вино со смирною что это такое
Толкования Священного Писания
Содержание
Толкования на Мк. 15:23
Свт. Григорий Богослов
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Его поят уксусом (ср. Мф. 27:48, Мк. 15:36,Лк. 23:36, Ин. 19:29), кормят желчью (ср. Мф. 27:34). Кого? Превратившего воду в вино (ср. Ин. 2:7-9), разрушителя горечи (ср. Исх.15:25), нашу сладость и всецелое вожделение (ср. Песн. 5:16).
О Сыне (Слово 29).
Свт. Кирилл Иерусалимский
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Какую желчь они поднесли к устам Его? Сказано, что дали Ему вина со смирною (ср. Мф. 27:34). Смирна же желчи подобна и горька. Этим вы воздаете Господу? (ср. Втор. 32:6) Такие-то дары, виноградник, ты приносишь своему Господину?
Огласительные слова для просвещаемых.
Свт. Иннокентий (Борисов)
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Между тем как воины ставили и укрепляли кресты, Иисусу Христу дано было, по древнему обычаю, питье, состоящее из вина, смешанного со смирной. Такое смешение, вызывая помрачение рассудка, делало менее мучительными страдания распятых. Судя по тому, что в числе последователей Иисуса Христа было довольно людей весьма богатых и усердных, следовало ожидать, что питье, Ему поднесенное, будет приятно, по крайней мере, не отвратительно: между тем, оно было горько, как желчь, и кисло – как уксус. Обстоятельство это заставляет думать, что напиток готовили враги Иисуса Христа и что мирра и вино взяты были самые плохие.
Не были ли даже добавлены при этом настоящие желчь и уксус? Бесчеловечность врагов Иисусовых делает это возможным, а слова ев. Матфея подтверждают эту мысль (Мф. 27, 34). В таком случае, чтобы понять евангелистов, следует предположить, что одни подносили Господу вино, смешанное со смирной, как то упоминается у ев. Марка, а другие – враги Его – давали Ему пить уксус с желчью, как повествует Матфей. Впрочем, нет особенной нужды допускать, что евангелисты говорят не об одном и том же питье: ибо слово, употребленное св. Матфеем, означает не один уксус, а всякую кислоту, и в частности, вино плохое, окислое, какое, без сомнения, и давалось преступникам. Равным образом, и желчь означает всякую горечь, особенно смирну, которая у евреев и называлась горечью. А поэтому, говоря словами Феофилакта, уксус с желчью значит то же у св. Матфея, что у св. Марка вино со смирной: ибо и вино могло быть названо уксусом из-за очень кислого вкуса, и мирра – желчью, потому что она весьма горька. Так точно понимал сказания евангелистов в свое время и блж. Августин, основываясь, между прочим, на древнейшем Сирском переводе Евангелия Матфеева, где вместо желчи стоит слово, означающее вообще горечь. Ев. Матфей, заменяя смирну желчью и вино уксусом, без сомнения, имел в виду выражение псалма Давидова (по переводу Седмидесяти): «даша в снедь мою желчь и в жажду напошиа мя оцта» (Пс. 68, 22).
Господь принял в руки чашу с питьем, но отведав, отдал назад. Чаша холодной воды, может быть, была бы Им выпита, потому что продолжительное изнеможение сил, в котором Он находился, вызывало жажду; но питье, притупляющее чувства, было недостойно Того, Кто один за всех пил чашу гнева Божьего. Несмотря на жестокость мучений, ожидавших Его на кресте, Сын Человеческий хотел претерпеть их все в полном сознании. Другого прохлаждающего питья без смирны или не было, или враги Господа не позволили дать.
Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа.
Прп. Исихий Иерусалимский
Блж. Августин
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
О согласии евангелистов.
Остерегайтесь и принимайте слова противников так, чтобы выплюнуть их, не проглатывая и не переваривая. Поступайте, как Господь поступил, когда Ему подали горький напиток: Он попробовал и выплюнул (ср. Мф. 27:34). Так и вы: слушайте и отбрасывайте.
Трактат на Евангелие от Иоанна.
Блж. Феофилакт Болгарский
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Пруденций
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Так в час креста, жаждой томимый, напиток предложенный отвергая, Христос его пробовать не желает И продлевает жажду.
О венце.
Лопухин А.П.
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Если вы обнаружили
опечатку, выделите текст
и нажмите Ctrl+Enter
Глава пятнадцатая
Военное сословие, всегда утешающееся бесчинствами и обидами, и теперь выказало обыкновенное свойство свое. Ибо если иудеи, слышавшие от Христа столько поучений и получавшие от Него так часто и так много благодеяний, нанесли Ему столько поруганий, то что нам сказать о язычниках? Итак, они сзывают на Него целый отряд, облекают Его для посмеяния в порфиру как царя и начинают бить Его; берут венец терновый вместо диадемы, вместо скипетра – трость. Сии слуги диавола заставили, как сказано, некоего нести крест Его; между тем, другой евангелист говорит, что Иисус шел, неся крест на Себе ( Ин. 19, 17 ). Но было и то, и другое: сначала несколько времени Он Сам нес крестное дерево, а когда нашли другого, способного нести, тогда заставили сего последнего, и крест несен был им. А для чего сказано и то, каких сынов был отцом этот человек? Для большего удостоверения, потому что человек тот, вероятно, был еще жив и мог пересказать все касательно креста. Но облечемся и мы в порфиру, царскую одежду. Я хочу сказать то, что мы должны шествовать как цари, наступая на змею и на скорпиона и побеждая грех. Мы именуемся христианами, то есть помазанными, подобно как некогда назывались христами цари. Поэтому да будет жизнь наша не рабская и низкая, но царская и свободная. Будем носить терновый венец, то есть потщимся увенчаться жизнью строгой, воздержной, чуждой плотских удовольствий, а не роскошной, изнеженной и преданной чувственным наслаждениям. Соделаемся и «Симоном», что значит послушание, и возьмем крест Иисусов, «умертвив уды наши, сущие на земле» ( Кол. 3, 5 ).
Толкование на От Марка 15:23
Сравнение переводов, параллельные ссылки, текст с номерами Стронга.
Толкование отцов церкви.
Толкование на От Марка 15:23 / Мк 15:23
Григорий Богослов (325/30−389/90)
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Его поят уксусом (ср. Мф. 27:48, Мк. 15:36,Лк. 23:36, Ин. 19:29), кормят желчью (ср. Мф. 27:34). Кого? Превратившего воду в вино (ср. Ин. 2:7−9), разрушителя горечи (ср. Исх.15:25), нашу сладость и всецелое вожделение (ср. Песн. 5:16).
Источник: О Сыне (Слово 29).
Кирилл Иерусалимский
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Какую желчь они поднесли к устам Его? Сказано, что дали Ему вина со смирною (ср. Мф. 27:34). Смирна же желчи подобна и горька. Этим вы воздаете Господу? (ср. Втор. 32:6) Такие-то дары, виноградник, ты приносишь своему Господину?
Источник: Огласительные слова для просвещаемых.
Иннокентий (Борисов) (1800−1857)
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Между тем как воины ставили и укрепляли кресты, Иисусу Христу дано было, по древнему обычаю, питье, состоящее из вина, смешанного со смирной. Такое смешение, вызывая помрачение рассудка, делало менее мучительными страдания распятых. Судя по тому, что в числе последователей Иисуса Христа было довольно людей весьма богатых и усердных, следовало ожидать, что питье, Ему поднесенное, будет приятно, по крайней мере, не отвратительно: между тем, оно было горько, как желчь, и кисло — как уксус. Обстоятельство это заставляет думать, что напиток готовили враги Иисуса Христа и что мирра и вино взяты были самые плохие.
Не были ли даже добавлены при этом настоящие желчь и уксус? Бесчеловечность врагов Иисусовых делает это возможным, а слова ев. Матфея подтверждают эту мысль (Мф. 27, 34). В таком случае, чтобы понять евангелистов, следует предположить, что одни подносили Господу вино, смешанное со смирной, как то упоминается у ев. Марка, а другие — враги Его — давали Ему пить уксус с желчью, как повествует Матфей. Впрочем, нет особенной нужды допускать, что евангелисты говорят не об одном и том же питье: ибо слово, употребленное св. Матфеем, означает не один уксус, а всякую кислоту, и в частности, вино плохое, окислое, какое, без сомнения, и давалось преступникам. Равным образом, и желчь означает всякую горечь, особенно смирну, которая у евреев и называлась горечью. А поэтому, говоря словами Феофилакта, уксус с желчью значит то же у св. Матфея, что у св. Марка вино со смирной: ибо и вино могло быть названо уксусом из-за очень кислого вкуса, и мирра — желчью, потому что она весьма горька. Так точно понимал сказания евангелистов в свое время и блж. Августин, основываясь, между прочим, на древнейшем Сирском переводе Евангелия Матфеева, где вместо желчи стоит слово, означающее вообще горечь. Ев. Матфей, заменяя смирну желчью и вино уксусом, без сомнения, имел в виду выражение псалма Давидова (по переводу Седмидесяти): «даша в снедь мою желчь и в жажду напошиа мя оцта» (Пс. 68, 22).
Господь принял в руки чашу с питьем, но отведав, отдал назад. Чаша холодной воды, может быть, была бы Им выпита, потому что продолжительное изнеможение сил, в котором Он находился, вызывало жажду; но питье, притупляющее чувства, было недостойно Того, Кто один за всех пил чашу гнева Божьего. Несмотря на жестокость мучений, ожидавших Его на кресте, Сын Человеческий хотел претерпеть их все в полном сознании. Другого прохлаждающего питья без смирны или не было, или враги Господа не позволили дать.
Источник: Последние дни земной жизни Господа нашего Иисуса Христа.
Августин (354−430)
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Источник: О согласии евангелистов.
Остерегайтесь и принимайте слова противников так, чтобы выплюнуть их, не проглатывая и не переваривая. Поступайте, как Господь поступил, когда Ему подали горький напиток: Он попробовал и выплюнул (ср. Мф. 27:34). Так и вы: слушайте и отбрасывайте.
Источник: Трактат на Евангелие от Иоанна.
Пруденций
И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял
Так в час креста, жаждой томимый, напиток предложенный отвергая, Христос его пробовать не желает И продлевает жажду.
Толкование Евангелия на каждый день года.
29 февраля
Тогда воины, взяв Иисуса, повели Его на распятие. И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял. Распявшие Его делили одежды Его, бросая жребий, кому что взять. Был час третий, и распяли Его. В шестом же часу настала тьма по всей земле и [продолжалась] до часа девятого. В девятом часу возопил Иисус громким голосом: Элои! Элои! ламма савахфани? — что значит: Боже Мой! Боже Мой! для чего Ты Меня оставил? Некоторые из стоявших тут, услышав, говорили: вот, Илию зовет. А один побежал, наполнил губку уксусом и, наложив на трость, давал Ему пить, говоря: постойте, посмотрим, придет ли Илия снять Его. Иисус же, возгласив громко, испустил дух. И завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу. Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он, так возгласив, испустил дух, сказал: истинно Человек Сей был Сын Божий. Были [тут] и женщины, которые смотрели издали: между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия, которые и тогда, как Он был в Галилее, следовали за Ним и служили Ему, и другие многие, вместе с Ним пришедшие в Иерусалим.
Место, где распяли Господа нашего Иисуса Христа, именовалось Голгофа — место черепов. Это было место казни всех преступников, ибо Он во всех отношениях «со беззаконными вменися».
Пригвоздив Его ко Кресту, они продолжали подвергать Его поношениям и бесчестию. Мы помним, как этому предшествовал лошадиный гогот издевающихся над Господом слуг. Еще раньше был суд иудеев, отравленных ядом ненависти, согласие Пилата, изо всех сил старающегося уклониться от ответственности. В действиях воинов была жестокость, и не было злобы. Для них Христос был очередным преступником, приговоренным к распятию, и они разыгрывали шутовской балаган по поводу Его царственности и божественности, но в этом не было злобы, а только грубые шутки. Это было началом большего глумления.
В мире, лежащем во зле и во лжи, христианин всегда может оказаться предметом насмешек. Но то, чему подвергся Господь, не идет ни в какое сравнение с тем, что может случиться с нами. Далее будет злословие кивающих головами первосвященников, и последнее искушение — сотворить чудо, которое даст Ему возможность избежать смерти и понравиться всем. Упразднить соблазн Креста. Но Господь являет совершенную верность замыслу Божию о спасении людей.
Совершилось! Теперь обнаженный от всего Христос соответствует официальному определению того, что Он Собой представляет, — осмеянный Царь, престол Которого — Крест, орудие казни преступников, и спутники Которого — два разбойника, справа и слева. Но среди страданий и поношений Христос на самом деле являет Свою царственность, и Крест Его — поистине Божественный Престол. Эта царственность открывается в Его смерти. Сила спасения исходит от Его немощи, вольно принятой до конца. До конца Он остается свободным, и Господином всего происходящего. Те, кто глумится над Ним: «Спасись Сам», просто не понимают, что Мессия пришел не для Того, чтобы спасти Себя.
«Возгласив громко, Он испустил дух», и завеса, разделяющая две главных части Иерусалимского святилища — Святое и Святое Святых — раздирается надвое. Это знамение, что ветхозаветное служение упразднено. Точно так же небо разверзлось, когда Господь крестился во Иордане (Мк. 1, 10). Служение Христово совершилось между двумя этими разрывами. Первый выражает вхождение небесного мира во все видимое творение. Второй — отходную песнь Ветхому Завету. Ныне путь к Богу открыт для всех людей. Оба разрыва сокровенны. Во Иордане только Предтеча видел разводящиеся небеса, и то, что совершается в Иерусалимском храме, сокрыто от взоров толпы.
Но то, что видимо всеми, — реакция народа. Безымянный зритель пытается облегчить страдание Умирающего, предложив Христу несколько капель уксуса, но он не осмеливается выразить перед другими свои чувства, и даже подхватывает злой каламбур: «Посмотрим, придет ли Илия снять Его». Один свидетель резко выделяется из других — сотник, произносящий во всем Евангелии от Марка самое торжественное исповедание веры: «Истинно Человек Сей был Сын Божий». Он был во многих сражениях и видел, как умирают люди. Но он никогда не видел, чтобы человек так умирал. Во время земной жизни Своим словом и чудесами Христос привлекал к Себе многих людей, но только Крест говорит прямо человеческим сердцам. Неизвестно, как сотник узрел в этом приговоренном к смерти рабе более чем обычного человека. В его устах слова «Сын Божий» означают только Божественное посланничество, но для христианина они говорят о большем. В них — самое высокое именование Христа, и оно произнесено в час смерти Господа. Откровение о Христе, Сыне Божием, составляющее всю вторую половину Евангелия от Марка, завершается Крестными Страданиями. Язычник сотник исповедует эту веру, не боясь последствий, которые для него это исповедание может повлечь. Он занимает место учеников, оставивших своего Господа и благоразумно смешавшихся с толпой.
Православная Жизнь
Смирна вместе с ладаном упоминается среди даров волхвов и встречается не единожды на страницах Священного Писания, однако, в отличие от ладана, она имеет несколько иное символическое значение.
Прежде чем говорить о символике смирны, расскажем об этом благовонном ингредиенте. Еще в эпоху античности смирна имела и другое, более распространенное имя – мирра (не путать с миром – многосоставным церковным благовонием). И, собственно, под этим именем более известна в источниках вплоть до нашего времени, а потому мы будем оперировать именно этим названием.
Слово «мирра» восходит к общему семитскому корню mrr, что означает «горький». В арамейском и арабском языках это слово звучит как murr, в иврите – mor.
Оно приникло в древнегреческий язык в двух диалектических формах: μύρρα и σμύρνα («мирра» и «смирна» в византийском произношении) и в латынь: myrrha.
Интересно также отметить, что в древнегреческом языке родственное слово μῠρον (мюрон) стало общим термином для обозначения духόв и вообще благовоний.
Мирра, как и ладан, – смола. В некотором смысле мирра является «родственницей» ладану, так как ее добывают тоже из деревьев семейства бурзеровых, но, в отличие от ладана, не из рода босвеллия, а из рода коммифора. Собственно, это растение так и называется: коммифора мирровая (лат. Commiphora myrrha).
Это небольшое, около 4 метров, дерево с шипами и ярко-красными цветами. Произрастает в Аравии (Оман, Йомен), на прилегающих островах (например, Сокотра), в засушливых областях Северо-Восточной Африки (Джибути, Эфиопия, Сомали, Кения).
На коре дерева делаются надрезы, из которых начинает медленно течь сок, застывая в виде «слез». Капли сока мирры изначально бледно-желтого цвета, по мере застывания становятся красно-коричневыми. Собирают смолу через две недели после надреза. Процесс сбора осуществляется дважды в год – весной и осенью.
Как видим, область произрастания коммифоры мирровой и способ добычи ее благовонной смолы во многом совпадают с территорией произрастания и методом обработки ладанного дерева (тем более что это растения-родственники, как мы уже говорили), но коренное отличие мирры в особой горечи и меланхоличности ее аромата, которые в древних культурах издревле ассоциировались с грустью.
Так, один из древнегреческих мифов рассказывает о дочери кипрского царя – Мирре-Смирне. Она за свои грехи была обращена богами в благовонное древо, смола которого на самом деле слезы Мирры.
И действительно, древесный, теплый запах мирровой смолы, в отличие от ладана, более горький (напомним происхождение самого слова: мирра = горький), да и на вкус мирра горьковата.
Издревле мирру использовали в качестве курительных составов для каждения в религиозных ритуалах и в древней медицине как антисептическое средство. Но особое значение она приобрела в погребальных ритуалах как одно из веществ, по древним представлениям, препятствующее разложению.
В большом количестве мирру использовали при бальзамировании тел умерших в древнем Египте. Об этом, в частности, свидетельствует Геродот, который подробно описывает процесс бальзамирования и упоминает, что бальзамировщики наполняют тело умершего «чистой растертой миррой, касией и прочими благовониями (кроме ладана)» [1]. Данные детали говорят о принятом в Египте особом погребальном характере мирры в отличие от ладана.
В Библии мирра упоминается в Книге Исход среди других веществ, из которых Господь велел Моисею составить священное миро для помазания (об этом составе мы расскажем отдельно в одном из следующих очерков).
Поклонение волхвов. Мозаика. Византия. XI век.Греция. Афины, монастырь Дафни
Также мирра (смирна) была одним из даров волхвов Младенцу Христу (Мф. 2:11), и если золото, согласно ряду толкований, означало дар царю, ладан – первосвященнику, то смирна предназначалась тому, кто готовится к погребению. Очевидно, что древняя Иудея приняла от Египта понимание мирры как погребального благовония.
Далее в Писании мирра (смирна) упоминается именно в связи с крестной смертью и погребением Спасителя.
Согласно Евангелию от Марка, перед распятием Господу было предложено одурманивающее вино с миррой, которое, как считают некоторые толкователи, должно было хоть немного притупить страдания казнимого: «И привели Его на место Голгофу, что значит: Лобное место. И давали Ему пить вино со смирною; но Он не принял» (Мр. 15:22–23).
И наконец, смирна использовалась для погребальных пелен Господа: «После сего Иосиф из Аримафеи – ученик Иисуса, но тайный, из страха от Иудеев, – просил Пилата, чтобы снять тело Иисуса; и Пилат позволил. Он пошел и снял тело Иисуса. Пришел также и Никодим, – приходивший прежде к Иисусу ночью, – и принес состав из смирны и алоя, литр около ста. Итак они взяли тело Иисуса и обвили его пеленами с благовониями, как обыкновенно погребают Иудеи» (Ин. 19:38–40).
Положение во гроб. Плащаница. 1599 г. Греция. Афины. Музей Бенаки
В христианское время мирра стала использоваться в качестве одного из многочисленных ингредиентов для составления богослужебных благовоний (некоторые виды фимиама, миро и т. д.).
Одновременно с церковным употреблением мирра оставалась и мирским благовонием, впрочем, не таким распространенным. В современной парфюмерии мирра широко используется сравнительно недавно. Одним из первых парфюмов с доминирующей нотой мирры был La Myrrhe от Serge Lutens 1995 года.
Также можно отметить Myrrhe Ardente («пылающая мирра») от Annick Goutal, выпущенный в 2007 году, и Myrrhe Impériale Giorgio Armani 2013 года. Эти торжественные, серьезные произведения подойдут далеко не каждому, но позволят хотя бы ощутить строгий и непростой аромат.
Дмитрий Марченко
1. Цитируется по: Геродот. История. Перевод и примечания Г. А. Стратановского. Под общей редакцией С. Л. Утченко. М., 1972.