варламов хотели бы так жить
Новые районы Кёльна: хотели бы так жить?
Я понимаю, что своими постами про Западное Мурино и Новую Охту нанёс вам травму, так что спешу загладить вину. Давайте посмотрим, что там у немцев творится. На прошлой неделе я побывал в Германии и первым делом поехал смотреть на местные новые районы.
Новый квартал под названием Clouth Quartier находится в кёльнском округе Ниппес, прямо рядом с парком Йоганнеса Гизбертса. Почти 140 лет там работала фабрика резиновых изделий, открытая Францем Клутом. В 2005 году производство закрыли, и город выкупил участок земли площадью 14,5 гектара между парком и улицей Нилер.
Теперь тут строят жилые дома на 1000 квартир (многоквартирные здания вперемешку с таунхаусами), но при этом власти Кёльна собираются сохранить художественные мастерские, которые появились в этом районе в середине 90-х. Пока не очень понятно, переселят ли людей творческих профессий в новые помещения или отдадут им некоторые фабричные цеха.
Предполагается, что в новом районе смогут поселиться около 3000 человек, и ведь сейчас это один из самых больших строительных проектов Кёльна! Это вам не 100-тысячное Западное Мурино ) К тому же, район совершенно не изолирован от остального Кёльна. Он находится в довольно плотной сетке улиц, и к нему уже ведут три трамвайных маршрута.
01. Одно из помещений бывшего завода. В 2013-2014 годах в квартале шёл масштабный снос старых цехов, складов и подсобок, но некоторые здания решили сохранить как исторические промышленные объекты.
02. Где-то оставили здания целиком, а где-то только стены. Все парковки будут убраны под землю )
Деньги не пахнут: Почему блогер Варламов призывает не бояться прихода НАТО
Журналист Игорь Мальцев — о том, для чего российский блогер на подрядах поднял тему о том, что русскому мужику нечего бояться НАТО и от его прихода ничего не изменится
Русская блогосфера, как сон разума, порождает чудовищ. В принципе понятно, как это происходит: постишь фоточки, вьёшься ужом между государственными денежками и лизанием задницы Навального, корчишь из себя критика режима, спекулируя ёлочками по праздникам, и рано или поздно добиваешься признания бесхитростной аудитории или классово близких. И тут у тебя окончательно съезжает крыша, и ты начинаешь думать, что схватил Бога за бороду и всё, что несётся из твоего нечистого рта, — это натуральное откровение.
Собственно, типичный персонаж всей этой тусовочки — некто Илья Варламов, который разрывается между умными и красивыми, как та мартышка, логично высказавшись в стиле «пили бы баварское», неразумно добавив дисклеймер «только давайте без идеологии». Ну, без идеологии так без идеологии. Какая может быть у Варламова идеология, кроме сиюминутного барыша?
— Сейчас по телевизору постоянно говорят, что Россия в кольце врагов. И ближе всех к нам НАТО и американцы, — пишет новоявленный идеолог пораженчества Варламов. — По телевизору говорят: если бы мы не вернули Крым, там бы уже стояли натовские войска.
Или: «Если мы не будем делать ракеты, НАТО и американцы будут маршировать на Красной площади!» Выглядит хреново. Мне бы хотелось видеть Россию сильной, независимой страной, которую бы уважали. Ок, дайте представим страшный сон телевизора. Что в этом случае изменится для простого россиянина? Понятно, что для политических и бизнес-элит это будет катастрофа. Кого-то посадят в клетку, кто-то лишится бизнеса. Вместо Путина поставят какого-то несамостоятельного президента, марионеточное правительство. А что для простого мужика изменится? Придут в разваленную деревню натовские военные — и что случится? Они сожгут деревню? Загонят русских в концентрационные лагеря? Поднимут цену на водку? Лишат стариков дров? Без идеологии как изменится жизнь и быт простых людей?»
Действительно, ну как изменится? Да никак — даже станет легче. Во всяком случае, на Украине так тоже считали, когда пришли немцы, носители культурного кода Бетховена и Гёте. Я как-то в 1990-м пил пиво с группой ветеранов культурного просвещения народов, и один меня спрашивает: «А что ты к нам?» Отвечаю: «Так у меня сестру бабушки отправили из Сталино (Донецк) к вам остарбайтером, приехал её дочку навестить». «О-о-о-о!» — закричало собрание ветеранов. «Украина! Какая прекрасная страна! Как нас там встречали! — старческие глаза взметнулись мечтательно к небу. — Нас просто купали в цветах, и девушки в таких schönen Kleidern».
Действительно, ну немного постреляли дальних родственников Варламова, на что простой народ, для которого ничего не изменилось, только немного поаплодировал. Кстати, в тридцатые годы в Германии местное еврейское население резко разделилось на оптимистов и пессимистов. Оптимисты тоже утверждали, что ничего не изменится. Короче, выжили только пессимисты. Они вовремя убежали.
Мосье Варламов считает, что сейчас времена не такие жестокие и до чисток не дойдёт — он мечтает, что зачистят только Путина и его окружение и немножко бюрократов, которые сегодня ему обеспечивают безбедное проживание. Он мечтает о новых хозяевах, при которых будет себя ощущать так же прекрасно, как при нынешних. Это порода такая, «российский образованный класс» называется — они с тушки одного хозяина переползают гурьбой на тушку следующего, чтобы присосаться. Собственно, они этим занимаются примерно с 1917 года с удивительным успехом. И, если хозяин будет пришлый, так только лучше. Правда, с заботушкой о простом слесаре, как всегда у любителей Навального, враньё — вместо «Пятёрочки» будет REWE, а там водка от 20 евро (1700 рублей), да и заводики позакрывают — «Сименсу» и «Осраму» не нужны ваши заводики. Да и концлагеря теперь называются по-другому, тоже заботливо: например, тюрьма для отказников от вакцинации, как в Австрии, но это же тоже для блага народа?
А ещё Варламовы, будучи профессиональными шестёрками, даже представить себе не могут, что кто-то совсем простой, из тех, кого они презирают лютой ненавистью, просто не хочет жить и существовать под чужой пятой. И в этом нет никакой идеологии — просто здравый смысл и понятия о чести. А вот про «честь» с этими блогерами вообще не стоит разговаривать — они могут захлебнуться в своих пузырях. В их «Википедиях» такого слова нету.
Иди торговать ёлочками, Варламов, пока тебе ещё позволяют это делать. И больше жуй, чтобы поменьше говорить.
«Так жить нельзя!» Подборка варварски великолепных интерьеров от известного российского блогера. На эти фото невозможно смотреть без слез!
А все-таки есть еще куда расти карельским «дизайнерам» от бога и любителям устраивать шикарную жизнь в малогабаритных «хрущевках». Не стоит думать, что лакшери-люстры на потолках в 2.50, плюшевое великолепие и адский декор стен — приметы исключительно провинциальных интерьеров. Известный блогер Илья Варламов составил собственную подборку самых безвкусных, странных и сомнительных российских квартир. Свое досье звезда ЖЖ назвал «Так жить нельзя!» Хотя почему нельзя? Живут же люди.
Например, настоящие чудеса таятся за обычной дверью на обычной лестничной площадке в обычной многоэтажке на окраине Москвы. В прихожей гостей встречают чучело совы (кстати, под ним расположен супердомофон, фотографирующий каждого входящего) и фонтан с львиной головой. В гостиной нашлось место ангелам и камину. А спальни захватили леса, водопады и голуби. Интересно, во сколько обходится роспись на потолках малогабаритной «трешки»?
А создатели интерьеров этой квартиры, кажется, поставили себе амбициозную цель — собрать в пределах одной квартиры все символы дурновкусия и самые возможные из нелепых решений. Для этого и 200 квадратных метров мало!
— Кстати, непонятно, почему туалетная бумага без леопардового принта? Производителям надо задуматься под этим вопросом… — отмечает блогер.
А это уже Киев. Сложно сказать, что там в квартирах, зато каков подъезд! Имя дизайнера в этом случае известно — это киевский пенсионер Владимир Чайка. По его словам, творить он начинает без предварительных планов, все идеи приходят во время работы. Распечатать портреты Владимиру помогли родственники, а сын отливал лепнину и помогал крепить на стенах самые тяжелые фрагменты. На оформление подъезда ушло 15 лет.
Ну, и напоследок — квартира подмосковного принца. Конечно, принца, кого же еще!
— Сегодняшний наш герой родился явно не в ту эпоху. Он должен был жить во дворце, гулять по садам Версаля, ходить на приемы и балы, вызывать обидчиков на дуэли, а судьба закинула его в маленький городок Московской области, в гетто с пятиэтажками, промзоной. — пишет Илья Варламов.
Илья Варламов: Идеальный город или русско-американская мечта?
Проект благоустройства Щукино и запрет парковок на тротуарах Тверской улицы – эти и другие проекты улучшения городской среды сегодня разрабатывает Фонд Городские проекты и его соучредитель Илья Варламов. Другой фонд, в создании которого принял участие Илья, «Внимание» – поддерживает проекты по восстановлению исторического архитектурного наследия России.
Публицист, фотограф и бизнесмен, владелец авторского интернет-ресурса Варламов.ру поделился своим видением решения проблем застройки российских городов на House Business Day (https://housebusinessday.ru/)
Если спросить людей – чего они хотят, как себе представляют свою жизнь, то почти любой человек скажет: «Я, конечно же, хочу жить в своем доме». Закрывает глаза и представляет себе некую умилительную картинку, которую можно назвать «американская мечта». Потому мы эту картинку постоянно видим в американских фильмах: лужайка, детки, красивый домик. Все хотят так жить, но пока не очень получается.
А действительно ли американская мечта о собственном доме отражает русскую мечту? Является ли американская мечта решением для наших городов, стоит ли вообще к этому стремиться, какие есть минусы у такой застройки?
Давайте посмотрим на устройство разных городов. Типичный американский город выглядит примерно так: деловой центр, небоскребы, офисы, высокая плотность. Потом потихонечку этажность снижается, появляются культурные учреждения, сервисы, и дальше начинается бесконечная одноэтажная застройка – так называемая субурбия. Она может длиться на десятки километров, в некоторых районах на сотни. Один город перетекает в другой, создавая бесконечные агломерации.
В европейских городах картина примерно такая же. То есть город в плане этажности и застройки имеет образ конуса. Например, Лондон. В центре 10-13-этажные здания. Дальше этажность начинает падать, и к окраинам мы видим территории с блочной застройкой – максимум трехэтажные домики.
В Россию совершенно другая картина. Западные города имеют форму конуса. В России – форму воронки с относительно малоэтажным центром, так как у нас исторически центр городов был одно – двухэтажный. В советское время он вырос до пяти этажей и повыше.
У человека (застройщика) есть поле. Он берет какой-нибудь типовой проект, и штампует домики, ровно столько, сколько можно. Иногда мне кажется, что они отдают эту задачу компьютеру, чтобы компьютер выжал максимальное количество квадратных метров на заданном участке с соблюдением действующих норм.
Подобная застройка за рубежом активно велась после войны, когда был дефицит жилья. Многоэтажная застройка появилась в Англии, Франции, Германии, США. Только у нас эта история затянулась надолго и не собирается останавливаться. В Европе был конкурентный рынок недвижимости, и многоэтажная история быстро свернулась, потому что подобные районы стали быстро превращаться в гетто. Люди по разным причинам не хотели там жить, уезжали. Территория приходила в упадок, росла преступность. В итоге районы начали сносить.
В России продолжают утверждать, что мы не можем строить ничего другого: «… Потому что в России так много людей, так мало земли, и если мы видим какое-то картофельное поле, то кроме как 20-этажными домами, застроить его вообще никак нельзя….».
Здесь есть несколько проблем, почему так происходит. У этого градостроительного преступления есть три участника (фигуранта). Начнем с самого маленького – застройщика. Я стараюсь никогда не говорить: бизнес, а именно застройщик. Потому что с точки зрения бизнеса человек делает ровно то, что ему позволяют делать. Поэтому второй фигурант преступления – государство, которое регулирует законодательные нормы: что можно сделать, а что нельзя. Государство – один из ключевых участников преступления. Третий участник – потребитель. То есть плохо образованный потребитель, который совершенно не понимает, что он покупает.
Потребитель недвижимости в России – загадка. Человек вроде бы делает самую главную покупку в своей жизни, и готов покупать воздух, обещания. При этом человек отель в Турцию для отпуска выбирает более внимательно и тщательно, чем квартиру. Таким образом, когда речь идет о покупке недвижимости, люди готовы покупать вообще все что угодно. Не задумываясь ни о ликвидности своего актива, ни о том, что ему предлагают.
Вернемся к тому, как люди хотят жить. Люди понимают, что с многоэтажками что-то не так. И большинство отвечает, что хотели бы жить в отдельном доме коттеджного типа. Только 20% очень странных для меня людей желают жить в многоэтажном «бетонном мешке». Я не знаю, почему. Мне кажется, они просто из вредности решили испортить статистику.
Казалось бы, с желаниями все очевидно. Но если мы зададим другой вопрос: «а где будет находиться ваш дом», то все будет гораздо интереснее. Потому человек ответит: в центре города. Все хотят либо в центре города, либо в одном из районов города.
Здесь начинается проблема. Почему человек хочет жить в центре города или как можно ближе к нему? Потому что в центре горда сконцентрировано большое количество сервисов: выбор кафе, ресторанов, досуга, музеев, театров, кино, большое количество рабочих мест. За это мы любим центр города. И когда мы путешествуем, то ходим по центру города. Мало кто, ездит по окраинам и спальным районам, кроме меня. Что там делать? Там нечего делать, не интересно, скучно.
Но если селить людей в своих домах в центре города, то центр города начнет терять свою ценность, превращаясь в спальный район. Если таким образом в центре Москвы поселить 5000 человек, мы получим частный сектор – гигантское пустое пятно.
Если мы возвращаемся к так называемой русской (американской) мечте, к этим прекрасным домиками, в которых все хотят жить, то рано или поздно это желание приведет к той самой американской субурбии, бесконечным полям, поделённым на одинаковые участочки и застроенные примерно одинаковыми домиками. Если почитать американскую прессу относительно субурбии, то можно увидеть – они столкнулись примерно с теми же проблемами, с которыми мы столкнулись с нашими многоэтажками.
Иными словами, мы обсуждаем: как плохо наше массовое жилое строительство, как ужасны эти многоэтажки, что с ними делать, как их сносить, и что строит дальше, а они обсуждают: как ужасна субурбия и все проблемы, которые вызваны ею, что тоже нужно что-то менять. Получается две крайности, у которых есть свои проблемы.
Кстати, субурбия довольно интересно начиналась. После войны американский президент сказал, что люди, которые живут в субурбии, не станут коммунистами. Это казалось здравой идеей – наличие у всех частной собственности. Всё очень быстро вылилось в лоббирование частных корпораций при строительстве дорог, продаже домиков, выдаче кредитов. Вся индустрия отлично на субурбии заработала, и процесс до сих пор очень сложно остановить.
Сегодня, когда американцы начали подсчитывать экономические потери субурбии, то увидели, что в крупных американских агломерациях теряются сотни миллиардов долларов каждый год из-за различных проблем.
В чем минус субурбии, а по сути – американской мечты? Что с этим дальше делать?
Сегодня автомобили никто не любит. И все города пытаются с ними бороться. Потому что автомобили – это враги городов. Все стремятся как-то ограничить автомобилизацию, вводят различные меры. Стало понятно, что автомобиль рано или поздно просто убивает вокруг все живое. Автомобильная инфраструктура очень токсична.
Вторая проблема, которая вызвана повальной автомобилизацией – проблема со здоровьем и ожирением. Люди в субурбии ведут менее подвижный образ жизни, им просто некуда ходить. Вся жизнь привязана к машине. Люди, живущие в городе, наоборот, больше ходят и более подвижны.
Дальше начинается проблема большого количества дорог. Казалось бы, а что такого? Много дорог, много машин. Но на примере Лос-Анджелес можно увидеть – как замечательные 12-13 полосные магистрали стоят в пробках. Люди просто тратят очень много времени в пробках. А пробки, это огромный вред для экономики. Если посчитать, сколько люди тратят времени на то, чтобы куда-то добраться, примерно оценим час времени этих людей, то увидим огромные цифры. Кроме того, пробки и автомобили – это проблемы с экологией.
Четвертая проблема, и самая основная – ограниченное количество развлечений и услуг. Просто из-за низкой плотности населения. У жизни за городом нет выбора: кафе, ресторанов, школ, детских садов, развлечений. То есть обязательно нужно куда-то ехать, потому что в загородном поселке никогда не будет набора сервисов и услуг, которые есть в городе.
Я живу в центре Москвы и на моей улице есть пять кофеен. Еще есть пять кофеен на соседней улице, три кофейни через улицу и в принципе я, как любитель кофе, могу каждый день пить кофе в новой кофейне и получать от этого удовольствие.
Вокруг меня десятки ресторанов, две потрясающие библиотеки. У меня, когда потребовалось решить – в какую школу пойдет моя дочка, в обозримом радиусе оказалось 20 разных школ. Я окружен теми самыми сервисами, которые все любят. Любят те, кто хочет, чтобы их частный дом стоял в центре города. Но это пока не получается.
Последняя проблема субурбии – деградация общественного транспорта из-за нехватки людей, отсутствия большого пассажиропотока. Но зачем нужен общественный транспорт? Ведь есть же личная машина. Это вопрос справедливости города – машиной по разным причинам могут пользоваться не все люди: дети до 18 лет, пожилые люди, больные люди, люди без достаточных средств.
Люди, которых мы исключаем из счастливого общества владельцев автомобилей, теряют право на полноценную жизнь, что не очень гуманно. А у нас общество гуманное, и мы считаем, что люди, вне зависимости от своего социального положения, возраста должны иметь доступ ко всем благам цивилизации: вести достойную жизнь, учиться, развиваться, отдыхать. Это не работает в системах, где нет общественного транспорта.
Люди, которые живут в пригороде, пользуются благами города. Из-за того, что они не могут получить необходимые сервисы и услуги у себя, они вынуждены приезжать в город, тем самым нагружают городскую инфраструктуру транспортную, и требуют, чтобы город им делал стоянку, дороги. В нашей стране это пока не ярко выражено, но если мы берем США, где с точки зрения налогов все очень сильно разбито, они не платят за это налоги. Проще говоря, люди платят налоги в своём округе, а все сервисы получают в другом. Местные жители этому не очень рады, они на это не подписывались.
Что происходит с подобной застройкой сегодня? Пример, один из пригородов Окленда в Новой Зеландии, которая развивалась в русле американской концепции. Сейчас в стране созданы проекты по перестройке пригородов.
Образец – типичный пригород Окленда: холмы, красивые деревья, домики 1-2 этажа – типичная субурбия. Что власти делают? Выкупают у людей эти дома – новозеландскую мечту прошлого, которая сегодня уже не работает. То есть новозеландцы хотят другого качества жизни, других сервисов. И они продают свои дома, на месте которых начинается уплотнительная застройка домами в 2-3 этажа с квартирами. Застройщики пытаются уплотнить людей для того, чтобы как-то нивелировать проблемы сугурбии. Район начинает оживать.
Если мы сейчас будем строить так называемые ИЖС или четырёхэтажные дома, и думать, что все будет хорошо. Не будет. Потому что этот район также плох, как если бы здесь построили многоэтажки или наоборот – частный сектор. Хорошим район делает не столько формат застройки, сколько набор сервисов. Потому что в данном случае совершенно все-равно, какая этажность.
Сейчас все говорят об устойчивом развитии в градостроительстве. Хотя все сформулировали еще в 80-е года прошлого века, у нас почему-то только сегодня начали про это говорить. В России вообще есть мода – каждый год у чиновников появляется какая-то новая тема. В позапрошлом году все бегали вокруг блокчейна. Прошлый год был годом смарт-сити. Никто не успел понять, что такое смарт-сити, и сегодня все говорят про устойчивое развитие.
Когда мы говорим про то, каким должен быть нормальный город и его районы, и если мы действительно говорим про устойчивое развитие, то должны соблюдать некие принципы.
Первое – сохранение окружающей среды. Вопрос экологии, влияния города на окружающую среду волнует всех. Поэтому районы должны строиться в максимальной гармонии с окружающей средой, бережным отношением к ресурсам и высокой степенью энергоэффективности.
Второе – смешение функций и смешение населения. То, что делает город и район живыми. Нельзя, чтобы был город исключительно для стариков или для молодежи. Нельзя, чтобы был чисто жилой район, так называемый спальный район – это худшее, что может случиться с районом. Город должен быть смешанным, и иметь смешанную застройку.
Наравне с жильем в районе обязательно должен быть бизнес и развлечения. То есть каждый район необходимо рассматривать как маленький город, в котором есть весь необходимый набор сервисов, и нет поводов уезжать без особой надобности.
Третье – человеческий масштаб. С точки зрения европейской урбанистики речь идет о пяти этажах. Потому что считается, что из окна мы должны увидеть и четко различить кошку. У этого принципа есть глубокие исторические корни – первобытный человек забирался на высокую пальму, но должен был видеть и знать – кто под пальму подходит, видеть потенциальную опасность или дичь.
В СССР допустили 8 этажей, потому что важнее увидеть участкового, а не кошку. А участкового видно и с 8 этажа. Поэтому в новой российской урбанистике считается, что 8 этажей вполне человеческий масштаб.
Следующий важный момент – это транспорт. Нормальный город и район – это территория, где житель может отказаться от автомобиля, имея в пешей доступности все необходимые сервисы.
Если посмотреть на новые районы Европы и Америки, то можно увидеть насколько они удобны, там не возникает мысли взять машину.
И, естественно, хороший общественный транспорт. Потому что города должны быть справедливыми и безопасными. Вне зависимости от достатка, возраста, состояния здоровья люди должны комфортно перемещаться по городу.
Подводя итог, какой же должна быть современная массовая жилая застройка, предлагаю познакомиться с Олимпийским парком в Лондоне – на мой взгляд, один из самых удачных примеров жилых районов. Хороший пример, как относительно недалеко от центра Лондона на большой территории практически с нуля можно создать очень комфортный, правильный район, где есть жилье совершенно разных типов. Там есть несколько многоэтажек. В этом нет ничего страшного. Там есть офисные здания, много развлечений, остались спортивные объекты. Также есть плотная застройка из таунхаусов. Это смешанная застройка, разные типы жилья и разные функции.
В районе живут люди разного уровня достатка, потому что здесь есть и социальное жилье, и дорогие квартиры, и очень дорогие квартиры. Именно это делает район комфортным, безопасным, и демонстрирует устойчивое развитие, о котором сегодня все говорят, и к которому нужно стремиться.
sergeechev
sergeechevSa seisad lootusrikka tuleviku lävel,
kus sa vabalt ja iseseisvalt oma saatust võid määrata ja juhtida!
Сегодня бложер Илья Варламов опубликовал пост «Новые районы Питера. Хотели бы так жить?».
Да, в «Северной долине» немало проблем, но и писать о них необходимо объективно.
Итак, пройдусь по отдельным цитатам из поста.
Причём начну с заголовка. Лично мне не нравится употребление слова «Питер». От него отдаёт какой-то провинциальностью, это слово не из словаря интеллигента. Впрочем, что взять с бложера-москвича?
«в Питере создали самый плохой жилой район в России»
Это Илья в Девяткино не был;)
«Судя по карте микрорайона, уже готовы или почти готовы 17 корпусов»
Не знаю, как считал Варламов, у меня другие данные.
«Новые микрорайоны Парнаса – это не Купчино, Гражданка или улица Дыбенко»
Не «улица Дыбенко», а «Весёлый Посёлок». Бложер-москвич мог бы и погуглить;)
«Это история про то, как выжать максимум прибыли с гектара земли»
А больших расстояний между домами на том фото Варламов предпочёл не замечать? Много ли «прибыли» с тех «гектаров»?
«Надо было все разлиновать как парковку около торгового центра»
Надеюсь, рядом с домом Варламова именно так всё и «разлиновано».
«Места еще много. А значит, будет много новых домов! Значит, можно будет поселить сюда еще 100 000 человек!»
И сам же в начале написал (и это правда), что весь микрорайон будет численностью 80 000 человек. Зачем теперь писать как дурачок?
«Живописно»
И дальше фото неблагоустроенной территории (фото №15). Уведомляю бложера-москвича, что в этом «живописном» месте, согласно плану территории, будет парк. Не всё сразу же. Так что, перед тем, как пейсать посты, надо хорошенько погуглить. И подучить матчасть.
«Скоро дома обветшают и будут не такими чистенькими»
С чего им обветшать? И почему «скоро»? Талант Ванги проснулся?
«Чтобы вы понимали: здесь всё настолько экономно, что не хватило денег даже на нормальные балконы»
Это ложь. Подобные балконы («французские») строились только в первой очереди, сданной пять с лишним лет назад. В других домах нормальные лоджии/балконы. Кроме того, цимес именно таких балконов в том, чтобы люди свой хлам не могли складировать на них, и, соответственно, не портили бы внешний вид домов. Потому что в подобных квартирах есть кладовки, куда, вдали от посторонних глаз, и можно складывать свой хлам:)
«Сейчас разгар рабочего дня, но уже к вечеру тут не останется свободных мест»
Ложь. Вот фото, сделанное (кстати, с лоджии, а не с французского балкона;) ) сегодня около 21:00. Места есть. Или во сколько в Москве считают, что уже вечер?
«Широченные тротуары, пустыри, непонятные и никому не нужные заборы»
«Заборы тут возвели вокруг каждого клочка земли»
Чем тротуары-то не угодили? Было бы лучше, если бы тротуары были узкими?
А заборы понятные и нужные: это защита от тех самых автомудаков из разряда «паркуюсь где хочу».
«Конечно, здесь очень любят заборы»
Конечно, ведь данный забор (фото №33) огораживает территорию школы.
«Район славится дешевыми проститутками и борделями»
Варламов провёл маркетинговое исследование? Проверил на себе? Даже я, житель района, не слышал о такой «славе»:)
«Язык – узбекский. «
Во-первых, не узбекский, а таджикский. Хотя невежде-москвичу, может, и без разницы. А во-вторых, в русском языке есть знаки «!», «?» и «?!», но нет знака «. «.
«Выставка всевозможных мусорных контейнеров»
Раздельный сбор мусора же. Варламов против?
«Реально, один из худших районов в России»
Так «самый плохой» или «один из худших»? Надо бы определиться;)
«Запомните его, это будущее легендарное гетто Питера»
Видимо, талант Ванги таки проснулся.