отношения с арменией сейчас
Армяно-российские отношения: от эмоций и мифов к прагматике — СМИ
Армянские СМИ и соцсети бурно обсуждают голосование в Парламентской ассамблее Совета Европы (ПАСЕ) по включению в повестку обсуждений вопроса об армянских пленных в Азербайджане. В частности, как пишет Айк Халатян на страницах армянского издания VERELQ, кривотолки вызвало голосование российской делегации, несколько депутатов из которой проголосовали против принятия соответствующей резолюции. Пока окончательно не ясно, почему ряд российских депутатов проголосовали против в столь чувствительном для армянского общества вопросе. Но в любом случае это голосование удобный случай проанализировать ситуацию в отношениях двух союзных стран, считает автор материала.
Можно начать с того же ПАСЕ и в целом межпарламентского сотрудничества. В правящем блоке «Мой шаг», представители которого руководят армянскими делегациями в разных структурах и межпарламентской комиссией по сотрудничеству с Федеральным Собранием РФ, мало людей нормально владеющих русским или, тем более, понимающих российские реалии, специфику, способных найти общий язык со своими коллегами из России. Причём эта проблема касается не только законодательной власти, но и исполнительной. Выходцам из западных НКО или лицам, которые до прихода к власти обвиняли Россию в разных смертных грехах (как, например, председатель постоянной комиссии парламента по вопросу обороны и безопасности Андраник Кочарян), чисто ментально трудно найти общий язык со своими российскими коллегами. А без этого не наладить эффективного сотрудничества на разных площадках. Свидетельством чего стали скандалы с голосованием по вопросу возвращения России в ПАСЕ или внесения в повестку вопроса армянских пленных.
К слову, многие в Армении, и в первую очередь действующая власть, пытаются сделать именно Москву главным ответственным за возвращение пленных. Дабы скинуть с себя ответственность за неспособность решить эту проблему и допущенные в этом грубые просчеты даже после войны. Ведь иначе не объяснить никак, почему несколько десятков армянских военнослужащих попадают в плен (а также сдаются села Хцаберд и Хин Тагер) спустя месяц после завершения боевых действий и подписания премьер-министром Николом Пашяняном трёхстороннего заявления. Почему армянская сторона сразу вернула Баку убийц Дильгама Аскерова и Шахбаза Гулиева или тайком возвращает попавших в плен после войны азербайджанских солдат, о чем армянская общественность узнает случайно из публикаций Минобороны РФ. Или почему Пашинян, заявляя о приоритете для армянской стороны вопроса возврата пленных, 11 января на трёхсторонней встрече в Москве подписывает новое соглашение о разблокировании коммуникаций в регионе без какой-либо увязки (или хотя бы упоминания) с этим вопроса возврата пленных.
И тут мы приходим к ключевому моменту в армяно-российских отношениях — интересы двух стран совпадают по очень многим стратегически важным вопросам, но есть и вопросы, по которым они не совпадают и не могут совпасть. Для России, например, важны отношения с Турцией и Азербайджаном, которые являются для Армении враждебными государствами. И Москва не будет отказываться от них даже ради союзной Армении. Как и Ереван не будет идти ради России на разрыв отношений с Западом. В этой связи надо понимать, что учитывая заинтересованность Москвы в усилении своего влияния на Баку, наивно ожидать, что российская сторона будет занимать в вопросе возврата пленных более жёсткую позицию, чем Ереван. И если армянские власти не ставят жестко вопрос, готовы работать по другим вопросам, в частности разблокировке коммуникаций без увязки с возвратом пленных, то Россия тем более готова так работать. Хотя надо отметить, что все возвраты пленных случились благодаря усилиям именно российской стороны.
Однако, именно эти завышенные ожидания от России и вызывают разочарование в армянском обществе. Тем более на фоне того, что союзник Азербайджана Турция приняла самое деятельное участие в недавней войне, сыграв важную роль в победе Баку. Российские эксперты объясняют это тем, что в отличие России, Турции не надо было думать, как её действия отразятся на отношениях с другой стороной конфликта. И что все свои союзные обязательства перед именно Республикой Армения она выполнила: не допустив открытой агрессии против территории Армении, а также оказав большую помощь в вопросе поставок вооружения и боеприпасов.
Примечательно, что зачастую эти завышенные ожидания от России раскручивают в армянском обществе, а затем пытаются сыграть на разочаровании от несбывшихся надежд, обвинить её в предательстве те прозападные СМИ, политики и эксперты, которые до этого делали все, чтобы испортить отношения с Москвой. К примеру, можно вспомнить критику России во время войны со стороны бывшего советника Пашиняна по внешнеполитическим вопросам Арсена Харатяна. Человека, который, по мнению российских СМИ, пролоббировал арест генсека ОДКБ Юрия Хачатурова. А согласно «сливам» азербайджанской стороны, именно он вёл тайные переговоры с Баку от имени Пашиняна в тайне от России и Минской группы ОБСЕ. А сам Пашинян, отрицая факт тайных переговоров, за два дня до войны пригрозил Ильхаму Алиеву: «если мы перейдем на это поле, начнем распространять конфиденциальную информацию, то боюсь, что после этого внутриполитическая ситуация в Азербайджане будет окончательно дестабилизирована». Но ни до войны, ни даже во время войны, так и не опубликовал эту «конфиденциальную информацию», которая грозила «окончательно дестабилизировать» ситуацию в Азербайджане.
Эти же прозападные силы в своей борьбе с российским влиянием в Армении все последние годы активно внушали армянскому обществу, что турецкая угроза преувеличена, что её раскручивает Москва, дабы пугать армян и сохранить под своим контролем Армению. Что «турки уже не те» и Запад в лице США и НАТО не допустят агрессивных шагов Турции против Армении, поэтому армянам не стоит опасаться шагов, которые могут привести к ухудшению отношений с Россией.
К слову, эти же прозападные силы пытаются провести аналогию между результатами войны осенью 2020 года и событиями 1920 года — сотрудничеством большевиков и кемалистской Турции. И звучат обвинения в адрес большевистской России, что они не помогли дашнакам — союзникам враждебной для себя Англии и Антанты. Странный парадокс — виноваты в поражении войне с Турцией и крахе Первой республики не её союзники из стран Антанты, которые ничего не сделали для претворения в жизнь ими же подписанного Севрского договора, а большевистская Россия, которая боролась против той же Антанты и не имела никаких обязательств перед дашнакской Арменией.
Но события 1920 года не стали уроком для армянских властей. Вместо осознания суровых реалий и циничности международных отношений, о возможных болезненных последствиях в случае неправильных геополитических расчетов, Пашинян и его команда жили в каком-то своем выдуманном идеальном мире, а не в таком сложном и конфликтном регионе, как Южный Кавказ. Поэтому всего за два месяца до войны уверено внушали армянскому обществу, что международное сообщество (в их понимании — это Запад) не допустит участия Турции в конфликте. Или заявляли, что Россия должна адаптироваться к сложившейся в Армении после «бархатной революции» ситуации. Проводя «маски-шоу» в российских компаниях или показательно отказавшись в прошлом году от финансово выгодного российского кредита на продление сроков работы Армянской АЭС, не очень скрывая, что это было сделано именно по политическим причинам (притом во время уже начавшейся пандемии и серьёзных экономических проблем в стране, и на фоне попыток получить кредиты у международных финансовых организаций). Особо стоит отметить вопрос с приобретением вакцины от коронавируса, что за последний год стало одним из главных индикаторов геополитических симпатий той или иной страны. Примечательно, что до войны тогда ещё министр здравоохранения Арсен Торосян в своих публичных выступлениях, например на заседании правительства, по странному совпадению упоминал лишь западные вакцины, забывая о российских или даже китайских разработках.
Что касается войны 2020 года, то, как уже отмечалось выше, Москва оказала Еревану большую военно-техническую поддержку, а также не допустила вторжения противника на международно признанную территорию Армении. Но странно обвинять Россию в том, что она прямо не приняла участие в войне в Арцахе на фоне того, что сама Армения, будучи гарантом безопасности Арцаха, не только не признала независимость НКР даже во время войны, но отказалась проводить полноценную мобилизацию и использовать весь свой военный потенциал для защиты Арцаха. И вольно или невольно складывалось впечатление, что Пашинян делал все, чтобы проиграть войну и сдать Азербайджану весь Арцах, чему помешало экстренное вмешательство российской стороны и ввод миротворцев.
Если же прокомментировать геополитические итоги последней войны, то надо признать, что если соглашение от 9 ноября 2020 года стало дипломатическим достижением России, то сама война стала успехом региональной политики Турции. Показавшей всему миру, что в зоне российских интересов с Москвой можно говорить языком силы. И что у стран региона есть выбор лишь между российским или турецким влиянием. И что «путь на Запад» в Южном Кавказе означает путь к Турции (о чем очень наглядно свидетельствует пример стремящейся в ЕС и НАТО Грузии).
Возвращаясь к теме армяно-российских отношений, их перспективам, армянским властям и обществу надо отказаться от эмоций, зачастую мешающих делу, а больше руководствоваться прагматизмом и реал-политик. Армянской стороне надо четко очерчивать свои «красные линии» (безопасность и независимость Арцаха, деоккупация его территории хотя бы в рамках бывшей НКАО, неприкосновенность и безопасность, в том числе экономическая, Сюника и др.), прямо и четко объяснять российским партнёрам свою позицию, а в других вопросах вести гибкую политику, чтобы не стать жертвой геополитической борьбы между глобальными и мощными региональными игроками. Надо понимать, что возможности комплементарной и многовекторной политики сведены сейчас к минимуму, и не только для Армении. В идущем сейчас жёстком геополитическом противостоянии и Россия, и США, требуют от своих союзников и партнёров определяться в приоритетах, каким бы трудным и болезненным этот выбор не был для данных стран.
Однако Пашинян пока не хочет или просто не понимает правил работы с Россией, недопустимости «двойной игры» с Путиным. С одной стороны он поёт дифирамбы России на встрече в Москве с Владимиром Путиным, а через несколько часов на встрече с представителями армянской общины РФ, считая, что никто не записывает её, пытается выставить Россию главной виновницей начала войны в Карабахе. А его депутаты, чтобы оправдаться перед общественностью за распространение ложных слухов о возврате из Баку группы армянских пленных, начинают атаку на командующего российскими миротворцами в Арцахе Рустама Мурадова за его слова о том, что власти Армении вводят собственное население в заблуждение в вопросе возврата пленных. Что опять же, фактически является попыткой депутатов «Моего шага» дискредитировать Россию в глазах армянской общественности. И после этого следует голосование в ПАСЕ по включению в повестку вопроса армянских пленных, во время которой российская делегация не занимает странную позицию — часть депутатов воздерживается от голосования, а часть, в частности некоторые тесно сотрудничающие с Баку депутаты, голосуют против.
А пока на подходе новый повод для возмущения армянской общественности — возможное участие азербайджанской делегации в заседании межправительственного совета Евразийского экономического союза (ЕАЭС) в Казани 29—30 апреля. Армянская сторона, обладающая правом вето в организации, никак не озвучивает свою позицию по этому вопросу. И не исключено, что это молчание будет расценено Россией другими странами ЕАЭС, имеющими хорошие двухсторонние отношения с Азербайджаном, как фактически согласие на участие Баку. А сами армянские власти и Пашинян затем постараются постфактум выставить Россию главной виновницей произошедшего. Притом, что любая нормальная власть, руководствующаяся интересами своей страны и способная сказать «нет» и объяснить причины своего решения Москве (как это делалось ранее по вопросу признания Абхазии и Южной Осетии), будет против участия Баку в ЕАЭС без окончательного решения карабахского вопроса с учётом армянских интересов. Или, хотя бы, попытаться что-то получить взамен участия азербайджанской делегации на этом заседании Межправсовета ЕАЭС, например добиться от Баку освобождения армянских пленных.
У Москвы все больше резонов «сдать» Ереван Анкаре
Характер развития внешней политики России говорит о том, что она вполне может пойти на сближение с Турцией с целью вбить клин между странами НАТО.
Прошел ровно год с начала Второй Карабахской войны между Арменией и Азербайджаном. 27 сентября в Армении была объявлена минута молчания в память нескольких тысяч граждан республики, погибших в этом конфликте. Как известно, победу в нем, при активной поддержке Анкары, одержал Баку. Ереван по итогам полутора месяцев боев в сентябре–ноябре 2020 года потерял большую часть Нагорного Карабаха и все собственно азербайджанские районы, которые армяне захватили в ходе Первой Карабахской войны 30 лет назад.
Между тем, в июне 2021 года на парламентских выборах в Армении вновь победила партия «Гражданский договор» премьера Никола Пашиняна, которого часть политических сил в стране обвиняет в том поражении, называя «капитулянтом».
После тех выборов я писал, что их результаты свидетельствует о том, что армянский народ, несмотря на боль поражения, проголосовал за партию мира и теперь может заняться развитием своей родины. Однако за неимением места и времени не было возможности сказать, что далеко не все здесь зависит от армянского народа и его руководителей.
Целый ряд признаков говорят, что этот конфликт еще не завершен — Азербайджан совместно с Турцией с высокой долей вероятности постараются «дожать» Ереван.
Турецкое информагентство Anadolu некоторое время назад опубликовало статью, в которой, в частности, говорится следующее: «Можно было ожидать, что такая страна, как Турция, способная определять баланс сил в регионе, выдвинет условия Армении официально декларировать следующее: отказ от выражения „Западная Армения“ в отношении Восточно-Анатолийского региона Турции, которое используется в 11-й статье Декларации о независимости (Армении) от 23 августа 1990 года; отказ от изображения горы „Агрыдаг“ (Арарат) на гербе Армении, соответствующий пункт содержится во 2-м параграфе 13-й статьи Конституции Армении; … обещание Еревана не выдвигать территориальные претензии к соседним странам».
Дается в этой статье Еревану и совет в том, «чтобы Армения проявила искреннюю волю и не поддавалась на игры иностранных сил, имеющие свои амбиции в регионе».
На сегодняшний день, если судить по заявлениям официальных лиц обоих государств, их позиции по-прежнему прямо противоположны. За словами о готовности к диалогу тут же следует выдвижение условий, неприемлемых для противоположной стороны.
Буквально на днях, в ходе заседания 76 сессии Генеральной Ассамблеи ООН, президент Азербайджана Ильхам Алиев заявил, что «больше нет административно-территориальной единицы под названием Нагорный Карабах». В свою очередь армянский премьер Никол Пашинян, выступая на заседании той же сессии Генассамблеи ООН, после слов о готовности его страны к диалогу заявил: «Право народа Арцаха (непризнанная Нагорно-Карабахская республика) на самоопределение не может быть приостановлено посредством силы, конфликт не может считаться разрешенным с помощью силы».
Азербайджанцы не устают напоминать, что весь Карабах «является суверенной территорией» их страны, а миротворческие силы лишь временно размещены «в определенной части Карабахского региона Азербайджана». Армяне в ответ упирают на то, что 3 тыс. из 4,4 тыс. квадратных километров территории Нагорно-Карабахской автономной области на 1988 год сейчас контролируются российскими миротворцами, действия мандата которых может быть продлено на неопределенный срок.
Особо примечательно здесь, что по теме закавказского урегулирования мы вообще не слышим никаких политических заявлений от официальных представителей Кремля — даже после демаршей Баку и Анкары, а также категоричных заявлений Еревана. Вместо реакции на эти угрожающе резкие движения Россия ограничивается отправкой в Ереван главы «Газпрома» Алексея Миллера, который подчеркнуто безмятежно обсуждает лишь двусторонние экономические проблемы.
Армения, как формальный союзник Москвы, на данный момент лишь пешка в большой геополитической игре гораздо более мощных региональных игроков — России и Турции. Складывается впечатление, что Кремль в принципе готов пожертвовать этой слабой фигурой во имя гораздо более важных для него задач. Причем не только в регионе, но и мире.
Могу предположить, что у многих из тех, кто внимательно следит за развитием событий, такое ощущение возникло не сегодня, а еще год назад, когда Москва не вступилась за своего официального союзника по ОДКБ. Отсылки к букве Договора о коллективной безопасности, согласно которому входящие в организацию государства приходят на помощь другому ее члену только если имело место нападение на их международно признанную территорию, звучат не очень убедительно.
Мне могут возразить, что Москва ведь ввела своих миротворцев в Нагорный Карабах. Да, но это было сделано после полного разгрома ее официального союзника и, вероятно, больше для спасения собственного лица. Держава, которая грозит всем и каждому, в такой ситуации должна была предпринять хоть что-то. Например, на время превратиться из ястреба мировой политики в голубя и ввести в зону конфликта хотя бы скромный по численности и вооружениям миротворческий контингент…
Конечно, до такого развития событий, во всяком случае, в обозримом будущем, дело дойдет вряд ли, поскольку характер внешней экспансии Кремля в последние 13 лет говорит о том, что Москва развивает ее только в отношении заведомо слабых стран. Или же тех, чья государственность, как считают в Кремле, в данный момент рушится. Альянс Турции и Азербайджана, к которому, как мы видим, понемногу присоединяются и другие государства (например, Пакистан и Катар), никак не попадает под определение «слабого».
Не стоит также забывать, что главное противостояние у России сегодня с Западом. И в нем Кремль использует любую трещину в отношениях между западными союзниками, с удовольствием ее расширяя. Даже если такая трещина возникает и без российского участия, как это недавно имело место в связи с отказом Австралии покупать французские подводные лодки и формированием антикитайского альянса AUKUS. Налаживание отношений Москвы с Анкарой и Баку с целю вбить клин между странами НАТО вполне вписывается в эту политику.
Некоторые армянские политики и эксперты в этих условиях готовы уже почти на все. Например, даже пожертвовать суверенитетом своей страны, предлагая ее вхождение в Союзное государство России и Белоруссии. Однако нужна ли эта жертва Кремлю с учетом вышесказанного — большой вопрос.
Так что вырисовывается довольно печальная картина. Армении, не имеющей ресурсов и надежных союзников, зажатой между Россией, Турцией и Ираном, в сегодняшних условиях уготована роль протектората. Вероятнее всего, альянса Анкары и Баку.
Впрочем, возможны варианты. Как мы видим по последним событиям, Кремль не оставляет намерений в очередной раз испытать Анкару на прочность. На днях режим сирийского правителя Башара Асада — главного военного союзника России на Ближнем Востоке — предъявил ультиматум Турции, потребовав немедленно вывести ее войска из Идлиба и других северных провинций страны.
Да, собственно, новая война там уже вовсю идет. Государственные РИА «Новости» прямо пишут «это будет бойня», сообщая подробности происходящего. В частности, по данным агентства, «к границам проблемной мухафазы (Идлиб) уже больше месяца перебрасывают крупные подразделения, войска Асада регулярно наносят удары по объектам террористов (союзников Турции). Серьезно активизировалась в последние недели и российская авиация, практически ежедневно атакующая цели в Идлибе».
Очевидно, что на фоне всех этих событий судьба Армении уходит на второй план. Однако если российско-сирийская коалиция сумеет взять реванш за прошлогоднее поражение в Идлибе, у Еревана может появиться шанс не потерять весь Карабах и отложить на неопределенное время идею Зангезурского транспортного коридора (через Сюникский район Армении), с которой носятся Баку и Анкара. Платой за это будет еще большее привязывание Еревана к Москве.
Иными словами, независимое и свободное развитие Армении и в одном, и в другом случае, отодвигается словно линия горизонта при движении к ней навстречу.
Армянская оппозиция во главе с Робертом Кочаряном дала старт движению сопротивления
На проходящем в эти часы в центре Еревана митинге ведущая оппозиционная сила закавказской республики — блок «Армения» (располагает второй по численности фракцией в парламенте, состоит из партий «Дашнакцутюн» и «Возрождающаяся Армения») — объявил о начале общенационального движения сопротивления.
Масштабное мероприятие политического объединения во главе с экс-президентом Армении Робертом Кочаряном приурочено к первой годовщине окончания войны в Карабахе осенью 2020 года. Акция началась с минуты молчания: собравшиеся почтили память павших во время 44-дневной войны.
Вице-спикер парламента, депутат от фракции «Армения» и представитель Верховного органа «Дашнакцутюн» Ишхан Сагателян заявил собравшимся, что борьба будет долгой, во всех областях откроются штабы блока «Армения», где все желающие смогут зарегистрироваться и стать членами общенационального движения. Он пообещал в скором времени представить адреса штабов.
Работа движения будет вестись как на внутреннем, так и на внешнем фронте. На внутреннем фронте движение намерено организовать «сопротивление во всех сферах — от судебной до экономической».
«На внешнем фронте мы будем демонстрировать всему миру и противнику, что у Никола (Пашиняна) нет мандата представлять весь армянский народ, и любой подписанный нынешними властями антиармянский документ неприемлем для нас», — сказал Сагателян.
На митинге присутствуют и представители оппозиционного блока «Честь имею» (располагает третьей по численности фракцией в парламенте, включает бывшую правящую Республиканскую партию Армении во главе с экс-президентом страны Сержем Саргсяном и партию «Отечество» под руководством экс-директора Службы национальной безопасности Артуром Ванецяном).
Напомним, после войны осенью 2020 года в Армении разразился острый политический кризис. 16 местных партий объединились в «Движение спасения Родины», которое в период с ноября 2020 по апрель текущего года развернуло довольно активную уличную борьбу с действующими властями, добиваясь безоговорочной отставки премьер-министра Никола Пашиняна. Вслед за проведением в республике 20 июня досрочных парламентских выборов, победу на которых одержала правящая партия «Гражданский договор» во главе с Пашиняном, накал политического кризиса значительно ослаб. Однако с наступлением осени и появлением на границе Армении с Азербайджаном новых вызовов активность оппонентов власти вновь возросла.
«Они считают, что Москва предала их» Как война за Карабах изменила отношения Армении и России
Армянские парламентарии предложили разместить в стране еще одну российскую военную базу — на этот раз на границе с землями, переданными под контроль Азербайджана по итогам войны в Нагорном Карабахе. Граждане Армении все меньше верят в то, что их защитят собственные правительство и армия. Однако, как уже писала «Лента.ру», Россия сейчас имеет куда более близкие контакты как раз с противником Армении — Азербайджаном. Отношения Еревана и Москвы, напротив, нельзя назвать теплыми. Почему недавние союзники все меньше доверяют друг другу и могут ли армяне и дальше рассчитывать на российскую помощь?
В Армении нужно разместить еще одну российскую военную базу, заявил глава оппозиционной парламентской фракции «Светлая Армения» Эдмон Марукян. По его словам, после Карабахской войны в системе безопасности Армении возникли «разломы», и база нужна в Сюникской области. Этот регион граничит с территориями, переданным Азербайджану по итогам вооруженного конфликта, и местные жители боятся, что окажутся под огнем противника.
Материалы по теме
Сотворение мира
На место пришлось выехать премьер-министру Николу Пашиняну, однако его там встретили неласково — перекрыли дорогу и потребовали отправляться прочь. В стране уже полтора месяца продолжаются массовые протесты с требованием отставки премьера, который 9 ноября подписал соглашение о перемирии в Нагорном Карабахе, обернувшееся территориальными потерями для армян. Вооруженный конфликт изменил судьбу не только Пашиняна, но и российско-армянских отношений. Не все согласны с оппозиционером Марукяном в том, что стоит просить защиты в Москве.
Тесные связи
До последней Карабахской войны Армения традиционно считалась главным союзником России в Закавказье. Так повелось еще с первой войны за Карабах в 1990-х годах, которая завершилась на выгодных для Еревана условиях, и эти итоги Москва поддержала. Армения состоит в Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), что дает ей право на военную помощь со стороны России и других стран-участниц, а также в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС).
В Армении находится 102-я российская военная база, которая, по соглашениям, должна обеспечивать ее безопасность. База имеет гарнизоны в Ереване и Гюмри, использует аэродром «Эребуни». Кроме того, российские пограничники охраняют границы республики с Ираном и Турцией, с которой у Армении нет нормальных отношений и которая выступает главным союзником Азербайджана.
Это действительно так. За последние десять лет Москва, в частности, продала Баку ЗРК «Бук», реактивные системы залпового огня «Смерч» и противотанковые ракетные комплексы «Корнет».
Не все спокойно
Были и другие неприятные моменты в отношениях Армении и России, хоть они и не бросались в глаза. Например, Ереван традиционно поддерживал Москву в Генассамблее ООН при голосовании по крымскому вопросу. Еще в марте 2014 года ассамблея приняла резолюцию, в которой назвала незаконным референдум на полуострове о присоединении к РФ. Армения проголосовала против документа. Кроме нее из постсоветских республик так поступила только Белоруссия. Остальные голосовали за, воздержались или не участвовали в голосовании.
При этом официально Армения так и не признала полуостров частью России. Летом 2020 года Пашинян в интервью РБК отметил, что этот вопрос никогда не поднимался на переговорах с российскими властями. В публичных выступлениях он всегда старался уйти от этого вопроса.
Мы в такой ситуации, когда две стороны конфликта являются нашими друзьями. Очень трудно делать выбор между другом и другом
Приход оппозиционера Пашиняна к власти весной 2018 года на волне протестов в целом сильно охладил российско-армянские отношения. Дело в том, что прежние политические элиты и лично бывший президент Серж Саргсян имели достаточно хорошие личные контакты с российским руководством. Поэтому после победы «бархатной революции» возник вопрос о будущем сотрудничестве Еревана и Москвы, ведь ни для кого не секрет, что в Москве подобные сценарии не любят.
Сначала вроде бы все шло гладко. Россия признала новые власти Армении легитимными, а Пашинян подчеркивал, что внешнеполитический курс Еревана не изменится. Однако, как писала «Лента.ру», скоро в отношениях двух стран возникли проблемы. В Армении по делу о разгоне массовых протестов в 2008 году были арестованы второй президент республики Роберт Кочарян и действующий генсек ОДКБ Юрий Хачатуров.
Хачатуров занимал пост генсека международной организации, по сути руководимой Россией. Кочарян — предшественник свергнутого Саргсяна и защитник его режима, ведь протесты 2008 года были связаны именно с избранием третьего президента Армении, то есть они принадлежат к одной группе политических элит, которая, в свою очередь, давно знакома российским элитам. Кроме того, Кочаряна связывают достаточно тесные личные взаимоотношения с Владимиром Путиным, что признавал и сам российский лидер, поздравляя армянского политика с праздниками по телефону.
Восемь лет мы сотрудничали. Отношения были абсолютно честными. Результаты ошеломляющие. Конечно, выстроились и личные отношения (между мной и Путиным). Мы никогда друг другу не врали. Эти отношения были очень искренние, откровенные, прямые
Неудивительно, что их громкий арест вызвал резкую реакцию в РФ. В разгар событий в сети появилась запись разговора высокопоставленных армянских силовиков, которые говорили, что Пашинян приказывает «закрыть» Хачатурова, но «русские из кожи вон лезут». В итоге Хачатуров был быстро выпущен под залог. Кочаряна за прошедшие два года не раз освобождали из-под стражи и снова арестовывали.
Появились у России и менее громкие, но не менее серьезные поводы для недовольства. Например, уголовное дело, возбужденное армянской Генпрокуратурой по факту отчуждения государственного имущества из концессионных активов ЮКЖД. В апреле 2020 года министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что некоторые российские компании в Армении «попали в сложную ситуацию», и выразил надежду, что суды «будут урегулированы без каких-либо попыток привнести туда вещи, неподобающие союзникам».
Однако при всем при этом стороны продолжали декларировать приверженность крепкой дружбе. Как заявлял Лавров еще в ноябре 2019 года, при столь обширных связях, как у России с Арменией, могут возникать разногласия по отдельным вопросам, но это не повод ставить под сомнение отношения.
Главное, что мы с армянскими друзьями едины в необходимости решать их в конструктивном ключе, выходить на взаимоприемлемые развязки. В будущее российско-армянских отношений смотрим с оптимизмом
После боя
Война в Нагорном Карабахе стала очередным испытанием для российско-армянских отношений. Россия, как и другие страны, призывала к прекращению огня. Пашинян не раз звонил Путину и прочим иностранным лидерам. Сразу после начала конфликта возник вопрос, окажет ли Россия военную помощь своему союзнику, который входит в ОДКБ.
Хотя официально Армения не обращалась за военной помощью к России (по крайней мере публично), первые лица республики и руководство непризнанной НКР по сути призывали Москву вмешаться в конфликт под предлогом борьбы с международным терроризмом — почти как в Сирии. Армянская сторона настаивала, что фактически воюет не с Азербайджаном, а с Турцией, которая якобы прямо участвует в боевых действиях и поставляет в зону конфликта террористов с Ближнего Востока.
Для меня очевидно, что части или отдельные лица из тех разгромленных групп перебрасываются в Россию, потому что, я думаю, они воспринимают Россию как врага — так же, как Нагорный Карабах или Армению
Президент непризнанной Нагорно-Карабахской республики (НКР) Араик Арутюнян призывал сформировать международную антитеррористическую коалицию, чтобы помешать планам Анкары «превратить Азербайджан в логово терроризма на Южном Кавказе». Он обратился с открытым письмом к Путину, в котором заявил, что отношения между Арцахом и Россией имеют многовековую историю, и попросил личного прямого вмешательства в ситуацию. «Вы являетесь человеком и руководителем, имеющим огромный личный авторитет в мире и нашем регионе», — написал лидер Карабаха.
Россия, со своей стороны, прикладывала максимум усилий для урегулирования ситуации, но заняла подчеркнуто нейтральную позицию на переговорах, соответствующую статусу посредника в урегулировании конфликта. Но далеко не все в Армении это поняли.
Нашли крайнего
Итоги боевых действий в Нагорном Карабахе закончились для армян национальной трагедией. По итогам трехсторонних соглашений, оперативно заключенных между Москвой, Ереваном и Баку в ночь на 10 ноября, Азербайджан оставил за собой все занятые позиции и получил территории трех районов, куда война не дошла. Теперь Карабах не имеет общей границы с Арменией, их связывает только Лачинский коридор, охраняемый миротворцами.
Вот сейчас, за эти 44 дня войны, как минимум половина погибших солдат убита российскими системами залпового огня «Смерч», а города разрушены белорусскими системами «Полонез»
Старший научный сотрудник Центра постсоветских исследований ИМЭМО Станислав Притчин считает, что отношения России и Армении претерпели серьезные изменения. Армянское общество действительно полагает, что Россия должна была воевать на армянской стороне, послать свои войска на защиту Карабаха. «При том что, как мы знаем, сложности были даже с отправкой армянской армии в Карабах», — заметил эксперт.
Москва в текущем конфликте заняла более нейтральную «равноудаленную» позицию и пыталась усадить стороны за стол переговоров. «Позиция России строилась на том, что территории Армении ничто не угрожает. С юридической точки зрения так оно и есть, но с точки зрения общественного восприятия — армяне считают, что Россия их предала», — отмечает собеседник «Ленты.ру».
На этих настроениях могут сыграть противники Пашиняна. Сейчас вероятность того, что власть в Армении сменится, составляет 50 на 50. Хотя эксперты отмечают, что, судя по последним уличным акциям, негативный сценарий более вероятен. Возможно, на смену Пашиняну придут силы, которые обвинят в поражении Россию и захотят отвернуться от нее. Тем более что, как писала «Лента.ру», администрация нового президента США Джо Байдена явно будет заигрывать с Ереваном: армян станут убеждать, что Россия — ненадежный союзник, поэтому оставаться в ОДКБ и ЕАЭС невыгодно.
С другой стороны, Запад по сути проигнорировал последний конфликт в Нагорном Карабахе и никак не помог Армении. Минская группа ОБСЕ, сопредседателями которой вместе с Россией выступают Франция и США, себя не проявила. До этого переговоры по решению карабахского вопроса длились много лет, но оказались безрезультатными. Возможно, отчасти это связано с тем, что Турция — член НАТО, а ее армия — вторая по мощи в Североатлантическом альянсе.
Материалы по теме
«Они зайдут в наш дом и убьют»
«Видно, что их пытали»
И, возможно, именно поэтому даже сейчас в Армении можно услышать противоположные призывы — к еще более тесному сотрудничеству с Россией. Например, для того, чтобы восстановить боеспособность собственной армии. Многие уверены, что Азербайджан использует нынешнее перемирие всего лишь как передышку, чтобы через некоторое время с помощью Турции попытаться взять под контроль весь Нагорный Карабах. Защиту от будущего нападения снова видят в отношениях с Россией.
Кроме того, территорию НКР некоторые эксперты открыто называют «российским протекторатом», поскольку снабжение проживающих там людей водой, продуктами, теплом взяла на себя Россия. По мнению Станислава Притчина, у Армении нет других вариантов, кроме как сохранить отношения с Москвой — а значит, и придерживаться мирных соглашений по Карабаху, которые обеспечивает и на которых настаивает российская сторона.
Даже те гипотетические силы, которые могут прийти к власти на волне протестов, в большинстве своем понимают, что пересмотр соглашений — не лучшее решение. Это будет означать новую эскалацию вооруженного конфликта, на которую у Армении просто нет ресурсов. Последняя карабахская война изменила статус-кво. Ереван потерял все стратегически выгодные позиции, которые имел до 27 сентября, и в случае нового конфликта уже не сможет отстреливаться в горах с минимальными потерями.
А еще надо понимать, что мир и безопасность для армянского населения, в первую очередь в Карабахе, сейчас обеспечиваются только благодаря российским миротворцам, и в Армении это понимают. Выступления против России означают прекращение миротворческой миссии, а собственных ресурсов для выполнения этих задач нет ни у одной силы в Армении. Поэтому даже в случае смены власти в Ереване продолжат «дружить» с Москвой. «Но это будет дружба скрепя сердце», — предупреждает Притчин.