возлюби бога и делай что хочешь
Люби Бога и делай что хочешь: как правильно понять?
Популярное изречение блаженного Августина «Люби Бога и делай что хочешь» отражает истинную духовную жизнь такой, какой она должна быть. Однако это высказывание следует понимать правильно, имея в виду правильное представление как о том, что значит «люби Бога», так и о том, что означает «делай что хочешь».
Люби Бога или делай что хочешь?
Всегда существовала проблема неправильного толкования или понимания какого-либо высказывания. Значительная мысль всегда имеет обоюдоострый эффект: оно может как навредить, так и помочь. Духовные знания являются фундаментальной причиной возвышения человека, но когда он использует их в корыстных целях, гордится ими или оправдывает с их помощью разнообразные порочные действия – они становятся причиной его падения. Так и в данном высказывании важно понимать что означает «Люби Бога и делай что хочешь».
Неправильное понимание данного высказывания приводит лишь к сентиментальному и инфантильному оправданию любого своего действия, поступка или слова этим высказыванием. На самом деле вопрос распространяется не только на это высказывание, но и на многие другие. «На все воля Бога», «я вечная душа и не имею отношения к материальному миру», «значит такова судьба» и многие другие утверждения становятся в недобросовестном сознании способом для успокоения совести. Сделал что-то неправильное – «на все воля Бога», кому-то навредил случайно или намеренно – «значит такова судьба», сознательно нагрешил, но не хочешь нести ответственности или не хочешь исполнять предписанные обязанности – «я вечная душа и не имею отношения к материальному миру». Иногда поражает способность людей настолько превратно использовать духовные сокровенные знания в совершенно очевидно материальных целях. Более того, эти цели ещё и крайне мелочные, низкие.
Когда следует руководствоваться духовными знаниями в своих действиях?
Смысл многих таких духовных высказываний заключается не в даровании комфортного существования для человека, а духовной жизни, которая с точки зрения материального существования как раз и является совершенно дискомфортной. Смысл таких высказываний заключается не в «делай что хочешь», а в «Люби Бога». Сначала нужно любить Бога, а затем делать что хочешь. Если мы любим Бога, то единственное, чем мы желаем быть заняты – это служением Ему таким образом, который бы принес Ему удовольствие. И с такой точки зрения речь совершенно не заходит о низких поступках и потакании своим чувствам. Речь идет об абсолютно духовной и возвышенной деятельности, которая приближает человека к Богу. Это сама жизнь с Богом, которому она посвящена. Такие глубокие высказывания должны правильно быть поняты и приняты для того, чтобы духовно совершенствоваться.
Духовно совершенствоваться означает переместить приоритеты с материальной деятельности на духовную. А духовной деятельностью является лишь служение Богу, которое мотивируется любовью и преданностью. В таком свете это и множество других высказываний становятся основой сознательного погружения в духовную жизнь. Случается с нами что-то плохое – «На все воля Бога», нас одолевают желания – «я вечная душа и не имею отношения к материальному миру», нам приходится выполнять трудную работу или совершать аскезы – «значит такова судьба». Такие высказывания всегда должны приближать к Богу, а не отдалять от Него. В противном случае они способствуют достижению противоположной цели.
Такие высказывания не стоит оглашать широко без пояснений и тем более их не следует применять, когда сознание ещё не утвердилось в духовной жизни.
Люби Бога и делай что хочешь
Испытывая любовь к Богу, в сердце человека не остается ничего кроме устойчивого желания служить Богу. «Люби Бога и делай что хочешь» означает то, что мы, в первую очередь, имеем в виду любовь к Богу, а уже затем делаем что хотим. И в этом случае наши желания будут всегда ограничены желаниями Бога. Но чего хочет Бог? Это можно узнать двумя путями. Бог изложил правила, принципы и предписания в виде священных текстов. Следуя им, мы удовлетворяем Бога, так как живем по Его законам. Когда сын любит отца, он вручает свою жизнь его авторитету, не пререкается, даже когда речь заходит о неприятной или тяжелой деятельности. Таким образом, любить Бога означает делать то, что Он велел, а Его повеления изложены в священных писаниях. Второй способ узнать чего хочет Бог – это искренне к обратиться к Нему напрямую, в своем сердце. Господь всегда присутствует в нашем сердце и оттуда наблюдает за нашими поступками, словами и мыслями. Если мы обратим все это к Нему – Он услышит наше обращение и даст понять то, как удовлетворить наше желание. В этом случае главное – искренность и полная готовность пожертвовать ради служения Богу даже чем-то важным. Считается, что искренних людей Господь милостиво избавляет от всего, что привязывает их к материальному существованию и того, чем люди гордятся и считают своим достоянием.
Таким образом Верховный Господь освобождает человека от ложной привязанности и очищает его сердце настолько, чтобы он смог заняться преданным служением. Это может выглядеть болезненно, но Господь – наш лучший благодетель, который вечно пребывает с нами, а потому любая Его милость, пусть даже и в особой форме, крайне благоприятна. Хирург по форме наносит вред организму, но он удаляет болезнь. Так и Господь удаляет болезнь материализма в сердцах искренних людей. С болезнью материализма самостоятельно справиться невозможно, точно так же как простой человек не сможет провести на себе операцию. Попытки самостоятельно избавиться от материализма часто диктуются либо материальными мотивами, либо сентиментализмом и отсутствием правильных представлений о том, что такое духовная жизнь. А такие мотивы становятся фундаментальной ошибкой, которая приводит к провалу. Иметь неправильные представления – то же самое, что взять не ту карту, а иметь корыстные представления о духовной жизни – значит держать правильную карту перевернутой.
Итак, «Люби Бога и делай что хочешь» означает, что наши желания подчиняются духовной жизни и служению Богу, которое проявляется как в искреннем стремлении удовлетворить Господа, так и в следовании Его наставлениям. Это совершенно иной путь, чем тот, который мог бы возникнуть в следствие неправильного понимания данного высказывания и многих других подобных. Корыстная заинтересованность искажает смысл и может принести временное облегчение совести и удовольствие, имея последствиями страдания, деградацию и неспособность прогрессировать. Правильное понимание данных высказываний очищает сознание, приближает человека к Богу и помогает построить с Ним близкие отношения. А что может быть возвышеннее отношений с Господом и чище служения Ему?
Беседа 4
(по общему счету 344)
О любви к Богу и о любви к миру
5. И не убеждают ли вас, братия мои, в том, что нужно любить жизнь вечную, те, которые так привязаны к настоящей временной жизни? Сколь многое делают люди для того только, чтобы жить эти немногие дни? Кто может исчислить труды и усилия всех, желающих жить и вскоре потом умирающих? Сколь многое делают они даже из-за немногих дней? А что делаем мы для жизни вечной? Что сказать, если вспомнишь, что делается из-за этих немногих дней на земле? Может быть, ныне живущий завтра умрет?! И вот, из-за неизвестного, ради немногих дней неизвестных, – что делают люди, что измышляют? И если вследствие болезни тела, впадают они в руки врача, если ожидается спасение от знающих и опытных лиц, если находится врач, могущий утешить отчаявшегося, – чего только не обещают ему и сколь многое отдают вперед, хотя бы ничего еще не было известно! Чтобы только немного пожить, отдают средства, на которые живут. Или, когда кто впадет в руки неприятеля и разбойника, если это будет отец, то сыновья, желая защитить и избавить его, спешат к нему на помощь и отдают то, что оставил бы он им, думая спасти его, чтобы схоронить затем. Сколько домогательств, сколько просьб, сколько усилий употребляют они – кто может исчислить все это? Но я хочу сказать нечто более ужасное и даже невероятное, если бы оно не случалось. Для чего говорить, что люди отдают, лишь бы жить, и ничего не оставляют себе?! Чтобы прожить только немногие неизвестные дни под постоянным страхом и в трудах – сколь многое они тратят? Сколь многое отдают? О, люди, люди! Я сказал уже, что тратят они даже и то, чем живут, лишь бы продлить жизнь свою. Но выслушайте о худшем и более тяжком, более преступном, даже маловероятном, как я сказал, если бы оно не случалось. Чтобы только немного пожить, жертвуют они даже тем, чем могли бы обезпечить себе постоянную жизнь. Выслушайте и вникните в то, что скажу я. Вот еще не сказано это, и однако многие уже заволновались из тех, коим Господь наперед благоволил открыть это, хотя оно еще и не высказано мной. Оставьте тех, кои для того, чтобы приобрести возможность недолго пожить, отдают и губят то, чем поддерживают самую жизнь свою. Посмотрите на тех, кои, чтобы приобрести себе возможность недолгой жизни, губят то, чем обезпечивали бы себе право вечной жизни, а именно: веру и благочестие, что есть как бы имущество, коим приобретается жизнь вечная. Вот неожиданно выйдет к тебе враг и, устрашая тебя, скажет не так: «Дай мне денег, и ты будешь жив», а заставит тебя отвергнуться от Христа, обещая сохранить тебе жизнь. Но когда ты сделаешь это, то, хотя и получишь право пожить еще немного, однако лишишься права на вечную жизнь. Скажи ты, боящийся смерти, это ли значит любить жизнь? Почему ты испугался смерти, если не потому, что любишь жизнь? Но Христос есть жизнь. И зачем ты домогаешься этой ничтожной, непродолжительной жизни, чтобы потерять жизнь блаженную? Или, может быть, ты не терял веры и не имел чего терять?! Итак, держись же того, чем можешь достигнуть вечной жизни. Посмотри на ближнего твоего, сколь многое делает он для того, чтобы хотя немногое время прожить. Подумай ты, уже отрекшийся от Христа, какое великое зло сделано тобой ради этих немногих дней жизни? И неужели не хочешь ты презреть эти недолгие дни, чтобы уже никогда не умирать, чтобы пребывать в вечном дне и чтобы под покровом Создателя твоего, в вечном царстве, сделаться равным ангелам? Что погубил ты, чего не сделал? Не взял ты креста твоего для того, чтобы следовать за Господом.
6. Смотри же, сколь благоразумным хочет видеть тебя Тот, Кто сказал тебе: «возьми крест свой, и следуй за Мною» ( Лк.9:23 ), и еще: «Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее» ( Мф.10:39 ). Кто сбережет душу свою, тот потеряет ее. А кто потеряет, тот сбережет ее. Для того чтобы погубить душу, будешь беречь ее, а когда погубишь, в конце концов, сбережешь ее. Два есть способа сбережения, и между ними указывается одна погибель. Никто не может потерять души своей ради Христа, если сначала не сбережет ее. И никто не может сберечь души своей во Христе, если сначала не погубит ее. Итак, береги, чтобы потерять. Теряй, чтобы сберечь. Но каким образом ты прежде сберегаешь ее, так что имеешь ту, которую теряешь? Когда думаешь, что ты в одном лишь отношении действительно смертен, когда помышляешь о Том, Кто создал тебя и вдуновением создал тебе душу, и помнишь, что ею обязан Тому, Кто дал ее, что Тому должна быть она возвращена, Кто направил ее и устроил. Сберегаешь ты душу свою, когда содержишь ее в вере; если веруешь, сбережешь ее. Ты был погибшим прежде, нежели стал веровать. Сберег ты душу свою, бывши мертвым в неверии и оживши в вере. Таков ты теперь, что можно сказать тебе: «был мертв и ожил, пропадал и нашелся» ( Лк.15:32 ). Обрел ты душу свою в вере истинной, когда ожил от смерти неверия. Вот что значит, что сберег ты душу свою. Губи ее, но пусть душа твоя будет семенем для тебя. Потому что и земледелец молотьбою и веянием находит пшеницу и опять при посеве теряет ее. Находится на гумне то, что погибает в семени. Погибает при посеве то, что находится в жатве. Итак, тот сбережет душу свою, кто потеряет ее. Но если хочешь жать, зачем ленишься сеять?
Евангелие по Матфею 7:12
Толкования:
Блж. Августин
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Блж. Иероним Стридонский
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Блж. Феофилакт Болгарский
Итак, во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними; ибо в этом закон и пророки
Евфимий Зигабен
Вся убо, елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им: се бо есть закон и пророцы
Вся убо, елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им
Все, что прежде узаконил относительно любви, теперь в немногих словах собрал существенное и вкратце возвестил легкое и самое справедливое дело, говоря: Вся елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им. Итак, делайте им то, чего желаете и от них, чтобы они делали вам, а это совершенно одно и то же, что любить ближнего, как самого себя. Поэтому и прибавил:
се бо есть закон и пророцы
Так утверждает древний Закон и пророки. Закон говорит: возлюбиши ближняго своего яко сам себе ( Лев. 19,18 ), а пророки часто увещевали иудеев к братолюбию. Но и Христос впоследствии законнику, вопрошавшему, какая заповедь в Законе большая, ответив, что это есть заповедь о любви к Богу и о любви к ближнему, присоединил: в сию обою заповедию весь закон и пророцы висят ( Мф. 22, 36-40 ), т.е. преимущественно держатся этих двух заповедей, наиболее трактуют об этих двух, а главною своею целью имеют научить людей, с одной стороны, любить Бога, живя благочестиво, а с другой стороны, любить друг друга, не обижая ближнего. Можно и иначе сказать, что весь Закон и пророки имеют в этих двух заповедях свой корень, основание и содержание.
Еп. Михаил (Лузин)
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Во всем, как хотите и прочее. Это правило называют «золотым правилом» Спасителя в силу его превосходства. Все, чего мы ожидаем от других для нас, сделаем ли мы для них, поставив себя в их обстоятельства, а их в наши? И делаем ли то же для других, если можем в наших обстоятельствах, что хотели бы получить от других? Если делаем, то мы беспристрастны, справедливы; если поставим себя на место другого и спросим себя: дали ли бы этому другому, чего сами желаем получить от него, и если совесть говорит, что дали бы, — то, значит, мы действовали бы по любви к ближнему, не по самолюбию. При исполнении христианами этого правила уничтожилось бы между нами множество пороков и злоупотреблений, так как в этом случае не было бы ничего незаконного, несправедливого, насильственного. «Здесь показывает (Спаситель) нам кратчайший путь к добродетели: поскольку мы, как люди, по себе знаем, что должны делать другим» (Феофилакт).
В этом закон и пророки. В этом сущность всего Ветхого Завета, это составляет главное нравственное содержание Ветхого Завета. В Ветхом Завете это не выражено прямо в таких или подобных словах, но это — сущность того, чего требовали от человека Закон и пророки в нравственном отношении. Любовь и справедливость — вот сущность этого правила; любовь и справедливость — сущность и всего Ветхого Завета. «В этом случае и Закон Божий, и пророки говорят то же, что повелевает нам и закон естественный» (Феофилакт).
Лопухин А.П.
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
(Логии, одна из ранних форм устной и письменной досиноптической традиции Евангелий. Впервые термин Логии употребил во 2 в. Папий. Жанр литературный Логий восходит к ветхозаветным временам; прообразом их служили притчи, т.е. краткие афоризмы, классический образец которых содержится в Книге Притчей Соломоновых. В междузаветный период и евангельскую эпоху поучения наставников принято было заучивать наизусть. Часть таких поучений была записана в первые века н.э. и составила сборник “Речения Отцов” (евр. Пирке-Авот). Следует отметить, что еврейский эквивалент термина Л. диврей может означать и слова, и деяния. По свидетельству Папия, евангелист Матфей первоначально записал Логии Христовы на еврейском (или, может быть, на арамейском) языке, и они вошли в греческую версию Евангелия от Матфея. Образцом Логий может служить Евангелие от Фомы. Оно состоит из 118 речений, каждое из которых начинается словами: “Иисус сказал”. По мнению большинства исследователей, Логии были одним из важнейших источников для евангелистов.)
Как же понимал эту связь Иоанн Златоуст? “В этих кратких словах (12 стиха) Спаситель заключил все и показал, что добродетель и кратка, и удобна, и всем известна. И не просто сказал: “во всем, как хотите”; но: “итак (ούν) во всем, как хотите”; слово: итак не без намерения употребил, но с особенной мыслью. Если хотите, говорит Он, быть услышаны, то, кроме того, сказанного Мною, и это делайте”.
Теперь какое же мнение из указанных считать верным? Следует ли считать ούν подлинным? Из двух предположений, по нашему мнению, вероятнее второе: ούν следует принимать за подлинное. Слова же 12-го стиха относятся не к ближайшему 11-му, а ко всей предшествующей речи, где говорится об отношении людей друг к другу. Подобные же вставки встречаются и во всех других ораторских речах и служат или для отдохновения самого оратора, или для того, чтобы дать возможность слушателям собраться с мыслями. Во многих случаях часто встречаются здесь повторения или обобщения, или просто бросается беглый взгляд на сказанное прежде.
Выражение не значит: “что делают вам люди, то же самое делайте и вы им”, потому что мы часто не можем делать другим всего того, что делают они нам. Следует понимать его в более общем смысле: за любовь мы должны отплачивать любовью же. Общая мысль та, что мы должны делать людям, чего желаем себе. Далее, не всегда мы можем и должны делать другим то, чего желали бы себе самим, потому что, как правильно замечает Альфорд, иногда то, что было бы удобно для нас, было бы неудобно для других. “Мы должны думать о том, что нравится нам, и затем прилагать это правило к нашему обращению с другими, т.е. делать им то, чего, как мы имеем основание предполагать, они желали бы. Это очень важное различие, и такое, на которое часто не обращают никакого внимания при толковании этого золотого правила” (Альфорд).
Прав. Иоанн Кронштадтский
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Прп. Исидор Пелусиот
Вся убо, елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им: се бо есть закон и пророцы
Достойны одобрения те, которые руководятся врожденным законом и делают то, что должно. Ибо естество человеческое само в себе имеет точное и неподкупное судилище добродетелей, на которое ссылался и Христос как на источник увещания и совета, говоря: вся, елика хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им. Потом, показывая, что это есть правило и благочестия, и человеколюбия, сказал: се бо есть закон и пророцы.
Свт. Иоанн Златоуст
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Итак во всем, – говорит Он, – как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними. В этих кратких словах Спаситель заключил все и показал, что добродетель и кратка, и удобна, и всем известна. И не просто сказал: во всем, как хотите; но: Итак во всем, как хотите; слово итак не без намерения употребил, но с особенною мыслию. Если хотите, говорит Он, быть услышаны, то кроме того, сказанного Мною, и это делайте. Что же именно? Во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди.
Видишь ли, как Он и отсюда вывел то, что вместе с молитвою необходима нам и добрая жизнь? Он не сказал: чего хочешь себе от Бога, то делай ближнему твоему, – чтобы ты не возразил: как это возможно? Он Бог, а я человек. Но произнес: если чего хочешь себе от равного тебе, то и сам то же оказывай ближнему. Что может быть этого легче? Что справедливее?
Потом, предлагая величайшую похвалу, еще прежде самых наград получаемую за соблюдение этой заповеди, говорит: Ибо в этом закон и пророки. Отсюда видно, что добродетель нам естественна, и мы все сами по себе знаем, что должно делать, так что никогда нельзя извиняться неведением.
Беседы на Евангелие от Матфея.
Свт. Иустин (Полянский)
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Об отношении к ближним, как к самим ceбе.
Это мировая заповедь о взаимных отношениях между людьми. Соображаясь с этою заповедию, мы, как люди, по себе знаем, что должно делать другим. Так, если хотим, чтобы нам благотворили, то и сами должны благотворить; если хотим, чтобы все нас любили, то и сами должны всех любить, и вообще, чего не любим сами, того не должны делать и другим. Сею заповедию Христос Спаситель показал, что Божественное учение о добродетели вообще и кратко, и удобно к исполнению, потому что оно близко к нам по природе и всем известно, так что никто не может извиниться неведением его.
Свт. Тихон Задонский
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
То есть чего хотим себе от ближних наших, то и им должны делать, а чего не хотим себе от них, того не должны и им делать. Хотим, чтобы они нас любили, и мы должны их любить. Не хотим, чтобы они нас обижали, не должны и сами их обижать. В этом все шесть заповедей Божиих о любви к ближнему сказаны.
Троицкие листки
Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте и вы с ними, ибо в этом закон и пророки
Не спасет и молитва того, кто сам нерадиво живет: молись, чтобы Бог помог тебе спастись; но и сам трудись, делай добро, как можешь Вот почему Господь, после того, как сказал: просите, ищите, стучите, – сейчас же дает и общее правило: как надобно жить христианину, правило, которое толкователи слова Божия справедливо называют золотым: Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, а вы конечно хотите, чтобы все люди любили вас, все делали вам добро, так поступайте и вы сами с ними: и вы всем и каждому делайте только добро. Хотите, чтобы вам благотворили, вас благословляли, за вас молились, прощали вам ваши проступки – все, даже и враги? Делайте и вы то же. Вообще, чего себе желаешь от людей, то делай и людям. Это и значит любить ближнего, как самого себя. И если бы люди исполняли это правило Христово, то не было бы ни обид, ни судов, ни хищений, ни убийств, ни распрей, ни войн, ни убожества. Вот правда Христова, всякому понятная, для всех благотворная. «В этих кратких словах, – говорит святитель Златоуст, – Спаситель показал, что добродетель и кратка, и удобна, и всем известна. Он не сказал: чего хочешь себе от Бога, то делай ближнему твоему, дабы ты не возразил: как это возможно? Он Бог, а я человек; но произнес: чего хочешь себе от равного тебе, то и сам оказывай ближнему. Что может быть легче этого? что справедливее?» ибо в этом закон и пророки, – это не новое, в сущности, правило; этому учили и ветхозаветный Закон писаный, и Пророки, и самый закон природы человеческой. Добродетель врождена человеку; мы и по совести знаем, что нам делать, так что нельзя оправдываться неведением. Даже языческие мудрецы, не ведавшие Бога истинного, говорили: «Не делай другому того, чего себе не желаешь». Закон этот перстом Божиим начертан на сердцах всех людей. «Душа человеческая, по природе своей, – христианка», – говорит Тертуллиан. Опытом познавшие всю благодатную силу этого закона святые отцы говорили: «От ближнего зависит и жизнь и смерть». Несмотря, однако же, на то, что добродетель так сродна и близка сердцу человеческому, она все же не обходится без скорбей и искушений, которые кажутся невыносимыми для греховной природы нашей, почему Господь и говорит: входите тесными вратами.
Любовь важнее всего. Но какая?
Где Дух Господень, там свобода (2кор. 3:17).
Мы говорим, что главное в христианстве – это любовь; в самом деле, Бог есть любовь, как пишет Апостол. Любовь важнее обрядов, любовь важнее богословских тонкостей, любовь важнее всего. С этим наши нецерковные собеседники охотно соглашаются; но я бы обратил внимание на то, что здесь имеет место культурное недоразумение – Апостол и обычный современный человек, говоря «любовь», имеют в виду несколько разные вещи.
Высказывания «любовь важнее всего» или, как сказал блаженный Августин, «люби Бога и делай что хочешь», истинны в их библейском и церковном контексте. Однако людей, находящихся вне этого контекста, они могут сбить с толку.
У этого непонимания есть несколько симптомов. Один из них – разговоры о том, что требованиями, налагаемыми церковной верой, и в области поведения, и в области исповедания можно пренебречь – главное любить Бога и людей. Неважно, насколько вы следуете библейским предписаниям, скажем в области семейной жизни; еще менее важно, исповедуете ли вы Иисуса Христа истинным Богом, просто хорошим человеком, аватарой, «великим посвященным», трагически непонятным рабби или кем-то еще. Важно, чтобы вы любили Бога и людей.
Непонимание, связанное со словом «любовь», можно проиллюстрировать следующим житейским примером. Женатый мужчина полюбил сотрудницу на работе; нет, это не мимолетный приступ похоти, это именно amore grande, союз двух сердец, Любовь (с большой буквы) на всю жизнь.
Вы почти наверняка что-нибудь такое видели. В этом случае слова «поступать по любви» будут означать для церковного христианина и для человека нецерковного вещи прямо противоположные; для одних «поступить по любви» будет означать оставить жену и предаться новому чувству, для других – остаться с женой, а чувство задавить недрожащей рукой. Те нецерковные люди, которые будут настаивать на том, что жену бросать (или изменять ей) все равно нельзя, будут апеллировать к порядочности, чувству долга, ответственности, но не к любви. Действительно, качество, которое не дает женатому мужчине увлечься новой любовью, будет на светском языке описано как «порядочность». В библейском контексте это именно любовь, любовь к Богу и человеку.
В светском понимании «любовь» имеет отношение к чувствам; это эмоциональное переживание, опыт, по отношению к которому сам человек является скорее страдательным, чем активным лицом.
В обычном языке странно и непонятно звучало бы повеление любить другого человека; напротив, часто говорят, что «сердцу не прикажешь». «Я полюбил» звучит как «у меня высокая температура»; «я переживаю некий опыт, который не могу вызвать и очень мало могу контролировать». Это верно не только по отношению к романтической любви: когда речь идет о дружеской привязанности, одни люди «вызывают симпатию», другие – нет.
Господь, напротив, обращается к нам с повелением любить: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душею твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя; на сих двух заповедях утверждается весь закон и пророки (Мф 22:37–40).
Бывают повеления моралиста – поступайте так-то; бывают повеления Создателя, которыми Он призывает к жизни новую реальность или восстанавливает то, что было разрушено грехом. Когда Господь говорит в Евангелии человеку, уже истлевающему в гробнице, Лазарь, выходи (Ин11:43), речь идет не просто о повелении – речь идет о даровании новой жизни.
Христианин – это человек, которого Христос выводит из гробницы его прежней жизни, жизни, в которой он был отчужден от Бога, к новой жизни – жизни, в которой человеку открывается, что Бог возлюбил его и еще задолго до его рождения замыслил его спасение. Как говорит Апостол, И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем (1 Ин 4:16).
Любовь в христианском понимании – это отражение любви Божией, отсвет Его спасительного присутствия в нашей жизни. Такая любовь коренится не в наших переменчивых настроениях, но в вечной и неизменной любви Божией; безусловная верность, долготерпение и прощение, которые христиане призваны проявлять в отношениях с людьми, являются отсветом Его верности, долготерпения и прощения. Итак, подражайте Богу, как чада возлюбленные(Еф 5:1) – говорит Апостол Павел.
Однако такое следование Христу и подражание Его любви означает труд, и, как нередко говорит Писание и святоотеческая литература, подвиг. Мы – грешные люди и будем совершенно освобождены от греха только в жизни будущего века; мы живем в обществе и культуре, многое в которой несет на себе печать греха и противления Богу. Поэтому нам заповедано избиратьлюбовь и повиновение Богу, следовать не нашим настроениям или чувствам – которые могут быть продиктованы несовершенством нашей природы или давлением внешней среды – а той новой жизни, которую дарует нам Христос.
На светском же языке фраза «любовь важнее всего» воспринимается как «важнее всего испытывать теплые, приятные чувства по отношению к Богу или людям»; если вы такие чувства испытываете (а нет ничего более неопределенного и необязательного, чем подобные чувства), то беспокоящий вопрос об отношениях с Богом можно считать снятым. Любовь у меня есть, и это главное; а всякие там догматы, обряды и хождение в Церковь – это непонятный и ненужный формализм.
Понятно, что христиане вовсе не это имели в виду; это недоразумение. На самом деле Апостолы говорят не о чувствах, а о другом.
Любовь же состоит в том, чтобы мы поступали по заповедям Его (2Ин 1:6).
Однако когда мы говорим о заповедях, мы сталкиваемся с еще одним недоразумением; сейчас слово «заповеди» или даже «десять заповедей», как правило, обозначает не «заповеди, находящиеся в Священном Писании, а что-то вроде «норм общежития, принятых в нашей культуре». Поскольку «нормы общежития», как и «общечеловеческая мораль», – понятия очень и очень размытые, невозможно понять, соблюдаю я их или нет.
Очень легко решить, что соблюдаю – а, стало быть, и с заповедями у меня все в порядке.
Однако «заповеди Божии» и «общечеловеческая мораль» – это не одно и то же. Они пересекаются – но не совпадают, более того, покоятся на разных основаниях. Первая заповедь из десяти говорит:
Я Господь, Бог твой, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; да не будет у тебя других богов пред лицом Моим (Исх 20:2–3).
Заповеди даются в рамках Завета, особых отношений, которые Бог устанавливает со Своими людьми. Человек, находящийся вне этих отношений, может быть и честным гражданином, и заботливым семьянином, и добросовестным работником – но нельзя сказать, что он соблюдает заповеди. Он не соблюдает уже самую первую из них.
Есть и другие заповеди, которые к «общечеловеческим» отнести нельзя – например, повеление Христа совершать Евхаристию в Его воспоминание:
И, взяв хлеб и благодарив, преломил и подал им, говоря: сие есть тело Мое, которое за вас предается; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, говоря: сия чаша [есть] Новый Завет в Моей крови, которая за вас проливается (Лк 22:19–20).
Это тоже заповедь; и о ней тоже Господь сказал:
Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди (Ин 14:15).
Да, любовь ко Христу, как Он сам ее определяет, предполагает хождение в Церковь и участие в Евхаристии. А еще она предполагает – произнесем это страшное слово – догматику. Простейшее обращение ко Христу с молитвой: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного» уже предполагает исповедание Его Всеведущим (то есть способным услышать молитву) Господом и Судией – то есть Богом. Можно, конечно, отказаться произносить такую молитву, но в этом случае Ваше решение будет не менее «догматическим» – только связанным с другими догматами.
В последнее время надо отметить и другое недоразумение, связанное со словом «любовь», недоразумение, когда саму Церковь объявляют не только чуждой, но и враждебной любви силой. Собственно, нет ничего необычного в том, что популярные философии и просто настроения масс, политические и религиозные движения ищут способ либо уничтожить Церковь, либо переделать под себя. Церковь есть скала, о которую постоянно с ревом бьются волны – так было в I веке, так остается и в XXI. В разные эпохи это совершалось под разными лозунгами – Церковь атаковали во имя отеческих богов, во имя разума и науки, во имя крови и расы, во имя справедливости и светлого будущего, теперь мы видим, как Церковь атакуют, по словам нападающих, во имя любви. Традиционные Церкви не рукополагают женщин во епископы? Они поступают так из ненависти к женщинам! Церковь рассматривает аборт как грех? Где же любовь к несчастным жертвам обстоятельств? Церковь не рукополагает в священный сан и не венчает между собой тех, кто упорно привержен содомскому греху? Церковь должна покаяться в ненависти к сексуальным меньшинствам!
Можно было бы считать все это просто пропагандой – мало ли из нас тех, кто застал коммунистов, слышал антицерковные лозунги – но для многих наших современников это звучит убедительно. Почему? Я думаю, это связано с некоторыми особенностями современной – и западной, и нашей – культуры. В отношении того, как эта культура видит любовь, можно сказать словами К.Г. Честертона – она выдает частичную истину за абсолютную. В Церкви именно это называется ересью. В наше время мы имеем дело с ересью, которая сводит любовь к утешению. В ней есть часть истины – и даже очень большая ее часть. Как говорит пророк, утешайте, утешайте народ Мой (Ис 40:1), а Апостол заповедует христианам утешать малодушных (1Фес 5:14). Евангелие есть слово благое, слово утешительное, христиане призваны поддерживать и ободрять людей, унывающих перед лицом зла и страдания этого мира. Более того, Евангелие есть возвещение о прощении грехов, и его утешение простирается на всех – как бы низко ни пал, как бы тяжко ни согрешил человек, и для него есть надежда, и ему уготовано место на Царском пиру – пиру, на который и он призван войти покаянием и верой. Не случайно и в богослужебных текстах Церкви, и в житиях святых постоянно повторяется мотив человека, который жил дурно, даже преступно, но затем через покаяние сделался святым.
Мы все – грешные, смертные люди, раненные своими и чужими грехами, глубоко нуждаемся в утешении; и утешение – именно то, чего люди склонны искать в Церкви в первую очередь. В этом нет ничего неправильного, они обращаются по адресу – но тут легко возникает ошибка. Любовь может проявляться не только в утешении. Любовь может глубоко огорчать. Любовь может даже сокрушить.
Можно привести пример из области, довольно далекой от духовной жизни. Как-то я посмотрел несколько выпусков британской передачи «Переведите назад ваши биологические часы». В передаче фигурируют британские обыватели, мужчины и женщины, приверженные вину и пиву, жирной пище, малоподвижному образу жизни, нервничающие на работе и через это очень похожие на московских обывателей их же лет – толстые, бледные и издерганные. Они приходят к доктору, который, обследовав их при помощи различных приборов, показывает, как их образ жизни разрушил – и продолжает разрушать – их организм, и почему их надежде прожить хотя бы лет до 80-ти не суждено сбыться. Глубоко потрясенные, удрученные и напуганные пациенты плачут прямо перед камерой. После этого им объясняют, что надо срочно изменить образ жизни, усердно заниматься физкультурой, покончить с выпивкой и так далее – тогда они избегнут преждевременной смерти. Пациенты следуют этим указаниям, отчего их здоровье, внешний вид и психологическое состояние заметно улучшаются.
Отметим, однако, что сначала врач говорит этим людям крайне неприятные вещи. Неблагожелательно настроенный зритель мог бы сказать, что людей запугивают, им внушают что их образ жизни неправилен, им показывают на экране монитора картины, которые должны вызвать отвращение и страх, их уверяют, что они погибнут, если не прислушаются к указаниям медиков. Более того, уверяя, что каждый может обратиться от фаст-фуда к здоровому питанию и от лежания на диване – к бегу трусцой, они внушают тем, кто не обратился, чувство неполноценности, стыда, вины и социальной второсортности. Некоторые именно это и говорят.
Я, однако, склонен думать, что врачи исполняют свой долг и поступают по любви – хотя большого утешения их слова пациентам поначалу не приносят.
Другой пример, увы, многим знакомый – когда ваш друг или родственник спивается, он, как правило, воспринимает любые ваши попытки помочь ему как горькую обиду – в штыки. По его мнению, вы не должны читать ему морали или указывать, что ему делать или не делать, вы должны «помочь» ему так, как он того хочет. Он считает, что его проблема не в том, что он пьет, а в том, что его окружают черствые, холодные люди, которые не хотят принять его таким, какой он есть.
Даже когда речь идет о такой вполне конкретной и понятной вещи, как здоровье, любовь не всегда означает утешение. В Библии же речь идет о гораздо более важных и сложных вещах – о нашей вечной участи. И многие слова Пророков и самого Господа звучат очень резко – если не покаетесь, все так же погибнете ( Лк. 13:3 ). У человека есть реальный выбор с реальными последствиями – не только в отношении режима питания и образа жизни, но и в отношении вечности. Если человек избирает путь погибели, этот путь его именно туда и приведет. И слово Божие настойчиво – а временами и резко – увещевает его свернуть с этого пути. Более того, псалмопевец – а вместе с ним и всякий христианин – обращается к Богу с молитвой об обличении: Испытай меня, Боже, и узнай сердце мое; испытай меня и узнай помышления мои; и зри, не на опасном ли я пути, и направь меня на путь вечный (Пс 138:23–24).
Почему современные люди хотят от Церкви только утешения и рассматривают всякое обличение, всякое указание на грех как проявление «отсутствия любви» или даже «ненависти»? Это связано с одной важной особенностью современной культуры – это культура без надежды. Человек этой культуры способен согласиться с тем, что врач вправе говорить неприятные истины – речь идет о такой осязаемой ценности, как здоровье. Может быть, если он послушает врачей и изменит свой образ жизни, он проживет на двадцать лет дольше. Но на что-то большее человек не надеется; в его мире нет места для вечной жизни, для рая, для радости, далекие отблески которой заставляли бы трепетать от надежды ее обрести и ужасаться при мысли, что ее можно утратить. Все, что есть, – это отпущенный природой небольшой срок, за который неотвратимый процесс старения отнимет сначала физическую привлекательность, потом здоровье, а потом и саму жизнь. Если больше надеяться не на что, остается искать какого-то комфорта, каких-то доступных удовольствий и какого-то утешения, которое можно в этих узких рамках получить. И когда человек сталкивается с обличением в грехе, он видит только то, что его удручают и огорчают и не в состоянии понять, ради чего. Именно из культуры безнадежности и исходят современные требования к Церкви – дайте нам немного утешения, немного поддержки, немного тепла и отстаньте от нас с требованиями как-то изменить свою жизнь. Вы говорите что у Церкви нет для нас утешения, пока мы не согласимся покаяться, изменить свое поведение или хотя бы свое отношение к этому поведению? Ах, какая черствость и отсутствие любви!
И тут надо попросить человека – пусть даже не обратиться, а хотя бы просто увидеть Церковь в ее собственной перспективе. Надо попробовать на минуту представить себе: то, что сказано в Евангелии, правда. Представить себе, что слова Иисуса Христа – истинны, и истинны по отношению к каждому из нас лично. Церковь стоит на том, что вечное спасение – реальность, превосходящая всякую другую реальность. Это не условность, не фикция, не ролевая игра, не набор ритуальных фраз, унаследованных от давно умершего прошлого. Вечное спасение или вечная гибель, невыразимая радость или невыразимый ужас – это то, навстречу чему каждый из нас несется со скоростью шестьдесят секунд в минуту.
Церковь возвещает не психологическую помощь и не аутотренинг. Церковь возвещает вечное спасение во Христе, вечную жизнь, которую мы можем навеки обрести – или навеки утратить.
Мы странники и пришельцы, наш дом – на Небесах; в дороге у нас может быть и радость, и утешение, но постольку, поскольку все это не мешает главной цели – нашему возвращению в небесное Отечество. Апостол Павел сравнивает жизнь христианина с тренировкой атлета. Не знаете ли, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить. Все подвижники воздерживаются от всего: те для получения венца тленного, а мы – нетленного. И потом я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух; но усмиряю и порабощаю тело мое, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным (1Кор 9:24–27).
Атлет подвергает себя изнурительным тренировкам и разнообразным лишениям, он соблюдает режим, диету, во многом себе отказывает – потому что у него есть цель. Он хочет взять приз. Любой добросовестный тренер, который помогает ему в этом, будет, что называется, «напрягать» – требовать что-то делать и от чего-то отказаться.
Если человек не верит ни в какой приз, все эти труды и лишения будут казаться ему полной бессмыслицей; собственно, в таком случае они и есть бессмыслица. Но тогда совершено не зачем присоединяться к команде.
Христианин знает, что в конце пути – а путь может быть очень нелегким – его ждет радость, превосходящая всякое разумение. Он знает, куда он держит путь. У него есть цель. Ограничения, которые христианин принимает, связаны с этой целью. Если вы не верите ни в какое вечное спасение, то вполне вероятно, что эти ограничения будут представляться вам совершенно бессмысленными. Если все, что у нас есть – это земная жизнь, а потом нас закопают и лопух вырастет, остается только позаботиться о том, чтобы прожить дни наши по возможности комфортно, избегая неудобств и страданий, раз уж никаких иных утешений не предвидится.
Конечно, следование своим желаниям нередко оборачивается мучительным разочарованием и горечью уже здесь, на Земле, но все равно будем есть и пить, ибо завтра умрем – и пусть Церковь не портит нам при этом настроения своими разговорами о правде, воздержании и будущем суде. Но в таком случае Церковь просто перестанет верить в Евангелие и следовательно просто перестанет быть Церковью. Зачем она вообще в таком случае будет нужна? Церковь свидетельствует истину – «есть путь жизни, и есть путь смерти, и велика разница между ними (Дидахе 1:1)». Церковь делает это именно из любви. Напротив, слова «любовь – это главное, остальное неважно» превращаются в удобную отговорку, чтобы лишить себя и веры, и подлинных отношений с Богом, и, конечно, самой любви.
Беда в том, что люди склонны вновь и вновь впадать в такое недоразумение; как говорит Аслан у Льюиса: «О дети Адама, как умеете вы защищаться от всего, что вам ко благу!».