судебная практика по договору банковского вклада и договора инвестиционного
Хитрый бонус
Гражданин в Ульяновске такую рекламу увидел и открыл в этом банке счета. Но обещанных процентов не получил. Банк обещания, кстати, прописанные в договоре, не просто не выполнил, а заявил, что передумал. Тогда гражданин подал на банк в суд. Но проиграл. Местные суды решили, что банк имеет право передумывать. Пришлось обиженному клиенту дойти до Верховного суда, где к его доводам прислушались.
Это решение Верховного суда важно и для остальных вкладчиков других банков, попавших в аналогичную ситуацию.
Итак, эта история началась в Ульяновске. Там в районный суд пришел мужчина с иском к некоему банку. Он рассказал, что подписал с банком два договора банковского вклада «Онлайн-бонус». Положил на них деньги. Обещанный банком бонус за открытие вклада и его пополнение должен был составить 1,15 процента от суммы вклада или перевода. Ждал вкладчик обещанные проценты и не дождался. Истец попросил суд взыскать с банка сумму бонуса.
Решением Заволжского районного суда Ульяновска вкладчику было отказано. Областной суд оставил это решение в силе. А вот судьи Верховного суда, увидели ошибки в позиции и районного, и областного судов.
Банк утвердил документ под названием «Процентные ставки и условия начисления процентов по вкладам физлиц».
Наш герой заключил два договора вклада и перечислил на каждый по 30 тысяч рублей. Через несколько месяцев на каждый вклад добавил еще денег. Интересно, что пока вкладчик подсчитывал проценты, которые получит, банк поправил документ о процентных ставках. Он снизил бонус до 0,58 процента от суммы перевода вместо 1,15 процента.
Верховный суд начал с Гражданского кодекса и его статьи 310. В ней говорится, что в случае если исполнение обязательства связано с предпринимательской деятельностью не всеми сторонами, то право на одностороннее изменение его условий или отказ от исполнения обязательств может быть предоставлено договором только стороне, которая не ведет предпринимательскую деятельность.
Было важное постановление Конституционного суда( N 4-П от 23 февраля 1999 года), в котором сказано следующее: гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав. А это влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, то есть для банков.
А еще, напомнил Верховный суд, было постановление пленума самого Верховного суда( N54 от 22 ноября 2016 года). В нем сказано, что право на односторонний отказ от исполнения обязательства или изменения его условий может быть предусмотрено договором для лиц, ведущих между собой предпринимательскую деятельность. А если речь идет о том, что одна сторона договора не занимается предпринимательством, то отказ от договора или одностороннее его изменение допускается только в специально установленных законом случаях.
В нашем случае договор банковского вклада является типовым, с заранее определенными условиями, с которыми вкладчик знакомился, подписывая бумагу. Гражданин в этом случае лишен возможности влиять на содержание договора. Одностороннее изменение банком условий договора ущемляет законные права потребителя. И это апелляция не учла.
Отказывая гражданину, местный суд сказал, что бонусные проценты по своей правовой природе являются подарком вкладчику, когда банк проводит «маркетинговое мероприятие». При этом суд не дал оценки доводам истца о том, что выплата бонуса «правовыми признаками дарения не обладает». По условиям вклада бонус начисляется одномоментно на сумму пополнения вкладов виде процента от этой суммы и прибавляется к телу вклада. А бонус выплачивается за поступление денег банку, и за то, что банк пользуется деньгами гражданина, ему начисляются проценты.
Как не потерять сбережения в банке: 10 практических советов вкладчикам
Руководитель юридической консультации «Первый банковский юрист» (г. Нижний Новгород), преподаватель дисциплины «Банковское право» на факультете права Высшей Школы Экономики
специально для ГАРАНТ.РУ
За последнее десятилетие количество банков уменьшилось более чем в 2 раза. Так, если в начале 2010 года в России было 1007 банков, то по данным Банка России на 1 февраля 2020 года – 396. Напомним, что в случае отзыва лицензии у банка, законодательством установлена обязанность возмещения вклада в размере 100%, но не более 1,4 млн руб. и только, если такой вклад был застрахован (ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 23 декабря 2003 г. № 177-ФЗ «О страховании вкладов в банках Российской Федерации», далее – Закон № 177-ФЗ).
Недоумение у клиентов банков, равно как и у юристов, вызывает судебная практика, сложившаяся вокруг споров АСВ с вкладчиками банков с отозванной лицензией. Причем, роль агентства в этих спорах направлена не на защиту интересов этих вкладчиков, а, наоборот, на взыскание с них денежных средств или на отказ в страховой выплате. Подобные споры в судах многочисленны, более того, они затрагивают уже не только интересы физических лиц – вкладчиков, но и ставят под угрозу бизнес многих компаний, которые имели расчетные или депозитные счета в банках с отозванной лицензией (например, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 11 сентября 2018 г. № 46-КГ18-33, Определение Верховного Суда РФ от 18 февраля 2019 г. № 306-ЭС17-19388(27) по делу № А65-5821/2017, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 апреля 2016 г. по делу № 9-КГ16-3, постановление Пятнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 13 июня 2017 г. по делу № А53-2832/2016 15АП-887/2017).
Предлагаю 10 практических советов о том, как избежать денежных потерь и минимизировать риск отказа АСВ в страховой выплате, основанных на личном опыте работы в области банковского права и современной судебной практике.
Внимательно читайте договор, который заключаете при внесении вклада. Это должен быть именно договор вклада (глава 44 Гражданского кодекса). Сейчас многие банки предлагают клиентам заключить договор инвестирования или инвестиционного страхования, вводя их в заблуждение, и убеждая их, что это тоже вклад, только гораздо выгоднее. Не следует терять бдительность. Денежные средства, переданные банку для целей инвестирования или страхования не являются застрахованными! Важно помнить, что договор вклада не имеет правовых аналогов. Передавая деньги банку, заключайте не договор инвестирования, не агентский договор с банком, не договор страхования, а именно договор банковского вклада, как регулирует ст. 834 ГК РФ. Еще раз – Закон № 177-ФЗ распространяется только на денежные средства на вкладах и счетах.
При открытии банковского вклада (или счета) и внесении денежных средств обязательно требуйте от банка предоставления первичных документов и (что крайне важно!) сохраняйте их – договор банковского счета (вклада), платежные поручения, приходные и расходные кассовые ордеры. Если транзакции осуществляются через интернет-банк, регулярно заверяйте у банка выписку с движениями по вашему счету. Вся первичная документация – это доказательства. Если документов нет, то доказать существование вклада или остатка на счете будет сложно. Слова или свидетельские показания в таких вопросах не помогут. Договор вклада носит реальный характер – внесение денег обязательно должно быть, и оно должно быть подтверждено (п. 1 ст. 836 ГК РФ, Постановление Конституционного Суда РФ от 27 октября 2015 г. № 28-П).
Денежные средства должны быть первоначально внесены на ваш вклад именно вами, лично, желательно, наличными через кассу банка. Если первичное внесение денежных средств будет от третьего лица, то договор может быть расценен как незаключенный, а вклад – как невнесенный. Например, Иванов и банк подписывают договор вклада, при этом, вкладчиком указывается Иванов (то есть подписант), а прием денег или безналичный перевод суммы вклада, отраженной в договоре, осуществляет Петров или ООО «Ромашка». При отзыве у банка лицензии за выплатой обращается Иванов. Высокая вероятность того, что может возникнуть юридический спор о заключенности договора вклада именно между Ивановым и банком, что может повлечь отказ в выплате страхового возмещения. Еще в 2015 году КС РФ отметил, что договор банковского вклада считается заключенным с момента, когда банком были получены конкретные денежные суммы; соответственно, право требования вклада, принадлежащее вкладчику, и корреспондирующая ему обязанность банка по возврату вклада возникают лишь в случае внесения средств вкладчиком (Постановление Конституционного Суда РФ от 27 октября 2015 г. № 28-П).
При открытии вклада онлайн, а это сегодня популярно, так как в таком случае предлагается повышенный процент, не пожалейте времени – сходите после этого в банк и заверьте договор вклада, а также получите заверенную выписку по счету вклада. Если вдруг случится форс-мажор или иные обстоятельства, в результате которых электронные записи в учетной системе банка исчезнут, доказать факт заключенности договора вклада при отсутствии бумажных документов будет непросто (Постановление Конституционного Суда РФ от 27 октября 2015 г. № 28-П).
Не дробите вклад. «Дробление вклада» – это устойчивый термин, выработанный судебной практикой. Он означает, что вкладчик, заключивший с банком договор на сумму свыше 1,4 млн руб., досрочно этот вклад забирает и в короткий промежуток времени распределяет его в этом же банке между своими доверенными лицами таким образом, что сумма каждого вклада становится менее 1,4 млн. рублей. В итоге, например, вклад в размере 2 млн руб. был оформлен на Петрова, он его забрал и тут же переоформил вклад в размере 1,3 млн руб. на себя и 0,7 млн руб. на Иванова. В таком случае в страховой выплате может быть отказано обоим (апелляционное определение Московского городского суда от 12 февраля 2019 г. по делу № 33-4866/2019).
Не берите кредит в том банке, в котором открыли вклад, и наоборот. Например, имея вклад в размере 300 тыс. руб. и кредит в этом банке 500 тыс. руб., в страховой выплате в размере 300 тыс. руб. будет отказано, так как кредит необходимо продолжать погашать без просрочек, а момент, когда наступит право на получение страховой выплаты по вкладу, – ждать. Поэтому выплате подлежит разница между вкладом и кредитом (ч. 7 ст. 11 Закона № 177-ФЗ).
Отдельно про пополнения – сумма пополнений вклада анализируется со стороны АСВ после отзыва лицензии у банка очень пристально – если было пополнение от третьих лиц – организаций, не относящихся к малому бизнесу, то это может быть расценено как вывод последними денег из незастрахованной зоны в застрахованную, так как деньги юридических лиц, не состоящих в реестре субъектов малого бизнеса, государство не страхует. Яркий пример этому – организация выплачивает зарплату сотрудникам на их счета накануне отзыва лицензии у банка Высокий риск отказа в страховой выплате таких остатков по счетам (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. № 89-В11-3).
Если до вас дошли слухи о плохом финансовом состоянии банка – не спешите забирать вклад или выводить на вкладной счет деньги с расчетных счетов юридических лиц. Существует риск отказа в выплате таких пополнений, а также риск дальнейшего взыскания с вкладчика досрочно снятых сумм. Судебная практика выработала еще одно понятие – «технические записи по счетам, не создающие правовые последствия». Не углубляясь в юридические подробности, расшифрую, что означает данный термин: некоторые операции по вкладу (безналичное пополнение, досрочное снятие), осуществленные на фоне плохого финансового состояния банка, движениями по счетам не признаются – то есть, их не было, и, следовательно, правовых оснований для выплаты страхового возмещения тоже нет. Таким образом, движения по счету (вкладу) могут быть признаны техническими, и перспективы страховой выплаты будут зависеть от того, в какой сумме и на каких счетах они изначально находились (Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26 апреля 2016 г. № 45-КГ16-2, Определение СК по гражданским делам Верховного Суда РФ от 19 апреля 2016 г. № 9-КГ16-3, раздел III «Разрешение споров, возникающих в сфере страхования вкладов» Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4 (2016), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20 декабря 2016 г.).
Никаких зачетов и ведения переговоров с банком на эту тему. Если у вас все же оформлены кредит и вклад в одном банке, то «схлопывать» их на фоне плохого финансового состояния банка, даже если банк готов это сделать, ни при каких условиях нельзя – эти сделки будут оспорены АСВ и обязательства по вкладу и кредиту будут восстановлены. Вклад, пока есть кредит, выплачен не будет (только разница, как указано выше в п. 6), а вот восстановленный кредит погашать надо будет еще в большем размере. Это крайне неприятные последствия казалось бы решенной «зачетом» проблемы (см., например, судебные решения об оспаривании сделок в рамках дела № А55-26194/2013 о банкротстве Открытого акционерного общества «Межрегиональный Волго-Камский банк реконструкции и развития»).
Не концентрируйте все денежные переводы в одном банке. Если вы – вкладчик банка как физическое лицо, а также вы работаете как ИП через расчетный счет и ведете бизнес через организацию-субъект малого предпринимательства, распределите финансы по разным банкам – ведь страховая сумма работает по принципу «1,4 млн руб. на один банк», а не на один счет.
Итак, краткий вывод. Осмотрительность, бдительность и простое прочтение договора перед передачей денег банку никому не повредит. Прозрачно и юридически грамотно оформленный договор вклада, наличие на руках вкладчика всей первичной документации об остатке денег по вкладу или счету и следование вышеизложенным советам эксперта помогут вам сохранить ваши сбережения и без проблем получить страховую выплату при наступлении у банка страхового случая.
Потребитель или инвестор: ВС рассказал о подсудности при неясных правоотношениях
Клиент и инвестор
Руслан Хамидов* 6 декабря 2016 года открыл счёт в Росгосстрахбанке. Банк был агентом ООО ФК «РГС Инвестиции» и на основании агентского договора оказывал этой фирме услуги: привлекал средства физлиц на брокерское и депозитарное обслуживание, в том числе с ведением индивидуального инвестиционного счёта.
Хамидов положил на счёт 412 000 руб. Тогда же в банк от имени клиента была подана анкета. В ней была оферта об открытии на имя Хамидова текущего счёта и распоряжение на перечисление с этого счёта 400 000 руб. на счёт в ООО ФК «РГС Инвестиции». Согласно анкете-заявлению, Хамидов предложил ООО ФК «РГС Инвестиции» заключить с ним договор на ведение индивидуального инвестиционного счёта в рамках брокерского обслуживания и открыть ему инвестсчёт в рамках брокерского обслуживания на рынке ценных бумаг.
В январе 2018 года он захотел получить вклад, но ему отказали. В банке ему объяснили, что 12 января 2017 года по счёту была проведена расходная операция – деньги с текущего счёта Хамидова банк перечислил на инвестсчёт, открытый на имя истца в ООО ФК «РГС Инвестиции». В итоге на счёте ничего не осталось.
Хамидов заявил, что разрешения на расход он не давал, решил, что банк действовал незаконно, и подал в суд. Он попытался взыскать с кредитной организации деньги и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12 января 2017 года по 25 июля 2018 года, а также компенсацию морального вреда и штраф в рамках закона о защите прав потребителей. Он настаивал, что не подписывал распоряжение по перечислению денежных средств на индивидуальный инвестиционный счёт от 6 декабря 2016 года и банк воспользовался его деньгами незаконно.
Позиция судов
Иск рассмотрел Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан. Чтобы проверить, подписывал ли истец распоряжение о перечислении средств на инвестсчёт, суд назначил экспертизу подписи. Эксперты сделали вывод, что два листа оферты подписаны одним человеком, но не Хамидовым. Суд сделал вывод, что банк не доказал факт выраженного распоряжения средствами, и удовлетворил иск клиента частично. С кредитной организации полностью взыскали внесённые на счёт деньги – 412 000 руб., проценты в размере 53 602 руб., компенсацию морального вреда в размере 3000 руб. и штраф в размере 234 301 руб. В общей сложности банк должен был выплатить около 0,7 млн руб. Решение устояло в апелляции – Верховном суде Республики Башкортостан. Там отметили, что счёт на имя Хамидова был открыт в отсутствие клиента и в нарушение должностных инструкций. Но это не говорит о ничтожности договора банковского вклада, ведь деньги были приняты уполномоченным работником банка. Также в апелляции признали, что между истцом и ответчиком фактически возникли отношения, связанные с брокерским обслуживанием. Эти отношения отличны от тех, что указаны в договоре банковского вклада физлица. Но судебная коллегия не сочла это основанием для отмены или изменения решения первой инстанции.
Банк обжаловал судебные акты в Верховном суде. Дело рассмотрела коллегия по гражданским спорам под председательством судьи Вячеслава Горшкова (дело № 49-КГ19-42). ВС увидел в выводах судов противоречие: первая инстанция исходила из того, что между сторонами возникли правоотношения из договора банковского вклада и счёта. Апелляция указала, что стороны всё же подразумевали брокерское обслуживание, но решение не изменила. Апелляция не сделала однозначного вывода о правоотношениях между сторонами, отметил ВС.
А это является ключевым моментом для выбора норм, которые надо применить для рассмотрения дела, следовательно, и для разрешения спора. Если речь идёт о брокерском обслуживании, то закон о защите прав потребителей нельзя применять: его можно использовать только там, где лицо не осуществляет предпринимательскую деятельность.
Между тем отношения по договору брокерского обслуживания регулируются положениями закона «О рынке ценных бумаг». Здесь речь идёт о рисковой деятельности и сделках, с помощью которых можно извлечь доход, то есть клиент, заключивший брокерский договор, уже не будет считаться потребителем. Речь идёт об инвесторе, который несёт ответственность за совершённые им действия. Такой подход ВС поддерживал и ранее. Практика уже устоялась.
При этом не так важно, что клиент – это не индивидуальный предприниматель, подчеркнул ВС: на правоотношения по договору брокерского обслуживания положения закона о защите прав потребителей не распространяются в любом случае.
Где судиться, когда отношения не определены
Также Верховный суд разъяснил, куда именно нужно подавать иск, если отношения сторон не определены.
Согласно общему правилу, установленному ст. 28 ГПК, иск предъявляется в суд по месту жительства ответчика, иск к организации предъявляется в суд по месту нахождения организации (в данном случае местом нахождения банка является Москва, а его филиала, где и был сделан вклад, – Уфа).
Но иски о защите прав потребителей можно предъявить в суд по месту жительства или по месту пребывания истца либо по месту заключения или месту исполнения договора (ч. 7 ст. 29 ГПК).
ВС уточнил: пользоваться ст. 29 ГПК нельзя, если отношения сторон не определены.
Изначально суду надо было выяснить характер правоотношений между сторонами, отметил ВС, что позволило бы избежать двусмысленности, верно определить подсудность спора.
Суд отменил апелляционное определение и направил дело на новое рассмотрение в ВС Башкортостана (пока не рассмотрено).
* – имя и фамилия участников спора изменены редакцией.
Инвестиционные договоры и инвестиционные контракты
Инвестиционные договоры и инвестиционные контракты
Инвестиционный контракт (договор) не предусмотрен в законе. При этом, несмотря на допущение возможности заключения непоименованного законом договора, стоит признать, что порой за подобным в лучшем случае стоит заключение смешанного договора.
Во всех остальных случаях это обычные классические договоры, чаще всего связанные с отчуждением имущества, выполнением работ.
Именно поэтому нам в очередной раз стало интересным вернутся к этой теме. Грамотное и четкое определение квалификации договора позволит выбрать наиболее подходящие правовые нормы, распространяющие свою силу на отношения сторон. При возникновении спорных ситуаций – выбрать надлежащий способ защиты, поскольку использование ненадлежащего способа приведет к отказу и несению дополнительных убытков, расходов.
Есть старый Закон РСФСР от 26.06.1991 N 1488-1 «Об инвестиционный деятельности в РСФРС», который определил содержание термина «инвестиции».
Инвестициями являются денежные средства, целевые банковские вклады, паи, акции и другие ценные бумаги, технологии, машины, оборудование, кредиты, любое другое имущество или имущественные права, интеллектуальные ценности, вкладываемые в объекты предпринимательской и других видов деятельности в целях получения прибыли (дохода) и достижения положительного социального эффекта.
Однако его содержание слабо соотносится с юридической техникой, используемой в Гражданском кодексе РФ. Это приводит к тому, что инвестиции описаны не столько с юридической точки зрения, сколько с экономической.
Именно это привело к появлению Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 1039/13 от 02 июля 2013 г. В этом судебном акте Президиум ВАС РФ пришел к следующим выводам: “Термины «инвестиции», «инвестиционная деятельность», «инвестиционный договор» не имеют своего собственного строгого юридического содержания и обычно используются в законодательстве в качестве общего обозначения для целой группы различных гражданско-правовых сделок, имеющих своей целью приобретение имущественных прав на возмездной основе.
Из пунктов 4–7, 11 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 следует, что экономическим понятием «инвестиционные сделки» обозначаются, например, договоры купли-продажи, договоры участия в долевом строительстве, договоры подряда, договоры простого товарищества.
Однако суды при разрешении споров, возникающих из договоров, поименованных сторонами как «инвестиционные», должны устанавливать их правовую природу и применять положения Гражданского кодекса Российской Федерации о соответствующих договорах. Необходимость выявления гражданско-правовой природы договоров, именуемых сторонами как «инвестиционные», выражена в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.09.2011 № 4784/11 и от 24.01.2012 № 11450/11.
Таким образом, наименование документа может быть никак не связано с его правовой природой. Но наименование документа, к сожалению, может приводит к смятению в головах участников сделок, правоприменителей.
2. Установление правовой природы договора.
На мой личный взгляд, базовой правовой нормой для установления правовой природы любого договора является ст. 421 ГК РФ, а судебным актом, определяющим подходы к установлению этой самой природы – Постановление Пленума ВАС РФ №16 от 14 марта 2014 «О свободе договора и ее пределах».
В статье 421 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.
Согласно же Постановлению Пленума ВАС РФ условия договора определяются через толкование его условий (благо в этом особо ничего нового нет), но с учетом различных факторов (слабая-сильная сторона, есть или нет навязывание условий договора, императивные или диспозитивные нормы, есть ли основания для применения аналогии закона или нет, имеется ли злоупотребление правом или нет и так далее).
Таким образом, чтобы верно установить правовую природу договора, пользуемся общим правилом из ст. 421 ГК РФ и помним про чек-лист с дополнительным факторами.
3. Арбитражная практика.
Какое толкование и квалификация инвестиционного договора превалирует на практике?
Всегда ли суды следуют указаниям Президиума ВАС РФ? Продолжают ли принимать во внимание утративший силу Закон РСФСР от 26.06.1991 N 1488-1 «Об инвестиционный деятельности в РСФРС»?
Ознакомление с выдержками из актуальной судебной арбитражной практики по «инвестициям» точно снимет ряд вопросов.
1) «Инвестиционный договор в сфере финансирования строительства или реконструкции – договор купли-продажи будущей недвижимой вещи»
Фабула. Между Администрацией (инвестор) и ООО «ИНТЭК» (застройщик) был заключен муниципальный контракт № МК 367/13 на приобретение в муниципальную собственность жилых помещений (квартир) путем инвестирования в строительство многоквартирного жилого дома, в пгт. Новоаганск. По условиям контракта застройщик обязуется не позднее 15.11.2013 завершить строительство многоквартирного жилого дома, произвести работы по благоустройству прилегающей территории и передать инвестору не позднее 01.03.2014 квартиры №№ 1-44 в многоквартирном жилом доме.
Выводы суда (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.04.2016 N Ф04-1153/2016 по делу N А75-3517/2015):
— Положения законодательства об инвестициях (в частности, ст.5 Закона РСФСР «Об инвестиционной деятельности в РСФСР», ст. 6 Федерального закона «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений») не могут быть истолкованы в смысле наделения лиц, финансирующих строительство недвижимости, правом собственности (в том числе долевой собственности) на возводимое за их счет недвижимое имущество.
— В соответствии с пунктом 4 Постановления № 54, при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 («Купля-продажа»), 37 («Подряд»), 55 («Простое товарищество») Кодекса и т.д.
— Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.
— Судами первой и апелляционной инстанций данные разъяснения не учтены, поскольку из обжалуемых судебных актов не усматривается, что суды установили правовую природу соответствующего контракта.
2) «Инвестиционный договор в сфере финансирования строительства и реконструкции – смешанный договор с элементами купли-продажи и подряда»
Фабула. По результатам конкурса инвестиционных проектов между муниципальным образованием «Город Томск» в лице Департамента экономического развития и управления муниципальной собственностью администрации Города Томска (переименован в Департамент управления муниципальной собственностью администрации Города Томска) и ООО «Рилонд» (инвестором) заключен инвестиционный договор от 09.04.2010 на реконструкцию Восточной трибуны стадиона «Труд». По договору инвестор обязался осуществить инвестиционную деятельность в виде капитальных вложений, выполнять функции застройщика (заказчика-застройщика) по проведению реконструкции Восточной трибуны, расположенной по адресу: г. Томск, ул. Белинского, 11/1, стр. 2 (объекта инвестиционной деятельности), входящей в состав сооружения стадион «Труд».
Указывая на отсутствие устранения нарушений проектной документации обществом, нарушение инвестором сроков выполнения работ, на отказ общества от подписания соглашения о расторжении инвестиционного договора, Департамент управления муниципальной собственностью обратился в арбитражный суд с требованием о расторжении договора.
Выводы суда ( Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 13.08.2015 N Ф04-20785/2015 по делу N А67-4807/2014).
— Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.
— Исследовав условия инвестиционного договора, суды пришли к обоснованному выводу о том, что заключенный сторонами договор от 09.04.2010 по своей правовой природе и содержанию обязательств относится к категории договоров смешанного типа, исполнение обязательств по которому регулируется положениям договора о подряде, в том числе в части исполнения обязательств по реконструкции трибуны стадиона, и положениями купли-продажи будущей вещи (пункт 6 Постановление Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров 9 А67-4807/2014 по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем»).
3) «Инвестиционный договор – договор подряда?»
Фабула. Гущин Александр Викторович (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к Варламову Владимиру Анатольевичу (далее – ответчик) о взыскании 2 532 627 руб. долга по инвестиционному договору от 25.01.2010 и 373 876 руб. 22 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (с учетом принятого судом уточнения размера исковых требований).
Суд первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что Истцу полагается только сумма основного долга. Кассация не согласилась и отменила ранее вынесенные судебные акты, направив дело на новое рассмотрение.
Выводы суда (Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 22.05.2013 по делу N А45-22902/2012) :
— Если наименование договора не совпадает с его содержанием, вид договора следует определять исходя из содержания. Правовая природа подписанного сторонами договора имеет существенное значение, так как вид договора определяет порядок и срок исполнения договорных обязательств, а также ответственность сторон за их неисполнение.
— Суд, придя к выводу о том, что инвестиционный договор содержит признаки договора подряда и, применив к спорным правоотношениям статью 715 ГК РФ, не учел отсутствие в договоре от 25.01.2010 условия о сроках выполнения работ, являющегося существенным условием для данного вида договоров (статьи 432, 708 ГК РФ).
— Делая вывод о передаче спорной суммы исполнителю, суд не исследовал вопрос об оформлении Варламовым В.А. заявок на финансирование, о подписании сторонами дополнительных соглашений о размерах выплат применительно к условиям пунктов 2.2, 2.7 договора.
4) «Правовая природа платежей по инвестиционному контракту»
Фабула. между Правительством Москвы и ООО «ИРБИС» на основании решения Городской конкурсной комиссии реализации инвестиционных проектов заключен инвестиционный контракт от 16.06.2006 № 14-071212-5201- 0050-11-06 на реализацию инвестиционного проекта строительства подземного 4 гаража-стоянки с наземной въездной частью на 99 машиномест по адресу: ул. Грекова, вл. 9-13.
По условиям п. 5.2 контракта инвестор обязался перечислить в бюджет города Москвы в качестве компенсации городу за социальную, инженерную и транспортную инфраструктуру денежные средства в сумме 115 000 долларов США (в рублевом эквиваленте по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату платежа).
Во исполнение вышеуказанного контракта истцом были оформлены земельно-правовые отношения.
На основании решения ГЗК от 27.03.2014 инвестиционный контракт прекращен. Полагая, что при расторжении инвестиционного контракта у ответчика отпали основания для удержания перечисленных истцом денежных средств, истец обратился в суд с иском.
Выводы суда ( Постановление Арбитражного суда Московского округа от 30.06.2016 N Ф05-8464/2016 по делу N А40-69348/15 )
— Учитывая буквальное толкование условий контракта, суды первой и апелляционной инстанции пришли к выводу, что истец перечислил в пользу ответчика задаток (затраты при участии в аукционе) и долю города (компенсация за инфраструктуру).
— Суды первой и апелляционной инстанций, установив, что договорные отношения, вытекающие из инвестиционного контракта прекращены, а истец встречного обеспечения по контракту не получил, пришли к выводу об отсутствии у ответчика оснований для удержания перечисленных инвестором денежных средств.
Доводы ответчика (см. ниже) о природе платежей по инвестиционному контракту не были приняты во внимание судами:
— спорные денежные средства в размере 115 000 долларов США являются платой за право заключения инвестиционного контракта, а не затратами претендента на участие в аукционе.
— спорные денежные средства были оплачены истцом за исполнение ответчиком своей обязанности по заключению инвестиционного 3 контракта 16.11.2006.
— оплаченные истцом денежные средства являются денежными средствами за инженерную, транспортную и социальную инфраструктуру, которые истец обязался оплатить в соответствии с п. 5.2.1. контракта.
5) «Распоряжение паями инвестиционного фонда»
Выводы суда ( Определение Верховного Суда РФ от 28.03.2016 N 305-ЭС16-1249 по делу N А40-178197/14 )
— Действия управляющей компании, в результате которых ликвидные активы Фонда были заменены на необеспеченные права требования из договоров займа, не могут быть признаны добросовестными, поскольку в результате указанных действий Банку был причинен реальный ущерб в виде разницы в стоимости паев инвестиционного фонда.
— Банк находится в процедуре конкурсного производства, требовать выкупа от управляющей компании паев он не вправе, паевой инвестиционный фонд действует до 2026 года, реализовать паи в ходе процедуры банкротства истец также не смог, так как торги были признаны несостоявшимися в силу отсутствия покупателей.
6) «Инвестиционный займ»
Судами установлено, что ООО «Брайт Бокс» 01.11.2012 подало заявку на заключение соглашения об осуществлении технико-внедренческой деятельности в особой экономической зоне в г. Дубна Московской области. Истцу предоставлен подготовленный в соответствии с установленными требованиями бизнес-план, который впоследствии, при заключении Соглашения, стал его неотъемлемой частью.
Согласно указанному бизнес-плану ООО «Брайт Бокс» планировало реализовать на территории особой экономической зоны «Дубна» проект по разработке и производству IT-решений для компаний автомобильной отрасли.
Бизнес-план предполагал разработку двух продуктов, которые, как установлено судами, ООО «Брайт бокс» создало и успешно реализует в России и за рубежом.
Выводы суда ( Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.06.2016 N Ф05-8218/2016 по делу N А40-139996/2015 )
— Утверждая бизнес-план и подписывая Соглашение, истец соглашался с тем, что бизнес-план подготовлен на период начиная с 2012 года, что фактически бизнес-план находился в процессе реализации с момента подачи заявки, т.е. с ноября 2012 года.
— Истец не возражал и не оспаривал положения бизнес-плана, то есть, заключая Соглашение, понимал, что разработка программного обеспечения уже находится на стадии завершения и начало его реализации запланировано на 2012 год и бизнес-план должен исполняться с 01 ноября 2012 года.
— В процессе согласования бизнес-плана и подписания Соглашения от истца не поступало требований о внесении изменений в положения бизнес-плана, что свидетельствует о согласии истца с условиями и сроками реализации проекта, предусмотренными бизнес-планом.
— Также судами установлено и учтено, что ответчик продолжил финансирование проекта и в следующих периодах получил инвестиции в большем размере, чем предусматривал бизнес-план.
Из анализа судебной практики видно, что суды не ограничиваются формальным подходом и уделяют внимание деталям – учитывают, каким образом определен порядок внесения платежей, сроки исполнения договора, встречность исполнения и т.д.
Безусловно при квалификации инвестиционного договора и определения характера отношений во внимание принимается цель заключения договора, сфера отношений, виды деятельности сторон (помните про чек-лист с дополнительными факторами?). Только так можно установить действительное намерение сторон и экономический смысл от заключения и исполнения договора под названием «инвестиционный».
Отступления от такого встестороннего подхода, как правило, оборачиваются для арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, отменой их судебных актов в кассации (при должной активности участников процесса). Это не может не радовать в вопросе установления правовой природы инвестиционного договора.
Если остались вопросы, либо требуется иная юридическая помощь, то специалисты нашей юридической фирмы оперативно смогут помочь. Свяжитесь с нами по следующим контактам:
Телефон +7 (383) 310-38-76
Адрес электронной почты info@vitvet.com
Если вам понравился этот материал или какие-либо наши иные, то порекомендуйте их вашим коллегам, знакомым, друзьям или деловым партнерам.