отношение церкви к психотерапии
Медицинские интернет-конференции
Языки
Христианская исповедь и психотерапевтическая беседа: сравнительный анализ
Фыярев А.В., Ермолаева Е.В.
Резюме
Психология и церковь, наука и религия, священник и психолог, исповедь и рассказ о глубинных переживаниях сознания – тема сопоставления этих понятий возникает постоянно в самом разном контексте. Это актуально уже потому, что несмотря на уход в прошлое противостояние психологии и церкви, священнослужители и богословы по-прежнему относятся к психологии отрицательно
Ключевые слова
Статья
Христианская исповедь и психотерапевтическая беседа: сравнительный анализ
Научный руководитель к.ф.н., доцент Е.В. Ермолаева
ФГБОУ ВО Саратовский ГМУ им. В.И. Разумовского Минздрава России
кафедра философии, гуманитарных наук и психологии
В христианстве, исповедь является одним из регламентированных церковными канонами таинств. Исповедь в таинстве покаяния представляет собой признание верующим грехов перед Богом в присутствии священника. Она может совершаться в форме вопросов священника и ответов кающегося. Очень распространенной формой исповеди является свободная беседа со священником, в ходе которой исповедующийся без наводящих вопросов рассказывает о совершенных грехах. Священник при этом слушает исповедь молча или при необходимости делает краткий комментарий. Исповедь не должна превращаться в подробный рассказ об обстоятельствах, при которых был совершен тот или иной грех.
Не каждый человек понимает и принимает религиозную сферу жизни, следовательно, не выберет исповедь в качестве способа решения своих духовных проблем. Подобному человеку следует обратиться к методам психотерапии, одним из которых является беседа.
Психотерапевтическая беседа представляет собой основной метод получения информации, а также источник и способ познания и осознания психологических явлений, основанный на вербальном общении психотерапевта с пациентом.
Психотерапевтическая беседа может быть по направленности содержания свободной, построенной по типу исповеди, и структурированной конкретными задачами. Соответственно, она выполняет коммуникативную, диагностическую, информативную и лечебную функции.
В ходе беседы психотерапевт не пытается заставить пациента принять его точку зрения, он стремится завоевать доверие пациента, чтобы тот мог более непринужденно высказывать свои переживания, сомнения и мысли, не опасаясь критики.
Психотерапевт является важнейшим источником сведений о характере, причинах заболевания, методах лечения и перспектив выздоровления, необходимых пациенту, особенно на первом этапе лечения. Эффективность беседы может понижаться, если предоставляемый пациенту материал слишком сложен для понимания. Пациент, как правило, запоминает лишь часть беседы и нередко неверно ее интерпретирует. Иногда сам способ постановки вопросов пациенту таков, что уже содержит необходимый ответ в самом вопросе. В некоторых ситуациях психотерапевт своими вопросами невольно направляет пациента, что приводит к тому, что больной сообщает лишь определенные сведения, и в результате многие аспекты остаются невыясненными. Для психотерапевта важно путем обратной связи добиться взаимопонимания с пациентом в обсуждаемых вопросах [1, 8].
После осознания пациентом связи между симптомами и психологическими факторами, способствующими развитию заболевания, предметом беседы становятся психологические проблемы, переживания и отношения личности. Важным элементом психотерапевтической беседы является обсуждение с пациентом его усилий, трудностей и успехов в поэтапном изменении способов переживания и поведения.
Исповедь и психотерапевтическая беседа должны быть добровольными. Они могут дополнять друг друга. Психотерапия помогает снять внутренние барьеры на пути к исповеди, а исповедь, поможет сделать шаг в решении той жизненной проблемы, которой была посвящена психотерапия. Помощь священника и работа психотерапевта во многом сходны. Это сходство определяет перспективы их сотрудничества, главное и принципиальное же их отличие заключается в конечной цели деятельности [4, 5].
Духовничество и психотерапия
Беседа с профессором-психотерапевтом Федором Василюком
17 сентября 2017 года ушел из жизни Федор Ефимович Василюк, доктор психологических наук, профессор, главный научный сотрудник лаборатории консультативной психологии и психотерапии ПИ РАО, заведующий кафедрой индивидуальной и групповой психотерапии МГППУ, президент Ассоциации понимающей психотерапии. Сегодня, в день отпевания и похорон раба Божия Феодора, сайт Православие.Ru публикует интервью психотерапевта, данное нашему порталу 3 года назад.
О том, нужны ли знания психотерапии священнослужителям и об опыте преподавания психотерапии студентам Сретенской духовной семинарии – беседа с Федором Ефимовичем Василюком, психотерапевтом, доктором психологических наук, профессором, заведующим кафедрой индивидуальной и групповой психотерапии Московского городского психолого-педагогического университета.
– Такие случаи не так уж часты, но, тем не менее, нас радует, когда священники оказываются на занятиях по психологии и психотерапии. В частности, мне вспоминается один подмосковный протоиерей. Он объяснял свой интерес к психологии так: «Я не собираюсь становиться профессиональным психологом, я – священник. У меня очень много задач на приходе, школа, социальное служение, работа с семьями детей, и мне нужны разные специалисты – и психологи в частности. Я хочу понимать, что они могут, я хочу управлять со знанием дела этим процессом, и поэтому я получаю такое углубленное образование». Вот один из мотивов.
– А зачем другим нужна была психотерапия?
– Могу вспомнить еще одного московского священника, который у нас сейчас проходит длительную программу. Он, прежде всего, хотел бы углубить и, может быть, сделать более точным способ ведения духовных бесед с прихожанами. Ему кажется, что в детской, семейной и во взрослой психотерапии он найдет какие-то инструменты, которые сможет встроить в свое священническое служение, в душепопечение.
– Вообще-то пастырское душепопечение и психотерапия – это не одно и то же.
Не анализировать и давать советы, а соучаствовать в переживании человеком какой-то его беды, проблемы.
– Психология – это палка о двух концах, потому что психология может иногда мнить себя такой самодостаточной, помогающей как бы от самой себя. А душепопечение церковное все-таки строит так эту работу помощи, чтобы призывать Господа участвовать, соучаствовать в этом, в преодолении беды, кризиса, в семейных неурядицах и т.д. Вот, мне кажется, кардинальное отличие.
– Расскажите, пожалуйста, о вашем курсе, который вы читали семинаристам.
– Он занимает в целом, на базе высшего психологического образования, три года – подготовка по «Понимающей психотерапии». Мы исходим из того, что в психотерапии мы встречам человека, находящегося в кризисе, в какой-то безысходной ситуации, в ситуации невозможности, когда он ничего не может сделать со своей бедой, утратой, каким-то предательством. Сделать уже ничего нельзя, сбылось… Беда какая-то случилась, но жить надо. И что человеку остается? Ему остается – пережить эту ситуацию. Пережить – значит, совершить такую душевную работу, которая переосмыслит какие-то ценности, свои установки, отношение к жизни. Вот эта работа переживания и является в «Понимающей психотерапии» главной, поэтому дело психотерапевта состоит тогда не в том, чтобы проанализировать и дать советы, рекомендации и т.д., а чтобы соучаствовать в этой работе переживания. И то, что делает психотерапевт, мы называем термином «сопереживание». Это не только эмоциональный отклик, но и интеллектуальное соучастие, это и включение в анализ его ситуации. Сопереживание – это всё то, что делает терапевт для помощи человеку в его переживании. Вот главный смысл, а метод, которым это делает человек, – это метод понимания. Со студентами мы осваивали базовые приемы понимания другого человека. Оказывается, это не самая простая вещь; может быть, даже самая сложная – понимание. Вот чему был посвящен курс – такому алфавиту приемов понимания другого человека, находящегося в беде.
– И чего в итоге удалось достичь за такой короткий курс?
– Ну, я думаю, эту азбуку студенты усвоили. Может быть, вы помните – а я помню – ту радость, когда вдруг впервые на улице из букв, которые ты уже знаешь, складывается слово. Были просто буквы, а теперь – слово! «Хлеб», читаешь, «Молоко». Это большая радость. Мне кажется, студенты не только эти буквы освоили, но и научились «Хлеб» и «Молоко» читать. Они встали на первую ступеньку такой профессиональной психологической помощи.
– Насколько успешно они этого достигли, не имея психологического образования?
– Здесь были свои трудности, но семинаристы их блестяще преодолели. Конечно, целый ряд понятий требует какой-то подготовки, чтения книг. Но, тем не менее, отсутствие этих знаний в данном случае можно было компенсировать за счет двух, мне кажется, вещей. Во-первых, за счет логики. Все-таки курс читался семинаристам-выпускникам, это были ребята с очень хорошо поставленным мышлением. Это важно – уметь хорошо думать. У них организованный такой ум. А второе: они достаточно чуткие эмоционально. Вот, собственно, наличие ума и сердца и позволило преодолеть дефицит образования в области психологии. Поэтому я доволен результатом.
– Федор Ефимович, чем в вашем восприятии отличаются семинаристы от студентов-психологов светских университетов?
– Конечно, в университетах не начинается лекция с «Царю небесный…» Но это внешнее, казалось бы, отличие накладывает свой отпечаток и на внутреннее пространство общения. Студенты обычных университетов кажутся более открытыми; студенты семинарии вначале – такими более замкнутыми, как будто бы у них мундирчики застегнуты на все пуговицы. Студенты обычных университетов более эмоционально оживлены, а студенты семинарии… чувствуется, что в них много чувств, эмоций, жизни эмоциональной, но она как будто бы как в атомном реакторе кипит, такая сдерживаемая. Воды может быть много и у студентов светских заведений, и у студентов семинарии, но там вода расплескана повсюду, а тут она в колодец собрана и ощущение большей глубины.
– А что на вас произвело наиболее, может быть, яркое впечатление?
– Для меня оказалось некоторой неожиданностью то, как в самом начале курса многие семинаристы, которым нужно было откликнуться на какую-то жалобу условного пациента, вдруг начинали говорить маленькую проповедь, наставления, объяснения, почему из-за греховности так с людьми случается. В этом был иногда такой избыток, на мой вкус, назидательности… Но это довольно быстро прошло. Меня поразило, как быстро они прошли за несколько занятий этот путь к разрешению себе более открытого, свободного, живого общения в такой ситуации, которая будет у них встречаться каждый день, когда нужно будет кого-то поддержать.
– Во время перерывов и после занятий, я знаю, студенты задавали вам вопросы, подходили к вам. Что они спрашивали?
С профессором Федором Василюком
беседовал Дмитрий Дементьев,
кандидат философских наук, психолог,
преподаватель и помощник проректора по учебной работе Сретенской духовной семинарии
Психология: между практической пользой и духовным вредом
Психология становится популярнее с каждым днем. Теперь это не просто одна из наук, это одна из самых актуальных практических-прикладных дисциплин, входящих в нашу жизнь: издаются журналы по психологии, книги на околопсихологические темы распродаются все большими тиражами, многие привыкают регулярно наведываться к психологу. Все чаще задают вопросы о психологии и нам на сайт. Мы хотим познакомить читателей с ответами на некоторые из них.
В последнее время я увлекся книгами по психологии, хотелось бы знать отношение Православной Церкви к этой науке.
В Основах социальной концепции Русской Православной Церкви», принятых Юбилейным Архиерейским Собором 2000 года, читаем: « ХI.5. Церковь рассматривает психические заболевания как одно из проявлений общей греховной поврежденности человеческой природы. Выделяя в личностной структуре духовный, душевный и телесный уровни ее организации, святые отцы различали болезни, развившиеся «от естества», и недуги, вызванные бесовским воздействием либо ставшие следствиями поработивших человека страстей.
В соответствии с этим различением представляется одинаково неоправданным как сведение всех психических заболеваний к проявлениям одержимости, что влечет за собой необоснованное совершение чина изгнания злых духов, так и попытка лечения любых духовных расстройств исключительно клиническими методами. В области психотерапии оказывается наиболее плодотворным сочетание пастырской и врачебной помощи душевнобольным при надлежащем разграничении сфер компетенции врача и священника».
То есть Церковь за плодотворное сотрудничество с психологией и психотерапией при условии адекватного разграничения методов воздействия и сфер компетенции в соответствии с ситуацией каждого человека. С уважением, священник Михаил Самохин.
Здравствуйте, батюшка! В практической психологии есть метод направленной визуализации. Когда клиент представляет различные образы, которые предлагает психолог. Это должно способствовать улучшению самочувствия клиента. Чаще всего это природные образы: почувствовать прохладную воду ручейка, запах цветов, представить себя летящей бабочкой и т.д. Но бывает и такое, что предлагается представить, например, водопад света, как он согревает, успокаивает, а затем нужно поблагодарить этот водопад за помощь. На мой взгляд, это входит в противоречие с православным учением. Не могли бы вы пояснить, в какой мере оправдано применение этого метода. Заранее вам благодарна.
Екатерина, детский психолог.
Ваши сомнения в правомерности применения направленной визуализации в варианте диалога вполне оправданны. Слишком велика опасность, что духовный ответ на поиск в таком состоянии будет дан извне. И именно со стороны инфернальных сил зла. Хотя сам по себе метод очень мощный и позволяет иметь дело напрямую с подсознанием, применять его, особенно у детей, лучше без диалога.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Многие мои знакомые увлечены психологической теорией под названием «Трансерфинг реальности» это мощная техника, дающая власть творить невозможные, с обыденной точки зрения, вещи, а именно управлять судьбой по своему усмотрению. (Цитата из книги) Но помимо этого еще и считают эту теорию близкой Православной вере. Споры у нас жаркие. Хотелось бы узнать Ваше мнение о подобных учениях, утверждающих, что человек может все. А также посоветуйте мне, пожалуйста, литературу по данному вопросу. Заранее благодарна. Мария
Здравствуйте, Мария! Магические методы и представления книг Вадима Зеланда, на мой взгляд, ничего общего с Православием не имеют. Скорее учение об энергиях, маятниках и тому подобном ближе к оккультной мистике. Описываемые видения также не имеют отношения к Православию. Что касается проповеди человеческого всемогущества, то у апостола Павла читаем: «Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе». (Флп.4,13)В теории же трансерфинга места Христу нет. А идеи человеческого всемогущества без Христа не просто находятся вне Православия, но носят явный антихристианский характер. С уважением, священник Михаил Самохин.
Скажите, пожалуйста, не вредна ли книга Лууле Виилма «Прощаю себе»? Если да, то скажите почему! Спасибо большое! Храни Вас Господи! Юлия
Здравствуйте, Юлия! Метод Лууле Виилма только на первый взгляд напоминает православное покаяние. Сама она считает себя парапсихологом и ясновидящей. Утверждается некая энергетическая природа болезней. В ее концепции прощения нет места Богу. Человек прощает все себе сам. Это скрытое воспитание гордости и превозношения над окружающими. Опасность данной книги в том, что она говорит не ложь, но полуправду. Безусловная необходимость примирения с ближними возведена в ранг вершины духовности, тогда как православие говорит о необходимости покаяния перед Богом. Конечно, и данная книга может стать первой ступенью на пути к истинному покаянию. Но, весьма вероятно, может завести в тупик энергетически-парапсихологических оккультных изысканий.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Здравствуйте! Я работаю преподавателем в ВУЗе, интересуюсь психологией межличностных отношений. Для личностного роста посещаю иногда тренинги. У меня к Вам такой вопрос. Мне предложили пройти тренинг «Танец жизни», т.е. по названию понятно, что там будет применена методика с помощью танца раскрыть внутренний потенциал и вывести на сознательный уровень то, что в душе. Я хочу спросить: как православие относится к такого рода действиям? Можно ли идти на такой тренинг или это не от Бога? Очень жду ответа, заранее благодарю. Татьяна
Здравствуйте, Татьяна! Названный Вами тренинг часть направления телесно-ориентированной психотерапии. Это весьма интересный психологический метод, но он никак не связан с Православием. Святоотеческое душепопечение предполагает путь покаяния и молитвы. Мне он кажется гораздо прямее и эффективнее способов современной психологии. В то же время участие в таком тренинге не является грехом и может принести некоторую пользу, если в ходе тренинга не будут допускаться ситуации, провоцирующие нецеломудренные помыслы.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Здравствуйте батюшка, у меня к Вам вопрос: Знаете ли вы такую книгу»Учимся говорить публично»написал Владимир Шахиджанян? Мой брат полностью ушел с головой в это, так называемое, произведение. Я как сестра переживаю за него, тем более, что у него скоро родится ребенок.
Лично мне показалась эта книга сильно подозрительной. Так как в ней преподаватель учит молодежь, которая читает его книги, бредовому мышлению, и составлению несуразных предложений, задаванию вопросов людям, которые не знают ответа на эти вопросы, например: где купить крокодила или как пройти до театра, хотя сам знает как пройти до него. Светлана
Здравствуйте, Светлана! Книга известного психолога В.В. Шахиджаняна построена на психологических принципах. Один из которых состоит в том, чтобы поставить человека в необычную ситуацию и тем самым отвлечь от страха общения. Это вполне действенный прием. Так что ничего душевредного эта книга не несет. Духовная проблема, которая может возникнуть – рост гордыни и самолюбия у людей, которые начали заниматься, будучи движимы идеями собственного величия. Также не стоит читать книг Н. Козлова, о котором упоминает Шахиджанян. Сейчас из добросовестного психолога он превратился в основателя сектантской организации «Синтон». Читайте о нем, например, здесь: http://iriney.ru/sects/psiho/index.htm
С уважением, священник Михаил Самохин.
Как относится Русская Православная Церковь к работам основателя современной гуманистической психологии Абрахама Маслоу? Антоний
Отношение к тому или иному феномену Русской Православной Церкви может быть выражено только в постановлениях Поместного, Архиерейского Соборов или указах Священного Синода, Святейшего Патриарха. Учение А. Маслоу не относится к таким проблемам православного душепопечения, по которым имеются подобные общецерковные определения. А потому мнения различных представителей Церкви могут не вполне совпадать.
Сам факт того, что в своей целостно-динамической концепции личности А. Маслоу ушел от фрейдизма и выдвинул идею о самоактуализации, как побудительном мотиве развития человека заслуживает уважения. Тезис о том, что превращение личности в полноценную, есть развитие высших форм мотивации, заложенных в человека, вполне согласуется с православной антропологией. Но уже В. Франкл отмечал, что Маслоу не предполагает для человека выхода за пределы самого себя в поисках смысла жизни. Тогда как в Православии без такого выхода духовное развитие в принципе невозможно.
Ограниченность теории Маслоу в том, что самовыражение личностью ее аутентичных мотиваций не может быть истинным смыслом жизни. Мало выразить мотивацию. Ее надо прожить, то есть реализовать. Без ущерба для своего духовного состояния и для окружающих человек может реализовывать высшие мотивации только в заповеданном ему Богообщении. И только религия, и Православие в частности, может помочь человеку в этом и уберечь от многочисленных ловушек, подстерегающих на пути.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Добрый день, батюшка. Ответьте, пожалуйста, как относиться к настроям Сытина? Пишут, что даже космонавты ими пользовались, был результат. Некоторые мои знакомые (правда, люди нецерковные), тоже ощущали облегчение состояния. А я что-то опасаюсь. С уважением, Лия.
Настрои, как метод позитивной психологии применяет не только Г.Н.Сытин, но и Н. Правдина, Луиза Хей и многие другие. Настрои – суррогат молитвы, своеобразное уговаривание самого себя. Оно действует как психологическое обезболивающее. Опасность подобной терапии в том, что реальная проблема, часто восходящая к греху, не решается, а загоняется вовнутрь.
Но беда в том, что она все равно проявится через другой грех, соматическое заболевание или иным образом. Еще один вред от подобного суррогата для православного человека в том, что он пытается заменить собой молитву, то есть отвращает от истинного Врача душ и телес наших Господа Иисуса Христа. С уважением, священник Михаил Самохин.
Здравствуйте! Батюшка, недавно в мои руки попали книги Валерия Синельникова. Я воцерковленный уже более года назад человек и ко всей нецерковной литературе отношусь настороженно. В действительности это достаточно сложно, потому что еще нет того духовного опыта, который бы позволял относиться к этому более спокойно, поэтому прошу Вашей помощи. Дело в том, что кое-что, там действительно представляет интерес и может быть взято на вооружение. Но некоторые вещи вызывают у меня сомнения, так как не согласуются с тем, что я читала в церковной литературе. Скажите, насколько внимательно нужно относиться к книгам именно этого автора? Могут ли они быть полезными?Александра
Опасность писаний Валерия Синельникова и других представителей школы «позитивной психологии» (Л.Хей, Н. Правдиной и др.) в том, что они как обезболивающие лекарства заглушают с помощью внушения духовные проблемы, не исцеляя их причин, кроющихся в грехах. Вместо спасения души человек возвеличивает свою гордость. Проблемы не решаются, а загоняются в глубь души, что затем оборачивается новыми совершенно неожиданными проблемами. Так что вряд ли они могут быть духовно полезными православному христианину.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Батюшка, здравствуйте! Сегодня издается очень много литературы по психологии (например, книги Андрея Курпатова и многие другие)об отношениях мужчины и женщины. Скажите, пожалуйста, может ли она быть полезной как для женатого человека, так и для человека еще не вступившего в брак? Заранее благодарю! Александра
Здравствуйте, Александра! К сожалению, в большинстве подобных книг, в том числе и д-ра Курпатова основой взаимоотношений мужчины и женщины в браке представляется физиология интимных отношений. С православной точки зрения семья создается для взаимной помощи в деле спасения души, в житейских трудностях. О том, что семья это, прежде всего союз любви, дружбы и взаимного уважения, и только потом союз интимный современная психология совершенно забывает.
При всей важности данной сферы семейной жизни излишнее фокусирование внимания только на ней может ввести в заблуждение человека при размышлении о побудительных мотивах действий супруга или супруги. Их далеко не всегда следует искать в постели.
С уважением, священник Михаил Самохин.
Здравствуйте! Пишет Вам Марина, очень благодарна за Ваш ответ и снова обращаюсь с вопросом. Я педагог-психолог, работаю с детьми из неблагополучных семей и детьми сиротами. По моим наблюдениям практически у всех детей (и этому, конечно, есть свои причины) очень пессимистический взгляд на жизнь, они не видят ни в настоящем хорошего ни перспективы в будущем. Мне бы хотелось помочь им научиться радоваться жизни и строить положительные модели будущего. Скажите пожалуйства, как Православие относится к техникам позитивного мышления, тем, конечно, которые не имеют в себе мистического подтекста. Заранее Вам благодарна!
Здравствуйте, Марина! Общецерковного суждения, выраженного в документах священноначалия, по т.н. «позитивной психологии» нет, в силу того, что она подпадает под понятие современного оккультизма.
Как специалист Вы наверняка видите, что школа позитивной психологии, создавая свои аффирмации, пародирует молитвы, перенося их из сферы личного общения человека с Богом, на некие мистически и оккультно понимаемые силы природы. Кроме того, вместо решения внутренних проблем, имеющих корни в грехе человека или его родителей, она предлагает простое утешение, некое духовное обезболивание. Но духовные противоречия в такой личности, противопоставление себя Богу и миру данной техникой только «загоняются» вовнутрь.
Гораздо плодотворнее для детей осознание присутствия Бога и его промысла в мире, обретение глубокой любви к Нему и смирения перед Его пусть непонятной нам, но всегда благой волей. Это сложнее психологических техник, но адаптирует человека к миру, не надевая на него розовые очки. К сожалению, вере нельзя научить, ее можно только показать. Дай Бог, чтобы Ваша искренняя личная вера помогла поверить детям-сиротам. Молитесь об этом, и Господь поможет Вам. С уважением, священник Михаил Самохин.