документах (или об их проектах) подробной официальной информации нет, как не было и пресс-конференции по итогам этих переговоров. Но по их завершении тот же Мевлют Чавушоглу лаконично и чётко заявил СМИ:
Язык турецкий, акцент – на мове
Примечательно, что упомянутые события в турецко-таджикистанских отношениях совпали по времени с украинскими «акцентами» внешней политики Душанбе. Вот, например, сообщение таджикистанского информагентства Avesta.Tj от 15.10.2021 г.:
В эпилоге репортажа говорится, что
– отметил Василий Серватюк.
В развитие темы двусторонней дружбы, посол Таджикистана на Украине Давлатали Назризода рассказал «Азия-Плюс» 26 октября, что контакты в рамках межправительственной комиссии – её украинский сопредседатель Игорь Петрашко на днях побывал в Душанбе на совещании этой комиссии – ведутся уже много лет.
При этом «в 2020 году в Душанбе была создана Группа дружбы и сотрудничества между парламентариями двух стран. Такая же группа в январе 2021 года была создана в Верховной раде Украины».
Добавим тут, кстати, что антироссийская тема официально озвучивалась украинским посольством в Душанбе и ранее, ещё до полной победы талибов в Афганистане. Так было, например, 22 января 2019 года на мероприятии в этом посольстве в связи со 100-летием соборности Украины.
По данным самого посольства, «отдельное внимание в выступлении В. В.Семенова, Временного поверенного в делах Украины в Таджикистане, было уделено вопросам текущей политической и военно-политической ситуации в Украине в контексте продолжающейся российской агрессии».
Не говорите мне за Крым
Кстати, Таджикистан, как и большинство других «союзников» России, по настоящее время не признаёт и российский статус Крыма. Это фактически подтвердилось в ходе вышеупомянутых переговоров с украинской стороной и совместного с ней празднования в Душанбе 30-летия независимости Украины.
По мнению директора Аналитического центра Института международных исследований МГИМО МИД РФ Андрея Казанцева,
В свою очередь, таджикистанский политолог Рустам Гулов отмечает двусмысленность позиции Душанбе по Крыму, призывая её сохранять:
Всё же пока трудно объяснить, почему именно на вторую половину октября 2021 года пришёлся такой «прорыв», точнее «рывок» во взаимоотношениях Душанбе с Турцией и Украиной. Но, в любом случае, характерна синхронность такого «рывка».
Скорее всего, это обусловлено неуверенностью правящего режима в Душанбе в своей устойчивости на фоне победы талибов в Афганистане и даже – несмотря на военно-политическую поддержку «Рахмоновского» режима со стороны Москвы.
А потому надо заблаговременно заручиться, используя расхожий тезис о талибской угрозе, поддержкой Анкары и Киева. Причем очевидно, что в ущерб интересам России и ОДКБ.
По поводу же роли «талибской угрозы» для Душанбе примечательна оценка московского Центра Карнеги от 21 октября 2021 года.
Чем же обусловлена столь демонстративная активность Душанбе в отношениях с политическими оппонентами России?
Зачем из Таджикистана сигнализируют оппонентам России, что Москва, даже вкупе с ОДКБ – теперь не единственный военно-политический приоритет руководства этой страны?
Почти не вызывает сомнений, что всё дело в полной уверенности официального Душанбе в том, что в Москве заинтересованы именно в нынешнем таджикистанском режиме. Среди прочего – ввиду массового «экспорта» в РФ дешёвой рабочей силы, всё более выгодной российскому бизнесу.
Али Рифат Кёксал: «Наши отношения с Таджикистаном находятся в постоянном развитии»
Чрезвычайный и Полномочный Посол Турецкой Республики в Таджикистане отвечает на вопросы «Азия-Плюс».
— Господин посол, Турция была в числе первых стран, признавших независимость Таджикистана 27 лет назад. Как Вы оцениваете состояние отношений между нашими странами на сегодняшний день?
— Наши двусторонние отношения с Таджикистаном находятся в постоянном развитии. Даже в годы гражданской войны наше посольство продолжало работать, прилагая все усилия по укреплению турецко-таджикских отношений. Визит президента Сулеймана Демиреля в Таджикистан в 1995 году, в тяжёлые дни гражданской войны, вспоминается до сих пор и является конкретным примером того, как мы дорожим этими отношениями.
Сегодня мы видим, что между Турцией и Таджикистаном установлен широкий диапазон отношений. В сфере экономики и торговли сегодня Турция находится среди главных партнеров Таджикистана. Культурное взаимодействие между нашими народами сохраняет свою жизнеспособность посредством туризма, образования и турецких сериалов. Несомненно, важную роль в достижении этого уровня сотрудничества играет взаимная политическая воля наших руководителей. С созданием Совета по сотрудничеству во время официального визита уважаемого президента Рахмона в Турцию в 2012 году усиленно поддерживается политический диалог, институализированный на самом высоком уровне. Недавний визит в Таджикистан президента Эрдогана в связи с участием в саммите СВМДА в прошлом месяце, был продуктивным с точки зрения определения на высоком уровне направления наших отношений. Мы ожидаем, что предстоящее заседание Совета по сотрудничеству станет поводом для новых шагов, которые продвинут вперёд наши отношения.
В селе Арбобхотун при поддержке ТИКА заработал новый Центр здоровья
— Вы отметили, что Турция является важным экономическим и торговым партнером Таджикистана. А в каком направлении эти отношения могут развиваться дальше? Какие дополнительные шаги надо предпринять для развития этого сотрудничества?
Естественно, потенциал сотрудничества в этой сфере намного больше. Диверсификация наименований экспортируемых в нашу страну товаров Таджикистаном, являющимся важнейшим партнером Турции в поставке хлопка и алюминия, упростило бы достижение цели – 1 миллиард долларов в товарообороте. Такую цель мы наметили и для инвестиций. Турецкие предприниматели могут содействовать развитию сельскохозяйственной индустрии Таджикистана, передавая свой опыт в таких сферах, например, как тепличное хозяйство, переработка и упаковка продуктов питания, оросительные системы. Подобный вклад Турция может внести и в развитие инфраструктуры транспорта и энергетики. Наши компании, которые осуществили проекты на общую сумму приблизительно 600 миллионов долларов в подрядном секторе в Таджикистане, готовы своими новыми проектами продолжать поддерживать развитие Таджикистана. В этом же направлении, мы планируем укрепить транспортные связи между нашими странами, увеличить количество авиарейсов турецких и таджикских авиакомпаний, начать осуществление грузовых авиаперевозок. Для достижения этой цели мы стараемся максимально воспользоваться и существующими механизмами, прежде всего Межправительственной комиссией, проведение заседания которой предусматривается нами в этом году.
— Как развиваются отношения между Турцией и Таджикистаном в области безопасности?
— Хочу отметить, что в области безопасности между соответствующими инстанциями наших стран существует тесный диалог и сотрудничество. Имеющиеся механизмы стабильно работают. Пример этому – недавнее проведение в Анкаре заседания Совместной комиссии, где обсуждались вопросы безопасности.
Турция и Таджикистан являются странами, генерирующими безопасность и стабильность в трудных географических условиях. Перед нами – схожие угрозы безопасности. Годами мы боремся с различными террористическими группировками. 15 июля 2016 года мы получили горький опыт попытки государственного переворота, который подобным образом Таджикистан пережил в 2015-м году. Поэтому, мы с Таджикистаном хорошо понимаем друг друга. В нашей стране мы не привечаем какие-либо формирования, которые могут нанести вред Таджикистану.
Супруга президента Турции открыла в Душанбе Центр реабилитации инвалидов
С другой стороны, мы стараемся предостеречь наших таджикских друзей об угрозе зарубежных структур террористической организации Фетхуллаха Гюлена (FETÖ), ответственной за попытку государственного переворота в Турции. Турция заплатила высокую цену в борьбе с этой организацией, просочившейся в ключевые структуры государства. Потеря 251 мирного гражданина, бомбардировка военными самолетами основных государственных органов, включая здание Парламента и президентский комплекс, предпринятая попытка покушения на жизнь президента во время попытки государственного переворота – стали травмой для страны. Мы не хотим, чтобы страны, в которых функционирует FETÖ, заплатили такую же цену. К сожалению, FETÖ до сих пор вербует сторонников по всему миру посредством своих школ, старается создавать и расширять свое влияние на общественное мнение, через свои СМИ, НПО и компании. Поэтому, своевременное осознание угрозы и закрытие лицеев FETÖ властями Таджикистана стало правильным шагом в плане обеспечения своей внутренней безопасности. Сегодня принятие подобных шагов и другими странами, показывает начало осознания опасности, создаваемой FETÖ. Мы будем и дальше стараться, чтобы угроза стала понятной и тем странам, в которых до сих пор существует эта террористическая организация.
— Наши страны объединяют наследие великого Руми и многовековые культурные связи. Какие меры могут быть предприняты для укрепления этих связей? Как Вы думаете, почему турецкие сериалы так полюбились таджикской аудитории?
— Таджикистан объявил 2019-2021 годы периодом развития села, туризма и народных ремесел. Общеизвестно, что Турция является одним из мировых лидеров в сфере туризма. Каковы перспективы сотрудничества Таджикистана и Турции в этой отрасли?
— Вы правы, Турция имеет большой опыт в сфере туризма и развитой туристической инфраструктурой. Только в прошедшем году мы приняли около 46 миллионов туристов. В этой связи, Турция может стать важным партнером Таджикистана в развитии сферы туризма. До сегодняшнего дня нами были выполнены работы по развитию этой области посредством проектов Турецкого Агентства по развитию и координации (ТИКА).
ТИКА осуществила 250 проектов в Таджикистане
— Мы знаем, что Турция оказывает помощь Таджикистану в разных областях посредством Турецкого Агентства по развитию и координации (ТИКА). Что Вы можете рассказать о деятельности ТИКА в Таджикистане?
— Известно, что значительная часть таджикской молодежи выбирает Турцию для продолжения своего образования. Что делает Турцию привлекательной в этой области?
— Думаю, что есть несколько базовых факторов, влияющих на выбор таджикской молодёжи. Прежде всего, высшие учебные заведения Турции весьма качественны и, по сравнению с другими западными странами, предоставляют возможность обучения по более низким ценам. Еще одним фактором привлекательности Турции является программа «Türkiye Bursları» («Стипендии Турции»), реализуемая с 1990-х годов. С удовлетворением констатирую, что до сегодняшнего дня более 800 молодых таджикистанцев получили образование в нашей стране в рамках этой программы, которая в основном включает в себя получение степени бакалавра, хотя она охватывает также и студентов магистратуры и аспирантуры. Считаю, что культурная близость также играет важную роль в предпочтении Турции. Таджикская молодежь, приезжающая в Турцию, легко приспосабливается к здешнему укладу жизни, не чувствует отчужденности, не сталкивается с дискриминацией. Эти студенты являются гуманитарным мостом между нашими странами и вносят свой вклад в обеспечение Таджикистана квалифицированной рабочей силой. Поэтому мы придаем значение нашему сотрудничеству в сфере образования.
Отношения Таджикистана с Турцией
Дипломатические отношения между Республикой Таджикистан и Турецкой Республикой были установлены 29 января 1992 г.
С июля 2016 года Чрезвычайным и Полномочным Послом Республики Таджикистан в Турецкой Республике является г-н Раҷабиён Маҳмадали Давлатшо.
Чрезвычайным и Полномочным Послом Турецкой Республики в Республике Таджикистан является г-н Али Рифат Кёксал с ноября 2016 года.
Посольство Республики Турция начало свою деятельность в Душанбе 22 марта 1992 г.
Посольство Республики Таджикистан в Анкаре было открыто в 1995 году.
Генеральное консульство Республики Таджикистан в Стамбуле начало свою деятельность в 2011 году.
За 27 лет дипломатических отношений между двумя странами состоялись визиты Президента Республики Таджикистан в Турцию (в 1996, 1998, 1999, 2006, 2009, 2010 и 2012 гг.) и Президента Турецкой Республики в Республику Таджикистан (сентябрь 1995, ноябрь 2001, май 2009 и июнь 2019 гг.).
Визит министра иностранных дел Турции в Душанбе состоялся 21 октября 2016 г. Министр иностранных дел Таджикистана посетил Турцию с официальным визитом 22-23 апреля 2019 г.
Регулярно проходят политические консультации министерств иностранных дел обеих стран. 7 марта 2019 г. в Душанбе состоялся пятый раунд политических консультаций.
В настоящее время между двумя странами подписано более 65 соглашений, меморандумов и других документов.
Важную роль в торгово-экономической области играет таджикско-турецкая межправительственная Комиссия по экономическому сотрудничеству. За годы сотрудничества в Душанбе и Анкаре были проведены десять заседаний данной Комиссии и последняя из них проходила 5-6 августа 2019 года в Анкаре.
В 2018 году объём товарооборота составил 401,43 млн. долларов США. В двусторонней торговле экспорт составил 276,524,00 долларов США, а импорт 124,914,000 долларов США.
В развитии двусторонних отношений Управление турецкого агентства по сотрудничеству и координации (ТИКА) в Таджикистане играет важную роль. Благодаря сотрудничеству с агентством на территории Таджикистана были реализованы десятки проектов.
Между Министерством образования и науки Республики Таджикистан и Министерством национального образования Турции создана постоянная Комиссия. В настоящее время проведено 4 заседаний данной Комиссии.
Таджикистан и Турция имеют культурное наследие, которое тесно связано с именем великого мыслителя Мавлоно Джалолиддина Балхи. Исторические и культурные ценности народов двух стран предоставило обширные возможности для дальнейшего развития отношений между двумя странами. В этой связи, по инициативе обеих сторон в Душанбе 19-20 октября 2018 г. состоялся Международный симпозиум в память Мавлоно Джалолиддини Балхи.
Приоритеты и акценты в таджикско-турецких отношениях
«Душанбе крайне заинтересован в развитии и углублении торгово-экономических отношений с Турцией, и старается избегать политизации этих отношений. В тоже время политический режим в Душанбе, направленный на полную секуляризацию общества, с определенной опаской воспринимает успехи правящей в Турции партии справедливости и развития», – политолог Хурсанд Хуррамов, специально для cabar.asia, дает оценку развития таджикско-турецких отношений.
За весь постсоветский период усилия турецкой дипломатии были направлены на налаживание тесных политических и торгово-экономических отношений со странами Центральной Азии. Тесные связи с новыми независимыми государствами региона давали определенный шанс Анкаре ограничить возможность России закрепить свои позиции, а также не допустить расширение влияния Ирана, тем самым подчеркнуть свою значимость для запада.[1] Экс-министр иностранных дел Турции И. Джем в одной из статей отмечал: «Турция после «холодной войны» приняла на себя роль важного геополитического игрока в центре большого региона, простирающегося от Европы до Центральной Азии»[2]. Моральную и политическую поддержку стремлениям Анкары оказали в 1991 г. США, Великобритания и руководство НАТО, обеспокоенные перспективой политической и идеологической экспансии Ирана в регионе.[3]
Взаимные интересы
Однако, стоит отметить, что Таджикистан в политической сфере, не являясь частью тюркского мира, выпадал из общей конструкции. Несмотря на общую религиозную идентичность между странами, межгосударственные отношения оставались на уровне экономического партнерства. Это, в первую очередь обусловлено тем, что в основе внешнеполитического вектора Турции изначально лежала не религиозная мотивация, а историко-геополитическая.
В геополитическом смысле в Таджикистане, Турция традиционно уступала не только России, Китаю, но даже Ирану, с которым Таджикистан имеет общую культурно-цивилизационную основу.
Трезво оценивая свои возможности, турецкий внешнеполитический курс в отношении Таджикистана исконно был направлен на получение экономических дивидендов. Официальный Душанбе, в свою очередь, начиная с 90-х годов имея дело с перманентным сначала политическим, а затем финансово-экономическим кризисами, был заинтересован в поиске не только потенциальных доноров, но и новых идеологических основ. В таких условиях «турецкая модель развития», предполагающая формирование светской государственности в мусульманской стране представлялась наиболее привлекательной.
Торгово-экономическое сотрудничество
Турция демонстрирует успешную политико-экономическую трансформацию и во внешней политике. Такая тенденция просматривается и по отношению к Таджикистану.
На начало 2014 г. по данным Министерства экономики Турции турецкая доля в строительном секторе Таджикистана составляет 500 млн. долларов. На эту сумму было реализовано 37 проектов. Прямые иностранные инвестиции Турции в Таджикистане согласно данным этого же ведомства составили 130 млн. долларов.
В Душанбе с участием турецкого капитала суммой в 10-11 млн. долл. был построен торговый центра «Кайнак». Турецкие компании являлись подрядчиками крупных строительных объектов, в том числе гостиничного комплекса «Хаятт Редженси» и стратегической автомагистрали Душанбе-Куляб-Кульма-Карокурум, соединяющая Таджикистан с Китаем[4]. Кроме того, еще в 2006 г. турецкая компания «Bursel Holding» планировала инвестировать около 75 млн. долларов в строительство крупной фабрики по производству текстильной продукции на территории Душанбе. Однако позже отказалась от проекта в связи с финансовыми проблемами.
Как показывает анализ представленных данных, за 2009–2013 годы как экспорт Турции в Таджикистан, так и импорт из Таджикистана выросли более чем в 3 раза, товарооборот с Турцией в 2013 г. составил 656,0 млн. долл. или 12,4% от общего суммарного объема внешнеторгового оборота страны. Это позволяет говорить о стабильном увеличении доли Турции во внешней торговле Таджикистана, только в 2009 г. она составила 5,9%.
При этом в 2010-2013 гг. Турция оставалась ведущим партнером Таджикистана по экспорту. В 2013 г. Турция импортировала из Таджикистана продукции на сумму 473,4 млн. долл., что составило 40,7% от общего объема экспортированных товаров, сохранив устойчивое положительное сальдо. Импорт достиг 182,6 млн. долл. или 4,4% от общего объема импорта в страну. Сумма экспорта превысила импорт 2.5 раза и составила 290,8 млн. долл.
За 2013 г. основными экспортируемыми товарами в Турцию являлись: хлопок-волокно, алюминий первичный, кожа и кожсырье. Импорт товаров и продовольствия из Турции в Таджикистан за этот период составляли: мясо птиц, мясо крупнорогатого скота, фрукты, а также моющие средства, ковры и текстильные напольные покрытия, изделий из пластмассы и резины, изделия из черных металлов, оборудование и механизмы[5].
Схема 1. Внешнеторговый оборот между Таджикистаном и Турцией за 2009- 2014 гг. (млн. долл. США)
Источник: Статистический ежегодник «Таджикистан в цифрах 2015г». – Душанбе. С. 343-370.
Однако в 2014 г. наблюдается упадок таджикского экспорта в Турцию в 2 раза, а турецкого экспорта в Таджикистан – на 25 %, что снизило положительное сальдо Таджикистана до 105 млн долларов. (См. схему 1.)
Таким образом, в 2014 г. в общем экспорте Таджикистана Турция находилась на 2-ом месте после Швейцарии (в 2013 году – на 1-ом), в импорте – на 7-ом. Среди государств-участников СНГ по экспорту в Турцию Таджикистан занимает 7-е место, по импорту из Турции – 11-е [6].
«Мягкая сила»
Среди приоритетов «мягкой силы» Турции в Центральной Азии и в частности в Таджикистане, можно выделить реализацию совместных проектов в сфере образования и культуры. С 1991 г. турецкое государство, частные предприниматели и негосударственные организации открыли множество учебных заведений в регионе в рамках «Большого студенческого проекта»[8].
В республике до недавнего времени функционировали шесть совместных таджикско-турецких лицеев-интернатов, первый из которых был открыт в городе Турсунзаде в 1992 г., на основании протокола договора о сотрудничестве между Министерством образования Республики Таджикистан и турецким образовательным учреждением «Шалола». Позже на уровне Министерства образования республики было принято решение о создании таджикско-турецких лицеев в городах Душанбе, Куляб, Курган-Тюбе, Худжанд и Хорог. Лицеи были открыты во всех указанных городах, за исключением города Хорога[9].
Несмотря на то, что «Шалола» в 2013 г. выплатила в государственный бюджет налог на сумму более 5 млн. сомони, а также несмотря на беспрецедентный успех учащихся лицеев, которые на протяжении 10 лет на международных олимпиадах завоевали 484 медали, из которых 88 золотых, 130 серебряных и 266 бронзовых, в 2015 г. данная компания была лишена статуса учредителя, а лицеи были преобразованы в школы для одаренных детей.[10] Лицеи были закрыты по просьбе президента Турции Р. Эрдогана,[11] так как «Шалола», является аффилированной фирмой движения «Хизмет», которое принадлежит оппоненту властей Турции Ф. Гюлену.
Кроме того, активное преподавание турецкого языка осуществляет центр ТОМЕР, открытый при посольстве Турции в Таджикистане.
Необходимо отметить, что в образовательной сфере, таджикско-турецкое сотрудничество изначально уступало практически всем соседним республикам, за исключением Туркменистана. Так, в соседнем Кыргызстане функционируют около 25 турецких школ, включая лицеи и два университета, в Казахстане 32 школы, лицеи и Международный Казахско-Турецкий университет им. Х. А. Ясави, в Туркменистане один лицей и один университет, в Узбекистане ранее до охлаждения отношений существовали 65 турецких образовательных учреждений[12].
Представляется, что здесь не последнюю роль сыграла именно лингвистическая разнородность между странами, которая в определенной степени сокращала спрос на турецкие лицеи внутри страны.
Вместо вывода
Для Турции сотрудничество с Таджикистаном, несмотря на определенный успех в торгово-экономической сфере, не выделяется особым образом, а является частью внешнеполитической стратегии в регионе.
На данном этапе позиции Таджикистана и Турции по международным и региональным вопросам не входят в противоречие. В то же время, в Турции нашли политическое убежище сторонники и члены оппозиционной, общественно-политической «Группы-24», «Молодежь за возрождение Таджикистана», а также Партии исламского возрождения Таджикистана. Все указанные группы были признаны в Таджикистане экстремистскими, а их члены объявлены в международный розыск. Однако Душанбе, в отличие от Ташкента, не так болезненно отреагировал на предоставление политического убежища своим оппонентам. Экономическая целесообразность в отношениях сняла вопрос экстрадиции членов данных групп с «повестки дня».
Политическая уступчивость также была проявлена Таджикистаном и в вопросе закрытия таджикско-турецких лицеев сразу же после просьбы Р. Эрдогана. В то время как официальные Бишкек и Астана, несмотря на более тесные политические отношения с Турцией, не приняли столь категорического решения, оставив вопрос турецких лицеев открытым по сей день.
Подобная политика говорит о том, что Душанбе крайне заинтересован в развитии и углублении торгово-экономических отношений с Турцией и старается избегать политизации этих отношений. В тоже время политический режим в Душанбе, направленный на полную секуляризацию общества, с определенной опаской воспринимает успехи правящей в Турции партии справедливости и развития, которая создавалась изначально представителями Исламской партии добродетели. Повышение имиджа политического ислама в Таджикистане одновременно может повысить имидж запрещенной Партии исламского возрождения, что является неприемлемым условием для политического режима. Подобный раздражительный элемент может быть и в дальнейшем определяющим фактором во взаимоотношениях двух стран.
Анкара, в свою очередь, особенно после перезагрузки отношений с Москвой, будет признавать ее интересы том числе в Таджикистане, но параллельно с этим развивать взаимовыгодные торгово-экономические отношения с республикой.
Представляется, что двусторонние отношения между Таджикистаном и Турцией, несмотря на некоторые неофициальные, идеологические противоречия, имеют большой нереализованный потенциал. Привлекательным по сей день для Таджикистана остается опыт Турции по развитию туризма, текстильной промышленности и переработки сырья. Кроме того, пока в таджикском обществе существует запрос на модернизацию, на экономическое развитие и на построение стабильного общества, турецкая модель развития, с учетом ее восточно-мусульманского компонента, объективно будет рассматриваться в качестве наиболее привлекательной.
Использованная литература:
[1] Троицкий Е.Ф Политика Турции в странах Центральной Азии (1992-2000 г.г)
[2] См.: Cem I/ Turkey: Setting Sail to the 2 st Century // Journal of International Affairs, Perceptions, September – November 1997, Vol.2.
[3] Winrow G. Turkey in Post-Soviet Central Asia. L.,1995. P. 135
[4] Алиев Р.Р Интеграция Республики Таджикистан в мировое сообщество//Актуальные проблемы развития ШОС. 2010. С-10.
[5] Шкваря Л.В., Русакович В.И., Лебедева Д.В Внешнеэкономические связи Республики Таджикистан с государствами Азии: современные тенденции // Управление экономическими системами: электронный научный журнал. 2015. № 6 (78). С. 12.
[8] Хас К. Особенности внешней политики Турции в Центральной Азии // Армия и общество. 2013. №3 (35).
[10] Политика на пути к миру и стабильности. Интервью посла Турции в Таджикистане ИА Авеста: http://avesta.tj/2011/10/27/politika-na-puti-k-miru-i-stabilnosti-intervyu-posla-turtsii-v-tadzhikistane/
[11] В Таджикистане не стали продлевать лицензию турецким лицеям (2015) Regnum : https://regnum.ru/news/cultura/1882283.html
Автор: Хурсанд Хуррамов, политолог (Таджикистан, Душанбе)