судебная практика кредитный договор недействительный неосновательное обогащение
ВС указал, почему долг нельзя взыскать как неосновательное обогащение
Зимой 2011 года Артем Золотухин* занял у Евгения Майорова* 774 000 руб. Стороны составили расписку, точных сроков возврата средств там не указали. После, по словам Майорова, он неоднократно обращался к заемщику с просьбой вернуть долг. Весной 2018 года кредитор направил претензию по почте. Но и это не помогло повлиять на должника. Чтобы вернуть сумму, он обратился в суд.
Неосновательно обогатился
В суде истец заявил: так как в расписке не установлен срок, вернуть деньги Золотухин должен был в течение 13 дней с момента предъявления требований (ст. 810 ГК). Этого, по словам Майорова, должник не сделал. Истец подтверждал свои слова уведомлением о вручении письма с претензией. К делу заимодавец хотел приобщить и вторую расписку, согласно которой ответчик взял у него в 2008 году 450 000 руб. под 2% в месяц. Но Калининский районный суд Санкт-Петербурга посчитал, что ее нельзя признать допустимым доказательством, так как истец представил лишь копию этого документа.
Представитель ответчика указал на то, что расписка от 2011 года не подтверждает факт передачи денег, поэтому форму договора займа, как того требует ст. 808 ГК («Форма договора займа»), стороны не соблюли. Оснований для взыскивания долга, по его мнению, нет. В письменном возражении ответчик указал, что расписку он составил после возврата долга.
Суд посчитал, что спорная расписка не подтверждает заключение именно договора займа. Доводы о выплате долга ответчик не подтвердил, при этом не отрицал, что получил от истца деньги. По мнению суда, заняв 774 000 руб., ответчик неосновательно обогатился за счет Майорова. На этом основании суд взыскал с него сумму долга, а также расходы по уплате госпошлины (дело № 2-4344/18). Дополнительным решением Калининского районного суда Санкт-Петербурга с Золотухина взыскали еще и проценты за пользование чужими средствами – почти 20 000 руб. Апелляция и кассация оставили акт райсуда без изменения.
Баланс прав нарушен
С постановлениями не согласился ответчик и обратился с жалобой в Верховный суд. Тройка судей под председательством Сергея Асташова отметила, что Майоров просил вернуть сумму, которую он дал в долг, а первая инстанция признала полученные деньги неосновательным обогащением. То есть для решения спора применила иные нормы, а так делать нельзя, посчитал ВС. В силу ст. 39 ГПК предмет и основание иска определяет истец. Выйти за пределы заявленных требований суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами, а к конкретному случаю они не относятся.
Также, указала коллегия, райсуд не поставил вопрос о квалификации правоотношений на обсуждение сторон. Хотя, согласно п. 9 постановления Пленума ВС «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК», в стадии подготовки дела к процессу суд обсуждает, какие нормы права необходимо применить для того, чтобы решить спор.
Третье замечание вытекает из этой ошибки – так как суд не обсудил со сторонами применяемые нормы права, ответчик не мог заявить свои возражения и представить соответствующие доказательства. Исходя из этого, коллегия отменила решения нижестоящих инстанций и направила дело на новое рассмотрение (дело № 78-КГ20-23-К3). Пока еще не рассмотрено судом.
По мнению Стирмановой, ВС справедливо напомнил нижестоящим судам о том, что необходимо дать возможность сторонам высказать свою позицию по всем вопросам, которые имеют существенное значение для принятия справедливого решения. Право заявлять свои возражения является одним из важнейших, игнорировать его нельзя, резюмировала эксперт.
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 30.05.2017 N 4-КГ17-20
ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
от 30 мая 2017 г. N 4-КГ17-20
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе
председательствующего Горшкова В.В.,
судей Марьина А.Н., Асташова С.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по иску Рамзиной Н.С. к публичному акционерному обществу «Банк ВТБ 24» о признании кредитного договора исполненным, взыскании неосновательного обогащения и компенсации морального вреда по кассационной жалобе Рамзиной Н.С. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 апреля 2016 г.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова С.В., выслушав представителей ПАО «Банк ВТБ 24» Балахнина А.С., Конькова А.А., выступающих по доверенностям и возражавших против удовлетворения жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
Рамзина Н.С. обратилась в суд с иском к ПАО «Банк ВТБ 24» и, уточнив требования, просила признать исполнение ею обязательств по заключенному между сторонами кредитному договору от 27 марта 2012 г. надлежащим, признать обязательство прекращенным надлежащим исполнением 31 марта 2014 г., взыскать неосновательное обогащение в размере 43 360 руб., штраф в размере 21 680 руб. и компенсацию морального вреда, а также обязать ответчика представить в бюро кредитных историй сведения об отсутствии нарушений истцом обязательств по кредитному договору.
В обоснование требований Рамзина Н.С. указала, что по названному выше договору ответчик предоставил ей кредит в размере 500 000 руб. со сроком возврата 28 марта 2016 г.
31 марта 2014 г. истец подала в банк заявление о досрочном погашении кредита и внесла на специально открытый банком счет 315 323 руб. 48 коп. В связи с недостаточностью данной суммы для полного погашения кредита она тогда же дополнительно внесла 759 руб. 48 коп. с другого счета, открытого в этом же банке.
Истец полагала, что кредит погашен полностью, однако 30 июня 2015 г. сотрудник банка по телефону сообщил, что кредит не погашен, поскольку не были внесены недостающие до полного погашения 759 руб. 48 коп. Внесенную в счет погашения кредита сумму 315 323 руб. 48 коп. банк не оформил как досрочное погашение кредита, а продолжал ежемесячно взимать платежи по кредитному договору, засчитывая внесенную денежную сумму 315 323 руб. 48 коп. в счет текущих платежей в соответствии с графиком погашения кредита, начисляя при этом проценты на сумму долга. До разрешения спора истец была вынуждена в 2015 году внести в погашение кредита еще 43 360 руб., которые считает неосновательным обогащением ответчика.
Банк возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на то, что денежная сумма в размере 759 руб. 48 коп. истцом в погашение кредита не вносилась, внесенной денежной суммы в размере 315 323 руб. 48 коп. было недостаточно для заявленного истцом полного погашения кредита, в связи с чем заявление о досрочном погашении является недействительным, а о досрочном частичном погашении кредита истец не заявляла.
Решением Наро-Фоминского городского суда Московской области от 26 января 2016 г. исковые требования Рамзиной Н.С. удовлетворены частично.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 апреля 2016 г. решение суда отменено, по делу принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований Рамзиной Н.С. отказано.
В кассационной жалобе заявителя содержится просьба об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 апреля 2016 г.
Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации Асташова С.В. от 21 апреля 2017 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.
Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, возражения на нее, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что имеются предусмотренные статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания для отмены в кассационном порядке апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 30 мая 2016 г.
В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что такие нарушения были допущены при рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции.
Судом установлено и из материалов дела следует, что 27 марта 2012 г. между Рамзиной Н.С. и ПАО «Банк ВТБ 24» заключен кредитный договор на сумму 500 000 руб. со сроком возврата денежных средств 28 марта 2016 г. Обязательства по погашению основной суммы долга и уплате процентов истец исполняла надлежащим образом, согласно графику платежей.
По условиям договора обязательства заемщика по погашению кредита исполняются путем размещения заемщиком соответствующих денежных средств на банковском счете N (пункты 2.1, 2.3 договора). В таком же порядке производится внесение денежных средств в случае досрочного полного или частичного погашения кредита при условии предварительного предупреждения об этом банка (пункт 5.2.2 договора).
31 марта 2014 г. истцом подано заявление о намерении 1 апреля 2014 г. досрочно погасить кредит путем внесения денежных средств в размере 316 082 руб. 96 коп.
В этот же день Рамзиной Н.С. через кассира банка было внесено на указанный выше счет 315 323 руб. 48 коп., а также списано с ее другого счета в этом же банке 759 руб. 48 коп. (л.д. 14, 22, 23).
30 июня 2015 г. банк известил истца, что кредит не погашен и имеет место просрочка ежемесячных платежей. Впоследствии истцу стало известно, что списанные с другого счета 759 руб. 48 коп. в счет погашения кредита не внесены, а из внесенных истцом на предусмотренный договором кредита счет 315 323 руб. 48 коп. банком взимались текущие платежи по данному кредитному договору в соответствии с ранее установленным графиком погашения кредита и, соответственно, начислялись проценты на непогашенную сумму долга.
С 30 июня по 6 августа 2015 г. истцом в счет погашения образовавшейся задолженности дополнительно внесено 43 360 руб.
Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования Рамзиной Н.С., суд первой инстанции исходил из того, что операции по внесению на предусмотренный договором кредита счет 315 323 руб. 48 коп. и по списанию с другого счета истца 759 руб. 48 коп., совершенные единовременно в одном и том же отделении банка, у одного и того же кассира, свидетельствуют о том, что все денежные средства, включая 759 руб. 48 коп., были внесены в погашение кредита.
Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда признала недоказанным внесение истцом в погашение кредита 759 руб. 48 коп. и указала, что суммы, достаточной для полного досрочного погашения кредита, истцом внесено не было, а о частичном досрочном погашении кредита Рамзина Н.С. не заявляла.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что с такими выводами суда апелляционной инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.
Согласно статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3).
Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4).
Статьей 10 названного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (пункт 1).
В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2).
В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены данным кодексом (пункт 3).
Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (пункт 4).
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
В обоснование иска Рамзина Н.С. указывала, что о недостаточности для полного погашения кредита незначительной суммы в размере всего лишь 759 руб. 48 коп. и о том, что эта сумма не была зачислена на предусмотренный договором кредита счет, банк ее не известил, вследствие чего получил выгоду от использования находящихся на счете денежных средств истца, а также в виде начисленных процентов по кредиту и тем самым причинил истцу ущерб в виде излишне уплаченных процентов.
Того, что банк, действуя добросовестно, своевременно предоставил истцу как гражданину-потребителю указанную информацию, суд апелляционной инстанции не установил, а банком как, это следует из материалов дела, соответствующих доказательств надлежащего исполнения такой обязанности не представлялось. Какого-либо ответа банка на заявление истца от 31 марта 2014 г. о досрочном погашении кредита в материалах дела не содержится.
В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона, соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации).
С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судом апелляционной инстанции допущены существенные нарушения приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений.
В соответствии с пунктом 2 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации сумма займа, предоставленного под проценты заемщику-гражданину для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью, может быть возвращена заемщиком-гражданином досрочно полностью или по частям при условии уведомления об этом заимодавца не менее чем за тридцать дней до дня такого возврата. Договором займа может быть установлен более короткий срок уведомления заимодавца о намерении заемщика возвратить денежные средства досрочно.
Согласно данной норме закона заемщик-гражданин вправе возвратить кредит досрочно как полностью, так и частично, предупредив об этом банк не менее чем за тридцать дней до внесения платежа.
Целью данной нормы является предупреждение банка о внеплановом поступлении денежных средств для дальнейшего их использования.
Однако право на такое досрочное возвращение кредита заемщиком-гражданином не зависит от усмотрения банка и не может быть им ограничено.
Довод банка о том, что вместо указанных в заявлении 316 082 руб. 96 коп. (л.д. 14) истец фактически внесла 315 323 руб. 48 коп., сам по себе не является основанием для ограничения права потребителя на досрочный возврат заемных средств.
В соответствии со статьей 311 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор вправе не принимать исполнения обязательства по частям, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства и не вытекает из обычаев или существа обязательства.
Пунктом 2 статьи 810 названного кодекса прямо предусмотрено право заемщика-гражданина досрочно возвратить сумму займа, как полностью, так и в части.
Пунктом 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что из существа денежного обязательства по общему правилу вытекает возможность его исполнения по частям, в силу чего кредитор не вправе отказаться от принятия исполнения такого обязательства в части.
По смыслу приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, фактическое внесение в счет досрочного возврата займа денежных средств в незначительно меньшем размере, чем было указано заемщиком-гражданином в заявлении о досрочном погашении кредита, само по себе не является основанием для отказа в зачислении этих сумм в счет возврата долга, поскольку в данном случае истцом вносятся денежные суммы, о которых банк был предупрежден как о возврате займа. Денежных средств сверх той суммы, которая была указана в заявлении о досрочном возврате кредита, истцом не вносилось.
Ссылка ответчика на положение пункта 5.2.2 договора о том, что заявление о досрочном возврате кредита в таком случае считается недействительным, подлежит оценке с учетом положений пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей», предусматривающего, что условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.
Приведенными выше положениями пункта 2 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность устанавливать договором более короткие сроки уведомления заимодавца о намерении заемщика возвратить денежные средства досрочно, однако возможности ограничивать договором право на досрочный возврат кредита законом не предусмотрено.
Кроме того, суду апелляционной инстанции исходя из приведенных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации о добросовестности, а также с учетом обстоятельств принятия кассиром банка денежных средств у истца в счет досрочного погашения кредита (л.д. 107) следовало дать оценку тому, вправе ли была истец полагаться на действия ответчика, принявшего ее денежные средства в счет досрочного погашения кредита.
Переоценивая эти обстоятельства и признавая недоказанным факт внесения истцом 759 руб. 48 коп., суд апелляционной инстанции исходил из объяснений ответчика о том, что названная сумма была получена истцом наличными и оставлена у себя.
Между тем имеющаяся в деле копия кассового документа за подписью кассира банка содержит только лишь указание о списании со счета истца данной денежной суммы.
Каких-либо документов, подтверждающих получение истцом наличных денежных средств, материалы дела не содержат. Между тем ведение такой документации является обязанностью ответчика.
При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что выводы суда апелляционной инстанции в данной части сделаны с существенными нарушениями положений части 4 статьи 67 и части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязывающих суд указать доказательства, на основании которых сделаны выводы, а также указать, по каким причинам он отверг те или иные доказательства.
С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит, что судом апелляционной инстанции допущены существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлекшие вынесение незаконного судебного постановления, вследствие чего апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 апреля 2016 г. подлежит отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации
апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 27 апреля 2016 г. отменить, направить дело на новое рассмотрение в судебную коллегию по гражданским делам Московского областного суда.
Официальный сайт
Верховного Суда Российской Федерации
ВС напомнил правила доказывания в иске о неосновательном обогащении
Суд обратил внимание, что нижестоящая инстанция, установив факт перечисления истцом денег ответчику, переложила обязанность доказать отсутствие оснований их получения ответчиком на самого истца
По мнению одного из адвокатов, Верховный Суд обоснованно встал на защиту интересов истца, поскольку, установив факт получения ответчиком денежных средств, нижестоящие суды не выяснили, как того требуют положения гражданского законодательства, имелись ли между сторонами какие-либо обязательства, как существующие, так и нет; цели перевода денежных средств, предпринятые истцом действия и т.п. По мнению второго, сам по себе факт обращения в суд через длительное время, с того момента как стало известно о нарушении прав, не может свидетельствовать о недобросовестности истца.
Верховный Суд опубликовал Определение № 21-КГ20-9-К5, в котором обратил внимание нижестоящих судов на правила доказывания в деле о неосновательном обогащении.
16 сентября 2016 г. Людмила Семёнова со своей банковской карты перевела на карту Заиры Кумаловой деньги в размере 55 тыс. руб. Почти три года спустя, 8 июля 2019 г. она обратилась в Нальчикский городской суд с иском к Кумаловой о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами, указав, что ошибочно перевела деньги.
Отказывая в иске, суд исходил из того, что Людмила Семёнова не доказала возникновение на стороне ответчика неосновательного обогащения. Первая инстанция указала, что с момента перечисления спорной суммы до подачи иска в суд прошло более двух лет, в течение которых истица никаких мер по возврату денег не принимала. Кроме того, при осуществлении платежа требуется совершить ряд действий, в том числе подтвердить операцию по перечислению денежных средств.
Так как апелляция и кассация оставили решение первой инстанции в силе, Людмила Семёнова обратилась в Верховный Суд, который постановил вернуть дело на новое апелляционное рассмотрение.
Изучив материалы дела, ВС сослался на ст. 1102 ГК РФ, согласно которой лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество, за исключением случаев, указанных в ст. 1109 ГК. Правила, предусмотренные гл. 60 ГК, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Кроме того, п. 4 ст. 1109 ГК установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
«Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего», – подчеркивается в определении. ВС также указал, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК обязанность доказать факт получения ответчиком денег или имущества за счет истца должна быть возложена на истца, а обязанность доказать наличие обстоятельств, в силу которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, либо то, что денежные средства или иное имущество получены обоснованно и неосновательным обогащением не являются, должна быть возложена на ответчика.
Между тем, обратил внимание Суд, первая инстанция, установив факт перечисления истцом денег ответчику, по утверждению истца, ошибочно, переложил обязанность доказать отсутствие оснований их получения ответчиком на самого истца. При этом суд не дал оценки доводам Людмилы Семёновой о принятых ею мерах по установлению лица, которому ошибочно переведены деньги, в том числе предъявлению иска по месту жительства истца с целью установления фактического адреса ответчика.
Адвокат КА г. Москвы «Гильдия Московских адвокатов “Бурделов и партнеры”» Наталья Кузьмина отметила, что в условиях все большего использования безналичных переводов денежных средств в быту – при оплате различного рода услуг, финансовой помощи родным и близким, благотворительности и т.п., когда перевод возможно осуществить, зная только номер мобильного телефона, – очень часто возникают ситуации ошибочных переводов. «Вернуть деньги затруднительно, поскольку для этого необходимо выяснить данные лица, которому были переведены деньги. А поскольку эти данные составляют банковскую тайну и защищаются законодательством РФ о персональных данных, то получить их очень сложно. Вполне возможно, что для этого может потребоваться и год, и два, ведь закон требует указание в иске данных ответчика, от чего зависит и правильная подсудность», – заметила она.
По мнению Натальи Кузьминой, Верховный Суд абсолютно обоснованно встал на защиту интересов истца, поскольку, установив факт получения ответчиком денежных средств, нижестоящие суды не выяснили, как того требуют положения гражданского законодательства о неосновательном обогащении, имелись ли между сторонами какие-либо обязательства, как существующие, так и нет, цели перевода денежных средств, предпринятые истцом действия и т.п. При этом, указала адвокат, сам факт того, что с момента перевода денег до подачи иска в суд прошло более двух лет, не может служить основанием для отказа в иске.
Адвокат Московской коллегии адвокатов «Град» Вера Тихонова отметила, что о распределении бремени доказывания по спорам о неосновательном обогащении указано в Определении Верховного Суда от 26 ноября 2013 г. № 56-КГ13-9, позиция в котором совпадает с позицией по данному делу.
«Исходя из судебных актов можно прийти к выводу, что истцом денежные средства были перечислены ошибочно, стороны между собой не знакомы (ответчик не утверждал обратное). Установить информацию об адресе получателя денежных средств истец самостоятельно не мог, соответственно, без полных данных невозможно было решить вопрос с возвратом в досудебном порядке. О том, что истцу не был известен получатель, также свидетельствует факт подачи иска по адресу истца. С учетом указанных обстоятельств можно сделать вывод, что суды нижестоящих инстанций неправомерно отказали в возврате неосновательного обогащения, тем самым лишив истца возможности получения денежных средств», – указала Вера Тихонова.
По ее мнению, ссылка судов на то, что истец является недобросовестным, поскольку иск заявлен по истечении двух лет, несостоятельна. «Сам по себе факт обращения в суд через длительное время, с того момента как стало известно о нарушении прав, не может свидетельствовать о недобросовестности истца. В ином случае не имел бы юридического значения установленный срок исковой давности», – заключила адвокат.