судебная практика досрочная пенсия медработникам

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 23.10.2017 N 16-КГ17-36

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 23 октября 2017 г. N 16-КГ17-36

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Фролкиной С.В., Жубрина М.А.

Саломатина Л.Ю. также просила признать за ней право на назначение досрочной страховой пенсии по старости и обязать УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области назначить данную пенсию с 22 июня 2016 г., то есть с момента обращения в пенсионный орган.

В обоснование предъявленных требований Саломатина Л.Ю. указала на то, что 22 июня 2016 г. она обратилась в УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности).

Саломатина Л.Ю. считает указанное решение незаконным, поскольку, по ее мнению, УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области было неправомерно отказано во включении в специальный стаж периодов ее работы до 1 ноября 1999 г. в льготном исчислении из расчета один год и 9 месяцев за один год работы, поскольку в соответствии с пунктом 2 постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 г. N 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет» она имеет право на одновременное применение двух льготных порядков исчисления стажа: как работник здравоохранения в сельской местности (один год и 3 месяца за один год работы в сельской местности) и как средний медицинский персонал отделения хирургического профиля стационара (один год и 6 месяцев за один год работы в этой должности и подразделении).

Саломатина Л.Ю. также не согласна с решением УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области от 5 июля 2015 г. N 45/1 в части включения пенсионным органом в специальный стаж периодов ее работы с 1 ноября 1999 г. в календарном исчислении, полагая, что эти периоды должны быть засчитаны в специальный стаж из расчета один год и 6 месяцев за один год работы.

По мнению Саломатиной Л.Ю., решение пенсионного органа не основано на законе и нарушает ее право на пенсионное обеспечение.

Решением Кумылженского районного суда Волгоградской области от 19 сентября 2016 г. исковые требования Саломатиной Л.Ю. удовлетворены частично. Суд признал незаконным и отменил решение УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области от 5 июля 2016 г. N 45/1 об отказе в назначении Саломатиной Л.Ю. досрочной страховой пенсии по старости в части исчисления страхового стажа из расчета один год работы за один год и 6 месяцев следующих периодов: с 3 августа по 16 ноября 1992 г., с 17 ноября 1992 г. по 31 мая 1994 г., с 1 июня 1994 г. по 1 января 1995 г., с 2 по 6 января 1995 г., с 7 января по 31 декабря 1995 г., с 2 января 1996 г. по 3 января 1997 г., с 2 ноября 1998 г. по 12 мая 1999 г., с 14 мая по 31 октября 1999 г. Суд обязал УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области включить в страховой стаж Саломатиной Л.Ю. указанные периоды ее работы в должности медицинской сестры палатной в хирургическом отделении стационара из расчета один год и 9 месяцев за один год работы и назначить Саломатиной Л.Ю. досрочную страховую пенсию по старости с момента возникновения права на нее, то есть с 22 июня 2016 г. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 25 ноября 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе начальника УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области Давыдова А.Н. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены решения Кумылженского районного суда Волгоградской области от 19 сентября 2016 г. и апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 25 ноября 2016 г. в части удовлетворения исковых требований Саломатиной Л.Ю., как незаконных.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы 27 июня 2017 г. судьей Верховного Суда Российской Федерации Фролкиной С.В. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и ее же определением от 18 сентября 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 ГПК РФ).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций, и они выразились в следующем.

Указанное выше учреждение здравоохранения находится в станице Кумылженской, являющейся административным центром Кумылженского района и Кумылженского сельского поселения Волгоградской области.

22 июня 2016 г. Саломатина Л.Ю. обратилась в УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области с заявлением о досрочном назначении ей страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как лицу, осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности.

Решением УПФР в Кумылженском районе Волгоградской области от 5 июля 2015 г. N 45/1 Саломатиной Л.Ю. было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по пункту 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как лицу, осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности, по причине отсутствия требуемого специального стажа (25 лет осуществления лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности).

Ввиду того, что с учетом включения в специальный стаж Саломатиной Л.Ю. спорных периодов ее работы до 1 ноября 1999 г. в льготном исчислении (один год и 9 месяцев за один год работы) стаж ее работы в учреждениях здравоохранения в сельской местности на момент подачи заявления в пенсионный орган составил более 25 лет, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для обязания ответчика назначить истцу досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» как лицу, осуществлявшему лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в сельской местности, с 22 июня 2016 г., то есть с даты ее обращения в пенсионный орган за установлением пенсионного обеспечения.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что приведенные выводы судов первой и апелляционной инстанций сделаны с существенным нарушением норм материального права, регулирующих спорные отношения.

Пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ установлено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (часть 2 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Согласно пункту 3 постановления Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 г. N 665 исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется в том числе с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781 «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Пунктом 2 постановления от 6 сентября 1991 г. N 464 «Об утверждении Списка профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет» предусмотрено, что исчисление сроков выслуги производится по следующим правилам:

работникам здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, указанным в прилагаемом Списке, один год работы в сельской местности или поселке городского типа (рабочем поселке) считать за один год и 3 месяца;

Согласно Списку профессий и должностей работников здравоохранения и санитарно-эпидемиологических учреждений, лечебная и иная работа которых по охране здоровья населения дает право на пенсию за выслугу лет, утвержденному постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 г. N 464 (подлежащему применению для учета соответствующей деятельности, имевшей место в период с 1 января 1992 г. по 31 октября 1999 г. включительно, и действовавшему в спорные периоды работы Саломатиной Л.Ю.), право на пенсию за выслугу лет имеют врачи и средний медицинский персонал независимо от наименования должности лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений всех форм собственности.

В связи с этим вывод суда первой инстанции о том, что нормативные положения постановления Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 г. N 464 не исключают возможность одновременного применения двух льгот, их суммирования, является ошибочным. Нормативные правовые акты, действовавшие в периоды трудовой деятельности Саломатиной Л.Ю. до 1 ноября 1999 г., не содержат норм, предусматривающих возможность одновременного применения для работников здравоохранения двух льгот в виде льготного исчисления периодов работы в сельской местности и в отделениях хирургического профиля стационаров в целях досрочного назначения трудовой пенсии по старости. Следовательно, у суда не имелось законных оснований для применения к спорным периодам работы истца, имевшим место до 1 ноября 1999 г., одновременно двух льготных порядков подсчета специального стажа лечебной деятельности и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения.

Так, в силу пункта 5 Правил от 29 октября 2002 г. N 781, на который сослался в решении суд первой инстанции в обоснование вывода о включении в специальный стаж Саломатиной Л.Ю. периодов ее работы до 1 ноября 1999 г. в льготном исчислении из расчета один год и 9 месяцев за один год работы, периоды работы в должностях в учреждениях, указанных в Списке должностей и учреждений от 29 октября 2002 г. N 781, засчитываются в стаж работы в календарном порядке, за исключением следующих случаев применения льготного порядка исчисления стажа указанной работы:

а) лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в городе, в сельской местности и в поселке городского типа (рабочем поселке), год работы в сельской местности или в поселке городского типа (рабочем поселке) засчитывается в указанный стаж работы как год и 3 месяца;

Исчисление стажа работы лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в структурных подразделениях учреждений здравоохранения в должностях согласно перечню в городе, в сельской местности и в поселке городского типа (рабочем поселке), производится с применением льготного порядка исчисления стажа, предусмотренного как подпунктом «а», так и подпунктом «б» пункта 5 Правил от 29 октября 2002 г. N 781. При этом льготный порядок исчисления стажа работы применяется к календарному периоду работы (абзац второй подпункта «б» пункта 5 Правил от 29 октября 2002 г. N 781).

Исходя из указанных норм права льготное суммирование стажа для лиц, осуществляющих лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, возможно только при наличии смешанного стажа, то есть при осуществлении лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в городе, в сельской местности и в поселке городского типа (рабочем поселке).

По причине введения такого правового регулирования после окончания спорных периодов работы Саломатиной Л.Ю. в занимаемых ею должностях среднего медицинского персонала отделения хирургического профиля стационара и с учетом того, что весь период трудовой деятельности Саломатиной Л.Ю. проходил в сельской местности, следовательно, смешанный стаж работы у нее отсутствует, выводы судов первой и апелляционной инстанций о применении к спорным периодам работы истца, имевшим место до 1 ноября 1999 г., одновременно двух льготных порядков подсчета специального стажа лечебной деятельности по охране здоровья населения со ссылкой на положения пункта 5 Правил от 29 октября 2002 г. N 781 нельзя признать правомерными, поскольку они основаны на неправильном применении норм материального права к спорным отношениям.

С учетом изложенного судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций в обжалуемой части нельзя признать законными, поскольку они приняты в этой части с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 ГПК РФ является основанием для отмены судебных постановлений в обжалуемой части и направления дела в этой части на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить возникший спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям нормами материального права и установленными по делу обстоятельствами.

Руководствуясь статьями 387, 388, 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Источник

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.08.2017 N 77-КГ17-18

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 21 августа 2017 г. N 77-КГ17-18

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Жубрина М.А., Гуляевой Г.А.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

В обоснование заявленных требований Казаченко Н.В. ссылалась на то, что решением пенсионного органа от 25 марта 2016 г. N 709 ей было отказано в досрочном назначении страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения из-за отсутствия требуемого 30-летнего стажа работы. В специальный стаж ответчиком не были засчитаны названные выше периоды.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Липецкого областного суда от 26 декабря 2016 г. решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы судьей Верховного Суда Российской Федерации Пчелинцевой Л.М. 27 апреля 2017 г. дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации и определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Жубрина М.А. от 19 июля 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела в кассационном порядке. В судебное заседание суда кассационной инстанции не явилась Казаченко Н.В., сведений о причинах неявки не представила. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьей 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, так как имеются предусмотренные законом основания для отмены в кассационном порядке обжалуемых судебных постановлений.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судами первой и апелляционной инстанций и они выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что Казаченко Н.В. с 1 августа 1990 г. работала в должности палатной медсестры гинекологического отделения Липецкого облонкодиспансера, 1 октября 1991 г. переведена на должность медсестры процедурного кабинета гинекологического отделения, в которой проработала до 3 апреля 2002 г.

4 апреля 2002 г. она принята на работу в ЗАО «Липецккурорт» на должность медсестры палатной отделения долечивания больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения.

27 января 2014 г. данное отделение было переименовано на отделение реабилитации больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения.

6 ноября 2014 г. ЗАО «Липецккурорт» переименовано на АО «Липецккурорт».

Согласно справке АО «Липецккурорт» от 17 февраля 2016 г. N 8 Казаченко Н.В. с 4 апреля 2002 г. работает в указанной выше должности, а также по совместительству старшей медицинской сестрой на 0,5 ставки с 1 февраля 2013 г. по настоящее время.

Судом также установлено, что в периоды с 1 июля 2002 г. по 9 августа 2002 г., с 20 января 2003 г. по 29 января 2003 г., с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., с 5 июля 2004 г. по 13 августа 2004 г., с 1 мая 2005 г. по 31 мая 2005 г. Казаченко Н.В. предоставлялись оплачиваемые ученические отпуска.

Представленными в материалы дела учредительными документами подтверждается, что АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) является коммерческой организацией. Согласно выданным этому обществу лицензиям и приложениям к ним данный санаторий относится к многопрофильным и осуществляет лечение, в том числе, по профилям: психотерапия, ревматология, травматология и ортопедия.

Решением пенсионного органа от 25 марта 2016 г. N 709 Казаченко Н.В. было отказано в досрочном назначении пенсии из-за отсутствия требуемого стажа 30 лет.

В специальный стаж Казаченко Н.В., дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, пенсионным органом не был включен период ее работы с 4 апреля 2002 г. по 17 декабря 2015 г. в должности медсестры палатной в отделении реабилитации больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, в АО «Липецккурорт» по причине того, что Списками учреждений здравоохранения, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. N 1066 (вступили в силу с 1 ноября 1999 г.) и постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, предусмотрены санатории (курорты), в том числе детские, для лечения туберкулеза всех форм, для больных с последствиями полиомиелита, для гематологических больных, для лечения больных с нарушениями опорно-двигательного аппарата, для больных ревматизмом, психоневрологические. АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) является многопрофильным санаторием, в связи с чем засчитать период работы Казаченко Н.В. с 4 апреля 2002 г. по 17 декабря 2015 г. в специальный стаж в связи с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения не представляется возможным.

Кроме того, в специальный стаж Казаченко Н.В. пенсионным органом не были включены периоды ее нахождения в ученических отпусках с 1 июля 2002 г. по 9 августа 2002 г., с 20 января 2003 г. по 29 января 2003 г., с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., с 5 июля 2004 г. по 13 августа 2004 г., с 1 мая 2005 г. по 31 мая 2005 г.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования Казаченко Н.В. в части включения в специальный стаж периода ее работы с 4 апреля 2002 г. по 17 декабря 2015 г. в должности медицинской сестры палатной в отделении больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, санатория АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.), суд первой инстанции исходил из того, что АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) является многопрофильным санаторием, в котором осуществляется лечение по нескольким профилям, предусмотренным в разделе «Наименование учреждений» Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 г. N 1066, и Списка должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781. При этом суд указал, что отсутствие конкретной направленности деятельности санатория по определенному виду заболевания, при возможности санатория осуществлять санаторно-курортное лечение больных с различными заболеваниями, не может являться основанием для отказа работникам, осуществляющим в санатории лечебную деятельность, в их праве на льготное пенсионное обеспечение.

Суд первой инстанции также удовлетворил заявленные истцом требования и в части включения в специальный стаж периодов нахождения Казаченко Н.В. в ученических отпусках с 1 июля 2002 г. по 9 августа 2002 г., с 20 января 2003 г. по 29 января 2003 г., с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., с 5 июля 2004 г. по 13 августа 2004 г., с 1 мая 2005 г. по 31 мая 2005 г., принимая во внимание, что данные отпуска являются дополнительными, Казаченко Н.В. обучалась в высшем учебном заведении, имеющем государственную аккредитацию, в связи с чем пришел к выводу, что периоды предоставленных ей ученических отпусков подлежат включению в специальный стаж лечебной деятельности Казаченко Н.В. в том же порядке, что и непосредственная работа, при выполнении которой она пользовалась этими отпусками.

С указанными выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции, дополнительно высказав суждение о том, что пункт 6 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, допускает включение в специальный стаж работы в медицинских службах, являющихся структурными подразделениями организаций, не поименованных в Списке должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации, утвержденном постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, а также независимо от их ведомственной принадлежности. Установив, что отделение реабилитации больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, где работала Казаченко Н.В., было выделено в самостоятельное структурное подразделение АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.), в котором осуществляется санаторно-курортное лечение по одному или нескольким профилям, указанным в разделе «Наименование учреждений» этого Списка, и истец принимала непосредственное участие в лечении больных с нарушениями опорно-двигательного аппарата, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии у нее права на назначение пенсии по старости досрочно в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм права, регулирующих спорные отношения.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет (часть 1 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Порядок и условия реализации права на досрочное назначение страховой пенсии по старости определены статьей 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

Устанавливая правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в определенной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда (в данном случае речь идет о лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения). При этом также учитываются различия в характере работы и функциональных обязанностях работающих лиц.

В соответствии со статьей 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ основанием для досрочного назначения страховой пенсии по старости лицам, имеющим право на такую пенсию, является работа определенной продолжительности в опасных, вредных, тяжелых и иных неблагоприятных условиях труда.

Согласно указанной норме закона одним из условий установления страховой пенсии по старости ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста является наличие стажа, дающего право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, установленной законом продолжительности.

Пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 названного закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Частью 2 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ установлено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 данной статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу этого федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии (часть 3 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу названного федерального закона, могут исчисляться с применением правил, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ).

В целях реализации положений статей 30 и 31 указанного закона Правительством Российской Федерации принято постановление от 16 июля 2014 г. N 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение».

Из приведенных нормативных положений следует, что право на досрочное назначение страховой пенсии по старости имеют лица, непосредственно осуществлявшие в том числе в городах не менее 30 лет лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, предусмотренных соответствующими списками учреждений, организаций и должностей, работа в которых дает право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения. При этом право на досрочное назначение страховой пенсии в связи с осуществлением лечебной деятельности предоставляется лицу при соблюдении одновременно двух условий: работы в соответствующих должностях и работы в соответствующих учреждениях.

Согласно пункту 3 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, в стаж работы засчитываются в порядке, предусмотренном данными Правилами, периоды работы в должностях в учреждениях, указанных в списке должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». При этом наличие в наименовании указанных в списке учреждений указания на их клинический профиль и ведомственную или территориальную принадлежность не является основанием для исключения периода работы в данном учреждении из стажа работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Списком, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, предусмотрены в разделе «Наименование должностей» должность медицинской сестры и в пункте 21 раздела «Наименование учреждений» санатории (курорты), в том числе детские: для лечения туберкулеза всех форм; для больных с последствиями полиомиелита; для гематологических больных; для лечения больных с нарушениями опорно-двигательного аппарата; для больных ревматизмом; психоневрологические.

Таким образом, согласно данному Списку, подлежащему применению к спорным отношениям, только медицинским работникам, работающим в санаториях определенного профиля, поименованного в указанном списке, периоды такой работы включаются в стаж работы, дающей право на досрочное назначение пенсии в связи с осуществлением лечебной и иной деятельности по охране здоровья населения.

Включая в специальный медицинский стаж Казаченко Н.В. периоды ее работы в должности медицинской сестры палатной в отделении больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, санатория АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) и нахождения ее в период этой работы в ученических отпусках суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что отсутствие конкретной направленности деятельности санатория по определенному виду заболевания, при возможности санатория осуществлять санаторно-курортное лечение больных с различными заболеваниями, не может являться основанием для отказа работникам, осуществляющим в санатории лечебную деятельность, в их праве на льготное пенсионное обеспечение.

Однако данные суждения суда первой и апелляционной инстанций не основаны на нормах права, подлежащих применению к спорным отношениям.

В соответствии с пунктом 5.2.11.15 приложения к приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 6 августа 2007 г. N 522 «О ведении государственного реестра курортного фонда Российской Федерации» медицинская специализация (профиль) санатория определяется в соответствии с приложением к лицензии на медицинскую деятельность.

Между тем из представленных в материалы дела учредительных документов АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.), а также выданных этому обществу лицензий и приложений к ним следует, что данный санаторий не имеет таких профилей деятельности, как лечение туберкулеза всех форм, лечение больных с последствиями полиомиелита, гематологических больных, больных с нарушениями опорно-двигательного аппарата, больных ревматизмом и психоневрологических больных, то есть перечисленных в пункте 21 раздела «Наименование учреждений» Списка, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781.

Суды первой и апелляционной инстанций неправильно применили названные выше нормы материального права, подлежащие применению к спорным отношениям, и дали расширительное толкование пункта 21 раздела «Наименование учреждений» Списка, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781.

Вследствие этого выводы суда о включении в специальный стаж Казаченко Н.В. периодов ее работы с 4 апреля 2002 г. по 17 декабря 2015 г. в должности медицинской сестры палатной в отделении больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, санатория АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.), а также периодов ученических отпусков с 1 июля 2002 г. по 9 августа 2002 г., с 20 января 2003 г. по 29 января 2003 г., с 30 июня 2003 г. по 8 августа 2003 г., с 5 июля 2004 г. по 13 августа 2004 г., с 1 мая 2005 г. по 31 мая 2005 г. являются неправомерными.

Также судами первой и апелляционной инстанций не принято во внимание, что согласно учредительным документам АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) основной целью деятельности общества является извлечение прибыли, в связи с чем названная организация в силу пункта 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации является коммерческой организацией, не может быть отнесена к учреждениям здравоохранения и у суда отсутствовали законные основания для включения в специальный стаж истца периода работы с 4 апреля 2002 г. по 17 декабря 2015 г. в названной организации.

Между тем из Списка, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, усматривается, что в разделе «Наименование учреждений» такие наименования учреждений, как акционерное общество и закрытое акционерное общество, осуществляющие медицинскую деятельность, не предусмотрены.

Пунктом 1 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации (действовавшей до 1 сентября 2014 г.) установлено, что учреждением признается некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера.

Учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение) (пункт 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовавшей до 1 сентября 2014 г.).

Аналогичные нормы об учреждениях содержатся в пунктах 1 и 2 статьи 123.21 Гражданского кодекса Российской Федерации, действующей с 1 сентября 2014 г.

В пункте 1 статьи 96 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что акционерным обществом признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на определенное число акций; участники акционерного общества (акционеры) не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им акций.

В соответствии с пунктом 2 статьи 97 Гражданского кодекса Российской Федерации (действовавшей до 1 сентября 2014 г.) акционерное общество, акции которого распределяются только среди его учредителей или иного заранее определенного круга лиц, признается закрытым акционерным обществом.

Из статьи 66 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что хозяйственные общества, в том числе в форме акционерного общества, отнесены к коммерческим корпоративным организациям.

Исходя из приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации акционерное общество и учреждение имеют разную юридическую природу и создаются для осуществления различных целей.

Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую или лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, периодов работы в организациях, не относящихся по своей организационно-правовой форме к учреждениям, судам следует иметь в виду, что в силу подпунктов 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической и лечебной деятельностью предоставляется исключительно работникам учреждений. Исходя из пункта 2 статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). При этом форма собственности (государственная, муниципальная, частная) учреждений в данном случае правового значения не имеет.

В то же время при изменении организационно-правовой формы учреждений, предусмотренных подпунктами 19 и 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в случае сохранения в них прежнего характера профессиональной деятельности работников суд вправе установить тождественность должностей, работа в которых засчитывается в стаж для назначения досрочной трудовой пенсии по старости, тем должностям, которые установлены после такого изменения (абзац второй пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 г. N 30).

Исходя из приведенного выше правового регулирования отношений, связанных с включением в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, акционерное общество и закрытое акционерное общество не могут быть отнесены к учреждениям здравоохранения, поименованным в разделе «Наименование учреждений» Списка, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с пунктом 20 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Судами первой и апелляционной инстанций не учтено, что, устанавливая в Федеральном законе от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» правовые основания и условия назначения пенсий и предусматривая для отдельных категорий граждан, занятых определенной профессиональной деятельностью, возможность досрочного назначения страховой пенсии по старости, федеральный законодатель связывает право на назначение пенсии ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста не с любой работой в конкретной сфере профессиональной деятельности, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными спецификой и характером труда, в частности с лечебной и иной деятельностью по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения.

Таким образом, федеральный законодатель закрепляя право лиц, осуществлявших лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения, на досрочное назначение страховой пенсии по старости, учитывает не только специфику их профессиональной деятельности, но и особенности функционирования учреждений здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий и выполнение определенной нагрузки, что само по себе не может рассматриваться как ограничение прав граждан на пенсионное обеспечение (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. N 1137-О, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 1920-О, определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2016 г. N 2041-О).

Ссылка суда апелляционной инстанции на пункт 6 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 г. N 781, в обоснование довода о том, что в специальный стаж допускается включение работы в должности медицинской сестры в медицинских службах, являющихся структурными подразделениями организаций, не поименованных в Списке, а также независимо от их ведомственной принадлежности, является ошибочной.

В пункте 6 названных Правил, в редакции постановления Правительства Российской Федерации от 26 мая 2009 г. N 449, предусмотрено, что в стаж работы засчитывается на общих основаниях в порядке, предусмотренном данными Правилами, работа в должностях, указанных в списке: в медико-санитарных частях, медицинских частях, амбулаториях, лазаретах, поликлиниках, поликлинических отделениях, кабинетах (рентгеновских подвижных и стоматологических подвижных), группах специализированной медицинской помощи (военного округа, флота), группах медицинского обеспечения, медицинской службе, медицинской группе, военно-медицинских службах, стационарах, санитарно-эпидемиологических лабораториях, санитарно-контрольных пунктах, медицинских ротах, врачебных здравпунктах, фельдшерских здравпунктах и фельдшерско-акушерских пунктах, медицинских пунктах, являющихся структурными подразделениями организаций (воинских частей).

При таких обстоятельствах вывод суда апелляционной инстанции о наличии оснований для включения периодов работы Казаченко Н.В. в должности медицинской сестры палатной в отделении больных, перенесших острое нарушение мозгового кровообращения, санатория АО «Липецккурорт» (ЗАО «Липецккурорт» до 2014 г.) в специальный стаж для досрочного назначения страховой пенсии по старости, не может быть признан правомерным, поскольку он основан на неправильном толковании норм материального права.

Ввиду изложенного обжалуемые судебные постановления нельзя признать законными, поскольку они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, применить к спорным отношениям нормы права, их регулирующие, и разрешить спор в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями закона.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Источник