отношения врача и пациентки
Роман с врачом: мечты и реальность
Нина в восторге от своего романа с врачом-хирургом и ей не терпится узнать, что женщины думают о любовных приключениях с доктором?
Читайте на Еве
Похожие материалы
«В «Любовном треугольнике» выявили и многочисленно подтвердили то, что отношения с мужчинами профессии доктор (развитие отношений и сами отношения) имеют свои отличия от обычных романов. Только вот непонятно что тема делает в ТРЕУГОЛЬНИКЕ!
Как оказалось, тема отношений с врачами будоражит умы многих женщин. Кто-то поделился собственным опытом, а остальные же признались, что мечтают о таком приключении:
«На данный момент роман с врачом. Лечилась, лечилась и залечилась. 3 месяца изредка встречаемся.»
Серко
«Мечтаю завести роман с доктором. Один раз попался сногсшибательный сосудистый хирург (приходила к нему на осмотры)»
Anonymous
«Меня это парит конкретно, что мне нравится доктор, и он нравится еще 100 пациенткам, бесит сильно. Ну ПОЧЕМУ хирург это так сексуально?»
Anonymous
Нашлись и те, кто способен противостоять чарам врача, они точно не станут выбирать любовника основываясь на его профессии:
«Вот я веселюсь над вами, сама доктор, ну совсем меня коллеги не привлекают, ну не стоит у меня на них.Зачем они вам? Нищие и циничные?»
Я 
ЗдоровьеЧеклист: 7 признаков того, что ваш врач ведёт себя неэтично
И от него надо уйти
ТЕКСТ: Евдокия Цветкова, автор телеграм-канала о доказательной эндокринологии «Эндоновости»
Гиппократу приписывают изречение: «Если есть несколько врачей, из которых один лечит травами, другой ножом, а третий — словом, прежде всего обратись к тому, кто лечит словом». И правда — бывают врачи, от одного разговора с которыми, ещё до выполнения каких-нибудь предписанных рекомендаций, уже становится легче и эмоциональное состояние улучшается. А бывает, что происходит ровно наоборот и общение с врачом превращается в пытку. Разбираемся, что эти врачи делают не так.
Врач не видит в вас партнёра
Американский биоэтик Роберт М. Витч ещё в начале
80-х выделил четыре модели взаимоотношений врача и пациента. В рамках «инженерной» модели пациент воспринимается как безличный механизм, а задача врача превращается в починку поломки. Пациент же полностью исключён из обсуждения процесса лечения. В «патерналистской» модели отношения врача и пациента похожи на отношения наставника и подопечного. Даже если в ней есть место состраданию и милосердию, нередко она превращается в авторитарную позицию врача и практически безоговорочное подчинение пациента решениям, которые врач принимает единолично.
Если вы заключили договор с лечебным учреждением (напрямую или через страховую компанию) и каждая сторона несёт свои обязательства и получает свою выгоду, речь идёт о контрактных (договорных) отношениях с врачом. Взаимодействие врача и пациента в этом случае строго регламентировано договором.
И лишь коллегиальная (она же партнёрская) модель строится на принципе равноправия. Врач сообщает пациенту полную и правдивую информацию о диагнозе, методах лечения, возможных осложнениях и последствиях заболевания. Пациент участвует в обсуждении этой информации и принятии решений о своем состоянии. В этой модели у пациента появляется свобода выбора.
Врач и пациент вместе выбирают из возможных вариантов лечения, в том числе если возникают сложности. Например, если подбирают терапию для контроля артериального давления, и врач назначает комбинированный препарат с мочегонным компонентом. Пациент говорит, что не может принимать его, потому что работает кассиром и боится, что не сможет часто покидать рабочее место — тогда совместно со врачом они принимают решение о другом препарате.
Врач не ведёт с вами диалог
Исследования показывают, что пациентам, которые доверяют своим врачам, легче лечить и предупреждать хронические заболевания. Пациент, по сути, сам участвует в своём лечении, а задачей врача становится предоставление ему достаточной информации.
Например, аутоимунное заболевание диффузный токсический зоб (вызвано гипертрофией щитовидной железы) можно лечить по-разному: таблетками, операцией или радиотерапией. Доктор рассказывает пациенту с этим диагнозом все варианты и обсуждает, что предпочтительнее в его случае, а дальше пациент сам принимает решение.
Хороший врач должен объяснить пациенту план лечения, назначения лекарств, при необходимости — рекомендации по режиму и диете. Кроме того, врач должен ответить на все вопросы — о болезни, тактике лечения, возможном прогнозе заболевания, прокомментировать каждое предлагаемое решение. Хороший доктор всегда объяснит, что происходит, раскроет непонятные термины. Если пациент сомневается, что всё запомнил, врач должен записать свои назначения и рекомендации. В идеале после любого посещения врача мы должны выйти с письменным заключением.
Признаки того, что врач не выстраивает с вами диалог, очень простые. Такой врач не даёт вам высказаться, часто перебивает. Он не отвечает на прямые вопросы о состоянии вашего здоровья, не объясняет, зачем предлагает то или иное диагностическое и лечебное назначение. Такой врач активно использует и не расшифровывает непонятные медицинские термины и понятия. Он не предоставляет вам возможности принимать решения самостоятельно. Не спрашивает «Какой вариант действий вы бы хотели выбрать?» или игнорирует ваши высказывания на эту тему («Я бы хотел_а обсуждать принимаемые касательно моего здоровья решения»).
Врач игнорирует ваши потребности
Конечно, человеку без медицинского образования некоторые вопросы могут показаться не относящимися к делу или к основной специальности врача, а иногда даже бестактными. Хотя на самом деле они вполне нормальные: врач должен учитывать всё до мельчайших подробностей и обращать внимание на детали, не обязательно очевидно связанные с жалобами пациента. Бывает, что пациентов и пациенток смущают вопросы, касающиеся веса, менструаций, беременностей и абортов, сексуальной жизни. Это происходит из-за страха, что они не соответствуют «норме», или из-за неделикатности врачей, с которыми им приходилось сталкиваться прежде.
Доктор может задать нам вопросы о самочувствии, привычках и образе жизни, истории развития симптомов, сопутствующих заболеваниях и лекарствах, которые мы принимаем, расспрашивать о случаях заболеваний среди ближайших родственников: родителей, бабушек и дедушек, родных братьев и сестёр. К этому множеству вопросов стоит отнестись с терпением и пониманием.
Однако это вовсе не значит, что абсолютно любой вопрос будет приемлемым. Если у вас возникает ощущение, что врач выходит за пределы вашего запроса, необходимо обозначить это. Ведь может оказаться, что нетактичные вопросы задаются просто из любопытства. Так, интерсекс-людей и транс*персон часто спрашивают о строении их наружных гениталий или подробностях сексуальной жизни.
То же касается рекомендаций: они должны быть основаны на нашем запросе. Если врач не предлагает решений той проблемы, с которой вы пришли к нему, или настойчиво предлагает заниматься тем вопросом, который не беспокоит вас, он нарушает ваши границы.
Просмотр полной версии : Врач и пациент: можно или нельзя?
Речь тут, насколько я поняла, идет про интимные отношения между врачом и пациентом, а эти отношения запрешены клятвой врача (насколько я помню).
Речь тут, насколько я поняла, идет про интимные отношения между врачом и пациентом, а эти отношения запрешены клятвой врача (насколько я помню).
Сказала мать: «Бывает все, сынок!»
Русская песня
Однако, подобные отношения совершенно неэтичны и лично для меня совершенно неприемлемы.
[QUOTE=day]Сказала мать: «Бывает все, сынок!»
Русская песня
Устами матери глаголет истина
Я был не прав. Как то на это не обращал внимание.
Но.. мне доводилось сталкиваться в наркологии с врачами и психологами вышедшими замуж за пациентов. Ничем хорошим это не кончалось. Мужчины так не рискую. 😉
«Клянусь Аполлоном врачом, Асклепием, Гигиеей и Панакеей и всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: почитать научившего меня наравне с моими родителями, делиться с ним своим достатком и в случае надобности помогать ему в нуждах; его потомство считать своими братьями, и это искусство, если они захотят его изучать, преподавать им безвозмездно и без всякого договора; наставления, устные уроки и все остальное в учении сообщать своим сыновьям, сыновьям своего учителя и ученикам, связанным обязательством и клятвой по закону медицинскому, но никому другому. Я направлю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла; точно так же не вручу никакой женщине абортивного пессария. Чисто и непорочно буду я проводить свою жизнь и свое искусство. Я ни в коем случае не буду делать сечения у страдающих каменной болезнью, предоставив это людям, занимающимся этим делом. В какой бы дом я ни вошел, я войду туда для пользы больного, будучи далек от всего намеренного, неправедного и пагубного, особенно от любовных дел с женщинами и мужчинами, свободными и рабами.
Что бы при лечении – а также и без лечения – я ни увидел или ни услышал касательно жизни людской из того, что не следует когда-либо разглашать, я умолчу о том, считая подобные вещи тайной. Мне, нерушимо выполняющему клятву, да будет дано счастье в жизни и в искусстве и слава у всех людей на вечные времена; undefinedпреступающему же и дающему ложную клятву да будет обратное этому».
Психология отношений врача и пациента
Статья в карточках
Как говорить с пациентом?
Как говорить с пациентом?
В психологии принято деление людей по доминирующему типу восприятия информации на визуалов, аудиалов и кинестетиков. Эта классификация помогает также и в понимании пациентов, так как ведущая рецептивная система оказывает значительное влияние на поведение человека в кабинете врача.
Визуалы. Это люди, воспринимающие большую часть информации с помощью зрения. Если пациент начинает свою речь со слов «Видите ли, доктор…», «Можете себе представить…» и использует в своем рассказе описание визуальных образов, его ведущая рецептивная система визуальная. Для таких людей крайне важно, чтобы информация находилась в поле их зрения. Им можно объяснить суть их заболевания с помощью иллюстраций, схем. Рассказывая об ожидаемых результатах лечения, стоит начать со слов «Вот увидите…», «Обратите внимание на…», напрямую апеллируя к ведущему у пациента органу восприятия.
Аудиалы. У этого типа пациентов ведущая рецептивная система – слух. Они часто обращаются к собеседнику: «Послушайте…», имеют внятную и размеренную речь с последовательно и логично изложенными мыслями, а слушая, иногда непроизвольно шевелят губами, следуя за речью врача. С такими пациентами нужно говорить выразительно, объясняя детали. Начиная ответную речь, полезно перефразировать слова пациента: «Я услышал, что вы сказали…».
Кинестетики. Инструмент восприятия этих людей – собственное тело. Они обычно очень эмоциональны, имеют богатый запас жестов для выражения своих эмоций. Люди-кинестетики любят юмор и красивые метафоры, поэтому, объясняя их состояние, можно приводить яркие примеры, взывая к их воображению. Они больше полагаются на интуицию, а не на логику, и очень хорошо чувствуют эмоции других людей.
Как относиться к пациенту?
Как относиться к пациенту?
Профессия врача подразумевает сочувствие пациенту. Эта способность в медицинской психологии называется эмпатия. Для медика важно научиться уметь сопереживать, но при этом не переходить ту грань, за которой переживания становятся личными.
Отсутствие эмпатии. Врач, не обладающий эмпатией, не вызывает доверия пациентов. Они могут воспринимать его холодным, бездушным, стараться ограничить общение, что может негативно сказаться на результатах терапии.
Чрезмерная эмпатия. Чересчур сочувствующий врач может брать на себя лишний груз эмоций, принимая проблемы близко к сердцу, тратя много времени на выслушивание жалоб. Пациенты, видя чрезмерную эмоциональность доктора, могут подсознательно начинать преувеличивать свои проблемы, наслаждаясь получаемым сочувствием.
Как сопротивляться манипуляциям пациента?
Как сопротивляться манипуляциям пациента?
В отношении пациента к врачу важную роль, по мнению специалистов в области клинической психологии, играет манипуляция. Такой тип поведения чаще всего свойствен для пожилых пациентов, которые, благодаря своему жизненному опыту, считают, что знают о своем заболевании лучше врача. Они хотят получить от врача определенные назначения и с помощью манипуляции пытаются этого добиться, акцентируя внимание на нужных симптомах и преувеличивая их выраженность.
Признаки манипуляции распознать не всегда просто. Больше всего пациента выдает настойчивый тон повествования и пауза, во время которой он ожидает, что врач сделает то, чего хочет манипулятор. Если же этого не происходит, пациент повторяет свои аргументы, усиливая давление. Почувствовав это, врачу целесообразно остановить диалог, внести данные в карту, проанализировать ситуацию и принять решение о назначениях, основываясь на собственных рассуждениях.
Как преодолеть сопротивление пациента?
Как преодолеть сопротивление пациента?
Еще одна часто возникающая проблема, описываемая специалистами в области клинической психологии, сопротивление. При этом пациент по каким-то причинам противится тактике терапии, выбранной специалистом. Поводы для сопротивления у пациентов могут быть разные:
Всех этих людей объединяет одно – сопротивление, которое выражается в отсутствии сотрудничества с врачом. Это довольно сложная ситуация, которую непросто переломить. В таких случаях целесообразно прибегнуть к помощи коллег – организовать консилиум, консультацию смежного специалиста, получить второе врачебное мнение. Это обычно помогает убедить пациента в правильности решения лечащего врача и дает почву для формирования доверительных отношений врач-пациент.
Если Вы пользуетесь какими-то еще лайфхаками, будем рады почитать их в комментариях к материалу.
Операционная медсестра рассказала о романах на работе, капризах хирургов и запоминающихся пациентах
Я работаю в операционной уже больше десяти лет. До этого была обычной медсестрой, потом стала медсестрой операционной. Сначала работала в Таллинне, затем встретила любовь в другом городе и переехала туда.
Работа физически довольно тяжелая — постоянно на ногах, операции по 8-12 часов, и несмотря на это медсестра постоянно должна быть предельно внимательна и предугадывать все желания хирурга. Голова все время вниз, шея напряжена, к тому же иногда стоять очень неудобно — мало места, везде аппаратура.
Вдобавок много возни с инструментами и вспомогательным материалом — нужно поднимать порой очень тяжелые ящики, следить за стерильностью, смотреть, чтобы при полостной операции врач ничего не забыл внутри пациента.
Иногда приходят студенты, за ними тоже нужно следить, чтобы не нарушили стерильность, не хлопнулись в обморок и не мешали хирургу. Молоденькие сестры периодически появляются. Первое время просто стоят и смотрят. Потом потихоньку начинают участвовать в процессе, учатся протирать инструменты, запоминают их названия, какой для чего, тренируются подавать их правильно.
Некоторым становится плохо от запаха человеческих внутренностей. Респираторы и маски не всегда помогают, особенно если человек чувствительный. Потом просто привыкаешь.
То, что показывают в кино, конечно, красиво, но порой совсем не похоже на реальность.
Сложные отношения и конкуренция
Новеньких мы не очень любим. Дедовщину, конечно, не устраиваем, но можем вчерашнюю студентку как-то разыграть или недобро над ней подшутить. Я сама к тем, кто помоложе, отношусь не очень хорошо: возни с ними много, поначалу ошибка на ошибке, да и врачи-мужчины на молоденьких больше внимания обращают. Те хлопают ресничками и строят глазки. С учетом того, что у некоторых медсестер есть долгоиграющие романы с хирургами, молоденькие конкурентки им не очень нужны. Некоторые вообще женаты уже много лет, другие тоже много лет женаты, но у них романы на работе.
Да, об этом особо не говорят, и отношения на работе не приветствуются, но роман между медсестрой и врачом — не редкость. Хотя руководство это категорически запрещает, особенно в такой ответственной сфере, как хирургия, но чувства нет-нет да и вспыхивают.
Дело в том, что когда люди долго находятся вместе, они притираются. Бывает, что операции длятся по 6-8 часов. Вы находитесь бок о бок, хорошая медсестра понимает хирурга без слов и уже заранее знает, какие инструменты и когда ему понадобятся.
Да и пациенты-мужчины частенько клеятся. Медсестра — один из распространенных в порнофильмах сюжетов, и отдохнувшие в больнице пациенты нередко пытаются воплотить этот сюжет в реальности.
Царь и бог
За эти годы я работала с разными хирургами. Некоторые очень милые и добрые, иные — страшные хамы. Бывают профессионалы, бывают люди настроения. Выспался, не выспался, проблемы дома или на работе — у несдержанных это вымещается на сестре. Мы выслушиваем все его претензии, выполняем капризы, лишь бы настроение улучшилось и не случилось роковой ошибки во время операции. Иногда даже по тембру голоса понимаешь, в каком он сегодня настроении.
Во время операции хирург может психануть из-за того, что у него что-то не получается. Или что сестра подала не тот инструмент. Некоторые берут инструменты сами, некоторые просят конкретный инструмент и со словом ”пожалуйста”, иные же тянут руку и ждут, и ты должен в эту руку положить нужное. У каждого врача свои любимые инструменты и свой подход. В идеале у каждого врача должна быть и своя операционная сестра, которая знает его особенности.
У меня была пара врачей, с которыми сложились хорошие отношения, я понимала их без слов. Это очень важно, когда хирург и медсестра — сплоченная команда: когда они работают много лет вместе, в ходе операции уже все происходит слаженно. К сожалению, сначала один уехал в Финляндию, затем и второй вышел на пенсию. С нынешним хирургом мы уже вроде сработались, но я все равно частенько вспоминаю тех двоих.
О нехватке врачей я слышала, но не скажу, что прямо такая уж беда. В некоторых больницах врачей действительно не хватает, хотя моя коллега, которая работает в столице, говорит, что у них в хирургах недостачи особой нет. А на периферию нередко попадают столичные хирурги, которых выгнали из больницы за профнепригодность.
Хирурги, в общем, всякие попадаются. Бывает, что видишь, что он делает что-то неправильно — по неосмотрению, от усталости или по халатности. Ведь операции бывают как плановые, так и экстренные, когда устал, но все равно делаешь.
Если нормальный человек — можно попробовать тактично обратить на это его внимание. Если не совсем адекватный, с большим самомнением — я лично с таким стараюсь не связываться, себе потом дороже выйдет. Все-таки хирург в нашей иерархии — царь и бог, и не какой-то там медсестре что-то ему указывать.
За семью печатями
Читала в интернете про коллегу, которая сфотографировалась вместе с частями тела пациентки — кажется, это была селезенка — и выложила фото в Фейсбук. При этом она еще описала пациентку, которая была довольно полной, в нелестной форме, и упомянула какие-то личные данные. По-моему, это нонсенс.
Лично у меня никогда не возникало желания сфотографироваться с какими-нибудь человеческими внутренностями, не говоря уже о том, чтобы выложить это в интернет. Та девочка была молодой, еще студентка, вероятно посчитала, что это круто. Читала, что ее потом отчислили.
Мы иногда фотографируем, но только чтобы пациенту потом показать, что у него внутри было. Некоторые хирурги, знаю, собирают тоже потихоньку свою коллекцию, делятся потом опытом друг с другом.
У нас практиканточки и только-только устроившиеся медсестрички тоже фотаются на каждом углу. Руководство это не одобряет и категорически запрещает выкладывать снимки куда-либо в интернет. Начальство периодически просматривает наши странички. Личную информацию о пациенте нельзя ни в коем случае никому рассказывать.
Когда в газетах была шумиха по поводу украинских раненых, я позвонила одной коллеге, с которой мы много лет проработали, и спросила у нее, правда ли то, о чем пишут в газетах и интернете. Она ответила: ”Извини, нам категорически запретили с кем бы то ни было обсуждать эту тему. Руководство и так злится, что что-то просочилось в прессу”.
Да и если кто-нибудь из известных лиц попадет к нам на операционный стол, я даже домашним не смогу рассказать, кто у нас был и чем он болен. Даже если это будет президент страны.
След в памяти
Было несколько пациентов, которых помню до сих пор. У одного мужчины был рак, последняя стадия. Делали ему операцию, врач открыл, посмотрел, что ничего сделать уже нельзя, и закрыл его.
На следующий день я случайно проходила мимо него, он остановил меня и спросил: ”Я буду жить?” Я не знаю, как он меня узнал, мы же в операционной в шапочках, очках и масках, видны только глаза. Мне было его очень жаль, но я не могла ему ничего сказать. Я отвела взгляд и сказала, что ему лучше спросить у врача. Мы не можем ничего говорить пациенту о состоянии его здоровья.
Была еще милая белокурая девочка, которой нужно было делать сложную операцию. Она очень боялась, и я держала ее за руку, пока не подействовала анестезия. Я не знаю, что с ней сейчас, поправилась ли она, но я частенько ее вспоминаю.
В моей практике удачных операций было все же больше, чем неудачных. Иногда пациент приходит и благодарит врача — коньяком, конфетами, конвертиком. Алкоголь и конфеты врачи обычно отдают медсестрам, содержимым конвертика делятся единицы. Один врач конкретно деньгами делиться не стал, но отвел всю операционную бригаду в ресторан и целый вечер мы ели и пили за здоровье пациента.
Зарплаты у нас небольшие — по стране они варьируются от 3 до 6 евро в час. У меня 6 евро в час никогда еще не было. С учетом того, что работаем мы положенные 160 часов в месяц, то получается негусто. Переработки иногда случаются, тогда зарплата побольше. Бывает, что кто-то заболевает, а у тебя только закончилась смена, как звонят и говорят: ”Нужно выйти, работать некому!”. И несмотря на то, что я устала, неважно себя чувствую или на завтра запланированы дела, я не могу отказать. Если я не выйду, как хирург будет делать операции?