отношения драйзер штирлиц соционика
По теме
Полудуальные отношения, как это следует уже из самого названия, отчасти ( ) характеризуются удачной дополнительностью партнеров, чем напоминают дуальные, в остальных же моментах им присуща конкуренция противоположных точек зрения, как в отношениях ид. В целом у полудуалов легко и быстро возникает взаимная симпатия, которая может стать непреходящей, при условии, что не возобладают тенденции, разрушающие гармонию отношений.
Партнеры-полудуалы, как и дуалы, покоряют друг друга превосходным владением определенными взаимодополняющими сферами жизни. Однако даже это их качество, по сравнению с дуалом, далеко не так идеально отвечает чаяниям партнера.
Другая полудуальных отношений представлена взаимодействием, характерным для отношений ид. Полудуалы придерживаются прямо противоположных позиций по поводу того, какой аспект обсуждаемой проблемы должен быть выдвинут на первый план, и образ их действий органически соответствует их позициям.
Партнеры хорошо видят друг у друга, и это подталкивает их к критической оценке гораздо чаще, чем к заинтересованной помощи, несмотря на то, что один из полудуалов чувствует себя в соответствующей области все же несколько более уверенно, чем другой.
В полудуальных отношениях действительно пополам удачного и не очень, но гармония не терпит половинчатости, и если дуальную пару можно сравнить с румяным яблоком, то как будет выглядеть диковинный фрукт, половина которого яблоко, а половина — капуста?
Утешает то, что статистически полудуальных браков не так уж много, да и к тому же супруги-полудуалы — не самое худшее из возможных сочетаний.
В дружбе полудуальные отношения — одни из самых распространенных, полудуалы также обычно добрые коллеги, и в большинстве напряженных ситуаций отношения спасает великодушная, специфически симпатия. Правда, мыслимы и такие размолвки, когда жизненные ценности и принципы перевешивают, и тогда отношения терпят крах.
Если же каждый из полудуалов находится в адекватной профессиональной оболочке, то их сотрудничество может принести щедрые плоды.
Полудуальные отношения: Штирлиц и Драйзер (благоприятные)
Полудуальные отношения в паре социотипа Штирлиц (Логико-Сенсорного Экстраверта) и социотипа Драйзер (Этико-Сенсорного Интроверта) проходят благополучно, без ссор и конфликтов. Полудуальные отношения являются вторыми по комфорту в соционике, что говорит о том, что партнеры в таком союзе будут жить мирно, наслаждаясь обществом друг друга.
Встречаются экстравертный и общительный Штирлиц, полный энергии и делового энтузиазма, и интровертный Драйзер, настроенный на стабильность и создание крепкой семьи. Партнеры способны помочь друг другу в вопросах, которые для них являются сложными: к примеру, Драйзер подскажет Штирлицу, как к нему относится тот или иной человек.
В такой паре Штирлиц дает возможность Драйзеру ближе увидеть, как нужно работать, чтобы результат был эффективным. Драйзер, который восхищается работящими людьми, сам не способен организовать свой труд таким образом, чтобы достичь всех целей. Штирлиц учит его этому, заодно подсказывая многие секреты производства, которыми Драйзер будет пользоваться всю жизнь.
Драйзер же, наоборот, подсказывает Штирлицу ответы на вопросы, касающиеся отношений между людьми. Если Штирлиц редко способен отличить лесть от искреннего комплимента, то Драйзер это делает с легкостью. Таким образом, партнеры поддерживают друг друга, давая ценные и своевременные советы.
В союзе Драйзера и Штирлица не будет проблем, связанных с «бытовухой»: оба партнера способны поддержать дом в чистоте, воспитать детей, обеспечить им безбедное будущее. Также оба партнера с ответственностью подходят к вопросам, касающимся домашних дел. Никто не отлынивает и не пытается отвертеться — оба работают, получая действительно прекрасный результат.
Некоторое недопонимание может возникнуть в вопросах интимной близости: и Штирлиц, и Драйзер уверены в своих желаниях и возможностях, но при этом, их потребности различаются. Если Драйзер ценит волевые сексуальные отношения, то для Штирлица первична ласка и забота.
У Драйзера и Штирлица отсутствует экспертная интуиция. Эти люди являются консерваторами, которые не любят изменения, настороженно относятся ко всем новинкам, стремятся обрести стабильность в жизни. Партнер-интуит бы смог расслабить сенсорика в данных вопросах, но в паре двух сенсориков это сделать некому.
Совместимость по психософии делает отношения Штирлица и Драйзера еще более приятными, поскольку партнеры в этом случае способны понять мотивы и страхи друг друга. Данные типы соционики прекрасно общаются как друзья и партнеры по семье, также взаимодействие Драйзера и Штирлица благоприятно и на работе.
Жена — Драйзер, муж — Штирлиц
В такой семье отношения складываются гармонично: женщина Драйзер является одной из лучших домохозяек в соционике, а мужчина Штирлиц — прирожденный добытчик, способный обеспечить семью хорошим заработком.
Мужчина Штирлиц также с радостью будет воспитывать детей наравне с женщиной Драйзером. В такой семье всегда будет царить благоприятная и дружественная атмосфера, а дети будут чувствовать себя нужными и любимыми.
Жена — Штирлиц, муж — Драйзер
В ситуации, когда жена — Штирлиц, а муж — Драйзер, партнеры меняются ролями. К сожалению, мужчина Драйзер не может похвастаться настолько высокой способностью к заработку, как Штирлиц, поэтому в такой семье вероятней всего будут работать оба партнера.
Женщина Штирлиц может успешно реализоваться и как домохозяйка, и как владелица бизнеса, и как прекрасный и исполнительный сотрудник. Она будет поддерживать мнительного мужчину Драйзера, мотивируя его на достижения успеха.
Ключевые слова для Штирлица: практичность, профессионализм, организованность и порядок, стремление к высокому качеству работы, сила сексуального влечения и уверенность в его правомерности, свобода эротического проявления, умение доставить чувственное наслаждение, позаботиться о физических потребностях, спортивный образ жизни; отвержение мистики и фантазий, стремление в точности знать будущее, неуверенность в эмоциональных состояниях как своих, так и чужих, доказательство любви делом, заботой, а не на словах.
Ключевые слова для Драйзера: уверенность в правоте собственных этических принципов и волевой характер требований их соблюдения, глубина чувств, любовь на всю жизнь, уступчивость в мелочах, но не в главном, ведущая роль семьи, хозяйственность; консерватизм, ревнивость, боязнь новизны, стремление к стабильности, внутренняя напряженность, уважение к труду, добросовестность, но невысокая эффективность труда.
Одновременно, для пары этих психотипов не будет проблем сенсорного характера в том, чтобы обустроить свое жилье, иметь достаточное количество продуктов, одежды, обуви. для всех домочадцев. Особенно рачителен в этом Драйзер, ну а для Штирлица, кроме чисто практического значения всего этого, эстетика — одно из самых важных условий благополучия. Недаром сенсорика ощущений — его творческая функция, функция ощущений, красоты и гармонии. Кроме того, Штирлиц и сам прекрасно сумеет вести домашние дела вполне аккуратно и качественно. Так что для этой пары не будет особенно серьезных проблем как в психологическом плане, так и в хозяйственном.
Однако несмотря на то, что для Штирлица характерна свобода эротического проявления, умение доставить чувственное наслаждение, позаботиться о физических потребностях, а Драйзер также относится к сенсорному типу, и к тому же еще и этик, все же в интимных отношениях возможны некоторые разочарования, поскольку у каждого есть достаточно уверенное собственное представление о своих потребностях.
Но потребности у этих психотипов несколько отличаются по характеру сенсорики, и связано это с принадлежностью к противоположным квадрам, III и IV. Сенсорика имеет различную вертность, поэтому Драйзер больше стимулирует волевой характер сексуальных отношений, в то время как Штирлицу требуется более мягкое и нежное прикосновение. Но вот во всем, что касается прогнозов на будущее, особенно при нестабильности ситуации, — здесь оба не защищены, поэтому предпочитают придерживаться хорошо проверенного старого, оба консерваторы, поскольку интуиция у обоих находится в болевых каналах. Для обоих партнеров характерна ревнивость, боязнь новизны, стремление к стабильности. Эти свойства не могут не обеднять жизнь каждого из них.
2. Маскулинность и фемининность; 3. Кормилец и хозяйка.
В этом варианте социальные роли мужа и жены полностью соответствуют общественным требованиям, и брак достаточно гармоничен.
Муж Штирлиц ответственно относится к своим обязанностям кормильца семьи (кормилец = 7), умеет и любит возиться с детьми, легко берет на себя какие-то функции и по хозяйству, если уверен, что жене необходима помощь.
Кроме того, она стремится поддерживать в своей семье психологически спокойную и доброжелательную обстановку, умеет мягко и ненавязчиво влиять на отношения с мужем и детьми.
Ее любовь сочетается с разумными требованиями. На ее верность можно положиться, она обеспечит своим близким надежный тыл.
В этом варианте нет такого хорошего соответствия, как в предыдущем, как по второй, так и по третьей шкалам.
Правда, маскулинность Драйзера достаточно высока (маскулинность = 2), он тип, обладающий в значительной степени андрогинными свойствами характера, но для жены Штирлица балл фемининности очень скромен (фемининность = 0), поэтому возникает некоторое расхождение в гендерных ролях.
Что же касается хозяйственных способностей женщин Штирлица, то они являются рекордно высокими (хозяйка = 8), так что и в этом варианте в такой семье нечего опасаться за решение бытовых проблем.
4. Конформность; 5. Эмоционально-сексуальная совместимость.
Обоюдная конформность пары этих супругов не очень высока (2), и складывается из одинаковой низкой, но положительной конформности каждого (1 + 1 =2).
Итоговый расчет выглядит следующим образом:
2. Маскулинность и фемининность: 3+2=5
4. Конформность: 1+1=2
2. Маскулинность и фемининность: 2+0=2
4. Конформность: 1+1=2
Е.С.Филатова.»Супружество в системе соционики».
ЭТИ СТРАНИЦЫ МОГУТ БЫТЬ ВАМ ИНТЕРЕСНЫ:
По теме
1.Взаимодействие двух творческих сенсориков
Шарм, внешняя привлекательность — причина взаимных симпатий в этой диаде. Партнёры здесь часто составляют удивительно красивую пару. Обоих отличает утончённый, изысканный вкус, оба подтянутые, аккуратные, умеют эффектно себя преподнести. Женщины (и Штирлиц, и Драйзер) — великолепные хозяйки, мастерицы на все руки, мужчины — галантные кавалеры, знающие толк в удовольствиях и умеющие доставлять их другим.
Оба представителя этой диады — творческие сенсорики, наделены достаточно высоким чувством ответственности, поэтому, как правило, не остаются безучастными к просьбам партнёра и активно включаются в решение его практических проблем.
Это диада может быть успешной для совместной практической деятельности, для дружбы, для приятельских отношений.
Сочетание “ учитель — ученик” здесь также бывает удачным. С помощью эффективнейших методик Штирлиц с лёгкостью прививает Драйзеру вкус к учёбе и работе, делится практическими навыками, передаёт свои знания и опыт, подтягивает по теории. Штирлиц может быть для Драйзера одним из лучших учителей.
Оттачивать мастерство, движение форму Драйзеру действительно удобнее под руководством Штирлица — возникает определённый “резонанс” между его творческой волевой сенсорикой (+ч.с.2) и демонстративной волевой сенсорикой Штирлица (+ч.с.8), в который одновременно включаются и творческая сенсорика ощущений (эстетическая сенсорика) Штирлица (-б.с.2) и демонстративная сенсорика ощущений (эстетическая сенсорика) Драйзера (-б.с.8). В результате возникает соревнование в мастерстве и качестве работы, где ученик пытается превзойти учителя профессионализмом и успехами.
В супружеских отношениях сенсорное “соревнование” партнёров может перерасти в волевое противоборство и стать поводом для конфликтов, которые чаще всего будут возникать на бытовой почве в их общем “сенсорном пространстве”.
— А если один из них захочет сделать дорогой подарок, приятный сюрприз? Он что, тоже должен на это спрашивать разрешение?
— Оба партнёра — негативисты. И неприятных сюрпризов здесь опасаются больше, чем радуются приятным. Поэтому, получив дорогой подарок, каждый из них может первым делом спросить: а откуда ты деньги взял?
— А почему им заранее не обговорить статью личных расходов в бюджете?
— Они, безусловно, могут это сделать, но со временем каждому из них может показаться, что это слишком большая часть расходов и что она также должна контролироваться, планироваться и обговариваться обоими партнёрами. Но и менять свои привычки никто из них не захочет, как не захочет отказываться от “маленьких слабостей” и “приятных пустячков”. Поэтому, со временем, каждый из них постарается уклониться от контроля, но при этом каждый будет считать, что партнёр перетягивает на себя большую часть общих денег и пытается решать свои проблемы за чужой счёт. Что только усилит взаимное недоверие, взаимные обиды и подозрения. Приводит к взаимному разобщению, обусловленному ещё и тем, что оба партнёра — квестимы.
— При этом каждому кажется, что эти подозрения не обоснованы. — замечает Читатель.
— Примером такой “необоснованной подозрительности” может послужить следующий эпизод из служебных отношений представителей этой диады.
Драйзер о Штирлице :
“У нас на работе всегда можно было попить чай или кофе за счёт хозяйки фирмы, которая считала своим долгом о нас заботиться. Обеденного перерыва как такового у нас не было, но чашка кофе или чая всегда стояла на столе. И вот однажды наливаю я себе в её присутствии чашку чая и слышу за спиной её вопль: “Молоко просто так не пить! Его можно только добавлять в чай или в кофе! Понятно?!” — “Понятно, — говорю. — Но я и не думала его пить. Я не пью молока. ” Но она уже завелась, её не остановить: “Вот этого, — трясёт передо мной пакетиком, — должно хватить всему коллективу на целый день, понятно?” — “ Понятно, — говорю, — но я молока вообще не пью. Так что, эти претензии — не ко мне. ” — “Не ты, так другие! Иди в цех и скажи, чтоб молоко просто так не пили. ” Ну, иду я в цех, чувствую себя виноватой, непонятно только в чём, но распоряжение её выполняю — объявляю всем, что молоко “просто так” пить запрещено. Там никто и ухом не повёл: “Слушай ты её больше! Она сегодня не в духе. ”. Я только потом догадалась: она ведь каждый вечер допоздна засиживается, а чай она никогда без молока не пьёт — даже если ей придётся умирать от жажды. Специально за молоком она вечером тоже не побежит — некогда. Вот она и следит за тем, чтобы к вечеру ей молока хватило, а я ей просто попалась под горячую руку. ”
Казалось бы, чего проще? — купить больше молока, чтобы всем хватило и на утро, и на вечер. Но не таков Штирлиц, с его печальным жизненным опытом — больше купишь, больше выпьют, а ему всё равно не хватит, — проще запретить!
Драйзер ничего не имеет против равно справедливой этики (хотя и понимает, что это — утопия), но он менее всего склонен забивать себе голову чужими проблемами (а особенно, по интуиции потенциальных возможностей — ему и своих хватает). Поэтому заботиться о том, кто сколько налил себе молока он не будет (вообще сочтёт это неприличным ), считая, что у начальника должно быть достаточно средств и возможностей организовать для себя и подчинённых все необходимые условия для работы.
1 Признаки Рейнина — “беспечный” (Драйзер) и “предусмотрительный” ( Штирлиц).
С другой стороны, тяга Драйзера к разнообразным (и недорогим) сенсорным удовольствиям вступает в противоречие с умеренностью и консерватизмом Штирлица, допускающего разнообразие только по праздникам.
Будучи подсознательно настроен на хлебосольного и гостеприимного Джека (не слишком разборчивого в выборе друзей), Драйзер старается держать в доме резервный запас продуктов — недорогих, но разнообразных. Штирлиц же (в отличие от Джека) случайных людей к столу не приглашает, поэтому излишняя запасливость Драйзера ему бывает непонятна.
В диаде Штирлиц — Достоевский “вещизм” грехом не считается. К вещам здесь относятся бережно, за их количеством, качеством и состоянием строго следят (диада предусмотрительных). Покупать простенький, дешёвый “ширпотреб” здесь считается невыгодным. Штирлиц ценит коллекционные качества вещей, их уникальность и красоту. Поэтому пристрастие к недорогим и невысокого качества вещам (которым Драйзер так гордится и считает доказательством своей бережливости, проявлением командных отношений: на себя лишнего не тратит, заботится о благополучии других) кажется ему мотовством и непрактичностью — “скупой платит дважды”.
3. Аспект волевой сенсорики (чувство ответственности, отношение к своим правам и обязанностям)
Сам Штирлиц старается выполнять все свои обещания. От людей этого психотипа часто можно услышать: “Будьте осторожны, обращаясь ко мне с просьбами — я слишком серьёзно к этому отношусь”. (Демонстративная волевая сенсорика: +ч.с.8) С другой стороны, Штирлиц со свойственным ему негативизмом боится, как бы его обязательностью и готовностью помочь не стали злоупотреблять.
Камнем преткновения в этой диаде оказывается организация интерьера, уюта, комфорта их общего жилого пространства — аспекты “волевой” и “эстетической” сенсорики — творческая и демонстративная функция каждого из них, (каналы 2 — 8, ЭГО — ИД), поскольку каждый из них считается здесь только с собственным вкусом и мнением, игнорируя чужое.
На агрессивность Драйзера Штирлиц реагирует встречной агрессивностью, усугублённой фрустрацией и разочарованием. Ориентированный на дуализацию с мягким, добрым, миролюбивым Достоевским, он не способен терпеть агрессивность со стороны партнёра.
— Но Драйзер ведь тоже бывает и добрым, и миролюбивым…
— Да, но иногда он делает из этого такую глубокую тайну, что о его доброте и миролюбии никто, кроме него не вспоминает.
Из двух представителей этой диады к “агрессивным” решительным сенсорикам 2 относится Драйзер (творческий аспект волевой сенсорики на уровне ЭГО) а не рассуждающий “заботливый сенсорик”- Штирлиц (на уровне ЭГО творческий аспект сенсорики ощущений), поэтому и “силовой поединок” между партнёрами как правило заканчивается не в его пользу.
2 По классификации Гуленко В.В.
— Но не всегда же близкие отношения приводят к волевому противоборству?
— Сближение двух квестимов неизбежно приводит к взаимному отторжению. (Что наряду с отсутствием полного дополнения обусловлено и взаимным отторжением одноимённо заряженных полюсов информационных аспектов их моделей.) Сказывается и совпадение (отсутствие дополнения) по некоторым психологическим признакам. Так, вследствие отсутствия дополнения по признаку негативизма и позитивизма, оба партнёра становятся жертвой как собственного, так и взаимного негативизма.
При постоянном контакте на близкой дистанции Драйзер берёт Штирлица в жёсткие этические и силовые рамки, выйти из которых бывает очень трудно.
Драйзера часто раздражает “неуместная” сентиментальность (или восторженность) Штирлица, отпугивает неоправданная резкость и вспыльчивость. Драйзер часто испытывает неловкость за поведение Штирлица, реагирующего “не так как надо”, потому и эмоциональной инициативы его не поддерживает.
— Значит Драйзер не сможет эффективно воздействовать на Штирлица? Не сможет его ни о чём попросить?
— Сможет, если будет рассматривать свою просьбу (пожелание, замечание) как поверхностную, нормативную и ни к чему не обязывающую форму поведения. То есть будет относиться к этому так же как и Достоевский, — не делая трагедии из того, что его просьбу оставили без внимания. Главное — терпение, мягкость и настойчивость.
Но основную проблему здесь представляет не столько область взаимодействия по поведенческим функциям (не только поиск компромиссов и взаимо удобных форм общения), сколько область недопонимания — несоответствие этических и логических программ в этих диадах, различия эмоциональных программ Драйзера и Достоевского, которые дезориентируют Штирлица, привносят путаницу и диссонанс в его взаимоотношения с партнёром, дают повод для новых обид и разочарований, (что и заставляет нас рассмотреть эту тему подробней).
Достоевский более естественно сопереживает чужому горю, чем радости. Радость (если только она не проходит через страдания) в эмоциональной программе Достоевского теряет свою значимость, лишается пафоса, поэтому радость он может сопереживать несколько ненатурально — экзальтированно, игриво, дурашливо, превращая её в фарс. Штирлицу, в его эмоциональных проявлениях, тоже бывает свойственна чрезмерная экзальтация, поэтому эмоциональные реакции Достоевского ему бывают ближе и понятней, чем отстранённая холодность Драйзера.
Драйзер и сам не любит омрачать настроение (хоть многих и коробит его отчуждённость и замкнутость), не любит, когда и другие ему его настроение портят.
Ситуация, когда человек, невзирая на попытки его утешить, продолжает упиваться своим горем, превращая его в спектакль или ритуал, Джека (равно как и Драйзера) может только раздражать. У обоих возникает ощущение нецелесообразности прилагаемых усилий: “Мне неприятно, когда на все мои усилия поднять настроение или успокоить, человек начинает рыдать ещё больше. Вот этого я не терплю! Меня трясёт. Хочешь ныть — ной без меня!” ).
Считается, что представители рациональной диады третьей квадры — Джек и Драйзер — по меткому выражению их “квази;тождиков” Дюма и Дона “боятся испачкаться о неприятности”. Скорее всего в этом сказывается их диадная (и квадровая) слабость по аспекту интуиции потенциальных возможностей. И в самом деле, зачем ввязываться в неприятности, если их можно избежать? — подумает Драйзер (как “Хранитель” покоя и благополучия своей диады). Джек (как “Спасатель”) предпочитает “ работать” (бороться) с неприятностями в чрезвычайных ситуациях, но “играть” в неприятности, искать их по принципу (“поделись со мной своим горем”), “притягивать” их к себе (когда они далеко) не будет.
Иное дело, диада Штирлиц — Достоевский. И тот, и другой сравнительно легко проявляют сочувствие и сострадание к тому, что связано с вопросами здоровья или недомогания ближнего (к этому располагают доминирующие здесь аспекты эволюционной этики отношений и инволюционной сенсорики ощущений. И это неожиданное проявление чуткости не всегда бывает правильно понято Драйзером.
Драйзер о Штирлице :
“Начальница не прощала нам опоздания на работу. Она дорожила буквально каждой минутой своего и нашего рабочего времени. Отпроситься или опоздать было невозможно. Если мы опаздывали, мы обязаны были отработать это время вечером. И вот как- то утром, когда я уже собиралась уходить на работу, у моей собачки начались роды. Я впервые оказалась в такой ситуации — ещё не знала, справится она сама или нет, но всё же решила отпроситься на всё утро с работы. Хотя мне самой этот повод не казался достаточно серьёзным. Каково же было моё удивление, когда моя начальница — это неумолимая “ железная леди” — разрешила мне опоздать и уделить собачке столько времени, сколько будет нужно. Когда я пришла на работу, она первым делом поинтересовалась самочувствии “роженицы” и её щенков, а вечером того же дня она отправила меня домой пораньше — ухаживать за новорожденными. Такой чуткости, такого сопереживания я от неё даже не ожидала. И, наверное, будь я на её месте, я бы не проявила такого участия. ”
У Драйзера нет интуитивной прозорливости Достоевского, способного к любому человеку “подобрать ключик” и “подстроиться в унисон”. Поэтому Драйзер, выражая то или иное (не всегда уместное ) эмоциональное состояние, часто попадает впросак, что заставляет его потом стыдиться своего поведения, быть ещё более осмотрительным в выражении чувств и ориентироваться только на проявление общепринятых позитивных эмоций.
(Одним из таких ориентиров являются “эмоциональные сигналы” его дуала Джека, (аспект этики эмоций (-ч.э.3) — его контактная, нормативная функция), способного очень точно улавливать “эмоциональный норматив” ситуации и “задавать” его тон партнёру.)
(Многие, узнав о его прежних разочарованиях, над ним подтрунивают: «Подумаешь, один раз столкнулся с предательством, так теперь уже никому и верить не хочет!» В действиях таких насмешников Драйзер усматривает откровенную провокацию и подвох. А потому и на их «подначки» не поддаётся, отдаляется и ещё больше замыкается в себе.)
Джеку и Драйзеру не свойственно проявлять сострадание в расслабляющей, сентиментальной форме (как это принято в четвёртой квадре), как не свойственно восхищаться жертвенной кротостью и сострадать слабости.
Эталон проявления кротости и сострадания для Достоевского — забота о страждущих и посещение больных (во время которого Достоевский, даже если он медик, может просто сидеть сложа руки и развлекать больного разговорами на отвлечённые темы; “бальзам на душу” представляется ему более важным, чем “бальзам на раны”).
Высшее проявление сострадания Джек (так же как и Драйзер) видит в конкретной и чёткой практической помощи.
Но именно поддержку по интуиции потенциальных возможностей и оказывает своими регулярными визитами Достоевский (возвращаемся к теме сравнительного анализа двух диад). И, значит, Драйзеру от этой программы, какой бы нецелесообразной она ему ни казалось, тоже отказываться не следует. Эти визиты потому и носят чисто символический характер, что Достоевский поддерживает связь больного с внешним миром, показывает человеку, что о нём помнят и что он всегда может полагаться на помощь друга. (А это как раз то, что нужно его дуалу Штирлицу — поддержка по этическим и интуитивным аспектам.)
Такая позиция соответствует и представлению Штирлица о высшем проявлении сострадания, хотя сам он тоже будет выражать сострадание через конкретные действия, которые будут вписываться в чисто нормативную этическую программу.
В горе Джек тоже не бередит чужие душевные раны, не растравляет чужой боли, не говорит высокопарных слов — вообще не высказывается — он просто старается быть полезным, старается быть на подхвате, помогает не словом, а делом.
Джек и Драйзер — диада практичных, “решительных” демократов.
Штирлиц и Достоевский — диада “рассуждающих” аристократов. 4
4 “Решительный” и “рассуждающий” — признаки Рейнина для представителей “силовых” и периферийных” квадр.
Неудивительно поэтому, что одни и те же действия в этих диадах могут иметь совершенно различные значения и смыслы.
Джек “исцеляет” Драйзера уже тем, что активизирует его, задавая ему приятные и близкие цели — воздействует на инертный блок его витального уровня — аспекты деловой логики и интуиции времени. Он может запросто “растормошить” дуала, подшучивая над ним, над его слабостью: “Нашёл тоже время болеть! Ты чего это. А мы в воскресенье на рыбалку едем! Так что давай, приходи в норму!”
И Драйзер “приходит в норму” ровно к назначенному сроку. Близкие позитивные планы (творческая интуиция времени Джека, работающая на опережение(+б.и.2) — для него лучшее лекарство.
8. Сенсорное взаимодействие в диаде
Штирлиц при его демонстративной волевой сенсорике (+ч.с.8) обычно стыдится своей слабости и менее всего расположен говорить о ней, полагая, что партнёр (расчёт на Достоевского) и так всё понимает, обо всём догадывается и всегда готов прийти на помощь.
— А Драйзер умеет распределять свои силы и возможности?
Другая проблема: “система приказов” — жёстких, волевых, заданных резким, категоричным тоном, с помощью которых Штирлиц “ включает” партнёра (своего дуала Достоевского) в работу. Она также проводится через аспект волевой сенсорики и вызывает жёсткое неприятие со стороны Драйзера. То, что было бы уместно и эффективно с Достоевским — порой вялым, капризным и расслабленным, — никак не проходит с Драйзером, с его повышенным чувством ответственности. Драйзера категоричные приказы приводят либо к “энергетической блокировке” и отвращают от той работы, которую по собственной инициативе он сделал бы с большим удовольствием, либо “вгоняют” в “ступор”, в “пережим” по волевой сенсорике, в ещё большее напряжение, которое неблагоприятно сказывается на результатах работы. (У Драйзера более чем достаточно своих “рабочих” пережимов по волевой сенсорике, поэтому лишнее перенапряжение приводит его к срыву).
Другая проблема — переоценка Драйзером собственных сил и возможностей, а также переоценка Штирлицем сил и возможностей Драйзера — слабость обоих по интуиции возможностей и интуиции времени ( канал 4 — 6 уровня СУПЕРЭГО — СУПЕРИД ) — попытка в кратчайший срок сделать работу, не соответствующую уровню его сил, возможностей и профессионализма. (Одного энтузиазма и желания работать до бесконечности — шлифовать форму и отрабатывать детали — бывает недостаточно).
И Штирлиц, и Драйзер стараются довести качество работы до совершенства, поэтому они требовательны не только друг к другу, но в первую очередь и к самим себе. А это, в свою очередь, даёт им новый повод для перегрузок и перенапряжения. По интуитивным аспектам каждый из них вынужден “подтягиваться” до норматива — каждому приходится “думать о последствиях” и делать выводы на будущее.
Драйзер может быть самым способным и самым прилежным учеником Штирлица. Но ему (как решительному объективисту, активизируемому по аспекту интуиции времени) свойственно работать на опережение во всём, что касается освоения интересующей его темы. В учёбе Драйзер часто забегает вперёд, словно старается опередить и превзойти своего учителя. И этим он часто нарушает тщательно выверенные методики Штирлица, нарушает последовательность технологических процессов в разработанных им методиках, последовательность предлагаемых им учебных программ. А Штирлицу как учителю неудобно, а главное — не престижно, — идти вдогонку за своим учеником (этак от него и поотстать можно!).Поэтому то, что так часто приветствуется в отношениях Драйзера с Джеком (ученик, опережающий своего учителя и избавляющий его от необходимости многое объяснять и подолгу методически закреплять), в отношениях со Штирлицем может возыметь обратное действие. В наказание за излишнюю прыть (из оскорблённого самолюбия или из методических соображений) Штирлиц может вернуть Драйзера к самым примитивным, начальным стадиям обучения, заставляя его заново их прорабатывать. (Для Штирлица это своего рода воспитательная мера — дрессировка и усмирение гордыни не в меру заносчивого ученика.)
Все эти действия Штирлица кажутся Драйзеру крайне нелогичными, глупыми, неэтичными, сбивают его деловую инициативу, приглушают его активность по аспекту активационной интуиции времени (-б.и.6), делают его вялым, безынициативным, охлаждают его интерес к работе и заставляют её выполнять автоматически, без огонька и без души, что в конечном итоге сказывается на качестве работы, возмущает и восстанавливает против него того же Штирлица, который теперь уже воспринимает Драйзера как саботажника, действующего во вред их общему делу.
Новая попытка увлечь и заинтересовать Драйзера работой успехов уже не приносит. Второй раз активизироваться по аспекту интуиции времени Драйзер уже не сможет (боится ложной активации, опасается новых фрустраций). Теперь уже Драйзер работает, как марионетка, прежнего доверия к Штирлицу не испытывает (не говоря уже о симпатиях!), — «мстит» за то, что его вернули к «азам» вместо того, чтобы продвигать вперёд.
Его дуал Джек, работающий по своей творческой интуиции времени на опережение, по принципу «время не ждёт» так бы никогда не поступил: время слишком дорого для того, чтобы использовать его на такие дисциплинарные меры. А Штирлиц для соблюдения субординации и дисциплины может заставить ученика топтаться на месте (даже при том, что время учёбы и работы для него очень дорого). Зато потом даст ученику непосильно трудное задание, — чтоб знал, как забегать вперёд! Может предельно усложнить задачу методически, чтоб ученик не чувствовал себя таким уж самостоятельным и всесильным. Может наорать на ученика, пристыдить его перед всей группой, а затем потребовать, чтобы он сам уничтожил свою работу только потому, что она выполнена по самостоятельно разработанным им методикам.
Такое отношение к его работе и деловой инициативе подрывают доверие Драйзера к Штирлицу и как к учителю, и как к методисту. Хотя, по идее, лучшего учителя и методиста, чем Штирлиц, для Драйзера не найти. (+ч.л.1→ +ч.л.5). Полного дополнения по этим программам конечно не происходит; имеет место и отторжение одноимённо заряженных информационных аспектов их моделей (+ч.л.1 — +ч.л.5). Но при взаимном доверии их друг к другу (как компаньонов) происходит эффективная передача ценного опыта с программной деловой логики Штирлица (+ч.л.1) на суггестивную деловую логику Драйзера (+ч.л.5).
К чести Штирлица нужно сказать, что он может признать за Драйзером пальму первенства в его успехах, может ставить его в пример другим (даже после того, как при всех его отругал). Но заноситься Драйзеру не позволит и относиться к нему будет, как к ученику: субординация для него (как для аристократа) превыше всего, а то, что ученики иногда опережают и превосходят своих учителей — дело обычное и привычное, к этому можно привыкнуть, это можно понять и принять.
Драйзеру обучать Штирлица намного труднее. Тут уже ученик может дать своему учителю сто очков вперёд. Быстро вырастает из своей «ученической формы», быстро отрывается от своего учителя, намного его опережает и «улетает» белым издалека и радоваться.
10. Драйзер — Штирлиц. Деловое взаимодействие. Деловое противоборство в ситуации «начальник — подчинённый»
В ситуации “начальник — подчинённый” Драйзеру бывает трудно терпеть диктат Штирлица, чья демонстративная волевая сенсорика (+ч.с.8), нередко переходит в открытую агрессивность. В критических ситуациях Драйзер не прощает Штирлицу его “неэтичности” — грубости, жестокости, волевого напора — то есть, всего того, что он простил бы Джеку. С дуалом у Драйзера отношения не доходят до волевого противоборства — Джек “ускользает” не только от прямого волевого воздействия, но даже и от “творчески гибкого” давления своего дуала, от его нападок и “разбирательств”. Причём, повода для этих нападок Джек старается не подавать, поэтому даже самую большую неприятность умудряется преподнести с обескураживающей простотой, которая Драйзера не только обнадёживает (поддерживает по интуитивным аспектам), но и обезоруживает. Поэтому даже при самом неблагоприятном стечении обстоятельств Драйзер Джеку прощает буквально всё, полагая, что тот ни в чём не виноват и от своей оплошности сам страдает не меньше других.
Штирлицу, с его проблематичной интуицией времени (-б.и.4), довольно редко удаётся вовремя разглядеть опасность, а тем более предотвратить её. Поэтому Штирлиц, в отличие от Джека, всегда ходит у Драйзера в «виноватых» — тут недоглядел, там не предвидел — его вина!
Драйзер о начальнице – Штирлице :
. “Начальница производства (она же хозяйка фирмы) в один прекрасный день сообщила нам, что предприятие находится на грани банкротства и в связи с этим она вынуждена уволить всех наших сотрудников, за исключением меня. Меня она решила оставить, и я, по её замыслу, должна буду одна тянуть всё производство. Сколько такое положение будет продолжаться и как моя работа будет оплачиваться она не сказала. Она вообще не удосужилась со мной побеседовать и заранее всё обсудить — просто поставила коллектив перед фактом, а заодно и распорядилась, чтобы все намеченные к увольнению служащие успели за оставшееся время (без отрыва от производства) обучить меня всем своим специальностям.
В конечном итоге вся эта экономия от банкротства её не спасла, и она всех уволила, одного за другим. А меня оставила как самую исполнительную и самую безотказную работницу на предприятии. И теперь мне предстояло решить: либо уволиться по собственному желанию и потерять многие гарантированные мне государственные пособия и льготы (пособие по безработице на ближайшие полгода, выходное пособие равное трём среднемесячным зарплатам и страховые отчисления которые делались из моей зарплаты на тот случай, если меня уволят), либо соглашаться с “решением администрации” и оставаться на предложенных условиях.
Браться за всю оставшуюся работу и тащить на себе всё производство мне казалось немыслимым. Я достаточно хорошо знала свою начальницу — знала её алчность, способность тянуть из рабочих последние жилы и решать все проблемы за их счёт. Я знала, что зарплаты она мне не прибавит, миром и добром меня не отпустит.
Зная её сверх требовательность, я понимала, что просто так отсиживать рабочее время она мне тоже не позволит. Подставной фигурой — сторожем или кем-то ещё, — я здесь не буду, — она меня заставит работать в полную силу и по полной программе. План будет повышать, стараясь поднять его до прежнего уровня, а зарплату не повысит, оставит прежней. И значит попаду я в совершенно рабскую кабалу. Сгорю, как свечка, на этой работе, и ничем хорошим это для меня не кончится.
Чем больше я об этом думала, тем больше на неё злилась. Мне отчаянно хотелось расквитаться с ней за всё — будь, что будет! Я её возненавидела! Надо же до такого додуматься, — развалила предприятие, а теперь хочет выезжать на моём горбу!
У меня было желание, стереть её в порошок, раздавить, как мокрицу, — до того она меня довела!
Чувствую, — не могу больше себя сдерживать! Влетаю к ней в кабинет и этакой “пулемётной очередью” выпаливаю всё, что у меня на душе накипело. Припоминаю и девятичасовой рабочий день без обеденного перерыва шесть раз в неделю, и вечную штурмовщину, и сверхурочные без всякой надбавки, и мизерный оклад, и её истерики за минутное опоздание, и три года работы без отпускных и отгулов — всё это я выдаю ей единым залпом. Она даже возразить ничего не смогла. Сидела бледная, пришибленная и молчала. Под конец спрашивает: “Чего же ты хочешь?” — “Чтобы меня уволили наравне со всеми, по сокращению штатов” — говорю. Она помолчала, потом отправила меня на рабочее место, а сама обещала подумать.
Вечером я обсудила эту ситуацию с моей подружкой Мариной, — а она мой дуал — Джек и тоже частный предприниматель. Поговорили мы с ней, подумали, с умными людьми посоветовались и решили, что надо мне начальницу во что бы то ни стало разжалобить — другого выхода нет. Надо ей обстоятельно объяснить, что с такой формулировкой я теряю многие льготы, а это несправедливо, я этого не заслужила своим безупречным трудом.
Не знаю, удалось ли мне её убедить или разжалобить, а может её удовлетворил сам факт моей просьбы как факт моего унижения, но в конечном итоге она написала мне нужную справку и уволила с нужной формулировкой. Выдала даже вполне приемлемые рекомендации. На том мы и расстались.
— Потом же ей пришлось прилагать не меньшие усилия, чтобы “по капле выдавливать из себя раба”.
— Так обычно и бывает, когда Драйзер надолго попадает под диктат полудуала.
Штирлиц воздействует на него не только суггестируя по аспекту деловой логики (канал 1 — 5) и ставя определённые сенсорные ограничения, но и с помощью творчески задаваемого “сенсорного дискомфорта” (“судороги”, “ дрожь”, “раздражение”), к “сигналам” которого Драйзер, ориентированный на дуализацию с сенсорно уязвимым Джеком (+б.с.4), бывает весьма восприимчив: подсознательно подстраивается под них, уступая давлению и просьбам партнёра.
Уступает он и демонстративной агрессивности Штирлица, действуя осознанно, с позиций творческой волевой сенсорики (+ч.с.2), полагая что при необходимости всегда сумеет себя защитить. К сожалению, осознание такой необходимости наступает чаще всего слишком поздно. И виной тому всё та же слабость Драйзера по интуиции потенциальных возможностей и интуиции времени — недальновидность и непредусмотрительность этих уступок.
— Чем, кроме недальновидности можно объяснить эту уступчивость?
Только ради очень гармоничных отношений Драйзер способен пойти на такой риск и взять на себя большую долю ответственности, взвалить на себя большую часть работы. Здесь же таких отношений не было — была жёсткая и беспредельная эксплуатация, “подслащённая” лицемерием, что для Драйзера было и очевидно, и особенно неприятно.
В критических ситуациях Драйзер ожидает от партнёра чётко скоординированных действий, своевременных и оперативных. И в этом плане Штирлиц (с его запоздалой поспешностью и излишней суетой) во многом проигрывает расторопному и изобретательному Джеку, который из любой передряги находит выход (правда, иногда, к сожалению, только для себя одного и, опять же, за счёт команды.) Драйзеру не нравится и то как Штирлиц выправляет положение в условиях кризиса, и то как он включает в работу свою команду. В этом он тоже (по представлениям и внутренним ориентирам Драйзера) значительно уступает Джеку.
— А есть существенная разница?
— Разница в подходе, в интерпретации и реализации деловой программы:
После таких обнадёживающих этических манипуляций ситуация уже не представляется Драйзеру безысходной — он начинает думать, что всё ещё можно изменить и исправить (поддержка по интуиции потенциальных возможностей — канал 4 — 8, уровней СУПЕРЭГО — ИД) и активно помогает партнёру в его делах.
Штирлиц же будет спасать тонущий корабль действуя “хлыстом” и окриком (у него это называется “не терять самообладания”). Но именно эти меры, способные эффективно мобилизовать волевую активность Достоевского, усугубляют волевое сопротивление Драйзера, мобилизуют его страхи по интуиции потенциальных возможностей, приводят к новым конфликтам и столкновениям.
Таким образом, столкновение этих двух героинь можно рассматривать и как результат их обоюдной паники в экстремальной ситуации ( “страхи” по интуитивным аспектам, взаимодействие по каналам 4 — 6, уровней СУПЕРЭГО — СУПЕРИД).
Заметен здесь и недостаток суггестии и активации — недостаток взаимной поддержки по уровню СУПЕРИД: работница не получила достаточно чётких инструкций по деловой логике и интуиции времени. Никто ей не определил границ её обязанностей — деловых, временных и сенсорных — ей казалось, что она должна взвалить на себя неограниченную нагрузку, на неограниченный срок за мизерную плату. (А она на это пойти не могла по многим причинам: и потому, что оплата труда привела её к беспросветному финансовому тупику, и потому ещё, что ощущала неимоверную усталость: три года проработала без отпусков и отгулов!)
— А разговор получился не из приятных.
В отчаянии Драйзер не владеет собой, бывает опасен, может пойти и на преступление, и на убийство. (Клайд из “Американской трагедии” Теодора Драйзера). Себя не пожалеет, но человека доведшего его до этого состояния, уничтожит. И запишет себе этот «подвиг» в актив. Его былая уступчивость — такая продолжительная и обманчивая — оборачивается обидой, разочарованием и настойчивым желанием восстановить себя в прежних правах и возможностях. В достижении этой цели Драйзер бывает чрезвычайно напорист, жесток и беспощадно мстителен.
Драйзер перечисляет ему все свои требования (а они у него заранее расписаны по пунктикам) и получает всё, что требует. Потому, что требует “своё”! И Штирлиц знает, что Драйзер требует гораздо меньше, чем ему причитается, поскольку труд свой (по деловой логике) Драйзер оценивает так, как его оценивают другие — то есть, по существующим тарифам (и то, далеко не самым высоким, потому за рыночными ценами он не следит (+ч.л.5), а настоящую, высокую цену всем своим талантам и возможностям не знает. (Себя Драйзер чаще всего недооценивает, что конечно же становится заметно другим.)
— Получается, Штирлиц ещё облагодетельствует Драйзера тем, что выплачивает ему то, что причитается?
— Именно! А не отобрал бы всего, не было бы этого “благодеяния” — скажи спасибо, что тебе хоть это выплатили!
— Что же позволяет Штирлицу идти на такой произвол?
— Собственный “ вселенский прагматизм”:
Драйзер может сколько угодно уважать себя за высокий профессионализм и за добросовестное отношение к работе, но не посчитает это основанием для того, чтобы пойти и потребовать себе прибавки к зарплате или премии.
Штирлицу же не рекомендуется вступать в волевое противоборство с Драйзером!
Воздействовать на Драйзера силой — тупиковый и неэффективный путь — себе дороже. Передавить Драйзера эмоциями невозможно: он их попросту экранирует. Можно изойти на крик окончательно, а он и бровью не поведёт. Загонять в тупик, при этом усиливая волевое давление — вообще опасно: это всё равно, что подносить спичку к бочке с порохом, — это так же рискованно, как поднять на Драйзера руку: взорвётся ненавистью и разнесёт всё вокруг, не задумываясь о последствиях.).
В условиях волевого и интуитивного беспредела, в условиях навязываемой ему безысходности и беспросветности (в условиях абсолютного морального и правового тупика — когда его действия полностью сковывают моральными и правовыми запретами, заставляя идти на запредельные жертвы и уступки), Драйзер рвёт отношения даже с самыми дорогими и самыми близкими ему людьми.
— А как же бережное отношение Штирлица к экономическим ресурсам? Оно уже вошло в легенду.
— Но где сказано, что к человеческим ресурсам Штирлиц относится столь же трепетно. И откуда возьмётся эта “трепетность” при повышенной требовательности Штирлица к себе и к другим? И в рамках какого аспекта информации возникнет такое “трепетное отношение” Штирлица к его подчинённым? За счёт слабой корпоративной этики, которая позволяет ему нещадно эксплуатировать подчинённых и проработке которой он никого, кроме дуала, не подпускает? Или может быть за счёт активации по интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.6), при которой он от каждого своего работника старается получать по максимуму ресурсов, сил и возможностей? И уж никак не за счёт его чрезмерно слабой и пугающей своей слабостью, проблематичной интуиции времени, при которой он как и любой прагматичный сенсорик (динамик) хочет получать всего побольше и как можно скорей (здесь и сейчас). Щадящий режим он скорее может проявить по творческой манипулятивной сенсорики ощущений (-б.с.2), да и то в ограниченных, удобных и выгодных ему размерах и формах: «Вот тебе чай и кофе за счёт фирмы, а на премиальные и не рассчитывай!».
Так же как и Гюго, Штирлиц часто подменяет деловые (или этические) отношения демонстративной сенсорной опекой: “Я о тебе и так забочусь, а ты тут прибавку просишь — скажи, какие у тебя проблемы, и мы их будем вместе решать. Мы тут все, как одна семья!”
— Как это воспринимает Драйзер?
— Как фальшь, лицемерие и демагогию, скаредность и “нечестную игру”. Против процветания фирмы он ничего не имеет, но если успехи предприятия не отражаются на его материальном благополучии, то почему он должен быть заинтересован в этих успехах? Когда Драйзер видит, что Штирлиц пытается манипулировать им и решает свои проблемы за его счёт, в нём активизируется его собственный витальный прагматизм (+ч.л.5): он понимает, что деловые отношения складываются не в его пользу и старается выйти из игры с наименьшими для себя потерями.
Хотя для его делового партнёра этот уход из их общего дела как раз и является наибольшей потерей.
В работе Драйзер чрезвычайно усерден, трудолюбив, вынослив, педантично аккуратен, прилежен. К своим обязанностям относится очень ответственно. Качество работы (а тем более, любимой работы) выдаёт всегда очень высокое (по максимуму того, что умеет и может). По качеству работы может не только не уступать Штирлицу, но даже качество его работы может превзойти.
В рамках программной этики отношений Драйзера (-б.э.1) добро делается только тайком — так, чтобы этого никто не видел. Со стороны кажется, что Драйзер просто никому не причиняет вреда, что уже само по себе располагает к нему людей (но опять же не слишком явно).
— Всё это само по себе хорошо…
— Но не достаточно для того, чтобы Штирлиц внушался этикой отношений Драйзера.
Всё это хорошо до тех пор, пока не приходится в кругу новых знакомых рассказывать о своих впечатлениях, входя в образ человека, исключительно глубоко и тонко воспринимающего красоту. Когда Драйзер попадает в такую «воронку», — когда его захлёстывает желание не хуже других описать всё увиденное и пережитое, — он чувствует себя предателем по отношению к своим собственным чувствам, эмоциям, впечатлениям, которые при любых условиях хотел бы сохранить для самого себя нетронутыми и чистыми в своей первозданной ясности и красоте. Выставлять их напоказ в качестве доказательства своей способности глубоко и тонко чувствовать красоту — значит предавать самого себя и всё самое сокровенное в себе.
Драйзер очень не любит «отрабатывать номер», который выставляется как «лот» на «ярмарке тщеславия». Но если номер уже «объявлен», приходится его исполнять, «отрабатывать» — не подводить же партнёра!
Гостей Драйзер принимает великолепно. В отличие от Достоевского, он не мучается вопросом, чем развлечь и чем удивить своих гостей, поэтому, даже при наличии скромных средств, может любой приём превратить в яркое, незабываемое (феерическое!) событие.
15. Драйзер. Испытание славой
Драйзер испытывает неловкость и раздражение всякий раз, когда его скуки ради или из праздного любопытства расспрашивают о его творческих пристрастиях, увлечениях, успехах и достижениях (следствие проблематичной интуиции потенциальных возможностей (+ч.и.4), связанное со страхом невозможности насытить амбиции и удовлетворить любопытство своих «болельщиков»: сегодня есть о чём рапортовать, а завтра — как знать, может удача от него и отвернётся!). Драйзеру неприятен ажиотаж самозванных «болельщиков», устраиваемый вокруг его творческих изысканий (тем более, что каждый из них вскоре начинает его «опекать», контролировать; заставляет отчитываться о проделанной работе, проявляя себя строгим и суровым наставником).
То, что его действительно волнует, Драйзер предпочитает скрывать глубоко в себе. Если разоткровенничается с посторонними, сам первый будет испытывать неловкость перед самим собой, сам первый будет себя за это корить.
Драйзер не терпит, когда вокруг его творчества разгораются страсти, нагнетается напряжение, устраивается суета. Во всём этом ему видится нездоровое отношение к его творческому потенциалу, нездоровый интерес лично к нему, его успехам и достижениям. Чем больше напрягают Драйзера понуканиями, советами и предостережениями, тем хуже он работает, тем больше вероятность срыва от моральных и психологических перегрузок.
Драйзер быстро устаёт от всего этого. В таком окружении он чувствует себя, как в лабиринте кривых зеркал — теряет себя, теряет ориентиры и цели, поэтому и держится от всего этого на расстоянии. Бежит от суеты, от соблазнов, искушений и раздражителей. Уходит в себя, замыкается в себе. И только в себе, в своём мастерстве, в своих чувствах, воспоминаниях, впечатлениях, в обнадёживающих планах на будущее находит силы для своей новой работы, находит импульс для творчества и вдохновения (интроверт).