отношение шотландцев к англичанам
Пороги
НЕЗАЛЕЖНИЙ МОЛОДІЖНИЙ ПОРТАЛ
Англичане и шотландцы: вечное соперничество соседей
После смерти английской королевы Елизаветы 24 марта 1603 года троны Англии и Шотландии объединились под одной короной. Во избежание проявлений недовольства каждой из наций королевство назвали Великобритания. «Пороги» разбирались, как с тех пор уживаются на одной территории шотландцы и англичане.
Шотландцы и англичане, мягко говоря, недолюбливают друг друга. В 2014 году, спустя 300 лет после объединения, в Шотландии даже прошел референдум о независимости от Англии. В результате, 45 процентов жителей захотели отделиться от соседей, но так как 55 процентов все же были против, Великобритания осталась единой.
Впрочем, нежелание разделять Великобретанию не избавляет их от удовольствия все время подтрунивать друг над другом.
Шотландцы любят рассказывать байку про то, как Господь, создав Шотландию и с наслаждением взирая на плоды своих трудов, призвал архангела Гавриила, дабы и тот насладился этим зрелищем. «Ты только посмотри, – сказал Господь. – Вот мое лучшее творение! Чудные горы, мужественные мужчины, прекрасные женщины, чудесная прохладная погода. И еще даровал я им красивую музыку и особый напиток под названием виски. Испробуй». Гавриил посмаковал виски, похвалил Господа и сказал: «Прекрасно! Но не кажется ли Тебе, что Ты слишком расщедрился? Не боишься их избаловать? Может, добавить ложечку дегтя в их бочку меда?» На что Господь ответил: «Знал бы ты, каких я подсунул им соседей!».
Разногласия между этими двумя народами основаны в первую очередь на культурных различиях.
Дерзкие шотландцы с яркими традициями, килтом, волынкой, игрой в гольф, рыбалкой. И консервативные англичане до абсурда верные привычкам и ритуалам.
Шотландцы используют против англичан и черный юмор. «У нас, в Шотландии, сложное отношение к глобальному потеплению, – говорят они. – Мы ведь будем сидеть на горах и смотреть, как тонет Англия».
Шотландский комик Фрэнки Бойл однажды пошутил: «Самое распространенное, по-моему, проявление антианглийских настроений в Шотландии – это аргентинская футбольная атрибутика. Загляните в любой шотландский город во время Чемпионата мира, на который не прошли шотландцы (то есть любого чемпионата с 1998 года), и вы увидите, что темно-синий английских соседей встречается намного реже, чем небесно-голубой их главных соперников». Действительно, шотландцы говорят, что они болеют «за кого угодно, кроме Англии» и поддерживают в футбольных матчах и других видах спорта не соседей, а их противников.
В свою очередь англичане считают, что «шотландцы – это такие любители кокаина и жирной жареной пищи, сентиментально гордящиеся нелепыми традициями». Тонкий английский юмор иногда посвящен отсутствию трусов под килтом у шотландцев и охоту на хаггис – блюдо из бараньих потрохов, сваренных в бараньем желудке.
В британских школах худшее оскорбление – слово «шотлашка» («scoit»). Так называют тех, из кого издевательства одноклассников не успели выбить следы шотландского акцента. И школьниками дело не ограничивается. Британцы в разговорах о шотландском народе обычно говорят «они» вместо «мы». Они – шотландцы. Мы – британцы.
Подготовила: Марина Галич
Все за сегодня
Политика
Экономика
Наука
Война и ВПК
Общество
ИноБлоги
Подкасты
Мультимедиа
Ненавидят ли шотландцы англичан?
Если шотландцы так ненавидят англичан, почему шотландские юмористы их не высмеивают в то время, как английские охотно смеются над северными соседями?
Жили-были англичанин, ирландец и шотландец. Ирландец делал какие-то глупости, но затем Ирландия стала «кельтским тигром» и мы перестали шутить про ирландцев. Шотландец был скупым, но сейчас принято больше обращать внимание не на его скаредность, а на его пищевые привычки. А что же англичанин? Англичанин – это тот, кто рассказывает анекдот.
(Валлийцев, разумеется, высмеивают отдельно, в то время как корнуолльцев, мэнцев, и жителей Нормандских островов постигла самая худшая для школьника участь – их игнорируют.)
Сейчас приближается пресловутый референдум, и меня как шотландца, живущего в Англии, иногда спрашивают, правда ли, что шотландцы ненавидят англичан, и как сильно они их ненавидят. Судя по всему, не меня одного. Эндрю Марр (Andrew Marr) недавно заметил: «В Шотландии существуют очень сильные антианглийские настроения. Все это знают – они всегда были». Однако, по-моему, он упускает из виду одно важное обстоятельство.
Я прожил в Шотландии первые 24 года своей жизни. Тогда, по некоторым причинам, о которых я расскажу ниже, у меня был акцент, очень похожий на английский. Однако я могу вспомнить только один случай, когда человек, сочтя, что я – англичанин, негативно прореагировал на это. Я спросил у своего брата из Данди, у которого такой же акцент, и он сказал, что у него тоже не было из-за этого особых проблем. Кроме того, он отметил еще одну вещь.
Этим летом комик Маркус Бригсток (Marcus Brigstocke) вволю пошутил про шотландцев. По-видимому, волынки и лишний вес – это по-прежнему смешно. Я выделил именно Бригстока, потому что он обычно старается не трогать тех, кто слабее.
Те английские юмористы, которые склонны, по выражению замечательного комика Стюарта Ли (Stewart Lee), издеваться над слабыми, сейчас намного чаще прохаживаются по адресу шотландцев (молчаливо подразумевается, что это шотландцы из рабочего класса) и завернутых в тартан, хорошо прожаренных шоколадных батончиков с героином, чем над (якобы) невежественными ирландцами. Простой поиск в интернете по именам трех наиболее известных английских комиков такого типа, сразу выдал мне кучу шуток на эту тему. Подобные шутки настолько предсказуемы, что у Стюарта Ли даже есть скетч, в котором он пародирует высмеивание шотландцев английскими юмористами. По крайней мере, мне кажется, что он делает именно это.
Шотландским аналогом Бригстока и Ли можно считать Армандо Януччи (Armando Iannucci). Мой брат спросил меня, могу ли я представить себе у него антианглийские шутки (или пародии на антианглийские шутки)? Разумеется, нет. Ни у него, ни у Билли Конноли (Billy Connolly), ни у Рори Бремнера (Rory Bremner), ни у Фреда Маколи (Fred MacAulay), ни у Элейн Смит (Elaine C Smith), ни у Сьюзен Калман (Susan Calman) и у Джени Годли (Janie Godley).
При этом, конечно же, определенные антианглийские настроения в Шотландии есть. Они просто обычно не принимают форму открытой неприязни к англичанам/тем, кто похож на англичан (хотя уверен, иногда такое бывает), или регулярных издевок юмористов, эксплуатирующих скрытые чувства общества.* Но, на мой взгляд, форма – важный фактор.
Поясню, что я имею в виду. Самое распространенное, по-моему, проявление антианглийских настроений в Шотландии – это аргентинская футбольная атрибутика. Загляните в любой шотландский город во время Чемпионата мира, на который не прошли шотландцы (то есть любого чемпионата с 1998 года), и вы увидите, что темно-синий английских соседей встречается намного реже, чем небесно-голубой их главных соперников.
Суть шутки Фрэнки Бойла не в том, что англичане утонут – она в бессердечии шотландцев. Это национальный юмор, шутка над самой из той же серии, что шутки про шотландские береты, отсутствие трусов под килтом и охоту на хаггис. Шотландцы принимают и обыгрывают свой собственный пародийный образ. Бодрийяру бы это понравилось.
А еще бывает дискриминация, проистекающая из невежества. Шотландский издатель Кевин Уильямсон (Kevin Williamson) отмечает: «В Англии у писателя из Кении, Канады, Италии, Белоруссии или Мехико больше шансов заключить договор с издательством, успешно распространить книгу, быть выдвинутым на престижную премию или получить рецензию в крупном издании, чем у нового голоса из Шотландии».
Линси Хэнли (Lynsey Hanley) в своей в целом очень хорошей статье о снобизме и местных акцентах пишет: «Я интервьюировала молодых музыкантов из Данди, которые считали, что лучший способ показать мне, какие они суровые и аутентичные – сделать так, чтобы мой диктофон не записал ни одного понятного слова. Полагаю, все, что они хотели сказать людям – это то, что сказать им нечего».
Между тем, если бы Хэнли дала себе труд слегка разобраться в проблеме, она бы выяснила, что диалект Данди сильно отличается от ее родного бирмингемского произношения, поэтому неудивительно, что собеседники не могли друг друга понять. Считать носителей другого диалекта дураками – обычный культурный империализм, вещь ничуть не новая.
В школе, в которую я ходил, расположенной в Шотландии, все говорили, как я. Она была основана Гладстоном, стремившимся перенести в Шотландию английскую систему закрытых частных школ. Если не брать в расчет географию, это абсолютно английское учебное заведение – от экзаменационного зала до крикетных калиток. Его задачей было создавать имперскую элиту. Это было частью более широкого процесса конструирования «британскости», о котором писала Линда Колли (Linda Colley). Конкретный проект англизирования шотландской аристократии наглядно проявился, например, в Статуте Айоны 1609 года. Если вы обо всем этом никогда не слышали, подумайте, скажем, о том, что семья Джорджа Осборна (George Osborne) – ирландского происхождения.
Извне шотландская аристократия выглядит англичанами – причем самыми антишотландски настроенными из англичан. Соответственно, англо-шотландские отношения трудно отделить от классового антагонизма. Сомневаюсь, что когда разъяренный футбольный фанат орет об «английских ублюдках», он имеет в виду жителей Бирмингема или Ньюкасла.
Это имеет определенные последствия. Данная группа воспринимается как норма, с которой сравнивают всех остальных. А если именно ты определяешь, что нормально, а что нет, над тобой никто не будет смеяться – ведь юмор основан на контрасте.**
* Разумеется, люди вроде колумниста Spectator возразят, что оно принимает форму депутатов от Шотландской национальной партии в парламенте Шотландии. Что ж, я могу только предложить ему относиться к этому как к шутке.
** Стоит отметить, что это затрагивает даже представителей правящей элиты. В евреях Майкле Ховарде (Michael Howard) и Эде Милибенде (Ed Miliband), англо-ирландце Джордже Осборне (George Osborne), выходцах из рабочего класса Уильяме Хейге (William Hague) и Эрике Пиклсе (Eric Pickles), шотландцах Гордоне Брауне (Gordon Brown) и Майкле Гоуве (Michael Gove) обычно отмечают нечто немного странное. Никто при этом не спрашивает: «Странное по сравнению с кем?» С другой стороны Каллаган, Тэтчер, Блэр, Мейджор и Кэмерон полностью соответствуют образу выходцев «из высших классов или с юго-востока».
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
Почему англичан не любят жители соседних стран
Автор фото, Getty Images
Англичане подарили миру футбол и футбольных хулиганов
То же самое и с соседними странами. То, что в одной стране считается естественным и не вызывающим вопросов поведением, по другую сторону границы воспринимается как необъяснимое чудачество или даже беспардонное нарушение всех правил приличия.
Выяснились сразу несколько интересных вещей.
Хулиганство и дорожное движение
Что же конкретно раздражает соседей Англии?
Список довольно большой, при этом французов и немцев нервирует примерно одно и то же.
И тем, и другим не нравится левостороннее движение в Британии. Англичане это заметили: съехав на автомобиле с парома в Дувре, на первых километрах дороги вы увидите знаки на неправильной правой стороне. На них написано, что ехать надо слева.
Автор фото, Getty Images
Европейцам не понять, почему по дороге следует ехать с левой стороны
Говорят только по-английски
Французам и немцам не нравится, что англичане убеждены: все иностранцы говорят или должны говорить по-английски. При этом сами они не спешат выучить иностранный язык.
Строго говоря, это не предубеждение, а реальность. Практически в каждом уголке Европы можно увидеть англичан, заходящих в кафе, магазин или ресторан и с ходу начинающих говорить с персоналом по-английски.
Английские дети, считают французы и немцы, тоже чрезвычайно невоспитанные и ведут себя ужасно.
Шотландия и Англия: «Наш дорогой извечный враг»
Автор фото, GETTY IMAGES
После более чем 300 лет в составе Великобритании, Шотландия снова решает, не стать ли независимым государством
Иногда кажется, что бог специально разместил англичан и шотландцев на одном, сравнительно небольшом острове, чтобы они могли непрерывно винить в своих бедах кого-то другого и вымещать друг на друге общее недовольство жизнью.
Шотландцы всегда отличались определенной несговорчивостью; англичане, абсолютно уверенные в собственном превосходстве, делали все возможное, чтобы шотландцев покорить.
Почему-то даже Национальная партия Шотландии, или SNP, ратующая за независимость, не переводит вопрос в эмоционально-историческую плоскость. Хотя именно там и лежит главный ответ на непростой вопрос: почему шотландцы хотят независимости?
Автор фото, GETTY IMAGES
Сторонники независимости Шотландии пользуются любой возможностью (и поверхностью) призвать народ голосовать «За»
Все обстоит далеко не просто.
Неуступчивые северяне
Если начинать с Бронзового века, древних кельтов, и каледонцев (сами себя они называли как-то иначе, получив имя «каледонцы» от римлян), то сразу становится понятно, что определенной неуступчивостью жители северной части Британских островов отличались всегда.
Римляне, покорив половину известного мира и создав свой собственный Pax Romana, так и не сумели подчинить пиктские племена, невзирая на изначальные победы, сопровождавшиеся большим кровопролитием.
Автор фото, GETTY IMAGES
Партизанская война, которую успешно вели жители северной Британии, привела к тому, что римляне посчитали разумным оставить их на произвол судьбы и оградить свой цивилизованный мир «от диких варваров» оборонительной стеной, получившей название Вала (или Стены) Адриана. (Любители саги Джорджа Мартина легко опознают в нем прототип Стены из «Песен льда и огня»).
Автор фото, GETTY IMAGES
Римский император Адриан отделил стеной римскую цивилизацию от северного «варварства»
Любому историку, занимающемуся отношениями между двумя нациями, приходится непросто.
Последний альбийский король и выбор Эдварда I
Шотландское королевство окончательно сформировалось к концу XIII века. Историки называют его «королевством Альба», чтобы отделить этот период истории Шотландии от последующего, в котором превалирующую роль играли Стюарты.
Последний альбийский король Александр III скончался в 1286 году, не оставив наследника мужского пола.
Автор фото, GETTY IMAGES
После смерти Александра III, и его сына, Шотландия осталась без короля с 13 претендентами на престол
Единственной прямой наследницей оказалась Маргарита, дева Норвежская (ну, любили в Средние века такие витиеватые имена и прозвища), внучка Александра от его единственной дочери, тоже Маргариты, дочь норвежского короля Эрика II.
Если бы вышло по задуманному, то, скорее всего, нас бы не ждал сейчас шотландский референдум, да и вся дальнейшая история Британских островов могла пойти совсем другим путем.
Однако Маргарита до Англии с Шотландией не доехала. Девушка тяжело заболела во время морского путешествия из Норвегии и скончалась, едва ступив на землю Оркнейских островов.
Шотландия осталась без законного короля.
Претензии на корону выдвинули ни много ни мало 13 (!) шотландских аристократов.
Из них наибольшими правами обладали Джон Баллиол, Джон Гастингс и Роберт Брюс (дедушка другого Роберта Брюса, который позднее стал одним из самых великих шотландских королей).
Автор фото, GETTY IMAGES
Король Англии Эдуард I, получивший прозвание «Молот Шотландии»
Угроза гражданской войны становилась реальностью, шотландцы сами никак не могли решить, кого же сделать королем. В результате они не придумали ничего лучшего, как обратиться… всё к тому же королю Англии Эдварду I с просьбой сделать за них этот непростой выбор.
Эдвард, будучи изощренным политиком, немедленно потребовал, чтобы все претенденты на трон первым делом признали себя его вассалами. Шотландцы, вместо того чтобы возмутиться, согласились, потому что никто не хотел до времени выбывать из королевской гонки.
Английский король выбрал Джона Баллиола, который и стал королем шотландским. Но ненадолго.
«Молот шотландцев»
Некоторые историки полагают, что Эдвард сознательно из всех претендентов выбрал самого слабого. Однако справедливости ради надо отметить, что именно у Баллиола были самые серьезные права на престол: он являлся прямым потомком короля Шотландии Дэвида I, хотя и по женской линии.
Разумеется, в силу предварительной договоренности, новоиспеченному шотландскому королю пришлось присягать на верность королю английскому.
Эдвард немедленно потребовал, чтобы шотландцы помогли ему сражаться с французами. Шотландцы же, из каких-то своих соображений, решили договоренностей не исполнять и, вместо того чтобы скрестить с французами мечи и копья, заключили с ними союз против… англичан.
Эдвард, само собой, возмутился (так и хочется написать «совершенно справедливо»), собрал армию и приготовился идти с ней на север.
В конце концов, эта эскапада кончилась для них печально: английские войска наголову разбили шотландцев, Эдвард заточил Джона Баллиола в Тауэр (где тот и умер) и присоединил к своим владениям земли шотландской короны.
Упоенные победой англичане вели себя в землях северного соседа, как и положено завоевателям и оккупантам, за что Эдвард I получил историческое прозвание «Молот шотландцев».
Экспроприация Скунского камня
«Скунский камень» или «Камень судьбы», символ шотландской государственности был возвращен в Эдинбург правительством лейбористов, под руководством шотландца Тони Блера
Решив лишить скоттов священных основ государственности, он приказал встроить камень в подножье своего собственного трона.
На Скунском камне последовательно восседали все английские, а позднее и британские короли и королевы.
В результате непрерывных войн шотландцам удалось отвоевать свою независимость только к 1328 году.
Один король, но два королевства
Автор фото, GETTY IMAGES
Яков I, король Англии и Шотландии. Современники считали, что он так и не сумел воплотить свои широкие знания в конкретные дела
Перенесемся ещё на три столетия вперед. Следующее «объединение» Англии и Шотландии произошло после смерти Елизаветы I.
«Королева-девственница» была бездетна, и король Шотландии Яков VI фактически получил Англию в наследство, став английским королем Яковом I.
Вообще-то он имел на это вполне законное право, будучи единственным прямым потомком мужского пола Генриха VII, основателя английской династии Тюдоров.
Уезжая из Эдинбурга в Лондон, он пообещал шотландцам, что будет возвращаться к ним несколько раз в году. В реальности за 22 года своего правления он посетил родину всего один раз.
Современники называли Якова «самым образованным дураком на троне». Шотландско-английский король отличался широтой знаний, которые, однако, так и не сумел применить на практике.
Нормального объединения двух стран в его правление так и не состоялось: шотландцы по-прежнему имели свой парламент, свои законы и чеканили свою монету.
На одной голове соединились две короны, однако два народа в значительной степени оставались сами по себе.
Автор фото, GETTY IMAGES
Карла I продали англичанам свои же шотландцы за внушительную сумму в 400 тысяч фунтов стерлингов
Якову наследовал его сын Карл I, который, проиграв гражданскую войну, потерял королевство, свободу и голову.
В истории его падения есть одна пикантная подробность: Карл бежал в Шотландию. Можно сказать, вернулся из Англии в свою родную страну.
Шотландцы же сначала поместили его фактически под арест, а потом, в 1647 году, передали представителям английского парламента за огромную по тем временам сумму в 400 тысяч фунтов стерлингов. То есть продали злейшим историческим врагам своего законного и родного по крови короля, если называть вещи своими именами.
Потом был Кромвель и реставрация, Яков II, принявший католичество, его изгнание и приглашение на британский престол Вильгельма Оранского с его женой Марией.
Шотландцы все это время вели собственную хитрую политику, решив в какой-то момент поддержать свергнутого Якова II, вспомнив о его шотландских корнях.
Резня в Гленко
После чего произошло событие, которое, без преувеличения, можно назвать чуть ли не самой мрачной страницей в истории двух народов: резня в Гленко.
Автор фото, GETTY IMAGES
Горный массив «Три сестры» в Гленко
Кланы горной Шотландии откликнулись на предложение амнистии далеко не сразу. Сначала они обратились к свергнутому Якову, чтобы попросить его разрешения. Низложенный король долго тянул с ответом, но всё же к концу осени смирился и дал согласие, известие о котором достигло Шотландии лишь к середине декабря.
После этого у вождей оставалось совсем немного времени на выполнение указа Вильгельма. Так, Алистер Макиан, глава Макдональдов из Гленко, лишь 31 декабря сумел добраться до Форт-Уильяма, где попытался принести присягу военному губернатору. Тот, однако, не был уполномочен присягу принимать, и отправил Макиана дальше, к шерифу Аргайла.
Для того, чтобы удостоверить, что вождь Макдональдов все-таки успел к сроку, губернатор снабдил его соответствующим письмом.
До шерифа Аргайла Макиан добрался только 6 января, где и принес присягу, счел свой вассальный долг выполненным, и с легким сердем отправился домой.
Автор фото, GETTY IMAGES
Женщины и дети клана Макдональд.
Все бы ничего, однако, Вильгельму нужен был хоть какой-то клан, который следовало примерно наказать для острастки всем остальным. Макдональды для этого подходили идеально, припозднившись с принесением присяги.
В начале февраля в Гленко прибыли 120 солдат под командованием капитана Роберта Кэмпбелла из Гленлайона. Маленькая историческая подробность: за два года до этого владения Кэмпбеллов были разграблены кланом Макдональд.
Понятно, что капитан с восторгом ухватился за возможность отомстить обидчику. На протяжении почти двух недель солдаты ели, пили и спали во владениях Макдональдов, после чего пришел приказ вырезать всех людей в возрасте до 70 лет.
Шум поднялся страшный. И не только потому, что несколько десятков человек были предательски убиты ночью в своих постелях. В конце концов, история еще и не такое видала. А еще потому, что убиты они были, когда «доверчиво» предложили своим будущим палачам кров и еду.
С точки зрения шотландских кланов это являлось самым страшным преступлением.
Шотландия и Англия: эффект длительных отношений
Взаимоотношения Англии и Шотландии никогда не были радужными и лёгкими. Англичане покорили свободолюбивых гэлов, и до сего дня держат их суровой рукой. И, несмотря на такой вот подход к делу, который наверняка шокирует многих представителей мировой либеральной тусовки, он принёс ожидаемые плоды.
Шотландцы всегда считались «бунтовщиками» и вольнодумцами, но, как писал тот же Киплинг, «никто не сражался за королеву так, как эти бунтовщики». Им прощалась их нелюбовь к англичанам за готовность не жалеть себя во имя общего дела.
Этим, кстати, они здорово напоминают гуркхов – колониальные войска Британии, набираемые из непальцев. В XIX веке англичане и непальцы резали друг друга в кровопролитной войне, которая кончилась, можно сказать, паритетом – Непал потерял часть территорий, отошедших британской короне, но они считались сданными в аренду, а не завоёванными, и Ост-Индская компания выплачивала за них определённую сумму. А потом непальцев англичане начали нанимать на службу – причём они считались не наёмниками, а полноправными солдатами, хотя их командиры до недавнего времени не могли отдавать приказы никому, кроме своих подчинённых.
И, как пишет тот же Киплинг, совершенно логичным было то, что именно между шотландцами и непальцами в армии Объединённого Королевства, людьми с разных концов мира, объединённых похожей историей, установились очень близкие отношения, которые некоторые романтики именуют «боевым братством».
В общем, за века совместного жительства англы и скотты притёрлись друг к другу, пообтесались – в этом деле старались, понятное дело, особенно первые – и теперь, пожалуй, уже вряд ли смогут прожить по отдельности.
Хотя, конечно, осадочек-то остался – ещё бы, за столько-то веков, хотя теперь он выглядит, скорее, как привычка портить англичанам жизнь и во всём им противоречить. Взять, к примеру, недавний референдум в Шотландии по поводу её отделения от основной страны – хоть он и закончился ничем, по сути, но заставил бриттов понервничать. Или нынешнюю риторику Шотландии по поводу Брексита: мол, вы можете выходить из ЕС сколько угодно, но мы решили там остаться – при том-то, что шотландцы вряд ли не понимают, что этот шаг Британии направлен на их общее спасение. Но как же можно одобрить вот так сразу то, что творят их злейшие соседи. Нет, если они не помотают нервы королевским чиновникам, то сами себе уважать перестанут.
Ну и не стоит забывать про такой символизирующий фактор, как отсутствие подпольных шотландских организаций, чья деятельность была бы направлена на обретение самостоятельности. Про ИРА слышали все, но за столь долгое время у шотландцев ведь так и не появилось ничего подобного…